Дуэль\DUEL

Глава 47 Королева вейл Жизнь вейл была нелегкой, хотя и значительно легче, чем когда-то. Более тысячелетия назад они были практически уничтожены в результате интенсивной охоты и использования в качестве секс-рабынь, или же их просто убивали, поскольку они считались демоническими соблазнительницами, которые стремились только соблазнить своих жертв, а затем убить их. Такие убеждения были абсолютно ложными. Они не могли ничего поделать ни со своей соблазнительностью, ни с тем, что мужчины могли сделать из-за них, но они никогда не были в восторге от кровопролития. Это полностью противоречило их природе, они желали любви, а не смерти. И все же они не могли ничего поделать с тем, что иногда мужчина убивал себя во время какой-нибудь непродуманной выходки, пытаясь произвести на них впечатление. Это было редкостью, но, к сожалению, случалось. К сожалению, достаточно людей верили в ложь, которую о них рассказывали, чтобы принять множество законов против вейл, в том числе разрешающих убивать и насиловать их. Для защиты они объединились и в конце концов поселились на территории современной Болгарии, заключив договор с тамошним магическим правительством и присягнув ему на верность при условии, что они не будут общаться с местным населением и будут держаться особняком. В обмен они получили свои собственные земли, доступные только им, и свою автономию. Это оказалось очень выгодной сделкой для них, и они обнаружили, что пока они держатся сами по себе, проблем не возникает. Они даже решили назвать город Вкушти, что по-болгарски означает "дом". Это был дом не только для них, но и для всех вейл по всему миру, и туда быстро стекались все оставшиеся и рассеянные вейлы. Возможно, по крайней мере для них, это было самое красивое место на земле, о котором заботились и ухаживали. Как и место, где был построен Хогвартс, это было одно из действительно великих магических мест на земле, излучающее свою собственную магию. Тысячелетия жизни вейл в нем и бессознательного высвобождения их магии привели к тому, что это место стало еще сильнее. Благодаря этому их магия была здесь сильнее, чем где-либо еще, и в этом месте творилось невероятное волшебство, но ни одно из них не было более ценным для них, чем то, что было изобретено вскоре после их прибытия. Довольно быстро стало ясно, что если они хотят выжить как раса, то должны обладать способностью производить потомство. Однако, поскольку вейлы могли быть только женщинами, они зависели от человеческих мужчин, способных помочь им забеременеть. Это создавало проблему, поскольку на них все еще охотились, и они все еще скептически относились к возможности сосуществования с людьми. Было предложено несколько вариантов. Они могли бы временно покидать город время от времени и соблазнять местных мужчин, чтобы те занялись с ними сексом, чтобы забеременеть, но эта идея была быстро отклонена, так как они только подтвердили бы всю ложь о них, а они заключили сделку с болгарским правительством, дав слово держаться в тени. Другая идея заключалась в том, что они могли бы убедить нескольких мужчин, считающихся заслуживающими доверия, вернуться с ними и помочь забеременеть всем им. Однако и эта идея была в конце концов отброшена, так как они опять-таки слишком недоверчиво относились к чужакам, и было трудно определить, идет ли мужчина с ними по собственной воле и по собственному выбору, или он находится под их влиянием. Наконец, одна из величайших колдуний смогла разработать зелье, позволяющее им забеременеть путем непорочного зачатия, и некоторое время оно работало вполне успешно, позволяя им пополнять и увеличивать свою популяцию. И все же вейлы были сексуальными существами, они всегда ими были. Потребность в сексе у них была выше, чем у обычного человека, и к тому, что их заставляли оставаться девственницами всю жизнь, привыкнуть было нелегко. Со временем, однако, эта потребность уменьшилась, поскольку все больше и больше вейл рождалось, не увидев ни одного мужчины, и им становилось все легче и легче обходиться без них. Возможно, они так и остались бы вечными девственницами, которые родились, выросли и умерли в городе, но около 300 лет назад некая группа вейл решила покинуть город, решив, что настало время, когда они смогут жить в гармонии с людьми. Поскольку не было никаких законов, запрещающих кому-либо покидать город, им разрешили уйти, хотя и с некоторыми сомнениями со стороны их действующей королевы и при условии, что они никогда не раскроют местоположение города или многие секреты вейл, которые они поклялись хранить. На самом деле это было довольно легко сделать, поскольку такие клятвы были достаточно сильны, чтобы они передавались потомкам, которые рождались с невозможностью когда-либо раскрыть такие секреты. Они умирали задолго до того, как могли это сделать. Однако вскоре эти вейлы смогли смешаться с людьми: общество стало достаточно развитым, а легенды о вейлах - достаточно древними, чтобы они могли это делать. Однако они быстро