Возьми меня с собой...

Чонгук неловко топтался вокруг стола, за которым уже практически никого не осталось. Только Намджун и Сокджин о чем-то негромко беседовали, бросая друг на друга хитрые взгляды. Тэхён утянул детей в дом, ссылаясь на то, что утром рано вставать, а Юнги и Чимин давно пропали где-то в районе беседки. — Надо со стола убрать, — нехотя поднявшись, пробормотал Джин, а когда Нам с готовностью вскочил с места, прошипел: — Не вздумай! Не хватало еще перебить всю новую посуду, которую Тэ с таким усердием выбирал. Чонгук улыбнулся, подумав, что и правда благодаря стажёру его дом приобрел жилой вид и уютную атмосферу, даже несмотря на то, что не все помещения были обставлены. — Да не собираюсь я бить посуду! — вспыхнул Намджун, покрывшись алыми пятнами. — А ты никогда не собираешься, просто ломаешь и все, — совершенно спокойно констатировал имеющийся факт Сокджин. — Так что лучше сядь на место и не шевелись. Нам послушно опустился на стул и сложил руки на коленях. Чонгук дождался, пока Джин соберет тарелки и скроется в доме, хотя честно предпринял попытку помочь, однако Ким помотал головой и сказал, что прекрасно справится сам. — Ну давай уже, выкладывай, — проговорил вдруг Намджун, бросая нетерпеливый взгляд на Чона, а в ответ на удивленно раскрывшиеся глаза пояснил: — У тебя весь вечер такое выражение лица, будто ты хочешь спросить нечто жизненно важное, но не знаешь с чего начать. — Я… Это… — заикаясь, пробормотал Чонгук и вдруг сник, сжался, будто шарик, из которого внезапно выпустили весь воздух. Намджун оказался прав. Гук действительно не знал, с чего начать, а поговорить хоть с кем-то было предельно необходимо. — Боже, Чонгук, ты меня пугаешь! — притворно ужаснувшись, проговорил Нам и придвинулся ближе к Гуку вместе со стулом, на котором сидел. — Давай уже, выкладывай, что стряслось! — Да не могу я вот так! — выпалил Чон, сцепив пальцы в замок. — Это… Личное. — Ну понятно, что не общественное, — подтвердил Ким. — Но если тебе и правда нужна помощь, то лучше скажи, чем держать все в себе. — Нужна, — согласился Чонгук. — Но я вообще не представляю, с чего начать. — Начни с самого главного, — предложил Нам. — А там разберемся. По ходу, так сказать. — С самого главного? Вот так сразу? — неуверенно переспросил Чон, а когда Джун кивнул, зажмурился и выдохнул: — Я влюбился. — Ха, тоже мне новость, — фыркнул Намджун, чем вверг Чонгука в еще больший ступор. — А я уж испугался, что действительно нечто серьезное приключилось. — Конечно, серьезное, — подтвердил Чон. — А ты даже не спросишь в кого? Джун повернулся к другу и глянул хитро из-под бровей. — Только не говори, что ты… — Гук не закончил, потому что губы Нама растянулись в ехидной ухмылке и мужчина кивнул, бросив: — Хорошо, не скажу. — Но откуда?.. — недоумение Чона достигло верхнего предела. — А ты думал, все вокруг слепые и глухие? — поинтересовался в свою очередь Нам. — Если до сегодняшнего вечера у меня и были сомнения, то теперь их не осталось. Достаточно увидеть, как ты смотришь на него. Еще и эта совместная поездка к его родителям. — Гук слушал Джуна и прозревал. Он-то пребывал в уверенности, что они с Тэхёном неплохо шифруются перед окружающими, а на деле… — Если хочешь попросить у меня совета насчет секса, то можешь смело спрашивать. С радостью помогу. — Не слушай его, Чонгук, — раздался за спиной ехидный голос. — А то он научит тебя, как испугать Тэхёна до полуобморочного состояния. Гук покраснел как рак, осознав, что Сокджин все слышал. Ну или практически все, но от этого легче не становилось. Он — директор, и вдруг его личная жизнь стала достоянием сотрудников. Как теперь с этим жить? И ладно Джун, с ним Чонгук уже давно общался и вне работы. Но Джин… А учитывая то, как Чон всегда поддевал этих двоих за их отношения, отпускал нелицеприятные фразочки в адрес представителей секс-меньшинств, стало стыдно вдвойне. Однако ни Сокджин, ни Намджун, похоже, не придавали прошлому такого уж большого значения, потому как ни ехидных подколов, ни мстительных шуточек не последовало. — И все же согласись, это было весело, — фыркнул Нам, стукнув