Заманчиво открытая клетка

      Настроение утром было опять паршивым, хотя Грейнджер только стала приходить в себя. Всю ночь она ворочилась в кровати, только мысли от этого не пропадали. Солнце уже встало, когда сон все же решил навестить гриффиндорку. Полтора часа не особо делали погоду, потому шатенка буквально спала на ходу. Так еще и напоминание от директора. Гермиона почти завыла, услышав новость о выпускном. Бал. Именно этого ей и не хватало. Джинни явно поняла эмоции подруги, хотя это было не так и сложно: недовольство было написано на лице. Гарри и Рон переглянулись. Они явно разделяли чувства Гермионы. Она вообще напрочь забыла о новом увлечение директора: празднование по поводу и без. И обязательно танцы. — Последний год, чего вам не нравится? — не понимая такой реакции, возмущалась Джинни. — Вот именно. Лично я лучше посижу в спальне, не слыша этот шум и крики. — массирую виски, ответила Грейнджер. — Ты еще вязать начни и очки носить. — взмахнула руками Уизли. — А вы что? — обращаясь уже к мужской половине, спросила девушка. — Я воздержусь от ответа. — уже чувствуя готовность сестры ляпнуть что-нибудь колкое, поднял руки Рон. — Предатель. — тихо прошептал Гарри. — Ну не мое это, Джинни. Вспомни меня на Святочном Балу. — Вот у нас разница год, а по ощущениям все тридцать. — буркнула Джинни.       Гермиона твердо решила не идти: пары нет, желания тоже. Конечно, она могла пойти с Роном просто как друзья, но и этого не хотелось. Лучше она проведет вечер в тишине и покое. А покоя там точно не будет, хотя Гермиона не уверена: будет ли на этом сомнительном мероприятии присутствовать Нотт. В любом случае, делать там ей нечего. — Поттер! — все четверо обернулись, привыкнув, что дела Гарри автоматически касаются всех. — Да, профессор. — по лицу друга было видно, что он уже перебирает все возможные варианты развития диалога. — Что-то хотели? — Ох, я никак никого найти не могла. Скажите своему факультету, что после занятий все должны собраться в кабинете ЗОТИ. — У нас же должен быть обед. — Рон, твоя любимая индейка не улетит со стола.       Парень обреченно вздохнул. Ну вот опять. — Хорошо, профессор, я всем передам. — пытаясь не засмеяться с фразы Джинни, кивнул Поттер.       Гермиона смотрела на Рона, до глубины души оскорбленного такими словами от собственной сестры. Грейнджер могла бы даже позавидовать. Нет, не Рону. Джинни в любой момент времени могла ляпнуть что-нибудь такое. К всеобщему счастью, это она использовала не во зло, да и только на брате.       Гарри даже не пришлось никому ничего говорить. Вайрнит сама предупредила гриффиндорцев, что после занятия они никуда не расходятся, а ждут остальные факультеты. Медленно, но верно полупустой класс заполнился галстуками всех четырех цветов. Грейнджер тихо дремала в конце класса, проснувшись лишь тогда, когда в кабинет зашел мужчина. Гермиона точно где-то его видела, вот только где — не помнила. Ради приличия девушка все же поднялась с парты. — Здравствуйте, я — Гавейн Робардс. Возможно, вы знаете, что на данный момент именно я являюсь главой Управления мракоборцев в британском Министерстве магии. — после этих слов Грейнджер легла обратно, понимая, что это очередная пропаганда от Министерства. — Мистер… — заметив стоявшего парня, обратился мужчина. — Нотт. — ответил слизеринец — Мистер Нотт, попрошу вас сесть. Теодор оттолкнулся от стены, оглядывая класс. По лицу его было видно — он крайне раздосадован своей соседкой по парте. Иначе и быть не могло, промелькнуло в голове Панси, наблюдающей за Теодором, который явно не спешил сесть. Однако, тут Паркинсон ошиблась: могло и должно было быть, просто на тренировке Маклагген подвернул ногу и пропустил весь учебный день, потому место с Гермионой пустовало.       Девушка почти вернулась в сон, как проснулась от движения парты. Подняв голову, она на пару секунд зависла, смотрю на профиль парня. Нотт, откинувшись на спинку стула, с явным недовольством слушал главу мракоборцев, тихо постукивая пальцами по столешнице. Гриффиндорка медленно легла обратно, подозрительно смотря на парня. Грейнджер подумала, если бы в мире магии было кино, то Теодор был бы востребован, ибо так отыгрывать её отсутствие — талант. Стук пальцев отдавал в самые уши, и шатенка с грустью поняла, что мирно поспать у неё не выйдет. Эту возможность забрал Нотт. — Не стучи. — не поднимаясь с парты, проворчала Грейнджер.        