обнаружили, что их очарование, разбушевавшиеся из-за того, что у них никогда не было необходимости держать его под контролем, вскоре усложнит их жизнь. Для некоторых этого было достаточно, чтобы они решили вернуться в город, другие научились наслаждаться вниманием, которое они приносили с собой, а некоторые решили жениться и завести семью. Но даже это было сопряжено с риском, поскольку часто мужчина, за которого они выходили замуж, обнаруживал, что не любит их по-настоящему, как только действие приворота ослабевало. Это была трагедия, но многим удалось найти настоящую любовь, тем самым доказав, что это возможно. Такие вейлы, естественно, хотели вернуться со своими мужьями в город, и после долгих раздумий королева удовлетворила их просьбу. Однако, когда они попытались это сделать, вскоре оказалось, что это не так-то просто. Меры безопасности, созданные вокруг города, долгое время защищали их и служили им верой и правдой. Любая вейла, вошедшая в защитную зону вокруг города, инстинктивно знала, какой путь ей нужно выбрать, чтобы избежать многочисленных ловушек на пути, но любому другому это место показалось бы жалкой и неухоженной землей, где не было видно дороги. Хуже того, у них постоянно возникало желание немедленно повернуть назад и уйти. В то время как это не позволяло никому приблизиться к городу, мужья вейл, которых приводили обратно, вскоре поддались страху и не могли идти дальше, один из них умер, убежав и активировав одну из ловушек. Лишь один из этих мужчин действительно совершил путешествие, доказав, что это можно сделать, но крайне трудно. Несмотря на то, что были предприняты меры по снятию защитных чар, ни одна из них не увенчалась успехом, ведь секрет того, как они были сделаны, был утерян. Это заставило вейлу сделать выбор. Выбирая между любовью и городом. Многие вейлы решили покинуть город в поисках любви, другие решили остаться. Некоторые из тех, кто покинул город, решили вернуться, поскольку их поиски в итоге оказались безрезультатными. Несколько женщин в течение многих лет пытались добиться того, чтобы мужчина, в которого они влюбились, вошел в город, но лишь немногим это удавалось. Те женщины, которым это удавалось, получали значительные преимущества. Во-первых, это доказывало, что их возлюбленный действительно любил их беззаветно и был невероятно храбр. Однако помимо романтического аспекта, их возлюбленные получали мгновенное гражданство и принятие в городе, а также возможность узнать тайну их расы. Когда началась война с Гриндельвальдом и Вторая мировая война, нынешняя королева решила отправить многих вейл сражаться за магическое правительство, которое они поклялись защищать. Вейлы были очень умелыми бойцами, все они с раннего возраста обучались как магическому, так и физическому бою и от природы были искусны в обоих видах боя - побочный эффект тех лет, когда им приходилось бороться за собственное выживание. Однако в это время один из бойцов, младшая дочь королевы, влюбился в волшебника, в результате чего они поженились и в конце концов решили не пытаться вернуться в город, а поселиться во Франции, откуда тот был родом. Это не вызвало бы никаких лишних проблем. Такой союз был с радостью принят их матерью, и у нее была старшая дочь, которая уже была в очереди на трон. Однако много лет спустя случилось несчастье. Чума, известная как Великая Чума Вейл, пронеслась по их округе, поразив сначала город, а затем и многих вейл по всему миру. Когда все закончилось, королева и обе ее дочери умерли, оставив трон старшей дочери младшей дочери бывшей королевы, Аполлин. Аполлин выросла в большом мире и никогда даже не посещала город, королевой которого она внезапно стала. К тому времени у нее была семья, муж и две дочери, которых звали Флер и Габриэль. И все же, стать королевой ее побудило собственное стремление, столь же сильное, как и у любой вейлы. Королева не могла отказаться от своего долга, даже если бы захотела. Однако она верила, что ее муж достаточно силен, чтобы пройти испытание и войти в город, и поэтому решила рискнуть привести туда его и дочерей. Это оказалось ошибкой. Ее муж потерпел неудачу, едва не погибнув при этом и заставив ее принять решение. Она должна была занять трон и стать королевой, так как от этого никуда не деться, но ей нужно было решить, что делать с детьми. В конце концов они с мужем решили, что они будут расти с отцом, хотя молодая королева всегда задавалась вопросом, когда и увидит ли она своих дочерей снова... DUELDUELDUELDUEL Наши дни Пока Флер стояла на коленях перед матерью, ее обуревали самые разные эмоции. Конечно, она была рада, что наконец-то смогла увидеть свою мать, после сколького времени, но нельзя было отрицать, что в какой-то степени она чувствовала себя брошенной. Она хотела, нет, нуждалась в матери, но вместо нее получила королеву, которую не видела с тех пор, как была совсем маленькой. Однако она все еще любила ее, несмотря на все, что произошло. Она действительно была для них хорошей матерью, с