Долгий путь домой.

Сердце на распашку, Затянет руки кабельная стяжка, Никто не мог подумать что так страшно Бывает на яву.

— Шастун? — Арс был уверен, что нервы просто сдают, и он уже видит галлюцинации. Антон, щурясь от яркого света, попытался выдавить дружелюбную улыбку, но быстро бросил эти попытки, замерев перед мужчиной. Он не пытался наброситься на хозяина квартиры или вообще делать хоть что-либо, что могло спровоцировать выстрел. Замер, как статуя, позволяя Арсу спокойно обдумать всю ситуацию. Попов, не спуская прицела с гостя, медленно сделал шаг навстречу, внимательно осматривая парня. Казалось, тот еще сильнее осунулся, чем при первой встрече. Отросшие волосы беспорядочно торчали, как гнездо. Под глазами залегли темные круги, щеки и подбородок скрывала щетина. Одет был парень в какую-то рванину и тряпки да и запах стоял не самый приятный. — Что ты здесь делаешь? — Арсений все-таки решил нарушить тишину. Конечно, вообще странно, что он сразу же не вызвал полицию, но что-то подсказывало, Антон безвреден. Пока что. — Я… — тихо начал Антон, пытаясь подобрать нужные слова. Страх, усталость и голод сковали его разум, выпуская на волю демонов. Парень не помнил последние пару дней, только редкие кадры, когда он был в сознании. А еще Антон был уверен, что к себе домой возвращаться нельзя. — Я не знал, куда идти. — продолжил он, уперев взгляд в паркет. — Я потерялся, в себе, и вообще… И запутался. — Шаст поднимает растерянный, как у ребенка, взгляд и сталкивается с сомнением. С подозрением. С брезгливостью. Это больно бьет куда-то в солнечное сплетение, и Антон замолкает, вновь опустив взгляд. Раньше, вместо этого льда, было тепло, парень точно это помнил, именно поэтому пришел сюда сейчас. — Антон, хватит уже сидеть взаперти, выходи! — голос пахнет для Шаста корицей, яблоками и карамелью. А еще сладким горячим чаем. Но выходить боязно, в темноте спокойнее. Тут нет чужих, лишь он и его мысли. Антон поплотнее закутывается в плед, напряженно глядя на полоску света из-под двери, где мелькает чья-то тень. «Нет, не чья-то, » мысленно поправляет себя парень. «Сергея Борисовича». — Антон, я понимаю, тебе тяжело, — Сергей уже минут двадцать стоит под дверью и пытается убедить своего нового «соседа» выйти на ужин. Если бы неожиданное появление Позова, психолога из детского дома, в котором Шаст пытался выжить, то все прошло бы гладко, ибо парень уже привык к Сереже. Вроде бы даже полюбил, если можно использовать такое слово к поломанному ребенку. Матвиенко тяжело вздохнул и грузно опустился на пол, облокотившись на дверной косяк. — Антон, — голос мужчины звучал спокойно и умиротворенно, — я обещал, что тебя не тронут. Держу свое слово, Димка не приходил по твою душу. — тут он слукавил, но это было на благо самого парня — Он просто помогал с документами и оформлением заявления на недвижимость для Антона, чтобы тот, после выпуска, не остался на улице. Конечно, Сергей не планировал выгонять парня из квартиры, но лучше, чтобы у Шаста был свой угол, на всякий случай. — Антон, ну хватит дуться, открой. Юноша сидит в темноте, сжавшись в клубок, и молча слушает. А после тихо встает и подходит к двери. Рука на несколько секунд замирает около шпингалета, сомневаясь. А правда ли, что человек за дверью — его друг? Правда ли, что его больше не тронут? Но перед глазами встает улыбающееся лицо Сергея Борисовича. Карие глаза светятся теплом и заботой, широкая улыбка от уха до уха вызывает лишь желание улыбнуться в ответ. Он был рядом. Он его спас, дважды. Он разрешил жить у него. Рука послушно дергает шпингалет, и Антон открывает дверь. — Эй, Шастун, ты в норме? — незваный гость на секунду зажмуривается, и Арс чуть слышно выдыхает, глядя, как взгляд парня становится более сфокусированным и осознанным. И что же ему так везет на чудаков? Дождавшись утвердительного кивка, Попов все-таки убирает ствол обратно в кобуру и еще раз оглядывает парня, подмечая странные бурые разводы на толстовке. — Ранен? — сухо спрашивает он, кивая на пятна. Антон, поджав губы, кивает, снова смотрит на мужчину. Скромно, даже робко, несмотря ни на рост, ни на профессию. Он ведет себя, словно ребенок, который пришел домой с порванным рюкзаком, а не как бандит. «Который», решило напомнить сознание, «еще и, скорее всего, убил твоего друга». — Там, слева в коридоре, ванна. Иди, я пока тебе одежду найду. — пробурчал Попов, отведя взгляд. Молча кивнув, Антон неслышно исчез в глубине квартиры, и Арс остался наедине с собой. В голове крутилось столько мыслей, что мужчина поддался соблазну и действовал больше на автомате, нежели контролируя ситуацию. Далекий шум душа лишь способствовал анализу, не давая уйти в себя с концами. Какого черта Шастун вообще пришел сюда? Сам он говорил о том, что ему некуда идти. Плюс еще эти кровавые разводы… Что с ним вообще успело произойти за три дня? Может, его списали со счетов? А что, если это ловушка и на самом деле он просто собирает информацию? Попов замер, пытаясь собрать разбегающиеся мысли в одну структурную цепь. Во-первых, он сидел безоружный и ждал его, хотя мог сразу подготовить засаду. Во-вторых, он, скорее всего, ранен. А в-третьих, он — возможный ключ к Скружди. От этой мысли внутри все вспыхнуло, как по щелчку, заставляя сердце биться чаще от предвкушения. Главное — только его разговорить и выудить информацию. А дальше — парень скорее всего пойдет как соучастник вместе с его «кружком по пиротехнике». Невеселые размышления прервал глухой стук, доносившийся со стороны ванной комнаты, и Арс нахмурился, обрывая размышления и прислушиваясь. Кроме шума воды и тиканья старых часов в спальне, в квартире было тихо. Мужчина на цыпочках подошел к двери и вновь прислушался. Подозрительная тишина напрягала. — Эй, ты в порядке? — вопрос был больше из вежливости, нежели из переживаний. Ну, что может случиться со взрослым лбом в ванной? Но гость не отвечал, и Попов дернул ручку двери. Неожиданно та поддалась, и дверь раскрылась. Антон лежал на полу, на спине. Видимо, только собирался залезать в ванну, об этом говорило сухое и совершенно обнаженное тело. Бледная кожа туго обтянула скелет парня, подчеркивая тонкие вены. На торсе, в районе живота зияло пулевое ранение, рядом валялись старые грязные тряпки, видимо заменявшие парню бинты. Царапины и синяки дополняли образ пленника, Антон будто сбежал от садиста-маньяка. Арс, не чувствуя ног, подлетел к лежащему без сознания парню и приложил дрожащую руку к шее, нащупывая пульс. К счастью, он был. Мысли с бешеной скоростью крутились в голове мужчины, словно рой разъярённых ос, кусая черепную коробку изнутри. Что в итоге делать? Звонить в скорую? А если его увезут, то какова вероятность, что Арс не потеряет эту ниточку? Какова вероятность, что Шастун не солгал и его действительно на свободе ждет смерть? Дрожащей рукой Попов нащупывает во внутреннем кармане пиджака телефон и быстро набирает номер. Будь что будет.

