Fireworks

Джерард очень любил доставлять себе удовольствие. Но ещё больше ему нравилось терпеть до последнего, оттягивая оргазм как можно дольше. Он мучил себя и дразнил, воплощая в жизнь те самые тайные желания, которые раньше считал постыдными, испытывая ни с чем не сравнимое наслаждение, имеющее, пожалуй, лёгкий привкус мазохизма. Это была его любимая игра. Их с Фрэнком игра. Поначалу Айеро пугало это пристрастие парня, но со временем он привык к тому, что Джерарда, в некотором смысле, возбуждает физическая боль, и тоже начал получать удовольствие от этих странных кинков, глядя на то, как его любимый сходит с ума от наслаждения. — Блять... — шепчет Джерард, широко расставляя ноги, выгнувшись в спине и пытаясь вставить в себя щедро смазанную лубрикантом анальную пробку, на которую он предварительно надел презерватив. Лбом со взмокшими красными прядями Джи прижимается к стенке; пальцы другой руки плотно сомкнуты на твёрдом члене. В этом положении его и застал Фрэнк, забежавший в гримёрку. — Ебать, Джи... — округлив глаза, произносит мужчина, быстро закрывая дверь и поворачивая защёлку несколько раз, — ты бы хоть заперся. А если бы кто-то другой зашёл... скажем, Майки или Рэй? Это я привык к твоим фокусам, а их и до инфаркта довести можно! — Может перестанешь болтать и поможешь мне? — раздражённо отзывается Джерард, тяжело дыша и сдувая с раскрасневшегося лица (которое почти что слилось с цветом волос) мешающие пряди. Фрэнк подходит к Джи сзади и накрывает своей ладонью его руку, направляя её так, чтобы получилось ввести пробку и не причинить любимому боль. Через несколько секунд безуспешных попыток мужчина недовольно цокает языком и отстраняется. — Детка, тебе лучше лечь. Так будет удобнее. Уверенный и ласковый голос Фрэнка так успокаивает, но одновременно возбуждает ещё больше, и Джерард громко сглатывает, сильнее сжимая пальцы на своём члене. Больно и хорошо. Джи послушно идёт к диванчику, ложится на него и не спускает хищного взгляда с Фрэнка, который держит в руке его новый плаг с красивым блестящим ярко-фиолетовым камешком. Мужчина берёт с другого конца дивана небольшую подушку, и, прошептав «приподнимись», аккуратно подкладывает её под поясницу Джерарда. — Я так люблю тебя... — произносит Уэй, пытаясь обвить ногами талию Фрэнка, который наклоняется над ним и целует в скулу. — Зачем ты взял такой большой плаг? — тихо говорит мужчина, поглаживая ноги Джерарда, — детка, тебе будет некомфортно. Давай я возьму поменьше... — Нет... я хочу этот. — Ты уверен? — Да! Просто вставь мне эту чёртову пробку и... оу... а-ах... боже... — бормочет Джерард, осекаясь на полуслове, сразу же ощущая приятную долгожданную наполненность, когда мужчина, наконец, полностью вводит плаг. — Тебе не больно? — шепчет Фрэнк, подавая Джи руку, чтобы он мог встать. — Немного, но мне нравится. Я привыкну. — Действительно, чего это я... забыл, какой ты извращенец, — хмыкнул Айеро, закатывая глаза. — Одевайся, концерт уже через час. Правда, не знаю, как ты будешь петь с этой штуковиной... — и тут мужчина бросил быстрый взгляд на твёрдый член Джерарда, который и не думал падать, и добавил: — и со стояком. — Как обычно. Не в первый раз... это безумно возбуждает, знаешь? Особенно, когда ты не можешь отвести от меня глаз... как я тебе? Нравится? Джи повернулся к Фрэнку спиной, прогнулся в пояснице, широко раскрывая ягодицы и демонстрируя переливающийся плаг. — Джи... — слегка растерянно говорит Айеро, — Джерард, ты... что ты творишь, чёрт... у меня, в отличие от тебя, нет желания, знаешь ли, отыграть весь концерт с эрекцией. — А разве это обычно не так...? — облизывая губы и сверля Фрэнка своими большими изумрудно-карими глазами, спрашивает Джи. — Тебе нравится? Ты не ответил. Кстати, сегодня я буду без белья... — Нравится, — эхом повторяет Фрэнк, искренне недоумевая, зачем Джерард спрашивает такие очевидные вещи. Как ему может не нравится, когда Джи — такой сексуальный и возбуждённый Джи, жаждущий его внимания — сейчас стоит перед ним враскорячку и медленно поглаживает себя по бедру, тяжело дыша. Он просто само искушение во плоти. Настоящий дьявол. Кажется, в джинсах становится тесно, рот мгновенно наполняется слюной, и все мысли сосредоточены только на том, чтобы вынуть этот красивый плаг к чёртовой матери и трахнуть Джерарда. Фрэнк обречённо стонет в голос. Только не сейчас. — Я правда тебе нравлюсь...? — невинно хлопая слегка накрашенными ресницами мурлычет Джи, распрямившись и дотрагиваясь холодными подушечками пальцев до груди Фрэнка, не сумев сдержать довольную улыбку, когда разгорячённый мужчина притягивает его к себе и опускает руку на талию, борясь с желанием сжать