ней связано множество приятных воспоминаний. Однако резким контрастом был тот день, который все разрушил, день, когда ее мать обняла и поцеловала их на прощание, возможно, навсегда. Этот день был самым ужасным в ее жизни и оставил глубокую дыру в ее сердце. Но даже когда это мучило ее, она не могла никому ничего сказать об этом, даже признать, что ее мать жива, для нее было невозможно. Внушения вейл были слишком сильны, чтобы сломить их. Однако она была здесь, стояла на коленях прямо перед ней. Наконец ее мать встала и обняла их обеих, внезапно перестав быть королевой, а став просто их матерью. Объятия казались такими знакомыми и в то же время совершенно другими. Они обе явно изменились. Во-первых, у ее матери грудь была гораздо больше, чем у нее, - скорее всего, это был один из результатов того, что она стала королевой. С другой стороны, обнимать ее было все еще легче, потому что она сама сильно выросла. Обняв ее и поцеловав в обе щеки, ее мать подошла к Габриель, обняла и поцеловала ее. - Добро пожаловать, мои дочери, - тепло сказала мать, широко раскрывая объятия, - Я скучала по вам. - Я тоже скучала по тебе, мама, - ответила Габриель, теперь на ее лице было несколько слезинок. Она не могла ее винить, она уже успела пролить несколько собственных слезинок из-за такого трогательного момента. Но все немного испортил следующий вопрос матери, затронувший слона в посудной лавке. - Как твой отец? - нерешительно спросила мать. Значит, она сразу спросила об этом. Она не была уверена, хороший это знак или нет. - Он в порядке, но все еще скучает по тебе, - призналась Флер. Он действительно скучал, каждый день, хотя почти никогда не говорил о ней с ними. Это было скорее выражение его глаз, тоскливое и печальное, которое не покидало его с тех пор, как им пришлось разлучиться. Некоторые вейлы могли бы сказать, что, поскольку он не прошел испытание, он не любил свою жену по-настоящему. Эти вейлы были бы неправы. Оба ее родителя очень любили друг друга, что только усугубляло их разлуку. Ее мать теперь плакала сильнее, на ее лице отчетливо читалось чувство вины. - Я представляю насколько ужасно он думает обо мне, - ответила мать. - Он все еще любит тебя, - Флер ответила мгновенно и твердо. - Видимо, недостаточно, - ответила ее мать, только добавив соли на старую рану. Флер решила сменить тему, а также перейти на более формализованный способ общения с матерью, как с королевой. - Как вы видите, благородная королева, мы привезли с собой в этот город мужчину, и он явно прошел испытание, мы хотели бы получить ваше разрешение принять его в качестве нашего возлюбленного. Такое согласие королевы было очень важно. Оно позволяло мужчине узнать все их секреты, получить свободный доступ в город, стать его гражданином и получить все связанные с этим права. Хотя Флер ожидала, что ее мать примет его, ситуация все равно была напряженной. Во-первых, Гарри был любовником и ее, и Габриель, и технически он все еще был их хозяином, а они - рабами. Ее мать имела полное право волноваться, и по законам их народа это было совершенно непонятно. Однако, когда ее мать повернулась, чтобы посмотреть на Гарри, она решила изучить его еще глубже, и ее глаза расширились, а затем она повернулась, чтобы посмотреть на них обоих, также с расширенными глазами. Значит, она уже догадалась, подумала Флер. - Может быть, вы объясните мне, почему вы рабы этого мальчика? - требовательно спросила она, похоже, очень расстроенная. При неправильном подходе дело могло быстро испортиться. Когда некоторые вейлы становились рабами, иногда королева приказывала немедленно казнить их хозяина или даже рабов, если подобное означало возможный риск для безопасности города. Однако Флер знала, что ее мать так не поступит, особенно без объяснений и зная, что Гарри доказал, что действительно любит их, войдя в город. Габриель попыталась вмешаться, чтобы предотвратить необдуманные поступки. - Гарри, - мягко сказала она ему, - я думаю, тебе лучше уйти. - Я решу, останется он или нет, - предупредила их мать, решив действовать как королева: «Из вежливости я разрешаю. Жизель, проводи его, пожалуйста». Одна из стражей, которые до сих пор почти не обращали на них внимания, стоя на коленях рядом с ними, немедленно привстала и ответила: «Да, ваше величество». Гарри пристально посмотрел на них обоих, явно желая остаться с ними, но Флер бросила на него умоляющий взгляд, надеясь, что он этого не сделает. Наконец он позволил Жизели увести его, но было ясно, что он готов разрушить стены дворца и пробиться сквозь десятки стражников, если решит, что им угрожает опасность, и она знала, что так оно и будет. Гарри был именно таким. Когда он ушел, мать снова принялась за них. - Я не могу поверить, что вы могли сделать что-то подобное! - бушевала она - Выбрали себе любовника на двоих, а потом стали его рабами, чтобы не иметь права стать королевой. Неужели вы обе так отчаянно хотели избежать этого? Флер вздрогнула. С точки зрения ее матери было