Не совсем обычные приключения Короля Сомбры и Пинки Пай

Пинки даже не могла начать формулировать слова в своей голове, когда смотрела на Сомбру, который стоял такой сильный и могущественный напротив демона перед ними двумя. Она была так бесспорно в восхищении и в то же время немного напугана, когда Сомбра крепко держал её, не собираясь отпускать, что было видно по выражению его лица. — С-Сомбра? — Пинки спросила чуть громче шепота, — Что с тобой случилось? Ты выглядишь… — По-другому? — Сомбра закончил, и в его тоне прозвучала странная причудливость, — Да, я думаю, это один из способов взглянуть на это. Пинки удивлённо моргнула, услышав его голос. В какой-то степени это было то же самое, но в нём было больше циничного юмора с легким намеком на детское веселье. Это было его собственное, но не в то же время. — Почему твой голос звучит… по-другому? — спросила Пинки, наконец-то найдя слово, чтобы описать его голос. — Да ладно, я всё время так говорю! — Сомбра сказал ей с нехарактерной для него самоуверенностью, — Я так и думал, что ты это узнаешь! — Хм? — выпалила Пинки, совершенно сбитая с толку. Сомбра усмехнулся. — Я думаю, можно с уверенностью сказать, что ты меня не помнишь, да? Ну, я разговаривал с тобой всего один раз, так что, думаю, это понятно. Пинки уставилась на него на мгновение, прежде чем закричать, — Совесть?! — О, ты меня поймала! — Сомбра… э-э, Совесть… воскликнул, после чего последовал небольшой смешок, — Никогда не мог ничего пропустить мимо ушей, Пинкс! Пинки почувствовала странное чувство неловкости из-за того, что Совесть использовала для неё прозвище Сомбры, и внезапно его хватка стала не такой знакомой, не говоря уже о безопасности. Пинки почувствовала, как её глаза расширились при мысли о её особенном пони, и она обнаружила, что смотрит на неё пристальным взглядом. Она знала, что солгала бы, если бы сказала, что он не похож на него. Но этот факт не умалял того, насколько по-другому он выглядел в целом, наряду с его причудливым поведением, которое чем-то напоминало её собственное. Почему он превратился в эту странную личность? И где был Сомбра, с которым она была последние пару месяцев? С полными страха глазами внимание Пинки вернулась к Тени, который сердито смотрел на Совесть и на неё с неописуемым количеством ненависти в глазах. Затем она снова посмотрела на Совесть, который ответил сердитым взглядом, хотя в его взгляде была незнакомая причудливость, к которой ей ещё предстояло привыкнуть. — Совесть… — Пинки медленно произнесла, — Что случилось? Для тебя, я имею в виду. Совесть одарил её взглядом, в котором не было прежнего сердитого взгляда на Тень, и ухмыльнулась ей. — Ну, короткая версия такова: у меня снова есть собственное тело. Так что, да, сейчас всё обалденно круто. — С-Снова? — Пинки повторила, расстроенная его выбором слов, — Ты хочешь сказать, что Твайлайт была права? Совесть изогнул бровь. — Зависит от того, о чём говорила Твайли. Но дай мне сокращенную версию. У нас есть ограничение по времени, партнер? Пинки не смогла ответить из-за раздраженного рычания Тени. — Хватит! — он прорычал, — Я больше не буду терпеть твою наглость! Совесть искоса взглянула на Тень, затем зажегся его рог, когда он бескорыстно вызвал шар красной энергии. Раздражённо закатив глаза, он выстрелил им в Тень, шар расширился и вытянулся в странную форму. Когда он соприкоснулся с тёмным существом, то превратился в морду, которая затем сомкнулась вокруг его челюстей, чтобы предотвратить дальнейшие движения с его стороны. Пока Тень пытался избавиться копытами от пылающей красной морды, Совесть оглянулась на Пинки. — Твайлайт. Ограничение по времени. Вперёд. Бросив на Тень недоуменный взгляд, Пинки снова посмотрела на Совесть. — Ну, эм, Твайлайт сказала, что существует несколько версий Сомбры, потому что Кейденс сказала, что слышала, как он что-то говорил об этом в коридоре, хотя я понятия не имею, почему она сделала такую странную связь, и я упомянула, что однажды разговаривала с тобой, и Твайлайт думает, что ты настоящий Сомбра, и