Повесть о потерянных душах

Через несколько часов после того, как Гермиона с директором Диппетом завершили разговор, Дамблдора вызвали обратно в кабинет директора. Директор Диппет отвел Дамблдора в сторону, и двое мужчин заговорили приглушенным шепотом. Гермиона предполагала, что Диппет консультировался с Дамблдором, чтобы узнать, может ли она немедленно начать семестр. После нескольких минут спора они, казалось, пришли к общему решению относительно их спора. Наблюдая за обменом, Гермиона не могла не подумать: Я так рада, что было изобретено заклинание Оглохни. Именно в такие моменты она начинала ценить мелочи в жизни. Два учителя вышли вперед. Дамблдор, казалось, выглядел немного кисло, наверное, он не доказал свою точку зрения. И для Гермионы было большим удовольствием знать, что бы с ней ни случилось - это противоречило бы мнению Дамблдора. - Мисс Грейнджер, учитывая, что обед через час, мы надеялись, что вы сможете немедленно переехать в общежитие Хогвартса? Конечно, если вам потребуется больше времени. Это более чем нормально - сказал Директор, выражение его лица, судя по всему, показывало его любопытство. Гермиона кивнула, она действительно хотела вернуться в Хогвартс, и если это потребует от нее немного повторить шестой курс, пусть будет так. - Позвольте мне сопровождать вас в ваши апартаменты, которые, как я понимаю, находятся в "Дырявом котле"?" - спросил Дамблдор, глядя на нее сверху вниз. Гермиона снова кивнула. Дамблдор взглянул на нашивку Слизерина на мантии Гермионы и кивнул, не впечатленный. - Что ж - Диппет хлопнул в ладоши, когда воцарилась неловкая тишина, - это решает все. Я попрошу старосту провести для вас экскурсию по территории школы после обеда. Он говорил вполне счастливо, и у Гермионы было тонкое чувство, что она будет примером человека, к которому директор Диппет был таким милосердным. Она была готова принять это. Поэтому Гермиона поднялась со своего места и искренне поблагодарила директора. Ей действительно нужно было многое переосмыслить. Вокруг нее происходило вещей, и она хотела быть готовой ко всему. "Мисс Грейнджер, пожалуйста, следуйте за мной", - позвал Дамблдор с вершины лестницы горгулий. Гермиона поспешно подошла к Дамблдору. - Мисс Грейнджер, пожалуйста, следуйте за мной - позвал Дамблдор с вершины лестницы. Гермиона поспешно подошла к нему. Когда они спустились по лестнице и вышли в коридор школы, Гермиона заметила все смутно знакомые лица. Прямо сейчас здесь было довольно много учеников. Гораздо меньше, чем в первый школьный день, но, тем не менее, было много студентов, болтающихся поблизости. Гермиона вспоминала черты лиц будущего поколения среди их бабушек и дедушек. Она почувствовала, как у нее сжалось сердце при мысли о своих друзьях. Когда они вышли на школьный двор, Дамблдор произнес: - Мисс Грейнджер, если можно - он прочистил горло и возникла давящая тишина. Гермиона подняла брови. - Да, профессор? - она привлекла его внимание. Вероятно, это было единственное, что она сказала ему за целый день. Они направились вниз по каменной дорожке, ведущей в Хогсмид. Тихий хруст снега доставлял ей удовольствие. - Есть ли что-нибудь, что вы могли бы мне рассказать о вашем побеге? - Гермиона смутилась. Она рассказала ему о клятве хранить тайну, но будет ли это считаться, если Дамблдор сам основал Орден Феникса? Она не могла солгать, Дамблдор бы узнал о ее лжи, и это заставило бы его еще больше беспокоиться из-за нее. Она вздохнула два раза, прежде чем Дамблдор протянул руку Гермионе, чтобы та взяла ее. С хлопком они аппарировали прямо на порог "Дырявого Котла". Гермиона тут же убрала руку и повернулась лицом к Дамблдору. - Я собрала все свои вещи, мне понадобится буквально мгновение - сказала она мужчине с серьезным видом. Дамблдор коротко кивнул, прежде чем отойти, чтобы поприветствовать бармена. Гермиона взбежала по лестнице и распахнула дверь. На