бы логично предположить именно это. Рабыни, конечно, не могли стать королевой, а поскольку Гарри явно любил их, было очевидно, что он не заставлял их против их воли терять свободу, так что это было бы единственным очевидным логическим объяснением того, почему они сделали это, каким бы радикальным оно ни было. Стать королевой, конечно, они обе думали об этом. В конце концов, вполне вероятно, что одна из них будет вынуждена стать королевой, тем более для Флер, так как старшая сестра будет первой в очереди, если только она каким-то образом не умрет раньше сестры. И все же она не хотела становиться королевой, королевой города, в котором никогда не бывала. Это было довольно банально, что девушка хотела бы стать принцессой, а затем королевой, но это было то, чего она никогда не хотела. Ей нравилось участвовать в дуэлях и путешествовать по миру, встречать много новых людей, и она никогда не смогла бы стать королевой, легко вступая в конфликты с представителями своего пола, а тем более расы. Однако она смирилась с этой участью, как только узнала о ней, хотя и надеялась, что ее мать умрет в очень преклонном возрасте, чтобы хотя бы она успела прожить полноценную жизнь до того, как ей придется это сделать. Став рабыней Гарри, все изменилось. Это был совершенно безумный способ избавиться от своей судьбы, и она никогда бы не сделала этого в обычной ситуации, но она не могла отрицать, что испытывала от этого облегчение. Что касается ее отца, то на его решение, скорее всего, тоже повлияло осознание этого факта: потеря собственной жены для него была очень болезненной темой. Флер вздохнула и начала рассказывать матери историю с самого начала, с момента их первой встречи с Гарри, часто прибегая к помощи Габриель. Когда она закончила, ее мать села обратно в свой трон, потирая рукой лоб от удивления, и сказала: «Ну и история». - Полагаю, так и есть, - согласилась Габриель. - Вы обе счастливы? - спросила их мать. - Да, очень счастливы, - Габриель ответила без колебаний. - Я люблю Гарри всем сердцем, - согласилась Флер. Для них обоих это был довольно легкий вопрос. Они и представить себе не могли, что будут так счастливы, как сейчас, но при этом им еще есть к чему стремиться. Они позволили матери все обдумать, так как она, казалось, много размышляла, сидя в своем троне, прежде чем сказать: «Мне придется подумать об этом. Мне определенно нелегко принять решение о том, что именно я собираюсь делать, хотя я благодарна за то, что вы обе, по крайней мере, счастливы». - А как насчет статуса Гарри? - неуверенно спросила Габриель. - На данный момент я не вижу причин не принять его в качестве вашего возлюбленного на временной основе, которую можно отменить, но при этом предоставить ему все права, которые предоставляются возлюбленному, приехавшему в этот город. Однако имейте в виду, что мое решение может измениться, и, по крайней мере, я хотела бы иметь возможность поговорить с ним до этого, - объявила их мать. В сложившихся обстоятельствах это было лучшее, на что они могли надеяться, но на данный момент этого было достаточно. - Представляю, как он сейчас волнуется, - прокомментировала Флер. - Тогда я не буду вас задерживать, - ответила их мать: «У тебя есть мое разрешение рассказать ему секреты нашего народа, если он даст клятву не раскрывать их. Затем я дам вам время восстановиться после путешествия, но в конце концов я снова пошлю за вами». - Мы благодарим вас, благородная королева, - ответила Флер, склонившись в почтительном поклоне. Оставшийся страж поспешила подойти к ним и показать, где вероятно находится Гарри. Ее мать решила добавить, когда они уходили: «Кстати, я рада, что вы оба здесь». Затем и она, и Габриель позволили Лене, охраннице, отвести их в комнату, где находился Гарри. Однако по дороге Габриель шепнул ей: «Мы не сказали ей о сама-знаешь-чем!» Габриель, очевидно, имела в виду черный камень, из-за которого они вообще рискнули сюда прийти. Она прошептала в ответ: «Мы сделаем это позже, у нее и так хватает забот, чтобы беспокоиться об этом». Однако, когда они добрались до комнаты и вошли в нее, Гарри тут же набросился на них, как в прямом, так и в переносном смысле. - Что, во имя Мерлина, происходит!? - громко и требовательно спросил он, на его лице читалось беспокойство. Флер вздохнула. Она не могла винить его за то, что он испугался. Очевидно, он понятия не имел обо всем происходящем, и для него это должно было показаться довольно неожиданным и смущающим. «Почему бы нам не сесть и не поговорить об этом?» предложила она. Он, наконец, кивнул в знак согласия и позволил им пройти дальше в комнату. Войдя внутрь, она отметила, что комната была довольно просторной и, судя по всему, представляла собой некую спальню, хотя и гораздо более красивую, чем все спальни, которые она когда-либо видела. Стены и пол буквально сверкали золотом и... Она остановилась и заглянула в ванную. 