Я СОШЛА С УМА, О МАЛЬЧИК СТРАННЫЙ...

Саша появился в зале, когда Горский уже произносил свою речь. Воропаев тихо вошёл, стараясь не привлекать к себе внимания. Ухватил с подноса мимо проходящего официанта бокал виски и стал оглядываться, отыскивая взглядом Лилю. Первая злость и негодование уже отступили, он даже почувствовал некое спокойствие. Так всегда было. Столкнувшись с неприятностями, Саша порой взрывался, но затем успокаивался и начинал мыслить рационально, практически всегда находя выход из положения. Но раньше все проблемы и неприятности были связаны с бизнесом, с делами, а тут личная жизнь! Его жена, которая упрямится и никак не хочет его простить. А он ведь просил прощения! Уж ей ли не знать, что он не привык это делать! Но ради неё… И вдруг, откуда ни возьмись, появляется какой-то непонятный тип, который дарит ей цветы, а она идёт с ним на семейное торжество! И не хочет объяснять, что это значит! Саша сразу отыскал Лилю взглядом в толпе гостей. Она стояла у сцены, внимательно смотрела на отца и улыбалась. А рядом с ней пристроился тот самый мужик, и глядел он совсем не на Горского, а на Лилю. Этот взгляд Воропаева просто взбесил. Допив залпом обжигающий напиток, он поставил пустой бокал прямо на подоконник и решительным шагом направился к жене. Пробирался сквозь столпившихся у сцены людей, потом почувствовал, как его кто-то хлопнул по плечу, обернулся и увидел Жданова. Кивнул, бросил взгляд на Катю, которая ободряюще ему улыбнулась, и пошёл дальше. Остановился прямо у Лили за спиной и выразительно посмотрел на её поклонника, который, заметив его, нахмурился. Взгляд, которым наградил его Воропаев, говорил о многом, и мужчина невольно отступил. Такая лёгкая победа немного воодушевила, но потом Саша всё-таки растерялся. Дальше-то что делать? Сейчас Лиля обернётся, увидит его и опять рассердится. А он даже не знает, что ей сказать. Горский закончил говорить, и все заапплодировали. Лиля продолжала стоять к Саше спиной, хлопала отцу и улыбалась и поэтому, когда заговорила, Воропаев даже не сразу понял, что она обращается к нему. — Ты не мог не опоздать, да? Саша несколько секунд собирался с мыслями, а потом сказал, даже немного укоряюще: — Я от шока отходил! Не каждый день узнаёшь, что жена тебе изменяет! Лиля резко обернулась и гневно посмотрела на него. — Вот в этом ты весь! Эгоист! Он хотел ответить, но она уже шла навстречу отцу. Саша с тоской смотрел на неё. — Ну что? — спросил Андрей, неожиданно оказавшийся у него за спиной. — Да ничего, — буркнул в ответ Воропаев.- Сам не видел что ли, с кем она пришла? — Это ещё ничего не значит, — уверенно заявила Катя, и Саша наконец повернулся к ним.- Вам просто надо поговорить. — Поговоришь тут, как же! — Ну что? — ухнул Пётр Самуилович, подходя к ним. Обнимал дочь за плечи, а сам довольно улыбался.- Как я говорил? Воропаев протянул тестю руку для рукопожатия и кивнул. — Всё отлично! Речь превосходна! Лиля насмешливо посмотрела на него. — Папа, не слушай его, он опоздал! — Ничего подобного! — воспротивился Саша, награждая жену укоризненным взглядом.- Я просто стоял в стороне! — А с каких это пор ты в стороне стоишь? Ты же всегда в центре событий! — Лиля! — голос Воропаева пронёсся по залу, люди начали недоумённо оборачиваться, но Лиля отнеслась к этому спокойно. Смотрела на него и немного снисходительно улыбалась. А потом заговорила, обращаясь к отцу: — Папочка, я хочу тебя кое с кем познакомить! — и обернулась, отыскивая взглядом своего спутника.