Мелкие детали

— Ну, хочешь, я тебе шутку расскажу? Гермиона отвлеклась от ковыряния тарелки и мрачно посмотрела на Джинни, а затем вздохнула: — Давай. — Знаешь, как интеллигенты называют туалет? — Она расплылась в глупой улыбке. Гермиона не ответила, готовая встретить очередную глупость. — Обсерватория, — Джинни рассмеялась над собственной шуткой, и Гермиона заметила, как Гарри, сидевший рядом, попытался скрыть смех. Она тоже немного улыбнулась. — Да ну ладно тебе, смешно же. — Да, Джин, смешно. — Ну хватит уже страдать по нему, Гермиона, ну серьезно. Вот по кому-кому, а по Рону страдать – высшая степень глупости. Гермиона подняла на неё уставший взгляд. Она всю ночь не спала, перебирая в голове причины такого поведения Рона, свои собственные поступки и ошибки, выявляла пути решения проблемы, зацикливалась на прошлом – в общем, делала все, что когда-то находила глупыми занятиями и пустой тратой времени. Ещё в её мыслях была Блэк, но это, наверное, потому что она оказалась рядом в критический момент. Сильное женское плечо рядом, восхищение ею исключительно как преподавательницей и, наверняка, ничего более. И что с того, что в груди разливается это идиотское тепло при одной только мысли о ней? — Я стараюсь, правда, но получается плохо. Это не было ложью. Она действительно как можно быстрее хотела выползти из этого состояния и сосредоточиться на действительно важных, по ее мнению, вещах. — Не слушай её, Миона, ты можешь страдать сколько хочешь, — Гермиона удивлённо посмотрела на Гарри, — ну в смысле эмоции – это хорошо, ты же сама говорила. Выпусти это все, а потом тебе будет легче общаться с Роном. Когда-то же вы все равно должны начать общаться. — Угу, если оно ему надо, — Джинни запихнула в рот кусок курицы и встретила грозный взгляд Гарри, — нет, ну правда. Если он настолько придурок, что ушел от Гермионы, то какие шансы, что он вернётся? — Мерлин, мы можем поговорить о чем-нибудь другом, — взмолилась Гермиона, — например, о твоих занятиях с Дамблдором. Ты выяснил что-нибудь? — Я...э...наверное, но, знаешь, это не тема для завтрака, — он поспешно засунул в рот ложку каши. Гермиона задержала на нем взгляд, прекрасно видя его покрасневшие щеки и попытку избежать с ней зрительного контакта. Возможно, ей стоило задуматься над этим: провести анализ, сделать выводы, но ее так все достало, что хотелось просто лежать в своей комнате и плакать, а потом спать несколько сотен лет, не видя сны ни о ком и ни о чем. Хотелось просто отдохнуть. Рон сел далеко от них рядом с Лавандой и ее подругами. Гермиона не знала, в курсе ли он, какой эффект произвел на неё, да и не особо хотела знать. Ей было больно и обидно и совершенно не хотелось множить эту боль его словами. Девушка разочаровалась во многом и в первую очередь в себе. Какая ирония, приверженца открытых разговоров о чувствах и главный критик глупых любовных чувств теперь страдает из-за безответной любви. Ей было стыдно и грустно от своей беспомощности. — Хочешь, можем прогуляться рядом с озером? Все равно урок свободный, — Гарри допил тыквенный сок и поставил стакан на стол, обозначая свою готовность. — Было бы неплохо, — Гермиона отодвинула тарелку и встала. Свежий воздух никогда не влиял на неё плохо. Возможно, он сможет её приободрить. — Ну да, конечно, а зачем меня звать? Будто я какая-то важная часть ваших жизней, ну конечно, а что такого? Давайте, давайте, бросайте бедную Джинни на произвол судьбы, — начала причитать девушка. — Ладно, Джин, пошли с нами, — Гермиона улыбнулась. — А вот не надо мне ваших подачек, — она подняла руку, — тем более, что у меня сейчас зельеварение. Джинни хихикнула, и Гарри с Гермионой, переглянувшись, закатили глаза. Ещё одна их дружеская фишка, которая бесила всех вокруг. — Иногда она невыносима, — сказал Гарри по дороге к озеру. — У тебя плохо получается делать вид, что ты не влюблен в неё, — девушка потеплее укуталась в мантию, и Гарри улыбнулся. Румянец слегка окрасил его щеки, что очень умилило Гермиону. Ну хоть у кого-то все в отношениях хорошо, — так что там со Слизнортом? Румянец тут же сошел с щек, а сам Гарри помрачнел. — Гарри? Есть что-то, что тебе нельзя мне рассказывать? — Её настораживала его реакция. Он всегда ей все рассказывал, даже если это было запрещено правилами, — Дамблдор сказал тебе молчать? — Нет. На самом деле, нет. Просто, понимаешь, там все так неясно, и я хочу сначала сам хотя бы немного разобраться, а потом впутывать вас. Опасность, кажется, сейчас