'Действительно, чистое золото?' Покачав головой на очевидную экстравагантность, она вернулась в спальню и села на огромную кровать, на которой легко могла бы уместиться семья из десяти человек, с прекрасными шелковыми простынями и одеялами. Такую кровать можно было бы поставить и дома, подумала она. По крайней мере, обсуждалось, чтобы все девушки просто делили с Гарри одну огромную кровать. Это было бы гораздо удобнее, чем если бы каждая из них в течение ночи заскакивала к нему в спальню, желая получить немного сексуального удовольствия. В этом отношении это было бы удобнее, и она, по крайней мере, лучше спала, когда Гарри был рядом. Пока они будут здесь, они с Габриель будут предоставлены Гарри в полное распоряжение в этой постели - благословение, которое она не собиралась упускать. В любом случае, она проигнорировала эти мысли, хотя с радостью осуществила бы их прямо сейчас, признавая, что очень рада тому, что Гарри доказал свою любовь к ним тем, что смог быть здесь. Когда они сели на кровать, она взяла его за руку и объяснила: «Я уверена, что ты сейчас напуган, Гарри, но в наши намерения не входило причинить тебе боль или заставить беспокоится. К счастью, теперь мы можем рассказать тебе все». И они с Габриель начали рассказывать историю вейл, начиная с самого начала и заканчивая тем, почему их родители теперь разлучены. Когда они закончили, Габриэль извинилась, сказав: «Мы сожалеем, что не рассказали раньше Гарри, но теперь ты понимаешь, почему, мы буквально не могли». Он посмотрел на них обоих, услышав всю историю, чтобы успокоиться и смириться с тем, что его держат в неведении. Наконец он сказал просто: «Я понимаю». Это не передавало всех его мыслей или того, что он действительно думал, но это было хотя бы начало. - Ты все еще злишься на нас? - неуверенно спросила Габриэль. - Нет, вы явно ничего не могли сделать, хотя я благодарен за то, что теперь знаю, - признался Гарри, глубоко выдохнув: «Это странно, но я чувствую, что наконец-то знаю вас обоих». - Часто бывает трудно быть приятелем вейлы, особенно когда тебе не разрешают много знать о них, - согласилась Флер: «Однако я хочу, чтобы ты знал - с этого момента между нами больше не будет секретов». - Определенно, - согласился Габриель, - и не стесняйся задавать нам любые вопросы, мы будем рады ответить на них. Он, казалось, задумался над вопросом, который хотел задать, а затем спросил: «Так почему сейчас? Зачем рисковать и приводить меня сюда сейчас?» Флер вздрогнула. Как бы она ни была рада оказаться здесь и увидеть свою мать, она никогда бы не приехала и не рискнула бы привезти Гарри, если бы не чрезвычайно веская причина, и эта причина все еще наполняла ее страхом. Страх, который она не хотела, чтобы Гарри разделял, пока это не необходимо. - Думаю, мне лучше подождать с этим, когда мы, наконец, расскажем об этом нашей матери, -Флер вздрогнула при одной мысли об этом: «Но я могу ответить на часть вопроса. Очевидно, что был определенный риск, когда мы привезли тебя сюда, но мы обе были уверены, что ты справишься с этим. По крайней мере, для себя я знаю, что никогда не встречала такого храброго человека, как ты». - Су храбрее меня, - заявил он. - Су не любит нас так сильно, как ты, и, конечно, не таким образом, - заметила Флер: «Для этого нужна большая смелость и большая любовь, а у тебя этого в избытке. Я могу честно сказать, что никогда так не гордилась тобой, как сейчас, за то, что ты доказал мне это». Он не удержался от усмешки и спросил: «Так это имеет определенные преимущества для тебя, желающей продемонстрировать свою признательность?» - Конечно! - ответила Габриэль с такой же ухмылкой, - Я хотела сделать это с тех пор, как мы оказались в этой комнате. 'Какая у меня сексуально озабоченная сестра...' подумала Флер, предпочитая игнорировать свои собственные растущие желания. Она не могла не задаться вопросом, что, возможно, это желание возросло из-за магии вейл, которая бушевала вокруг их дома, накапливаясь на протяжении тысячелетий. - Потерпи немного, Габриэль, - предупредила Флер: «Я хочу, чтобы Гарри понял, в какой непростой ситуации мы находимся. И я, и Габриель - рабыни, ты никогда не обращались с нами как с рабами, но факт остается фактом. Вейлы, ставшие рабами, обычно не принимаются в город как граждане. Это суровая реальность, но до тех пор, пока вейла технически находится в собственности, существует риск безопасности. Хозяин вейлы не может сам войти в город или узнать его секреты, но он может, по крайней мере, приказать вейле войти и посеять потенциальный хаос, саботировать город или, возможно, попытаться убить королеву. Такое уже пытались сделать». - Иногда в город пытаются проникнуть рабыни-вейлы, сбежавшие от своего хозяина и ищущие убежища, - добавила Габриэль. - В зависимости от природы рабских уз, если мы можем найти способ снять узы, не убивая вейлу, мы попытаемся это сделать, но если это невозможно, то у нас нет другого выбора, кроме как отвергнуть вейлу и изгнать ее из города. В некоторых крайних случаях, например, когда вейла сразу же пытается выполнить задание своего