The Gardens of Riddle Manor

На следующий день в дом Дурслей постучали. Семья, которая в то время ужинала, недоумённо посмотрела друг на друга. — Мы кого-то ждём, дорогой? — поинтересовалась тётя Петуния и бросила на мужа возмущённый взгляд. Дядя Вернон поставил бокал с вином с большей силой, чем необходимо, выплеснув несколько капель, которые запачкали льняную скатерть. — Ты же не думаешь… — начала она снова, и её глаза расширились. — Ты же не думаешь, что это может быть тот, кто видел Гарри на днях? О, Вернон! Дядя Вернон надулся, как разъярённый бульдог, и посмотрел на своего племянника, сидевшего на табуретке в нескольких футах от него. — Мальчик! Ты сказал, что они оставили тебя в покое! — Они так сказали! — произнёс Гарри, набив рот картофелем. Раздался стук, когда он почти закончил есть. Однако дядя явно не поверил ему и прищурил глаза. — Ты смеешь мне лгать? — спросил он. — Я не лгу. Клянусь! Стук раздался снова, на этот раз более настойчивый, и Вернон проворчал, прежде чем встать, чтобы ответить. Сердце бешено колотилось в груди, Гарри собрался с силами, когда крупный мужчина грубо схватил его за руку и повёл из столовой через гостиную ко входной двери, прежде чем практически швырнул Гарри в неё. — Ну? Открой её! — прошипел дядя Вернон. Сдерживая внезапно захлестнувшую волну беспокойства, Гарри подчинился. На ступеньке ждала высокая темнокожая фигура в довольно экзотической, но явно богатой одежде. — Эй, мистер! Это не очень цивилизованный час, чтобы к кому-то обращаться! Что тебе нужно? — рявкнул дядя Вернон, полностью отбросив этикет при виде диковинного иностранца. Очевидно, что всякий, кто в таком виде прерывает хороший обед англичанина, не заслуживает каких-либо вежливых манер со стороны Дурслей. Странный человек сначала не ответил, а только взглянул на дядю двумя необычными жёлтыми глазами. Взглянув на него смущающим взглядом, он заговорил с сильным индийским акцентом. — Я пришёл за мальчиком, сэр, — сказал мужчина. — Ч-что? О чём ты, чёрт возьми, говоришь? Какой мальчик?! На этот раз тревожный взгляд упал на Гарри, заставив его застыть в опасении. В этих глазах было что-то жутко знакомое. — Мой хозяин пришёл за… — длинным и слегка кривым пальцем он указал на Гарри. — этим слугой. И согласно заключённому соглашению я должен забрать его. И дядя, и племянник на мгновение потеряли дар речи, пока старший мужчина не воскликнул: — Я не слышал о таком соглашении! И ты можешь сказать своему хозяину, что мальчик останется. Мы ничего не должны этому человеку, слышишь? Ничего! Эти слова очень удивили Гарри. Их почти можно было принять за настоящую привязанность. Но он знал лучше. Скорее всего, дядя не хотел отказываться от единственного «слуги», который был в доме. Гарри кольнул тот факт, что дядя даже не удосужился исправить его. Он никому не служил. Хотя он знал с немалой долей стыда и ярости, что практически он был им. — Если вы отказываетесь от этого, то мой хозяин вынужден арестовать вас за воровство, — сказал индиец медленным, почти снисходительным тоном. Время от времени его слова прерывались странными паузами. — Тем не менее вы также можете возместить ущерб, заплатив сумму, которую украли. Это, конечно, будет включать в себя дополнительный налог за нарушение владения на территории моего хозяина. Дядя Вернон побледнел от этих слов. Ошеломлённый, он начал издавать бессвязные и вялые звуки протеста. Однако после долгой паузы, казалось, принял решение. Он быстро повернулся к Гарри — тот не поверил выражению, которое увидел на лице дяди. — Собирай свои вещи. Ты уезжаешь. Гарри невольно открыл рот. — Что? Вы же не серьёзно? — воскликнул он. — Я серьёзен. И, слышишь, я не потерплю больше неуверенности и дерзости! А теперь иди с ним. Тебе предстоит много работы. Руки Гарри сжались в кулаки. И всё же дальнейшие протесты умерли у него на языке, когда он оглянулся на незнакомца, всё ещё стоявшего на пороге. Он не сдвинулся ни на дюйм, казалось, наблюдая за происходящим с отстранённым интересом. Кровь кипела, Гарри не заботился о том, шумит ли он, когда вернулся в дом, чтобы забрать то скудное количество вещей, которые у него были. «Какое жалкое оправдание для семьи», — кисло подумал Гарри. Продавая его практически за бесценок, как будто он был рабом, а не их собственной плотью и кровью. Хотя, несмотря на его отвращение к ним, он думал, что никогда в жизни не чувствовал себя более никчёмным. По крайней мере, подумал он с горькой надеждой, любое место должно быть лучше этого. В этом он был уверен.

