Ребёнок
2 февраля 2022 г., 18:37
☆彡
Музыка оглушает так сильно, что сложно почувствовать вообще хоть что-то. Вокруг все кровавого цвета из-за прожекторов, а в сочетании с откровенными костюмами демонов персонала, высокой температурой, запахом алкоголя и пота в воздухе, это место и, правда, напоминало Ад. Хенджин быстро исчезает из поля зрения со словами «Я в туалет», нагло бросая лучшего друга в компании красноволосого незнакомца и коктейля, отличное сочетание. Потом ещё спасибо скажет. Хан провёл их внутрь клуба через задний вход, избегая тщательной проверки документов охраной у главного и длинной очереди, у которой не было видно конца. Сынмин, неоригинально для Хенджина, оделся вампиром. Забавляло только то, что в связи с неожиданным вниманием горячего красавчика к его костюму, друг этой ночью, вероятно, перейдет к своим прямым обязанностям и будет сосать далеко не кровь. Где-то после третьего стакана колы с виски Ким всё же прояснил причину своей внезапной любви к алкоголю и чуть подавленному виду. — Мы же тогда переспали с ним в его кабинете, он тут, на верхнем ярусе. — Допустим. Тот слюнявый раз? — Хван пьяно смеется и делает ещё один глоток, получая удар по ноге. — Мы особо не разговаривали после этого, а тут появился повод, и я предложил ему отсосать в его новом VIP зале. — Воу. И что было дальше? Мин сделал максимально глупое лицо, цитируя предмет своего воздыхания с уже заплетающимся языком: «Думаешь, у меня в клубе мало желающих мне отсосать? Ты не можешь шантажировать меня сексом, даже если с тобой он горячий». — Да забей на него, — Хван неловко хватает друга за щеки, делая из его губ бантик и оставляя между их лицами сантиметры, — Ты достоин кого-то покруче любителя случайных минетов. — Увы, но незнакомые тролли в костюмах вампиров, находящиеся вокруг нас, меня тоже не интересуют. — Тогда тебе остаётся только страдать ещё два года и надеяться, что он перестанет видеть в тебе школоту. — Он не изменится. — Вот же упёртый мудила, — Хенджин допивает свою голубую лагуну, оставляя стакан на стойке, и тянет друга в толпу танцующих.***
По пути в туалет Хенджин видит вдалеке знакомый силуэт с ахуенной задницей за диджейским пультом, что двигается под биты и закусывает губу. Хан красивый, талантливый, но с ним хочется именно дружить. По пьяни он возможно и не отказался бы лизнуть эти красивые губы, пробуя блядский розовый блеск и слизывая его подчистую. Но! Во-первых, Хван все ещё трезвышко, а во-вторых, ему ещё жить с ним. Мысли об этом заставляют усмехнуться, но природа напоминает о своём зове и приоритеты берут верх. Спустя минут пять скитаний по углам, он, наконец, находит комнату с королевскими кабинками, судя по их размерам. Хенджин пристыженно опускает взгляд в пол, когда слышит чужие стоны и шлепки тел в одной из них, но быстро переключается на потолок, замечая красные кружевные трусики, лежащие у него на пути. «Животные», — проносится в голове, когда он направляется в открытую кабинку. — «А смог бы я так? Прямо здесь, не сдерживая голоса? Отдаться партнеру полностью?» Ответ прост: «Не смог, но хотел бы». Хенджин может себе честно в этом признаться, хотя бы сейчас, один на один с собой и этой парочкой, что, судя по звукам, доходит до пика. Хван поспешил сделать свои дела и покинуть их, не желая пересекаться с ними лицом к лицу. В голове всё ещё крутились на повторе чужие чувственные стоны, а воображение подкидывало все новые образы, вырисовывая изгибы чужих мокрых тел, которые отчаянно прижимались друг к другу в попытках стать одним целым. Ему тоже этого хотелось, как и любому подростку, чей многострадальный пубертат давно ударил по мозгам. Хотелось познакомиться с кем-то таким же ахуенным как Хан. Хотелось, не думая о последствиях, отдаться чувствам, терзать чужое тело в руках, оставляя красные метки и неважно где… «Ребёнок», — грязные мысли уходят на второй план, когда он замечает испуганного мальчика лет десяти-двенадцати с мокрыми дорожками от слез на щеках в центре танцпола, отчаянно старающегося протиснуться между танцующими телами, что зажимали его со всех сторон. Хенджин подлетает, не думая, вытягивает детское тельце из толпы за руку и наклоняется к уху мальчика, стараясь не спугнуть, но успокоить. Ребёнок начинает только сильнее плакать, голос Хенджина не пробивается сквозь музыку, поэтому он только успокаивающе поглаживает малыша, пока тот не цепляется руками за его шею. Им точно не место тут. Возвращаться в туалет с ребёнком ему точно не хотелось, но за его короткую экскурсию - по просто огромному клубу - он так и не нашел ни одного хотя бы немного тихого места, поэтому принял решение выйти на улицу, где было намного спокойнее. Их обоих обдало холодным ветром, как только они покинули «Преисподнюю», где было действительно жарко, поэтому Хенджин снял с себя накидку и накинул ее на плечи ребёнка. Малышу потребовалось время, чтобы успокоиться и перестать вжиматься в парня. Джинни надо было вернуть ребёнка родителям, которые вероятнее всего были сейчас в клубе. Зачем они вообще взяли его с собой? Возможно это малыш кого-то из сотрудников или родственник Чанбина? Это было не важно, главное, что в таком случае охрана должна была быть в курсе, поэтому он с ребёнком на руках пошёл к главному входу. Очередь за два часа, казалось, не особо уменьшилась. Пока Хенджин объяснял ситуацию под неистовый плачь ребёнка, охранник продолжал смотреть на него как на умственно-отсталого, скидывая все на пьяный бред и не давая зайти обратно, в том числе и через запасной выход. Сообщение Сынмину также оставалось непрочитанным, и Хван начинал злиться, не зная как поступить. Потащить чужого ребёнка к себе в квартиру? Да, это похищение, но ничего в голову больше не приходило, а остаться на холодной улице было не лучшим вариантом. Хан точно разозлится, когда завалится с невероятной красоткой в их квартиру, а там они. С другой стороны, это и проблемы Джисона тоже, так что пусть не выеживается.
