Не путай судьбы и совпадения

С самого детства Сяо Чжаня готовили к тому, что он станет во главе охотников. Это казалось таким важным и значимым, похожим на то, что маленький Чжань-Чжань любил слушать перед сном, но в реальности было абсолютно противоположным. Волшебство рассеялось, стоило ему столкнуться с глупостью людей. Дедушка рассказывал Сяо Чжаню про злых существ, с которыми обычные люди не могут справиться, поэтому им обязательно нужно помогать. Но на деле все злые существа были лишь дикими животными, ищущими пропитания после лютой зимы. Тощие лисы, душащие кур, или волки, таскающие кого побольше, все жители рисовали их вампирами-вурдалаками, с которыми охотники должны что-то сделать. За такой рутиной все рассказы постепенно стирались в памяти, превращались в детские страшные байки. Сяо Чжань не верил в нечисть, хотя и был тем, кто живет из-за нее, разумеется, в переносном смысле. Сяо Чжань протирал револьвер. Он передавался из поколения в поколение, но Сяо Чжаню он достался буквально на совершеннолетие. Отец отдал его, будто какую-то игрушку — он тоже не верил в эти байки. Вообще Сяо Чжаня мало это заботило, даже сейчас в тяжести холодного металла чувствовалась сокрытая сила, будто действительно магическая. Может дело было в изящных узорах, а может оружие в самом деле могло быть оберегом. Тонкий корпус блестел в желтом свете настольной лампы. Револьвер действительно тянул на семейную реликвию. Сяо Чжань открыл барабан и скользнул взглядом по серебряным пулям. Лишь одной не хватало. Дедушка всегда грустно вздыхал и говорил, что серебро смертельно для вампиров. Почему его заставляло это грустить, Сяо Чжань до сих пор не понимал. От погружения в свои мысли его отвлекло странное копошение за окном. В ночи мелькнула тень, затем еще раз, а потом и вовсе на отливе устроился парень в дорогой одежде, на первый взгляд похожий на сынка кого-то из знати. Но даже свет из комнаты не делал цвет его кожи более похожим на человеческий. Вампир, прогремело в голове, и Сяо Чжань судорожно сжал ствол револьвера. Парень за окном поджал губы и посмотрел ему в глаза, выглядя как побитая собака. Сяо Чжань пытался успокоить все растущее внутри волнение и с трудом разжал пальцы, не цепляясь за оружие, как за последний оплот надежды. Парень просиял и вывел пальцем на стекле: «Привет». Потом подумал с мгновение. И вывел еще. « Я Ибо. А ты?». *** То, что это был вампир, было ясно еще с первой встречи. Сяо Чжань не понимал, почему замешкал и не прикончил его в тот же момент. Списать все на страх не давала гордость, но никакой причины по себе тоже не находила. Сяо Чжань поглаживал нагревающийся металл за пазухой и был уверен, что при следующей встрече он обязательно выстрелит и не промахнется. Но при этом не торопился выслеживать своего ночного гостя. — Сяо Чжань! — сбоку послышался незнакомый низкий голос. На рефлексах Сяо Чжань уткнул в горло незнакомцу револьвер, с удивлением узнавая в незнакомце своего вчерашнего вампира. При свете дня он был еще бледнее, но казался еще кр.. Сяо Чжань вздохнул, отгоняя неподходящие мысли. Он должен просто спустить курок. Как он может быть во главе охотников, если с каким-то вампиренышем справиться не способен. — Ай, Чжань-гэ такой опасный, — вампиреныш отодвинул направленное на себя оружие, — думал, мы подружились. — Мы не друзья, — прошипел Сяо Чжань и, будто не управляя своим телом, убрал револьвер обратно. — Так даже лучше, — пухлые губы растянулись в ухмылке, а через мгновение их обладатель исчез, словно Сяо Чжань разговаривал сам с собой. После этого он стал появляться почти каждый день. Появлялся, бросал несколько двусмысленных фраз