- Олег! Воропаев с шумом втянул в себя воздух и мысленно попросил себя успокоиться. Горский же удивлённо посмотрел на него, а потом оглянулся на незнакомого мужчину рядом с дочерью. — Папа, это Олег Пиманов, я тебе рассказывала о нём. Он владелец галереи, в которой я работаю. Последовала процедура знакомства, в течение которой Саша морально давил на соперника своим известным тяжёлым взглядом. Пиманов пытался держаться уверенно, хотя взгляд Воропаева его жутко нервировал. Говорил с Горским и со Ждановым, а сам постоянно косился в сторону Саши. А тот вдруг ни с того ни с сего заявил: — Да-а, некоторые никак понять не могут, что служебные романы — это дурной тон. Все замолчали, а Андрей замолчал, посмотрел на Катю и покачал головой. — Нет, Сашка, ты не прав! — Да прав я, прав. — Александр Юрьевич, — предостерегающе зашипела на него Катя и даже за рукав его подёргала. — А у кого роман? Да ещё и служебный? — заинтересовался Горский. — У вашей дочери, вот с этим типом! Лиля возмущённо посмотрела на Сашу. — Замолчи сейчас же! Как ты себя ведёшь? — А как ты себя ведёшь? На глазах у мужа на другого вешается! — Началось, — еле слышно протянул Жданов и стал старательно улыбаться людям, которые начали на них опять оборачиваться. — Извините, но мы с Лилей…- подал голос Пиманов, но замолчал под убийственным взглядом Воропаева. — Что вы с Лилей? — Воропаев, прекрати немедленно! На нас все смотрят! — А нечего было своих хахалей приводить! — Что? — ахнула она, оскорблённая до глубины души.- Ещё стыдить меня смеет! Я, в отличие от тебя, проституток не снимаю! — закончила Лиля зловещим шёпотом и замолчала, понимая, что проговорилась и зашла слишком далеко. Саша замер как громом поражённый и даже почувствовал небольшое смущение. Поймал заинтересованные взгляды Горского и Жданова и вздохнул. Только этого не хватало! А у Лили от обиды даже слёзы на глазах выступили. — Что? Нечего сказать? Катя вздохнула и сочувственно посмотрела на Лилю, потом обвиняюще на Воропаева и покачала головой. Саша медленно выдохнул, но говорить ничего не собирался. Взял Лилю за руку и буквально потащил к выходу. Она упиралась, пыталась освободить руку, оглянулась на отца и воскликнула: — Папа! Но тот улыбнулся и помахал ей рукой, а потом повернулся к Олегу, который растерянно наблюдал за тем, как его девушку утаскивает разъярённый бывший муж. — Так что вы говорили про Шагала? Саша вытащил её из зала и направился к двери, которая вела на балкон. — Отпусти меня! Я не хочу никуда с тобой идти! Сашка! Он буквально вытолкнул её на балкон, закрыл двери и только после этого отпустил её от себя. Лиля сразу отошла от него на несколько шагов и потёрла запястье, болезненно поморщившись при этом. — Мне же больно! Воропаев на её жалобы внимания не обратил и сразу же перешёл к выяснению отношений. — Что ты там выдумала про каких-то проституток? — Про каких-то? — ахнула она.- Значит, их было несколько? — Лиля, что за глупости? — Да никакие не глупости! Я сама слышала, своими ушами! Саша, проснись, тебе звонят! — передразнила она неведомую, но от этого лишь больше ненавидимую ею женщину. Воропаев нахмурился. Воспоминания о том утре были довольно смутными, он слишком много выпил накануне, но про звонок помнил. Потому что пришлось проснуться, но оказалось, что звонивший уже бросил трубку, и Сашу тогда это очень разозлило. А оказывается, это звонила Лиля. Очень, очень некстати! — Скажешь, что мне всё это приснилось? Или я номером ошиблась? Воропаев покаянно опустил голову и ничего не ответил. Лилю это только больше разозлило. Смотрела на него разгневанно, но в тоже время с мукой во взгляде. — Я, как последняя дура, подумала, что, может, и правда Саша одумался! Понял что-то!.. Всё-таки решила выслушать, узнать, что ты мне скажешь!.. А ты? — взмахнула рукой.