Иллюзии

В этот раз Андрей приехал в Питер с твердым намерением поговорить с Катей об их отношениях. Смертельно надоело уже играть в прятки со всем миром и быть в положении любовника. Целый месяц он отговаривался занятостью и избегал встречи с ней, а сам обдумывал, как и что говорить, чтобы не спугнуть в очередной раз. В конце концов, когда Катя в очередной его звонок ответила не сразу и практически отказалась с ним говорить по телефону, Андрей сорвался в Питер, в Москву Катя не торопилась в этот раз. Жданов буквально изнывал от нетерпения, пока ждал ее в номере отеля. Увидеть, обнять, прижать к себе, вдохнуть ее запах, коснуться ее губ… Он так соскучился, что стоило Кате появиться, забыл обо всем на свете. Не заметил и ее бледности, и кругов под глазами, и осторожности в движениях. Она покорно принимала его ласки, но оставалась задумчивой. — Андрюш, нам нужно поговорить, — тихо сказала Катерина, когда ей ненадолго удалось оторвать от себя нетерпеливого любовника. — Все потом, я слишком по тебе соскучился, чтобы сейчас тратить время на болтовню, — Андрей отмахнулся от нее. Разговоры подождут, сперва насытиться бы любимой женщиной, получить от нее причитающуюся ему по праву ласку… а когда она разомлеет, можно озвучить, наконец, то, что не дает покоя. Катя не возражает против его напора, а Андрей с легким удивлением отмечает налившуюся тяжестью грудь, округлый живот, чуть пополневшие бедра. Шикарная женщина! — Твой поваренок хорошо кормит тебя, — Жданов, фыркнув, несильно шлепнул Катю по заднице, отчего она мигом вспыхнула и отвела взгляд в сторону. — Я сама готовлю, — чуть поджав губы, ответила она. Жданов хотел, было, съехидничать, но не стал. Она прекрасно знала и так, что ее муженек бесит его до невозможности. — Не будем пока о нем, в нашей постели он явно лишний, — Андрей криво улыбнулся через силу. — Лучше поцелуй меня. — По-другому тебя все равно не заткнуть, — Катя рассмеялась, покорно исполняя его просьбу-приказ. Сладко, до головокружения, от ее теплых мягких губ. Она слегка дрожит, то ли от возбуждения, то ли от холода — в номере далеко не Багамы. Жданов притягивает ее к себе поближе, укутывая в уютные объятия, чтобы согреть. Катя затихла в его руках, уткнулась носом ему в шею и смешно засопела. Почти, как раньше. Нарушать тишину не хотелось совершенно, выдавить из себя хоть слово Андрей так и не решился. Разговор должен быть непростой. О чувствах, о доверии, о желаниях. Тянуть больше нельзя. Но Катя заговорила первой. — Андрей, знаешь, я… — она запнулась и спрятала лицо. Андрей напрягся. Когда Пушкарева забывала задирать нос и становилась прежней тихой и робкой Катенькой, всему живому грозил неминуемый пиздец. — Я… совершенно не знаю, что делать. Я… жду ребенка… Жданов слишком сильно сжал ее плечи, так, что Катя даже пискнула от боли. Все ясно, зря он настраивался на разговор. У Катенька все отлично, вон, собирается рожать поварят своему кастрюлькину. Он передернулся от омерзения. — И ради этой прекрасной новости ты сорвала меня из Москвы? — ядовито поинтересовался Андрей и грубо оттолкнул от себя Катю. Она не удержала равновесие и повалилась на пол с кровати. — Рассказать мне, как у тебя все прекрасно? — Андрей, подожди, я… — Но Жданов на нее не обратил внимания ни на ее дрожащий голос, ни на тихие всхлипы. Молниеносно оделся и ринулся вон из номера. — А мне плевать. Рад за тебя с поваренком, счастливой семейной жизни и детишек побольше! — выплюнул он и грохнул дверью об стену. Как же прав оказался Ромка, когда на признание Андрея о причинах его отлучек в Питер сказал, что Пушкарева просто играет с ним. Хотелось напиться, но он дал себе зарок не прикасаться к бутылке. А уж нажираться из-за этой суки он точно не будет! Не дождется!

***

Эту часть эпопеи Малиновский отлично знал от друга. Даже поддержал его решимость порвать с Пушкаревой и вернуться к нормальной жизни и работе. Но, когда об этом же, чуть устало, рассказывала Катя, вспоминая, как она боялась того разговора и собиралась с силами, чтобы сказать Андрею о том, что ждет от него ребенка, Роме стало очень стыдно. Знал же, что она влюблена в его друга без памяти, но представить их вместе даже не пытался. Катю Рома практически ненавидел. И только сидящая у него на коленях Лиза, беззаботно размазывающая дорогую помаду Пушкаревой по столу, вынуждала его прикусить язык. Рассказать Андрею про чаепитие в Катиной квартире Рома так и не решился. Во-первых, вряд ли ему это понравилось, во-вторых, не без его участия Жданов превратился в мстительного придурка, придержи он язык за зубами тогда, года три назад, может, случилось бы все иначе. А сейчас уже поздно жалеть. Тот вечер Рома теперь вспоминал с горечью и неловкостью. Последние сомнения развеялись, стоило повнимательнее приглядеться к девочке. Жесты, интонации, черты лица и характера хорошо знакомы Роме, и за свой визит он насмотрелся достаточно. Можно было бы пойти сразу к Жданову и прочистить тому мозги вантузом, но он не рискнул, и даже спустя полтора месяца не смел заикаться о том, что изредка, раз в пару недель, наведывается в гости к чужому двухлетнему ребенку, привозит какую-нибудь ерунду, неизменно напрашивается на чай и получает категорический отказ. Катя по-прежнему была не рада его видеть и терпела только из-за того, что ее Кнопочка нашла в Роме друга. С самой Пушкаревой друзьями они даже не пытались стать, Роме это было ни к чему. Один раз Катерина согласилась выпить кофе в небольшом уютном ресторане, и это был худший день в жизни Романа. После ее рассказа о последнем разговоре со Ждановым, он откровенно опасался показываться ей на глаза, а с Андреем говорил сквозь зубы, и, в основном, по телефону, не желая больше видеть депрессивную рожу друга. Оставалась надежда на скорую свадьбу Зорькина, от праздника отвертеться не получится ни Пушкаревой, ни Андрюше. И, Рома был уверен на сто процентов, свою обожаемую Кнопочку Катя непременно возьмет с собой. Осталось всего ничего — убедить их обоих появиться на свадьбе друзей. Ну, с Пушкаревой просто. Валерий Сергеевич пропустить такое мероприятие не даст своей дочурке, надавит на совесть — придет. А по поводу Андрюши нужно разговаривать с прекрасной невестой. Наденька от встречи за чашечкой кофе не отказалась, быстро вникла в суть Роминой просьбы и обещала уговорить Андрюшу появиться на ее празднике. Главное, решил про себя Рома, чтобы Андрей пришел. А там, глядишь, что-то да получится. Оставалось только набраться терпения и дождаться свадьбу, до которой оставалось всего ничего. Каких-то три недели.