Скажи мне это в лицо

      — Как это не знаешь?! — Камило удивленно вздернул брови, разведя руки в стороны.       Касита неоднозначно приподняла несколько половиц под его ногами, сразу же замолкая. Для полноты картины не хватало еще перекати-поля, потому что один раздраженный мальчишка уже имелся в наличии.       — Не ври мне, — парень слегка топнул ногой, чтобы пригрозить дому, который совсем уже обнаглел, но это действие никак не повлияло на молчаливого собеседника. — Касита, ты знаешь обо всем, что творится в твоих стенах, слышишь каждое слово и появляешься по первому зову, так объясни мне, как получилось, что ты ничегошеньки не можешь рассказать мне про нашего личного «трасчо»? — Мадригаль хитро прищурил глаза, пристально наблюдая за легким колыханием занавесок. При закрытом окне-то. Губы невольно сжались в тонкую полоску, когда до него дошло, что вопрос так и останется без ответа. — Покрываешь какого-то незнакомца, а собственному хозяину и дверь помощи не протянешь?       Камило поежился, ощутив, как пол под ним злобно задребезжал, специально перекатывая его с одной ноги на другую, так, чтобы парень потерял равновесие. Мимикрик самодовольно хмыкнул, когда все попытки Каситы не увенчались успехом и сбить его с ног не получилось. Одна из половиц резко поднялась в воздух, будто бы и не была одним целым с конструкцией, и, испугав мальчишку, хлопнулась назад. Сразу же после этой выходки своеобразная волна из досок прокатилась под ступнями Камило, все-таки отправляя его в сказочный полет до пола. Парень мог поклясться, что, как бы это бредово не звучало, он четко услышал глухие смешки где-то вдалеке.       — Maldita sea! Я понял, сам справлюсь, — мимикрик клацнул зубами, как бы в отместку за это падение, чем, кажется, повеселил дом еще больше, и шустро поднялся на ноги, отряхиваясь. — Тогда воспользуемся старыми, проверенными методами. Ну, может не очень старыми и вряд ли проверенными, — парень пулей вылетел из своей комнаты, попутно захлопнув дверь. Затем приоткрыл дверь, чтобы вытащить край охрового пончо из щели, и, вновь махнув головой на прощание, удалился.       Бруно потянулся, протягивая руку к столику, где, умываясь лапками, сидела крыса. Крохотное животное с вопросом взглянуло на своего хозяина, пошевелив усиками в знак приветствия, и быстро взобралось к нему на плечо, примостившись небольшим калачиком почти что около шеи. Мадригаль улыбнулся и, заглянув уже в сотый раз в отверстие, ведущее в кухню, с облегчением выдохнул.       — Ну что, малыш, пойдем. Нам ведь нужно вымыть твою красивую мордочку в чем-то более чистом?       Бруно коснулся носом мокренького носика крыски и двинулся вдоль коридоров, умело минуя все препятствия, которые он знал как свои пять пальцев. Несколько неудачных перескоков, пара заноз точно останется у него под кожей. Запнувшись на очередном обрыве, мужчина схватился за стенку, перевалившись вперед, и боязливо оглянулся, ища кого-то глазами. Казалось, что любой громкий шорох приведет этого чудо-племянника прямо к нему, но, как и ожидалось, вокруг была лишь давящая тишина.       Камило был подозрительно активен сегодня, из-за чего Мадригаль не мог покинуть своего укрытия, выслушивая противное пение китов у себя в животе. Мальчишка бегал то там, то здесь, обращая внимание на каждую мелочь, и, даже когда отец умудрился занять этого негодника работой, Бруно все равно не смог выйти. Помнится, после обеда его питомцы случайно столкнули самодельный театр на пол, ворочаясь во сне, отчего громкий «бум» пронесся по помещению. В это время все до единого были вовлечены в какие-либо заботы, помогая городу, поэтому мужчина простил своим соседям такую оплошность, но стоило складным деревяшкам разлететься в стороны, разгоняя кучки пыли, как этот неугомонный был уже тут как тут. В обличие Джульетты он прошагал на кухню, как бы невзначай не отрывая взгляд от стенки, а затем, ничего подозрительного так и не отыскав, пожал плечами и обернулся самим собой, вновь убегая на улицу, чтобы дальше таскать дрова. Мужчину в тот момент чуть инфаркт не хватил. Он тихо сполз со своего кресла, возвращая все вещи на место и, спихнув эту выходку на то, что племянник просто-напросто был неподалеку, снова свернулся калачиком на жестковатой обивке. Глаза он так и не закрыл.       