Заманчиво открытая клетка

      Утро началось для шатенки только в десять, и то, из-за Джинни. Уизли была крайне недовольно тем фактом, что подруга решила проспать весь выпускной бал. А Гермиона была бы и не против. Она могла бы вообще весь день просидеть в комнате, но, увы, уже согласилась пойти с Кормаком. - Гермиона, я не позволю тебе пропустить это событие! - уперев руки в бока, недовольно произнесла Джинни. - И вообще, я твое платье не видела даже. - Белое. Этого достаточно? - сонно поднимаясь с кровати, спросила шатенка. - Ты ходила за платьем с Паркинсон и взяла белое? - Уизли была в крайней степени удивлена.       Грейнджер скептично посмотрела на подругу. Когда-нибудь они вес отделаются от глупых стереотипов, но не сегодня. - Ладно, ладно. - вздохнула Джинни. -Пошли на завтрак.       Грейнджер нехотя поднялась. Гарри и Рон уже позавтракали и сидели в гостиной. Рыжая недовольно посмотрела на Поттера, ибо тот еще даже не начал собираться, но промолчала. В большом зале все было по прежнему. Так и не скажешь, что они больше не вернуться в эти стены, в которые из года в год возвращались. Аппетита у Гермионы не было. Чашка кофе было единственным, чем позавтракала шатенка, пока Уизли устроила себе полный сбалансированный приём пищи. Поднимаясь в гостиную, Гермиона услышала голос Нотта. Крайне недовольный голос Нотт. На пару секунд остановившись, гриффиндорка поняла, что собеседником его является Забини. Грейнджер закатила глаза: не успел выйти из лазарета, уже ведёт себя как мудак. Причём, по отношению к Блейзу, который и принёс полумертвого Тео на руках в больничное крыло. Да, о благодарности он, видимо, не слышал. Гермиона пошла в гостиную, не желая знать причину очередного психа Тео. Это не её дело.        Джинни зашла следом за шатенкой и села на кровать подобно жмыру, которому что-то нужно. Поймав вопроосительный взгляд подруги, Уизли пояснила: - Я хочу увидеть это белое платье. - Мэрлин, сейчас? - Джинни кивнула. - Ладно.        С этими словами шатенка открыла шкаф и достала вешалку с футляром. Растегнув молнию, Гермиона скинула черную ткань, показывая подруге то, что она просила. - Нет, нет, нет. Надевай. - Ну уж нет. - Ну уж да. - качая головой произнесла рыжая. - Я просто не хочу с тобой спорить, Джинни.        Уизли довольно улыбнулась. Ей было просто интересно что они подобрали с Паркинсон. Даже Джинни не спорила, когда кто-то говорил, что у слизеринки прекрасный вкус. В чем, в чем, а в моде она разбирается. Кто не согласен - все равно согласен.

***

       Время близилось к семи, а это значило, что пора выходить. Гермиона чувствовала себя дурой, сидя на кровати в таком роскошном платье. Нет наряд её устраивал полностью и даже больше. Гриффиндорка не понимала смысла всего происходящего. Все это торжество лишь напоминало, что это последний раз. Сейчас они пару часов поулыбаются друг друга, обсудят планы на будущее, а через месяц встретившись на улице, пройдут мимо, разве что кивнув в знак приветствия. - Ты выходишь? - Джинни стояла в дверях. - Что опять за меланхолия?! Так, давай. - Уизли потянула подругу за руку, подводя к зеркалу. - Твое недовольное лицо никак не подходит под это платье. Ты посмотри! - девушка отошла, чтобы не мешать.        Тут Гермиона согласилась. Само платье держалось за счёт плотного прилегания к телу и широкой полосы из-за спины, обвивающей шею спереди. Белая ткань заканчивалась чуть ниже колен, что восполняло открытость декольте и плеч. Шатенка нравилось как она выглядит в нем, но этого девчачьего желания похвастаться перед всеми так и не появилось. - Перчатки в руки и пошли. - протягивая последний аксессуар, который Гермиона оставила на тумбе, произнесла Джинни. - Кто будет доводить Нотта до истерики, если не ты?        