Мелкие детали

Беллатрикс стояла у зеркала и расчесывала волосы, когда в дверь постучались. — Войдите, — послышался её голос, и дверь отворилась. Эльфийка ступила на порог, но Беллатрикс даже не повернулась. — Госпожа Беллатрикс, пленных привезли, — она явно нервничала. — И что с того? — Ей не нравилось, когда её беспокоят по мелочам. — Там....там Гарри Поттер и остальные, госпожа Беллатрикс. Рука замерла на половине пряди, и ведьма повернулась к домовику. Ледяной океан разлился у нее в груди, а холод окутал тело. — Лорд знает? — Нет, госпожа, он покинул поместье два часа назад. Мысли превратились в воющую тревогу "попалась, попалась, попалась." — Где они? — она старательно сдерживала дрожь в голосе. — В темницах. Господин Фенрир сейчас с ними. "Нет нет нет только не он только не он" — Ладно, спасибо, что сказала. Ступай к себе, — глаза эльфийки благодарно заблестели, и она, поклонившись, растворилась. Беллатрикс кинулась из комнаты. Коридоры, лестницы, гобелены, портреты – все мелькало мимо, словно совсем её не касалось. В голове тревогой билось "Гермиона, Гермиона, Гермиона." Когда она спускалась по лестнице к темницам, крик донёсся до нее. Её крик. Ненависть поднялась в Беллатрикс: её кровь вскипела, а зубы заскрипели. Она сжимала свою теперь бесполезную палочку, когда ворвалась в темницу. — Какого черта ты творишь? — Беллатрикс кричала, ей хотелось убить, уничтожить Сивого. Фенрир держал плачущую девушку, не заботясь о её боли. Гермиона дрожала и всеми силами пыталась отстраниться от его рук. — Здравствуй, Белла, тоже пришла полакомиться, да? — он хихикнул и дернул Гермиону наверх, — чур я первый. Можешь не выходить. Я люблю, когда на меня смотрят, — он обнажил свои клыки и приподнял кофту Гермионы. — Пошел вон, — процедила Беллатрикс. — Что? — Ты слышал: пошел вон. — Она произонсила каждое слово отдельно, словно говорила с идиотом, — Ты не имеешь права трогать ее до прихода Темного Лорда. Или ты хочешь испытать Его гнев? Проваливай отсюда. — Какого черта, Белла? Почему ты ведёшь себя так, словно ты выше? — Он все ещё держал Гермиону за руку, и Беллатрикс отдала бы все за возможность оторвать ему все конечности. — Потому что, блять, я выше. А теперь проваливай!! — Закричала она, указывая на выход из темниц. — Ладно, ладно, — он поднял руки в знак капитуляции, а затем посмотрел на Гермиону, — я вернусь, детка, — Фенрир подмигнул и пошел в сторону выхода. Беллатрикс испепеляла его взглядом, пока дверь не захлопнулась за его спиной, и только потом позволила себе повернуться к Гермионе. Она все ещё тряслась, и Беллатрикс так отчаянно сильно хотела прижать её к себе, успокоить, но разве ее желания когда-то исполнялись? — Вставай, — бросила она, оглядывая темницу, — смотрю, вся компания в сборе. Рон и Гарри были прикованы к столбам веревками. Гермиона старательно скрывала дрожь, когда Беллатрикс посмотрела на неё. — Он успел что-то сделать? — В ее голосе не было ни сочувствия, ни интереса, словно она говорила про что-то обыденное, словно только что не сбылся ее самый страшный кошмар. Гермиона не ответила, но женщина не настаивала: она знала, что пришла вовремя, — как вообще так вышло, что вы попались? — Она осмотрела каждого, но они словно не замечали её, — Мм, в молчанку играть будем? — А что тебе сказать? — Гермиона посмотрела в темные глаза, и видит Мерлин, *так больно ей не было с самого начала их похода, но она проглотила нож в горле и продолжила, — Где находится Орден? Так ты попробуй поболтать с нами, подружиться, выведай всю необходимую информацию, а затем брось нас связанными. Это же так в твоём стиле, — она наигранно улыбнулась, словно не разрывалась изнутри. — Не дерзи, Грейнджер. Уверена, Сивый недалеко ушел, — Беллатрикс говорила спокойно, без угрозы. — Лучше с Сивым, чем с тобой в одной комнате, — она почти шептала, четко выговаривая каждое слово. — Вот как? — Да вот так. — Ну так пошли, — она схватила ее за локоть и потащила в сторону двери, — расскажешь потом как вы весело провели время? — Из тени донеслось мычание, и Беллатрикс остановилась, — Смотри-ка, а твои друзья против. Кажется, им моя компания приятнее. Как думаешь, они слишком умные или слишком глупые? — Слишком наивные, — она не медлила с ответом, казалось, её вообще не пугали угрозы