Этот паршивец как будто чувствует каждое мое движение. Жутко-то как. У него точно призвание народ развлекать?       Бруно усмехнулся со своих же мыслей и прикрыл веки, намереваясь выйти не раньше сумерек.       И вот сейчас, когда Камило заперся в своей комнате, был наилучший момент завершить все незаконченные дела. Перво-наперво он прихватил несколько лечебных булочек с полупустой тарелки, а после еще раз прошелся по тайным проходам, проверяя каждый. Теперь же, довольный своим трудом, Бруно шагал прямиком к ванной на первом этаже, уже предчувствуя, как быстрый, но такой желанный душ расслабит его напряженное тело. Так он думал вплоть до одного момента.       Там, где располагалась самая дальняя комната, отведенная, кажется, под кладовую, что-то откровенно...стонало. Мужчина мотнул головой, не веря своим ушам, но, чтобы не смущать себя еще больше, решил быстро добраться до ванной и запереться там, лишь бы не слышать этих постыдных звуков. Бруно ускорил шаг, чем перепугал дремавшую на плече крысу, но, уже почти дотянувшись до ручки двери, уловил еще один, более протяжный полустон. Рука нервно сжалась в кулак. Он узнал этот голос. Узнал бы его из тысячи.       — Большой...а....думаю, у т-тебя большой...мой таинственный..наб-блюдатель, аааах, — Бруно чертыхнулся от этого тихого скулежа, доносящегося из-за приоткрытой двери, и боязливо припал к щели между досками, чтобы оглядеться и проверить, не направляется ли кто к этой злосчастной комнате. — Я-я же знаю...это ты следишь за м-мн...ой, сладкий. Ммх, mierda! Я знаю, ты, ах, — юношеский голос дрогнул, становясь чуть громче, — слышишь меня. Так бесстыдно подглядываешь за мной в..в-ванной, играешь.. — мужчину перекосило от таких подробностей, еще и в таком тоне. Он сжал зубы, прекрасно понимая, что мальчишка несет полный бред, воспринимая обычные случайности по-своему, но эти слова...Чего он хочет добиться? Чтобы его публично застукали?       Камило, откинув голову назад, смахнул мешающую ткань пончо в сторону и натянул края рубашки чуть ли не до груди, продолжая яростно надрачивать. Его план был прост, как медная монета. Парень надеялся на недальновидность незнакомца и его любопытство. Кто же устоит, проходя мимо двери, за которой, выстанывая всю правду о тебе, ублажает себя один из жителей дома? Вот и мимикрик был уверен, что крысеныш явится, через силу, но явится, превозмогая совесть. Все же, кто захочет, чтобы факт его существования был раскрыт, еще и таким постыдным образом?       А если кто-нибудь услышит, пойдет проверять и застанет мальчишку в таком положении? А после, чуть пораскинув мозгами, поймет, что не могли взяться из воздуха такие фантазии о несуществующем человеке, верно? И тогда начнутся поиски, вспыхнет паника, его разоблачат...       Это был один из вариантов, которым Камило хотел воспользоваться, загоняя незнакомца в круг из таких вот ужасных мыслей. Почему-то казалось, будто бы странный гость купится на столь простую уловку, не пройдет мимо. И не оставит бедного Мадригаля ни с чем, попытается прекратить весь этот цирк, тогда-то ловушка и захлопнется. Он специально выбрал не свою комнату, затаившись в совершенно другом месте, чтобы незнакомец понял, что парень так старается только ради него, привлекая все внимание к себе. В худшем случае, не только его внимание.       Второй же расчет был на то, что крысеныш просто-напросто испугается представления. При таком развитии событий у парня намного больше шансов словить его.       Пусть ненароком покажется, издаст звук, ошибется и оставит проход открытым, поддавшись порыву эмоций. Все, что угодно, лишь бы он осекся, совершив глупость, которая потом будет стоить ему спокойной жизни.       Эх, а ведь этот чудик притих после утреннего происшествия, не подавая совершенно никаких знаков, что, по правде говоря, было обидно. Вот теперь пускай и разбирается с этой проблемой сам, пока мимикрик не стал рвать глотку в попытках докричаться до него. Это даже можно посчитать маленькой местью. Нет, у него, конечно, не было ни единого желания привлекать внимание родных, но, так как сегодня почти вся семья отсутствовала в доме, можно было и рискнуть.       — Сильнее, еще сильнее, — Камило согнул коленки и зажмурил глаза, надавливая большим пальцем на сочащуюся смазкой головку, обводя ее по кругу. — Ну же, крысеныш, присоедин-няйся, что же ты такой....ах, — парень ускорился, толкаясь в сжатую ладонь с таким усердием, как будто на ее месте было что-то совершенно иное. — Представляю, какой же ты сим..потяжка.       Бруно, стоявший все это время снаружи, прямо за дверью, остервенело поджал губы, скользя глазами по всему, что только попадало в поле его зрения, лишь бы не видеть всего этого. Любопытство так и не позволило ему спокойно добраться до ванной комнаты, оставив мальчишку со своими заморочками наедине, а чувство, от которого не переставало скручивать живот, постоянно било тревогу в голове, откровенно не понимая, чего этим хочет добиться Камило. Мужчина никак не мог вникнуть в замысел племянника.       Что это за извращенный способ поведать о моем существовании семье?       Он понимал, что если кто-то найдет Мадригаля таким, то спихнет все на богатое воображение подростка. Но какой-то процент его мозга не был уверен в этом на все сто.       Что ты, черт возьми, творишь?! Diablillo.       Бруно облизнул губы, неотрывно наблюдая за хаотичными движениями руки брюнета. Это было неправильно, но от такой картины просто невозможно было оторвать глаз.       — Хочу, чтобы ты к-коснулся меня прямо сейчас, — Камило раздвинул ноги шире, как бы демонстрируя обзор получше, и выгнул спину. Член парня налился ярким пунцовым цветом, чуть ли не подрагивая в сжатой ладони. Мадригаль проследил, как капелька пота, поблескивая из-за тусклого света лампы, скатилась вниз по его ключицам, исчезнув в смятых простынях запыленной кровати, которая отправилась сюда за ненадобностью. — Боже, мммх.. Небось, и сейчас подслушиваешь, я ведь прав?       Единственное, в чем ты прав, это в том, что дождался ухода Долорес.       Бруно прерывисто выдохнул. Если бы Камило сейчас открыл глаза, и они бы пересеклись взглядами, он бы, наверное, не выдержал.       Собственного племянника?       Мадригаль дернулся, отшатнувшись от двери. Эти слова, будто ледяная вода, окатили его, вынуждая отвернуться от всего этого безумия. Он вообще не должен смотреть. Бруно отошел в сторону, растворяясь в темноте коридора. Он не может оставить это просто так. И не оставит, раз уж парнишка догадывается о его присутствии прямо сейчас. Пусть хоть подавится своей победой, но прекратит, наконец, этот спектакль!       Камило вздрогнул, пачкая желтые полосы ткани белесой жидкостью. Грудь вздымалась все чаще, дыхание уперто отказывалось восстанавливаться, но вовсе не этот долгожданный оргазм так взбудоражил его. Нет, другое.       Мимикрик, совершенно не заботясь о своем виде, небрежно смахнул слипшиеся кудряшки с лица и подлетел к специально оставленной щели. Он точно слышал звук. Кто-то постарался постучать так, чтобы это не прошло мимо него, и Мадригаль отчетливо уловил эти заветные вибрации по дереву.       Он был здесь. Был здесь только что. Смотрел на меня!       Парень довольно закусил губу, чуть ли не прыгая от радости. Он был прав. Весь этот план, оказывается, держался не на хлипких соплях, а сыграл вполне неплохую мелодию на нервах незнакомца.       Камило опустил глаза вниз. Там, на полу, чуть преодолев порог, лежал клочок бумажки. Мадригаль озадаченно моргнул и подцепил записку тонкими пальцами, разворачивая ее в своей ладони.       Улыбка растянулась еще шире, когда мимикрик увидел содержимое тайного послания. Камило был уверен, что эта вещь станет его счастливым билетом. Он бы поставил все имеющиеся сбережения на то, что крысеныш убегал отсюда, сверкая пятками, поэтому и решил для себя, что чуть позже стоит проверить весь дом еще раз на наличие каких-либо следов, которые впопыхах тот вряд ли успел замести.       Так предсказуем.       На шершавой поверхности бумаги было коряво выведено чернилами одно-единственное слово:

Заткнись!