гораздо ниже. — Ты же знаешь, что я всё делаю лишь для тебя? Я хочу всегда быть только твоим. — Малыш, — кажется, потеряв связь с реальностью, произносит Фрэнк, расстёгивая верхние пуговицы рубашки, — боже, ты... ты такой красивый, ты... просто идеальный, я так хочу тебя, я... — Я могу помочь, — произносит Джерард, взяв мужчину за запястье и положив его ладонь на свою задницу, — у нас ещё есть время. Как ты хочешь? Мои пальцы на твоём члене или рот... — Н-нет, стой, Джи, — увидев, как Уэй собирается встать на колени, запротестовал Фрэнк, схватив его за руку, — а ты? Тебе же будет только хуже от этого... сколько ты уже терпишь? — Совсем мало, — фыркнул Джерард, приглаживая волосы, — дня два. И сегодня я мастурбировал... только перестал сразу же, как почувствовал подступающий оргазм. — А, по-моему, уже пять, — быстро прикинул Фрэнк, вспоминая, когда у них последний раз был полноценный секс. Позавчера Джи помогал ему снять напряжение рукой, но это не считается, потому что сам он не получил разрядку. «Выходит, действительно пять дней... для гиперсексуального Джерарда это пиздец. Просто катастрофа! Он со своими выходками... доиграется скоро!» — раздражённо думает Фрэнк, натыкаясь взглядом на то, как парень пытается застегнуть свои чересчур узкие джинсы. Но они так соблазнительно обтягивают его ноги и упругую задницу, что мужчине пришлось поспешно отвернуться. Сущий дьявол. — Джи, ты не кончал уже пять дней... ты уверен, что сможешь так долго продержаться? После концерта мы все вместе идём в бар, помнишь? И только потом в отель... брось свою затею. Давай я помогу тебе... — Фрэнки, не переживай за меня, — отмахнулся Джерард, закончив, наконец, с джинсами, — ты же знаешь, что ночью я получу в тысячу раз больше кайфа. Оргазм будет такой долгий и яркий... ради этого стоит терпеть. Тебе тоже пора перестать упрямиться и как-нибудь попробовать... это незабываемые ощущения, я гарантирую. — Спасибо, я и без этого неплохо себя чувствую. Ладно, приводи себя в порядок и пойдём. А то нас действительно застанут врасплох. Я, конечно, закрыл дверь, но... — У нас ещё есть время... я хочу помочь тебе избавиться от напряжения. Пожалуйста, Фрэнки... позволь мне. — потираясь всем телом о мужчину, просит Джи. И Фрэнк больше не может ему сопротивляться. — Хорошо, если ты настаиваешь и тебе не станет хуже от этого... — говорит Айеро, погладив по голове уткнувшегося в его шею Джерарда. Джи отрывается от Фрэнка, хитро улыбается, вцепившись в его плечи, и собирается припасть к губам, но он внезапно хмурится и отворачивается. — В чём дело, Фрэнк? — растерянно спрашивает Джерард. — Ты не хочешь, чтобы я тебя целовал? — Ты пил? — Что..? — От тебя пахнет алкоголем. Фрэнк, почему-то, только сейчас так явно учуял пары спирта, до этого он решил, что ему показалось. — А... это... Ну я совсем чуть-чуть, милый, мне нужно было расслабиться. Правда, не волнуйся, я только капельку... — быстро защебетал Джерард, обвивая шею Фрэнка руками. — Лучше бы ты расслаблялся другим способом, — недовольно говорит Айеро, но всё равно гладит Джи по спине. Потом он снова будто бы что-то вспоминает, отстраняется от парня и, окинув его неодобрительным взглядом, спрашивает: — Слушай, Джерард, а тебя не смущает, что все в зале будут смотреть на твой... выпирающий член, обтянутый джинсами. Ты, блять, ещё более узкие не мог надеть? — А что, ревнуешь? — хихикает Джи, и, не дожидаясь ответа, тихо добавляет, погладив Фрэнка по щеке: — Смотреть, может, будут и все, но принадлежу я только тебе. Не забывай об этом. Айеро хотел ещё что-то сказать, но вся возмущённая речь застряла в горле, когда ладонь Джерарда накрыла его пах, а в ухо полился томный шёпот: «Я так хочу твой член, Фрэнк, ты бы знал, я просто живу той мыслью, когда мы окажемся в отеле и ты будешь меня трахать. Так долго, сладко, и... а-ах, боже, это невыносимо...» Фрэнк думает, что это действительно невыносимо. Джерард сводит его с ума одним своим видом, а уж если он что-то говорит... тем более, шепчет ему на ухо такие вещи, от которых сладко сводит низ живота и джинсы становятся ещё более тесными... Он обожает сильные руки Джи, его тонкие и длинные пальцы, которые сейчас так нежно, но одновременно сильно сжимают его сквозь бельё. Он обожает его голос, его высокие мелодичные стоны, которые ласкают слух лучше, чем любая музыка. Он обожает его мягкое податливое тело, которое отзывается на каждое прикосновение; его соблазнительную грацию, перед которой просто невозможно устоять... — Я люблю тебя, — будто в бреду шепчет Фрэнк, вплетая пальцы в огненно-красные волосы Джерарда, который опустился перед ним на колени, — я, блять, больше всего на свете люблю тебя.