***

Когда Гарри вернулся, он нёс только небольшой чемодан и ничего, кроме одежды на спине. Пока он собирал вещи, казалось, что дядя Вернон вовлёк индийца в довольно напряжённую игру, пристально глядя друг на друга. Гарри отметил, что игра оказалась для дяди проигрышной битвой. Когда он приблизился к воротам, где они теперь стояли, оглянулся и обнаружил, что тётя Петуния смотрит через занавески дома, возле раздавленного лица её сына. — Что ж, я надеюсь, это означает, что нам больше никогда не придётся видеть таких, как ты или твой хозяин, — выплюнул дядя Вернон. В ответ он получил лишь жуткую улыбку от индийца. Каким-то образом этот жест заставил его выглядеть более нервным. — О, уверяю вас, — прозвучал странный акцент. — Лорд Реддл думает о вас точно так же. Незнакомец взял чемодан и начал выходить через ворота. Поражённый внезапным уходом, Гарри решил, что это означает, что должен последовать за ним. Бросив быстрый взгляд через плечо на дядю, он увидел, как мужчина кипит и приобретает тот знакомый оттенок красного, который всегда носил. Он вытолкнул Гарри из маленьких ворот. — Ну, тогда проваливайте! В любом случае я чертовски голоден… — проворчал дядя Вернон. Все следы нерешительности покинули Гарри, когда он отправился по грязной тропинке прочь от дома Дурслей. Он не пожалел ни единого взгляда на то жалкое оправдание, которое когда-то назвал семьёй.