- Жена не дала, так ты по бабам поехал? — Лиля, ну что ты говоришь? — А я не права, Саша? Всё ведь не так было? А та проститутка, которая у тебя в постели утром оказалась, твоя секретарша! Кофе тебе в постель приносила! — Она не проститутка! Лиля застыла, глядя на него в потрясении. — Даже так? Это, наверное, твоя подружка новая? У вас всё серьёзно, да? Тогда какого чёрта ты ко мне пристаёшь? — отвернулась от него и горестно всхлипнула. Саша некоторое время просто стоял, пытаясь собрать разлетевшиеся мысли в кучу, а потом осторожно приблизился к ней. Остановился у неё за спиной и принялся разглядывать её шею с нежными завитками волос на ней. Лиля вздрагивала, еле слышно всхлипывала, и ему было просто невыносимо от того, что это он опять довёл её до слёз. Поднял руки, хотел положить их ей на плечи или даже обнять её, но потом вдруг передумал. Испугался. — Лиля, — проговорил он тихо, словно позвал. — Это всё неправда, слышишь? То есть… правда, но не совсем. Это случайно получилось. — А у тебя всё случайно получается. Случайно, но очень больно и целенаправленно. Он вздохнул. — Это просто знакомая. Я был зол, растерян и пьян… — и тут же последовал взрыв раздражения.- Ну не монах же я, в конце концов! Ты должна понять! — Ничего я тебе не должна! И вообще… мне всё равно, с кем ты спишь! Со старыми знакомыми, с новыми!.. Господи, я просто не понимаю! Сколько же в тебе нахальства и самодовольства! Ты приходишь ко мне, просишь меня начать сначала, а потом тут же идёшь и снимаешь какую-то девку! И я уверена, что ты даже не подумал о том, насколько это пошло и безнравственно! — Так ты отшатнулась от меня, как от чужого! Лиля отошла от него, остановилась у перил и изумлённо посмотрела. — Воропаев, а как иначе? И, между прочим, это я тебе чужой оказалась! Это ты так решил полгода назад! Или ты забыл, что говорил мне в суде? Что я превратила твою жизнь в ад! А потом в какой-то момент, непонятно почему, ты решаешь в этот ад вернуться, а я должна этому обрадоваться? Бога возблагодарить за такой подарок судьбы? Так, что ли? Воропаев до боли сжал зубы. — Я попрошу у тебя прощения за каждое своё слово! — Да не нужно мне это! — воскликнула она. — Я просто больше не хочу с тобой жить, понимаешь? Не хочу! Все наши отношения сводились к тому, что я под тебя подстраивалась! Что Саша хочет, как хочет и когда хочет! Меня там не было, был только ты! И в итоге я и осталась виновата во всём! Я оказалась неблагодарной стервой, которая так и не смогла понять, какое счастье ей досталось! — фыркнула и презрительно скривилась. — Больше я такой дурой не буду! Он даже головой помотал. — Ты хоть думаешь, что говоришь? — Я-то как раз думаю! А если ты считаешь, что я тебе всё это сейчас сказала только потому, что злюсь на тебя в данный момент, то ты очень ошибаешься! Мне потребовался не один месяц, чтобы это всё наконец понять! И знаешь, какое самое важное решение я для себя приняла? Ты меня не достоин! Я не хочу тратить свою жизнь на человека, который ничего не может мне дать! Как бы я его не любила! Руки сами по себе сжались в кулаки, и Саша поторопился сунуть их в карманы, чтобы она не заметила. Дышалось с трудом. Было такое чувство, что каждое её слово било его под дых. И каждое обвинение, брошенное ей