Призраки будущего

      Не успеваю выйти из ванной, как чувствую учащающееся биение сердца. Дыхание сбивается. Руки начинают предательски дрожать. Я, уже привыкшая, понимаю, что начавшуюся паническую атаку не остановить, поэтому стараюсь не обращать внимания на зарождающийся внутри животный страх и захожу в комнату, где отдыхает на кровати соседка. В попытках убрать со стола баночки с кофе и сахаром пару раз роняю их из-за тремора, но в итоге расставляю все по своим местам. Соседка ничего не замечает, как и в любой другой подобный раз, что мне только на руку. Но внезапное напоминание из гугл-календаря о запланированной тренировке в спорт зале через полчаса выбивает меня из колеи. Не пойти не получится, — сама же в прошлый раз договорилась с тренером, чтобы он показал несколько упражнений на тренажерах — поэтому решаю заблокировать все происходящее сейчас внутри, быстро собираю сумку, прощаюсь с соседкой и через 15 минут уже стою в спортивной форме.       В зале все еще дрожащим голосом отвечаю на все вопросы тренера, — какая цель, как давно занимаюсь, какие параметры — а потом внимательно слушаю инструкции по выполнению показываемых им упражнений и повторяю за ним. За последние полгода слишком частых даже для меня панических атак и несколько месяцев походов в спорт зал я уже поняла, что спорт — то единственное, что может отвлечь от всего, так что через двадцать минут уже не замечаю ни тряски в руках, ни дрожи в голосе, а лишь полностью отдаюсь тренировке, которая, к удивлению, происходит более чем удачно. Еще при входе в зал я заметила, что в пространстве для групповых тренировок самостоятельно занимаются двое человек, а во мне так кстати горит желание выплеснуть все скопившиеся за последний час, если не последний день, эмоции и чувства через импровизированный танец, ставший лекарством от всех болезней, не важно — тех, что в теле, или в голове.       На танцы меня водили с детства, будучи подростком уже пошла сама, снова, хотя когда-то так рвалась оттуда уйти. На сцене я тоже была не раз — те же танцы, стихотворения, детские утренники, разные конкурсы и даже получала роль ведущей мероприятий в школе. Но танец для меня — как я всегда говорю в самых откровенных разговорах в своей голове — это что-то гораздо большее, чем просто набор телодвижений и связок. Это что-то настолько личное, даже интимное, я бы сказала, что ты не всегда готов делиться этим даже с родным человеком. И несмотря на всю мою далеко не показную уверенность в себе, у меня все еще оставался один единственный, хоть ничем и неоправданный страх — танцевать собственные постановки на глазах у людей. Более того, танец стал со временем не только способом справляться с собственной гиперактивностью, но и очередной возможностью покопаться в себе и понять, что же там, внутри, происходит такое, что не находит выражения в словах.       Дома, у себя в комнате, где едва хватало места на то, чтобы свободно двигаться, за закрытыми дверьми, в полном одиночестве я открывала стенам душу, выплескивала все, что успело скопиться внутри, изливала слезы и рассказывала зеркалам, расставленным по всей квартире, самые личные и самые болезненные истории. Но с переездом в общагу, где я вынуждена жить не одна, а свободного пространства еще меньше, возможности танцевать не стало совсем. И вот я стою в спорт зале и с щемящей болью в сердце понимаю, что могу сделать несколько шагов, включить подходящую под настроение музыку в неснимаемых мною буквально никогда наушниках, закрыть глаза и просто отдаться танцу, стоит только отпустить сейчас эти дурацкие внутренние предрассудки. И я действительно так и делаю. Выключаю мозг и позволяю сердцу взять бразды правления. Теперь в моем мире только я, музыка и танец. И назойливая мысль на краю рассудка, напоминающая, что через стеклянную стену меня и мои уже кажущиеся нелепыми движения может видеть с десяток людей. Но я запрещаю себе останавливаться и танцую, пусть и не в полную силу, но танцую, и это при том, что меня ведь могут видеть люди. Скажи мне кто даже месяц назад, что я сделаю что-то подобное, я бы покрутила пальцем у виска, как в самых банальных сценах из плохого кино. Но танцующая в эту самую секунду я являюсь абсолютной реальностью, а отражение в зеркале тому подтверждение. И