Sugar Daddy

      Телефон надрывался то уведомлениями о сообщениях, то нескончаемым потоком звонков. Вначале Силко попросту их игнорировал, но затем выключил сотовый и кинул его куда-то на диван, вновь прикладываясь к стакану, а затем – к сигарете. Уже не первой за это короткое время.       Бизнес не рухнет от одного дня отсутствия своего директора, к тому же, сейчас его мысли занимали более важные вещи.       Например, то, что он опять доверился не той.       Голова раскалывалась: то ли от завесы дыма, поскольку окна в комнате он решил не открывать, да еще и шторами их закрыл (видимо, чтобы добавить драматичности); то ли от постоянного прокручивания в голове фразы «доброе утро папочка», от которой его уже начинало тошнить. Но, возможно, дело в количестве выпитого на голодный желудок алкоголя.       И все-таки глазницу жгло, а к виску будто бы приставили сверло и включили дрель на полную мощность, отчего мужчина, оставив наполовину докуренную сигарету в пепельнице, кое-как поднялся, дошел до ванны и дрожащими руками вколол себе мерцание прямо в глаз, отчего то живым огнем растеклось по нервам, по венам, заставляя Силко упасть на колени и согнуться в три погибели, обхватив голову руками. Он сидел так, пока сердце не прекратило биться набатом в его виски, а желание утопиться в ванне не притупилось.       Он ненавидел делать инъекции. Особенно мешать их с алкоголем – поэтому старался не пить слишком много или, по крайней мере, разводил эти две вещи по времени. Синджед несколько изменил формулу, и она должна была быть более действенной, чем предыдущая. Но в связи с тем, что недуг Силко мало изучен, подопытным кроликом может быть лишь он сам. А потому мужчина только надеялся, что побочных эффектов не прибавится: по крайней мере, в себя Силко пришел быстрее, чем от старого мерцания. Это, несомненно, радовало, поскольку умереть в туалете ему не очень-то хотелось.       По-хорошему нужно было лечь и дождаться, пока пульсация в глазу не утихнет. А лучше вовсе поспать, если уж решил устроить себе внеплановый выходной. Но мысли, что крутились в голове, не позволили бы ему уснуть, а потому Силко дотащил себя до кресла, в которое и упал. А, отдышавшись, вновь потянулся за бутылкой, осознавая, какая же это хуевая идея.       Но уже наливал себе виски в бокал, закуривая снова.       Вспоминал их переписки с Джинкс, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы ему подсказать, кто она есть. Понимал, что звоночков была просто куча, а он, дурак, не замечал ни одного. Мог бы сейчас зайти, перечитать все заново – но не хотелось вновь видеть то, последнее сообщение, которое он малодушно так и не открыл в чате. В итоге не ответил ей ни на одно: ни как Зед, ни как Силко. Некрасиво с его стороны, конечно.       Но она ведь тоже…       - Обманула тебя? – мужской голос заставил Силко вздрогнуть и устремить взгляд в сторону, откуда он звучал. В полутьме, в зеркале отражался он сам: сидящий на кресле, держащий в одной руке бокал с почти растаявшим льдом и виски на пару глотков. Тяжелая голова опирается о руку с тлеющей бледным огнем сигаретой. А взгляд… Насмешливый.       Он допился до галлюцинаций? Вколол себе слишком большую дозу мерцания? Это новый побочный эффект, о котором Синджед его не предупредил? Или все-таки мешать алкоголь и лекарство было не самой лучшей его идеей?       В любом случае, отвечать самому себе из зеркала Силко не очень хотелось. Он стоически игнорировал чужой взгляд, который будто бы пригвоздил его к месту, не понимая, сцена ли это из ужасов или второсортной комедии. Но опускаться до того, чтобы отвечать своему отражению, мужчине очень не хотелось. Он бы посчитал это проигрышем.       - Ты так и будешь молчать?       Если это игнорировать, оно исчезнет. Возможно, нужно выпить чуть больше…       - Ну да, я же не Паудер, зачем со мной разговаривать. Знаешь ли, мне тоже приятнее побеседовать с Джинкс, но выбора я, к сожалению, лишен.       - Завались.       - Это прогресс.       Мужчина в отражении усмехнулся, отпивая из бокала: только он делал это медленно, тогда как Силко опрокинул в себя виски одним резким движением, затянулся сизым дымом, а затем сощурился, злобно глядя в насмешливое лицо.       - Я еще не ебнулся окончательно, чтобы вести беседы с самим собой.       - Ты, вообще-то, уже это делаешь. Приятно же поговорить с умным человеком, не находишь?       - Это бред. Галлюцинация.       - А я разве утверждаю, что я настоящий? Будь это так, нам обоим следовало бы напрячься… Считай меня своим голосом разума. Который будет здесь, пока мерцание или алкоголь не выведутся из твоего организма. А все потому, что нужно жить с последствиями своих решений. Особенно если они тупорылые.       Силко фыркнул, наливая себе еще виски. Вообще-то идея была говно, этим он только усугубит ситуацию, но терпеть насмешки от самого же себя – пусть это и созданная его пошатнувшимся от мерцания разумом галлюцинация – на трезвую голову было выше его сил. Снова затянувшись, он резко выдохнул дым, искоса наблюдая за своим отражением.       В голове всплыли воспоминания о видео, которое он отправил Джинкс. Мотнув головой, мужчина в раздражении дернул губой, стараясь не думать об этом.       - И что ты хочешь сказать мне, как мой голос разума?       - Что наша девочка не виновата.       Рука со стаканом замерла неподалеку от губ Силко, которые скривились в злобной усмешке.       - Наша?       - Ну да. Можешь называть меня Зед. Ты же сам придумал себе эту личность.       - Она не твоя!       - Она – это Паудер или Джинкс?       Силко подзавис, глядя на скучающее лицо Зеда, который покачивал рукой, заставляя виски в стакане плескаться по стенкам. Сигарета в его руках тлела слишком быстро, скоро обожжет пальцы, а потому он быстро затушил ее в пепельнице.       Мужчина засопел, а затем качнул головой, делая большой глоток.       - Это один человек.       - Мы с тобой тоже один человек. Ничего нигде не жмет? Ты буквально сделал то же самое, что и Паудер, но почему-то продолжаешь злиться на нее. Стрелочка в обратную сторону не поворачивается? Или, быть может, ты злишься на самого себя и проецируешь это на бедную девочку?       - Я еще не настолько пьян, чтобы выслушивать подобное.       - Если бы ты был пьян еще больше, то я бы просто не смог озвучить эти мысли. Пока ты еще не выпил слишком много, может, попытаешься обдумать услышанное?       Зед скучающе приложился к стакану, копируя движения Силко, который, нахмурившись, отставил после его в сторону и обхватил голову руками. Он старался не смотреть в зеркало, поскольку разговаривать со своим отражением было для него все-таки слишком. И все же он не мог не согласиться с тем, что Зед прав.       Силко сам общался и с Джинкс, и с Паудер, придумав себе другую личность. Потому что это безопасно не только с точки зрения того, что может навредить его репутации, если вдруг журналисты узнают, что он сидит на сайте содержанок. Это безопасно потому, что можно быть кем угодно: никто не залезет тебе в душу, выпотрошит ее и уйдет, оставив тебя в хаосе разрушенного бытия. Ты открываешь только то, что решаешь сам, предстаешь в том свете, в котором выгоднее. Переписки так далеки от реального общения, что ты легко можешь обмануть человека по ту сторону экрана. Но также легко обманываешься и сам.       Он злится даже не потому, что обманулся, а потому, что раскрыл Паудер душу: незаметно для себя, он рассказал слишком много обеим ее личностям, отчего теперь чувствовал себя раздавленным. И ведь девушка ни разу не использовала полученную информацию во вред ему, а он… Обжегшись единожды, больше не позволял никому приближаться к себе. Даже те девицы с сайта, что спали с ним, почти ничего о нем не знали. Он не общался с ними дольше положенного для того, чтобы затащить в постель, а потом делать вид, будто ничего не было. С Джинкс все пошло не по плану: она быстро влезла ему в душу, напоминая о Паудер, коей и являлась, отчего Силко ослабил бдительность. И она пробила его оборону, заняв место в сердце, которое он планировал оставить пустым. Плотно обосновалась там и отказалась уходить.       Но и Джинкс, и Паудер вроде и рассказывали ему о себе, но не обо всем: Силко поймал себя на мысли, что не знает, где конкретно учится девушка. Когда вставал вопрос, она всегда пыталась перевести тему на другую, отвечая слишком обобщенно, как будто не хотела говорить о своей учебе. Будто бы… стыдилась этого? Или чего-то боялась? Но чего? Разве в пилтоверской академии есть что-то, чего можно стыдиться?       - Она говорила, что у нее проблемы. Может, это как-то связано? – Зед снова подал голос, и Силко нехотя перевел на него взгляд, снова кивая и поджимая губы. И вновь здравая мысль – и снова исходит из зеркала. Ну, сказал же, что голос разума, пока соответствует.       - И деньги ей нужны, а учиться в академии недешево. Вряд ли Вандер способен оплачивать ее обучение, плюс работа в кафе. Вот и выходит, что на сайт содержанок она пришла явно не с целью потрахаться с кем-то за деньги. Точнее, это скорее способ достижения ее цели. Помнишь, как она себя вела? Паудер не похожа на ту, кто зарегистрировался бы на этом сайте из интереса. Скорее… От отчаяния. Она ведь даже подарки от нас принимала еле-еле, отказываться пыталась. Как будто совсем к такому не привыкшая.       Силко снова нахмурился, массируя пальцами переносицу. В голове промелькнули образы Паудер, которая краснела каждый раз, когда тот расплачивался за нее. Когда привел в тот дорогущий ресторан, и было видно, что она впервые в подобном месте. Как ей некомфортно среди всей той роскоши.       Она явно не стремилась к подобному.       - Если ей нужны деньги, почему она не попросила об этом меня? Когда мы начали общаться, ей уже не нужно было сидеть на том чертовом сайте! Почему…       - Разве наша девочка похожа на ту, кто будет клянчить подарки или деньги? Даже у своего папочки. Она ведь ни разу не просила тебя ни о чем. Вспомни, что она говорила о своей семье: возможно, Паудер вообще что-то у кого-то никогда и не просила. У Вандера многого и не допросишься, а с учетом их отношений я не думаю, что она вообще когда-либо пыталась. Вот и нет у нее этого навыка. Привыкла всего своим трудом добиваться: ведь даже попала в академию по гранту. Паудер и у меня не просила деньги. Хотя я для нее кто-то незнакомый, тот, кого она никогда не видела. По идее должно же быть проще, да? Но она просто не умеет этого делать. Пытается, дает что-то взамен, даже если не требуешь этого. Наша хорошая девочка…       - Прекрати, это мерзко. Я не буду обсуждать Паудер в подобном ключе с… Тобой.       - Я – это ты, ты – это я. Чего стыдиться?       - Пожалуйста, захлопнись.       Силко снова нахмурился, допивая виски. Разбавленный, он уже не так ударял в голову, да и вкус подпортился, но ему было не до этого. Мужчина обдумывал те мысли, к которым пришел, понимая, что снова вспылил. Сейчас не прав только он. Жертва здесь – Паудер, которая выходила из ситуации так, как могла, не имея никакой поддержки, кроме, видимо, своей соседки по комнате. Силко не был уверен в том, знает ли о ее проблемах Вайолет, или же девушка предпочла держать все в себе и решать проблему самостоятельно. Узнать об этом он мог только от самой Паудер, но сейчас был еще слишком пьян для того, чтобы пытаться это сделать. А потому откинулся на спинку кресла, решив поговорить с девушкой, как протрезвеет.       А затем около двери послышалось шебуршание, и Силко услышал, как ключ поворачивается в замочной скважине несколько раз.       И после раздается женский голос:       - Если ты, блядь, жив, то это ненадолго.       Мужчина слабо улыбнулся, прикрывая глаза рукой.       - Севика…       

***

      Сказать, что Севика была злая – ничего не сказать.       Она была в бешенстве. Будь она собакой – набросилась бы на Силко сразу же, как только увидела бы, вцепилась в глотку и не отпускала, пока босс не испустил бы свой последний выдох, захлебнувшись кровью. Впрочем, многие и так считали, что она та еще сука – и об этом женщина собиралась напомнить Силко. Поскольку.       Поскольку Севику – снова – выдернули в ее – почти – законный выходной. В который она собиралась разобраться с Вайолет. Точнее, не с ней самой – а с проблемой, возникшей между ними. Косякнули они обе. Вай – когда решила не сообщать Севике о том, что они, оказывается, встречаются. Севика – когда выпила после этой информации слишком много. Так много, что даже пустилась в воспоминания о былых временах с Вандером. Видела, что Вай слышит то, что слышать совсем не хочет – но и деваться ей было некуда, так как выпустить из вида ее и отца не могла. Мало ли, что они натворили бы в их состоянии. Женщина даже не винила Вайолет за то, что та так думала – это буквально было на ее лице написано в виде полнейшего скептицизма от происходящего. Но и объяснить ей, что делает это ради нее, Севика не могла: думала лишь о двух выходных, обещанных ей Силко. Она дает ему время развлечься с его ненаглядной, а он – дает время ей. Все в выигрыше.       