ему в лицо, обжигало. Но он не мог, просто не мог не признать её правоту в некоторых вопросах. Значит, он виноват… Что ж, он готов признать свою вину. Вот только ей это, кажется, уже не нужно! — Значит, всё-таки любишь? — уцепился он за её слова, как за последнюю надежду. — Да какая разница? Одной любви мало! Это я раньше думала… что моей любви нам на двоих хватит! Я же с самого начала знала, какой ты, но думала, что поженимся, и я сумею тебя изменить! Окружу заботой, лаской… ребёночка рожу, и ты оттаешь наконец! — её голос вдруг сорвался. Отвернулась от Саши и с трудом проглотила горький комок в горле. — Но не вышло ничего, ошиблась! Что ж, бывает… Воропаев всё-таки подошёл к ней, не смог устоять. Слегка приобнял за плечи и уткнулся носом в её волосы. Почувствовал, как она напряглась, но не отпустил. — Лиля, прости меня, — прошептал он, а она отчаянно замотала головой. — Лиля! — Нет! Я всё решила, Саш… Ещё одно разочарование я не переживу! — высвободилась из его рук и оправила платье. — Мне надо вернуться в зал, извини. — Лиля, ну нельзя так всё оставлять! Дай мне ещё один шанс! — Шанс? Саш, а у тебя его никогда и не было. Ты сам его себе не давал, я тут не при чём. Он долго смотрел на закрывшуюся за ней дверь, а потом тяжело и обречённо вздохнул. Да, такого разговора он точно не ожидал! ------------* * *----------- — Андрей, ты хоть замечаешь, как все на нас смотрят? — Катя чуть откинула голову назад и посмотрела на него. — Нет, а как они смотрят? Жданов покрепче прижал её к себе и резко развернул. Катя засмеялась и ухватилась за его плечи. — Какие-то у тебя странные танцы, Жданов! Где твоя рука? — На твоей спине! — Ах, это у меня ещё спина? Андрей, подними руку выше, люди же смотрят! Жданов со вздохом переместил свою руку на её поясницу. — Никто и не видел, — проворчал Андрей негромко. — Лишила меня такого маленького и невинного удовольствия! — У тебя всё невинно! И с чего это тебя люди развратником прозвали? Андрей даже с ритма сбился. — Кто? — вскричал он. — Покажи мне этого человека! Всё ложь! — Ладно, — отмахнулась Катя.- А то я сама этого не знаю! — Вот сейчас обидела. Она засмеялась. — А взгляд-то!.. И правда, как у безвинного человека! Вот и верь тебе после этого! Он не выдержал и засмеялся. Потом наклонился и быстро её поцеловал. — Я тебя люблю. — А я тебя… Но на нас всё равно все смотрят! — Да пусть смотрят, Кать. Они просто завидуют! Видят, какая у меня молодая и красивая жена, и облизываются! Катя иронично приподняла одну бровь. — Жена? — А кто же ты мне? Жена. Она пристроила голову на его плечо и закрыла глаза. — Мне очень нравится быть твоей женой. Честно-честно. От этого, истинно её выражения, у Андрея дыхание перехватило. Сразу нахлынули воспоминания — хорошие и плохие. Сколько лет он не мог слышать это выражение — «честно-честно»? Перед глазами вставало её лицо, и становилось очень больно. И тоска накатывала нестерпимая. Именно тоска сводила с ума. С болью, обидой, разочарованием можно было справиться, а вот что делать с тоской, он не знал. До сих пор воспоминания об этом сводили с ума. — Как же я жил без тебя? Она сразу сникла. А рукой, которая лежала на его плече, вцепилась в ткань его пиджака. — Андрюш, не надо… Я сейчас расплачусь. Хочешь, чтобы потом все обсуждали, чем ты меня до слёз довёл? Жданов улыбнулся и погладил её по щеке. Покачал головой. — Не хочу. Пусть лучше обсуждают, насколько сильно я тебя люблю. Остановился и, несмотря на её предостерегающий взгляд, поцеловал её. И это был не тот