Джина в плечо, перегнувшись для этого через Гука. — Да, так весело, что я чуть не обделался. — Вы о чем вообще?! — не выдержал перепалки любовников Чон. — Мы о полицейских, — многозначительно глянув на Сокджина, ответил Джун, однако тут же сменил тему, вернувшись к разговору, затеянному Чоном. — Колись, вы уже переспали? Чонгук зажмурился и чуть слышно застонал, не в силах смириться с тем, что Намджун вот так просто говорит о сексе. И не о каком-то гипотетическом, а о вполне реальном. — Ну что ты так с ходу?! — возмущенно прошипел Сокджин и обратился к Гуку: — Между тобой и Тэ уже было что-то? — мягко поинтересовался он, однако Чон отреагировал на эти слова так же — тихо застонал. — Послушай, Гук, — Джин положил руку на плечо босса и продолжил: — Позволь дать всего лишь один совет: доверься Тэхёну. Он хороший парень и ни за что не обидит. Поверь, Тэ скорее сделает что-то в ущерб себе, чем позволит тебе пойти против собственных желаний и убеждений. Чонгук сглотнул подступивший к горлу ком. Он уже столько раз убеждался в том, о чем сказал Сокджин, что никаких сомнений в этом у него не осталось. И Гук поспешил заверить Джина: — Я доверяю Тэхёну, — и добавил: — Я не доверяю себе. — Ты не уверен, хочешь ли этого на самом деле? — предположил Сокджин, но Гук покачал головой: — В этом я уверен на сто процентов. Но в остальном… Я полный профан, — признался, наконец, в своих страхах Чон. — Я боюсь разочаровать его. Сделать все не так, как надо. Нет, он, конечно, мог почитать форумы, посмотреть порно, да даже вспомнить, как это было с Майки, но с Тэхёном хотелось сделать все красиво, а Гук чувствовал себя чертовым девственником. При одной мысли о сексе руки тряслись, как у параноика. И сердце из груди норовило выскочить. — То есть тебе конкретные советы нужны? — решил уточнить Сокджин, правильно ли он понял замешательство Чона, а когда тот кивнул, спросил в лоб: — Ты актив или пассив? Что?! Чонгук вскинул на Джина офигевший взгляд, не ожидая такой прямоты. — Ну а что ты хотел, Гук? — пожал плечами Намджун. — Тут как у доктора, только правду и ничего кроме правды. — Ну… Когда-то был пассивом, — признался Чон и уже приготовился к подшучиваниям со стороны «консультантов», однако их не последовало. Вместо этого Нам проговорил: — Тогда просто доверься Тэхёну. Уверен, он — парень опытный. — Это-то и напрягает, — буркнул Гук. — Особенно, когда на горизонте его бывший нарисовался. — Боишься, что Тэ не понравится твоя неопытность? — хмыкнул Намджун. — Представь себе, — подтвердил Чон. — Можно подумать, ты не боялся бы. — Вот-вот, — подтвердил Сокджин. — Вспомни себя в нашу вторую первую ночь. Руки тряслись, коленки подгибались. Еще и скулил: «Прости, Джин-и, у меня так давно никого не было, не хочу облажаться». — Но я действительно не хотел, хотя были все шансы. У меня на тот момент года три не было настоящего секса! — А можно без подробностей?! — пискнул Гук, подавляя желание заткнуть уши. — Вот именно, лучше дельное что-то посоветуй, — подхватил Нам. — Ты же у нас пассив со стажем, это я всего пару недель на другой стороне… Больше Чонгук слушать это не мог. Он вскочил с места с твердым намерением выпроводить советчиков, но как раз в этот момент со стороны беседки выплыли два разомлевших тела. — Вы что, нарушили целибат? — не сдержав любопытства, поинтересовался Джин. — Если бы, — проворчал Чимин, но все же улыбнулся, когда Юнги ласково прошелся пальцами вдоль позвоночника от шеи до самой поясницы. — Целибат? — брови Чона взлетели вверх от удивления. Видимо, он о многом в жизни своих сотрудников не осведомлен. — Вам лучше не знать, директор-ним, — ответил парень, пока все остальные мялись, не ведая, как лучше объяснить ситуацию боссу. Да и стоит ли? — Вот и замечательно! — хлопнул в ладоши воодушевленный Гук. — Тогда, думаю, вам всем пора. — В какую вежливую форму ты облек свое стремление поскорее выпроводить нас, — фыркнул Нам. — А мог бы просто сказать: «Свалите!» — Отлично, — кивнул Чонгук. — Значит, знаешь, что нужно делать. — Идемте, парни, — вздохнул финансовый директор и на правах старшего указал на ворота. — Нам здесь