Орфография на уроке русского языка

Я подхожу к ларьку с газетами прямо аккурат посередине города. Ларек был совсем небольшой и как будто собранный из разных кусков металлолома и макулатуры. Но даже несмотря на это палитра его была строго серо-белая, нагоняющая печаль и даже легкий ужас, что ли. Особенно когда я понимаю, зачем приперся сюда в -30 сквозь снегопад. Я подошел поближе и начал рассматривать витрину этого ларька. Стекло запотело, но я додумался дыхнуть на него и пройтись варежкой. И вот перед моим взглядом предстают казалось бы такие разноцветные газеты, но отпечатанные на настолько дешевой бумаге, что даже они кажутся серыми и блеклыми. Названия знакомые. "Комсомольская правда", "Известия", "Аргументы и факты", что-то про кулинарию и садоводство. Одна из газет слегка сползла со своего места и из-за нее можно было разглядеть другую, с явно незнакомым мне названием. Разглядеть его сложно, из-за того, что половина газеты закрыта уголком другой, но у меня вышло различить начало надписи. "Ката..." и, ниже, "Суха...". Я быстро глянул в окошко киоска. Там сидела молодая девушка, а то девочка, и листала с ухмылкой какой-то журнальчик с разноцветными мужиками, совершенно не обращая внимания на меня. Я кашлянул в кулак. Ноль внимания. Слегка разозлился и нахмурил брови. Кашлянул громче. Перелистнула страницу, тихо хихикая. Наконец, я не выдержал и легонько постучал по стенке ларька, рядом с окошком. Девушка внезапно вскрикнула, подпрыгнула на месте и выронила книгу из рук. Однако заметив меня, она успокоилась и внезапно оживилась. Девушка полезла вниз, да так, что я чуть ли не пятки ее видел и внезапно щелкнула каким-то переключателем, после чего весь ларек залился яркой краской переливающейся гирлянды. Наконец, она поднялась и вскинула руки вверх, звонко возглашая своим тоненьким голоском: — Здравия желаю! — а у меня уже глаза щипало от этого блеска, ведь, оказывается, даже сама девушка была с ног до головы обвита этой чертовой гирляндой. Мне сдуру даже показалось, что эти лампочки висят даже где-то в воздухе, над ее головой, — С какой целью вы пожаловали к вам? Не могли бы вы назвать мне свое имя? — она протянула руку. Я же, щурясь и жмурясь, потеребил одной рукой бейджик, на котором большими, красными буквами было гордо выведено: "МММ". Девушка заметно погрустнела, опустила брови и облокотилась одной рукой о прилавок. — Парень, это ларек. Тут ты покупать должен, а не мы ваши ебучие транзакции. – Вы не поняли, – уверил ее я с азартом и переполненностью в голосе, – "МММ" – это мое имя. Я Максимов Макс Максимович. Мне о вас рассказал один мой очень близкий друг. — Максимов Макс Максимович, значит-с, — буркнула она себе под нос, достала какую-то записную книжечку с шоколадкой на обложке и начала быстро-быстро листать ее, выискивая что-то глазами. Наконец, она тыкнула в очередную страничку пальцем и воскликнула: — Точно, вот! — после, уже гораздо более расслабленным тоном, — Ну что ж. Тогда тебе следует пройти со мной. Она встала, размялась, кивнула головой в сторону входа в киоск и отворила дверцу. Я охотно вошел в нее и ахнул. Мне казалось, ларек же такой маленький, туда ничего толком не помещается, на кой черт звать меня внутрь? Ан нет. Перед моими глазами был гигантский склад. Нет. Складище! Как бы далеко я не старался смотреть, я все равно не мог увидеть, где его конца. Я поднял глаза вверх и понял — потолка тоже не вижу, только бесконечные уходящие вверх стеллажи. — Что скажешь? — горделиво протянула девушка. – Люто, – пикнул я. Девушка же внезапно сказала: — Думаю, раз ты заказчик, мне можно не скрываться перед тобой, — после этого она резким движением повела рукой перед лицом и ее облик, не поверите, тотчас сменился на облик животного. Я раскрыл рот и оцепенел. Зверь же только рассмеялся, играя складками на длинной шакальей морде и, коснувшись моего подбородка своей мохнатой, когтистой лапой, снова закрыла его. Я отшатнулся, обводя