Чувство дежавю

К счастью, последующая часть пути обошлась без происшествий. Вот иссиня-чёрное небо подернулось розоватым заревом на востоке, прямо за спинами путников. Через час вся Пустошь вновь полыхала кровавым огнём, как и на закате. От зрелищности этих мгновений перехватывало дыхание, кочевница даже на несколько минут остановилась, восхищенно смотря на руины, залитые багровыми лучами солнца. Вестник молчаливо ждал неподалёку, пользуясь несколькими минутами отдыха от беспрерывной ходьбы — впереди предстояло ещё несколько часов пешего пути, прежде чем странники смогут войти на территорию одного из лагерей кочевников. К полудню, когда яркое солнце вновь затянули грозовые облака, накатывающиеся друг на друга да нагнетающе грохочущие тяжёлыми раскатами грома, словно ударами молота о наковальню, путники подошли к небольшому поселению, состоящему в основном из торговых телег, походных шатров и хлипких домишек, средь которых столбами в свинцово-серое небо поднимался костровой дым; он не мог не сулить наличие хорошего обеда в этот день, Джет была уверена, а может, просто очень сильно хотела есть после тяжёлой ночки. Иту, судя по всему, разделял ее желание подкрепиться, а потому, остановившись вдруг посреди одного из торговых рядов, обернулся к девушке и сообщил ей дальнейший план действий. — Народу в лагере полно, разномастных торговцев тоже. Сообрази пока что-нибудь на завтрак, а я схожу прикуплю нам кое-какое оборудование. Не успевая ничего возразить, кочевница лишь молча смотрит вслед удаляющемуся в толпу вестнику и устало пожимает плечами. Видимо, придётся что-то да искать. Проверив наличие кошелька в одном из потайных карманов горчичного цвета куртки, она направляется к рядам, которые и были основным источником кострового дыма в поселении, так как именно в той его части обосновались все умельцы состряпать чего-нибудь поесть. Конечно, по мнению Джет, среди них тут были и чуть ли не придворные мастера кулинарии, требующие за свои съедобные произведения искусства завышенную цену, но так как кошелек не позволял подобной нецелесообразной роскоши, она решила ограничиться двумя порциями куриного карри и таким же количеством чая. Вестник подоспел через пятнадцать минут и, видимо, был доволен покупкой. Вот они уже сидели на окраине селения под одним из общих шатров, скрестив ноги да спешно разделываясь с пряным блюдом, которое выбрала им на завтрак Джет. — В следующий раз я найду нам что-нибудь менее специфичное. — На одном дыхании заявляет Иту, в следующий же миг заливая в себя половину содержимого кружки. Династка, наблюдая за этой нелепостью, лишь ухмыляется, зачерпывая очередную ложку карри да поднося ту ко рту. Кто ж знал, что ее новый знакомый плохо знаком с кухней соседних народов? Через некоторое время они завершают трапезу, приступая к делу. Вытащив из-за пояса два небольших устройства, по форме и устройству напоминавших злосчастный навигатор, мужчина протянул один из них кочевнице, тут же объясняя, что это такое, дабы лишние вопросы не преследовали его до конца этого дня. — Это трекер. Он показывает местоположение других синхронизированных трекеров относительно твоего. Я наши уже синхронизировал. Не думаю, что ты захочешь постоянно таскаться со мной, да и у меня дел немало… — Трекер значит? Интересная штуковина. А как синхронизируется? — Расскажу по дороге. А пока, я думаю, нам стоит устроить привал. Ночь была нелегкая, и я не отказался бы от пары часиков хоть какого-то сна. С этими словами темноволосый распрямляет ноги и потягивается, прислоняясь спиной к одному из столбов шатра. Джет поняла, что ее мнение тут, опять же, не учитывается, а так как из-за выпитого во время ожидания кофе сна не было ни в одном глазу, она пошла шататься по поселению, разыскивая кого-нибудь из своих так называемых друзей. Полчаса скитаний прошли небезрезультатно: в компашке из пятерых кочевников и кочевниц все уже успели перездороваться друг с другом и сейчас обсуждали произошедшее с ними за эти пару недель. Кто-то делился своими историями о награбленном в опустошенных городах, кто-то — о стычках с легионерами, иные рассказывали о нападениях теневых тварей. Джет мало чем отличалась от других здесь, а потому не упускала возможность не только добавить по паре словечек от себя в каждой теме, но и блеснуть чем-то новеньким: — А я с вестником успела зазнакомиться. — Самодовольно заявила девушка, аж прикрывая глаза, но даже так ощущая изумлённые взгляды товарищей. — И что, уже обчистила? — Какой обчистила, тупица! Там надо ждать и следить, пока он в тайное убежище не приведёт. Голову даю на отсечение, у них там ещё один Купол есть! Не могли они все так взять и исчезнуть. — Да что вы орете? Дайте Джет договорить, а то сейчас ещё надуется и не узнаем ни черта! Так компашка вновь погрузилась в беспрерывный нарастающей галдёж, словно на птичьем базаре, а Джет в это время оставалось лишь подпереть ладонью щеку и ждать, пока все они вдоволь наспорятся и наорутся. Проходит минут пять, но теперь им уже неинтересно слушать о похождениях друг друга — они затеяли очередной налёт на какую-то торговую телегу, которая, по словам одного из членов банды, застопорилась где-то на полпути к лагерю. И Джет не была бы Джет, если б не отправилась с ними. В конце концов, трекеры теперь есть у них обоих, да и вряд ли мирно дремлющий в другой стороне лагеря вестник будет против небольшой прогулки своей новой знакомой. Именно с такими мыслями в голове кочевница и направилась за главные ворота поселения, живо болтая о чем-то с компашкой.

