Заманчиво открытая клетка

      Гермиона смотрела на календарь уже пару минут. Пятнадцатое мая. Каких-то пару недель и это все закончится. Шатенка не понимала рада ли она, или нет. Как бы она не пряталась от чувств к Нотту, но понимала: они больше не увидятся, а если и не так, то пройдут мимо друг друга, будто никогда не были знакомы. Одно: видеть его каждый день, не разговаривать, но знать что он хотя-бы жив, совсем другое, видеть его лишь в своих воспоминаниях, без уверенности в его состоянии. Только сейчас Гермиона осознала: ей не становилось легче все это время. Она просто не давала себе возможности задуматься об этом хоть на секунду, которой хватило бы для того, чтобы увязнуть в этих мыслях. Сейчас Грейнджер совершила свою ошибку: задумалась о нем.       Гермиона устало отложила календарь. За окном уже зеленым блестела трава, а студенты расселись на ней, словно никогда ее не видели. Идиллия, сказала бы шатенка, если не желание вернуться в прошлое и... Грейнджер задумалась. А стала бы она что-то менять? С одной стороны, Нотт первоклассно станцевал на ее сердце, оставляя ее с чувством пустоты внутри. С другой... Грейнджер не хотелось признавать, но она рада, что эти месяцы провела с ним. Только вот оставался вопрос: а был ли он с ней, или это была его великолепно сыгранная роль?       Гермиона дала волю мыслям, уже чувствуя ка они тащат ее куда-то очень далеко, но не сопротивлялась. Не всю же жизнь теперь бегать от последствий собственных действий. Она пыталась вспомнить всё с самого начало: каждую его странность, каждую фразу, каждый взгляд. Не выходило. Первое время Нотт был вполне адекватным, как минимум для него это норма. Гермиона хотела понять, почему произошло то, что произошло. ...а я не буду думать, что тебя ебали на одном из этих блядских столов.       Гермиона пару раз моргнула. В тот момент она не слушала. Пыталась не слушать, зная что ничего хорошего не услышит. Мозг просто игнорировал его слова, будто шум радио на фоне. Только сейчас, спустя почти месяц она открыла этот ящик Пандоры.        Нотт лгал? Плюс вопрос в копилку. Шатенка уже не видела что перед ней, крутя в голове их последний разговор. Стало смешно. До боли в горле хотелось рассмеяться так громко, чтобы слизеринец услышал ее из чёртовых подземелий. Только на глазах скопилось слезы явно не радости. Грейнджер упала на кровать, тихо посмеиваясь от глупости происходящего. Она поняла какого черта произошло. Бред. Просто абсурд, воплощенный в жизнь. Гермиона оценила бы свое состояние как истерика, если бы стала. Было все также больно, но так смешно от осознания. От этого дыра в груди стала расходится. Глупость, переведшая её относительно спокойную жизнь в режим поддержания организма. Просто чтобы существовать.        Гермиона поняла причину, но не Нотта. Он действительно просто взял и вытворил это, подумав, что она ему изменила. Грейнджер хотела похлопать ему. Гениально. Просто, блять, гениально. - Идёшь? - Джинни стояла в дверях. - Все нормально?       Гермиона кивнула, надеясь, что Уизли уйдёт. - Хочешь, я останусь? Поговорим. - собираясь сделать шаг, уточнила девушка. - Нет, нет. Я просто задумалась... Случайно вышло. - Грейнджер махнула рукой, чувствуя как ложь затекает в уши подруги. Действительно, она же не сидела и не копалась в своей голове около часа. - Схожу в библиотеку, а потом может и выйду. - Гермион... - Нет, нет, не стоит. Будет только хуже. Я уже в порядке.        Уизли нехотя вышла. Чувство бесполезности так и скребло в душе, но если шатенка сказала нет, значит нет. Грейнджер посмотрела на кота, принимающего солнечные ванны. Вот кому действительно хорошо. Для счастья нужно только еда, тепло, ночлег и ничего более.