действительно большая. — Как и всегда, — разве они не рисковали жизнью каждый год, что спасти задницу магического мира? — Нет, не так сильно. Сейчас все по-другому. Это что-то серьезное, Гермиона. И я не хочу впутывать вас, особенно тебя. Не сейчас. Я расскажу. Возможно, позже, но я расскажу, обещаю, — он посмотрел на нее самым искренним взглядом, на который был способен. — Я верю тебе, — Гермиона положила ладонь ему на плечо и погладила, — все в норме. Если ты считаешь, что ещё не время, то я готова ждать сколько потребуется. Это было правдой, но не до конца. Она действительно верила Гарри и его чутью, но ещё один секрет? Ещё одна тайна, от которой зависят жизни и которую так успешно скрывают от неё? Как же трудно выносить это чёртово время. Почему ожидание вообще существует? Почему она должна дожидаться, когда ей расскажут? Разве не она всегда в гуще событий? Разве не она мозг их команды? Разве не она не выдала ни одного секрета за всю свою жизнь? Разве она не заслужила хоть каких-то привилегий? — Ещё Слизнорт попросил пригласить тебя на вечер, — сказал Гарри, будто это совсем не важно. — Вечер? — Ну да. Клуб слизней, знаешь? — Гермиона покачала головой, — Как сказал Дамблдор, Слизнорт – коллекционер. Он коллекционирует успешных или амбициозных учеников. Вот, и мы с тобой приглашены. — Оо... — А потом будет вечеринка, на которую он позовет своих уже состоявшихся учеников и даст нам возможность с ними познакомиться. — То есть, это все обязательно? — Меньше всего ей сейчас хотелось общаться с влиятельными людьми. Гарри кивнул. — Не думаю, что это будет долго. Чистая формальность, никаких обязательств. Просто прийти, завести новые знакомства и все такое. О тебе, кстати, Маклагген спрашивал. — Маклагген? — Ну да. Тот, которого ты сбила с метлы, чтобы Рон прошел в команду, — он упоминал это при каждом удобном случае и самодовольно улыбался. — Мерлин, ты серьезно? Что ему было нужно? — Она, как и всегда, пропустила замечание мимо ушей. — Хотел пригласить тебя, наверное. Ты ему нравишься, — Гарри подмигнул. Они проговорили о клубе слизней все оставшееся время, обсуждая участников и их странные привычки. Гарри упомянул ещё пару учеников, которые там будут, но Гермионе, в общем-то было все равно. Какая разница, кто там будет, если ей в любом случае будет некомфортно? Конечно, присутствие Гарри сгладит углы, но это ноющее чувство нежелания донимало девушку.

***

Она проспала. Вернее, проснулась, выключила будильник и легла спать дальше. Гермиона не была уверена, что вообще когда-то ложилась спать днём, но сегодня было исключением. Она проснулась от подушки, которая приземлилась как раз ей на лицо. Девушка подскочила, но, увидев ухмыляющееся лицо Джинни, снова откинулась на кровать и прикрыла глаза рукой. — Куда это ты собираешься? — Она успела заметить, что Джинни была в атласном голубом платье и с распущенными волосами, что было ей в крайней мере не свойственно. — На ужин к Слизнорту конечно, — она пыталась надеть сережки, которые отчаянно этому сопротивлялись. — Мм, — Гермиона резко раскрыла глаза и выпрямилась, когда до нее дошел весь смысл слов, — ужин? Через сколько? — Ээ, минут через двадцать. Я решила тебя пораньше разбудить, чтобы ты успела собраться, — она пожала плечами. — Спасибо, Джин, — Гермиона бегала по комнате в поисках подходящей одежды. "Забыть об одном из самых главных событий, браво, Гермиона, сто очков гриффиндору. Какая предусмотрительность, мисс Грейнджер." У нее не было совершенно никакого желания одеваться как-то необычно, так что обычный свитер и джинсы стали, по ее мнению, отличным нарядом. — Миона, все в норме? — Джинни даже отложила серёжку. — Да, разумеется, а что такое? — Она натягивала кроссовки. — Это очень важное мероприятие, а ты в повседневной одежде? Это не похоже на тебя. — О, ну, знаешь, я подумала, что все равно не смогу соответствовать твоей красоте, поэтому решила, что кроссовки и свитер отлично подойдут. Контраст и все такое, — она натянуто улыбнулась. — Гермиона, — девушка подошла к подруге и аккуратно усадила её на кровать, — послушай, ты можешь мне довериться. Если тебе нужно кому-то выговориться по поводу моего брата–придурка и вообще по любому другому поводу, то я всегда рядом. — Спасибо, Джинни, я знаю, но все правда в полном порядке, я просто не хочу да и не успею красиво одеться или накраситься. Её маленькая роль убедила Джинни, и она, коротко вздохнув, вновь подошла к зеркалу и начала мучать собственное ухо.