быстрый поцелуй, который случился несколько минут назад, и не показной. А их поцелуй, словно и нет никого вокруг. Катя рванулась в первую секунду, надеясь остановить Андрея, но он лишь сильнее прижал её к себе. Целовал, а внутри ликовал оттого, что он может это делать в открытую, что имеет на это право, и именно этим доказывал свои права на эту женщину перед всеми. А всё остальное было уже неважно. Какие-то проблемы, чужое мнение и осуждение… Главное, что она с ним. Играла музыка, а они продолжали стоять, обнявшись, вокруг них двигались танцующие пары, а Катя с Андреем лишь слегка раскачивались в такт музыке. — Я тебя больше всех на свете люблю. Честно-честно, — прошептал он. И улыбнулся. -----------* * *---------- — Я не могу на это смотреть! — Кира отвернулась и прикрыла дрожащие губы рукой. Вадим хмыкнул, продолжая с интересом наблюдать за Ждановым и его девушкой, которые стояли в центре зала и просто обнимались, и казалось, ни на кого не обращали внимания. Покосился на Киру, та была просто вне себя от расстройства. И почему-то очень остро жалел о том, что у него не было с собой фотоаппарата. — Господи, стыд-то какой! А я теперь даже уйти не могу! Все решат, что я сбегаю! — По-моему, ты слишком много думаешь о том, кто что скажет. Для тебя это так важно? Кира обернулась и посмотрела на него удивлённо. — Конечно, важно! Я живу среди этих людей! — И нужен тебе этот зоопарк? — Вадим допил сок, а потом неожиданно протянул руку и обнял её. Кира была ошарашена подобным поведением, но в его объятии не было ничего, просто дружеский жест. Притянул к себе, не замечая того, как она растерялась и смутилась, и заговорил, наклоняясь ближе к её уху. — Ну посмотри на них!.. Я не про твоего бывшего говорю, а про всех этих людей. Стоят и смотрят, с жадностью и злорадством наблюдают за чужим счастьем. А за горем или неудачей они будут наблюдать с двойным удовольствием! Саранча! Какой от них толк? Да половина из них только тем и занимается, что внешность свою шлифуют да шатаются по подобным банкетам! И вот мнение этих людей для тебя важно? Кира стояла, прижавшись спиной к его груди, его руки обнимали её, хоть и без малейшего намёка на большее, и она сама казалась себе такой маленькой в больших руках Вадима, куклой, которую он очень легко может сломать, стоит только сжать посильнее. Вот только таких мыслей у него не было, Кира была в этом уверена. Но она волновалась. Внутри возникла дрожь, непонятная, да и ненужная, которая начала её очень беспокоить. И даже вид обнимающегося с Пушкаревой Андрея уже расстраивал не так сильно. Кровь, колотящаяся в висках, очень отвлекала. А мужчина, который так запросто прижимал её к своему телу, был таким большим, и от его тела исходило ровное тепло, отчего Кире вдруг стало очень жарко. Что-то говорил ей ровным, спокойным тоном, щекоча дыханием её ухо, а она не понимала ни слова. Когда терпеть всё это стало невозможно, Кира всё-таки отодвинулась и отвернулась, чтобы не выдать своего волнения. Правда, одна его рука так и осталась лежать на её плече. Вадим посмотрел на Киру. Она странно навалилась на его руку, взволнованно дышала, а на щеках появился лихорадочный румянец. — Я домой поеду, — прошептала она. — Я не хочу здесь больше быть… Вадим задумался о чём-то, а потом улыбнулся. — Ты любишь смотреть на звёзды? Кира недоумённо посмотрела на него. — Что? — Что? Звёзды, говорю, любишь? Она лишь плечами пожала, так до конца и не понимая, куда он клонит. Вадим вдруг подмигнул ей. — Я тебе сейчас кое-что