Визави

      Когда мучение кончилось, Жан оказался на твёрдом, холодном полу. Рядом, еле дыша, лежал Квентин. Поднявшись на колени, мальчик стал озираться по сторонам в попытке найти сестру, но, увы, ее нигде не было. Зато были другие люди, должно быть, те самые, что смогут помочь. Откинув сомнения и страх, позабыв о травмах, Жан подскочил на ноги со словами:       — Пожалуйста, помогите нам! Мой брат умирает. Пожалуйста, спасите его! — незнакомцы ахнули. — Пожалуйста! Я заплачу, я все отдам, только помогите…       Джульета сразу подбежала к ребёнку, внешний вид которого ужасал: грязная, рваная пижама, сильные ожоги, ушибы, царапины, засевшая в копне смоляных волос листва и, что самое страшное, запуганные глаза, покрасневшие от долгого плача. Он смотрел затравленно, обнимая себя дрожащими руками. Женщина перевела взгляд на юношу, что находился в состоянии куда более пугающем.       — Что случилось, малыш? — осторожно протянула она руки.       — Нет, нет, я в порядке! Помогите ему, пожалуйста!       Сердце Джульеты почти разорвалось в этот момент. Изабелла без лишних вопросов аккуратно запустила растения под тело, желая перенести пострадавшего на кухню. Касита помогала ей в этом. Все засуетились вокруг, с опаской разглядывая прибывших.       — Мы обязательно спасём твоего брата, — подтянулся в разговор Августин, — но ведь тебе тоже нужна помощь. Моя жена, — ласково посмотрел он в сторону Джульеты, — она вылечит вас обоих.       — Пойдём со мной, не бойся и расскажи, что случилось, — женщина снова протянула руки. На этот раз мальчик поддался. Ему бы следовало удивиться признакам магии в доме, но осознание еще не пришло. А супруги перед ним излучали родительское тепло, внушали доверие. На мгновение Жану почудилось, что он снова дома. Он сделал первый шаг навстречу, сильно хромая.       — Я потерял свою сестру…       Стоило ему начать шептать, как природа взбунтовалась вновь, гораздо слабее, но все же. Камило, до этого помогавший Изабелле, навострил уши. Эти несколько недель, парень только и делал, что наблюдал за всем, ждал возможности исполнить своё пророчество. И как раз сегодня он приметил очевидное сходство тумана, из которого появились незнакомцы, со сгустком в видении Бруно. Но тот туман так быстро исчез, что Камило готов был впасть в депрессию — парень был уверен, что упустил свой шанс, что обрёк семью на погибель, однако новые всполохи природы дали ему надежду.       Посреди зала образовалась слабая дымка, постепенно набирающая обороты. Каждый, кто был рядом, отскочил на пару метров. Джульета подхватила Жана под руку, уводя того подальше, но мальчик стал противиться. Он знал, что это Марселин пытается вернуться к нему, ведь она обещала. Сбросив руку женщины, малыш кое-как побежал прямо к сгустку, крича имя сестры. Руки сами сунулись в гущу, желая наткнуться на Лину, однако юный Анро не предполагал, что его начнёт засасывать. Ноги были слабой опорой.       Вдруг кто-то дернул Жана за плечо, оттягивая от тумана и отбрасывая в сторону. Камило четко знал, что делает. Он уверенно нырнул по локоть в источник магии, сразу же находя там чью-то холодную ладонь. Руки сцепились. Парень дернул на себя, но безуспешно — чем сильнее он тянул, тем сильнее воронка затягивала. Мадригаль превратился в Луизу. Конечно же, ее сил у него не было, но внушительные мышцы кузины сами по себе вселяли доверие. Сопротивляться магии стало проще, но и этого казалось мало. Вдруг рядом появилась настоящая Луиза. Девушка обхватила Камило за талию и потянула на себя. Тот от неожиданности споткнулся, возвращая свой облик, а сестра, словно буксир, одном легким движением выдернула всех, кого надо было. Туман исчез.       Парню, кое-как устоявшему на ногах, пришлось ловить нового гостя. Марселин тряпичной куклой упала ему на грудь. Калейдоскоп всевозможных цветов за спиной спасителя вскружил ей голову, взгляд помутнел, на спину неловко легла чужая ладонь. Держась за парня, девушке удалось запрокинуть голову назад, чтобы заглянуть в его лицо. Пара круглых глаз растерянно смотрела в ответ. Картинка окончательно поплыла, смешивая медово-зелёную радужку юноши со смуглой кожей, и девушка потеряла сознание. Луиза хотела забрать у кузена ношу, но тот уже поудобнее перехватил ее и сам понёс на кухню.       