Были до тех пор, пока Севику очень нагло не выдернули из послеалкогольной дремы вопиюще громким звонком телефона. Она была уверена, что поставила его на беззвучный режим. Но, видимо, ошиблась – и ошибка эта была фатальной. И так не слишком хорошее настроение было испорчено тем, что кто-то из подчиненных не смог найти Силко. А затем еще один. И еще. Ей, как правой руке этого мудака, звонили чуть ли не каждые пять минут, и женщина хотела неиронично выбросить телефон в окно, только чтобы это прекратилось. Сдерживало ее лишь то, что с некоторых пор она хотела кинуть его в голову Силко, как только того увидит.       Звонки боссу тоже ничего не дали: сотовый был выключен, и женщина даже в какой-то момент напряглась. Он никогда так не делал. Даже в выходные был всегда доступен. Его неуемное желание держать все под контролем превратило его в невротика – сколько Севика отпускала шуток по этому поводу, не счесть. А сейчас он… просто выключил телефон?       Быстро приводя себя в порядок, женщина прокручивала в голове все возможные варианты того, что с ним могло случиться: начиная с внезапного сердечного приступа от переутомления и заканчивая тем, что его труп выловят в реке близ Зауна, поскольку бароны решили больше с ним не считаться. И в последнем случае виновата будет она, как телохранитель, который это самое тело не сохранил.       Потому первым делом Севика решила доехать до его квартиры, благо жили они недалеко: опять же, издержки профессии, да и своего дома в Пилтовере у женщины не было, а снимать квартиру ей было все равно, где. Она буквально могла дойти до мужчины пешком, но, во-первых, на машине было быстрее, а во-вторых, вдруг его потребуется срочно везти в больницу? О скорой она даже не думала – вряд ли бы те приехали оперативно даже к такому человеку как Силко.       Около его дома она оказалась довольно быстро. Также быстро взлетела вверх по лестнице, не дожидаясь лифта и радуясь, что он живет там, где всего пять этажей. Зачем там вообще лифт? «Хотя, эти богатенькие уебки вряд ли привыкли напрягаться даже в таких вещах, как донести собственную задницу до квартиры лишь с помощью своих ног».       Порадовалась, что дверь закрыта: значит, скорее всего, он дома. Если вообще доехал до него, ведь впервые за долгое время Силко добирался на машине сам, а не Севика отвозила его. Женщина успела укорить себя за то, что выпила вчера, когда, открыв дверь, ей в нос ударил запах сигарет.       «Этот придурок…»       - Если ты, блядь, жив, то это ненадолго.       - Севика…       Значит, все-таки жив. Женщина захлопнула дверь громче, чем это было необходимо – правда, сама же об этом пожалела, поскольку ей этот звук ударил в голову наверняка болезненнее, чем мужчине. Но, услышав сдавленное шипение, она поняла, что не одна сегодня не в форме.       Что подтвердилось, когда Севика, пройдя в комнату, увидела бутылку виски и распечатанную пачку сигарет. А также несколько окурков в пепельнице рядом – и завесу дыма, от которой женщина скривилась. Быстрым шагом она дошла до окна и отдернула шторы, впуская в комнату пока еще только свет – и заставляя Силко от этого скривиться. Следом были открыты и окна – полностью, чтобы проветрить быстрее.       - Ты совсем охуел? – без предисловий начала она, резко разворачиваясь и с яростью смотря на своего босса, который устало откинулся в кресле. Предпринял было попытку дотянуться до бутылки, но Севика была быстрее. Схватила ее и сделала шаг назад, чтобы мужчина не мог взять ту. Силко осуждающе посмотрел на подчиненную, а затем то ли кивнул, то ли качнул головой.       - Словами через рот давай. Когда надо, ты очень пиздеть горазд. Вчера за это чуть по ебалу не схлопотал – спасибо, что я и Вай были рядом. А сейчас что молчишь? Какого хуя, я спрашиваю?       