***

Мокрый с головы до ног Джерард влетает в гримёрку после концерта с бутылкой воды и жадно присасывается к горлышку, допивая остатки. Капли стекают по подбородку и шее, часть попадает на грудь. Ему бы сейчас не помешал хороший душ и... секс. — Как ты? — приобнимая Джи сзади, наклонившись к самому его уху спрашивает подошедшей Фрэнк. Джерард не успевает ответить, за дверью слышатся шаги и они с Фрэнком отскакивают друг от друга. — Не пугайтесь, это всего лишь я, — хмыкнул Рэй, закрывая за собой дверь, — не буду вам мешать, я быстро. — Ой, а сюда что, нельзя? — хихикнул прошмыгнувший следом Майки. — Опять мы Джи с Фрэнком помешали? — Никто нам не мешает, — раздражённо сказал Фрэнк, вытирая пот со лба полотенцем, которое Джерард заботливо вложил в его руку, — придумайте что-нибудь новое. — Да ладно тебе, Фрэнк, не злись, — примирительно похлопав друга по спине, произнёс Рэй. — Мы и дальше будем делать вид, что ничего не видим и не понимаем. — Блять, — фыркнул Джерард, демонстративно прижимаясь к Фрэнку, который машинально обнял его за талию, — не завидуйте. — Джи... Фрэнк, почему-то, покраснел, чем вызвал очередные сдавленные смешки у Майки, но Джерард нашёл его руку и переплёл их пальцы в знак поддержки. — Ладно, голубки, серьёзно, воркуйте на здоровье, совет да любовь, как говорится, — произносит Уэй-младший, поднимая руки в примирительном жесте, — только... — ... сделайте так, чтобы мы об этом не знали, — добавляет Рэй, похлопав Джерарда по плечу. Фрэнк по-прежнему молчит, чувствуя себя очень неловко. Он отходит подальше от всех и садится на диванчик, поднимая недопитую бутылку воды Джерарда и делая несколько глотков. В отличие от своего парня он совершенно не любит быть в центре внимания. Тем более, когда говорят о его личной жизни. Тем временем Рэй и Майки что-то оживлённо обсуждают, кажется, предстоящий отдых в баре, и Джерард, естественно, вклинивается в разговор, не сводя глаз со своего отражения в зеркале. Он пытается пригладить торчащие во все стороны волосы и смыть с лица потёкший от пота макияж. — Детка, — произносит Фрэнк, когда они остаются вдвоём, — как ты? Уверен, что сможешь выдержать? Может, скажем Майки, что ты себя плохо чувствуешь, и поедем сразу в отель? — Я в порядке, — улыбается Джерард, подходя к мужчине, — ты говоришь так, будто бы я прохожу через нечеловеческие муки. — Джи, ты когда-нибудь доиграешься, — недовольно ворчит Фрэнк, целуя руку парня, которой тот гладит его по щеке, — может я хотя бы выну из тебя этот плаг? — Не надо... мне так приятно ощущать себя наполненным. Это очень заводит. — Ты скоро взорвёшься... — окинув взглядом внушительных размеров эрекцию Джерарда, которая вновь заметно выпирала сквозь джинсы, произнёс Фрэнк, — в конце концов, это вредно для здоровья... — Ты такой заботливый у меня, — присаживаясь к Айеро на колени, шепчет Джи, прижимаясь щекой к его лицу. — Джи, я серьёзно. Давай поедем в отель... — Нет, я ещё немного потерплю. — Такой упрямый, — вздыхает Фрэнк, убирая волосы со лба, — пообещай мне, что не будешь много пить в баре. — Фрэнки... — протянул Джерард, поглаживая мужчину по татуированной руке, но, встретившись с гневным взглядом пары янтарных глаз, кивнул: — хорошо, я... постараюсь. — Не постараешься, а не будешь! Иначе я оставлю тебя в баре одного. — Манипуляция? Ты ведь так не сделаешь... — хитро прищурившись, сказал Джерард, специально ёрзая у Фрэнка на коленях, чтобы усилить трение между их телами. Гитарист еле-еле сдержал рвущийся наружу стон. Джерард определённо хочет довести его до греха. — Увидишь, если наебенишься, как чёрт. Я вообще не понимаю, как у тебя в таком состоянии ещё может стоять. У нормальных людей после такого количества выпитого это практически невозможно... Джерард смеётся и кладет руку Фрэнка на свою эрекцию. — Я так сильно хочу тебя, ты даже блять представить не можешь... этой ночью я с тебя не слезу, клянусь. — Джи, не начинай, пожалуйста... а то мы точно никуда не поедем, и я возьму тебя прямо здесь и сейчас. — Звучит охуенно, но это в другой раз.