***

За ужином было невероятно скучно. Прошло только пять минут, а Гермиона уже хотела спрятаться в самый темный угол и не вылезать оттуда. Эти напыщенные от собственной важности подростки наводили на неё тоску вперемешку с раздражением, а чертов Маклагген не сводил с неё взгляд. Гарри ещё не пришел, и Гермиона жалобно смотрела на Джинни, которая, на удивление всем, вела себя крайне аристократично. Её элегантные движения и кроткие улыбки никак не вязались с образом той вечно перепачканной и постоянно смеющейся девушки, какой её знала Гермиона. Тем не менее, она с удовольствием наблюдала за этим спектаклем. — Как же он меня достал, — прошептала Джинни, наклонившись в сторону Гермионы за салфеткой. Гермиона знала о ком она. Дин Томас, каким-то чудом оказавшийся в клубе слизней, бывший парень Джинни, сейчас донимал её вопросами о личной жизни. Дверь открылась, и все обернулись, чтобы встретить Гарри. Он извинился за опоздание и занял свободное место рядом с Гермионой. — Ну как? Что-нибудь уже произошло? — Он был одет не менее презентабельно, чем Джинни. — Кроме ужасной скуки? Ничего. — Ну, возможно, сейчас принесут блюда, и все пойдет как-то поживее, — предположил Гарри, но Гермиона не ответила. Она снова задумчиво осмотрела каждого в комнате и, не найдя никого интересного, перевела взгляд на окно. На улице было темно, так что единственное, что она видела – отражение комнаты, в которой они сидели. Она чувствовала на себе взгляд этого надоедливого Маклаггена, но решила не уделять ему ровно никакого внимания. Слизнорт завел беседу об успехах, планах на будущее, амбициях и прочих моментах, в которых Гермиону всегда хвалили. Она слушала вполуха, отвечая только тогда, когда ее спрашивали. Нет, она совсем не производила впечатление незаинтересованной, она, к собственному удивлению, оказалась хорошей актрисой, только маска живого интереса не могла заменить холодное безразличие внутри. Гермиона считала минуты до конца ужина, слушая поучительную речь профессора о важности выбора правильной профессии. Ей, если быть честными, было плевать на свою карьеру. Будет чудом, если она выживет в главной схватке с Волан-де-мортом, что уж тут говорить о мнимом будущем, которое, вполне возможно, даже не состоится. — Прошу прощения за опоздание, были неотложные дела, — Гермиону словно током ударили, когда она услышала этот голос. Блэк же вежливо улыбнулась и села за стул рядом с профессором Слизнортом. — Ничего, Беллатрикс, я как раз рассказываю детям, как важно найти свое место в жизни. Кстати о месте, — он посмотрел на единственный свободный стул, — где Северус? — Он не смог сегодня присутствовать. Неважно себя чувствует, — Беллатрикс смотрела прямо на Гермиону, которая слегка сузила глаза. Разумеется, она не верила ни единому слову. Профессор не болел шесть лет подряд, но внезапно захворал, когда его позвали на ужин? Это даже звучит смешно. — Как жалко, — Слизнорт, кажется, действительно расстроился, — а я хотел торжественно представить вас ребятам как моих лучших учеников. — Сомневаюсь, что они меня не знают, — сказала она незаинтересованно, наконец, отводя взгляд от Гермионы. — Но они же не знают, что именно я тебя учил!! Представляете? Самая выдающаяся ведьма своего поколения – моя ученица! Вы, мисс Грейнджер, кстати, тоже моя гордость, — Гермиона выпрямилась, когда все сидящие за столом посмотрели на неё. Беллатрикс ухмыльнулась, — да да, именно так. Вы сегодня, правда, почему-то молчите. Что-то случилось? — Нет–нет, профессор. Все в норме. Просто по личному опыту знаю, что иногда лучше промолчать, — она встретилась взглядами с Беллатрикс, и женщина подняла бровь. — О, понимаю, понимаю. Сам иногда жалею о сказанном. Но тут, опять же, все зависит от ситуации.... Слизнорт снова пустился в долгие размышления о жизни, поддерживаемый студентами, а Беллатрикс всё-таки отвела взгляд. — И какого черта ты не сказал, что