Севика даже голос повысила, чтобы достучаться до Силко, отчего тот скривился еще больше, и из осуждающего его взгляд превратился в раздраженный. Она начинает подбираться к той границе, переходить которую ей не следует, но женщина была слишком зла, чтобы подумать об этом. Даже не потому, что он – снова – лишил ее выходного, на который у нее был запланирован очень важный разговор с одной очень важной для нее девочкой. Но и потому, что она испугалась.       Действительно испугалась за этого идиота, потому что он никогда так не делал. Севика всегда была в курсе его планов. Даже если он решает забухать – Силко ставит ее в известность.       Всегда.       Каждый его шаг, каждый чих, каждый сука поход в туалет – женщина в курсе, поскольку это ее работа: обеспечивать, блядь, его безопасность. Но сегодня…       - Как видишь, со мной все нормально. Ты можешь ехать домой. Или куда ты там собиралась. Я приеду в офис позже… После обеда, возможно…       - Куда ты поедешь в таком состоянии? Ты нажрался и собираешься работать? У тебя встреча сегодня вечером, собрался на инвесторов перегаром дышать? Быстро в ванну иди и приводи себя в порядок, а я тут посижу. Или хочешь, чтобы я над душой стояла, смотрела, чтобы ты не захлебнулся случайно?       - Скорее, в последнем случае ты сама меня утопишь. Случайно.       Силко кое-как поднялся с кресла и направился в ванную под недовольный взгляд Севики. Она с грохотом поставила бутылку обратно на стол – и снова об этом пожалела. Упала в кресло вместо босса, ловким движением достала сигарету из пачки рядом – зачем тратить свои, если можно покурить что-то импортное и дорогущее? Затянулась и выдохнула дым в потолок. Отправила короткое сообщение Вай о том, что им нужно будет встретиться – но вечером, так как «у босса проблемы». Слишком распространяться не хотелось: вдруг скажет Паудер, а та весьма впечатлительная. Расстроится снова. Накрутит себя.       Ей знать об этом необязательно.       Силко вышел из душа где-то через полчаса, когда Севика уже вовсю хозяйничала у него на кухне, решив приготовить завтрак – сорвалась ведь в самую срань, даже в рот себе ничего закинуть не успела.       На столе уже дымился свежесваренный черный кофе. Женщина хотела мстительно кинуть в чашку Силко пару ложек сахара, но решила не переводить продукт: все равно же выльет, зараза. А она готовила, старалась. Время потратила.       Пусть живет.       - Может все-таки расскажешь, что случилось? – после нескольких бутербродов, которые женщина успела навернуть, пока жарила яичницу, ее настроение слегка улучшилось. А потому тон звучал почти даже миролюбиво – впрочем, нож в руках смазывал ее доброжелательное отношение. Это было видно по взгляду Силко, который дернулся, но все-таки заставил себя сесть – правда, через стол от женщины. Капли воды стекали с мокрых волос, он даже не надел повязку: и теперь светил своим черным изувеченным глазом, отчего Севика поджала губы. Наверное, только она видела его таким – уязвимым и разбитым. Ее флешбекнуло тем временем, когда Силко бросила Лора. Нехорошее предчувствие зародилось в груди, и женщина напряженно протянула:       - Это же… Это же не из-за Паудер? Только не говори, что она бросила тебя. Все же нормально было…       - Сплюнь, - глухо выдохнул Силко, качая головой, а у Севики как-то даже от сердца отлегло. – Дело не в ней… Точнее, в ней, но не совсем.       - А можно как-то попонятнее говорить или тебя после бухла на загадки потянуло? Ну так я не мастак их отгадывать. Ты прямо на вопрос можешь ответить или нет?       Мужчина скривился, как будто не черный кофе пил, а авторскую бурду своей девочки. Севика оскорблено поджала губы, хотя понимала, что вряд ли дело в напитке. Просто Силко не хотел говорить ей о том, что случилось. В принципе, не то, чтобы женщине было до этого какое-то дело – после произошедшего с Лорой она не лезла Силко в душу. Но сейчас видела, что ему нужно выговориться. Даже если он сам так не считал.       - Я расскажу, но… Не перебивай меня и… Не комментируй, пожалуйста. История довольно… Своеобразная.       - Под которую обязательно нужно выпить?       - Да, но ты права. Не хочется дышать на инвесторов перегаром.       - Тогда кофеек прихлебывай и начинай вещать.       