***

В баре Джерард старался держать своё обещание и не пить много алкоголя. Он сидел рядом с Майки и что-то упорно ему доказывал. Фрэнк находился напротив и краем глаза пытался контролировать количество выпитого Джерардом, поддерживая разговор с Рэем и их общими друзьями о всякой ерунде. Мужчина и сам решил, что ему не помешает чуть-чуть расслабиться и выпить, поэтому весь вечер неспеша цедил порцию виски. Вроде бы всё было спокойно, Фрэнк уже хотел выдохнуть, но... он почувствовал ненавязчивые прикосновения к своей ноге. Джерард? Он поглаживает его под столом? Сумасшедший... Фрэнк перевёл глаза на Джи и столкнулся с абсолютно невинным и ничего не понимающим взглядом. Ну конечно. Как всегда делает вид, что он не при чём. Тем временем поглаживания стали более настойчивыми, а Джерард, воспользовавшись тем, что его брат отвлёкся (да и остальные уже были достаточно пьяны, чтобы не обращать внимания), пристально посмотрел на Фрэнка (от напускной невинности не осталось и следа) взглядом хищной кошки и едва заметно кивнул в сторону. Фрэнк удивлённо вскинул брови, наблюдая за тем, как Джерард быстро встаёт из-за стола и куда-то уходит. Недолго думая, через пару минут мужчина вскочил следом, логично предположив, что Джи позвал его. Только вот куда он побежал? Вариантов не так много. Фрэнк усмехнулся своим мыслям, потянув на себя тяжёлую дверь туалетной комнаты. Джерард, поправляющий волосы перед зеркалом, почти сразу же бросился в его объятия и, обхватив руками щёки, принялся целовать. — Джи, Джи, подожди... — говорит Фрэнк, с трудом отстраняясь от парня, — ты вот так сразу на меня накинулся... а если бы это был кто-то другой? — Но я же знал, что это ты, — пьяно улыбнулся Джерард, вновь пытаясь обвить руками шею мужчины, и перешёл на шепот: — Я больше не могу, Фрэнки... мне действительно кажется, что скоро взорвусь. — Детка... поехали в отель. — Произнёс Фрэнк, приобнимая прижимающегося к нему Джи. — Ты уже достаточно себя измучил, твоя извращённая душонка довольна? — Нет... то есть... я хочу здесь. — Что? — мужчина округлил глаза, надеясь, что ему послышалось. — Я хочу, чтобы ты трахнул меня здесь. А потом ещё в отеле, — повторил Джерард, запуская пальцы под футболку Фрэнка, — прямо сейчас. — Блять, Джи... в грязном туалете этой забегаловки? Серьёзно? Тебе не кажется, что мы уже не в том возрасте... — Пожалуйста, Фрэнки... я умру если не кончу. Хотя бы подрочи мне... — Малыш... — с сочувствием заглянув в лицо Джерарда, произнёс Фрэнк, погладив его по щеке, и тут же добавил: — а если кто-нибудь зайдёт? Глаза Джерарда загорелись, и он с вызовом посмотрел на мужчину, опять прижимаясь к нему своим возбуждённым телом. — Ох, боже... тебе же это нравится, верно? Какой ты всё-таки извращенец... Перспектива быть застигнутыми врасплох отнюдь не радовала Фрэнка, который, в отличие от Джерарда, не испытывал возбуждения и прилива адреналина от мысли, что их секс увидит кто-то посторонний. — Пошли хотя бы в кабинку, — сдался Фрэнк, потянув довольного Джи за руку.