комоде Гермионы лежала стопка книг о путешествиях во времени. Они не сильно помогли, но все они были из конца 1970-х, и рядом с ними лежала школьная гриффиндорская мантия Гермионы. Она взяла их с собой в бега и до сих пор не выбросила. Взмахом палочки Гермиона убрала книги в сундук и повернулась к своим мантиям. - Эванеско - прошептала она, наблюдая, как ткань сгорает и исчезает. Глубоко вздохнув, она подняла свой чемодан и спустилась по лестнице, где обнаружила Дамблдора, беседующего с барменом Томом. - Профессор - Гермиона прочистила горло. Дамблдор посмотрел на неё, и весёлый блеск в его глазах сразу погас. Взмах палочки - и сундук за спиной Гермионы исчез. - Ну, мне пора, Том. Было приятно тебя увидеть - Дамблдор попрощался с барменом. Гермиона шла на пару шагов медленнее профессора, а потом взяла его за руку и аппарировала в Хогсмид во второй раз за этот день. Тишина между ними двумя казалась очень тяжелой и становилась все более неловкой из- за очевидного пренебрежения Гермионы к предыдущему вопросу профессора. Гермиона на мгновение прикусила нижнюю губу. - Профессор - начала она, опустив глаза, - он прошел первую часть. Смертный приговор - пробормотала Гермиона. Это было правдой. И Гриндельвальд, и Волан-де-морт сначала вернут Старшую Палочку в своих попытках победить смерть. Ибо, несмотря на то, что Волан-де-морт обладал камнем воскрешения, он не до конца осознавал это. Дамблдор резко остановился, но все же не повернулся, чтобы посмотреть на Гермиону. - Вы знаете? - спросил Дамблдор напряженным голосом. Гермиона проглотила комок в горле. - Я знаю о высшем благе - сказала она, теперь уже гораздо более уверенно, ее голос был тверд. Дамблдор кивнул, прежде чем ускорил шаг и пошел к замку, как будто хотел отойти от Гермионы. Когда они подошли к двери, вместо Диппета их ждал студент. - Профессор - поприветствовала девушка, ее длинные вьющиеся каштановые волосы обрамляли ее лицо. У нее было круглое лицо и нос-пуговка, которые напомнили Гермионе Ханну Эббот. Гермиона не пропустила значок старосты над гербом Гриффиндора, украшавшим мантию девочки. - Мисс Браун - поприветствовал ее Дамблдор, брови Гермионы чуть не взлетели вверх от удивления. - Директор Диппет попросил меня передать вам, чтобы вы немедленно присоединились к нему в Большом зале - Браун проинформировала их. Она взглянула на Гермиону без особого интереса. Девушка из Гриффиндора, Браун, шла перед Дамблдором и Гермионой по пути к Большому залу. Гермиона намеренно пошла медленнее, чтобы случайно не повести за собой старосту и профессора и не выглядеть так, как будто у нее были какие-то знания о коридорах Хогвартса. Когда они подошли к двери в Большой зал, Гермиона улыбнулась знакомому виду двенадцати рождественских елей, украшавших его. В каждом факультете было около дюжины студентов, сидевших за своими столами. За некоторыми столами их было больше, за некоторыми - меньше. Директор Диппет сидел в самой середине, между остальными преподавателями. Как только его взгляд остановился на Гермионе, он встал, улыбка украсила его лицо. Браун воспользовалась случаем и села за гриффиндорский стол к своим друзьям. Шепот в Большом зале стих, все взгляды были прикованы к Гермионе и Дамблдору. Гермиона нервно переступила с ноги на ногу. - Пойдем - проинструктировал Дамблдор, подходя к учительскому столу и не дожидаясь ответа Гермионы. Гермиона неуклюже последовала за ним, высоко подняв подбородок, чтобы не выглядеть напуганной. Когда Гермиона поднялась на возвышенность, зал разразился шепотом. Гермиона нахмурилась от такого внимания, пытаясь следить за людей, находившихся позади неё, потому что ей нужно было быть бдительной. - Сегодня мы приветствуем нового студента - начал Диппет, - Ее история была очень захватывающей, поэтому мы приветствуем ее с распростертыми объятиями в Школе Чародейства и Волшебства Хогвартс. Он улыбнулся. Гермиона