Беллатрикс, — возможно, они верят, что тебе можно доверять, что ты не предашь. — Я не предавала тебя, — Беллатрикс была слишком близко, чтобы Гермиона не чувствовала тепло, исходящее от неё. Такое знакомое и забытое тепло. Такое манящее и отталкивающее. — А ну как же. Что это я? Когда ты обездвиживаешь и связываешь человека – это, оказывается, защита такая. — Хватит паясничать, — она встряхнула ее за локоть. — А то что? Снова свяжешь? Или позовешь своих дружков? А давай сразу всех, мм? Вот веселье начнется. Слушай, а лучше давай сразу круцио. Ты же любишь, когда люди страдают, правда? — Чего ты добиваешься? — Она наклонилась, почти шепча. — Ну не знаю, может быть хоть каких-то извинений? — Беллатрикс смотрела в медовые глаза и могла поклясться, что видит, как на их дне плещется обида. — Ты думаешь, что ты сейчас вправе что-то просить? Мне стоит поднять палочку, и твое тело больше никогда не сможет вдохнуть воздух. — Да что ты говоришь. И подвал, конечно, не ограничивает магию, верно? Твой дражайший Тёмный Лорд же полный идиот, чтобы держать волшебников и полагать, что они даже не попытаются сбежать? — Тебе очень повезло, что рядом с тобой сейчас я, а не другой Пожиратель. — Повезло? В таком случае жизнь повернулась ко мне задом. Беллатрикс хотела ответить что-нибудь очень ядовитое, но дверь в темницы открылась, и на входе показалась фигура Нарциссы. Ведьма крепче сжала локоть Гермионы. — Белла? — Женщина посмотрела сначала на сестру, а затем на пленницу, — Люциус хочет вызвать Господина. Что думаешь? — Думаю, что он идиот, — она повела Гермиону к ближайшему столбу, — какой смысл вызывать Его сейчас? Это только разгневает Его. Конечно, если твой муж хочет испытать всю прелесть наказаний Господина, то я не против, — Беллатрикс взяла верёвку и прижала Гермиону спиной к столбу, — но я бы не стала торопить события. Нет смысла беспокоить Лорда, когда Гарри Поттер надёжно связан. Они не сбегут отсюда, будь уверена, — она завела руки девушки за столб и начала связывать. — Ты не думаешь, что Лорд смилостивится над нами, если мы сдадим Ему Гарри Поттера? — Нарцисса серьезно смотрела на сестру, и Гермиона могла поклясться, что никогда не видела таких ледяных глаз. — Нет, Цисси, я так не думаю. И передай Люциусу, что он придурок, — Гермиона почувствовала, как в руку скользнуло что-то холодное. — Почему на этот раз? Беллатрикс подошла к сестре, даже не одарив Гермиону взглядом. — Просто так, — она пожала плечами, и они вышли из темницы, закрыв за собой дверь. Гермиона выдохнула, когда шаги стихли, и ощупала предмет, который Беллатрикс вложила ей в руку. Нож. Это действительно был нож, не муляж, не подделка. Настоящий нож. Это шутка? Должно быть, Беллатрикс хочет, чтобы они попробовали сбежать, а сама ждёт их прямо у двери, чтобы убить каждого, кто будет оттуда выходить? Удивительно, но Гермиона отложила свои мысли, полностью сосредотачиваясь на разрезании веревки. Вверх-вниз, вверх-вниз, вверх-вниз, вверх-вниз, ещё немного, вверх-вниз, вверх-вниз, последнее усилие, и веревка опадает, освобождая конечности. Гермиона осматривает свои руки, нож в ладони и усмехается. Они могут сбежать. Они сбегут. Обязательно сбегут. Не время умирать, только не сегодня. — Нам нужно достать палочки, — были первые слова Гарри, когда Гермиона вытащила из его рта тряпку. — Слишком опасно, — она покачала головой, разрезая верёвку на руках Рона. — У нас нет выбора. Единственный способ сбежать отсюда – через вход, откуда нас сюда привели. Мы не знаем особняк и другие выходы, так что нам в любом случае придется рискнуть, — он потирал покрасневшие запястья. — Мы не знаем где наши палочки, Гарри, они могут быть где угодно, — Гермиона наконец справилась с веревкой Рона, и он выдохнул. — Мы никто без палочек, ты же знаешь. — Бред. Палочка – лишь средство. Ты можешь направлять магию любым другим способом. Мы можем выучиться беспалочковой магии или использовать любую ветку из леса. В конце концов, можно рискнуть и заявиться к Оливандеру. Много вариантов, где мы не умираем в конце, — Гермиона поднялась с колен и отряхнула штаны. — Ты правда собираешься сбежать через главный вход с одним только ножом в руках? Нам нужно продумать план. — Напомни мне, пожалуйста, Рональд, когда в последний раз наши планы срабатывали?