***

— Почему ты такой сексуальный... — шепчет Джерард, высоко задирая голову и ощущая, как Фрэнк упирается коленом в его пах. — Ты уверен, что не я должен задавать тебе этот вопрос? Губы мужчины накрывают беззащитную оголённую шею и он старается держать себя в руках, чтобы с силой не засосать нежную, пахнущую по́том и сигаретами кожу Джи и не оставить засосы. Не хочется ловить странные взгляды людей и слышать перешёптывания. Майки и Рэй, конечно, уже привыкли и ничего не скажут, но вот другие... — Сожми меня там, — просит Джерард, вплетая пальцы в волосы Фрэнка, и тот усмехается, одной рукой пытаясь расстегнуть джинсы Уэя, — только сильнее... пожалуйста... Фрэнка всегда поражало, как такой раскрепощённый и развязный в жизни Джи, в сексе часто превращался в скромную девственницу, которая стесняется называть вещи своими именами. «Думаешь, только тебе можно меня дразнить? — подумал Айеро, облизывая губы. — Ну уж нет, Джи... теперь моя очередь». — Где «там»? Что это значит, детка? Я не понимаю... — мурлычет Фрэнк, облизывая ушную раковину Джерарда. Татуированная рука оглаживала его живот, а затем спустилась на бёдра. Фрэнк обожал фигуру Джерарда. Его сильные руки, крепкую спину, упругую соблазнительную задницу; но в то же время мягкий животик и грудь. Это «дрябленькое тельце» (как любил называть его Фрэнк) сводило мужчину с ума. Сочетание грациозности пантеры и нежности домашней кошки. — Там... — повторяет Джерард; влажные ледяные пальцы в нетерпении хватают руку Фрэнка и опять направляют её к паху. Айеро вновь улыбается и резко целует Джи в губы (так, что у него перехватывает дыхание и он пытается ухватиться за плечи Фрэнка), проталкивая язык в его рот и сжимая рукой внутреннюю поверхность бедра. Больно. Уэй вскрикивает сквозь поцелуй, но Фрэнк его не отпускает, он знает, что Джерарду очень нравится. Боль на грани удовольствия. — Сожми там, пожалуйста, — умоляет Джерард в рот Фрэнку, судорожно пытаясь направить его ладонь туда, куда ему нужно. — Блять, такие узкие... как ты вообще в них влезаешь? — в самое ухо шепчет Фрэнк, пытаясь справиться с джинсами Джи. Джерард попытался что-то ответить, но Айеро, наконец, удалось приспустить джинсы, и он в который раз усмехнулся, увидев, что Джи без белья. — Что такое? Почему ты медлишь... — Забыл, что ты без трусов. Джерард закатил глаза и хотел сказать, что Фрэнк, как обычно, портит момент, но тот провёл ладонью по его крепко стоящему члену, а затем легонько сжал яйца. Джи заскулил и накрыл рукой пальцы Фрэнка, беспорядочно шепча «сильнее, пожалуйста, сожми сильнее, Фрэнки, пожалуйста..!» — Какой же ты извращенец... — рычит мужчина, впиваясь в шею Джерарда, — я боюсь сделать больно, а ты от этого кайфуешь... — Фрэнки... — вновь просит Джи, — подрочи мне... я уже не могу, голова кружится... я так хочу кончить... От звука этого молящего голоса Джерарда Фрэнк превращается просто в сплошной сгусток возбуждения и чувствует, как его член стремительно наливается кровью. Он снова не может больше ни о чём думать, им управляет дикое желание и похоть. — Знаешь, чего я хочу... детка? — еле слышно произносит Фрэнк в самое ухо Джи, касаясь его губами. — Скажи... — Поскорее достать этот плаг, вылизать всего тебя, твою сладкую задницу, член и яйца, а потом оттрахать так, чтобы не мог ходить... как ты любишь. Быстрее и глубже. Хочу, чтобы ты просил меня... хочу слышать твои громкие всхлипы на грани. Джерард что-то бессвязно мяучит, толкаясь в кулак Фрэнка, когда он, наконец-то, оборачивает ладонь вокруг его члена. Гитарист сжимает руку сильнее и Джи громко стонет, цепляясь за его плечи. Фрэнку даже не нужно ничего делать — Джерард всё делает сам, в быстром темпе вбиваясь в кулак любимого. — Я люблю тебя, — низкий гортанный шёпот льётся в ухо Уэя, а татуированная рука гладит его по лицу, спускаясь на шею и смыкая вокруг неё пальцы. — Сильнее... — просит Джерард, облизывая пересохшие губы. Каждый раз во время секса он буквально умоляет, чтобы Фрэнк его душил, но после того случая, когда мужчина в порыве страсти сжал его горло чуть сильнее, чем нужно, у Джи потемнело в глазах и он начал задыхаться, Фрэнк опасается это делать. Хотя Джерард, конечно, и тогда уверял, что всё хорошо, и ему даже понравилось. — Я снова могу не рассчитать силу... — отзывается Фрэнк, целуя Джерарда в висок. Джи недовольно хнычет, но почти сразу же с губ срывается хриплый вздох, когда пальцы Айеро ещё крепче сжимают его член, и он опять произносит в самое ухо: — Я так хочу, чтобы ты кончил мне в рот... Фрэнк вновь позволяет Джерарду самому поддерживать темп и толкаться в его руку, он только покрывает его лицо и шею беспорядочными поцелуями, слыша тихое «я сейчас... Фрэнк...» Мужчина успевает быстро среагировать; несмотря на тесноту кабинки он опускается на колени и обхватывает пульсирующую головку губами, крепко впившись пальцами в бёдра Джерарда и сразу же чувствуя, как горячая сперма мощными толчками начала наполнять его рот. На вкус она слегка горьковата и её очень много. — Боже... блять... ты самый лучший, — бормочет Джи, расслабленно перебирая в руках волосы Фрэнка и глядя на то, как он вытирает рот, проглотив всё до последней капли, — я люблю тебя... Джерард чувствовал себя так хорошо и удовлетворённо, оргазм принёс долгожданное облегчение, но он знал, что это ненадолго. Джи протягивает Фрэнку руку, помогая встать, и тут же накрывает его губы нежным поцелуем, крепко обхватывая за плечи. — Ты такой потрясающий, — выдыхает Айеро, опуская руку на талию Джерарда, — малыш, поехали в отель. Я, к сожалению, не обладаю такой стальной выдержкой, как ты, поэтому... — тут Фрэнк многозначительно улыбается, берёт Джи за запястье и кладёт его руку на свой пах. Почувствовав приятную твёрдость, Джерард понимает, что снова начинает возбуждаться, поэтому согласно кивает и еле слышно произносит, потёршись носом о колючую щёку: «Да, да, Фрэнки, поехали быстрее..! Я хочу тебе помочь».

