_10_
24 мая 2022 г., 23:11
***
Весь вечер перед экзаменационным тестом по защите от тёмных искусств Чимин и Юнги провели на улице. Периодическая практика полётов, конечно, помогла Мину лучше управлять метлой, но, к сожалению, в некоторых моментах он всё ещё оставался плох, поэтому ребята пытались это исправить. – Не дёргай метлу так сильно. Поворот должен быть более плавным, – объяснял Чимин, легко облетая по кругу восточную башню Хогвартса. – Я стараюсь, но такое чувство, словно она меня не слушается, – отзывается Юнги и пытается сильнее нажать на метлу для поворота. Однако, у него это действительно плохо получается. Нажатие выходит слишком слабым, поэтому, вместо того, чтобы легко обогнуть башню, он просто пролетает мимо неё и поворачивает плавно вдали. – Попробуй ещё раз. И посильнее, –советует Чимин, подлетая ближе к парню. – Удерживай её прямо за край и тяни. Не бойся сделать это сильно, но только не дёргай. – Хорошо, – шмыгает красным замёрзшим носом Юнги и смотрит на свои руки. – Сильно и плавно. – Да, как секс, – вдруг приводит сравнение Чимин и тут же прикусывает себя за губу. Он осознаёт, что ему стоило сначала подумать, а потом уже говорить. Тема, что для него самого уже давно была обыденной, совершенно не являлась таковой для Юнги, и это всегда было заметно по реакции старшего на подобные высказывания. Так что даже во время лёгких приступов Чимин старался не упоминать о любом интиме при своём парне. И сейчас снова Юнги активно краснеет от такого неожиданного сравнения и тут же начинает бегать глазами по сторонам. Ему действительно очень неловко, но, несмотря на опасения Пака, он прекрасно понимает, что в любых отношениях тема секса – нормальна, особенно для Чимина, поэтому старается не зацикливаться на этом. – Оу, – лишь говорит он, откашлявшись. – Ясно, понял. Я попробую. Думаю, что сейчас лучше получится. – Да, давай, – поддерживает его Чимин и расслабляется. Он рад, что Юнги не стал акцентировать внимание на его словах. Вернув себе учебный настрой, Мин отлетает обратно на приличное расстояние от башни и начинает практику с самого начала. Целых семь неудачных подлётов ему требуется для того, чтобы наконец-то правильно повернуть, обогнуть восточную башню и получить за успех поощряющий поцелуй в холодную щёку от своего парня. – А теперь нужно сделать то же самое, но только без одной руки, потому что в ней будет палочка, чтобы ты мог отстреливаться заклинаниями, – с улыбкой говорит ему Чимин и поправляет чужой полосатый шарф. Юнги очень грубо ругается после этих слов и немного хочет сломать чёртову метлу, но быстро успокаивается под смех возлюбленного и почти до самого комендантского часа, несмотря на темноту, усердно продолжает своё обучение.***
На следующий день у Юнги очень болят руки. Так сильно, что ему тяжело держать в них даже вилку или кубок. Но зато теперь он точно уверен в том, что сможет увернуться хотя бы от прямых нападений или препятствий во время экзамена. Чимин же во время завтрака по собственной инициативе бережно натирает его руки успокаивающим зельем. Он смог выпросить его ранее из личных запасов Чонгука. Пахнет оно так себе, зато помогает очень быстро – в некоторых местах Юнги сразу ощущает эффект. – Вы выглядите как семейная парочка, – хихикает с набитым ртом наблюдающий за ними Тэхён и чуть ли не давится из-за этого едой. – Ужас... – Иди к чёрту, – спокойно посылает друга Чимин, даже не обращая внимания на его войну с едой, но при этом, пока никто не видит, начинает улыбаться. На самом деле ему нравится это сравнение. – Ужасный день. Ну почему именно вы сдаёте с утра, а нам аж до вечера ждать? – начинает снова ныть сидящий рядом Чонгук и растекается по скамейке в неестественную позу. Ещё вчера вечером он начал это делать, как увидел списки, и теперь снова действовал друзьям на нервы. Дело же было в простом: чтобы не мешать ученикам посещать другие предметы и готовиться к оставшимся экзаменам, профессор Уильям разделил их на группы для сдачи экзаменационного теста. Таким образом, Юнги, Чонгук