теперь, когда я этим занимаюсь, ты настоящий Сомбра? Подожди, нет, не отвечай, я уже запуталась и устала, потому-что я немного подавлена, потому-что я не знаю, что происходит, и мне стыдно, что я не знаю, потому-что обычно я знаю, понимаешь? Совесть кивнул. — Да, что ещё? Несколько удивлённая тем фактом, что его не смутил её быстрый разговор, Пинки поколебалась, прежде чем продолжить. — Итак, тогда, эм… Твайлайт сказала, что было несколько твоих версий, и теперь, когда вас здесь двое, значит ли это, что… — Что Сомбры, которого ты знала, здесь больше нет? — закончил Совесть. — Д-да… — сказала Пинки, её голос дрожал от страха. Совесть вздохнул. — К сожалению, Сомбры, которого вы все знали, здесь нет. После того, как мы расстались, всё немного… усложнилось.. Пинки уставилась на него, разинув рот. — Ч-что? Сомбра исчез? Пони, с которым она была последние пару месяцев, пони, который был рядом с ней, пони, в которого она влюбилась, он… ушёл? У Пинки не было должного количества времени, чтобы оплакать свою потерю, когда Совесть дернул её в сторону и потянул за собой, пытаясь защитить её. Глаза Пинки расширились, когда она посмотрела на то место, где они только что были, где лежал большой сияющий кратер, из которого поднимались столбы дыма. — Похоже, Тениии* потерял свой аксессуар, — сказал Совесть, выгнув бровь вверх, когда он поднял себя и Пинки на ноги. Пинки посмотрела на Тень, который кипела от ярости, когда из его ноздрей вырывались клубы гневного воздуха. Фиолетовый дым, который вытекал из его глаз, практически превратился в пламя, и по тому, с какой скоростью они выходили, Пинки могла сказать, что он был вне себя от ярости. — Ч-что мы будем делать? — Пинки смущённо запнулась, оглядываясь на Совесть широко раскрытыми от ужаса глазами. Совесть одарила её кривой усмешкой. — Не волнуйся, Пинкс. Я разберусь с этим. Не сказав больше ни слова, Совесть выпустил Пинки из своей защитной хватки и прыгнул на Тень, который уже готовилась к собственной атаке. Совесть бежал галопом на полной скорости, когда поднял свой кристальный меч, на который Тень поднял один из его собственных. Пинки съежилась, когда кристаллические лезвия столкнулись друг с другом и создали звенящий звук в её ушах. Оба жеребца, один тёмный, другой светлый, сбили друг друга с копыт с предельной агрессией и презрением. Они оба пристально смотрели друг на друга, прижимая свои клинки к клинкам друг друга, напряжение на их лицах показывало, что они оба вкладывали все свои силы в свою атаку. Наконец, после напряженного пристального взгляда, они оба отпрыгнули назад и отразили друг друга, издавая тихое рычание гнева. — В чем дело, Тениии? — Совесть выдохнул, когда он попытался вернуть себе самообладание, — Не можешь выдержать побоев, старый жеребец? Тень снова зарычала. — Ты этакий кретин… Мне будет приятно очистить мир от твоего существования! Совесть горько засмеялся. — Знаешь, ты продолжаешь это говорить, но я ещё не видел, чтобы ты держал своё слово! Черт возьми, я здесь уже тысячу лет, а ты говоришь мне это, и, как ты знаешь, я жив! Пинки едва могла поверить собственным ушам и глазам, продолжая наблюдать, как Совесть с предельной легкостью насмехается над тёмным демоном. Это было почти так, как если бы он не… …Боялся. — И поэтому на него нельзя повлиять? — Спросила себя Пинки, её глаза моргнули, когда появилось новое представление о странном жеребце. В его ухмылке не было злобы, но было странное чувство циничного юмора, а глаза весело блестели, когда он наблюдал, как Тень становится всё злее и злее с каждым замечанием. Пинки уже знала, что Совесть сильно отличается от Сомбры, но, наблюдая, как он продолжает противостоять Тени, она поняла, что у него есть то же качество, что и у её Сомбры. Он хотел, чтобы она была в безопасности. Это было странно успокаивающе, особенно учитывая все те странные вещи, которые произошли за последние пару дней. Милая Селестия, день, когда они прибыли в Кантерлот, менее чем за пару часов развернулся на 180 градусов! И теперь, когда он был здесь, противостоя её самому