ее напуганным, полным непонимания взглядом. — Я из Мурманска. Для нас это норма, — пояснила она. – Лютая. Девушка достала из кармашка уже другую записную книжку, уже поменьше и ручку. — Итак, с какой целью вы зашли? Есть ли у вас какие-то конкретные пожелания? Может, вы и вовсе уже знаете, что приобрести? – Нет, – сказал я, – хочу новых ощущений. Знакомый рассказывал, что у вас есть что-то подобное. Не соврал? Девушка быстро и небрежно что-то начеркала в записной книжке и тотчас воскликнула: — Не соврал! Ты пришел точно по адресу! — Она схватила с полки какую-то пачечку и кинула мне. Я очень внимательно рассмотрел ее. Это оказалась совсем уж маленькая светло-зеленая упаковка сухариков с укропом. Это явно не то, что мне нужно. Я метнул взгляд на девушку и поднял бровь, как бы без слов вопрошая что она мне подсунула. — Это сухарики с укропом, — пояснила она, — думаю, вам понравиться. – Я понял, что это сухарики, – буркнул я, – Но на кой черт они мне? Я же просил что-то для новых ощущений! Думаете. я сухариков не ел? Зверь тяжело вздохнул и хлопнул себя по морде. — Это не простые сухарики. – Они волшебные? — восторженно спросил я. — Они с наркотиками, — выдохнул зверь. – А... — пикнул я. — Б. Пару минут мы молча смотрели друг на друга, но, наконец, она решилась начать первая: — Итак, — она выхватила пачку у меня из рук, подняла вверх и обвела рукой, — Это сухарики с укропом. В них есть особое вещество, вызывающее галлюцинации. Думаю, это как раз идеально подходит под определение "новых ощущений", — Она внезапно разорвала пачку своим толстым, острым когтем, принюхалась и начала кашлять. после, помотала головой и заявила:— Предлагаю тебе попробовать немного. Это отвал всего. Я осторожно придержал упаковку, обводя ее настороженным, пугливым взглядом. Страшно. Я никогда не бывал в этом месте. Кто знает, что за муть они туда напихали. Она же кивнула в мою сторону, как бы без слов говоря "ну давай же, смелее". Я сглотнул, легонько облизнул палец кончиком языка и окунул в пачку. На него тут же налипла приправа и я, не без опаски, конечно, но осмелился положить его в рот. Ох и зря же я это сделал. Перед глазами на секунду мигнуло и они вмиг округлились. Помниться, буквально секунду назад я упоминал, что потолок этого строения был настолько высок, что я не мог увидеть его невооруженным взглядом. Забудьте. Сейчас мне показалось, будто бы потолок с бешенной скоростью падал не меня. Я упал в ужасе под звонкий смех девушки и попятился назад. Затем, остановился как замороженный и обмер. Я будто выпал на несколько минут из мира, как за пределы карты на скайблоке. Весь мир вокруг помутнился, затем покрылся непроглядной тьмой, а под конец и вовсе заискрил яркими красками. Я неожиданно услышал шепот над самым ухом. Я не мог разобрать слов, но точно знал — это моя совесть. Она шептала что-то все громче и громче, пока не сорвалась нам на истошный крик. Тогда то я и смог разобрать слова: "попу мыл?". Я устало распахнул веки и понял, что вокруг меня черти пляшут лезгинку в ритме вальса, играя какую-то странную частушку про деда за березками на баянах. Эта удивительно реалистичная картина настолько поразила меня тогда, что я закричал, что есть мочи. И тогда я почувствовал, что кто-то крепко-прекрепко схватил меня за плечи. Я закричал еще громче и попытался высвободится, но все было тщетно. Только эти прикосновения поднимались все выше и выше и в какой-то момент я почувствовал руки на своем лице. Я кусал чужие пальцы и слышал как кто-то шипел в ответ, словно змея. В какой-то момент, я почувствовал на языке солоноватый вкус краба и меня вмиг отпустило. Я снова начал видеться мир, как прежде. — У, пидор, как тебе еще зубы не выбили, — услышал я шепот и вскоре перестал чувствовать и эти навязчивые прикосновения. Зато обернувшись, я увидел ту девушку, потирающую свою ладонь и тихо ойкающую от каждого прикосновения. После, она отряхнулась и выдохнула: — Ну, что