Грейнджер обернулась на подругу. О том, что Тео там будет она не знала. Гриффиндорка была уверена, что кто, кто, а слизеринец туда не сунется. Вместо этого он будет рассуждать об этом спектакле лицемеров где-нибудь на астрономической башне. Шатенка не стала зацикливаться, что думает его мыслями. Это уже не так важно. - Вот! - заметив, как подруга оживилась, взмахнула руками Уизли. - Кто кого ещё доведёт, Джинни. - все же надевая перчатки, бросила Грейнджер. - Так, тогда подожди. - останавливая подругу, Джинни достала палочку. - Пару прядок поправлю.        Спустя пять минут обе девушки уже стояли в гостиной, дожидаясь своих кавалеров. Конечно, Джинни радостно, а вот Гермиона без особого энтузиазма. Все таки идти с Кормаком было спонтанным решением, о котором она уже начинает жалеть. Маклаген появился почти сразу, как сама Грейнджер вышла из спальни. - Я до ужаса польщён, что со мной сегодня именно ты, Гермиона. - шатенка мило улыбнулась, хотя хотела просто развернуться и уйти. Её останавливало лишь два факта. Первый - Нотт. Второй: он на дух не переносит Кормака. Это последний её шанс отыграться. - Идём?        Блондин протянул руку, приглашая шатенку вперёд.Они спустились следом за Гарри и Джинни, и тут Грейнджер вспомнила, что предложила их кандидатуру для открытия бала. Гриффиндорка поняла, что спокойно весь этот вечер не закончится. Причем Макгонагалл даже не намекала на нее. Один черт знает, для чего шатенка это ляпнула. Слава Мэрлину, она не в первый раз открывала мероприятие, но тогда она была с Крамом, который ей хоть симпатизировал. - Ты чего? - заметив смятение подруги, Уизли отошла от Гарри. - Все хорошо. - возвращая беззаботную улыбку, которая сработала с Маклаггеном, отмахнулась шатенка.       Когда двери открылись, Гермиона быстро выбросила эти мысли из голову. Не хватало испортить последний бал идиотской ошибкой в танце. Только до ее слуха донеслась музыка, как она успокоилась. Тривиальный вальс. Здесь сложно было сделать что-то не так, потому шатенка просто позволила себя вести. Как никак, чистокровные должны выучить этот танец сразу, как научатся ходить. Оркестр играл как всегда чуть громче нужного, но это оказалось не такой уж и проблемой.       Кормак держал ее явно ближе нужного, Гермиона это чувствовала. Вот что было проблемой. Тихо выдохнув, она отвела взгляд от парня, ибо вся это ситуация была некомфортна. В этот момент Грейнджер заметила взгляд слизеринца, к счастью, это был Забини. Довольное лицо мулата сначала вызвало замешательство, но, когда во время очередного шага пары слизеринцев, она наткнулась на взгляд Тео, то вопросы отпали сами собой. Даже будь у нее зрение как у Гарри, не увидеть как нервно дышит парень - сложно. Шатенка вернула взгляд на своего спутника, пытаясь не показывать, что во всем происходящем ей нравится именно танец, а не вызванная им злость слизеринца. Легкая стервозность еще никому не навредила.       Музыка стихла, что не могло не обрадовать гриффиндорку. Ее запасы терпения близились к нулю, а это только начало бала. Кормак убрал лишь одну руку, оставляя вторую на талии шатенки. Грейнджер даже не видела перед собой Минерву, которая решила произнести речь. Грейнджер нервно теребила перчатки на руках, пытаясь понять насколько неуместно будет покинуть бал сейчас. Гермиона позже будет себя ненавидеть за то, что обрадовалась появлению Нотта, который стоял в дверях. Он определенно что-то хотел от нее. Решив, что хуже уже не будет, она выскользнула из рук однокурсника. - Все в порядке? - видеть недоумение гриффиндорца нужно было своими глазами, когда он понял, куда именно идет его спутница. - Сейчас вернусь.       Шатенка не особо торопилась. Самое главное - ее больше не касается рука Кормака. - И долго ты будешь это делать? - но Гермиона вместо ответа молча прошла мимо. - Грейнджер! - Не ори, идиот. Или я тоже могу случайно ляпнуть, какого хера ты провалялся в лазарете все эти дни. На весь зал.       