***

Никто даже не удивился, что они рано уехали. Джерард предупредил Рэя, который просто кивнул, окинув их двоих понимающим взглядом. Хорошо, что Майки был занят разговором с какими-то девушками (судя по всему, фанатками), иначе дурацких шуточек было бы не избежать. Особенно, если учесть, что Уэй-младший был уже изрядно пьян. ...Джерард вваливается в номер, на ходу снимая с себя ботинки и одежду. Фрэнк едва успевает закрыть дверь, как парень набрасывается на него с поцелуями и быстро-быстро шепчет, обжигая шею горячим дыханием: — Трахни меня, блять, пожалуйста..! Фрэнки, пожалуйста, я так долго терплю... От звука его голоса просто невозможно не возбудиться, но Фрэнк не понимает, как Джерард так быстро заводится, ведь он кончил всего лишь час назад... — Я не могу решить, мне нравится твоя гиперсексуальность или нет, — произносит Фрэнк, подхватывая ластившегося к нему Джи под рёбра, — вдруг когда-нибудь ты меня бросишь, если я больше не смогу так часто тебя удовлетворять? Джерард смеётся, расцеловывая лицо Фрэнка и уверяя его, что это исключено. В крайнем случае, у него есть руки, которые прекрасно смогут справиться с этой потребностью. Джи окончательно избавляется от одежды и ложится на постель, по привычке пытаясь прикрыться одеялом. Он по-прежнему не может смириться с тем, что для Фрэнка прекрасен в любой своей форме. — Ты такой красивый... — восхищённо произносит Фрэнк, раздеваясь, — ты идеальный. — Нет, я... набрал несколько килограммов и... — Блять, детка, — наклоняясь над Джерардом, рычит Фрэнк, — заткнись. От этого властного тона Айеро у Джи душа уходит в пятки, он издаёт какой-то удивлённый писк, но послушно замолкает и вытягивается на постели, поглаживая себя по бедру. Возбуждение всё нарастает и нарастает. В отличие от Джерарда Фрэнк не любил грубость, «грязные» словечки и жёсткий секс. Сначала ему было сложно использовать табуированную лексику, плевать Джи в рот, с силой держа его за волосы, давать пощёчины и делать другие вещи, о которых он умолял. Фрэнку по душе были долгие неторопливые ласки и чувственное занятие любовью, но он пытался дать Джерарду то, чего он хочет. — Скажи, кто я... пожалуйста, — приподнимаясь и заглядывая в лицо Айеро своими большими блестящими в предвкушении глазами просит Джерард. — Моя шлюха, — произносит Фрэнк, схватив парня за подбородок, — с которой я могу делать всё, что захочу. — Да... — тяжело дыша от учащённого сердцебиения, согласно кивает Джи, не прекращая сверлить Фрэнка зеленовато-карими глазами, — да, я хочу сосать твой член и глотать сперму, хочу, чтобы ты трахал меня до изнеможения и темноты в глазах, как доступную сучку... Фрэнк знал, что Джерард сходит с ума от удовольствия, когда чувствует себя таким развратным, порочным, распущенным, и поэтому он с радостью поддерживал их игру. Он и сам распаляется, глядя на Джи, который продолжал преданно смотреть ему в глаза и облизывать пересохшие губы. Фрэнк толкнул парня на подушки и лёг сверху; Джерард издал протяжный стон, ощущая на себе приятную тяжесть тела. — Выеби меня, — в который раз скулит Джи, в нетерпении ёрзая на шёлковой простыни и чувствуя губы Фрэнка на своей шее, на которой уже нет живого места среди засосов, — я больше не могу... Айеро отрывается от пульсирующей вены на шее Джерарда, хватает его за подбородок, опять заставляя посмотреть в глаза, и приказывает открыть рот. Джи безропотно подчиняется, широко раскрыв рот, и Фрэнк засовывает туда сразу два пальца, вновь приказывая: — Соси. У Джерарда внутри всё переворачивается, низ живота невыносимо тянет от возбуждения, и ноги сводит так, что он невольно поджимает пальцы. — Мой послушный мальчик, — хвалит Фрэнк, глядя на Джи, который старательно сосёт; его длинные ресницы слегка подрагивают, он втягивает щёки, представляя, что у него во рту вовсе не пальцы, — такой, блять, развратный... всегда так хорошо принимаешь меня. Моя похотливая сучка. Джерард утвердительно скулит и