и вновь исчезал, растворяясь в холодном ветре. Все еще вполне живой, без единой дырки от серебряной пули. Сяо Чжань чувствовал, что это какая-то насмешка со стороны высших сил, но почему-то все равно продолжал опускать револьвер перед грудью в дорогой одежде. — Мы все еще не друзья, Чжань-гэ? — вампиреныш устроился на тонких перилах балкона. Сяо Чжань даже не поднял глаз. За все время он устал удивляться беспорядочным появлениям этого засранца. Если бы он был добросовестнее, этого засранца тут бы и в помине не было. Опять все упиралось в это, а Сяо Чжань даже себе ничего вразумительного сказать не мог в оправдание. — Мы все еще не друзья. — Какие прекрасные новости, — вампиреныш раскинул руки в стороны и неустойчиво закачался. Сяо Чжань действительно понадеялся, что он упадет, вот только зря. — Лучше не придумаешь, — заворчал Сяо Чжань. Окончание фразы исчезло в сильном ветре. Вампиреныш подхватил его, крепко обхватывая за талию, и прошептал, наклонившись к уху: — Не переживай мы не надолго. Перед глазами мазался пейзаж. Сяо Чжань едва видел силуэты знакомых построек. Эта была та самая, пугающая сила, которой писали в свитках о вампирах. Внутри все дрожало от страха, смешанного с предвкушением. Сяо Чжань снова не мог объяснить своих чувств, пытаясь запрятать их куда-нибудь вглубь. Вампиреныш оставил его посреди огромного зала, с огромным трудом расцепляя руки. Казалось, его уши стали немного краснее. Сяо Чжань даже моргнул несколько раз, чтобы проверить, не предвиделось ли ему. Явно не предвиделось. Он даже потянулся, чтобы коснуться пальцами, но остановился, так и не дотронувшись. Ибо застыл как истукан, со странным блеском в глазах провожая его руку. — Что такое? — его голос звучал заметно тише, хоть и отдавался эхом от стен. — Уши… — Ты такой внимательный, — он расплылся в улыбке, от которой, показалось Сяо Чжаню, волнение внутри усилилось, а затем его взгляд стал острым, — или это из-за работы? Было бы это из-за работы, разве бы Сяо Чжань вообще увидел бы когда-нибудь это место? Разве этот вопрос вообще звучал бы? — Вообще, сюда никому не разрешено приходить, но ради своего «не друга» я сделал исключение, — Ибо хвастался своим домом, словно ребенок построенным шалашом. Это ребячество совершенно не вязалось с убранством. Высокие потолки, дорогие обои, резные светильники, картины на стенах, кажется, продай одну такую и сможешь не работать всю жизнь. — Тебе нравится искусство? Если хочешь, можешь приходить, чтобы спокойно их рассмотреть, пока я… — Ибо запнулся уставившись в пол. — Пока ты что? — серьезно спросил Сяо Чжань, хотя и знал, что будет за ответ. — Пока я на охоте, — Ибо вскинул на него взгляд, — не притворяйся глупым. — А ты не притворяйся добреньким. Зачем ты меня сюда привел? — Хотел. Я хотел побыть в безопасности здесь с тобой, Сяо Чжань. — Почему со мной? — Ты… ты сводишь меня с ума. *** Ибо двигался прямо на него. Он весь был словно сотканный из боли и бессильной злости. Сяо Чжань неловко попятился назад, боясь даже на секунду закрыть глаза. Такой Ибо пробуждал первобытный страх. Хотелось бежать, но разум убеждал, что это бесполезно. — За что ты так меня ненавидишь? — его голос севший и едва слышный, донесся до ушей. Сердце болезненно сжалось. От страха и почему-то от сочувствия, совершенно ненужного и не важного сейчас. — Что я сделал тебе? Скажи мне, Сяо Чжань? — голос Ибо едва подрагивал. Вампир словно сдерживал слезы, — я думал, что ты не убьешь меня, если стану для тебя хоть кем-то. Я стал, но лишь надоедливым щенком, вечно мешающимся под ногами, и ты правда ни разу не использовал серебряных пуль, как тебя учили. Но ты и без них