Прятки

             — Блядь! — коротко и тихо определил ситуацию Сура. Он наклонился над убитым, одёрнул с головы подол… Убедился, что перед ним Му-му. — Сука! — Он прищурился, огляделся. Быстро припал к полу. Вытащил из-под кровати штаны и футболку, из них выпал нож. — Сука! — повторил Сура. Практически прыгнул к окну, отдёрнул портьеру так, что отлетело два кольца на гардине. — Сука! — Он ещё раз заглянул под кровать. Зачем-то посмотрел на потолок. — Сука! — подлетел к зеркальному шкафу, рывком открыл его. Направил туда пистолет. — Сука! — Он уже кричал, выкидывая из шкафа какие-то одеяла, простыни, пледы... — Сука! Сука! Сука! — дёрнул дверцу узкого шкафа-пенала. Там что-то из одежды на плечиках. Сура зарычал. Платья полетели на пол. Он толкнул в бешенстве пенал. — Сука-а-а! — Шкаф с грохотом свалился. Бандит стал в ярости пинать шмотки… — Сука-а-а!       На входе появился удивлённый Жека.       — Ты чо?       — Я связался со щеглами! — заорал Сура на него. — Я велел её грохнуть! А вы? Сука!       И тут Жека увидел тело на кровати. Его и без того длинное лицо вытянулось, губы побелели, он глупо захлопал ресницами.       — Братуха… бра… Как же? Кто? Где эта тёлка? Братуха! Где она? — Молодой бандит тоже стал пинать вещи, обнаружил грязные джинсы своего «братухи». Схватил и трогательно прижал их к груди. — Где она?       — Где-то шкерится! Надо искать!       — Бля! Как так?       — Что мы теперь делать с Му-му будем? Его нельзя здесь оставлять.       — Бля! Как же так?       — Никого нельзя оставлять!       — Я суку прикончу…       — Как она смогла одна справиться с Му-му?       — Может… может, бедолага-муж жив? — вдруг выпучил глаза Жека.       — Блядь, там телефоны и система! — выпучил глаза уже Сура. И они побежали вниз: проверять, жив ли Рогожкин, не тронуты ли телефоны, пульт от системы блокировки…       Как только они исчезли, из ванны вылез Сашка, уложил комом занавеску с рыбами. На носочках побежал в комнату с уже трупом Му-му. Оценил масштабы разрушения. Перепрыгнул шкаф-пенал и залез в него. Прикрылся какими-то мятыми шмотками и валявшейся подушкой. Затих. Ещё раз проверил, не видно ли его. Подвинул чуть ближе брошенное одеяло. Затих. Сердце молотило как сумасшедшее, пальцы почему-то заледенели, но слух обострился, паника рассосалась полностью. Осталась только злость.       Преступники быстро убедились, что Рогожкин таки мёртв, а телефоны и пульт блокировки лежат там, где их оставили.       — Да не могла она одна это провернуть! — услышал Сашка, затаившись за ворохом одежды. Бандиты вернулись. Вдруг шкаф шатнуло. Это на него сел Жека.       — Бля! Братуха, как же ты…       — И что ты расселся? Ищи суку!       Жека развернулся на заднице, нагнулся…       — Нет тут её… — Это он заглянул под кровать.       — Блядь! Я здесь всё уже посмотрел! — Это в проёме спальни обозначился злой Сура. — И ещё, для тупых: не могла она одна замочить Му-му!       — Дом заблочен! Кто мог помочь?       — Сработала сигналка! Ромашка сам сказал, что «такого не должно быть»!       — Мы всё посмотрели.       — Бля! Не сиди! Пиздец!       — Надо Бекасу звонить.       — Сначала поищем! Вставай, сучара…       Звук стал более приглушённым. Сашка только догадывался, что они делают…       — В ванной — никого! — Шуршание клеёнки, звук каких-то открывающихся ящиков. — Чисто!       — И тут — нихрена! — Бамс, бамс — удары по картонным коробкам. Явно в комнате «с ремонтом» всё переворачивалось вверх дном.       — Смотри, эта херовина на потолке на чердак ведёт?       — Похоже на то.       — Так, может, там сука прячется?       — А как она себя там закрыла? Задвижка с нашей стороны!       — Может, есть ещё какой-нибудь ход туда?       — Так ищи!       — Сура, я думаю, что нам надо валить… Она могла просто знать, как выйти из дома, и сейчас по снегу чешет за ментами. — Жека вновь пришёл в спальню и печально смотрел на Му-му.       — Тогда нахуя это представление? — Сура тоже появился в проёме комнаты. — Долбанула и дёру! Это же время, риск… Раздевать, вязать…       — Может, он сам разделся, — робко вставил Жека. — Хер знаешь, что там у него в башке было.       — Фуфел-то не лепи. Это он тоже сам надел? — Сура показал на ноги в колготках. — Не могла она сама… Она ж тощая пискля.       — Надо Бекасу звонить и валить. Пусть машину подгоняет, иначе мы никак Му-му не утащим.       — Сильно сомневаюсь, что он поможет… Так, не ссы! Ищем! Я в подвал, а ты тут. И как увидишь кого, без базаров шмаляй. — У Суры дёрнулась щека. Он вытащил телефон, посмотрел на время. Нахмурился и ринулся к лестнице, вниз.       Молодой бандит в меховой тужурке ещё постоял скорбно над телом друга. Потом поднял с пола подушку и положил её на пах Му-му.       — Что же ты натворил, братуха… — Он не заметил, что, взяв подушку, он открыл вид на спрятавшегося лазутчика. — Мы найдём суку, — пообещал Жека, пнул шкаф и опять не обратил внимания, что тот не ответил звонкостью пустоты. Жека понуро пошёл «искать суку» на первый этаж.       Разноцветные одежды отодвинулись. Ассасин Сашка даже из шкафа вылезал с выворотностью ступни. С созвучием шумов. Со сведёнными зло бровями. Перебежками он добрался до комнаты «с ремонтом». Подхватил валявшуюся стремянку. Выждал, когда снизу вновь начнутся звуки выворачиваемых ящиков и почему-то звон битой посуды — видимо, Жека в ярости искал беглянку между стаканов. Поставил стремянку под лаз на чердак, заглянул в проём лестницы — бандита не видно, он всё ещё воюет в кухне. Легко взлетел наверх. Подождал ещё и под очередной звонкий «бабах» отодвинул щеколду. Осторожно опустил дверцу со скобами.       В тёмном провале вверх сразу появились два лица: блондинка с размазанной на одном глазу тушью и почти лысый парень восточной внешности с кольцом в ухе. Марк протянул руку, Сашка ухватился и был легко поднят на чердак. Поднят и облапан. Облапан и зацелован.       — Бля, мы переживали, — шептал Марк в ухо герою.       — Миссия выполнима…       — Пока нет. — Марк ещё раз присосался к губам Сашки. — Нам надо заманить одного или двух сюда. Спускаемся!       Девушка уже стояла на нижних скобах-ступеньках. Видимо, они тут, на чердаке, договорились, как будут действовать. Марк удержал её за руку, и она легко оказалась на стремянке. Спрыгнула на пол и исчезла в комнате.       — Теперь ты, прячься где-нибудь… Где ты там был?       — В спальне, в шкафу, который они свалили…       — Ок.       — А ты?       — И я спрячусь. Вперёд!       Сашка тоже ловко спустился и скрылся в спальне, устроившись в свою нору из одежды.       Следом Марк. Но ему никто не помогал, поэтому стремянка предательски громыхнула. И этот звук отчетливо был слышен в доме. Москвич быстро оказался на полу и на цыпочках подбежал к стоявшему без дела около глухого окна тренажёру-велосипеду. Спрятался за шторой, которая тоже висела на паре колец. Стремянка одиноко осталась указывать путь на чердак, и Марку она была хорошо видна.       Шуршание подошв (усиленное бахилами). На уровне пола, там, где лестничный проём, сначала показался пистолет. Его обеими руками удерживал молодой бандит, только что разгромивший первый этаж. Жека медленно поднимался и озирался по сторонам. Конечно, он сразу увидел стремянку и тёмную дыру, ведущую на чердак. Постоял, повыцеливал в эту дыру.       «Только не зови подельника, только не зови подельника!» — беззвучно умолял Марк, притаившийся под шторой. То ли небеса были благосклонны, то ли Жека тупой… Бандит мельком заглянул в комнаты, даже никого не искал… И типа тихо-незаметно, очевидно, чтобы объявиться неожиданно перед противником, полез наверх. Ему пришлось засунуть пистолет за пояс. Он подтянулся на руках и оказался наверху…       Как только Жека исчез на чердаке, Марк выбежал из своего укрытия, взлетел на стремянку, хлопнул крышкой и задвинул засов.       — А-а-а! — сразу же раздался крик, подавленный толстым слоем потолочной перегородки. — Сука! Сука конченая! — И сразу «бах», «бах». Дважды бандит выстрелил в дверцу. Опасно, выстрелы может услышать Сура!       Из спальни выбежал Сашка, из комнаты для гостей — Саша. Втроём уставились наверх и почему-то тяжело дышали.       — Сука! А-а-а! Я кончу тебя! — орал Жека. Он больше не стрелял, сообразив, что так все патроны можно ухайдакать и нечем будет отбиваться. — Сука-а-а! — Звук был не особо громким. Если Сура не услышал выстрелы, то крики с чердака точно не прочухает.       — Он может позвонить этому, — прошептал мажор, кивнув вниз, где находился главный бандит.       — Они на беззвучный режим свои поставили, — сказала Саша, — когда сигналка сработала, они пошли искать по дому и выключили звук…       — Сигналка сработала из-за нас, — пояснил Марк. — Но всё равно — надо торопиться. Бежим вниз, они не знают про тот лаз. Что там? Котёл? Сашу там спрячем хотя бы… Быстрее!       — Погоди! Надо стремянку сломать!       — Она разборная, — вступилась за свою собственность Саша. — Смотрите! — Девушка чуть стукнула по ступеньке снизу, и та легко вышла из пазов. Они живо вытащили все ступеньки. Несколько положили под тренажёр, пару под ванну, остальные Марк спрятал под подушку рядом с убитым Му-му. Саша раскрутила винты, и стремянка распалась на две рамы. Они их оставили лежать под чердаком. А после этой операции их смыло. Этаж с трупом Му-му застыл в гротескной мизансцене: поблёскивающие кристаллы соли для ванн, развороченные комнаты, рога тренажёра, указывающие на место смерти и насилия, гулкий, хриплый и всё-таки испуганный ор сверху, лихорадочная активность снизу.       На первом этаже смертельная тишина. Трое бесшумно отворили дверь на цоколь. Тут знакомый маленький коридор и три входа. Направо, приоткрыт, в подвал с пустыми полками для солений и парой рамок с бутылками вина под углом сорок пять градусов… Местный буржуй был ценителем, однако… Прямо — распахнутая дверь в любимую прачку, там горит свет, короб для белья перевёрнут, по диагонали валяется гладильная доска — прямо поверх лаза. Сура тут искал.       Трое прислушались к левой железной двери, ведущей в гараж.       — Бекас? — Сиплый голос Суры. — Ты, сука, подставил нас, что ли? Жопу свою тащи сюда! Мы нашли кокс и бабло, но твоя сестра…       Сашка и Марк вопросительно посмотрели на девушку.       — Моя девичья фамилия Бекасова, — прошептала она. — Но брат есть только двоюродный…       — Слышь? Какого хрена ты недоступен? Сука! Сука! Сука! Какого хуя я связался со всей этой шушарой?       Голос бандита то громче, то тише — он метался по помещению.       — Жека? Что там у тебя? Нашёл её? — Видимо, Сура сам позвонил подельнику. Марк толкнул Сашу к прачке и мотнул головой, типа «прячемся». Первый забежал, тихонько поднял гладильную доску. Саша проворно отодвинула коврик, крышку и нырнула вниз…       — Саш! — шёпотом позвал всё ещё стоявшего у гаража друга.       Тот поднял указательный палец:       — Тс-с… — Он слушал разговор за дверью:       — Какого хрена ты туда полез?.. Кого ты видел? Сколько их?.. Одного?.. Не суети! Я не свалю без тебя, щас… Вот щегол! Сука! Сука! Сука!       Медлить было нельзя. Сашка шмыгнул в прачку и в подвал. Сейчас самое сложное: как спуститься третьему человеку так, чтобы гладильная доска вновь лежала на коврике над люком? Никак.       — Теперь я, — шепнул Марк и закрыл крышку. Подвинул коврик и бережно положил доску. Воссоздал декорацию предыдущей сцены. Оглянулся. Увидел толстую трубу, выходящую снизу, делающую изгиб у потолка и пропадающую над входом. Потрогал — горячая.       