и Тэхён должны были сдавать его вечером, отдельно от Чимина и Хосока, которым выпало утро. – И до конца дня нам даже не увидеться будет, – ноя, снова добавляет Чонгук. – Вот поэтому и надо было вчера не за Эмильдой Рейн как влюблённому мальчишке по всему замку гоняться, а с нами хотя бы часик после занятий провести, – не выдерживает и ворчит на друга Тэхён. – Я, между прочим, тебя целых три раза звал. – Ой, да ладно тебе, - подключается Хосок, не желая возгорания конфликта. – Мы же всё равно сможем с вами после ужина где-нибудь собраться. Предлагаю, кстати, опробовать одну магловскую игру. Мне сестра вчера её отправила. К вечеру с Хонгом долетит. – Вам не жалко свою сову с такими глупостями туда-сюда гонять? Они же сильно устают от частых перелётов, - хмыкает Чонгук и наконец-то садится нормально. – Это твой Турман может устать, а Хонг весь дом разнесёт, если его в нём оставить. Он ещё когда совёнком был - уже из клетки вырывался, не сидел спокойно. – У тебя удивительная сова, хён, – замечает Чимин. – О! Это верно! – смеётся Хосок и закидывает в рот горячие орешки. – Я когда жил летом у Юнги, по глупости решил его с собой взять. Это действительно была просто кошмарная идея! – Да, на третьем курсе. Он разнёс целых три комнаты, – кивает Мин, вспоминая, с каким трудом они ловили неугомонную сову. – Пришлось быстро осваивать бытовые заклинания для уборки. – Всё ещё не понимаю, почему ты домовых не позвал, – вскидывает брови Хосок. – Шутишь? В таком случае моя мама узнала бы от них об этом с порога. – Хён, у тебя такие строгие родители, что домовые так перед ними отчитываются? – удивляется Чонгук. – Нет, наоборот, его мама очень хорошо ладит с домовыми и часто с ними болтает обо всём, что происходит в доме, – посмеиваясь, отвечает за Юнги Чимин. – Поэтому они могли легко рассказать ей о том, что случилось. – Это так, – улыбается Юнги и с нежностью смотрит на своего парня. Ему приятно осознавать, что Чимин теперь знает и помнит такие факты о его семье. Это делает их ближе друг к другу. Меж тем Пак прекращает растирать чужие руки, убирает баночку с зельем в портфель и поднимает на Юнги свои красивые глаза. Тот на несколько секунд засматривается на них и очаровательные веснушки у носа, поэтому пропускает первые слова парня. –... говорил на тренировках. Всегда следи за тем, как держишь метлу, и не волнуйся, – напоминает ему Чимин о полётах, а затем смотрит на время. – Нам с Хоби уже пора, поэтому увидимся вечером, ребята. – Увидимся, – грустно протягивает Чонгук, махнув рукой. Поднявшись с места, Чимин быстро клюёт Юнги в губы, не стесняясь друзей и некоторых отвращённых взглядов других учеников, и они вместе с Хосоком спешат на экзаменационный тест к профессору Уильяму.***
Испытание по защите от тёмных искусств оказывается довольно сложным. Приходится не просто удерживаться на метле, отбиваться от заклинаний и облетать внезапные препятствия, но и полноценно уворачиваться от нападения волшебных тварей, которые только активнее реагируют на движущийся объект. А надолго замирать, чтобы их затормозить, не получается, поскольку профессор указал точное время, за которое необходимо справиться с полосой. Из-за этого по окончании экзамена Чимин очень сильно переживает за Юнги. Потому что даже ему было непросто уворачиваться от проклятий и тварей в некоторых моментах, а уж старшему, который только вчера освоил резкие повороты, тем более придётся сложно. – Да ладно тебе, он же у нас сильный маг. Уж точно справится, – успокаивает его Хосок и по-дружески похлопывает по плечу. Они оба одними из первых успешно прошли испытания и даже получили от профессора Уильяма в награду бутылочки с тыквенным соком. Хосок заработал за тест "Выше ожидаемого", а Чимин твёрдое "Превосходно", и теперь парни спокойно дожидались остальных ребят из утренней группы. – Сильный, но даже не могу представить выражения его лица, когда мы увидимся вечером, – фыркает Чимин на слова друга. – Не думаю, что он будет настроен на магловскую игру. – Это верно. Скорее всего сгребёт тебя к себе и будет около часа ворчать о том, какой ужасный маг придумал способ передвижения на мётлах, – смеётся Хосок. Чимин улыбается и покрывается лёгким румянцем. На самом деле он вовсе не против такого и даже хочет оказаться в объятиях Юнги. Поэтому ещё больше ждёт наступления вечера. Но, к сожалению, как только солнце скрывается за горизонтом, Чимин оказывается в объятиях совсем другого человека.***