не рады. — Я не то хотел сказать… — Да ладно, босс, мы все понимаем, — похлопав начальника по плечу, заверил Юнги. — Как?! И ты тоже? — То, что вы с Тэхёном вместе? — переспросил Мин, но не дожидаясь ответа, добавил: — Конечно. А что, это должен был быть секрет? — Скажите, в нашей фирме есть хоть кто-то, кто не в курсе подробностей моей личной жизни? — Конечно! — с готовностью воскликнул Сокджин, но тут же нахмурился, задумываясь, и поправился: — Хотя, наверное, нет. — Черт! — застонал Чонгук, закатив глаза. Ему бы провалиться сквозь землю, но он даже просто сбежать не в состоянии. Позволяет этим паршивцам издеваться над собой, а мыслями уже давно рядом с Тэхёном. — Джин-и, ты за рулем, — скомандовал Намджун. — Твоей тачки? — удивленно переспросил Чон, зная, как друг бдит свою малышку. — А он провинился, — пояснил Сокджин. — Так что теперь я могу садиться за руль его детки когда захочу. — Все для тебя, любимый, — отпустив воздушный поцелуй, Джун подмигнул ему и пропустил вперед плетущихся на ватных ногах Юнги и Чимина. — А ты не бойся, Гук, — обратился он к другу, задержавшись. — Уверен, Тэ не отвернется, даже если ты будешь неидеален. Судя по всему, он тоже влюбился. Или же я ни черта не понимаю в этой жизни.

***

Тэхен вышел из комнаты Джейми, когда уже перевалило за полночь. Он и не заметил, как уснул с раскрытой книгой на коленях, а когда открыл глаза, сердце колотилось как сумасшедшее. То ли парня напугало что-то, то ли насторожило, он и сам не мог понять. Прислушался к тишине, но не заметил ни малейшего подозрительного звука, только размеренное сопение малыша Джейми, уморившегося за два дня, наполненных эмоциями. Тэхён остановился возле своей спальни, но так и не вошел. Ноги сами понесли его к соседней двери. Он почему-то был уверен, что Чонгук там. И не ошибся. Едва заглянул в комнату, наткнулся на Гука, сидящего на кровати в одних спортивных штанах, подтянув колени к груди и уткнувшись в них лбом. Услышав, как открывается дверь, Чон вскинул голову и уставился на Тэ, а во взгляде его отчетливо читались растерянность и нечто, напоминавшее страх. — Чего не спишь? — прикрыв за собой дверь, спросил Тэхён и подошел к огромной кровати, которую самолично выбирал. — Не спится, — шепнул Гук в ответ, пытаясь сфокусировать взгляд на парне. Вот только ничего у него не получалось. Лицо Тэхёна расплывалось, а в резкости оставались только пухлые губы, которые так хотелось снова попробовать на вкус, словно изысканное лакомство. Вот только Чон не решался даже пошевелиться. Из головы не выходили слова Намджуна и Джина о том, что нужно просто довериться Тэхёну, переступив через собственные комплексы, вот только как это сделать на практике — никто не объяснил. Он сам пытался продумать свои действия, если Тэ придёт. Прокручивал в голове слова, которые хочет сказать, что хочет сделать, но сейчас, когда Тэхён стоял совсем близко, такой домашний в футболке и шортах, с растрепанными волосами и сонным взглядом (наверняка уснул, пока читал Джейми), Чонгук словно закостенел. Он не мог ни двигаться, ни говорить. Все мысли улетучились из его головы, осталась лишь раздражающая нервозность и тонна неуверенности. Собственная беспомощность бесила до тошноты, но пересилить её Гук не мог. И это выводило из себя еще больше. Взрослый мужик, через два года тридцатник стукнет, а пасует перед молодым стажером, как девственница! И куда только подевалась еще вчера переполнявшая смелость, когда он вломился в спальню парня и сам забрался к нему в постель?! — Хочешь принять душ? — будто не замечая состояния Чона, предложил Тэ, мягко улыбнувшись. — Я… Был уже, — заикаясь, пробормотал Гук и сам испугался того, насколько жалко прозвучал его голос. Дрожащий, хриплый, бесцветный. Чего Чон боялся? Того, что Тэхён догадается, чем он занимался? Что тщательно вымылся, четко следуя инструкциям на различный гейских сайтах, где описываются подробные гигиенические процедуры перед половым актом? Гук мысленно поморщился от того, насколько пошло это прозвучало бы. Но как ни крути, а он принял решение и не собирался от него отступать. Сегодня он хотел быть с