***

      Гермиона не соврала. Точнее соврала, но не насчёт библиотеки, ибо выходить из гостиной она не собиралась, а уж тем более идти на улицу. Там слишком шумно и радостно. Но Грейнджер решила поступить как всегда: сходить в библиотеку. Забавно. Сколько можно повторять одно и то же действие, надеясь на другой результат? Возможно, скоро гриффиндорка сломает систему и это поможет. Либо, сломается сама Грейнджер.        В коридорах никого не было, одна Грейнджер торчала в школе. Наверное, впервые в жизни Гермионы случилось так, что в коридорах было тише, чем в библиотеке. Неудивительно, ведь её окна выходили как раз на лужайку, где веселились студенты. Шатенка решила взять пару книг, раз совсем скоро попрощается с этим местом, подарившем ей столько знаний. Гермиона не заметила, как ноги привели к стеллажу. Глаза пробежались по названиям, но девушка тут же забыла как складывать буквы в слова. Она поняла, что не только её так тянет библиотека. Грейнджер ничего не стоило просто взять первое, что попадётся под руку и уйти, но нет. Гриффиндорка поступила бы так, если не смех Вейн. Во-первых, это было так фальшиво, что к горлу поступила рвота. Во-вторых, это все ещё библиотека. Гермионе определённо нужна грамота, как самому уважительному посетителю этого помещения. - Ради Мэрлина, веди себя тише. - не поворачиваясь, бросила гриффиндорка, уверенная, что Ромильда не одна. - Отстань, а.        Гермиона развернулась, вскинув брови. Это определённо ей не понравилось. -Что? - недовольно буркнула брюнетка, демонстративно кладя ладонь поверх руки слизеринца.        Нотту, казалось, до происходящего вообще нет никакого дела. Парень смотрел куда-то на улицу, хотя вряд ли что-то видел. Вейн же сидела с таким лицом, будто в неё не может прямо сейчас полететь какое-нибудь проклятье, ведь нервы Грейнджер итак где-то на грани. - Ничего, Ромильда. Просто когда поднимаешься с колен, рот желательно закрывать. - Гермиона даже могла себя похвалить. Давно шатенка ни с кем не ругалась, а тут сразу так. - Тео! - парень все же соизволил обратить внимание на происходящее.        Если бы Грейнджер была чуть внимательнее, то увидела, как слизеринец едва заметно ухмыльнулся её фразе. Однако Нотт молчал, решив посмотреть чем закончатся попытки Ромильды ответить Грейнджер. Было ясно как день: даже в лучшем случае Вейн потерпет неудачу в этом конфликте. - Чуть меньше открывай рот, я же говорю. - Скажи ей! - Нотт скептично посмотрел на брюнетку, намекая, что лезть он не собирается. - Давай, скажи, Нотт. - облокотившись на стеллаж, согласилась шатенка.        Гермиону раздражало его поведение. Его умение избегать с ней зрительного контакта выводило из себя. Хотя, Грейнджер могла поверить, что парень действительно ни разу не посмотрел на неё, после того разговора. Нотт вообще способен на многое. А сейчас у неё есть шанс вывести его на разговор. Плевать каким путем. Грейнджер заставит его посмотреть на неё. Просто для того, чтобы он не сдержал собственное слово. - Что именно ты хочешь слышать? - Гермиона хотела ударить его. Сукин сын прикрыл глаза. - Я? Я ничего. Ромильда хочет. - Грейнджер, отъебись просто. Уже давно ясно, что твои слова не стоят и цента. - Мои, значит? Интересно, Нотт. Очень. - ей определённо это было нужно. Грейнджер никогда не поддерживала скандалы, но сейчас это было важнее кислорода: переругаться с ним, лишь бы дошло, что пора поставить цветы на могилку их отношений. - Только вот не пизди, что тебе нравится трахать дур, хорошо?        И он проиграл. Зелёные глаза впервые за такое долгое время увидели её. Они определённо скучали по её телу, а тем более сейчас, когда она стоит так уверенно, что хочется просто взять её здесь и слышать её скулящий голос... Самоконтроль тихо треснул, оставляя неровную линию, медленно ползущую по этой стене, которая перестала быть такой прочной.        Гермиона видела. Она читала по глазам, что это не входило в его планы на сегодня, да и на любой другой день. И шатенка уверена: она зацепила его. Было плевать что чувствует Вейн, которая все ещё находилась с ними. Главное - его план рухнул. И она этому виной. - Как мы грязно заговорили, однако. Да, после того как тебя имели на пыльном столе в кабинете, этого стоило ожидать. - Поздравляю, Нотт. Ты законченный мудак, который верит в сказки, которые сам и создает. - сделав поклон, ответила Гермиона. - Браво. И я не думаю, что ты должен судить людей за нецензурную лексику. Тебя ведь никто не осуждает за твои пристрастия.        Грейнджер увидела как он дёрнулся, чтобы заткнуть её, но сдержал свое второе обещание - не касаться. И вот вновь его слова сыграли ей на руку. Нотт не тронет. Да, раньше бы она и не подумала об этом в таком контексте. Слизеринец продолжил сидеть, хотя, от желания заставить Грейнджер закрыть рот, сливался со своей рубашкой. Гриффиндорка никогда не замечала в себе столько злорадства, но сейчас её это не волновало. Она будто вкусила что-то новое, что было в разы приятнее чувства самобичевания. - Да и за твою вечную ложь тоже. Уверена, сейчас ты врешь в раза аккуратнее, чем тогда, Тео...       Парень поднялся, но гриффиндорка не дернулась. Он не посмеет. - Не всегда стоит говорить о том, о чем не просят. - Нотт шептал так тихо, что Гермиона едва могла различить его слова, хотя Теодор остановился в полуметре от нее. - Не играй со мной, Грейнджер. Ты во всех случаях проиграешь. - Не тебе мне указывать, Нотт.        Вот теперь она решила уйти, оставив на его лице легкое покраснение от волос, которые хлестанули по щеке.       Гриффиндорка никогда не была настолько правильной, насколько ее видели окружающие. Злорадство не было ей чуждо, но обычно вызывало чувство стыда, но с возрастом Грейнджер стало плевать. Она тоже человек и может чувствовать что-то, что в обществе принято негативным. Особенно сейчас, когда Нотт проигрывает в игре, правила которой сам установил.        Только она вышла из библиотеки, как ее ударил озноб и пришло понимание - это было необдуманно. В тот момент она была так уверена в своей безопасности, хотя причин не было от слова совсем. Это же нужно было додуматься такое ляпнуть Тео, зная о его неадекватности. Хождение по краю какое-то, хотя гриффиндорка не замечала за собой суицидальных мыслей.       С чего она вообще была так уверена в том,что он сдержит это обещание, раз провалился с первым? Это было не из-за каких-то там чувств и веры в его благородность. Точно не из-за этого. Да, чувство самосохранения явно вышло на прогулку в тот момент, причем, без весомых причин. Просто захотелось побесить его, заставить показать хоть какую-то эмоцию, а не игнорировать ее существование. Это казалось каким-то мазохистическим, но все же, способом отомстить ему.       Грейнджер выдохнула лишь тогда, когда поднялась в гостиную. Она не будет больше так делать. Как минимум постарается. Гермиона понимала, что Нотт сможет ответить на это. У него не туз, а вся колода в рукаве, либо это не Тео.       Гермиона провела за книгой совсем недолго, потому что в гостиную поднялись Гарри, Рон и Джинни. Поттер недовольно забрал у подруги книгу. - Гермион, погода чудная, а ты школе торчишь уже какой день. - Я готовлюсь к экзаменам. - Герми, готовиться нужно кому угодно, но точно не тебе. Даже мы с Гарри не так налегаем на учебу. - усевшись рядом, буркнул Рон.       Грейнджер пожала плечами, забирая книгу обратно.