Теодор прикрыл глаза, пытаясь успокоится, и пошел за девушкой. Логика в том, чтобы не обсуждать некоторые вещи прямо возле большого зала , все же есть. Хотя Нотт не был бы очень раздасадован, если кто-то узнает о его зависимости. Терять вроде нечего.       Когда шатенка остановилась, парень опять задал свой вопрос: - Вернувшись туда, ты продолжишь это устраивать? - гриффиндорка молча достала сигареты. - Нахуя? Мы оба понимаем для чего тебе это. - Так раз понимаешь, зачем спрашиваешь? - Значит, так? - убирая руки в карманы, подытожил Нотт. - Тогда на кой черт ты приходила? Я знаю, что ты была в лазарете. - Это все, о чем ты хотел поговорить? - скептично уточнила шатенка.       Гермиона очень надеялась, что слизеринец не заметил, на сколько она удивлена его поведением. После этих месяцев слышать нормального, ну или почти, Тео, было непривычно. Будто старый Нотт вернулся, но шатенка отбросила эту мысль сразу же. Она больше не поведется на это. Уже оступалась и не раз. Гриффиндорка поняла, что на актёрские навыки Тео не жалуется. - Грейнджер. - она слышала, как он пытается не заорать на нее.       Решив, что говорить больше не о чем, гриффиндорка сожгла остатки сигареты и пошла обратно. - Сука.       Но шатенка даже не обернулась, хотя это стоило ей больших усилий. Гермиона могла бы высказать Нотту все, но не видела в этом никакого смысла. Сколько не пытайся, оборотень не превратится в домашнего питомца. А если подпустить того слишком близко то загрызет, даже не заметив. Так рисковать Грейнджер больше не хочет.       Директор уже давно закончила свою речь, и студенты занимались чем хотели: кто танцевал, кто стоял у стола, обсуждая планы. В голове Гермионы пронеслось, что она была права на этот счет. - Ты его убила?       Шатенка чуть не подскочила от резкого вопроса у самого уха. Панси тихо хохотнула, заметив реакцию гриффиндорки. - Факультет храбрых, значит? - Паркинсон, так и до остановки сердца недалеко. - поворачиваясь к брюнетке, недовольно произнесла Гермиона.       Слизеринка невинно пожала плечами, что никак не сходилось с ее образом. В принципе, Панси и невинность не стыковались. Брюнетка стояла в черном платье, которое можно было охарактеризовать как " Маленькое черное платье", только вот Коко Шанель носила куда более скромные варианты. Но это же Паркинсон. - Так, он жив? - Увы, да. - понимая о ком именно спрашивает слизеринка, хмыкнула Гермиона. - Храбрость и милосердие, да? - беря со стола бокал, вскинула брови Панси. - Кстати, вот в тех бокалах, - девушка кивнула в сторону дальнего стола. - алкогольный пунш. Думаю, он тебе понадобится. - для пущего эффекта, Паркинсон недовольно посмотрела на Кормака, который завидев свою спутницу, уже шел к ней. - Так, я пошла. Ну или у нас точно будет труп.       С этими словами Панси скрылась в толпе. Гермиона пыталась понять, почему Маклагген настолько всем не нравится. Происходя это пару лет назад, она бы точно поняла, но в этом году Кормак вообще перестал похож на самого себя. - А я уже подумал, что ты решила сбежать. - протягивая шатенке бокал, улыбнулся Кормак.       Голос Паркинсон в голове тихо напомнил, что есть что-то покрепче, чем сок, потому гриффиндорка вежливо отказалась. Маклагген пожал плечами и поставил бокал на стол. Тишина затягивалась, хотя Гермионе не было до этого дела. Внутри опять шла дискуссия. Крохотная часть хотела верить, что Нотт действительно пришел в норму. Мозг же прямо кричал, что это бред, ну или иллюзия, за которой кроется все тот же мудак. - Может, потанцуем? - медленно отводя Гермиону от стола, спросил парен. - Зачем же еще ходят на балы, если не танцевать?       Шатенка не стала говорить, что для того, чтобы довести бывшего. Немного неуместно. А блондин принял ее молчание за согласие, и уже положил руки на ее талию. Гермиона почувствовала, как кожа покрывается мурашками. Неприятно. Даже через плотную ткань чувствовалось тепло его рук, но в случае с Маклагенном. Тепло. Шатенка отбросил мысль, что руки слизеринца почти всегда были на пару градусов холоднее нормы.        