покажу, — взял её за руку и повёл за собой. По стеночке, за спинами гостей они дошли до бара, где он остановился и начал шарить за стойкой, совершенно не обращая внимания на недовольное лицо бармена. Достал бутылку шампанского, а в карман пиджака сунул два бокала. Замер, о чём-то задумавшись, и сложил на тарелку все бутерброды, которые оставались на блюде, стоявшем на барной стойке. Кира внимательно наблюдала за ним, не понимая, что он задумал. А Вадим опять взял её за руку и вывел из зала через другую дверь у сцены. — Куда ты меня ведёшь? — попыталась воспротивиться Кира, но он целеустремлённо шёл по коридору, не оглядываясь. — Вадим! Она впервые так просто назвала его по имени, что-то кольнуло в районе сердца, а он даже не обернулся. Они поднимались по лестнице, прошли несколько пролётов, и Кира почувствовала, как загудели ноги. — А лифта здесь разве нет? — Есть, конечно! Но это не так интересно! Когда они поднялись на верхний этаж и оказались перед закрытой железной дверью, Кира устало вздохнула и прислонилась к перилам. — У меня сейчас ноги отвалятся! Пятнадцать этажей! Вадим посмотрел на неё и усмехнулся. — Девушка, что за недовольство в голосе? И это перед романтическим свиданием? — Так у нас свидание? — притворно ахнула она.- Что ж ты раньше не сказал? Я бы сразу перешла к торжественной части! — Что это за часть такая? — чрезвычайно заинтересовался Вадим. — Как это? Молодой человек, не распускайте руки! Он захохотал. А Кира ткнула пальцем в запертую дверь. — Закрыто. Свидание отменяется? Вадим чуть наклонился к ней и обаятельно улыбнулся. — Девушка, вы просто не знаете, кто ваш кавалер на этот вечер! Я волшебник! Кира решила принять правила игры, просто потому, что эта игра её неожиданно увлекла. Чем-то увлекла настолько, что она даже волноваться перестала. Вадим сунул руку в карман брюк и вытащил ключ на металлическом колечке. — Видела? — Откуда? — удивилась она. Он цокнул языком. — Секрет! — Вадим! Он засмеялся. Начал открывать замок, а сам говорил с ней через плечо. — Да я его у Лильки взял! Воспользовался моментом, пока она папашиным банкетом занималась. Я здесь чуть ли не сутки просидел, до глубокой ночи. С этой крыши открывается офигенный вид! — Офигенный, значит, — тихо повторила Кира за ним и, вздохнув, поставила ногу на первую ступеньку железной лестницы. Довольно смело и уверенно, безжалостно откинув последние сомнения. В эту ночь на Москву навалилась томительная духота, но на крыше её не чувствовалось. На такой высоте и дышалось легче, и воздух казался чище, а лёгкий ветерок приносил долгожданную прохладу. Кира вздохнула полной грудью и почувствовала, как слегка закружилась голова. Она осторожно подошла к краю и посмотрела на ночную Москву, озарённую огнями. — Какая красота!.. Вадим как-то внезапно оказался за её спиной, обнял рукой за талию и оттащил её от края. — Глупая ты! Куда ты смотришь? Ты сюда смотри! — и закинул её голову. — Вот где красота! Кире показалось, что небо, до краёв наполненное звёздами, вот-вот упадёт на неё, и тогда она утонет в этой тягучей темноте. — Красиво? — шепнул он. Кира кивнула. Не могла ничего сказать. — Во-от! А ты — что люди скажут, что люди скажут! Да плевать на них! Несколько минут они стояли и смотрели на небо, закинув головы. Кира пригрелась в его руках и в какой-то момент поймала себя на мысли, что совершенно потеряла чувство реальности. Ощущала себя так, словно попала в другое измерение. И весь мир, все заботы отступили за грань сознания, и только эти звёзды и этот