***

      К середине рассказа Севика перестала жевать. Ближе к концу отставила от себя чашку и сурово опустила подбородок на сцепленные между собой ладони, смотря на Силко исподлобья. А после его окончания молчала где-то с минуту, а затем тяжело вздохнула.       - Во-первых, виски действительно не хватает. Во-вторых… Вы два долбоеба блядь, идеально друг другу подходите. Я в шоке с вас, если честно.       Мужчина поджал губы и скрестил руки на груди. Он догадывался, что Севика так отреагирует, но все равно услышать подобное было неприятно. Тем более с учетом того, что она как бы на него работала.       - И что, ты решил забухать потому, что у тебя на одну проблему меньше стало? Типа, жить слишком легко или что?       - Не понял, - Силко нахмурился, склонив голову набок. Севика же хмыкнула, все-таки допивая уже почти остывший кофе.       - Ну ты же переживал из-за того, что тебе нужно будет выбирать между Джинкс и Паудер. А теперь нахуй выбирать, если это один человек? Проблема решена. Или, дай угадаю… Ты воспринял это как обман с ее стороны, да?       Свои умозаключения по этому поводу Силко держал при себе, потому что после галлюциногенного разговора с самим собой понял, что отреагировал слишком остро. Но Севика, как всегда, сама обо всем догадалась – а постное лицо мужчины только подтвердило ее вопрос.       - Ты серьезно? Нет, блядь, ты сейчас серьезно? Ты буквально сделал то же самое, но обиделся, что Паудер поступила как ты?!       - Я это уже понял, - нехотя протянул Силко, отворачиваясь, но осуждение Севики придавило его к месту.       - Охуеть. Понял он. После бутылки виски ты понял? А типа до этого твоя понималка не работала? Мне все отделы телефон оборвали, поскольку думали, что ты там где-то помер уже. С учетом того, какой ты трудоголик, твое отсутствие все очень остро воспринимают. А ты как подросток расклеился от того, что какая-то девчуля тебя даже не обманула – слегка недоговорила. Пиздец, а она-то в курсе, что ты – Зед?       Молчание Силко заставило лицо женщины вытянуться, а затем она рассмеялась в голос.       - СЕРЬЕЗНО?! Блядь, она все еще не в курсе, а ты уже развел драму. Прости, но сейчас жертва тут только Паудер. Может, мне ей обо всем рассказать? Ну, типа, чтобы вы были в одинаковых условиях?       - Даже не думай! – резкий ответ Силко стер с лица Севики ухмылку, заставляя ее нахмуриться. Она знала этот тон – и с ним спорить было себе дороже. Мужчина же тяжело вздохнул, качая головой.       - Как я уже сказал, у нее финансовые проблемы. Она не берет денег от меня. Но от Зеда – берет. Я не раскрою ей правду, пока этот вопрос не будет решен. Не потому, что хочу использовать ее неведение в корыстных целях. Наоборот. Я хочу ей помочь, но не знаю, как. Это единственный вариант, который пришел мне в голову, - голос Силко смягчился, и Севика через какое-то время обдумывания сказанного кивнула.       - Поняла. Признаю, это звучит логично. Но все же постарайся решить ее проблему побыстрее. Ты ей папочка или как? – женщина снова коротко хохотнула, когда мужчина осуждающе поджал губы от этой шутки. – Она не заслуживает того, чтобы ее использовали, - последняя фраза была сказана серьезным тоном, и Силко не мог с этим не согласиться. Если бы обстоятельства были иными, он бы позвал Паудер на разговор сразу же, как только узнал правду. Ну или точнее, чуть позже – когда бы пришел в себя и окончательно протрезвел. Но теперь ему придется быть еще осторожнее, чтобы не сболтнуть лишнего – ни в разговорах с ней, ни в разговорах с Джинкс. Не хотелось спугнуть ее и разрушить доверие девушки.       Как Силко, будучи Зедом, когда-то сказал – он здесь не для того, чтобы делать ее жизнь тяжелее, а наоборот, чтобы облегчить ее.       Мужчина решил ответить на сообщения Паудер уже после встречи с инвесторами, поскольку ему было необходимо срочно привести себя в порядок: вечерние планы абсолютно вылетели у него из головы после таких внезапных новостей. К тому же, завтра ему еще было нужно поехать в академию, поскольку Хеймердингер уговорил-таки его вложиться в один проект: о котором, правда, он так и не потрудился подробнее узнать. Но решил, что отказаться всегда сможет, а вот возможность внедрить мерцание в качестве оружия для миротворцев ему еще нескоро может снова представиться.       А, возможно, он сумеет пересечься с Паудер в академии в перерыве между ее пар. Решив, что это тянет на хороший план, Силко несколько успокоился.       Правда, старался на всякий случай не смотреть ни в одну отражающую поверхность поблизости, пока мерцание не выведется из организма.