большому мучителю, Пинки начала понимать, как много этот жеребец значил для неё. Её мысли были прерваны, когда Тень прыгнул на Совесть, который был готов к нападению и поднял свой кристальный меч, чтобы предотвратить любое повреждение его личности. Рычание вырвалось из Тени, чьи глаза были прищурены в предельной агрессии, когда он обнажил свои угрожающе большие клыки. Пинки вздрогнула, заметив, что они, несомненно, были острее, чем у Сомбры, и, без сомнения, предназначались для нанесения реального вреда, а не просто для запугивания. — Как ты можешь быть так уверен в себе? — Тень зарычала, — Не так давно ты был хныкающим, жалким подобием жеребца, который всё ещё оплакивал потерю своей драгоценной, маленькой… Совесть отрезал Тень, сбросив его с себя громким гневным воплем. — Не смей втягивать её в это! Это была не моя вина, и ты это знаешь! Тень ухмыльнулся, когда он поднялся и рассмеялся про себя. — Попал в уязвимое место? Не удивляйся так, сопляк. Пинки удивленно моргнула. — Подожди минутку… Я слышала, как кто-то говорил это раньше… На ум пришла знакомая болезненная ухмылка, обрамленная прямыми пурпурными волосами, которые придавали её лицу пугающую тень, делая её еще более ужасающей. Пинки ахнула, осознав связь, что заставило обоих жеребцов посмотреть на неё. — Т-ты… — начала медленно Пинки, её голос был тихим и дрожащим, — Ты Пинка! Это было странно — называть по прозвищу любимого друга, который превратился во внутреннего демона, как и она сама. Но это было не так странно, как смириться с тем фактом, что возвращение упомянутой бывшей подруги на самом деле было тьмой внутри её особенного пони, который ушёл из её мира, и эта тьма была в её сознании. Взаправду, очень-очень странно. Тень рассмеялась, и Пинки вздрогнула, заметив, как он похож на смех Пинкамины. — Ха, так ты не так глупа, как я думал! Честно говоря, я очень впечатлен. Возможно, Сомбра был не совсем неправ, найдя в тебе любовь. Пинки едва переварила его оскорбление, как начала осознавать весь ужас того, что сделала Тень. Если ему удалось так проникнуть в её мысли, кто мог сказать, что он не сделал то же самое в любой другой ситуации? А что, если он посеял те же семена сомнения в её друзьях, включая Сомбру? — Милая Селестия, кто ты такой? — Пинки выдохнула, её глаза расширились, когда она уставилась на демона перед собой с новообретенным страхом. Тень ухмыльнулась самым отвратительным образом. — Тобой так легко манипулировать, особенно теперь, когда твой жеребец пропал. Пинки ахнула, но Тень не обратила внимания на её боль и вместо этого наслаждалась ею, продолжая двигаться дальше. — Ах, Пинки Пай, сама Стихия Смеха, испорчена из-за своей веры в любовь. — Тень выплюнул это слово, как будто оно было ядом, которым, по его мнению, оно, должно быть, и было. — Так полно этого, и к тому же весело, кто мог забыть? — Хватит! — Совесть воскликнула, когда он бросился в бой, — Эта драка её не касается! Тень одарил Совесть скучающим взглядом, когда он произнес заклинание так быстро, что Совесть не был готов к этому. Чёрная сеть кристаллической тьмы окутала его и пригвоздила к полу, к большому удивлению Пинки, но не так сильно, как самого Совести. — Что, черт возьми, ты… — Совесть не закончил предложение, когда чёрное электричество потрескивало сквозь чёрные оковы и обрушилось на него, результатом чего стали его громкие, болезненные крики. — Ты действительно думал, что у тебя есть шанс против меня в одиночку? — Тень спросил, хотя его тон был риторическим, — Честно говоря, это почти превосходит твои жалкие попытки вернуть эту твою кобылу. — З-заткнись! — Совесть прорычал сквозь его болезненное шипение, — Я… я… — Что… что ты сделаешь? — Тень сказал с болезненной усмешкой, — Смирись с этим, глупец. Я выиграл эту битву, и скоро Империя будет принадлежать мне. — Оставь его в покое! — внезапно воскликнула Пинки, прыгая перед формой Совести, вспышка гнева вырвалось у неё против ее воли. Оба жеребца одарили Пинки широко раскрытыми глазами, их пары глаз заставили её потерять самообладание почти сразу