скажите? – Люто. — Возьмете этот продукт или вы бы хотели чего-то другого? Не скупитесь на критику, пожелания и описание того, что вам нужно. Это делает нас лучше с каждым днем! – Не, это я точно не возьму. Оно вставляет люто, конечно, но мне, понимаете ли, нового чего, чего если переесть мускатного ореха точно не добиться. — Нового, значит-с? — переспросила девушка, положив подбородок на указательный палец, — так и запишу, — тотчас подняла этот де палец вверх она, а после начиркала что-то в своей записной книжечке. — Те, из-за которых становишься бодрым, как в жопу ужаленный, значит, не подойдут? — уточнила девушка. Я покачал головой. Она кивнула в ответ и снова что-то чиркнула. — Даже обычный советский не пойдет? – Фу, нет конечно, — гаркнул я, искривившись в гримасе отвращения. Та цокнула, что-то написала и твердо заявила: — Ну-с, тут мои полномочия все. Нам следует пообщаться с директором. Он-то точно надет то, что тебя устроит. Продолжила она уже шепотом: — Только ты, это, осторожней. Буду с тобой откровенной, директор — человек страшный. Никогда не скажет прямо, что ты ему неприятен, но при этом довольно злопамятный. Не угодишь ему — каюк. Не забудь поздороваться. Но я не слушал. Не до этого. Я намертво застыл, и смотрел за плече девушки, всеми силами стараясь намекнуть ей, на то, что следовало бы обернуться. Ведь сзади нее медленно и плавно скользил черный силуэт. Я не знал, что это, но знатно перепугался. Девушка заметила мой ступор и пару раз щелкнула пальцами перед самым носом, пытаясь привести меня в чувство. Но недолго, ведь и секунды не прошло, как она замерла, подобно мне секундой ранее, а после вовсе шарахнулась в сторону, чуть ли не полетев кубарем на пол. Немного подуспокоившись, она обернулась и тотчас облегченно выдохнула, смахнув пот со лба рукой. — Ебать ты скорострел. Я слышала о том, что ты знаешь наперед все упоминания себя же, но я даже и предположить не могла, что ты припрешься сюда настолько быстро. - Видите ли, я не мог допустить распространения такой клеветы о своем честном имени, — пояснил неизвестный и сделал шаг вперед, выйдя из тени. Тогда я смог разглядеть его. Это оказался высокий, но довольно молодой парень. Девушка отвернулась и скрестила руки на груди: — Ну хули ты. Не даешь новичков пострахоебить. - Ну что за детский лепет, коллега? И это, - Он обвил вокруг пальца провод гирлянды, все еще висящей на девушке, - тоже. Тебе бы следовало быть серьезней, тем более когда речь заходит об общении с клиентами. — Эт не я повесила. Это я еще с нового года, когда на меня елка случайно упала, выпутаться не могу. - В столе лежит лезвие, - после этих слов девушка умолкла, только отчего-то слегка поморщившись. Парень выдохнул, подошел ко мне и протянул руку. Я глянул на него. Он выглядел абсолютно серьезно, стоял твердо, выпрямив спину ровно. Было заметно, даже не знаю почему, что он старался выглядеть как можно более дружелюбным, но что-то не нравилось мне в его взгляде. В его глазах будто отражалась невидная искра нечеловеческой ненависти. Но я все же осмелился пожать ему руку, после чего он тут же заговорил: - Рад видеть вас тут. Вы, если меня не обманывает память, Максим, верно? - Я даже рот открыть не успел, как он продолжил: - Отлично, приятно познакомиться. Значит, вас не устраивают скучные эффекты от продукции, предлагаемой моей коллегой? Ну что ж, у меня есть вещи поинтереснее. Быть может, какая-нибудь из них придется вам по вкусу? Я был в непонятках. Откуда ему знать обо всем этом? Я робко поднял вверх указательный палец и тихо поинтересовался: – Как давно вы за нами следите? Парень обходительно проигнорировал этот вопрос и потянулся вверх, достав с одной из полок небольшую упаковку сухарей. Он выставил ее перед собой, чтобы я мог лучше разглядеть этикетку. Сухари были с горчицей. Он поспешил пояснить свой выбор: - Я вижу в ваших глазах взгляд льва. Вы бы хотели подчинить себе массы, верно? - Парень легонько