неодобрительно надула губу, не желая быть в центре внимания. - Она уже зачислена в Слизерин и с сегодняшнего дня начинает свой шестой курс в Хогвартсе. Я надеюсь, что все вы примете ее как друга - он добавил, многозначительно глядя на тех, кто начал шептаться. - Гермиона, - тихо обратился к ней Диппет, - не стесняйтесь присоединиться к столу Слизерина слева. Он указал на стол. Гермиона быстро пробормотала благодарность, одарив директора улыбкой, прежде чем обнаружила, что спешит в дальний левый угол в поисках наименее занятой части стола. Не то чтобы это было очень трудно, учитывая, что за столом сидело всего шесть человек. Пятеро мальчиков, одна девочка. Большинство были слишком поглощены собственным разговором, чтобы уделить Гермионе внимание или просто поздороваться, но ее это вполне устраивало. После секундного раздумья Гермиона решила сесть в самом дальнем конце, ближе к двери и подальше от других учеников. Ей не требовалась дружба, чтобы закончить школу. Она прекрасно справилась бы, не связываясь ни с кем из детей старшего поколения, - пыталась убедить себя Гермиона. Когда громкая болтовня стихла до приглушенного шепота, Диппет махнул рукой, и на столах появилась еда. Желудок Гермионы заурчал от запаха жирной аппетитной пищи, которой она угощалась. Гермиона чувствовала на себе взгляды, но упрямо продолжала смотреть вниз. В особенности, она почувствовала, как пара глаз взглядом сверлила дыру в ее голове со стола Слизерина. Ей потребовалась вся ее сила воли, чтобы её не вырвало, когда она поняла, от кого исходила эта странная энергия. - Привет, я Элис Кэрроу. А ты кто? Девушка со слизеринского стола села напротив, чтобы поприветствовать Гермиону. Она прошлась по ней недовольным взглядом и казалась высокомерной. Гермиона подняла глаза и встретилась взглядом с Элис Кэрроу. Это была высокая, худая девушка с такими же волосами цвета воронова крыла, какие Гермиона помнила у Алекто и Амикуса Кэрроу. Ее глаза были такими же резкими, но в них почти не было злобы, как и доброты. - Я Гермиона Грейнджер - равнодушно произнесла Гермиона. Кэрроу приподняла бровь. - Забавно, я не припоминаю дом Грейнджеров - она сказала, произнеся фамилию Грейнджер громче, чем нужно. Гермиона подтолкнула свою тарелку к себе, вздыхая от осознания того, что ей, видимо, не позволят спокойно поесть. - Потому, что дома Грейнджеров не существует, глупая. Кэрроу ахнула. - Так ты грязнокровка? - она выплюнула это слово, заставив Гермиону вздрогнуть и неосознанно почесать предплечье. Желудок Гермионы сжался, когда она поняла, что ей придется лгать о наследии, которым она так гордилась. - Я полукровка - быстро сказала она, пыхтя. Кэрроу стала выглядеть еще более взволнованной, как будто Гермиона только что физически напала на девушку. Кэрроу встала, положив руки на стол, как будто собиралась напасть на Гермиону. - Полукровка в благородном доме Слизерин? - она выплюнула, ее глаза опасно сверкнули. Гермиона видела, как другие ученики начали пялиться. Она махнула рукой, ударив Кэрроу невербальным заклинанием, которое заставило ее потерять равновесие и упасть обратно на свое место. Гермиона медленно подвинулась к краю своего кресла, взглянув на профессоров, чтобы убедиться, что все заняты своими делами, схватила Элис Кэрроу за галстук, притянув ее ближе. На расстоянии дюйма между ними, нос Гермионы почти касался носа Кэрроу, Гермиона зарычала на слизеринку: - Слушай, ты, глупая сука. Мы обе хорошо знаем, что Слизерин принимает полукровок, так что, если ты собираешься жаловаться на это, делай это где-нибудь, где мне не придется видеть твое отвратительное лицо - она оттолкнула ее, когда закончила. Глаза Элис Кэрроу расширились то ли от отвращения, то ли от страха, она встала со стула и направилась к другой стороне стола, где сидели еще пятеро мальчиков. Радуясь, что избавилась от единственного человека, мешавшего