Марк подобрал с пола какое-то полотенце, обернул им кисть руки. Привстал на ручку двери, подтянулся, ухватился за трубу обёрнутой рукой, оттолкнулся от двери и махом повис на железяке. Осторожно вытянул ногу и зацепился за крышку воздуховода, нащупал опору и — р-р-раз… — повернулся на трубе так, что оказался сверху под самым потолком. Горячо, хорошо хоть одет в зимнее. Надо терпеть.       Враг как будто услышал и проникся — громко стукнула железная дверь. Дальше тишина. Но Марк чувствовал, что Сура рядом, прислушивается, принюхивается, готов к охоте. Вдруг лязганье затвора… Он закрывает гараж на ключ! «Этот не дурак!» — пронеслась отчаянная мысль. План пробраться в гараж, пока бандит вызволяет своего из чердачного плена, и разблокировать дом, провалился.       В проёме вдруг появилась рука с пистолетом. Сура вошёл в прачечную, на полуприседе, мягко, по-кошачьему. Он ткнул пистолетом короб, убедился, что в нём никто не прячется. Пнул гладильную доску, та сдвинулась вместе с ковриком. Ещё чуть-чуть, и был бы виден люк. Сура повернулся направо, налево. Дёрнул дверь, заглянул за неё и так же, пятясь, скрылся.       Человек-паук, затаившийся под потолком, сильнее сжал зубы. Предплечье и голень нещадно жгло, одежда не помогала. Но терпеть, терпеть, бандит ещё рядом! Вновь послышалось бряцанье ключей. Грабитель закрывает подвал с вином!       Слабый щелчок. Сура вышел в жилую зону… Он молчит. Не шумит. Ни звука: даже шуршания бахил нет. И дверь не закрыл. Послышался сразу бубнёж с самого верха, это на чердаке требует помощи Жека.       Марк рассудил, что Сура не сразу пойдёт освобождать «щегла». Скорее всего, он заглянет во все комнаты. Да и забраться к потолку ему будет нелегко. Человек-паук, перемогая боль от горячей трубы, повис на ней и мягко спрыгнул на пол. Прокрался в коридор. Убедился, что железная дверь в гараж заперта. Вернулся. Загнул коврик, ведь теперь доска лежала не на крышке и не мешала её открыть.       Марк прислушался. Вдруг наверху что-то упало. Он резко поднял дверцу и увидел Сашку. Прижал палец к губам и быстро спустился вниз. И так же как в первый раз, аккуратно уложив коврик на крышку, опустил над собой. И вновь темнота и пульсирующий свет индикатора в глазах. Только теперь три пары глаз.       — Он закрыл гараж на ключ, — прошептал Марк.       — Чё-о-орт… Может, нам вдвоём на него напасть, пока он этого молодого урода не выпустил?       — Он вооружён, — испугалась Саша.       — И, сука, хитёр, — добавил Марк. — Вариант переждать здесь тоже не подходит. Они по-любому найдут. Это дело времени…       — Что делать, что делать? — Саша обхватила себя руками.       — А если мы коротнём электричество? Система блокировки ведь электронная… — подал новую идею Сашка.       — Не уверен, что это поможет. Вообще не в курсе, как это устроено…       — Зато вырубит свет, и нас трудно будет найти.       — Есть ещё проблема: чтобы замкнуло, нужен хотя бы гвоздь и пассатижи. Да и гарантий никаких в безопасности для нас же этого мероприятия, не дай бог пожар! Надо попасть в гараж…       — Стоп! — Саша схватила парней за плечи. — Есть же второй ключ от гаража!       — Где? — выдохнули вместе спасители.       — В кабинете. В Ромином столе! Вернее, под столешницей несколько крючков, там вторые ключи от гаража, входа, от свекровкиной квартиры, от офиса… Всё подписано.       — Ну он у тебя и фрукт! Ядерной кнопки там нет? Чтоб тоже подписана была: «гоу на америкосию», — поразился педантичности хозяина дома Сашка.       — Кнопки нет, — серьёзно ответила девушка.       — Странно.       — Надо идти за ключом, как раз пока этот, — Марк кивнул вверх, — вызволяет молодого с чердака, можно попытаться взять ключ.       — Я пойду! — Сашка как в школе поднял руку.       — Сиди тут! У меня хотя бы карате в арсенале есть.       — А у меня опыт во всяких безобразных безобразиях!       — Это точно. — Саша скосила глаза на местного.       — Это не аттракцион!       — Да ла-а-адно? — Местный нагленько улыбнулся, оттолкнул приезжего и встал на лестницу, головой приподнял крышку. Прислушался. — Базарят, уроды…       Марк тоже поднялся, и щель наружу стала ещё больше. Наверху действительно раздавались короткие возгласы. Что-то типа «блядь» и «заткнись».       Парни вдвоём очень бережно отодвинули крышку. Коврик задрался. Первым вылез Марк. Следом — Сашка, его было не удержать.       — Сиди тут и ни гу-гу, — прошептал он в яму. Два бойца тихонько закрыли люк, замаскировали убежище спасительным ковриком. Переглянулись. Марк вдруг положил руку на шею этого безбашенного парня, затащившего его играть в эти прятки навылет, хотел что-то сказать, но сверху прогремел злой голос:       — Да расхерачили они стремянку! Сейчас, попробую достать чем-нибудь запор! Не ссы!       — Пора, — сказал Сашка, — потом поцелуемся.       На цыпочках они добежали по коридору до открытой двери, выглянули в фойе. Со второго этажа слышался стук и пыхтение. Сура, скорее всего, пытался рамой от разобранной стремянки подцепить затвор щеколды, прыгал. Но, во-первых, высоко, во-вторых, затвор под тяжестью дверцы был тугой.       Марк и Сашка, скользя на носках по ламинату, переметнулись через фойе к гостиной. Здесь разгром пуще прежнего. Портьеры раскрыты, оголяя безнадёжно крепкие панели чёртовой блокировки. Диван, их первое укрытие, сдвинут. Кресло перевёрнуто. Ёлка беспомощно валяется. Бокал раздавлен. Створка шкафа висит на одной петле, рядом раскиданы какие-то коробки, диски, флаконы…       — Стой тут, слушай, — в самое ухо Сашке шепнул Марк. А сам, перешагивая через битое стекло и вещи, отправился в кабинет.       Кабинет — длинная глухая комната без окон. В одном углу чудом сохранившаяся стеклянная этажерка, на которой аккуратными стопками лежали папки и бумаги. Рядом громадина сейфа. Размеры и крепость стенок не уберегли содержимое от грабителей. На противоположной стороне помпезный чёрный стол с вывороченными и брошенными возле ящиками. Поверх них издевательски установлен разбитый ноутбук. За столом узкий шкаф с открытой дверкой, на полках безразлично поблёскивали боками разноцветные бутылки: ликёры, бренди, виски… Настоящим украшением кабинета были висящие на стене, отделанной под кирпичную кладку, огромные чёрные часы в виде гитары, как будто вырезанные из какой-то гигантской виниловой пластинки и подсвеченные изнутри светодиодами. В резонаторном отверстии циферблат, и яркие неоновые стрелки показывают час нового года. Всего лишь час!       Марк перешагнул тело хозяина, Ромы Рогожкина, стараясь не смотреть на убитого. Пробрался к столу, нырнул под него. Вот они! Никем не замеченные ключики! Действительно подписаны. Но нужно взять только от гаража… И от дома, на всякий случай.       Теперь быстрее в гараж!       И… бам-м-м, аж потемнело в глазах, поторопился — резко встал и ударился башкой о злополучную дверцу винного шкафчика. Ненадёжно стоявшая зелёная бутылка, наверняка с абсентом, закачалась и упала. Марк не успел её перехватить. Быстрее! Лазутчик перескакивает через стол, через труп, он уже в проёме гостиной… Но прямо на него смотрит дуло пистолета.       Сура, так и не сумевший открыть с пола замок от чердака, не упустил посторонний звук снизу. Он как настоящий хищник, чуток и быстр, буквально спрыгнул в два приёма на первый этаж. Он, наконец, увидел этого ублюдка, который испортил им всё дело. С того самого момента, когда Жека сказал, что видел «лысого китаёзу», он ждал, что будет непросто. «От этих узкоглазых не жди тупости. Они, блядь, витиеваты и непредсказуемы». А тут практически наш, не косой, удивлённый взгляд. Открытый в немом шоке рот…       — Ах ты пидор! — радостно угадал бандит. И выстрелил.