ударил меня в грудь. Я стыдливо отвернул голову чуть в сторону и кивнул. Меня ужасно смущало, да и пугало тоже то, что он читал меня как открытую книгу. - Ваша мечта осуществима, но вам следовало бы начать с малого. Этот продукт позволит вам управлять сознанием одного или нескольких людей. После, директор обратился к девушке, перечитывающей записи в своем блокноте: - Позвольте продемонстрировать, коллега. Девушка еще пару секунд продолжала громко перелистывать страницы, а затем слегка встрепенулась и повернулась к парню: — Что? А? Да, валяй. Я немного поморщился от этого предложения, но недовольства своего старался не показывать. Парень кивнул. Я даже моргнуть не успел, как он ловко открыл пачку, набрал горсть крошек и дунул на нее. Тут я съежился еще сильнее и непроизвольно прикрыл лицо руками. Осмелился убрать их я только минут через двадцать и, на мое удивление, все осталось так же как и было. Девушка тупила взгляд в блокнот, так и продолжила. – Не сработало? – уточнил я. Девушка повернулась ко мне и сказала: — Сработало. – Но ты же тип... — Что я? — девушка приподняла бровь а затем хохотнула и ударила себя в лоб, — Ты что, на полном серьезе думал, что он будет испытывать эту дурь на мне? Это ж малоизученная вещь! Наверняка еще и небезопасная! Не будем же мы жертвовать здоровьем только из-за того, что какой-то подозрительный хуй с горы решил вкинуться, верно? Это же глупо! Я натянуто улыбнулся и, кажется, даже слегка покраснел. – А... Ну... Что тогда поменялось? — Подожди немного. – Всмыс... Я не успел договорить, как меня слабо поклонило в сон. Я зевнул, прикрыв глаза, и потянулся. Когда я открыл глаза, все поплыло, а после и вовсе как будто заволоклось густым туманом. На пару мгновений я потерял возможность владеть своим телом. Мысли, что блуждали у меня в голове тогда будто бы были не моими. Я почти ничего не помнил, только звуки под самым ухом. Звонкий, как колокольный перезвон, смех и строгий, повелительный бас. Ко мне вернулась возможность здраво мыслить лишь тогда, когда я висел на одной из полок высоко-высоко от земли. Ох, как же я тогда перепугался. Я ведь, признаюсь, высоты боюсь просто невыносимо. Как на сантиметр выше горизонта поднимаюсь, так сразу учащается сердцебиение, бледнеет кожа и я впадаю в ступор, неспособный пошевелиться. Вот и сейчас я застыл и мигом полетел с этого чертова стеллажа вниз камнем. Благо, меня вовремя подхватил директор, стоявший точно подо мной. - Не зря я указывал вам на то, что заставлять клиента взбираться до верхней полки — не самая удачная идея, - обратился он к девушке. — Жаль. Он почти добрался до полки с печеньем, — ответила та. - Итак, что вы скажете о товаре, — спросил он уже у меня. – Люто, – единственное, что смог выговорить я. — Берете? — поинтересовался зверь. – Нет уж. От греха подальше, — твердо ответил я, слез с чужих рук и забился к стенке, — такая лютая дурь. А если я сам себя обезбавлю от воли ей. Тьфу ты. — Че ты с ней сделаешь? — Девушка приподняла бровь. - Говорит, "что если я себя приворожу ею", - перевел для нее парень. — Так бы сразу, — бросил зверь, а затем фыркнул и отвернулся, — Не зря ж я говорила тебе о том, что испытывать товар на клиентах — хуевая мысль. - Не переживайте так, коллега. Все идет в правильном направлении. — Ладно, — выдохнула она, снова достала блокнот и быстро написала в нем сразу несколько строк текста. — Тебе эт, кстати, для чего наши продукты нужны? — спросила она у меня следом. – Я, видите ли, популярный контентмейкер. Мне нужно что-то, чтобы снять очередную запись в свой блог. — Так бы сразу, — и вновь она уткнулась в записную книжку. После, подозвала к себе парня. Тот лишь мотнул головой, чтобы зверь подошел ближе самостоятельно. Тот раздраженно вздохнул, взял в руки коробку из-под пылесоса, поставил ее рядом с директором и встал на нее, чтобы снизить их существенную разницу в возрасте. Пару минут они о чем-то перешептывались и, наконец, девушка