открывает глаза, когда Фрэнк вынимает пальцы и произносит: — Открой рот пошире. Джи, уже догадываясь, что тот собирается сделать, выполняет приказ. Фрэнк плюёт ему в рот и сразу же, грубо притягивая к себе за волосы, целует, а затем отстраняется и ударяет по лицу. Пощёчина получилась достаточно сильной, Фрэнк на несколько секунд выходит из образа и в его глазах читается немой испуг, но, увидев, что Джерард, кажется, более, чем доволен, успокаивается. Парень дотрагивается до пылающей щеки и улыбается. Его глаза излучают страсть, будто бы он получил неземное блаженство, а не ощутимый удар по лицу. «Джи, какой же ты извращенец...» — в очередной раз промелькнуло в мыслях Фрэнка. — Пожалуйста, ударь меня ещё, — мурлычет Джерард, подставляя другую щёку, — любимый... Фрэнка будто бы пронзает током, он строго смотрит в лицо Джи, который использовал запрещённый приём. Джерард прекрасно знал, что Фрэнк просто тает, когда он называет его любимый, и готов сделать буквально всё, о чём он в этот момент его попросит. «Чёрт возьми, Джи, я не могу причинять тебе боль, мне кажется это таким... неправильным! Даже несмотря на то, что ты этого хочешь...» Фрэнк замахнулся и звонкая пощёчина (гораздо слабее, чем в первый раз) коснулась левой щеки Джерарда. Джи довольно застонал и потянулся к гитаристу за поцелуем, но тот прошипел ему на ухо: — Становись в мою любимую позу. На колени. Джерард закивал и быстро встал в коленно-локтевую, опираясь на дрожащие руки, покорно прогнувшись и опуская голову. Фрэнк положил руки на талию Джи и принялся расцеловывать его поясницу. — Я схожу с ума, когда ты так крепко держишь меня... обожаю твои охуенные руки, — бормочет Джерард. — Ты так любишь подчиняться и чувствовать себя развратным... — отзывается Фрэнк, широко раздвигая ягодицы парня; в глаза сразу бросается сверкающий фиолетовый плаг. Мужчина аккуратно вынимает его, и Джи разочарованно выдыхает — он сразу же почувствовал неприятную незаполненность. — Вылижи меня... — Я такой твёрдый, блять, Джи, что ты со мной делаешь... — словно в бреду шепчет Фрэнк, и тут же припадает губами к расширившемуся после анальной пробки отверстию. Сначала он аккуратно целует вход, а затем, не сдержавшись, начинает быстро и грубо лизать, чуть ли не мурлыча от удовольствия. Джи просто падает на постель — дрожащие руки не выдерживают напряжения. Он комкает в руках простынь и уже просто кричит, теряя рассудок от наслаждения, чувствуя, как татуированные руки крепко сжимают его бёдра. — Блять... да... а-ах, да, глубже...! Фрэнки... так хорошо... Фрэнк вылизывает долго, продолжая заставлять Джерарда умолять о большем; он заменяет язык пальцами, чтобы облизать его яйца, а затем снова возвращается к анусу и проталкивает кончик языка глубже. — Твой язык так хорошо трахает меня... — кое-как смог произнести Джи сквозь стоны, — я сейчас кончу... Но это не входило в планы Фрэнка. Не так быстро. Он звонко шлёпает Джерарда по правой ягодице, затем целует и отстраняется. — Фрэнки, что..? — перекатываясь на спину, недоумённо спрашивает Джи, тяжело дыша. Фрэнк не может не заметить, какой он сейчас красивый: лёгкий румянец, неравномерно покрывающий щеки; блестящие глаза, полные желания; яркие, чуть влажные губы... Мужчина больше не может терпеть, эрекция неприятно ноет при каждом неосторожном движении. — Где у тебя смазка? — спрашивает он у Джерарда, легонько дотронувшись до его колена. — В куртке... — неуверенно произнёс Джи, и, задумавшись всего на несколько секунд, окликнул Фрэнка, который уже ушёл за ней: — Фрэнки! Давай так? Я достаточно растянут... — Нет. Джерард, может, и фанат боли, но Фрэнк всегда был категоричен в этом вопросе. Никакого секса без смазки. При любых условиях и обстоятельствах. Через минуту Айеро возвращается с пакетиком лубриканта в руках и ложится около Джи. Парень тут же льнёт к нему, жмурясь от удовольствия, когда тот притягивает его к себе за талию. — Теперь тебе захотелось нежности? — шепчет