***

По мере того, как он приближался к большому поместью, волнение медленно возвращалось к нему. В темноте поместье казалось ещё более устрашающим и жутким. Он казался огромной летучей мышью на чернильном горизонте. Гравийная дорожка хрустела под его ногами, когда он проследовал за индийцем к большим двойным дверям и с любопытством наблюдал, как мужчина натягивает большие серебряные молотки для головы змеи. Гарри это показалось интересным, так как в большинстве богатых домохозяйств, как правило, есть кто-то, кто ждёт их на дороге. Но, возможно, он был недостаточно важен для этого. Приняв это как причину, мысли вернулись к настоящему, когда огромные двери распахнулись, открывая большой коридор. Войдя внутрь позади индийца, Гарри с трепетом посмотрел на высокий потолок, обшитый деревянными панелями, богатые декоративные ковры и изогнутую лестницу впереди. Справа и слева можно было увидеть больше комнат, и он задумался, получится ли когда-нибудь их исследовать. Эта мысль вызывала у него настоящий зуд, и тогда его осенило, что он собирается жить в этом месте. Гарри был уверен, что даже если его спальня была комнатой для слуг, это было бы гораздо большей роскошью, чем то, где он спал в доме Дурслей. И только когда Гарри, наконец, удалось оторвать взгляд от окружающей обстановки, он понял, что совершенно одинок. Сердце забилось от внезапной паники, он задался вопросом, как потерял из виду индийца, которого нигде не было видно. «Что мне теперь делать?» — Гарри подумал с некоторой тревогой. Он сделал несколько шагов в каждом направлении, чтобы заглянуть в ближайшие комнаты, надеясь найти кого-нибудь, кто укажет ему, куда он должен идти. — Если мальчик решит последовать за мной. Гарри подпрыгнул почти на фут в воздухе от голоса, который был так близко. Он повернулся и снова столкнулся лицом к лицу с индийцем. Как он появился так внезапно? Жёлтые глаза впились в него непоколебимым взглядом, который казался слегка безумным. Затем Гарри заметил, что в руках мужчины не было его сундука. Должно быть, он ненадолго ушёл, чтобы передать его лакею. Однако не было времени останавливаться на этом вопросе, так как странный человек крался к лестнице. Гарри поспешил не отставать, не желая снова упускать его из виду. Пока они шли, индиец заговорил. — Хозяин попросил передать несколько условий, — сказал он шёпотом, — он настаивает, чтобы вы соблюдали их, если собираетесь оставаться в этом доме. При этих словах Гарри сглотнул и бросил на него тревожный взгляд. Тем временем ногам было трудно соответствовать длинным шагам, когда они вместе поднимались по лестнице. — Первое условие — мальчик всегда должен правильно обращаться к нему. Второе — никогда не заходить в восточное крыло этого дома. Это запрещено. Он дождался, пока Гарри понимающе кивнёт, прежде чем продолжить. — Третье условие: чтобы мальчик ни при каких обстоятельствах не беспокоил его светлость в кабинете. И наконец, он просит вас присутствовать на каждом приёме пищи и никогда не покидать помещение без его явного разрешения. Пронзительные золотые глаза остановились на Гарри, заставив его запнуться. — Вор понимает? — спросил мужчина. Поначалу опешивший, Гарри вскоре понял, что в этих словах не было никакого злого умысла. Тем не менее он ощетинился от того, что ему сказали. Казалось бы, он привыкнет к этому после всех лет, проведённых с Дурслями. Гарри чувствовал себя глупо, надеясь, что новый дом будет означать какую-то новую свободу. Теперь он постепенно начинал понимать, насколько был не прав. Во всяком случае, это звучало так, будто Гарри тоже собирались сделать здесь пленником. Но он поймал себя на том, что кивает головой, неохотно соглашаясь. С таким же успехом мог выбрать тюрьму. Судя по небрежному наложению на него ярлыка «вора», Гарри задумался, есть ли у остальных сотрудников какое-либо негодование, ведь он пытался украсть из садов. Будет ли он встречен с их стороны с ещё большей враждебностью? Однако не было времени обдумывать эти последствия, когда темнокожий мужчина повернулся и пошёл по тускло освещённому коридору. Пока они шли, Гарри гадал, куда его вели. Ему показалось немного странным, что они не встретили ни одной горничной, лакея или любого другого сотрудника. Гарри открыл было рот, чтобы спросить об этом, но потом передумал. Было ясно, что он встретился с этим человеком не на правильном пути, и подумал, что будет лучше, если не будет вызывать дальнейшей вражды между ними. Поэтому Гарри решил, что лучше пока промолчать по этому поводу. В конце концов они остановились у большой деревянной двери с гравировкой, и Гарри уставился на неё. Конечно, это были не двери в комнату для прислуги. Их даже не было на том этаже, где бы располагались подобные помещения. Возможно?.. — Ваша комната, — просто сказал мужчина. Глаза Гарри расширились, когда тот вынул ключ и отпер дверь. — Через час вас вызовут на обед, — добавил он. И без лишних слов развернулся и ушёл. Гарри смотрел, как фигура исчезла во мраке полутёмного коридора. Вздрогнув от зловещей атмосферы поместья, Гарри повернулся, чтобы толкнуть дверь. Когда он это сделал, та болезненно скрипнула, говоря ему, что эти комнаты совсем не используются. Когда он ступил внутрь, везде пахло пылью. Гарри подошёл к элегантной масляной лампе на тумбочке, взял её и направился к окну. Затем он распахнул тяжёлые шторы и закашлялся, когда в воздух поднялось облако пыли. Гарри отступил и наблюдал, как лунный свет ярко сиял в окнах, освещая комнату серебряным сиянием. Он мог только смотреть. Комната была определённо больше, чем те, в которых он когда-либо останавливался. Однако в ней было холодно и неприятно. Слишком темно и странно. Но ничего не поделаешь, надо просто привыкнуть. В любом случае это намного лучше, чем оставаться на крохотном чердаке у Дурслей. Оглядевшись, Гарри с острым удивлением заметил, что его сундук поставили у изножья кровати. Он удивился ещё раз, когда подошёл и открыл его. Это действительно был его сундук. Но как так получилось, что он не увидел ни единого проходящего мимо человека? Может, где-то были потайные ходы? Гарри с дрожью отогнал эти мысли и порылся в своём сундуке, прежде чем застонать от поражения. У него не было ничего подходящего для ужина в поместье лорда! Его взгляд скользнул по комнате и остановился на большом дубовом шкафу в углу. Подойдя к нему, Гарри ожидал, что он будет пустым. Но, открыв его, обнаружил внутри аккуратно сложенные вешалки с одеждой. Он с любопытством осмотрел их. Как и следовало ожидать, все они были сделаны из богатого материала. Его взгляд за что-то зацепился, и когда Гарри достал вешалку, он заметил небольшую рукописную бирку, прикреплённую к проволочному крючку. Глаза расширились от того, что он прочитал: «Г-н Г. Поттер». Мысли метались, когда он задавался вопросом, как его имя могло быть на этих бирках. У каждой вешалки в гардеробе было одно и то же имя, аккуратно написанное зелёными чернилами. Гарри начал сомневаться, стоит ли вообще верить, что эта одежда предназначена для него. Может быть, есть ещё один мистер Г. Поттер? А если и был, носить их вдруг стало очень неприятно. Он задумался над этим на некоторое время, прежде чем решил, что скорее рискнёт пережить неприятное чувство, чем рассердит обитателей поместья. Облачившись в одежду, которую смог найти, он отказался от других вещей, потому что не знал, как правильно их надеть. В конце концов Гарри решил, что выглядел приемлемо. Одежда, хоть и немного жёсткая и неудобная, на удивление хорошо сидела на его теле. В любом случае намного лучше, чем одежда кузена.