хозяина, нам приходится ее казнить. Это нелегкий, но иногда необходимый приговор, - продолжала Флер. Гарри посмотрел на нее расширенными глазами и прокомментировал: «Я и не знал, что так бывает». - Есть еще кое-что, - призналась Флер, - поскольку мы твои рабы, мы знали, что если кто-то из нас отправится в город, то наша жизнь может оказаться под угрозой, как бы ни был мал этот шанс, поскольку я не верю, что наша мать действительно решилась бы нас убить. Скорее, она была бы вынуждена выгнать нас, и это поставило бы под угрозу возможность выполнить нашу миссию. К счастью, существует лазейка. Все мужчины, успешно вошедшие в город, немедленно получают гражданство, включая тебя. Хотя мы рабы, мы также должны быть приняты как твои возлюбленные, что, по сути, перекрывает друг друга и создает довольно сложную проблему. Есть все шансы, что единственным реальным ограничением, наложенным на нас, будет то, что ни одна из нас не сможет стать королевой, поскольку ты имеешшь власть над нами обеими, а мужчина, имеющий полный контроль над королевой, этого никогда нельзя допустить. Однако это ограничение - то, с чем ни у кого из нас нет проблем. - Почему? - спросил он их. - Я думаю, что из каждой из вас может получиться отличная королева. Флер улыбнулась и сказала: «Спасибо, Гарри, но мы рады, что эта судьба обошла нас. Кроме того, ты же не можешь остаться здесь с нами. У тебя есть все остальные девушки, на которых нужно жениться, и это заставило бы тебя выбирать между нами и ими». - Полагаю, это стало бы проблемой, - согласился он: «Так если не ты, то кто же станет следующей королевой?» - Наша кузина Роксана, - призналась Габриэль, - ты должен помнить ее с прошлогоднего турнира. - Конечно, - ответил он. - Мы говорили с ней об этом в течение последнего учебного года, и она не против, -сказала Флер: «На самом деле мы рассматривали вариант, чтобы она поехала сюда вместо нас, но в итоге решили отказаться». - А как же ее мать? Я думала, что она умерла, но поскольку твоя мать все еще жива, я не знаю, что теперь думать, - признался Гарри. - Она тоже погибла во время Великой Чумы Вейл, - печально сказала ему Флер. Ее тетя Гертруда была замечательной женщиной, и в то время их семья очень тяжело восприняла ее потерю. - Ты получил ответы на все свои вопросы, Гарри? - спросил Габриэль. - Пока да, - признал он. Не желая больше сдерживаться, Габриэль усмехнулась и спросила: «Я надеюсь, что это означает, что ты сейчас ожидаешь свою награду». - Откуда ты знаешь? - поддразнил он. - О, у меня есть свои способы... - ответила Габриэль, уже медленно снимая с себя рубашку. Вид обнаженной младшей сестры нисколько не смутил Флер, они часто видели друг друга голыми, но это был их первый секс втроем с Гарри, что их тоже не смущало. На самом деле, они с нетерпением ждали этого. Вдвоем они могли легко измотать Гарри. Ей также нечего было бояться, что Габриэль ее переиграет, хотя она, конечно, могла бы и сама держаться на ногах. Габриэль не могла похвастаться ничем, кроме того, что она была более непропорциональной: из-за значительно меньшего роста ее грудь и попа казались больше, чем на самом деле. Однако оставался шанс, что Габриэль обойдет ее по обоим параметрам, отчего она будет выглядеть еще более нелепо изогнутой, но Габриэль не возражала. Она гордилась тем, что является маленьким комочком восхитительных изгибов, хотя, вероятно, была благодарна за то, что ей, по крайней мере, удалось избежать совершенно безумных изгибов, как у их матери. Обычной женщине пришлось бы нелегко даже с поддерживающими чарами, но королева вейл, к счастью, обладала сверхчеловеческими способностями и силой в придачу к своей сверхчеловеческой сексуальности. Она не совсем понимала эти способности, только то, что они были использованы, чтобы обнаружить, что они рабыни. Тем не менее, она праздно размышляла о том, как бы она выглядела, если бы стала королевой, с такой большой грудью, по сравнению с которой ее нынешняя огромная грудь выглядела бы крошечной. Мужчина, предпочитающей грудь не смог бы оторвать от нее рук, но кроме этого не было бы никаких других дополнительных преимуществ, насколько она могла судить, кроме хвастовства, что она могла изобразить в полной мере. Того, что у нее было, и так было более чем достаточно для любого человека; размер ее матери, по ее мнению, был просто нелепыми. Она начала раздеваться сама, следуя примеру Габриэль, хотя ее младшая сестра уже была почти раздета, только сейчас сняв трусики. Эта девочка была быстрой! 