***

       Блейз чувствовал себя маньяком. К сожалению обоих, его жертвой был Нотт. Мулат пытался не выпускать друга из виду с того самого дня, как гриффиндорка посвятила его в секрет Тео. И сегодня он был крайне удивлён, услышав разговор этих двоих. Грейнджер его не заметила, хотя ей бы это явно не помешало. Забини был готов аплодировать, услышав как резко шатенка осадила новую пассию Нотта. Только вот он никак не ожидал услышать то, о чем Тео сказал. Из-за этого слизеринец даже упустил момент, когда Нотт ушёл. И теперь у Блейза была просто куча вопросов. - Пойдёшь? - Куда? - оборачиваясь на Панси, хмуро спросил мулат. Настроение было не очень, а все из-за выходок Тео. - Не знаю, просто пройтись. Дожди обещают скоро. - брюнетка разглаживала складки на футболке, надеясь, что парень составит ей компанию. - Может, не сегодня? - Почему? - Панси склонила голову, смотря на Забини. Она заметила, что с ним что-то не так уже с самого утра, но Блейз не посещал её в причину. - Все в порядке? - Да, конечно. - А мне кажется, что нет. - сложив руки на груди, сказала девушка. - Что опять случилось? - Дорогая, это не должно тебя тревожить. Правда. - Нет, нет, нет. Давай без вот этого. Я в любом случае узнаю. - она пожала губы, ожидая ответа. - С Грейнджер нужно поговорить. - он скажет о том, что услышал, но не скажет Панси о наркотиках. Это оптимальный вариант решения проблемы, ибо если Паркинсон начинает копать, то это уже не остановить.        Девушка непонимающе посмотрела на Забини. У них есть только один повод для разговора, и это Нотт. Вопрос: о чем именно этим двоим нужно поговорить? Блейз хоть наладил отношения с Тео, но стоило Нотту учудить этот спектакль с Вейн, так все вернулась на круги своя. Да и Грейнджер явно не горит желанием даже говорить и парне. Что-то определённо не так.