спросила у меня: — У тебя, случаем, нет мертвых родственников. – Почему все за мной следят? – шарахнулся в сторону я, – уже пятый раз за неделю предлагают купить гроб. - Нет, нет, сударь, - встрял вдруг парень, — у нас глубоко на складе имеется особая смесь, оживляющая мертвых. Она недешева, но и у нас не нелегальный бордель. Такого нет больше нигде. Поверьте, если вы снимите видео о том, как разговариваете со своей покойной матушкой, вы точно сорвете куш. — Ну, думаю можно попробовать, — протянул я, — только не смейте, пожалуйста, убивать меня, чтобы опробовать ее. - Можете не беспокоится за это. Мы таким не промышляем. Все чисто и культурно, — уверил меня директор. Он повернулся к девушке и сказал ей, махнув головой вглубь помещения: - Фас, Бобик. — Ни то, что я в своей естественной форме выгляжу как псина, ни мое прозвище не дает тебе права меня кибербуллить. - Дает, - прищурился он, - между прочим, нашим уставом запрещено перевоплощаться на рабочем месте. Тебе следовало бы поблагодарить меня за то, что я не отчитал тебя за это ранее. — Ладно, ладно, не душни. Сейчас я все принесу, — девушка вмиг сорвалась с места. Вернулась она минут через пятнадцать неловкого молчания с парой малюсеньких целлофановых пакетиков и ручной ступкой. Она положила эти предметы на стол и начала долго перед ними крутится: рвать, смешивать, приговаривая дозировки под нос, толочь, принюхиваться, снова толочь, пока директор просто внимательно наблюдал за ней, иногда строго прикрикивая что-то про то, что та ничего не умеющая делать бездарность или типа того. Наконец, после пары минут этого "зельеварения" она подала ступу парню. Тот подошел к столу и подозвал меня по имени. Я покорно подошел. На столе лежал труп таракана. Мерзкое зрелище, однако. Никогда не любил насекомых, а таких хитрых и прытких, как тараканы тем более. Но то, что парень сделал с этим несчастным жмуриком меня поразило. Стоило ему посыпать его одной только щепоткой этого чудо-порошка, как таракан зашевелил лапками, пытаясь перевернуться на брюшко, хотя до этого не подавал ни единого признака жизни. Девушка, стоявшая неподалеку от нас и наблюдавшая за исходом эксперимента, тотчас взвизгнула, почти прорычала и прихлопнула насекомое своей записной книжной. Директор посмотрел на нее в строгом недоумении. — Мы только потравили этих тварей сухарями с беконом, а ты снова эту заразу воскрешаешь, — пояснила она. Парень никак не отреагировал на это заявление, только проворчал и повернулся ко мне, очевидно, в ожидании вердикта. – Ничего себе, – воскликнул я, – Это было люто. Беру! Сколько стоит? Девушка подала мне сверток бумаги. Я развернул его. Длинной он был мне аж по локоть. Я обомлел. — Это инструкция, — объяснил мне зверь. — Вот чек, — она подала мне второй сверток бумаги, оказавшийся в половину больше предыдущего. – Чур меня, – я отбросил эти бумажки прочь и перекрестился. Я был настолько ошарашен, что сделал это неправильно: слева направо, а не справа налево, — это, конечно, все люто, но к такому меня жизнь не готовила. Девушка вздохнула, откинула он обложки ежедневника мертвое насекомое и снова начала что записывать. Директор поглядел на нее и поинтересовался: - Чего это вы там пишите. Сначала он попытался заглянуть в блокнот через плече, но после просто отобрал вещь у девушки. Та тотчас возмутилась и, с криками: "Эй! Отдай!" — попыталась выхватить столь ценные записи из чужих рук, но выходило это у нее не очень из-за того, что директор был значительно выше ее самой. Даже прыжки не помогали. Парень просто поднимал тетрадь высоко над головой. Наконец, когда девушка выдохлась, он перелистнул страницу на последнюю и кашлянул в кулак. Это заставило зверя открыть второе дыхание и он начал трепать ногу директора и угрожать: — Блять, не смей читать это! Хуже будет! Сам от кринжа не подохнешь, я заклюю к хуям! Парень игнорировал все эти выкрики. Он отстранил девушку от себя на расстояние вытянутой руки и