• • • — Его нет уже почти сутки. Ни записки, ни слова. Очень на него не похоже. Боло задумчиво вздыхает и, кивая отчитавшемуся вестнику-разведчику, только что пришедшему с дозора, отстранённым и прохладным тоном приказывает: — Найдите его. Как найдёте, сразу сообщите мне. — Будет сделано, Канцлер! — Свободен… Один из Трёх стрел лениво махнул ладонью в сторону выхода из кабинета и, поправив свисающую с предплечья болотно-зелёную накидку, подошёл к окну, наполняя тишину помещения ещё одним вздохом. Такого прежде не происходило. Конечно, его верный и самый прилежный ученик и прежде покидал Купол, но об этом знал хотя бы один из его знакомых, коллег, а порой и сам наставник лично. Здесь же Иту буквально как сквозь землю провалился после ухода на вечернюю тренировку в лес. Несколько смельчаков направились именно туда, ещё двое пошли искать по окрестностям со стороны Пустошей, но даже и не предполагали, что их товарищ уйдёт настолько далеко. Дело, конечно, было не в разрастающихся подозрениях того, что Защитник Купола решил прервать окончить свою жизнь не самым достойным для умелого воина способом, даже не в возможном его предательстве Вестников, нет. Боло хотел знать причину, он понимал, что его лучший ученик не из тех, кто просто рванет с места, ведомый душевным порывом, словно опавший лист попавший в резкий вихрь сильного ветра.