продолжаю, не останавливаюсь, даю себе, телу, разуму, сердцу полную свободу       свободу чувствам       свободу эмоциям              свободу танцу       Час бега, прыжков и выдуманных прямо в процессе связок по импровизированной сцене дают о себе знать, когда не получается быстро отдышаться, а ноги уже так и подкашиваются от усталости. Но, пожалуй, это усталость мне даже в радость, а этот день определенно стоит пометить в календаре красным цветом как тот, когда я пересилила саму себя и в очередной раз смогла прыгнуть выше головы. Думаю обо всем этом уже по пути обратно в общагу, благо расположена она недалеко, а довольно высокая температура для декабря позволяет растянуть прогулку, чтобы вдоволь успеть передумать все мысли в голове и обсудить с самой собой произошедшее. Этой маленькой победе словно бы радуюсь не только я, но и московская погода, когда внезапно начинается снег. Вообще, подмечаю все также в мыслях, погода в Москве гораздо лучше, чем в родном городе — каждодневный снег, который уже порядком поднадоел, все же куда больше радует глаз, чем голые деревья и серая земля, не покрытая снегом, в родном городе. Бр-р-р-р. Мысли о том месте не радуют, а в голове моментально рисуются картинки из неприятных воспоминаний. Отгоняю все это в секунду, к тому же я уже в общаге. — Привет, Лиз — здороваюсь с соседкой, которая словно бы и не поменяла своего положения на кровати с момента, как я ушла. — Привет, как тренировка? — Все хорошо, а ты весь вечер отдыхала? — интересуюсь я в ответ, на что получаю положительный кивок, и наше короткое перекидывание фразами на этом обрывается. А вот в моей голове уж совсем неожиданно появляется из ниоткуда прямо-таки мысль       а может подать заявку на «новые танцы»?..       Эта мысль одновременно пугает, но и придает некоего воодушевления что ли. Еще в ноябре я ездила на съемки финала проекта в роли обыкновенной массовки, но что если и правда в следующий раз поехать туда уже в роли участницы? Решив, что стоит обдумать эту мысль на свежую голову, откладываю ее, а себя укладываю спать, все еще не понимая, как это только могло в голову мне такое прийти. Ведь все-таки, где я, а где танцоры с ТНТ?       Сон приходит быстро, а вместе с ним и новый день. Его начало не отложить, как и не поставить на паузу чертову жизнь. Поэтому, как это происходит каждый день, гордо подняв голову и расправив плечи, я выхожу из холла общаги на улицу, где уже вовсю кипит эта самая жизнь, надеваю привычную маску и шагаю вперед. Неизвестно, что принесет с собой новый день, но одно всегда остается неизменной радостью для меня — Москва. Прожив в этом городе вот уже почти полгода, я все еще ловлю иногда себя на мысли, полной восхищения от того, что я смогла и все-таки живу теперь в столице, хожу по ее улицам, разглядываю самые разные пейзажи, учусь в универе, пью столь любимые латте в кофейнях, даже Новый год праздновать буду здесь, что прибавляет и без того волшебному празднику еще больше магии. Хотя про новый год я, пожалуй, перегнула — он то и беспокоит меня сейчас как раз. Точнее, конечно же, не сам вот-вот наступающий год, а то, как и с кем отмечать такой любимый, домашний и семейный праздник.              Почему-то при всей этой эйфории от мыслей о переезде в полюбившийся во время путешествия прошлым летом город я не допустила ни единой мысли о том, что могут возникнуть сложности и хотя бы что-то может пойти не так. И я уж точно не думала, что этим самым «не так» будет отсутствие друзей. За последние год-полтора с обретением уверенности в себе я научилась общаться с любыми людьми, чего стоят только те случаи, когда здесь же, в Москве, попадая не раз под дождь без зонта, я просила у более предусмотрительных прохожих с зонтами провести меня до метро. Но, оказалось, просто уметь заговорить с любым человеком и найти друзей — разные вещи, и вторая куда более сложная, чем первая. И можно же подумать, мол, вон, целая куча одногруппников, но как-то не вяжется у меня с ними близкого общения, и как-то непроизвольно я, научившаяся не то, что быть в одиночестве, а скорее любить его, все чаще отдалялась от одногруппников, да и людей в целом — на метро до универа и обратно в общагу предпочитала ездить одна, в общем чате почти никогда не писала, а по выходным вечером все чаще оставалась в общаге, несмотря на огромное количество мест в Москве, куда можно было бы сходить.       