Чего и стоило ожидать — ноль реакции. Гермиона недовольно подняла голову, впиваясь в парня взглядом. Только вот ему было абсолютно плевать, что в нем пытаются прожечь дыру. — Нотт, ради Мэрлина, дай поспать. Ты же сам не хочешь со мной разговаривать. Окажи услугу нам обоим. — прошептала Гермиона, надеясь не привлечь много ненужного внимания. — Кое-кто не выспался? — переводя взгляд от стены за Вайрнит, на девушку, спросил слизеринец. Он даже усмирил руки, убрав их в карманы. — Уже не твоё дело. — сузив глаза, прошипела Гермиона. — Уже.        Грейнджер поняла, что сон прошёл, стоило рядом оказаться Теодору. Она подперла голову ладонью и делала вид, будто слова Робардса её интересуют, что правдой явно не было. — Сейчас здесь собрались те, в ком министерство не сомневается. Да, некоторые из вас все же оступились… — Именно так это и называется. — ухмыльнулся Нотт. — Ты можешь помолчать?        Слизеринец поднял брови. — Я даже не с тобой говорю, Грейнджер. Успокойся. — Ты просто меня нервируешь. — массируя виски, бросила шатенка. — А тот факт, что ты ведёшь беседы сам с собой — не есть хорошо. Я тебе уже говорила, что с такими проблемами пора бы уже в Мунго обратиться. — Тебе то что? Хоть с самим Мэрлином я говорю. Это тоже уже не твоё дело. — Пора бы говорить с людьми вокруг. — И с кем же? — Теодор развернулся к Грейнджер, напрочь игнорируя пламенную речь мужчины. — С тобой? — Да хоть со мной, Нотт. Только теперь это мне неинтересно. Я пыталась с тобой поговорить по-человечески, а что сделал ты? — Вот давай без этого. Не рассказываешь своим гриффиндорцам — окей. Только мне смысл сейчас заливать? — Грейнджер молчала. — Вот и все. — Говорит человек который все отношения только и делал, что лгал. — поднимая сумку, ответила девушка. — Вейн тоже выслушает всё твоё вранье? — Грейнджер…        Но девушка уже вышла из кабинета, наплевав на все нормы приличия. Этот Робардс как нибудь переживёт её грубость, а вот она терпеть высказывания Нотта не намерена. Сон так не стал возвращаться даже после удаления от самой причины бессонницы. Гермиона почти поднялась в гостиную, как желудок дал о себе знать. Вздохнув, девушка развернулась и направилась на обед.        В Большом зале было до ужаса шумно. Младшекурсники, заметив, что старост нигде нет, так и галдели. Гриффиндорка не стала делать замечания даже своему факультету: тратить нервы ещё и на них не хотелось. Пусть бесятся, пока могут. Когда с обедом было почти покончено, в дверях стали появляться однокурсники. — Мы уже думали, что придётся подниматься за тобой в башню. А ты сама вспомнила про еду! — радостно заметил Рон. — А ты чего ушла? — поправляя очки, спросил Гарри.       Он видел с кем ей выпала удача сидеть, но все же спросил. Гермиона свела брови, от чего у Поттера сразу отпали вопросы. Сами парни выглядели воодушевленно, видимо, так на них повлияла встреча с Робардсом, хотя они и до этого не раз пересекались. — Тебя искал Маклагген. — Гарри кивнул в сторону дверей, где как раз стоял парень. — Зачем?        Покончив с едой, девушка скучающе водила вилкой по тарелке. Фраза о Кормаке не вызвала никаких эмоций. Грейнджер поняла, что ей показалось, будто парень был ей симпатичен. Это был просто странный способ мозга отвлечься от слизеринца, который к тому же не помог.       Парни одновременно пожали плечами, от чего Гермиона слегка улыбнулась. Они такие разные, но такие одинаковые, что иногда кажется, будто они точно родственники. — Гермиона, а я все искал тебя у кабинета. — Кормак почти не хромал, что было неудивительно. Мадам Помфри всегда справлялась со своей работой на ура. — Ты уже нашла пару на бал?        