начал выразительно читать вслух, да погромче: - "Робко подходит к другу, стараясь не смотреть тому в глаза. Это, признаться, задача не из легких. Омега кажется ему просто идеальным, не иначе. Его изумрудный, без преувеличений ведьминские глаза так и приковывают к себе взгляд, навивая приятные мелодичные мотивы песен алены швец. В его ухоженные русые волосы хочется зарыться носом, чтобы почувствовать приятный острый запах чужой течки. Хочется обнять парня за его острые, чуть выпирающие из-под рукавов футболки плечи и впиться в его пухлые, желанные губы. Но нельзя. Нельзя. Они оба омеги. Это не правильно. К тому же, у друга уже есть альфа. И как омегу могло потянуть на такого сраного деда? Хотя непонимание парня кристально ясно. Все же между ним и партнером омеги разница аж в девять лет! Но это не мешает Тер..." —/– остановись, — выдали мы с девушкой в голос. Та, кажется, чуть ли не умирала от стыда. Это было видно даже сквозь незримую пелену шерстки на лице. Парень еще раз пробежался глазами по тексту и скинул блокнот буквально на голову девушке, возгласив: - Ну что за непрофессиональное поведение, коллега? Как вам вообще в голову могло прийти писать такое, но задержать спешл на неделю? Стыд и срам, — парень что есть дури зарядил зверю по горбу, отчего тут чуть не повалился наземь. — Напомни мне отрастить косу и в этой форме, — сказал зверь, после того как немного пришел в себя и мотнул головой, — пока ты меня не убил. - Поделом, - фыркнул он, а затем как ни в чем не бывало продолжил: - Что ж, коллега. Кажется, мы отвлеклись от нашей основной задачи. Не могли бы вы, - обратился он ко мне, - рассказать поподробнее, что вам нужно? – Это небыстрая история. - Ничего. Мы готовы вас выслушать. Да, коллега? Девушка в это время пыталась найти нужную страницу в блокноте. Она, не отрываясь, вопросила: — А? - Хуй на, - Директор замахнулся снова. Девушка тотчас съежилась и пробормотала: — Да, да, конечно. Парень убрал руку и горделиво улыбнулся краем губ. Я подошел к ближайшему столу, лег на него, положил руки на грудь, отвел отрешенный взгляд в сторону и начал свой рассказ: – Понимаете, вот, приелось все. Каждый мой день похож на другой, как будто я попал в непрерывный день сурка. Каждая моя запись, каждое видео, каждая идея. Они все одинаковы. Мне, вроде, нормально, но вот мои подписчики, кажется, качали понимать, что что-то не так. Я хочу, чтобы все осталось как было, но стало другим. Хочу, чтобы этот грустный и серый город гаражей стал хоть чуточку ярче, светлее, чтобы он заиграл новыми красками. - Кажется, я знаю, что может тебе помочь. Коллега, достаньте-ка с верхней полки ту старую пыльную коробку. Девушка кивнула и полезла вверх прямо по полкам стеллажа. На складе были лестницы, но они едва ли доставали и до половины. – Как думаешь, когда она вернется? - Ровно через два часа и тридцать семь минут. Расслабься. Я нахмурился. И что же я буду делать тут столько времени? Ответ пришел как-то сам собой. Я немного полежал недовольный, пошел и сделал себе чай, после, пока ждал, когда он остынет решил еще немного полежать на том же столе и, вдруг, вырубился. Проснулся я из-за стука. Прямо перед моим лицом лежала небольшая коробочка. Я, недолго думая, открыл ее. Внутри лежал плеер, наушники и билет. — Это в Мурманск, — Пояснила девушка, — А на плеере алена швец. Съездишь, развеешься. Там все так же как тут, но снежно, уютно и вместо кофе 3 в 1 — капучино с маршмеллоу. Тебе понравится. Я рассмотрел все еще пару раз и сделал заключение: – Ну, можно попробовать. Сколько стоит? — Около трех... — зверя перебил директор: - Бери даром. Девушка посмотрела на него в недоумении. Тот только кинул что-то вроде: "так надо", всучил мне эту коробку в руки и поспешил выпроводить меня прочь. И вот, иду я по улице. В уши воткнуты наушники. Левый не работает. Но даже несмотря на это, музыка все равно растрогала меня до глубины души. Я чуть ли не плачу. Вижу вдали аэропорт.