Открыв кажущиеся тяжёлыми веки, Чимин медленно осматривает помещение в котором находится, и никак не может понять, что он вновь здесь делает. Пытаясь ответить на этот вопрос, парень осознает, что совсем ничего не помнит из произошедшего. Жалкие обрывки воспоминаний, мелькающие картинками в сознании, причиняют только головную боль, но совсем не дают ясности о том, как именно он снова оказался в Больничном крыле. Путаясь в одеяле, Чимин поднимается на кровати и спускает ноги вниз. Голова тут же идёт кругом, от чего появляется отвратительное ощущение тошноты. Подождав несколько минут, пока оно пройдёт, он ставит ноги на холодный каменный пол и поднимается с кровати. Рядом тут же обнаруживает свои ботинки. Обычные, учебные. А на нём самом остатки школьной формы – брюки и рубашка. Это наводит Чимина на мысль о том, что он здесь недавно и явно оказался во время занятий. Но почему? Последнее, что помнит Чимин, это то, как они вместе с Хосоком после экзамена ожидали начала занятия у следующего кабинета и пили тыквенный сок, полученный от профессора. Возможно Хосок тогда и сможет рассказать Чимину, что именно с ним произошло? Надо только его найти. Осторожно, проверяя не начнёт ли снова кружиться голова, Чимин вступает в ботинки и делает несколько шагов к выходу. Но резко открывшаяся входная дверь пугает его от неожиданности, и в итоге, парень возвращается обратно к кровати. Красивая темноволосая женщина лет сорока, не обращая внимания на суетящуюся подле неё медсестру и посторонних, почти подбегает к кровати, закрытой ото всех плотной ширмой и сразу скрывается за тканью. Медсестра быстро следует за ней. Чимин вздрагивает. Видимо с этим учеником или ученицей случилось что-то действительно плохое, раз родители прибыли в школу. Входная дверь снова открывается, привлекая к себе внимание, и в Больничное крыло входит уже Мадам Помфри. Заметив Чимина, она сразу качает головой и следует к нему. – Уже очнулся? Как себя чувствуешь? Чимин прижимает плечами. – Нормально, немного только голова кружится. А что случилось? – спрашивает он, пока волшебница осматривает его зрачки и проверяет температуру. – Не удивительно, что кружится, – хмыкает она. – Ты оказался под воздействием сильного любовного зелья. Благодари своих друзей за то, что они вовремя это заметили и смогли уберечь тебя от последствий. – Ч-что? Нет... – Чимин в шоке запинается. Он не понимает, как такое возможно. Неужели его опять опоили? Снова? Но каким образом? Парень не помнит, чтобы пил что-то странное из неизвестных флаконов или ел какую-то еду после завтрака. Тогда как? И кто? – Как такое возможно? – растерянно спрашивает он у женщины, но та только вздыхает и пожимает плечами. – Этот вопрос тебе уже лучше задать директору. Твои друзья сейчас у него. Если поспешишь, то, думаю, застанешь их. Только осторожнее. Голова может ещё несколько минут кружиться. Чимин смиренно кивает, но совсем не обращает внимания на последние слова мадам Помфри и, как только его отпускаю, со всех ног спешит к кабинету директора.***