Тэхёном по-настоящему, не отделаться минетом или дрочкой, а пойти до конца, как бы страшно ни было. — Но ты был один, — прошептал Тэхён протягивая руку и обхватывая запястье Чона своими пальцами. — А теперь мы сделаем это вместе. Чонгук поднялся, завороженный теплым взглядом и мягким голосом, и ни секунды не сопротивлялся, когда Тэ повел его в ванную. — А если дети?.. — единственное, на что оказался способен Гук, но Тэхён не дал ему договорить. Мазнул теплыми губами по щеке Чона, прижимаясь к нему всем телом, и шепнул: — Дети спят, дверь я запер, так что можешь расслабиться. Чонгук и рад был последовать совету парня, вот только тело отреагировало слишком остро, задрожав. — Мы просто примем душ, никто в этом доме не собирается насиловать тебя, — слегка прикусив мочку уха, пообещал Тэхён. — А если я хочу? — выпалил Гук, прежде чем успел подумать. Он просто поддался своим желаниям, которые были тайными, но теперь вырвались на свободу. — Что если я хочу тебя? Не твои руки, не твои губы, хотя это сводит меня с ума, — тяжело дыша, Чон продолжал говорить, отодвинувшись от Тэ и глядя тому прямо в глаза. — Чего ты хочешь, Гук-и? — взяв лицо Чона в свои ладони, спросил Тэ. — Только скажи, и я сделаю все. Чонгук смотрел в карие омуты, теряясь в них, растворяясь, но в то же время обретая некую незримую силу, уверенность. Положил свои ладони поверх тэхёновых и на мгновение прикрыл глаза, наслаждаясь моментом близости. А когда вновь распахнул веки, в черных глазах сверкало обнаженное желание. — Я хочу быть с тобой. Чувствовать тебя… — он запнулся на мгновение, как будто завершить начатое означало сделать шаг в пропасть, возврата из которой не было. Но он и не хотел возвращаться, а потому договорил: — В себе. — Тогда чего ты боишься? — чуть нахмурившись, поинтересовался Тэ и отодвинул упавшую на лоб прядь. — Боюсь, что недостаточно хорош для тебя, — расписался в собственной слабости Чон, а в ответ услышал грудной смех, похожий на урчание тигра. — У меня секса с парнем не было больше десяти лет, — нервно затараторил Гук, не обращая внимания на прикосновения чужих пальцев к своей шее, а после — к груди. — А этот твой Хосок… Черт, да он смотрит на тебя так, будто знает о тебе все до последней мелочи. Сколько вы были вместе? Год, два? — Полтора, — ответил Тэ и вернулся к увлекательному занятию — изучению тела Чонгука. Великолепного, надо заметить, тела! — Вот видишь? Вы были вместе полтора года. И за это время наверняка перепробовали всякое, — продолжал молоть полную чушь Чон. Но самое смешное то, что он искренне верил в свои слова. — Я ничего не умею. Даже минет делать и то забыл как. — Брось, Гук, это же как с велосипедом, раз научился — больше не забудешь, — промурлыкал Тэхён, обжигая своим дыханием ухо Чона. — Вчера у тебя все прекрасно получалось. — Ну да, если не считать того, что я тебе покусал, — нервно фыркнул Гук. — Можно подумать, — усмехнулся Тэ. — Прям кусок мяса выдрал. Однако Чонгук не поддержал его веселого настроения. Лишь еще больше зажался. И от Кима это не укрылось. Парень придвинулся еще ближе, обхватив Гука за талию, и потерся бедрами о его пах. — Я тоже хочу тебя, — прошептал он и слегка прикусил мочку уха. — В себе. — А когда Чонгук шумно выдохнул, добавил: — Но сначала проведу мастер-класс, если ты не против. О, Чонгук был исключительно «за». Причем всеми конечностями сразу. Он позволил увести себя в ванную, стащить одежду и затолкать в душевую. Не сопротивлялся ни мгновения, когда Тэхён развернул его спиной к себе, уперся ладонями в стеклянную стенку кабинки и прислонился к ней щекой, подставляясь под мягкие ладони, что с особым усердием принялись намыливать ароматной пеной его тело от шеи и до самых пяток. И плевать, что до этого он пару часов провел в ванной. От удовольствия он урчал довольным котом, прогибался в спине и расплывался в широкой улыбке, когда Тэхён нашептывал всякие романтические глупости. — Ты себе даже не представляешь, что со мной творилось, когда я увидел тебя: потного, в той соблазнительной майке, — усмехнулся он, припомнив их спаринг. — Наверное, примерно то же, что и со мной