• • • — Ну-ка, что здесь у нас? М, хлеб… ещё тёплый. Хорошо, хорошо! — Вижу, ты говорил чистую правду, Соан. — Ребят, вы во мне сомневались?! — Брось, дурень, сейчас никому нельзя доверять на все сто, даже своим собратьям. — Как знаешь, Джет. Кстати, как тебе эта железка? Оцени опытным взглядом мусорщика. — Вполне ничего такая, сотню золотых выручишь при лучшем раскладе. — А при худшем? — Ее заберу я. — Так, тишину поймали. Дайте сосредоточиться. — Да на чем тут сосредотачиваться-то?! — Да ищу я… — Ну и ищи давай, мы не больно-то и мешаем. Деловито возразил Соан, тут же отламывая лепешку и жадно запихивая ломоть тёплого ароматного хлеба себе в рот. Владельцу телеги оставалось лишь с дрожащей физиономией молча наблюдать за тем, как пятеро юнцов громят его транспорт, извлекая оттуда все, что можно было съесть, использовать или перепродать подороже. В расход пошло буквально все: пищевые припасы, ткани, принадлежности, детали самой телеги. Награбленное удалось поделить относительно ровно, не без ссор и скандалов, конечно, но в итоге, когда гром перед закатом забил еще более громко и неистово, предвещая ночную грозу с проливным дождём, кочевники вернулись в лагерь довольные, с мешками, полными добычи и еды. Распрощавшись на центральной площади, ребята договорились по возможности начать чаще устраивать подобные прогулки на свежем воздухе с пользой не только для здоровья, но и для кошелька. Затем все разбрелись кто куда, желая как можно скорее распродать товар подороже, пока правда об ограбленном торговце не всплыла раньше времени и не заставила все их труды обратиться в прах.

• • • Он застаёт Джет, пока что довольную, лениво наматывающую верёвочки кошелька на пальцы, идущую по направлению к месту, где он спал несколько часов назад. Вот она приходит туда, но не находит вестника, задумчиво осматривается по сторонам в поисках нового знакомого и ловит полный немого укора взгляд откуда-то сбоку. Приоткрыв рот в исступлении, она подходит ближе и начинает было объясняться, как тут же хлесткий и холодный, словно грядущий ливень, голос прерывает ее слова: — Два часа. Ты задержалась на два часа. Кочевница отводит взгляд и как бы Виновато пожимает плечами, мол, так вышло; но вестнику этого недостаточно. В конце концов Джет уже начинает осматриваться из стороны в сторону, в попытках как-то отвлечь себя от нагнетающей обстановки, усугубляемой как назло недалекими раскатами грома, предвещающего грозу, а может и самую настоящую бурю. — Мы могли бы успеть добраться до места назначения до того, как раз застигнет дождь. Теперь же нам придётся ждать. Не то чтобы Иту рассержен, нет, он скорее огорчён, по крайней мере, так кажется Джет. До начала грозы оставались лишь считанные минуты, а потому, заняв место поудобнее в пределах общего шатра, они лишь купили по кружке чая, чтобы согреться и сидели так, долго сидели. — Прости, я… как обычно проснулась воровская чуйка. Признаётся девушка, наклоняя голову вбок и утыкаясь виском в плечо темноволосого мужчины, сидевшего подле неё. Тот снова молчал в ответ, но отчего-то ей казалось, что он все-таки не сердится на неё из-за случившегося. Именно, потому что он нервничает.

• • •

Оперативный отряд Вестников на то и оперативный, что может решать абсолютно любые проблемы в абсолютно любых условиях максимально быстро и четко, а под командованием Канцлера Боло их эффективность возрастала в разы. Иту и не заметил, как вновь заснул под колыбель грянувшей в Пустошах грозы, но на этот раз Джет все-таки будит его. Разлепляя веки и хлопая слипшимися от дождевой влаги ресницами, тот слышит какие-то обрывки фраз вроде «пришли», «ждут», «хочет поговорить». Так, плетясь вслед за кочевницей под дождём и приходя в себя с каждой новой каплей, ударяющей по голове, вестник доходит до главных ворот, а затем отходит в сторону, куда кивает черноволосая. Перед глазами стоят три темных силуэта — два Спектра в шлемах, один — без. Единственный уже бывший Спектр, не носивший шлем в большинстве случаев, конечно не был Канцлер. — Нас ждёт серьёзный разговор, мальчик мой. Эта сдержанная мягкость тона настораживает, заставляет окончательно проснуться и снова ужаснуться произошедшему, но теперь уже в полной мере. Их нагнали, поймали и, скорее всего, конкретно его уличили в измене родной Фракции. Похвально, нечего сказать.