Джульета принялась лечить троицу. Изабелла и Мирабель остались на подхвате, остальных же попросту выгнали из помещения. Солнце показалось из-за горизонта.       Жан молча жевал лечебную лепешку, невидящим взглядом уставившись в пустоту. Перед глазами проносились отрывки последних часов: вот он просыпается от чьих-то воплей, и к нему в комнату забегает бабушка, берет первый попавшийся альбом и поднимает взволнованного Жана с постели; вот она велит ему бежать в их с дедом комнату, забрать свечу и содержимое сейфа и спасаться через тайный проход в их комнате; вот он видит дикое пламя Валентина и острый лёд Квентина, случается что-то ещё, но бабушка подталкивает его в спину, вынуждая поторопиться; вот он переносит все на страницы альбома, пытается открыть спасительный проход, но дверка, как назло, заела, а Адора не отвечала; Жан слышал шаги незваных гостей…       — Хей, ты как? — подошла к ребёнку Мирабель. Анро быстро стёр мокрые дорожки со своего лица. Он твёрдо решил не разговаривать ни с кем, пока не услышит голоса Марселин и Квентина. — Ты, должно быть, хочешь спать. Пойдём в мою комнату, там есть вторая кровать. Обещаю не кусаться.       Жан замотал головой, давая понять, что хочет остаться с родственниками.       — Изабелла, присмотри за ним, пожалуйста, — указала Джульета на Квентина, — я сейчас вернусь.       — Хорошо, мам, — девушка присела на стул рядом с софой, на которой лежал молодой человек. Сейчас он выглядел гораздо лучше. Иза промочила полотенце холодной водой и принялась стирать с лица юноши грязь. Черты лица его были острыми, угловатыми, тонкими, брови изгибались в выразительной форме, уходя на кончиках в резкий излом, а под глазами засели яркие синяки. Сам по себе парень был очень высокий, слегка поджарый, а кожа его отдавала чём-то призрачным, что создавало огромный контраст на фоне чёрных волос. Вообще, они втроём являлись отражением друг друга: такие болезненно-белые, от природы будто уставшие. Подобная внешность ссылала на то, что прибыли они издалека. Изабелла снова промочила полотенце, чтобы накрыть им высокий лоб, когда глаза юноши слабо приоткрылись. Девушка дернулась от испуга — настолько блеклыми они были, что поначалу показалось, что он их попросту закатил, но нет. Уставший взгляд, не задержавшись на Изе и секунды, упёрся в потолок. Через мгновение веки снова сомкнулись.       — Жуть, — выдала девушка, отодвигаясь подальше.       — Поздравляю с успехом, — сказал Бруно, подсаживаясь к племяннику, что спрятался ото всех в столовой.       — Ага, спасибо, — беспокойные пальцы перебирали подол яркого пончо.       — Ты будто не рад.       — Я рад.       — А если честно?       — Честно, просто… — Камило замялся, — дядя Бруно, когда я появился в твоём видении, я думал, что мне предстоит сделать что-то, что никто другой не сможет. Но, по итогу, Луизе пришлось и меня вытаскивать, — парень посмотрел на собеседника. — Почему в твоём видении был именно я, ведь даже Изабелла справилась бы гораздо лучше, используя свои лианы.       — Вот оно что, — Бруно почесал затылок, пытаясь придумать мотивационную речь.— Я не знаю, почему эта роль была отведена именно тебе, но ничто не делается просто так. Понимаешь? Это был ты, потому что это должен был быть ты. И ты справился. Вот и все.       — Ничего не изменилось, если б это был не я.       — Как знать, как знать… Возможно, действительно ничего не изменилось бы, но твоя реакция и решимость сделали все за тебя. Рядом с тем мальчиком в нужный момент оказалась не Луиза, не Изабелла, никто другой. Это был ты. Только ты. — Камило замер. — Благодаря тебе те двое здесь, в безопасности. Подумай, что сталось с ними, если б ты не успел?       — Вау, — юноша облегченно выдохнул, — я не смотрел на ситуацию с этой стороны, — на плечо легла рука дяди. — Спасибо.       Бруно лишь издал странный звук, означающий «пустяки, всегда пожалуйста». К Камило стал возвращаться былой задор. К этому времени семейство Мадригаль вновь пришло в движение, стекаясь в столовую, чтобы помочь накрыть на стол к завтраку.       Немного позже троицу перенесли в гостевую комнату. Старшие ещё не приходили в сознание, а Жан, назвав своё имя и ничего больше, уснул под боком сестры. Так их и оставили. Первое видение было исполнено, хоть и полностью не расшифровано. Кто был тот призрачный ребёнок? Антонио и рядом тогда не было, зато был Жан. Но отчего его силуэт на пластине был так размазан?       — Может, дело в том, что мальчик мог с высокой вероятностью умереть этой ночью? — предположил Феликс.       — Вот это похоже на правду, — подхватил Бруно, — будущее изменчиво.       — Страшно вообще предположить, что все могло закончиться иначе.       Касита застучала половицами, оповещая, что кто-то из гостей проснулся.       Квентин с трудом разлепил веки, щурясь от солнца, что стремилось зарядить именно в лицо. Белые стены ухудшали ситуацию. Не утруждая себя попыткой встать, парень начал осматривать помещение: ближе к потолку стены были покрыты изящным цветочным узором, который удачно повторялся на местной мебели; нижняя половина стен была обнесена мелкой плиткой. Каждый кусочек этой невообразимой мозаики отличался по тону и цвету от своего соседа, а вместе они составляли самую настоящую живопись. Под головой пролетел какой-то жучок, активно сбивающий невесомые пылинки, а на деревянном подоконнике столпились кактусы, нашедшие опору в своих цветных горшках. Все, что видел Квентин, так разительно отличалось от убранства его собственного дома… Парень резко приподнялся по локтях. Пребывая в запоздалом замешательстве, он снова оглядел помещение. На этот раз была замечена соседняя кровать, на которой спали его младшая сестра и кузен. Догадок о местонахождении у брюнета не было, ведь последнее, что он помнил, — это смерть.       Дверь в комнату отворилась с тихим скрипом, пропуская вперёд девушку в сиреневом платье: ее внешность показалась парню очень необычной, потому он неосознанно долго задержал на ней взгляд. Сама Изабелла скривила гримасу, встретившись с белёсыми глазами вновь. Она и так не испытывала восторга от того, что находилась здесь в качестве няньки. Девушка опустила на тумбочку принесённый поднос с горячим бульоном и лечебными лепёшками.       — С пробуждением. Как ты себя чувствуешь? — «собеседник» не ответил. Девушка вздернула подбородок, но недовольства не показала. — Меня зовут Изабелла. Ты находишься в доме семейства Мадригаль. Моя мама позаботилась о вас, и теперь, когда ты очнулся, тебе следует поесть. Потом моя семья хотела бы узнать, что с вами стряслось.       Парень лениво перевёл взгляд на поднос: — Понял. Спасибо.       Иза мягко кивнула и вышла из комнаты, стремясь поскорее скинуть скрытое раздражение, что вызвал этот тип. Квентин же молча принялся за еду, замечая прилив сил после употребления лепёшки. Ел он всегда быстро, потому через три минуты уже твёрдо стоял на ногах, склоняясь над своими младшими. Те громко сопели, пуская слюни друг на друга. Состояние их было удовлетворительным, а вид — вполне приемлемым, вместо обычных пижам на них красовались новые, яркие. Тут уж Квентин отметил и на себе отсутствие привычных спальных треников. Красные штаны и синяя футболка, что оказались на нем, были коротковаты, но достаточно удобны.       Взяв поднос с грязной посудой и просунув стопы в самые большие сандалии у выхода, Анро покинул комнату, в надежде встретить кого-либо на своём пути. По итогу, он сам благополучно добрался до кухни, нигде не заплутав. Там его и нашла удивлённая Джульета.       Через десять минут парень имел честь познакомиться со всей семьей. Те, не желая давить, решили начать разговор рассказом о себе и своей магии. К всеобщему негодованию, Квентин за все время ни разу не удивился, не изменился в лице, не задал лишних вопросов. Апогеем его реакции были короткие кивки, которые он выдавал для фиксации очередной порции информации. Изабеллу это отчего-то нервировало.       