Гермиона села боком, чтобы видеть лицо собеседника, как именно в тот момент заметила недовольного Нотта. Грейнджер больше удивилась, если бы он сидел в хорошем настроение. И тут в её голове промелькнула идея. Одновременно ужасная и просто замечательная: зачем сидеть в башне, если можно мозолить глаза Нотту? Да, она определённо выбирает второе. — Ещё нет. — гриффиндорка проигнорировала недовольный вздох Поттера, похлопав ресницами. — Надеюсь, в этот раз ты мне не откажешь? — с шуткой вспоминая, как она отказала зимой, спросил блондин. — Ну, так уж и быть. — улыбнулась Грейнджер, чувствуя как с обеих сторон на неё смотрят недовольные глаза. И все зелёные. — Я рад. — кивнул гриффиндорец. — А сейчас мне стоит вернуться в Лазарет, или Мадам Помфри обратно вывернёт мне ногу.        Гермиона вернулась в исходное положение, встретившись с двумя взглядами. Рон был явно в недоумение, а Гарри смотрел с неким неодобрением. — Мне показалось, или ты только что кокетничала с Кормаком? — Тебе не показалось, Рон. — вздыхая, покачал головой Поттер. — Вот она, женская месть. — Гарри! Это не так.        Брюнет посмотрел на неё, а потом за её спину. Взгляд с противоположного стола говорил об обратном. — Ну, у тебя вышло. — возвращаясь к подруге, ответил Поттер. — Только вот Маклагген… Не особо лучше, как мне кажется. Вообще в последнее время он мне не нравится. Слишком он стал хорошим. Вспомни, чем это закончилось с Ноттом. — впервые за все время, Гарри все же произнёс злосчастную фамилию. — Этой ошибки ты, конечно, не повторишь. Итак видно, что он тебе не интересен. Просто не нравятся мне все это. — А ты мне говорил, что не понимаешь девушек. — услышав такой анализ поведения Гермионы, недовольно буркнул Рон.       Гермиона вскинула брови, но Потттер махнул рукой. Рассказывать Рону, что он тогда прикрывал её роман со слизеринцом, не стоит.        Гриффиндорцы поднимались в гостиную, ведь на сегодня занятия закончились. — Гермиона, есть дело. — Паркинсон пришлось повысить голос, ибо младшекурсники не притихли далее с возвращением старост.        Шатенка спустилась вниз. Разговаривать на таком расстоянии и при таком шуме — бессмысленно. Гарри и Рон остались стоять наверху, дожидаться, когда очередной важный разговор с Паркинсон закончится. — Я тебя украду на эти выходные. Сходим в Хогсмид, посмотрим платья на выпускной, посидим в кафе и пообсуждаем мальчиков. — последнее явно было лишним, но Панси вжилась в роль типичной модницы, загибая пальцы на каждом пункте. — Просто Блейз уже устал со мной таскаться по магазинам. — закатив глаза и вернувшись в нормальное состояние, объяснила брюнетка. — Ну, ладно… — уже представляя какого это ходить со слизеринкой по магазинам, согласилась Гермиона. — Отлично! Одна я там точно умру со скуки. — выдохнул Паринксон. — До встречи. — До встречи.        Грейнджер даже не рассчитывала, что их общение с Паркинсон будет повязано не только на Нотте. Причём Панси сама проявляла эту инициативу, что намного даже пугало. Хотя, Гермиона замечала, что пассивность — не про Панси.

***

       Паркинсон сидела с учебником истории, когда в гостиной наконец то появился Забини. С обеда она не видела ни его, ни Нотта. Мысленно, Панси уже представляла, как Блейз явится со словами: «я его убил». В последнее время Забини стал слишком много внимания уделять Тео, и ещё больше говорить об этом, потому, это уже казалось неизбежным. При всем этом, он так и не сказал причину заинтересованности в состоянии друга, что никак не добавляло деталей в итак полупустую картину происходящего. — Могу тебя обрадовать. — кладя книгу страницами вниз, потянулась Панси. — Хоть кто-то этим занимается. — к да письмо в камин, ответил Забини. — Я в предвкушении. — Тебе не придётся идти со мной за платьем. — не отрывая взгляда от письма, сказала Панси. — Что там? — Во-первых, кто этот несчастный? Во-вторых, давай ты не будешь спрашивать, потому что врать я тебе не хочу. — подойдя к девушке, Забини положил руки на её плечи. — Хорошо? — поглаживая большими пальцами голый участок кожи, мягко уточнил мулат. — Не нравишься ты мне. — прикрывая глаза, прошептала Паркинсон. — Так кто решился? — Гермиона. — чувствуя, как тело наконец-то расслабляться, все также тихо ответила Панси.