Гермионе и ее трапезе, она вернулась к своему обеду, как будто ничего не произошло. Но, как это бывает с ее дерьмовой удачей, Гермиона не могла не поймать взгляд некоего студента с бурными серыми глазами. ... После окончания обеда, как и упоминал Диппет, Браун подошла к столу Слизерина, чтобы провести Гермионе экскурсию по замку. Она не выглядела особенно счастливой от того, что ей поручили такое задание, на самом деле она почти не скрывала свою явную враждебность к Гермионе. Почему девушка казалась очень раздраженной. Гермиона не могла понять. Они обошли весь замок, прежде чем Браун оставила ее перед общежитием Слизерина. - Ну, я не знаю пароля от общей комнаты Слизерина - она сказала об этом с абсолютно равнодушным выражением лица, - Подожди здесь, пока тебя кто-нибудь не впустит, или найди профессора. Я возвращаюсь в свое общежитие. Это заставило Гермиону пойти по некогда знакомым коридорам, пытаясь найти кабинет профессора Слизнорта. - Ты заблудилась? - пропищал детский голос. Гермиона поскользнулась, потрясенная неожиданным появлением. Она слегка рассмеялась, пытаясь взять себя в руки. - Немного. Я искала кабинет профессора Слизнорта - она вежливо сказала ребенку. Мальчик выглядел не старше второго курса, самое большее. Он тоже был одет в слизеринскую мантию. - О, хорошо. Во-первых, кабинет профессора Слизнорта в другой стороне, - он указал в дальний конец коридора, - во-вторых, он уехал вчера, чтобы собрать некоторые важные ингредиенты. Гермиона вздохнула, поднимаясь с земли. Лицо вспыхнуло от раздражения, которое она испытывала к Браун. Гермиона вздохнула и посмотрела на мальчика. - Не мог бы ты сказать мне пароль от общей комнаты Слизерина? - спросила она, изо всех сил стараясь выглядеть незаинтересованной. Ребенок нахмурил брови от ее обращения. - Пароль - "Минотавр" - сообщил он ей, прежде чем убежать в направлении слизеринской гостиной. Гермиона повернулась и, вздохнув, последовала за мальчиком. - Спасибо - сказала она ему, когда они вместе помчались в общую комнату, - я Гермиона Грейнджер, - улыбнулась она ему, предположив, что не повредило бы быть вежливой с детьми. Мальчик повернулся, чтобы посмотреть на нее. - Я Финеас Блэк - пробормотал он, и легкий румянец покрыл его щеки. Любимый отстраненный дядя Сириуса, поняла Гермиона. - На каком курсе ты учишься? - спросила она, уже обожая ребенка, который, как она знала, вырастет хорошим человеком. - Я первокурсник - неловко улыбнулся он, - а ты? - О, я только что начала шестой - тепло отозвалась Гермиона, когда они пришли. Подземелья были... недружелюбными, мягкими словами. Что-то в этом месте было угрожающим, то ли влажные стены, то ли тускло освещенная территория, то ли смехотворно большая картина змеи, Гермиона не знала. - Минотавр - пробормотал Финеас змею, который с шипением впустил их в унылую общую комнату. Гермиона вошла, затаив дыхание, и осмотрелась по сторонам. Она была невероятно взвинчена, стоило только подумать, что ей придется провести полтора года в этом неизвестном месте, в то время как тепло ее кровати было так близко (всего лишь на седьмом этаже в Гриффиндорской башне). Она знала, что общая комната Слизерина находилась под землей, но окна, которые светились изумрудно-зеленым, не были чем-то, чего Гермиона ожидала. Перед огромным камином стояли два одинаковых дивана, покрытые зеленым бархатом, напротив которых стояло серебряное кресло. Мебель была сделана из красного дерева, которое идеально вписывалось в темную комнату, с небольшими серебряными деталями. По обе стороны от камина тянулись коридоры, двери из которых, как предположила Гермиона, вели в спальни. Прямо напротив того места, где стояла Гермиона, стоял шахматный столик и два других стула с журнальным столиком между ними. Это место выглядело... дорого. Вся деревянная отделка была сделана из красного дерева, а вся ткань - мягчайший на вид бархат. Какой