Когда музыка сменилась Гермиона решила, что на этом хватит. Этот цирк ей не нравился еще и потому, что главного зрителя не было в зале, а значит можно заканчивать свое выступление. Гриффиндорка направилась к дальнему столику, на который ей указала Панси. Без этого она точно не переживет сегодняшний вечер.       Уходя от Кормака, шатенка не заметила его недовольного лица, но заметил Уизли, который тоже понимал суть происходящего. Гарри и Джинни были слишком увлечены танцами, в отличие от Рона. Парень болтал с Дином об очередной вещице из магазина Джорджа, когда на пару секунд засмотрелся на Гермиону и ее спутника. В этот момент Рон вообще думал о том, что просто не видел какая женственная у них подруга. Это не имело никакого подтекста, просто даже в отношениях он воспринимал ее как близкого друга. Причем почти так же, как и Поттер, только вот Гарри всегда считал одногруппницу еще и девушкой, а он, выросший в толпе парней не особо это понимал. У него даже с Джинни не всегда получалось ладить. - Гермион, все нормально? - подходя к подруге, уточнил Рон.       Грейнджер вскинула бровь, беря со стола бокал. Обычно эти вопросы задавал кто угодно, но не Уизли. Ей стало интересно, с чего это друг решил пренебречь принципами. Но сначала пунш. Стоило ей сделать глоток, как она поняла, что это не алкогольный пунш, а пунш с огневиски. Не готовая к такому вкусу, она закашляла. - Все тот же вопрос. - забирая из рук девушки бокал, произнес Рон. - Да тут же...! - Тихо. - откашлявшись, прошептала Грейнджер. - Все нормально.       Уизли удивленно посмотрел на подругу. Пить огневиски посреди выпускного, так еще и втайне. Что-то определенно не так. - Поэтому Маклагген смотрел на тебя так, будто ты его обокрала? - Что? - Гермиона в недоумении глянула на парня, но тот стоял, как ни в чем не бывало. Даже улыбнулся ей. - Все в порядке. - Не чисто тут, Гермион. - беря второй бокал и возвращая подруге её, недовольно произнес Рон.       Грейнджер стало забавно. Раньше она бы прибила Уизли, пьющего посреди школьного бала, а сейчас сама стоит с бокалом. Да, эти годы изменили их всех. Причем, не в лучшую сторону. - А если поговорить не о Кормаке? - Рон, тебя так огневиски в голову ударило? Как-то быстро. - скептично смотря на полупустой бокал, съязвила шатенка. - Ха-ха. Не превращайся в Джинни. Нет, серьезно. Мы же друзья, а ты все скрываешь. - Рон, вот о Нотте говорить сейчас я не хочу. Я на свои то вопросы ответить не могу, какой на ваши. - Гермиона Грейнджер и не может разобраться в чем-то? Бред. Не верю. - пытаясь приободрить подругу, воскликнул Уизли. - А если честно, - он сделал голос чуть тише, будто говорит ей какую-то тайну. - Мэрлин, не верю, что говорю это... - Ты меня интригуешь. - прищурившись от очередной порции огневиски, Гермиона вернула бокал на место. - Нет, просто ты с этим придурком была какой-то другой. Более живой. Особенно после всего, через что мы прошли - это важно. - Гермиона уже приготовилась слушать, что нужно поговорить с Ноттом, решить их проблемы, и может у них получится. - Но нет. Тут дело даже не в какой-то ревности. Дружеской, я имею ввиду. Просто если наблюдать за вами со сторону, то видно, что там происходили не совсем здоровые вещи. Мы все трое прошли через ад, пора бы и отдохнуть. Хотя бы в отношениях. - Сказал Рон, который пришел один. - сложив губы, напомнила шатенка. - И я рад. Уж лучше один, чем с какой-нибудь неадекватной мадам, которая будет выносить мне мозги по поводу и без.       