она будет здесь? — Прошептала Гермиона Гарри, когда тот потянулся за жарко́е. — А я откуда знал? Ты же слышала, Слизнорт хотел сделать сюрприз, — также тихо ответил Гарри. Гермиона помогла ему взять блюдо и откинулась на спинку стула, вновь устремляя взгляд в окно. Очень скоро разговор перестал её интересовать и от скуки она начала обдумывать причины отсутствия Снейпа. Не то чтобы он всегда и везде ходил и не то чтобы на этом требовалось заострить внимание, но Гермионе было совершенно нечего делать. Даже Беллатрикс выглядела совершенно обычной. Снейп по версии Блэк плохо себя чувствует? Исключено. Судя по лицу, он всегда плохо себя чувствует, но он никогда не болеет. Иногда Гермионе казалось, что он был роботом ну или, на крайний случай, инопланетяненом. Тогда, может, не захотел? Тоже вряд ли. Он был дотошно обязательным человеком. Но почему Блэк тоже задержалась и откуда ей знать как себя чувствует Снейп? Она была с ним? Интимная связь? Гермиона проигнорировала укол ревности в груди. Если бы это была интимная связь, Снейп давно бы сидел здесь и кидал взгляды на Беллатрикс, разве нет? Тогда куда, черт возьми, он подевался? Секретное задание от Дамблдора? Вполне возможно. Только почему тогда Блэк пришла раньше? Совместное задание, которое она выполнила быстрее? Звучит как бред. Кто вообще возвращается с заданий без своего напарника? А если.... — А что насчёт вас, мисс Грейнджер? — Гермиона осмотрела комнату, понимая, что каждый в ней находящийся смотрит на нее. Снова. — Что? — Вы согласны? — Слизнорт участливо смотрел на нее. — Я? Да, да, разумеется, — она кивнула головой, и Слизнорт удовлетворенно хмыкнул. Гермиона наклонилась к Гарри и тихо прошептала, — с чем я только что согласилась? — С индивидуальными занятиями с мисс Блэк, — ответил парень, вновь делая вид, что тянется за очередным блюдом. Гермиона замерла. "Индивидуальные занятия??????" — Ты шутишь? А кто ещё идёт? — Никого, Гермиона, они же индивидуальные, — он нахмурился, когда обнаружил, что галстук испачкался в соусе. Гарри сел на место и старательно принялся его оттирать салфеткой, только сильнее размазывая соус. — Поттер, используйте очищающее, — сказала Блэк, отпивая из своего бокала. "Она даже пьет красиво..." Гарри направил палочку на свой галстук, прошептал заклинание, и пятно исчезло. — Спасибо, — он смущённо улыбнулся, но Блэк не ответила. Вместо этого она перевела взгляд на Гермиону. "Да сколько можно на меня смотреть." Девушка усердно делала вид, что не замечает ее взгляда. Она повернулась к Гарри и завела беседу о новом матче по квиддичу, на самом деле мечтая остаться одной и обдумать, что теперь каждую пятницу её ожидают, безусловно, незабываемые занятия с Блэк. Что там будет? Задание убить трёх оборотней одним заклятием? Или Блэк не станет размениваться на такую мелочь? Может, сразу убить дракона? Зная эту женщину, можно было рассчитывать даже на живого мамонта. Остальные подхватили диалог, и вот уже все оживленно разговаривали друг с другом, особо не обращая внимания на Гермиону. Девушка смогла немного расслабиться, только вот Блэк почти не сводила с нее взгляд. Тогда Гермиона извинилась и вышла в сторону туалета, совершенно уверенная, что когда вернётся, женщина уже будет занята кем-нибудь другим. Девушка умыла лицо и облокотилась на раковину. Ей все ещё сильно хотелось спать, поэтому она нахмурила брови и закрыла глаза, давая себе мнимый отдых. — О чем ты догадываешься? — Она даже не дернулась. Разумеется, кто же ещё мог пойти за ней в туалет, чтобы спросить какой-то невероятно важный вопрос, который ну никак нельзя задать в другое время? — О чем вы? — Она не открыла глаза, но услышала, как женщина подошла ближе. — Не играй со мной, Грейнджер, о чем догадываешься? — Тон звучал угрожающе, но Гермионе, в общем-то, было плевать. — Если вы об удивительном исчезновении профессора Снейпа, то мне все равно что вы с ним