бы унылой ни была комната, ей было присуще некое очарование. Благодаря зеленому пламени и темно- зеленым окнам, вся общая комната, казалось, купалась в зеленом оттенке. Гермиона отметила, что, кроме нее и Финеаса, в общей комнате было еще два человека. Один из мальчиков в комнате выглядел как ровесник Гермионы. Он сидел на серебряном кресле перед камином с книгой в руке. У мальчика были волнистые волосы, выглядевшие так, словно он только что провел по ним ладонью. У мальчика были высокие изогнутые брови, обрамлявшие его миндалевидные глаза. Он был хорош собой, с точеной линией челюсти и острым носом. У него были идеальные пухлые губы. В довершение всего зеленое пламя придавало странный оттенок его безупречной коже, что, во всяком случае, подчеркивало его красоту. За одним из шахматных столов сидел другой мальчик, опустив голову на стол. Гермиона снова повернулась к Финеасу. - На какой стороне спальня дево... - Налево - сказал Финеас, сияя. Гермиона нахмурилась. Теперь как мне выяснить, какая комната моя? - Если ты не знаешь свою комнату, там есть префект, Том, и он мог бы тебе помочь. Я думаю - сказал Финеас, добавив вторую часть как запоздалую мысль. Гермиона почувствовала комок в горле. Возможно, Том и есть наследник Слизерина, но Гермионе следовало быть как можно незаметнее, чтобы избавиться от любого интереса, который может к ней возникнуть. К тому же, она знает. Она обладает всеми рычагами влияния, которые могли ей понадобиться. Она вздохнула, направляясь к привлекательному мальчику в кресле. - Привет - коротко поздоровалась Гермиона, стоя чуть поодаль от него. Он аккуратно отметил страницу, которую читал, прежде чем повернуться и посмотреть на нее. Гермиона была удивлена, насколько поразительными были его бурные серые глаза. Она предполагала, что они всегда были красными. - Чем я могу вам помочь? - спросил он с ослепительной улыбкой. Гермиона занервничала от этого действия. - К сожалению, староста девочек должна была показать мне окрестности, но я еще не знаю, как пройти в общежитие - сказала она. Гермиона чуть не покраснела от того, как неубедительно это прозвучало, но стать неинтересной из-за своей неуклюжести тоже не было плохой идеей. - О, конечно - красивый мальчик не перестал очаровательно улыбаться. Вместо этого он встал и положил книгу на место. Он направил ее к левому коридору. - Директор Диппет лишь отчасти проинформировал меня, но я знаю, что общежития для девочек седьмого курса находятся в конце левого коридора - сказал он, ведя ее дальше внутрь. Гермиона последовала за ним, благодарная, что он смог показать. Ей нужно было проверить свои вещи и позаботиться о них должным образом. - Я еще раз извиняюсь за навязчивость - пробормотала Гермиона, когда мальчик остановился. Он взмахнул руками в знак того, что нет никаких проблем. - Должна быть эта, 7D - сказал он с приветливой улыбкой. Гермиона заметила, что на его левой щеке появляется ямочка, когда он улыбается, затем покачала головой, чтобы избавиться от этой мысли. - Спасибо тебе! - крикнула она, распахивая дверь и направляясь внутрь, где, как правильно "предположил" мальчик (которого Гермиона всерьез начала считать Томом Реддлом), Гермиона над третьей кроватью с балдахином нашла свой сундук. Гермиона сразу спрятала его, не желая, чтобы кто-то копался в ее вещах. Ей было что терять, если кто-нибудь когда-нибудь догадается об ее тайне. Это также было бы опасно, учитывая, что у Гермионы были вещи, которые доказывали, что она не из этой эпохи. Должно быть, я его уже утомила. Гермиона мысленно отметила это. У нее была кое-какая информация, которую ей нужно было собрать воедино из всего, что произошло за день. Когда Гермиона устроилась на кровати, подтянув ноги к подбородку, она закрыла глаза. Если бы я была той, кто рассказала Дамблдору о поисках Гриндельвальда Даров Смерти, поймет ли он, что я была здесь