***

Беллатрикс нервно трясла ногой и стучала пальцами по подлокотнику. Эльф Марк сидел чуть дальше, не осмеливаясь поднимать на неё взгляд. Она приказала ему ждать её знака, а затем вытаскивать пленников любым способом. Ей удалось убедить Малфоя не вызывать Лорда, но тот и сам мог вскоре вернуться. Если Поттер и компания хотят выжить, им стоило бы поспешить. Что, черт возьми, можно так долго делать в подвале? Она бы не удивилась, если бы они запутались в верёвках или полчаса дёргали открытую дверь в другую сторону. Наконец, она услышала скрип досок и приняла расслабленный вид, покачивая каблуком на кончике стопы и отпивая из своего бокала с вином. Признаться, ей нравилось немного драматизма. — Если вы изображаете мышей, то из вас хреновые актеры, — сказала она нараспев, когда сзади нее неоднократно скрипнули половицы, — если бы я хотела вас убить, вы были бы мертвы. Беллатрикс поднялась со своего кресла, поставила бокал на стол и повернулась к застывшим, словно нашкодившие дети, Гермионе, Гарри и Рону. — Это ищете? — она потрясла тремя палочками. — Беллатрикс, послушай.... — Не помню, чтобы мы переходили на "ты", Грейнджер. — Да, верно, простите, мисс Блэк, но мы можем договориться, верно? — Девушка осторожно выступила вперёд, и Беллатрикс почти рассмеялась. — Мм? Говоришь так, будто тебе есть что мне предложить, — она была так слаба, чтобы не издеваться над Гермионой, но времени ждать не было: Нарцисса или ещё кто угодно мог зайти в любой момент, поэтому Беллатрикс просто бросила палочки в компанию, а затем развела руками, улыбаясь, — а теперь самое интересное. Она бросила заклинание в Гарри, и он, едва поймав палочку, поставил щит. Беллатрикс кинула ещё с десяток заклинаний в остальных. Отразить их не составило особого труда, но нужный эффект это вызвало: на звук сбежалось все поместье. Громко ругаясь, Пожиратели атаковали пленников, но когда на кону твоя жизнь, сражаешься гораздо эффективнее, поэтому Гарри, Гермиона и Рон образовали круг, прикрывая спины друг друга и отбиваясь от заклинаний: Пожиратели приближались с каждым произнесенным заклятием все ближе. Гермиона четко понимала, что долго им не продержаться. Варианты побега один другой сменялись в ее голове, лихорадочно смешиваясь с проклятиями. Они должны бежать, им не победить. Не сейчас. Она кинулась вперёд, усиливая атаку, и мужчина перед ней отлетел в стену, давай ей сразу секунд на побег: Гермиона четко слышала хруст костей. Она повернулась, чтобы схватить Гарри за руку, но её запястье перехватили. Сивый оскалил отвратительную пасть, и Гермиона рванула руку. Боль вспышкой промелькнула перед глазами, но она уже схватила Гарри за руку. Отбиваясь свободной рукой, она попробовала трансгрессировать и с ужасом поняла, что поместье заколдовано. Путь только один, и он перекрыт десятком разъяренных Пожирателей. — Сейчас!! — Донёсся до нее чей-то голос, и Гермиона услышала хлопок прямо за своей спиной, её коснулось что-то крошечное, и пространство скрутилось вокруг неё, внутренности сжались, и она упала на землю, хватая ртом воздух. Она судорожно огляделась, и, поняв, что Гарри и Рон на месте – тоже откашливаются – посмотрела на эльфа, который прижал уши и вжал голову в плечи. — Кто ты? — Она всё ещё тяжело дышала. — Марк, мисс Гермиона, — он покорно склонился в поклоне. — Кто тебя прислал? Эльф переминался с одной ноги на другую, сомневаясь, можно ли ему говорить. — Мы не собираемся тебе вредить, — сказал Гарри, вставая с земли и выставляя руки вперёд, — ты можешь нам сказать. — Спасибо, мистер Гарри, Марк наслышен о Вашей доброте, сэр, — он снова поклонился. — Так кто? — Гермиона тоже поднялась, игнорируя ноющую руку, наверное, вывих. — Мисс Беллатрикс, — тихо сказал Марк и совсем опустил голову. — Ничего не понимаю, — сказал Гарри, — разве она не работает на Волан.... — Гарри, — перебил его Рон, — не называй его так. — Ладно, — парень прекрасно осознавал, что сейчас не время для споров, — разве она не служит Тому-кого-нельзя-называть? Гермиона покачала головой, она сама ничего не понимала, а рука все настойчивее напоминала о себе. — Она кричала, я слышал, — Рон посмотрел на Гермиону, — думаю, не только я. Она устроила эту битву только чтобы отвести от себя подозрения, но все испортила. — Если это так, то она в огромной опасности, — Гермиона сжала челюсти. — Хэй, хэй, — Рон подошёл ближе и положил руки на ее плечи, — мы не пойдем за ней, ты ведь понимаешь? Ни сегодня, ни завтра, ни послезавтра. Мы все ещё не можем ей верить, — он старался поймать её взгляд, но Гермиона освободилась от его хватки и отошла, запуская здоровую руку в волосы. — Она спасла нас, — тихо сказала девушка. — Это был её выбор, Гермиона. Она взрослая, сможет за себя постоять, не думаешь? — Нет не думаю. Там толпа Пожирателей. Озлобленных Пожирателей. Если ты думаешь, что у нее есть шанс выжить, значит ты придурок. — Гермиона... — Нет, заткнитесь, заткнитесь. Она просто случайная жертва, да, Гарри? А что бы ты сделал, если бы это была не Беллатрикс, а Сириус?? Тоже не стал бы рисковать? А ты, Рон? Если бы это была Джинни, тоже бы не сунулся? Даже бы не попробовал? — Гермиона, тебе нужна помощь.... — Помощь сейчас нужна ей. — Мы даже не знаем где находится этот дом, — раздражённо сказал Гарри, и Гермионе очень захотелось ему врезать. — Он знает, — она указала на Марка, и тот ещё сильнее сжался. — Мисс Беллатрикс приказала не позволять вам возвратиться, — пискнул эльф. — Послушай, Марк, нам очень нужно, чтобы ты ослушался мисс Беллатрикс хотя бы раз, ладно? — она словно говорила с ребенком, — Давай ты просто доставишь нас туда и... — Он не может, — сказал Рон, и Гермиона раздражённо посмотрела в его сторону, — он же эльф, Гермиона. Если он нарушит прямой приказ хозяйки, то погибнет. Гермиона вновь посмотрела на эльфа, сжала челюсти и выпустила мощную волну заклинания в ближайшее дерево.

