Не путай судьбы и совпадения

Несчастный шарф совершенно не хотел держаться, так и норовя сползти не то что с шеи, а вообще на пол. Сяо Чжань поправил его уже в который раз, стараясь не отвлекаться от лекции. Хотя мысли совершенно не желали отходить от внезапно появившегося родимого пятна. Да черта с два Сяо Чжань хотел бы его иметь. Лекция сложилась в рассказ. Сяо Чжань пытался увлечь, рассказать про взаимосвязи, чтобы история не казалась сухим набором фактов, присыпанным еще и датами до кучи. Прошлое помогает не совершать нам ошибок в настоящем. Это всегда было тем, что Сяо Чжань говорил студентам на своих занятиях. Оставалось несколько минут до звонка и пару абзацев подготовленного конспекта, чтобы он, наконец, перестал дергаться. —Сяо-лаоши, — в тишине опустевшей аудитории послышался знакомый голос. Ван Ибо был его личным раем и адом, превращая жизнь в перебежки от лекции до лекции с их группой. Казалось, будто этот парень знает что-то лишнее, за что Сяо Чжаню однозначно должно быть стыдно, но сам Сяо Чжань про себя такого не знал. На каждой лекции Ибо буквально заглядывал в рот, выдавая себя лишь странными смешинками, блестящими в глазах. Он постоянно подходил после пар, задавая вопросы, как-то слишком сильно интересуясь историей для человека, имеющего особую привязанность к спорту. На самом деле, Сяо Чжань никогда не относился предвзято к таким студентам. Всегда поощрял любой интерес, но именно этот его слегка напрягал. Даже мысли бы лишней не проскользнуло, если бы Ибо исправно ходил на лекции у прошлого преподавателя. Но Сяо Чжань пару раз даже становился свидетелем разбора полетов из-за прогулов гуманитарных дисциплин. Наверное поэтому Ибо и был его маленьким адом. Но то, как он внимательно слушал, позволяя Сяо Чжаню все больше и больше обращивать фактами их новую тему, прибавляло столько очков в глазах, что Сяо Чжаню и считать страшно. — А почему вы вдруг решили надеть сегодня шарф? — Ибо поджал губы и облокотился на кафедру. — Эх, а я рассчитывал, что наш разговор начнется с инквизиции и их охоты на еретиков и нечисть всякую, — Сяо Чжань поправил распечатки в папке и затянул шарф чуть туже. Немного более нервно, чем хотелось, — Просто сегодня мне захотелось надеть шарф. Парень совсем немного поменялся в лице, но больше про шарф ничего не сказал. — Инквизиция просто моя самая нелюбимая тема, — Ибо придвинулся чуть ближе, — но с вами я готов ее обсудить. — Ой-й, — Сяо Чжань пихнул его в плечо. И застыл. В голове мутной вереницей пронеслись не то воспоминания, не то фантазии, приправленные фантомной болью. Словно вспомненный урывками сон. Сяо Чжань слишком ярко видел свои руки, испачканные в крови и держащие револьвер, прощелкивающий полупустой барабан. Видел чужую грудь, спрятанную за дорогой одеждой и золотыми украшениями поверх. Чувствовал, как по венам течет его смерть, и слышал ужасный смех, который за долю секунды зашелся хрипами, стоило барабану встать, как нужно. Сяо Чжань за мгновение проморгался, встречаясь с испуганными глазами своего студента. Ибо, не раздумывая ни секунды, сдернул с него шарф, впиваясь взглядом в пятно. — Не могу поверить, что это правда, — зашептал парень, отпуская шарф и принимаясь за свою футболку. На груди Ибо красовалась россыпь родинок, ровно там же, где сочилась темная кровь в этом странном куске воспоминаний. — Даже в этой жизни вы попали мне в сердце, Сяо-лаоши.