раньше? Дискомфорт поселился в ведьме, когда ее осенило. Если я сейчас здесь, это должно означать, что я была здесь раньше - заключила она, поморщившись. Если я был здесь раньше, это означает только то, что я ничем не помогла делу Ордена. Я ничем не смогла помочь Гарри. Гермиона почувствовала, как слезы защипали ей глаза. "Гермиона Грейнджер" не добилась ничего заметного в будущем. Неужели Гермиона ничего не смогла сделать? Не занималась созданием заклинаний, никакой заметной работы в министерстве, ничего. Гермиона тихо всхлипнула. Я нахожу свой путь обратно в будущее, - утешала она себя, попытавшись избавиться от траура. Она устала. Так невероятно устала от всего этого. Ведьма свернулась калачиком на своей кровати и позволила сну овладеть ею. ... Прошло несколько часов, прежде чем Гермиона проснулась. Подушка ведьмы была влажной от слез. Она вскочила с кровати, чтобы привести себя в порядок и, желательно, прогуляться перед ужином. Она довольно легко нашла ванную, примыкающую к концу женского общежития. Один взгляд на собственное лицо, и Гермиона нахмурилась. Ее лицо было заплаканным, а волосы - растрепанными. Она выглядела так, будто вышла из зоны ведения военных действий, а не из уютной постели. Передние пряди, которые Гермиона бесцеремонно отрезала для челки всего пару месяцев назад, в данный момент торчали в воздухе в разных направлениях. Остальная часть ее волос выглядела так, как будто в нее кинули ее любимое заклинание, Аvis Оppugno, что примерно переводится как "Птицы нападают". К счастью, после некоторых чар волосы Гермионы начали подчиняться законам гравитации и остались распущенными. Умыв лицо теплой водой, чтобы освежиться, Гермиона сменила школьную форму и надела простую юбку-карандаш с белой блузкой, которую она купила в маггловском Лондоне. Поверх своей маггловской одежды Гермиона надела слизеринскую мантию и положила палочку в кобуру на предплечье и направилась к двери. Довольно агрессивно переступив порог, Гермиона поймала взгляд одного наследника Слизерина, который смотрел на нее с юмором. - Ты что, подралась с полом? - пошутил он, посмеиваясь. Гермиона резко обернулась, нахмурившись, и остановила свою атаку на пол. - Именно - усмехнулась она. Том Риддл молчал с улыбкой, расцветшей на его лице. Он немедленно встал со своего места, книга лежала там, теперь забытая. - Куда ты направляешься? Могу я сопровождать тебя? - он вежливо спросил ее. Похоже, он не ожидал, что она может отказаться. Гермиона поступила бы именно так. Она будет продолжать делать то, что он ожидает, чтобы он увидел в ней просто очередную вежливую девушку и сосредоточился на более значимых вещах, таких как последний выпуск статьи Cosmopolitan о темных искусствах. Гермиона кисло улыбнулась, ее глаз дернулся. - Конечно, можешь - она сказала. Она говорила и выглядела так, словно предпочла бы поплавать с гигантским кальмаром, что не было ошибкой. Улыбка Реддла только расширилась от видимого дискомфорта Гермионы, когда он встал рядом с ней. - О, я не представился, верно? Я Том Реддл, приятно познакомиться. Он протянул руку для рукопожатия. Гермиона устало посмотрела на него, прежде чем взять его руку. - Я Гермиона Грейнджер - тихо пробормотала она. Реддл вежливо пожал ее, прежде чем вывести ее из общей комнаты. - Вообще я тоже учусь на шестом курсе - сообщил ей Реддл. Отлично -подумала Гермиона, - теперь я точно знаю, что буду часто видеть Тома Реддла! Гермиона не удостоила Реддла ответом, вместо этого упрямо смотрела себе под ноги, когда шла перед ним. - Ты знаешь - начал Риддл, ускоряясь, чтобы догнать ее, - это довольно забавно, но я не припомню дома Грейнджеров. Он бросил быстрый взгляд на лицо Гермионы, прежде чем повернуться обратно. Гермиона усмехнулась. - Хм-м, это довольно забавно. Это был второй раз, когда мне пришлось услышать это только за последние 12 часов. Мне грустно сообщать вам, что "Дома