Фрэнк, скользя рукой вдоль поясницы и чуть ниже. Он протягивает Джерарду пакетик, и его голос опять становится властным. — Открой. Джи разрывает его зубами и переводит взгляд на Фрэнка, ожидая дальнейших указаний. — А теперь подготовь себя для меня... Джерард выдавил на ладонь большое количество смазки, размазал её по члену Фрэнка, наслаждаясь его сдавленным стоном и столкнувшись с томным взглядом из-под полуприкрытых ресниц, а затем ввёл в себя два щедро смазанных пальца и начал двигать ими, растягивая себя, постепенно проталкивая их глубже. Фрэнк поцелуями спустился к его груди, обхватил губами твердеющий сосок, принялся покусывать его и ласкать языком. — Ох... боже... Фрэнки... я готов, пожалуйста, — скулит Джи, быстрее двигая пальцами и добавляя третий, — хочу внутри твой твёрдый горячий член... — Малыш... — прошептал мужчина, накрывая руку Джерарда и вынуждая его вынуть из себя пальцы, — хочешь сесть на меня? — Да, да, очень... Это была одна из самых любимых поз Джерарда. Ему нравилось быть сверху, потому что так он мог контролировать глубину, угол проникновения и смотреть в глаза Фрэнку во время оргазма. Айеро ложится на спину, а Джи устраивается между его ног и, проведя рукой вверх-вниз, чтобы размазать смазку, практически сразу насаживается на член, издав сладкий стон облегчения. — Блять... — вырвалось у гитариста; он крепко держит Джерарда за талию, наслаждаясь открывшимся ему видом на идеально-неидеальное тело, — ты такой охуенный... Джи не выдерживает и начинает насаживаться быстрее, упираясь ладонями в грудь Фрэнка, им сейчас движет только одна мысль — побыстрее кончить. Он слишком долго терпел. Несмотря на то, что Фрэнк довёл его до разрядки в туалете, этого было мало. Ему нужен был именно член мужчины — такой желанный, крепкий и пульсирующий. Ему нужно было чувствовать. Фрэнк, не сдержавшись, издаёт стон, больше походящий на рык, и с силой впивается ногтями в бёдра Джерарда. — Фрэнки... — с мольбой в глазах, запыхавшись, произносит Джи, глядя мужчине в глаза, и ему не надо повторять дважды. Фрэнк понимает немую просьбу без слов. Одной ладонью он накрывает член Джерарда и начинает быстро дрочить, приподнимаясь на постели, чтобы теснее вжаться в него. — Мне так хорошо, блять, боже... я... так люблю тебя, блять, я... — бессвязно полушепчет Джи, пытаясь насадиться ещё глубже и двигаться быстрее. Фрэнк, чувствуя подступающий оргазм, с силой хватает Джерарда за волосы на затылке, едва ли не выдирая их, и впивается в губы глубоким поцелуем. — ФрэнкФрэнк, я... — в поцелуй судорожно бормочет Джи, — я сейчас... кончи в меня... я... Он не успевает договорить и со сдавленным стоном изливается в ласкающую его руку, продолжая двигаться на члене. Фрэнк засовывает перепачканные пальцы Джерарду в рот, и от вида, как тот слизывает собственную сперму, мужчина доходит до края — он, крича имя Джи, бурно кончает в него, крепко схватив за бёдра.

***

— У тебя есть сигареты? У меня закончились... — спрашивает Фрэнк, расслабленно обнимая Джерарда одной рукой. — В куртке... — отзывается Джи, положив ладонь на грудь гитариста, и сразу же переводит тему: — Фрэнки, тебе... понравилось? — Детка... да. Это было... Вау. У меня нет слов, я, кажется, понял, о каких фейерверках во время оргазма ты говорил... Джерард довольно улыбается, взяв Фрэнка за руку и переплетая их пальцы, но через секунду приподнимается над ним и недоверчиво заглядывает в глаза: — То есть, раньше тебе не было со мной хорошо? — Нет, Джи, — смеётся Фрэнк, — просто такого никогда не было. — Значит, мы будем практиковать мои любимые «извращения» чаще. — А я и не против. — Фрэнк переходит на шёпот и целует Джерарда в висок. — А теперь в душ! — Ну Фрэ-энк... — недовольно захныкал Джерард, — утром... — Нет, сейчас! Давай-давай, пока не уснул... а потом покурим. — Ладно... Джерард тяжело вздохнул и потянулся на постели, подумав о том, что утром он не прочь повторить эти «фейерверки».