же, как только это произошло. — Ой? Ты собираешься теперь защищать своего маленького жеребца, Пинки, дорогая? — Тень придал этому веселое выражение, что только подогрело её гнев. Однако ей не дали времени отреагировать должным образом, поскольку он наложил на неё аналогичное связывающее заклинание, которое уложило её рядом с Совестью на пол. — Ах, как пали знаменитая… Великая Пинки Пай, которая хихикала над призраками и смеялась в лицо самому страху! — Он высокомерно рассмеялся. — Теперь, когда твои «ха-ха-ха» замолчали, теперь ты можешь увидеть правду. Глаза Пинки расширились от страха, когда его рог ожил, и она почувствовала, как её зрение потемнело, когда холодное, острое чувство страха пронзило всё её существо. — Все твои друзья бросили тебя, дорогая, — прошептал он ей, — разве ты не видишь, что все их чувства были фальшивыми? Пинки издавала печальные крики, наблюдая, как все её друзья отвергают её попытки рассмешить их, каждая из которых была более болезненной, чем предыдущая. Твайлайт захлопнула дверь библиотеки у неё перед носом, но не раньше, чем швырнула в неё книгой. Довольно жестоко, но это была книга шуток. Пинки чувствовала, как на её конечностях растут рубцы, когда она смотрела, как Эпплджек швыряет в неё дюжинами яблок, крики проклятий и гнева текли по воздуху и проникали в её голову, как болезнь. Поток холодной воды окатил её, когда Рэйнбоу Дэш врезалась в тяжелую дождевую тучу, которая затем превратилась в ощущение жжения, когда в неё больно ударила молния. Думая, что хуже уже быть не может, Пинки была потрясена, увидев, как Флаттершай приказала своим животным напасть на неё. Длинные, глубокие порезы покрывали всё её тело, когда Пинки кричала и звала на помощь, но никто не пришел, поскольку пони приветствовали боль, которую ей причиняли. Наконец, через толпу пробился пони, и Пинки с облегчением увидела, что это Рэрити. Однако, хотя она ожидала доброты, её встретили болью от сотен игл, пронзающих её кожу и порезов, в то время как Рэрити утверждала, что она просто зашивала раны, но Пинки знала, что это ложь. — Холодно, одиноко, без друзей… — Пинки услышала, как Тень сказал, — На всю вечность… — П-Пожалуйста… — взмолилась Пинки. — Позволь своим кошмарам взять верх… Стань такой же, как… — СОМБРА, СЕЙЧАС ЖЕ! Пинки почувствовала, как её боль рассеивается в ничто, когда голос Тени покинул её разум и тело, затем глубоко вдохнула воздух, не осознавая, что всё это время задерживала дыхание. — Ч-что?! — услышала она крик Тени. — Как это возможно?! — Всё кончено, ты, чудовище! — Твайлайт?.. — подумала Пинки, её силы быстро иссякали. — Что, во имя Тартара, ты с ней сделал?! Что ты сделал с нашим подругой?! — Р-Рэйнбоу Дэш… — Пинки почувствовала, как на глаза навернулись слёзы, когда она поняла, что кошмар, который она пережила, был просто кошмаром. — Быстро, уведите её отсюда! Я не хочу, чтобы он приближался к ней! Пинки почувствовала, как всё её существо замерло, когда она узнала этот голос, в то время как её сердцебиение усилилось до ритма барабана. Она знала, что не должна была быть так счастлива, узнав, что он был там, особенно после всего, через что они прошли. Но она была, и она не собиралась позволять логике говорить ей, что она не может быть. — С-со… — тихо сказала Пинки, сила в её словах едва пробивалась сквозь громкость шума. — Подождите, она пытается что-то сказать! — услышала она его крик. Селестия, как она скучала по его голосу. — С-Сом… — снова попыталась сказать Пинки, но снова потерпела неудачу. — Шшш, дорогая, не разговаривай, ты слаба, — сказал он ей, мягко коснувшись копытом её губ. — Тебе нужно отдохнуть. Пинки почувствовала, как слёзы навернулись на её закрытые глаза, когда она услышала, как он ласково называет её, что только усилило тоску в её сердце. — Сомбри… — наконец произнесла Пинки, впервые за целую вечность произнеся это вслух. — Да, Пинкс… — сказал ей Сомбра, его нос мягко коснулся её носа. — Сомбри здесь. Последнее, что почувствовала Пинки, прежде чем потерять сознание, было прикосновение его губ к её губам.