***

Она знала, что Лорд казнит её. Знала, что казнит по-особенному. Знала, что перед этим ее ждёт только агония, поэтому совсем не удивилась, когда дверь отворилась, и потянуло холодом. Он ничего не сказал, даже не посмотрел на неё, а только закрыл за собой дверь и прошел на середину комнаты. Беллатрикс пересеклась с ним взглядом, ухмыльнулась, и тогда он поднял палочку. Она смеялась, пока круциатус проникал в мысли, пока кровь наполняла рот, пока каждая клетка тела выла от боли. Смеялась, чтобы только усилить свое страдание.

***

Гермиона не разговаривала ни с кем из них весь вечер. Она молча разложила палатку, осмотрела руку, пришла к выводу, что это всего лишь вывих, взяла в зубы деревяшку и вправила запястье, в сотый раз за день почти теряя сознание от боли. Гермиона тихо выругалась и ушла в кровать. Обычно перед сном они разговаривали, но теперь она слышала только свое дыхание. Гарри и Рон накладывали заклинания, готовили еду, разговаривали с Марком и, признаться, боялись заходить в палатку. Ей было плевать, все, о чем она думала – Беллатрикс. Она гадала, жива ли ведьма, смогла ли она вырваться. Прокручивала в голове все возможные варианты развития событий и каждый раз приходила к неминуемой смерти Беллатрикс. Слезы обжигали глаза, и Гермиона позволила им пролиться. Впервые с начала их похода она позволила себе разреветься, позволила себе сжимать зубами одеяло и тихо выть в подушку. Гермиона ненавидела Гарри, ненавидела Рона, ненавидела Марка, ненавидела себя. Как могла она позволить ей умереть? Как могла допустить? Как могла злиться на неё, когда всё, что она пыталась сделать – спасти её? Гермиона плакала, пока силы не покинули её. Плакала, пока сон не одолел её. Плакала, пока думала о том, что Беллатрикс мертва по ее вине.