отлично справляешься с тем, чтобы гнать меня к смерти. Сяо Чжань, мне больно, мне очень больно. Ибо подошел ближе, упираясь руками в стену позади Сяо Чжаня. Он просто смотрел. Не пытался пока что-то сказать, часто-часто дышал, в самом деле справляясь с сильной телесной болью. Весь страх будто выцвел, исчез и поблек, оставляя от себя лишь горькое человеческое сочувствие. Мягкое сердце Сяо Чжаня откликалось на боль. — Я так хочу тебя убить, — Ибо уронил голову ему на плечо и заговорил на грани шепота, — высосать жизнь и забыть о своих муках. Но я…не могу. Ты думаешь, что я умер бы от серебра. Так говорил, кто тебя учил. Но это не так. Серебро для меня то же, что и железо... — Почему тебе больно? — шепотом спросил Сяо Чжань с опаской касаясь чужих ребер. От Ибо несло жаром, но рук он скинуть не попытался. — Из-за тебя. Моя собственная кровь разъедает меня словно яд…это больнее чем смерть, — тихо закончил он и тут же посмотрел прямо в глаза, — Убей меня. Только ты это сможешь. В твоих руках мое сердце, у тебя есть власть над моей жизнью. — Почему? — Сяо Чжань чувствовал, как дрожь взяла руки. Ибо говорил бессвязно, но уверенно винил во всем его, — почему твоя кровь стала ядом? — А ты ничего не знаешь о вампирах, да, Сяо Чжань? — Ибо грустно усмехнулся и прикоснулся своим носом к его. Сяо Чжань чувствовал, долетающий до кожи жар и внимательно смотрел в чужие глаза, — возлюбленный не принял меня, и я начал разрушаться изнутри. Я терпел, но теперь эта боль лишает меня рассудка. Я больше не могу. — Но…, — Сяо Чжань не понимал, как уложить мысли в слова. В голове все было обрывками, ничего цельного —сплошная труха. Сердце билось в оковах долга, не желая им поддаваться. Ибо… он же важен Сяо Чжаню и не как щенок, а как… — Ибо… — Да что ты медлишь, — горячие ладони забрались на талию, выискивая оружие, — ты думал об этом с первой встречи. Исполни навязчивую мысль — стань гордостью родителей. — Ты что… прекрати, — Сяо Чжань попытался отдернуть руку, пока Ибо пытался вложить в нее револьвер. — Нажми на курок, — Ибо приставил ствол к собственной груди, его голос начал дрожать сильнее и стал громче, — сделай же это. — Я не могу! — Да что ты не можешь? — взревел Ибо и впился в его шею. Больно настолько, что потемнело в глазах. По сосудам полился яд, горячий будто кипяток, обваривающий плоть. Сяо Чжань все-таки нажал на курок. Все кончено. Ибо смеялся с чувством, словно отпуская все, что его мучило. Барабан встал на место, а ужасный смех изошелся хрипами, смешиваясь с кровью. — Она черная? — Сяо Чжань неверяще смотрел на темные капли стекающие с дорогих одежд и падающие на пол, — Разве так.. Он не сумел договорить. Ибо закашлялся, падая перед ним на колени. Сяо Чжань стек вместе с ним, чувствуя как силы постепенно покидают тело, а комната вокруг становится мутнее. Он стер темную жидкость с чужих губ, замечая как стремительно она краснеет, возвращая здоровый цвет. — Она покраснела, — удивленно произнес Сяо Чжань, делать какие-то выводы было все сложнее. — Ты и моя смерть, и мое спасение одновременно…, — Ибо говорил тихо, его взгляд стал совсем неосмысленным и мутным. Он едва-едва дышал, — докт…м-м. *** Сяо Чжань проснулся с металлическим привкусом на губах. Сердце колотилось как безумное, а голова болела, пытаясь переварить куски сна. Сяо Чжань с трудом понимал, где реальность, в мыслях еще находясь на полу в той комнате. — Прости, что разбудил, но нам очень нужно встретиться, — номер Ибо оказалось несложно найти среди студенческих чатов. В голове самую малость прояснилось, но сердце продолжало выстукивать сумасшедший ритм. — Если скажете адрес, я смогу сейчас приехать.