***

Сударь все-таки умудрился вытащить Диму на гулянку, которую организовывал их общий знакомый, а именно - Чебатков. Он был коллегой Нурлана и довольно часто им помогал, когда казах уезжал в отпуск или просто по делам, прикрывая его. Женя, так звали виновника торжества, был рыжеволосым и голубоглазым казахом, прожившим пять лет в Канаде. А еще Женя обожал стендап и вечно пытался подать заявки на всевозможные проекты. Один раз его даже пригласили на ТНТ, но дальше первого слушания дело не продвинулось. Чебатков не унывал, писал новые шутки и выступал пока только среди друзей. Вот и сейчас, зайдя в клуб, Дима с легкой усмешкой заметил виновника, который кружил возле сцены, восхищенно вздыхая и с нездоровым блеском в глазах заглядываясь на микрофон. — Сегодня очередная попытка блистать? — с легкой улыбкой спросил Дима, садясь за барную стойку. — Ой, не будь говнюком. - фыркнул Сударь, садясь рядом с другом. Он попытался строго взглянуть на Масленникова, но саркастично вскинутая бровь, являвшаяся ответом на бурчание айтишника, лишь вызвала улыбку, и мужчина хихикнул, приглаживая бороду и делая заказ подошедшему бармену. — Тебе лишь бы поязвить, парень стремится к мечте. Я сегодня слышал пару его свежих шуток, очень неплохие. — Я просто буду надеяться, что мне не придется потом скручивать кого-то в зале. — закатив глаза, Дима с удовольствием принял заказ от бармена и сделал глоток. Холодный ром обволок язык и щеки медом, огнем, сахаром и карамелью, устремился внутрь, обжигая градусом пищевод. По телу пробежалась легкая волна мурашек. — Кстати, а какой сегодня повод для сбора? — Ну, если бы кто-то не ебался в глаза, а хоть иногда смотрел в календарь, то вспомнил бы дату своего дня рождения. О, а вот и звоночки подъехали. Дима резко посмотрел на друга с полным непониманием на лице. Забыть о собственном Дне рождения? Никита тоже в стендап решил податься? — Ты шутишь. — уверенно произнес Дима, без доверия смотря на бородача, который хитро улыбался, глядя на реакцию друга. — Не, не может быть. Никита вздохнул и достал телефон, нажав кнопку блокировки. Экран зажегся слабым светом. «22:30. 21 декабря 2022 года». — С днем рождения, начальник. — посмеиваясь, произнес Никита и крепко обнял друга.