Когда роль оратора перешла к парню, в дверном проёме появились Марселин и Жан.        — Очень вовремя, — констатировал Квентин, а после обратился к Альме. — Думаю, будет уместно, если мы с сестрой начнем параллельно. Я и сам части всей истории не знаю. Жану же лучше найти другое занятие.       — Оу, — растерялась глава семьи, но, быстро распорядилась. — Мирабель, милая, накорми, пожалуйста, гостей, а после познакомь Жана с Антонио. Уверена, они найдут общий язык.       После небольшого перерыва, во время которого Квентин передал родным то, что узнал о Мадригалях (они отреагировали очень бурно), все снова собрались в столовой на разговор. Марселин, чувствуя неловкость и вину за то, что свалила на головы этих прекрасных людей три лишних рта, села рядом с братом. Жана, как и планировалось, спровадили к сверстнику.       — Добрый вечер, — взволновано начала девушка, — меня зовут Марселин. Благодарю Вас от лица семьи Анро за отзывчивость и заботу о нас... — серые глаза, мельтешашие по лицам хозяев, на долю секунды пересеклись с медовой зеленью глаз напротив. Камило смотрел в упор, желая поскорей узнать подробности. Рукой он подпирал лицо, тем самым наклоняясь далеко вперед и сильно сутулясь. Привычное жёлтое пончо струилось с плеч, а упругие кудряшки подскакивали от любого дуновения материнского беспокойства. Заметив на себе повышенное внимание, Мадригаль задорно ухмыльнулся. Марселин осеклась, продолжая знакомство. — Квентин уже рассказал мне о вашей необычной семье, так что, думаю, можем и мы начать. — Встретив одобрительные улыбки, девушка передала первенство старшему брату.       — Начну с того, что и в моей семье есть магия, — многие поперхнулись воздухом. Над Пепой образовалось туманное облако. Квентин продолжал, не тормозя ни на секунду. — Эта магия очень похожа на вашу, судя по всему. Каждый из моих братьев и сестёр получил дар, когда ему было пять...       — Стой-стой, прости! — внезапно прервал Бруно. Туманное облако превратилось в тучу, по столовой пронесся порывистый ветер. Марселин с интересом наблюдала за погодным концертом, а Квентин не понимал причины заминки, его тяжелый взгляд изучал лица, на которых читались то страх, то волнение, то сочувствие. Каждый Мадригаль вспомнил пророчество о другом источнике магии и о другой семье, которая... — Магия? В вашей семье?       — Да, я так и сказал.       — У вас есть…кхм… какой-то источник? Или волшебство пришло из ниоткуда? — разнервничался Бруно. Квентин помедлил, сомневаясь, а после осторожно выдал:       — Не думаю, что это важно. Я могу продолжить рассказ? — Изабелла чрезмерно громко хмыкнула. Парень вопросительно поднял бровь, упираясь в ее изящный профиль. — Что ж, наш с Линой отец читал мысли через зрительный контакт, а мама Жана, наша тетя, насылала гипноз при касании, — Анро не горел желанием делиться с рандомными людьми (даже если они помогли ему) информацией о своей семье, хотя бы потому что приходилось вспоминать чудовищные образы. Однако умолчать было бы неправильным по отношению к ним, поэтому Квентин продолжал. — Мне 24 года. Я старший сын Анро. Мой дар — это лёд и холод. У меня есть…, — парень впервые запнулся, —…был брат-близнец, Валентин. — Мадригаль на мгновение замерли, понимая до конца, кто перед ними и что с ними сталось. Изабелла испугалась, незаметно бросив короткий взгляд на юношу — она и представить боялась, каково это, потерять Луизу или Мирабель. Марселин тихо сидела в тени брата, до боли кусая губу. — Валентин был моей полной противоположностью, ему подчинялось пламя. Марселин, — он повернулся к сестре, — телепорт. С помощью ее дара мы и оказались здесь, полагаю, — девушка едва кивнула, подтверждая слова брата. Тот кратко поведал о дарах других сестёр: о кузине Беатрис с контролем гравитации и о Еве с даром невидимости. Ненадолго воцарилась тишина, пока Квентин собирался с мыслями, чтобы рассказать о трагедии. Марселин крепко сжала его руку под столом.       — Может, вы хотели бы взять перерыв, ребята? — участливо вмешалась Джульета.       — Нет, все в порядке, спасибо, — спокойно отозвался парень, — раз начали, надо закончить. — Ладонь под столом крепко сжалась в ответ. — Я проснулся ночью от громкого стука во входную дверь. Такое иногда бывало, когда у местных случалось ЧП. Мы с Валентином вышли из комнат в одно время, но на первом этаже уже была Беатрис — она часто ходила поесть ночью. Очевидно, она и открыла дверь «гостям», пока мы с братом спускались по лестнице. На секунду кузина пропала из виду, наступила тишина, а у нас земля ушла из-под ног. В прямом смысле. Такое иногда бывало, когда Беатрис, например, злилась: ее сила гравитации поднимала все в воздух. Мы попытались окликнуть ее, когда все, что подлетело, начало падать вместе с нами. На шум стекались остальные. Я рванул вниз, Валентин спрыгнул, перемахнув через перила. А в дом уже вошли они — люди в серых плащах. Кузины я больше не видел… Все началось так быстро. Спросонья я не понял, когда они начали нападать, но вот уже тетя Рене закричала, а мы с братом выскочили на передовую. Отсюда и начался бред. — Парень остановился, напряжённо обдумывая продолжение. Марселин опустила голову, скрывая за смоляными волосами глаза; покусанные губы дрожали. Никто не смел нарушать тишину. — Валентин атаковал наперёд огнём, и тот человек, на которого он напал, ответил ему… почти таким же огнем. Мы все были, мягко говоря, в шоке, но времени на подумать точно не оставалось, и я тоже атаковал. Угадайте, чем прилетело мне в ответ? Да, это был лёд… — Квентин замолчал вновь, губы скривились в ироничной усмешке; под глазами залегла новая тень, когда брови напряжённо свелись к переносице. Иза уже во все глаза смотрела на него. А на плечо легла тёплая ладонь Луизы, под боком сжалась Мирабель. Сёстры как никогда боялись повторить судьбу семьи Анро. — Но каков шанс, что эти люди обладают такими же дарами? Тогда мне и в голову не пришло, но сейчас я думаю, что им как-то удалось копировать их. А тогда… тогда я просто понимал, что не чувствую пальцев, что теряю контроль, что мой дар попросту слабее. Я замерзал. За спиной что-то кричал дедушка, кто-то плакал, наверное, мама. Я заметил вспышку — Валентин начал гореть. Тут и мне сорвало крышу, я отвлёкся, пытаясь остудить брата, помочь ему… и меня накрыло. Что случилось с остальными, я не знаю. Это последнее, что я помню. — Монолог подошёл к концу; глаза открылись, руки расцепились. Квентин осторожно повернулся к сестре, понимая по ее реакции, что то, во что он верить не желал, скорее всего и случилось — никто больше не выжил. Кто-то тихо выразил сочувствие, пока парень отрешенно стирал с лица Марселин непрошенные слёзы.       — Прости меня, прости… — стала шептать девушка, будучи не в силах поднять глаз, — если бы я осталась дома…       — Успокойся. Поговорим потом, наедине. Здесь не место.       Семья Мадригаль чувствовала себя лишней, но пошевелиться или нарушить момент скорби никто не смел. Многие просто отвели взгляд по углам столовой, находя убранство Каситы внезапно новым и интересным. У дверного проёма мелькнула чья-то блестящая шерстка и тонкий хвост, моментально исчезнувшие с поля зрения.       — Лина? — тихо позвал Квентин, поворачиваясь к семье. Девушка выдохнула в последний раз, взяв себя в руки и готовясь поскорей закончить поток мрачных образов.       — Я… — неуверенно подняла голову брюнетка. — Меня не было дома. Было слишком поздно, когда слухи о беде дошли… Я сразу вернулась, как узнала, — взгляд серых глаз мазнул по острому профилю брата. — Беатрис была на пороге… уже не дышала… Я проверила всех, на кого наткнулась… никто не… — виноватый взгляд упёрся в стол. — Помимо моей светилась только дверь Жана, вот я и решила, что… это все. Он прятался в комнате прародителей, хотел, наверное, сбежать через потайную дверь, да не вышло. Я нашла его под кроватью и перенесла в лес. Квентин, — парень вопросительно поднял бровь, — я не понимаю, как пропустила факт того, что твоя магия все еще жива… Если бы не случайный слух, я бы и не вернулась за тобой… Они бы и тебя…       — Все нормально. Давай закончим все это поскорее.       — Ну да, просто… Не важно, простите… Чудом удалось увести Квентина у них из-под носа, а потом ещё и перенести братьев сюда. Правда, моих сил не хватало, я сама застряла где-то между пространствами, а телепортация длилась словно несколько часов — никогда такого не испытывала. И, если бы не помощь извне, я бы…       Серые глаза быстро нашли в толпе Камило. Парень дрогнул, борясь с желанием разорвать неловкий зрительный контакт — слишком много эмоций отражалось там. Бабушка начала задавать уточняющие вопросы, на которые кратко отвечал брат девушки. А Камило все ещё смотрел, пытаясь молча оказать взглядом поддержку, успокоить и убедить в том, что все в порядке — отчего-то ответственность за ее состояние он заранее возложил на себя. Губ ее коснулась слабая улыбка, а взгляд позволил себе небольшое путешествие: она с интересом рассматривала его мелкие кудряшки, наблюдала за их рыжеватым переливом, что проявлялся на свету. Одна из прядок настойчиво выбивалась из общего строя, спадая на лицо. Регулярно Камило тихо сдувал ее вбок, коря себя за то, что забыл постричься, да не тут-то было: игривая спиралька возвращалась на излюбленное место спустя буквально одно неверное движение хозяина, словно желая поскорее нарваться на острое лезвие ножниц. И она нарвётся. Марселин немного расслабилась, наблюдая за прядкой-негодницей, пыл которой парень временно усмирил, немного изменив параметр ее длины в своей внешности. Девушка удивилась, но после вспомнила слова брата о магии Мадригаль и о том, что в этой семье есть шейпшифтер. Подобный дар казался ей занимательным, потому познакомиться с этим человеком хотелось очень даже.       А вообще, все семейство возбуждало в девушке огромный интерес: ее взгляд переметнулся на сидящую рядом с парнем силачку, что тихо перешептывалась с ещё двумя девушками рядом; после ее привлёк солнечный образ женщины, что во время монологов пускала тучи по всей комнате… А как много ярких красок использовала эта семья…! Из раздумий Марселин вывел диалог Квентина с сеньорой Мадригаль о волшебной свече:       — Она попала в их руки? — спросила пожилая женщина.       — Она… — Анро растянул слово, плавно оглядываясь на сестру. Их взгляды встретились. Юноша подозревал причину, по которой малыш Жан прятался именно в комнате хранителей, но о судьбе источника магии не знал. Также он никому не доверял, потому ни разу не упомянул о даре кузена в разговоре, чтобы обезопасить мальчика в случае, если кто-то догадается о местонахождении возможно спасённой свечи Анро и захочет отобрать ее у «слабых детей».       —… надежно спрятана. — Также растянуто закончила сестра, читая в светло-голубых глазах напротив подозрительность ко всему окружающему. Квентин удовлетворенно выдохнул, понимая, что не зря умолчал о Жане, и вернулся к беседе со старшими.       — Как спрятана? — слишком эмоционально отреагировала Альма. — Хотите сказать, что тем убийцам она не досталась?       — А должна была? — прищурив глаза поинтересовался парень. Сеньора осеклась.       — Понимаете, тут такое дело, — вмешался Бруно. — Не так давно мне пришло кое-какое видение… — мужчина пустился в повествование, вынимая из-за пазухи зеленоватую пластину с изображением длинной фигуры в плаще, в руках которой был заперт обломок свечи. — В нем говорилось о том, что семья, похожая на нас, встретит страшную судьбу. Мы решили, что убийцы, забравшие ваш источник магии, придут после за нашим. Однако, если ваша свеча действительно находится в безопасном месте, тогда…— Бруно замялся, абсолютно не зная, что сказать дальше. Альма резко выступила вперёд, принося неожиданный для всех присутствующих приговор:       — Тогда вы втроём должны немедленно покинуть Энканто.