Грейнджеров" - Гермиона сделала кавычки пальцами, - не существует. Я полукровка, - Она холодно ответила ему. Реддл поднял руки, защищаясь. - Ладно, успокойся, ты знаешь, я тоже полукровка. Просто спрашиваю - он отмахнулся от своих расспросов. Глаза Гермионы расширились от внезапного признания, которое, как она знала, так огорчало Волан-де-морта. Реддл заметил выражение лица Гермионы и невесело рассмеялся. -Я знаю, я только год назад узнал о своем наследии. Все в порядке, - он ответил так, как будто Гермиона жалела его. Гермиона покачала головой, отгоняя эту мысль. - Почему другие студенты Слизерина не обращаются с тобой как с дерьмом? Я едва прикоснулся к одной, и она посмотрела на меня, как на отброс, - Гермиона неженственно фыркнула. Риддл молча затрясся от смеха. -Ну, я не хвастаюсь, но я считаюсь сильнее обычного волшебника, - он злорадствовал, явно желая похвастаться. Гермиона фыркнула. - Чтобы ты знал, там, откуда я родом, меня назвали самой яркой ведьмой своего возраста - произнесла она, выходя из ворот Хогвартса. Реддл медленно шел за ней, засунув руки в карманы, с выражением безразличия на лице. - Тогда я хотел бы увидеть тебя в действии, ярчайшая ведьма. Было бы неплохо устроить какое-нибудь соревнование, - он подмигнул Гермионе, и ее щеки покраснели. Гермиона задумалась на секунду, прежде чем повернуться лицом в сторону озера, предпочитая тишину. Она взмахнула палочкой, чтобы очистить ближайший камень, и села на него, вдыхая слабый запах соленой воды. - О чем ты думаешь? - вмешался Реддл, усаживаясь на соседний камень. Гермиона чувствовала себя немного потерянной, если быть честной. Том Реддл был... неожиданно нормальным. Гермиона повернулась, чтобы изучить мальчика. Он был таким, каким Гермиона его представляла. Привлекательный, умный и наверняка злой. Ее взгляд упал на кольцо на указательном пальце левой руки Волан-де-морта. - Красивое кольцо - просто сказала она. Это была вещь, которая в конечном итоге привела к гибели единственного истинного врага Волан-де-морта, единственного человека, которого он когда-либо по-настоящему боялся - Альбуса Дамблдора. Реддл на мгновение взглянул на кольцо, прежде чем снять его со своего пальца и уронить частичку своей души ей на руку. - Это семейная реликвия - объяснил Реддл, и на его лице появилась озорная ухмылка, - Я украл его. Яркие лучи, отбрасываемые солнцем, красиво освещали бурные серые глаза Реддла. Украл его? - тупо спросила Гермиона. Он ужасно преуменьшал значение этого события. Он не "украл" его. Он убил для этого нескольких человек! Реддл улыбнулся ей. - Помимо всего прочего - нахально сказал он. Гермиона в ужасе посмотрела на него. Лорд Волан-де-морт не нахал! Гермиона резко отвернулась от Реддла, теперь наблюдая вместе с ним за заходом солнца. - Скажи, Том - Гермиона нарушила тишину, прочистив горло. Реддл промурлыкал. - Ты когда-нибудь слышал сказку о трех братьях? - спросила она. Гермиона теперь чувствовала на себе пристальный взгляд Реддла. Она предпочла проигнорировать его наглый взгляд. - Нет, не слышал - он спокойно признался. - А хочешь, я тебе расскажу?" - спросила она с легкой улыбкой на лице. Реддл задумался на долю секунды, прежде чем кивнуть. "Жили когда-то три брата, которые путешествовали по одинокой извилистой дороге в сумерках — в полночь". Реддл рассмеялся. - Я знаю, что такое сумерки, отдай мне должное, Грейнджер. Гермиона не смогла сдержать смешок. - Мама одного из моих друзей говорила "в полночь". Как бы то ни было, трое братьев, путешествуя по одинокой извилистой дороге, в полночь достигли глубокой коварной реки, где любой, кто попытался переплыть или перейти вброд, утопал. Реддл внимательно слушал Гермиону. - Братья, обученные магическим искусствам, наколдовали мост и переходили реку. На половине пути перед ними возникла фигура в капюшоне. Фигура была разъяренным духом Смерти. Смерть хитро притворилась, что