'Кто-то готов к этому...' подумала Флер, забавляясь. К тому времени, когда она, наконец, сняла с себя всю одежду, Гарри и Габриель уже целовались и двигались к кровати. Она решила немного понаблюдать за ними. Признаться, ее это очень заводило! Хотя она знала, что не является бисексуалкой, и уж точно не испытывала подобных чувств к своей сестре, она знала о себе и, наверное, обо всех вейлах одно: они любят секс, даже если просто наблюдают за ним. Это была одна из причин, почему она никогда не возражала, когда Гарри был с другими девушками, просто наблюдать за этим было для нее очень приятно. Она потянулась вниз и начала ласкать пальцами свою мокрую киску, наблюдая за тем, как они двое занимаются этим, причем руки Гарри теперь лежали на левой груди и заднице Габриэль, а ее - в его волосах и на его бедре. Это увлечение сексом всегда поражало вейлу, но она задавалась вопросом, не усугубилось ли оно после их самовольного изгнания и частых попыток забеременеть без секса. Ей хотелось бы думать, что некоторые просто настолько привыкли к этому, что их сексуальное влечение снизилось, но у других все было совсем наоборот. Когда некоторые выходили в мир, они были настолько поглощены им и вниманием, которое привлекали их красота и привлекательность, что не умели говорить "нет", из-за чего многие считали, что вейлы легки на подъем и страдают от нехватки секса. Со временем, однако, это стремление значительно охладилось, и вейлы второго поколения, родившиеся за пределами города, не так уж далеко уходили от любых человеческих женщин, за исключением тех случаев, когда они находили подходящую пару и возлюбленного. В этом случае их потребность был гораздо выше. Однако, несмотря ни на что, вейлы всегда желали настоящей любви, а найдя ее, любили выражать ее. Бурно и часто. Другим побочным эффектом отсутствия секса и мужчин было то, что у вейл, живущих в городе, был более высокий, чем в среднем, уровень гомосексуальности, не смехотворно высокий, но достаточный, чтобы это было заметно. В конце концов, когда сексуальная энергия накапливалась, а выплеснуть ее было некуда, некоторым из них приходилось импровизировать, вступая в связь с другими вейлами. Однако для нее это не было проблемой, поскольку у нее, по крайней мере, был Гарри, с которым она могла снять напряжение, даже если ей приходилось делить его. С другой стороны, другие вейлы предпочитали либо справляться сами, либо просто никогда не видели мужчин, что облегчало им задачу. Это был еще один вопрос, который ей предстояло обсудить с Гарри. Скорее всего, он был первым мужчиной, которого некоторые из вейл когда-либо видели, и это могло вызвать... проблемы. Собственно, это была одна из причин, почему они старались отвести от него взгляд, когда входили в город. После целой жизни без секса это могло привести к тому, что некоторые вейлы не могли удержаться, несмотря на то, что он был чьим-то мужем. Однако в редких случаях, когда мужчина присоединялся к городу, иногда его подруга-вейла разрешала ему заняться сексом с другой вейлой. Хотя сама она не возражала бы против этого, была большая вероятность того, что Гарри не захочет. Вероятность того, что даже если он лично был бы не против, он бы отказался, потому что не мог просто пойти и спросить, не против ли другие его невесты. Теперь, полностью вернувшись к тому, что нельзя пропустить, она смотрела, как Гарри массирует грудь Габриэль, в то время как ее руки были на его члене. Мерлин, у Гарри был член, способный удовлетворить любую киску! Неудивительно, что Габриель едва могла держать свои руки подальше от него, не то чтобы она могла ее винить. Он словно жаждал внимания, либо от пары рук, либо от киски, либо от рта, либо от попки. Последнее ей не очень нравилось, хотя она обожала руки Гарри на своей попке. Его руки были бесспорно второй любимой частью его тела, те же руки в данный момент все еще массировали грудь ее сестры. Она услышала, как Габриель воскликнул: «О, Гарри, о, я люблю тебя». Если кто-то верил, что все мальчики-подростки не знают, как обращаться с женским телом, то они явно не занимались сексом с Гарри. Один раз с ним быстро доказал бы, что они безумно, невероятно ошибаются. Однако он работал над этим, он был полон решимости доставить удовольствие своим девушкам, он скорее подался бы пыткам, чем безжалостно получал эгоистичное удовольствие от их тел. Он был именно таким человеком. Наблюдая за занятием любовью своей сестры и Гарри, она провела руками по тем же частям тела, к которым они сейчас прикасались. Ее груди, два великолепных пика-близнеца, которые ей удалось поднять достаточно высоко, чтобы пососать сосок. Уметь сосать собственную грудь было довольно ценным и впечатляющим навыком. Одно это почти оправдывало наличие огромных сисек. Другие преимущества, конечно, легко превышали разницу. Она медленно застонала, наслаждаясь ощущениями, так как могла легко представить, как Гарри делает это с ней то, что сейчас делает с Габриэль, которая в данный момент стонала, маскируя свои крики. Он, вероятно, думал сейчас: «Боже, какие большие и красивые сиськи. Мне так повезло, что у меня есть две красивые грудастые вейлы, которые меня удовлетворяют. Не могу дождаться, когда смогу пососать груди у Флер». Да, именно так он и думал, наряду с "Лучше не сходить с ума, у меня еще есть другая девушка, и лучше не утомлять себя слишком быстро". Наконец, она больше не могла сопротивляться и решила присоединиться к веселью. Его губы были свободны, и она выбрала их, начав целовать его, на что он легко ответил. Не желая отставать, она краем глаза заметила, что Габриэль прильнула ртом к члену Гарри. Было очень забавно наблюдать, как такая маленькая девочка пытается взять в рот такой большой член. Не увидев этого, она бы подумала, что засунуть его до конца невозможно, но, очевидно, частые дразнилки о том, что у Габриэль большой рот, были правдой, так как ей удалось каким-то образом проглотить его полностью. Она поняла, что у нее есть конкуренты в борьбе за право стать хуесоской номер один для Гарри. В отместку она свесила свои груди прямо над его лицом и несколько секунд дразнила его этим зрелищем, прежде чем поднести левый сосок к его рту. Он взял его в рот и начал сосать. 