Круглосучечный магазин

Ничего, как обычно, не предвещало беды. Тэхён, развалившись на диване и вытянув ноги, витал в своих фантазиях о следующей встрече с Чонгуком, о прогулке, о свидании, о совместном доме…как вдруг на его голову свалился Чимин. Он забарабанил в дверь, после чего Киму пришлось встать, чтобы открыть ему, а после, обняв друга, бессовестно плюхнулся на диван, выжидающе уставившись на студента. — Ну, рассказывай. — Что рассказывать-то? — решил немного подразнить Пака Тэ. — Прогноз погоды? Параграф по обществознанию? — Как всё прошло, — закатил тот глаза, одновременно подперев щёку рукой. — А как могло пройти? К концу встречи он просто обожал меня. Сказал, что я красивей всех звёзд на планете и подарил мне букет из ста роз. Потом мы поехали в Париж на медовый месяц и гуляли там по вечерним улицам. Париж так красив, Мин~и, ты бы знал! — Тэхён на секунду остановился, наблюдая за реакцией парня, и с тем же восторгом продолжил. — Ну и в конце всего этого он, конечно же, сделал мне предложение. — Ага, а теперь заканчивай пересказывать главу из подростковой романтической книжки и скажи мне правду. Ким вздохнул и уселся рядом. — Мы просто поужинали. Поговорили о фильмах, сериалах и увлечениях. — То есть это был просто ужин? — Да, но, — пригрозил он другу пальцем. — Очень приятный ужин, стоит заметить. — Ну и какой он вообще, твой Чонгук? — Он пришёл в байкерской куртке! — воскликнул Тэ, аж подпрыгнув на месте. — И выглядел в ней сногсшибательно. — А по характеру-то он какой? Студент на секунду задумался, перебирая цепочку на шее, и выдал: — Ну, он очень милый и стеснительный, с ним интересно болтать. Напоследок он сказал, чтобы я заходил к нему в магазин, если что-то потребуется, разве это не мило? — Мило-мило. Чимин откинулся на спину и задумчиво уставился наверх. Прошло, наверное, минут десять, в течение которых Тэхён, поудобнее устроив свою тушку на мягком диване, рубился в какую-то игру, периодически выкрикивая либо ругательства, либо возгласы победы. — Тэхён, — внезапно начал Пак, да ещё и таким серьёзным тоном, что Ким, будто только что нашкодивший котёнок, оторвался от телефона и неловко поднял на него глаза. — Сходи за сливками. Студент выдохнул и смахнул со лба воображаемый пот, но за этим жестом последовал вполне логичный вопрос: — Зачем тебе сливки? Обмазываться собрался? — Если ты всё ещё не пропил свои мозги, то должен помнить, что у Юнги завтра день рождения! — У Юнги? — охнул Тэ. — У нашего деда Юнги? И сколько ему в этом году? Девяносто? Надо же, юбилей! Чимин закатил глаза и тут же забегал ими в поиске чего-то, чем можно ударить друга, но, к сожалению, ничего не найдя, продолжил. — Кончай дурака валять. Он тебя всего на несколько месяцев старше. — А такое ощущение, что лет на пятьдесят. В любом случае, зачем тебе сливки? Сначала Пак делает искренне непонимающую гримасу, а после расплывается в сахарной улыбке, обнажая сверкающие зубы и складывая руки, будто заботливая мамочка. — Тэхён, милый, люди на день рождения обычно едят торт. Торт, понимаешь? — Ничего я не понимаю, — отмахивается парень. — Можно же просто заказать. — А я хочу испечь! — прикрикивает Чим, поднимая с пола собственный тапок и швыряя его в Кима. — И чтобы ты хоть как-то был задействован в этом процессе, пиздуй покупать сливки! Студент ловко уворачивается, демонстрируя чудеса гибкости студенческого тела, и возвращает тапок обратно в виде меткого броска прямо в лоб Чимину. Тот, негодуя, начинает подниматься с дивана, грозя придушить Тэхёна, да и вообще сделать с ним кучу нехороших дел, но парня уже и след простыл — он мирно насвистывает мелодичную песенку, сбегая по ступенькам вниз. Однако беззаботный свист тут же прерывается, как только Тэ понимает, куда именно ему придётся пойти. Конечно, в округе есть ещё несколько магазинов, но они находятся намного дальше, сам студент плохо ориентируется на местности, да и поводов не встречаться с Чонгуком у него, если подумать, нет. Тот сам сказал, что Ким может забегать, когда ему вздумается. И когда не вздумается, Тэхён был уверен, тоже. Поэтому, уже не сомневаясь, он, романтично покачиваясь, вылетает из подъезда в давно известном направлении. Когда дверь круглосуточного отворяется, Чонгук только заканчивает раскладывать продукты на полке, вычёркивая чёрной ручкой те, которые прибыли вовремя и отмечая те, что поставщик задержал. Сначала, что кто-то заходит, он даже не подозревает. Спокойно направляется к кассе, мурлыча что-то себе под нос, но тут же замечает покупателя. В прочем, можно ли было называть его просто покупателем в их нынешних отношениях? — Здравствуйте, — выпаливает Чон, совсем забыв, что они давно перешли на «ты». — Точнее, здравствуй. — И тебе привет, — бросает Тэ, страстно выискивая что-то глазами. — Пришёл за чем-то определённым? — спрашивает Гук и тут же, пользуясь моментом, пока студент рассматривает многочисленные полки, бросает блокнот с помеченными товарами куда-то за кассу. — Ещё бы, — отвечает тот, в размышлениях покусывая