поздравляет их, и предложила наградить их подарками по их собственному выбору. Старший брат, воинственный человек, попросил волшебную палочку самую мощную из всех существующих. Смерть исполнила его желание, создав Бузинную палочку из ветки соседнего бузинного дерева, стоящего на берегу реки. Второй брат, очень высокомерный человек, решил еще больше унизить Смерть и попросил власти для воскрешения умершего. Смерть исполнила его желание, создав Камень Воскрешения из камня, подобранного на берегу реки. Третий, самый младший брат, будучи самым смиренным и мудрым, не доверял Смерти и просил о чем-то, что не позволило бы Смерти следовать за ним. Смерть, очень неохотно, отдала свой собственный плащ-невидимку. Три брата взяли свои призы и вскоре разошлись в разные стороны. Реддл издал звук согласия, похожий на жужжание, все его внимание было приковано к Гермионе. - Скажи мне, что бы ты выбрал из трех артефактов? - спросила Гермиона с искренним любопытством. Реддл на мгновение задумался. - Если бы у меня могло быть что-нибудь из этого, я бы выбрал плащ. Гермиона приподняла бровь в ответ. - Почему? - она спросила. Реддл рассмеялся. - Оставлю это при себе. Продолжай свой рассказ. У Гермионы заныло в груди от этого взаимодействия, но тем не менее она продолжила. - Старший брат отправился в деревню, где жил волшебник, с которым он поссорился. Он вызвал его на дуэль и сразился с волшебником, используя палочку, мгновенно убив того. Оставив своего врага мертвым на полу, старший брат отправился в гостиницу недалеко от места дуэли и провел там ночь. Охваченный властью Старшей Палочки, старший брат хвастался этой палочкой, подаренной Смертью, и своей непобедимостью. В ту же ночь неизвестный волшебник убил старшего брата. Он прокрался в гостиницу, когда старший брат спал, пьяный от вина. Волшебник для большей убедительности перерезал горло старшему брату и украл волшебную палочку. Так, Смерть забрала первого брата. Гермиона внимательно наблюдала за лицом Реддла. - Второй брат вернулся в свой дом, где жил один. Трижды покрутив камень в руке, он увидел фигуру девушки, на которой мечтал жениться до ее безвременной кончины, и которая тотчас же, к его великой радости, предстала перед ним. И все же она была печальна и холодна, отделенная от него, будто стеной. Хотя она вернулась в мир смертных, она больше не принадлежала ему и страдала. Наконец, второй брат, обезумев от безнадежной тоски, покончил с собой, повесившись на балконе своего дома, чтобы по-настоящему присоединиться к ней. Так, Смерть забрала второго брата. Гермиона не сводила глаз с лица Реддла, которое казалось невозмутимым, прежде чем раздался его голос. - Если бы у тебя был камень воскрешения, кого бы ты воскресила, Гермиона? - он не смотрел ей в глаза. Гермиона мягко улыбнулась. - Я видела слишком много смертей, Том. Наверное, если бы это было возможным, я хотела бы попрощаться со всеми, с каждым - она сглотнула. - Директор Диппет сказал нам, что вы беженец с войны, да. Глупый вопрос с моей стороны, приношу свои извинения. Гермиона сморщила нос. - Все в порядке, я не возражаю, но я думала, что он добрый старик, а не сплетник. Я надеялась стать таинственной новой ученицей - пошутила Гермиона. Реддл улыбнулся, все еще не глядя на Гермиону. - Ну, не отказывайся от своей истории. Гермиона надулась, продолжая. - Смерть искала младшего брата много лет, но у нее так и не получилось. И только когда третий брат достиг преклонного возраста, он снял Плащ-Невидимку и отдал его своему сыну. Приветствуя Смерть как старого друга, он покинул эту жизнь равным ей. Она закончила рассказ и глубоко вздохнула. - Какова мораль, Грейнджер? - Реддл наконец повернулся, чтобы посмотреть на нее, и на его лице появилось подобие улыбки. Гермиона с минуту обдумывала это. - Я бы сказала тебе, но мы должны возвращаться к ужину. Она улыбнулась небу, солнце уже село.