на той чертовой фотосессии, — в тон ему ответил Чонгук, — босого, в одних джинсах. А я, между прочим, считал себя натуралом тогда. — Правда? — притворно удивился Тэхён. — Какие душевные терзания. Надеюсь, тебе не требуется психологическая помощь? — Ладони Тэ прошлись по спине и замерли на пояснице. — А то можем поиграть в доктора, — ехидно ухмыльнулся парень, прикусил кожу на плече, а пальцы его прошлись по ложбинке между упругих ягодиц, которые тут же поджались. — Расслабься, Гук-и, — ласково прошептал Тэхён. — Я буду предельно нежен, — пообещал он и провел языком по шее до самого уха. Обхватил губами мочку уха и, втянув в рот, принялся посасывать и дразнить зубами, прикусывая. Его левая рука обхватила Гука за талию и чуть потянула его назад. — Я не сделаю ничего, что тебе не понравится, — пообещал парень, мягко скользя пальцами между ягодицами Чона, не надавливая, не пытаясь войти в напряженное тело. — Просто скажи, если тебе будет неприятно, и я остановлюсь. Тэхён дождался кивка и лишь после этого начал неторопливо опускаться, прокладывая дорожку из поцелуев по смуглой коже. Он дразнил языком, присасывался губами, фыркая от смеха, когда Чонгук припомнил утренний разговор о гигантском комаре, царапал зубами несильно, стараясь не причинить боль, но добавить остроты ощущениям. Опустился на колени и принялся вырисовывать причудливые узоры на светлой коже ягодиц, ощущая её бархат под языком. Чонгука выгибало под упругими струями воды и настойчивыми, возбуждающими прикосновениями пальцев, что путешествовали по его ногам от лодыжек и до самого паха то по внешней стороне, то по внутренней. Подавался бедрами назад, желая большего, и уже не стеснялся этого желания. А Тэхён распалял все больше, умело играя с ощущениями. Сменял нежность на острую страсть и вновь переходил к ленивым поглаживаниям. Он ждал, когда страх растворится и останется лишь доверие. Ждал, когда Чонгук сам раскроется для него, не физически, но душой. Когда осознает, что между ними не должно остаться ничего запретного и неловкого. Знаком стал грудной стон, когда Тэ несколько раз прошелся ребром ладони вверх-вниз между ягодицами Чона, надавливая, потирая, и Гук прогнулся в спине оттопыривая попу. На мгновение Тэхён прикрыл глаза, облегченно выдыхая, положил ладони на ягодицы и мягко, но уверенно развел их в стороны. На пробу прошелся языком по розовой коже, едва касаясь. Еще раз. И лишь на третий пощекотал самым кончиком плотно сжатый анус. Надавил, с трудом протискиваясь внутрь всего на несколько миллиметров. Вода, все еще стекающая из душа, разбрасывала брызги, ударяясь о спину Чона, заливалась в глаза и нос, но Тэхён будто не замечал этого. Жмурился от удовольствия, заметив, что язык уже свободно проникает внутрь, и чуть замедлился. Еще сильнее раздвинул в стороны половинки, огладил пульсирующую дырочку подушечкой указательного пальца и ввел его на одну фалангу. Улыбнулся, когда Чонгук дернулся от неожиданности, но не отстранился. И в награду за смелость вновь сменил палец на язык. Он отчаянно врывался так глубоко, как только мог, входил до упора, плотно вжимаясь лицом между ягодицами, и замирал на несколько секунд, пока язык вылизывал мягкие, уже податливые стеночки. И снова начинал двигать им, полностью выходя и вгоняя на всю длину. Чонгук уже не просто стонал, он выл от удовольствия, испытываемого впервые. В паху уже пылало пламя, которое погасить можно было только оргазмом. Рука Гука сама потянулась к возбужденному члену и, обхватив его, задвигалась в одном ритме с языком Тэхёна. От Кима не укрылось это, и он мысленно похвалил себя за правильность действий. Почувствовав, что Гук уже на грани, парень добавил к языку указательный палец, сильнее растягивая упругие мышцы ануса, что острой пульсацией отзывались на каждый толчок. Тэхён не остановился, даже когда Чонгук кончил, забрызгивая стекло спермой, продолжая изводить любовника, пока тот обессиленно не опустился на колени. Тогда Тэ прижался к спине Гука всей грудью и прошептал на ухо: — На сегодня хватит? — а услышав возмущенное ворчание, добавил: — Тогда предлагаю переместиться на кровать.