Винтовая лестница, как кажется Чимину, вращается до безумия медленно. Он очень боится не успеть. Боится прийти в кабинет и не застать уже там своих друзей, остаться наедине с директором и с явно не самой приятной для него информацией. Сейчас Чимину совершенно не хочется анализировать её самому. Не в таком состоянии. Но, к счастью, как только ему разрешают войти, он сразу натыкается взглядом на знакомую троицу. Чонгук, Тэхён и Хосок, стоящие перед столом директора, сразу оборачиваются на звук открывшейся двери, и их лица озаряют радость и удивление. – Чимин-а! – сразу спешит к другу Тэхён. Он аккуратно обнимает его за плечи, а после всматривается во всё ещё бледное лицо. – Я так рад, что ты очнулся! Как ты себя чувствуешь? – Нормально, хотя всё ещё немного кружится голова, – честно отвечает Чимин и позволяет другу, поддерживая за спину, подвести себя к столу директора. – Вы можете мне объяснить, что произошло? – Присаживайтесь, мистер Пак, – говорит директор и указывает ему рукой на одно из мягких кресел подле горящего камина. – Нам с вами необходимо будет обсудить это прямо сейчас. Ну а всех остальных я попрошу выйти и подождать своего друга в коридоре. И всё-таки Чимин опоздал. Ребята, несмотря на взволнованный взгляд друга, покорно кивают и, обещая подождать его у выхода, покидают кабинет. Пак тихо вздыхает от волнения и усаживается в указанное место. Тепло от камина сразу же приятно ощущается на ногах, от чего он слегла поджимает пальцы. Директор садится напротив в соседнее кресло, ставит локти на колени, складывает руки в замок, а на них кладёт голову. Выглядит он при этом и глупо, и жутко одновременно. – Не думаю, что этот разговор понравится вам, однако, то, что произошло не может остаться безнаказанным. Поэтому я попрошу вас, как и ваших друзей, быть предельно честным со мной. Итак, некоторое время назад, как мне сообщили ваши товарищи, вы состояли в очень личных отношениях с Эреми Мортимером Маккерсоном, верно? Этот неожиданный вопрос заставляет Чимина в шоке округлить глаза, а после нахмуриться в непонимании. Почему его об этом спрашивают? Причём здесь опять Эреми? Неужели директор узнал, о том, что этот придурок сделал с ним в прошлом? О том поступке с любовным зельем. Или же... Догадка кажется слишком жуткой, чтобы отказаться правдивой, поэтому он закусывает губу и честно отвечает: – Ну... да, было такое. Но не долго. Если вы именно про "личные" отношения. – Хорошо, – кивает он. – Думаю, то, что я сообщу, вас совершенно не обрадует, мистер Пак. Поэтому вам стоит настроиться. – О чём вы?***
Чимин вылетает из кабинета директора будто ужаленый, мысли, слишком громкие в его голове, путаются между собой и заставляют чувствовать головокружение. Парень не понимает, как всё к этому пришло, как он смог попасть в эту ситуацию? "... Боюсь, что Эреми Маккерсон повторно напоил вас любовным зельем, но теперь уже собственного приготовления. И, как сообщают ваши друзья, предпринял попытку изнасилования, пока вы находились в таком состоянии..." Слова директора эхом повторяются по кругу. Они такие бредовые и нереалестичные, что верить в них совсем не хочется. Вот только Чимин уже знает, на что способен его бывший. Он знает о том, какими страшными могут быть его ложь и его жестокость. Но он всё-таки не ожидал, что Эреми способен докатиться до такого. Однако, несмотря на то, что Чимину мерзко от поступка бывшего, больше всего он волнуется за другое. "...Во время экзамена профессора Уильяма мистер Маккерсон также напал на вашего нынешнего, кхм, друга – Мин Юнги. На данный момент мистер Мин находится в лазарете на восстановлении..." У Чимина всё похолодело внутри, когда он услышал эти слова. Они звучали так же бредово, как и новость о попытке изнасилования, ведь это же Юнги. Самый лучший маг на их курсе. Самый сильный и умный. Он просто не мог не справиться с какими-то заклятьями и тварями, даже если их было и много. Такое было просто невозможно. Но зато Юнги мог не справиться с метлой... А Маккерсон – охотник в команде Грифиндора по Квиддичу. – Вот же чёрт, – выдыхает Чимин и запрокидывает голову назад, чтобы непрошеные слезы тревоги не дали себе волю катиться по его щекам. Он чувствует своё сердце где-то в горле, и от этого плохо. Как и от осознания того, кто лежал в кровати за ширмами в Больничном крыле. Рвано выдохнув, Чимин возвращает голову в нормальное положение и сразу встречается взглядом с друзьями. Обратно лестница сделала поворот куда быстрее, чем когда он поднимался. – Мы должны пойти к нему, – сразу же говорит Чимин, выходя вперед к ожидающим друзьям, и все прекрасно понимают, кого он сейчас