'Вот так, соси меня'. подумала она сквозь приятную дымку. Это было великолепно. Она задалась вопросом, может ли кормление грудью вызывать такие ощущения, и в этом случае она бы точно испытала оргазм. Она заметила очень напряженное выражение лица Гарри, прямо противоположное тому, что было всего несколько секунд назад, когда он сосал ее сиську. Очевидно, он кончал прямо в жаждущее горло ее сестры. Она посмотрела вниз, Габриэль в это время глотала, а затем принялась слизывать остатки. - Габриэль! - выругалась она, - Оставь мне немного! С чувством вины сестра ответила: «Возможно, там еще осталось немного». Флер опустилась к головке и попыталась достать языком то, что смогла. К сожалению, большая часть влаги на головке была слюной Габриель. - Это все твоя слюна, жадная девчонка, - упрекнула ее Флер. - Прости, - извинилась она, бесстыдно глядя в противоположную сторону. - Думаю, тебе просто придется заставить его кончить снова... Вообще-то я думаю, что на моих губах еще осталось немного, если ты хочешь слизать это с меня. - Я не собираюсь целовать свою собственную сестру только ради спермы, - ответила Флер, уже не так отчаянно. - Должен признать, это было бы очень сексуально! - признал Гарри. Флер усмехнулась и решила немного развлечься. - Ты бы хотел этого, Гарри? - соблазнительно спросила она его, - А ты бы хотел, чтобы я поцеловала свою сестру и слизала с ее губ твою вкусную сперму? Конечно, она не собиралась этого делать, но его все равно заводило слышать это, когда он пытался включиться в ролевую игру. - Да, да! - согласился он, не понимая или не заботясь о том, что в данный момент она просто пытается его возбудить. - Целуйтесь друг с другом и слизывайте мою сперму с губ друг друга. Очевидно, он забыл, что его слова были командой, потому что в следующее мгновение она обнаружила, что двигается к Габриель, не в силах удержаться от того, чтобы не прижаться к ее губам. Габриель не могла сопротивляться так же, как и она, и Гарри не осознавал этого, чтобы приказать им остановиться. Поэтому она была вынуждена углубить поцелуй, когда ее губы пробежали по ее губам, и она почувствовала вкус спермы Гарри. На вкус она была хороша, этого нельзя было отрицать, но из-за поцелуя или из-за спермы, она не была уверена. Габриель, напротив, не могла удержаться от ответных поцелуев, и теперь она знала, нравится ей это или нет, несмотря ни на что, она не могла отрицать, что ее сестра хорошо целуется. Наконец они услышали голос Гарри, приказавшего им остановиться. Они оба тут же отстранились друг от друга, задыхаясь и глядя друг на друга в недоумении от того, что они только что сделали. - Мне очень, очень жаль, - попытался извиниться он. - Все... все в порядке, Гарри, я уверена, что это был просто несчастный случай, - удалось сказать Флер. - Я просто хотел немного пошутить, я не хотел заставлять вас делать это, - сказал им Гарри. - Это было не плохо, так что не волнуйся, - признала Габриэль, глядя на нее: «Ну, ты действительно хорошо целуешься». - Ты тоже, - согласилась Флер. Наступила долгая пауза, пока они пытались сообразить, что ответить на это, прежде чем Габриэль сказала, констатируя очевидное: «Ну, это неловко». - Да, ты хочешь вернуться к тому, что мы делали? - спросила Флер, - не... не к этому, а знаешь, к тому, что было до этого? - Конечно! - с готовностью согласилась Габриель, - на этот раз я позволю тебе дойти до конца. Флер усмехнулась: «Мне подходит». Габриель перешла к его голове, а Флер - к центру, пробралась под него и обхватила его задницу, стремясь уйти от неловкого момента. К счастью, у нее было много всего, что могло помочь ей преодолеть неловкость. 'Множество...' мечтательно подумала она, облизывая длинный роскошный член своего любовника. DUELDUELDUELDUEL Примечание автора: Вау, очень много объяснений в этой главе. Надеюсь, вам все равно понравилось. Я не встречал ни одной истории, в которой бы подробно рассказывалось об истории и культуре вейл, поэтому я решил сделать свой собственный взгляд на это, хотя это и прямо противоположно многим существующим идеям. Также нет, Флер и Габриель не собираются внезапно вступать в кровосмесительные отношения. Я просто хотел... О, забудьте, я просто очень хотел включить эту сцену. Грязные мысли.