губу. Как будто бы люди обычно идут в магазин, заранее не зная, чего хотят. — Мне нужны сливки. Есть? Проницательный взгляд скользит по лицу работника, потом по прилавку, полкам и этикеткам. Болотные глаза (или это линзы?) неотрывно продолжают пялиться, а зрачки горят красными вопросительными знаками. — Да, конечно. Чонгук ускакивает в отдел кисломолочных продуктов, а когда возвращается, спрашивает: — Готовить собрался? — К счастью, не я, — выдыхает Ким. — Друг мой. Торт ко дню рождения. — И у кого день рождения? Чон нервно теребит рубашку, надеясь, что не у самого студента. — У другого друга. — Аа, — тянет он впоследствии. — Это те, что были с тобой в клубе? Сотрудник тут же испуганно моргает, закрывая рот рукой, и чуть тише продолжает: — Мне, наверное, не стоило этого говорить. — Не волнуйся, — ухмыляется Тэхён. — Я уже прекрасно знаю, что мы встречались в клубе. Только я, если честно, ничего из того, что случилось, не помню. Я тебе, случаем, не грубил? — Нет, — растерянно качает головой Гук. — И никак не приставал? — Неа. Тэ поднимает одну бровь, скептически относясь к ответу, что ему только что дали, и уточняет: — Честно? — Честно, — торжественно подтверждает собеседник, на всякий случай приложив руку к груди. — Тогда хорошо. В воздухе повисает вздох облегчения и сразу за ним — тишина. — А, точно, — вспоминает Чонгук, стараясь как можно быстрее и аккуратнее её нарушить. — Сливки! Ким угукает и следует за работником. Тот берёт отложенные специально для студента баллончиковидные сливки и демонстрирует их. — Есть такие. Это все виды. Какие именно тебе нужны? — Да мне как-то без разницы. Они сильно различаются? Тэхён наклоняется вперёд, чтобы внимательнее рассмотреть товар, и в ту же злополучную секунду сердце Чона молниеносно уходит в пятки. — Да нет, — бормочет он. — У этих 10 процентов жирности, а у этих… Рука Тэхёна непринуждённо проскальзывает к руке работника, беря у него два баллончика и читая пёстрые надписи с обеих этикеток. Тот, в свою очередь, смущённо отползает назад, подхватывает ещё два баллончика и показывает их. — Вот, тебе, наверное, нужны эти. Для торта обычно меньше тридцати процентов не берут. Здесь тридцать три и тридцать восемь. Тэ настолько увлекается чтением состава, ведь и правда, что же может быть интересней, когда перед тобой ошеломительный молодой красавчик-консультант, с которым ты недавно ужинал в дорогом ресторане, что совершенно пропускает мимо ушей слова сотрудника. — Никогда не готовил тортов. Это сложно, наверное? — Не особо, — растерянно улыбается Гук. Ким удивляется и подползает ближе, уже вовсе забыв про сливки. — А ты умеешь? — Да не то чтобы… Чонгук стеснительно отводит глаза в сторону и чешет затылок, пока студент вновь вспоминает про цель своего визита, попутно задавая кучу вопросов, касающихся рецептуры различных тортов. — Получается, нужно нажать сюда, — он указывает на отделение, откуда, по сути, должен выйти продукт, и делает гадающее лицо, будто бы существуют другие варианты ответа, — и всё? Чон кивает и решает продемонстрировать собственноручно, мол, смотрите, какой я крутой, знаю, куда нажать, чтобы выдавить сливки. Он взбалтывает их и готовится просто слегка надавить пальцем, однако что-то идёт не по плану, и воздушная белоснежная масса с удивительной точностью летит в лицо сконфуженному покупателю. Она почти полностью покрывает его рот и глаза, так, что он не может открыть ни того, ни другого. — Боже, прости! — работник несётся за салфетками, пять раз спотыкаясь на ходу, и жмурит глаза от того, насколько глупо и неловко это выглядит. — Я сейчас вытру! — Ничего страшного, — в шоке бормочет Тэ, хотя по нему так и не скажешь. Когда они, наконец, разбираются с так неожиданно возникшей проблемой, и консультант начищает лицо Тэхёна если не до ослепительного блеска, то хотя бы до того, что в нём уже можно увидеть своё отражение, Чимин наверняка в очередной раз нервно постукивает по ковру своей маленькой ножкой от ожидания и проклинает дорогого друга всеми возможными ругательствами. — Может, я могу как-то компенсировать это? — спрашивает сотрудник. — Нет-нет, — останавливает его студент, — даже не думай. — Тогда, — внезапно смелеет Гук, заботливо провожая парня до кассы. — Как насчёт того, чтобы сходить на свидание? — Свидание? — Ким загадочно хмыкает и копошится в своём телефоне, ловко и быстро тыкая на какие-то кнопочки. — Сейчас посмотрю в своём графике. Чонгук выдаёт некое подобие смеха на эту старую шутку, но тут же замирает, поймав на себе серьёзный взгляд Тэ. — Ну, что там написано? — Написано, — Тэхён по-лисьи улыбается и убирает телефон обратно в карман, — что такому красивому парню грех отказать, — после чего расплачивается, забирает свои заветные сливки и деловито удаляется, покачивая бёдрами в такт вновь напеваемой мелодии. — Спасибо, Пак Мин~и, — победно сжимает кулачки он, когда дверь магазина за его спиной захлопывается, одной рукой подбрасывая баллончик, а другой его же ловя. — Подумать не мог, что сливки так сближают.

Конец.