сделали или не сделали. Блэк промолчала. — Я не обязана перед тобой оправдываться, — сказала она менее грозно. — Я и не прошу, — ей хотелось просто побыть одной, неужели это незаметно? — И тебе не интересно? — Совершенно. — Что с тобой? — Что со мной? — Она даже открыла глаза от удивления, — Все со мной нормально. — Да ладно, Грейнджер, Уизли сломал тебя? — Казалось, она была действительно удивлена, — Я думала, ты будешь более стойкой. — Он не сломал меня, — спокойной ответила Гермиона и снова открыла кран, чтобы помыть и без того чистые руки. — Да неужели? Тогда почему ты игнорируешь всех за столом, а Слизнорта особенно, будто это не повлияет на его отношение к тебе? Ты в курсе, что он может сделать тебе великолепное будущее? — У меня может и не быть будущего, — огрызнулась Гермиона и резко закрыла кран, — слушайте, что вам нужно? Поиздеваться? В Хогвартсе есть сотни других студентов или, если вы так настаиваете, студенток, которые хорошо подходят на роль жертвы. Вы можете их даже чередовать. Зачем вы ходите за мной даже в чертов туалет?! — Потому что теперь я отвечаю за тебя. — Нет, мисс Блэк, вы отвечаете за меня только на уроках ЗОТИ, а в остальное время вы вольны не преследовать меня!! — От злости кровь хлынула к щекам, и Гермиона обернулась, зло глядя на преподавательницу. Женщина усмехнулась. — Грейнджер, я не хочу ссориться. Мне действительно интересно знать о твоём самочувствии. Если ты так хочешь, то, признаю, это просто приятельский интерес, — наверное, это прозвучало бы как извинение, если бы Блэк не стояла со сложенными на груди руками, явно занимая оборонительную позицию. — Приятельский? Так мы теперь приятельницы? — Гнев немного угас, сменяясь удивлением. — Ну, возможно, я выразилась немного некорректно, но ты же единственная вызвалась ходить на дополнительные занятия, полагаю, теперь у тебя есть некоторые привилегии, — она пожала плечами. — Совместное хождение по туалетам? Интересная привилегия, — она попыталась вложить яда в эти слова, но получилось плохо. Беллатрикс подняла уголок губ. — Твой юмор мне нравится больше, чем злость, которую ты зачем-то проецируешь на меня. — "У меня есть у кого учиться", — А раз уж ты действительно в порядке, то жду завтра на занятиях. Теперь официальных. — Настолько, что я даже могу рассказать о них друзьям? — Гермиона подняла бровь и тут же опустила. "Я не буду копировать её движения." — Будто раньше ты этого не могла сделать, — Блэк заговорчески улыбнулась. — Но ведь вы говорили на прошлых занятиях, что.... — О каких занятиях идёт речь, Грейнджер? — Она вопросительно подняла бровь (почему-то такую идеальную в этот момент), все ещё ухмыляясь. Гермиона приняла правила игры и кивнула. — Ах, ну да. Наверное, я всё-таки сегодня мало спала. — Аккуратнее с этим. Женщина ещё раз внимательно посмотрела на Гермиону и вышла из туалета. Девушка вздохнула и потерла лоб. — Она сведёт меня с ума. Выдохнула Гермиона и снова умыла лицо. Она вернулась к столу и отсидела свой срок, смиренно улыбаясь и участливо отвечая на вопросы к большой радости Джинни и Гарри. Макклаген все ещё откровенно на неё пялился, а она все ещё откровенно его игнорировала. С Блэк она обменялась парой взглядов, которые значили едва ли больше, чем ничего, но каждый раз, смотря в темные глаза, Гермиона терялась. Будто падала в другое измерение и приходила в себя только когда разрывала зрительный контакт. Смутное подозрение затаилось где-то в самом уголке сознания, чтобы одолеть её ночью, которая, как и предыдущая, обещала быть бессонной. В целом, Гермиона смогла отвлечься от своей тоски и даже немного повеселиться, общаясь со сверстниками. Они, вообще-то, не были идиотами. Интересные личности с немного (много) завышенной самооценкой. И только когда она лежала в своей постели, укрытая таким холодным сегодня одеялом, Гермиона осознала, что за весь вечер ни разу не вспомнила о Роне или Лаванде.