Шатенка свела брови. Парень был прав, она понимала это. Но тот самый кусочек, который Нотт бесцеремонно украл из ее сердца не хотел соглашаться. Рон был прав во всем, но не мог дать ей этого способа отпустить слизеринца. Нотт проявлял необоснованную ревность - факт. Вел себя неадекватно с ней - факт. Изменил, мать его, - факт. Все это было неоспоримыми доказательствами, что возвращаться туда не стоит, но как не вернутся - неясно. Буквально все вокруг наталкивают ее на это. - О чем болтаете? - Кормак не стал дожидаться спутницу, а решил действовать сам.       Гермиона, ушедшая в свои мысли, напрочь забыла, что Маклагген все еще существует. Оставаться здесь желания не было от слова совсем. Музыка давила на голову, хоть и играла как всегда. Гриффиндорка поправила перчатку, все же решив закончить с этим. - Я лучше пойду. - В чем дело? - шагая рядом с девушкой, встрепенулся блондин. - Кормак, лучше иди обратно Пропустишь все веселье.       Гермиона просто хотела побыть одна, осмыслить слова Рона и свои действия. Правота Уизли лишь усугубляла ситуацию. Лучше бы он говорил обратное, а она, такая молодец, не согласилась с ним, доказывая себе, что хорошо справляется. Но нет. Она не справляется. Абсолютно. Шатенка чувствовала, как слезы медленно появляются на глазах. - Эй, ты чего? - Кормак решил проводить шатенку, хотя та сама понятия не имела куда идет. - Пошли. - парень открыл дверь пустого кабинета. - Ты чего.       Пытаясь убрать слезы, шатенка сняла перчатки, но и без низ это выходило плохо. Слезы просто не хотели останавливаться. Будто в этот момент нервная система решила, что с нее хватит, и пусть девушка как-нибудь сама со всем этим справляется. Кормак сел рядом, протягивая салфетку. - Я не знаю почему ты плачешь, но оно точно того не стоит. - приподнимая подбородок шатенки, прошептал парень.       Только гриффиндорка хотела подняться, как Кормак ее поцеловал и, одна истерика сменилась другой. Она попыталась оттолкнуть от себя блондина, но ее сил было явно недостаточно. - Кончай с этим. Я за тобой полгода таскаюсь, мне это надоело. - кладя руку на бедро, прошипел Маклагген. - ТЫ ему нахуй не сдалась, дура. - девой рукой он подтянул шатенку к себе, не смотря на ее сопротивление.       Гермиона пыталась сбросить его руки с себя, но Кормак слишком сильно вцепился в нее. Грейнджер не понимала по какой логике работает ее мозг, но паника резко прошла. Гриффиндорка пыталась понять как выбраться из его хватки. Единственное что могло ее спасти - палочка, но так была слишком далеко. Шатенка думала. - Ну вот, уже и не против. - заметив, как притихла шатенка , ухмыльнулся парень.       Гермиона пнула парня в колено, ибо дальше поднять ногу мешало платья и тот факт, что рука Кормака прижимала ее бедро к стулу. Но и этого хватило ей, чтобы вытащить руку и дотянутся до палочки. И не из таких ситуаций она выкручивалась за прошлый год. Только спасение оказалось в руках, как Маклагген попытался схватить ее руку, но Грейнджер почти упала со стула, пытаясь отдалиться от однокурсника. - Да убери палочку!       Шепот тут же превратился в крик. Гермиона поняла, почему именно сюда Кормак и завел ее. Конечно, у кабинета ЗОТИ шумоизоляция лучше, чем у всех других. Но восторгаться продуманностью Маклаггена ей не хотелось. - Отойди от меня. - держа палочку прямо перед собой, тихо произнесла Грейнджер. - Я не пожалею на тебя и Круцио.       Блондин остановился, ибо голос шатенки не заставлял сомневаться - она это сделает. Маклагген злился, что весь его план закончился не так, как он рассчитывал. Парень, с того момента как шатенка пошла на бал с Ноттом , искал пути подступиться к ней, но это было невозможно, пока рядом, точно сторожевой пес был слизеринец. И о, чудо! Браун помогла ему избавится от него. Конечно, тогда им просто повезло, что Нотт проходил мимо, хоть и все эти занятия были именно для этого. К тому же, не будь у Кормака тогда свитера, вытащенного Лавандой из шкафа Грейнджер, Нотт бы не поверил. Гриффиндорец даже не совсем понял, как это привело к тому, что после каникул слизеринец уже крутил с Вейн. Но это его уже не волновало.