Так и получается, праздник все ближе, а у меня нет даже ни намека на то, как его праздновать. Скорее даже не «как», а «с кем», ведь будут люди — найдется и способ отметить. И со всеми этими мыслями, находясь в огромнейшем городе с населением в пару десятков миллионов, я, наверное, впервые так остро ощущаю одиночество в толпе. о котором раньше доводилось лишь слышать и читать, но никак не испытывать на собственном опыте. Конечно, я совру, если скажу, что друзей из универа совсем ноль — нет, есть пара девчонок, с которым мы не раз встречались, чтобы разобрать экономику, и каждая такая встреча перерастала в разговор по душам о нашем прошлом, о проблемах в семье, об рпп и прочем. Но моему сердцу отчаянно хотелось иметь рядом людей, который уже знают меня, все обо мне, мою историю, людей из так называемого прошлого, но являющихся все еще огромной частью моего настоящего, с которыми мы в гораздо более близких отношениях, хоть и находимся на разных концах страны. Да и все эти девчонки из универа, с кем я общалась больше и ближе, разъезжаются на каникулы. В этом главный, если не единственный минус, нередко перерастающий в жирный плюс — быть из далека значит не иметь возможности часто летать домой, особенно когда в твоей семье и без того напряг с финансами из-за разных семейных проблем, решать которые как будто совсем не хотят.       Из других вариантов остаются только знакомые с родного города, кто тоже поступил в Москву и не уезжает домой на время праздников, и брат. Последнего отметаю сразу — хоть мы и хорошо провели время с его друзьями у него на дне рождения, куда я была столь неожиданно приглашена, навязываться мне не хочется. Первый вариант более реален, только вот из всех, кто здесь есть, праздновать Новый год я была бы согласна лишь с одной знакомой. И именно с ней мы должны увидеться завтра. Тогда и поговорим.       Проходит день встречи с подругой, а затем еще неделя, и до 31 декабря остается меньше 5 дней. Та встреча сначала меня очень обрадовала — во-первых, выбраться куда-то было замечательной идеей, мы прекрасно провели время, и, видимо, это как раз то, что мне было нужно со всеми грузившими мыслями, а, во-вторых, Аня, моя подруга, согласилась придумать что-нибудь и отмечать вместе, потому что ей тоже до этого было не с кем. Но сегодня мы списались еще раз, потому что до этого так и не решили, что будем делать, и она сказала, что проведет новогоднюю ночь с тетей и ее семьей. Так что я снова одна на праздники.       Весь декабрь чувствую себя как на идиотских американских горках — то все хорошо, я радуюсь, смеюсь и танцую, то меня натурально хуёвит, так что только и остается, что свернуться в клубочек, обнять себя и тихо плакать, пока никто не видит и не слышит. Весь этот процесс, очевидно, был запущен мыслями об одиночестве — как на праздники, так и в целом — и тоской по семье и близким друзьям, увидеть которых я смогу абсолютно точно нескоро. В какой-то момент мои переживания достигли той черты, что я, человек, не особо любящий делиться личными мыслями с родителями, в один из дней, добираясь до универа, звонила маме и плакала ей в трубку, что совершенно не в моем стиле. И в итоге все это вылилось, как всегда у меня бывает, постоянное самокопание, в погружение в себя и в не самые приятные воспоминания о прошлом. О прошлом, которое тяготило меня столь долго. О прошлом, от которого я лишь недавно смогла немного оторваться, оттолкнуться от дна той пропасти, куда сама себя опустила, и подняться на свет этого прекрасного мира. А сейчас я будто снова рискую туда упасть. Вот только теперь я точно знаю, несмотря на всю мою внутреннюю силу, я, хоть и могу, но точно не хочу заниматься спасением себя — я скорее, как в той религиозной притче про бога, человека и следы, хотела бы вверить себя кому-то в руки со словами «теперь твоя очередь бороться за меня». Но, увы, такого человека поблизости я не наблюдаю, поэтому, если в ближайшее время это все не прекратится, справляться придется исключительно самой.       Пожалуй, мне стоит вспомнить о доверии и сказать самой себе «я доверяю этому миру, и все идет так, как и должно быть», и все обязательно как-нибудь да решится.