Перерождение из злодея в героя

Наши лица не описать. Мало того, что Каччан ещё с детства знал о том, что мы попадём сюда, так ещё и специально выучил русский язык, чтобы было проще общаться с нами. Удивление? Непонимание? Нет, самый настоящий шок. Мы сидим в кафе и уже на протяжении часа разговариваем. Мужчины, которые обязаны нас охранять и следить, чтобы мы ничего не натворили, тоже были очень удивлены. И самое странное - Кацуки и бровью не повёл узнав, что мы безпричудные. Всё, девочки, это капец... — В самом деле, я даже представить себе этого не могла. Ты так спокойно к этому отнёсся, — всё ещё удивлялась я. Странно, очень непривычно. Я бы даже сказала, что такое поведение блондина - это что-то из ряда вон. — Какие-то проблемы с этим? — немного нахмурился, но всё так же спокойно сидел и допивал кофе, которое ему принесли. — Нет, но. Тогда что насчёт Мидории? Чем он отличается от нас? — Дима, был прав. Я тоже хотела это спросить, но он опередил меня, — почему тогда над ним издеваются из-за этого? Как мне показалось, в тот момент Бакуго едва сдержался, чтобы не выплюнуть своё кофе обратно в чашку. Теперь я точно чувствую, что здесь что-то неладное. — Кто вам сказал такую хрень? Мы переглянулись между собой и знатно поменялись в лице. Я бы очень хотела рассказать блондину то, что нам известно, включая в рассказ события из манги, но, поймав на себе напряженный взгляд друга, поняла, что сейчас не лучшее время для этого. Меньше всего хотелось раскрыть секрет Всемогущего и сказануть лишнего, особенно когда за тобой в-оба следят мужики из полиции. И, вот честно, я уже сомневаюсь, что причуда Бакуго это взрывы, а не телепатия. — Ладно, позже об этом. Ты сказал, что вы живёте в доме Детектива, который взял на себя всю ответственность за вас, ведь так? — обращаясь к Димке, спросил он, после краткого взгляда на тех людей в чёрных костюмах. — Да, по сути нам негде больше жить... — СТОЙ, — не изменяю себе и своим традициям, поэтому вскакиваю со стола, опираюсь на него руками и вглядываюсь в красные глаза напротив. — Что такое? — спросил Димон, пока я медленно натягивала улыбку на своё лицо. — Ты ведь понимаешь... нам троим сейчас по 14 лет. А это значит, что нам будет столько же, когда ребята поступят в Юэй! — Даже не надейся, мы не настолько уж и везучие, чтобы поступить в Юэй без причуды. Сними ты уже эти розовые очки и засунь их куда подальше, иначе мне придётся сделать это самому. — Кайфолом! — сказала я, толкнув локтем своего друга и усевшись обратно на своё место, скорчила обиженную гримасу. Конечно же после такого "шоу" у Димы буквально загорелись глаза и мы опять начали собачиться, хоть что-то остаётся неизменным. Каччан лишь цокнул языком, закатил глаза и недовольно посмотрел на нас. — Старуха одного меня едва терпит. Если от вас будут проблемы, то я не стану вам помогать, понятно? — Мы замерли, остановив только начинавшуюся драку и посмотрели на блондина. Расселись по своим местам и начали ждать объяснений вышесказанному. Парень устало вздохнул и посмотрел на нас как на дорожный мусор, ничего нового, — она готова вас приютить на время вашего прибывания здесь. Так что готовьтесь к тому, что вам придётся жить в одном доме со мной. — Погоди, что? Вот так просто? Ты серьёзно? — спросили мы в один голос. — Да, только учтите: Мой дом - мои правила. Я ей сообщу о том, что нашёл вас, когда вернусь, — сказал он, поднимаясь и направляясь к выходу. Мы с Димкой молча провожали его взглядом, пока официантка не принесла чек, напомнив о том, что надо заплатить...