***

— Последнее желание? — Он стоял над ней, истекающей кровью и хрипящей от собственных криков. Беллатрикс ухмыльнулась кровавым ртом. — Бутылка огневиски, — прошептала она, и мир померк. Желание было исполнено, поэтому когда Беллатрикс вывели из комнаты, наставив на неё три палочки, она держала в руках бутылку дорогого огневиски и стабильно пила из нее каждые две секунды. Беллатрикс посмотрела на Лестрейнджа и оскалила зубы. Она запуталась в собственных ногах, поэтому ему пришлось поймать её. — Благодарю, — мурлыкнула Беллатрикс и отстранилась, дальше шагая уверенно. — Казнь через четверть часа, Блэк, у тебя есть время попрощаться с сестрой и племянником, — бросил Рудольфус, когда привел её в гостиную. Беллатрикс даже не представляла, где её будут казнить да и не особо стремилась узнать. Когда мужчины покинули комнату, она стёрла ухмылку и принялась за дело, отрывая ткань со своего платья.

***

Утро прошло в молчании. Гермиона рано встала и рано пошла добывать пищу. Нужды в ней не было, у них оставалось пропитания минимум на неделю. Когда егеря напали, Рон спрятал сумку Гермионы в своем свитере, а его обыскать попросту не успели, поэтому в этой "вылазке" они ничего не потеряли. "Разве что человечность" думала Гермиона, когда шла по лесу в поисках пищи. Ей было так тошно быть собой, так тошно осознавать, что Беллатрикс сейчас находится в смертельной опасности, если ещё жива. При мысли о возможной гибели ведьмы слезы щипали глаза, а комок подкатывал к горлу. Так отвратительно больно. Гермиона села на упавшее дерево и положила голову на колени, вновь позволяя себе проливать слезы по той, которая предала её.

***

Нарцисса проследила за Пожирателями, которые закрыли за ней дверь, и опустилась на кресло рядом с сестрой. — Ну как ты себя чувствуешь? — Ты знаешь, — Беллатрикс не смотрела на неё, попросту не могла. Она видит Нарциссу, свою сестру, которая была за неё всю её жизнь, которая оберегала её, которая защищала её, которая всегда принимала её сторону, в последний раз. Как она может себя чувствовать? — Соври мне, что ты в порядке. Беллатрикс подняла уголки губ. — Можно я хотя бы в последнюю нашу встречу не буду тебе врать? — она посмотрела на Нарциссу и судорожно вздохнула. Беллатрикс села к ней и взяла ее руки в свои. Холод смешанный с холодом, — послушай, береги себя, ладно? Не слушай Люциуса и тем более Лорда. Просто береги себя и Драко, хорошо? — Нарцисса отвернулась: она всегда так делала, когда хотела скрыть слезы, но Беллатрикс прижала её к своей груди и поцеловала в макушку. Она делала так только единожды: когда Андромеда покинула их, и отец пришел в бешенство. Тогда это казалось концом света, какая ирония. Теперь, когда мир рушится у них под ногами, они не могли позволить гордости отнять у них время прощания, поэтому они обе плакали. Плакали, потому что знали, что это их последняя встреча, потому что знали, что их жизням конец, потому что знали, что могут найти утешение только в сестринских объятиях. Они не проронили ни слова, и только слезы стекали по их щекам, как знак прощания, как знак конца света. Беллатрикс прижимала к себе Нарциссу и думала лишь о том, как ей чертовски жаль. Они захлебывались в своей боли, пока свечи догорали, словно отсчитывали время до прихода смерти. Смерти, которая разлучит их навсегда, на целую вечность. Они ждали её, и она пришла. Тихо скрипнула дверью и вогнала холод в комнату. — Пора, — сказал ледяной голос, и Беллатрикс отстранилась от сестры, в последний раз улыбаясь ей, а может и вообще последний раз улыбаясь, и решительно встала, бросая вызов Волан-де-морту, бросая вызов самой смерти. Встала, как всегда с поднятой головой и гордо вьющимися кудрями. В её глазах не было жалости, не было обиды: лишь голая уверенность. Если сегодня ей предстоит встретить смерть, она собирается надрать ей зад.