***

Когда пробило семь, в дверь постучали. Гарри удивлённо вздрогнул, прежде чем успокоиться, чтобы ответить. — Да? — спросил он. Дверь приоткрылась, обнажив худощавое тело темнокожего мужчины. — Ужин готов, — прозвучал низкий акцент. Гарри ступил пару шагов от комода, где тщетно пытался укротить свои растрёпанные волосы. Проведя влажными ладонями по богатой ткани пальто, он подошёл к двери, чтобы направиться с мужчиной в столовую. Путешествие оказалось тихим и не повлияло на нервы Гарри. Прежде чем они достигли подножия лестницы, Гарри отвлёк мягкий звон музыкальных нот. Они стали яснее по мере приближения к столовой, и именно тогда он понял, что кто-то играет на пианино. Как только они, наконец, добрались до комнаты, глаза сразу же остановились на элегантном силуэте, сидящем за пианино в конце комнаты. Гарри чувствовал себя очарованным. Он беззастенчиво смотрел на прямую осанку стройного мужчины в строгом чёрном пальто. Длинные бледные пальцы умело перемещались по клавишам пианино, а музыка, в свою очередь, звучала безупречно и соблазнительно. — Вор прибыл, милорд, — объявил индиец. Гарри бросил на него настороженный взгляд, прежде чем остался наедине с лордом поместья. Музыка прекратилась, и наступила минута тишины, прежде чем фигура, наконец, отстранилась от пианино. Одним плавным движением мужчина поднялся со стула и повернулся к Гарри. Как только он это сделал, все мысли, казалось, вылетели из головы во второй раз за вечер. Гарри мог только с беспомощным трепетом смотреть на элегантного лорда, одетого в исключительно хорошие вещи. От зелёного шёлкового галстука, который он носил на шее, до качественно сшитого утреннего пальто и брюк, одежда только подчёркивала длинную и стройную фигуру мужчины. Когда он подошёл ближе, Гарри заметил, что он тоже довольно красив. Даже очень красив. Хотя это и не было чисто мужским, в гладком бледном лице была изящная красота. Судя по мягкой и чувственной форме рта, этот человек далёк от образа ужасающего и кровожадного маньяка в городе, которым, по слухам, он был. Даже его волосы были безукоризненно аккуратными и ухоженными и по цвету очень напоминали Гарри собственные волосы. Затем холодные расчётливые глаза впились в глаза Гарри, и тот не мог отвести взгляд. — Добрый вечер, мистер Поттер.