мужчина рядом, а остальное всё сон и блажь. — У меня голова кружится, — прошептала она, и сама не поняла, кому предназначались эти слова. Тихий смешок в ответ. — Так всегда бывает. Когда долго смотришь, такое чувство, будто падаешь в бездну. Есть такое? — Есть… Знаешь, а я раньше никогда не смотрела на звёзды. — Я понял это, как только тебя увидел. Это девушка, которая никогда не смотрит на звёзды! Кира хихикнула. — Почему? — Потому что люди, которые хоть изредка смотрят на звёзды, умеют абстрагироваться от неприятностей. Они знают, что есть темнота и вечность, по сравнению с которыми все людские неприятности — это что-то несущественное. Это не то, ради чего стоит жить. Кира прислушалась к своим ощущениям после этих его слов, но вдруг стало холодно и одиноко. Она словно нырнула в холодную воду с головой и даже оглянулась, не понимая, что произошло. Куда делось волшебство? Вадим отошёл от неё и взял в руки бутылку шампанского. Она тихонько вздохнула, наблюдая за ним, и обхватила себя руками за плечи. — Замёрзла? Кира кивнула, но не потому, что на самом деле замёрзла, а просто чтобы показать ему, что понимает, что он говорит. Что звёзды не свели её с ума окончательно. Вадим снял пиджак и накинул ей на плечи. — Вот так. Она запахнула на себе его пиджак, и пока он не видел, ткнулась носом в него, вдохнула запах одеколона Вадима. В голове появилась какая-то очень странная мысль, но оформиться так и не успела. Вадим повернулся и протянул Кире бокал шампанского. — Держи. Она приняла бокал и сделала осторожный глоток. И улыбнулась. — Впервые в жизни пью французское шампанское на крыше! Вадим засмеялся. — И как ощущения? — Странные. Но мне нравится! Вадим рассказывал ей о звёздах. Тыкал пальцем в какое-нибудь созвездие, тут же вспоминал легенду или притчу, относящуюся к нему, и долго говорил, а Кира слушала, открыв рот. Сидела, привалившись к его плечу, уже и не замечая этого, и слушала. И казалось, что она может это делать вечно. Потом он неожиданно замолчал, и Кира непонимающе посмотрела на него. — Что дальше? Он хмыкнул, откусил от бутерброда и почесал за ухом. — Не знаю, дальше я ещё не придумал. Она изумлённо посмотрела на него. — Так ты врал? — Не врал, фантазировал, — поправил её Вадим.- Это разные вещи! Кира стукнула его кулаком по плечу, а он захохотал. — А я его слушаю!.. Ещё и запомнить старалась! Выдумщик! Тебе бы книжки писать! — Ага, это у меня от отца! Гены! — Заметно. Вадим обнял её одной рукой и теснее прижал к себе. — Ты не замёрзла? Она уютно пристроилась под его тяжёлой рукой и покачала головой. — Может, пойдём уже? — Нет! Ещё чуть-чуть посидим… — Давай посидим, — согласился он. Кира украдкой смотрела на него, поднимала глаза и изучала его лицо. А он смотрел вдаль, в темноту и казался очень задумчивым. Было очень странно сидеть вот так, обнявшись с почти чужим, незнакомым мужчиной, и радоваться этому. То есть, не то чтобы радоваться, а чувствовать странное спокойствие и умиротворение рядом с ним. То самое спокойствие, к которому она стремилась много лет, но оно не приходило. А тут, нежданно-негаданно… Вот только почему с этим человеком? Она всегда считала, что такое ей может дать только Андрей Жданов. — Что ты во мне так пристально разглядываешь? — вдруг спросил Вадим, продолжая смотреть в темноту. Она смущённо опустила взгляд. — Ничего… я так… прости. Он повернул голову и посмотрел на неё. Его глаз Кира не видела, но взгляд чувствовала. Испытывающий. — Кира, а ты когда-нибудь занималась любовью под звёздами?