имеет в виду. – Мы не можем, – мягко говорит Тэхён и укладывает руку на его плечо. – Уже несколько раз хотели, но нас не пускают. Мадам Помфри говорит, что Юнги сейчас очень слаб. Поэтому только его маме разрешили зайти к нему. Чимин сразу вспоминает красивую темноволосую женщину, что вбежала в Больничное крыло, когда он очнулся. Видимо Юнги действительно сильно пострадал, раз даже его родители были вызваны в школу. – И как теперь быть? – сокрушённо спрашивает Чимин, оглядывая мрачные лица друзей. – Как вообще такое могло произойти? – Из-за ненормального Маккерсона, как видишь, легко и быстро, – резко отвечает ему Хосок и складывает руки на груди. Пак впервые видит парня таким злым и растрёпанным. – Этот тролль подлил тебе в тыквенный сок зелье. Видимо последствий первого раза было мало этому озабоченному придурку, раз он решил снова это сделать. Ты сразу стал вести себя странно: перестал отвечать мне на вопросы, уставился как ненормальный в одну точку, заулыбался будто идиот. А потом вдруг сообщил, что тебе нужно найти этого Эреми и сказать о том, что ты его любишь. Я сначала ничего не понял и от шока на месте остался. Как-то потом дошло, что это на действие зелья похоже. Я сразу за тобой помчался. Нашёл, к счастью, быстро. Ты с ребятами окончания экзаменационного теста ждал. – Ты прибежал такой счастливый, – говорит Тэхён и отпускает его плечо. – Сказал, что ждешь "свою любовь". Мы, конечно же подумали, что это про Юнги, ведь он ещё не прошёл тест. А потом вдруг, как только экзамен закончил Эреми, ты пропал. – Эта сволочь решила не только тебя к себе привязать, но и с Юнги расправится, – снова говорит Хосок. – Видимо, он его от ненависти вообще убить хотел. – Что он с ним сделал? – спрашивает Чимин и чувствует слабую дрожь в пальцах. Тэхён снова возвращает руку на его плечо, крепче сжимает и хмурится. – Он пытался скинуть его с метлы, – чуть ли не выплёвывая эти слова, отвечает Хосок. – Эта тварь неизвестным образом влезла в полосу препятствий, села ему на хвост и, воспользовавшись тем, что Юнги отбивается от заклятий, просто сбил его. А ты прекрасно знаешь, как Юнги теряется в полёте. Он не успел среагировать на некоторые ловушки, в итоге попал под действие одного из проклятий и свалился с метлы. – Профессор сказал, что ему повезло упасть в деревья, – тихо добавляет Чонгук. – Он хоть и побился, но всё-таки они немного смягчили падение. У Чимина появляется такая слабость в ногах, что он готов упасть сам. Он не может спокойно смириться с тем, что Юнги подвергся такому отвратительному и подлому нападению. – К нам когда Хосок прибежал, сразу рассказал, что с тобой случилось, – продолжает восстанавливать события Тэхён. – Мы тут же начали тебя искать, но нам сообщили о том, что случилось с Юнги. Пришлось разделиться. Чонгукки побежал за тобой. – Да, – кивает упомянутый ученик. – Этот придурок, даже не думал скрываться, просто зажал тебя в раздевалке команд по Квиддичу. Я, как обнаружил вас, сразу кинул в него заклятье "Остолбеней", вот только ты стал в отместку стрелять заклинаниями в меня. Извини, хён, но если бы не спущенные штаны, о которые ты запнулся, то ты бы так и остался под воздействием зелья. Чонгук последней фразой, которая была забавной, но правдивой, надеялся разрядить гнетущую атмосферу, но, к сожалению, ему это не удалось. Чимину, несмотря на то, как сильно он любит секс, безумно противно даже от мысли о том, что они с Эреми могли снова переспать, а уж тем более, когда Чимин в таком состоянии. А ещё Пак никак не может угомонить свои мысли о Юнги. Он безумно за него переживает. Чимин слишком сильно хочет сейчас оказаться рядом с ним, хотя бы просто взять за руку и почувствовать тепло. Он понимает, что не выдержит этой тянущей боли в сердце от мучительного ожидания новостей о своём парне, поэтому решается на хитрость. Чимин, конечно, понимает, что пугать так друзей – очень плохой и не самый достойный после случившегося поступок, но всё равно закрывает лицо рукой, хмурится, и, немного покачнувшись, "падает в обморок".