***

Прошло несколько дней. Мы благополучно перебрались в дом к Бакуго. Странных мужиков-охранников больше не было, от чего мы могли спокойно выдохнуть и насладиться одиночеством. Ну почти... Ведь за эти несколько дней я каждое утро подрывалась с кровати из-за криков в доме. О Боги, да что я сделала не так?! Мало того, стоило мне только заикнуться об этом, как Кацуки выходил из себя и не дай Божэ Мицуки-сан не будет рядом в этот момент... Но это ещё не самое страшное. Ведь тётенька-удача благополучно покинула мою физиологию, как только я очутилась в этом дивном мире. Так что однажды разозлив этого "померанского шпица" я получила взрыв прямо в лицо. Удивительно, как я не оглохла тогда. Так что приходилось подстраиваться под условия, что меня очень нервировало, но выбора особо то и не было. А сегодня вообще произошло чудо. Во-первых, Каччан целый день вёл себя спокойнее обычного. Во-вторых, Мицуки-сан целый день не было дома. Тишина... но когда она вернулась, выглядела словно её мозг пережевали, выплюнули и засунули в тело, которое только что прошло через самые ужасные пытки в мире. Ну серьёзно, даже я так не выглядела, после того как целый день под солнцем в огороде копалась. Ну а в-третьих, мы с Димкой прямо сейчас сидели в комнате Кацуки и удивлённо пялились то на него, то друг на друга. Не выдержав столь длинного молчания, я всё таки удосужилась расспросить его о том, чего он нас вообще позвал сюда. — Да, точно, — эта фраза заставила меня напрячься. Ни разу не видела чтобы он так откровенно показывал свою растерянность. Но, видимо, он даже не собирался признаваться почему сегодня все такие... странные, — с сегодняшнего дня, хотите вы этого или нет, я буду учить вас японскому. Окей, ладно, это меня удивило. С какого перепугу он вообще такой добрый? Не знаю как насчёт Димона, но меня это поведение начинает только бесить. Ну серьёзно. Только я начала адаптироваться к его невыносимому характеру, как он тут же меняется? Нет, так продолжаться дальше просто не может! Мне нужны ответы! — Эй, а что вообще происходит? — Бакуго бросил на меня подозрительный взгляд, а Дима, видимо не разделяющий моего настроя, только изобразил жест "рука-лицо", но моя уверенность и дерзость даже не собиралась куда-то деваться, так что я с невозмутимым лицом продолжила, — вы все явно что-то от нас пытаетесь спрятать, но я не слепая. Жду ответов. Причём здесь и сейчас. Похоже сегодня правда не день, а какая-то аномалия, ведь вместо огрызаний и фраз по типу "не лезь не в своё дело", блондин только сделал глубокий вдох и увёл взгляд. Меня это только больше раззадорило, а вот Дима сидел весь в напряжении. Ему похоже всё это тоже не нравилось. — Инко знаете? — ох чюет моя задница, что ответ меня ни капли не обрадует, тем не менее мы просто кивнули, продолжая сверлить красноглазого почти неморгающими взглядами, — её убили. ... Нет. Я правда ожидала услышать любой ответ, но только не этот. Возможно подсознательно я и подозревала что-то подобное, но чтобы и впрямь услышать эти слова. Нет, моё сердце не выдержит такого. Открыв рот в изумлении я хотела сказать что-то в роде "отличная шутка, может всё таки правду скажешь?", но одного взгляда этих уставших глаз хватило, чтобы вспомнить. У Кацуки нету чувства юмора. И шутить он со смертью не станет, тем более если речь идёт о знакомом ему человеке. В этот момент весь мой мир сузился до серого цвета татами, на котором я так удобно усадила свою задницу. Я не слушала вопросы, которые беспрерывно задавал мой друг, не смотрела на его удивлённое выражение лица. Ведь знаю. В отличии от меня он воспримет эту информацию спокойнее. Ну и пусть. Пусть его реакция лишь ограничится словами "жалко, но уже ничего не поделать". Но я не могу так просто смириться. Я задумаюсь, буду тише обычного, возможно даже поплачу. Ведь для меня каждый персонаж из этой вселенной уже семья. Мои родители толком не заботились обо мне, они просто бросили меня на попечение бабы Шуры. Но она не тот человек, с кем можно обсудить душевные раны. Я люблю её, но люблю как бабушку, а не как семью. А Инко. Пусть я и не знаю какой она является в этом мире, но. Это же Инко! Самый добрый человек в этой проклятой вселенной! Ну почему из всех жизней, какая-то тварь решила забрать именно её!? Нет, я не смирюсь, пока не набью ебало тому, кто посмел учинить такое с ней! Я за Инко горой встану и не сдвинусь, пока не отомщу. И, кажется, я слишком сильно засела у себя в мозге, что даже не заметила, как уже лежала на кровати, слушая сопение Димы, что спал на другой, в метре от моей. Похоже Кацуки давно готовился к тому, что мы должны появится здесь. Иначе я не могла объяснить того, что в доме, где живёт семья с одним ребёнком есть ещё одна комната для двоих... Да, вот о чем я и говорю. Пусть мы с Димкой похожи, но в такие моменты мы разные. Он может спокойно спать, приняв смерть этой прекрасной женщины как факт. Я же в растерянности начну думать обо всём подряд. Всё что вижу - о том и думаю. Кажется бабушка говорила когда-то, что у мужчин эмоции воспроизводятся через ступор или агрессию. А девушкам, не важно какой у них характер, легче станет после слёз. Частично я с ней не согласна, ведь она тот самый человек, который будет говорить, что мальчики не плачут, но. Насчёт остального... Может, я всё таки поплачу...

***

Судьба совершенно точно меня ненавидит. Хватило мне только начать рыдать, уткнувшись лицом в нелюбимую, но от чего-то приятную подушку, как дверь в комнату отворилась. Это был Масару. Он сегодня поздно пришёл с работы, а так как Мицуки уже спит, он, видимо, решил самостоятельно проверить спим ли мы. Я попыталась притвориться спящей и на долю секунды это было правдоподобно. Но попытавшись тихо и ровно вдохнуть воздух, у меня вышел только оборванный всхлип. И как бы я не хотела, мужчина его услышал. Масару тихо подошёл к моей кровати и сел рядышком на её край. Мне пришлось перевернуться с живота на бок, чтобы посмотреть на него. Усталый взволнованный взрослый взгляд остановился на моём лице, что наполовину отказывалось отстраняться от подушки, которую я как маленький ребёнок обнимала руками. Помниться, когда-то я упрашивала бабушку купить мне дакимакуру, но она, даже не собираясь выслушать, отказала, под предлогом "с мальчиком лучше бы начала встречаться, а не от мультяшек фанатеть". Я тогда даже предположить не могла, что встречусь с этой мультяшкой на самом деле. По взгляду Масару я поняла, что он тоже в курсе событий. Мужчина подтянул меня к себе и заботливо обнял, успокаивающе гладя по голове. Кажется в тот момент я впервые ощутила настоящую родительскую заботу. Обычные, казалось бы, объятья, но от них исходит что-то такое родное и при этом то, чего я никогда не ощущала. То чего мне так давно не хватало... Я продолжила плакать с ещё большей силой, проникшись этой заботой со стороны даже не моих родителей. Мне должно быть стыдно за то, что я так нагло этим пользуюсь, особенно перед Каччаном. Но нет, я ни капли не жалею о том, что было в эту ночь.