11. Жара.
6 июня 2022 г., 22:55
El talismán de tu piel me ha dicho
Que soy la reina de tus caprichos,
Yo soy el as de los corazones
Que se pasean en tus tentaciones,
El talismán de tu piel me cuenta
Que en tu montura caerán las riendas.
Аромат твоей кожи мне говорит, Что я — королева твоих капризов, Что я — покорительница сердец, Что прогуливается в твоих соблазнах. Запах твоей кожи сказал мне, Что я смогу тебя обуздать.
Когда Геральд проснулся, то не сразу понял, какой сейчас день и который час. В комнате царили рассеянные сумерки и одинокая тишина, но оказалось, плотные теневые шторы заботливо задёрнуты на огромном окне, чтобы яркий солнечный свет не потревожил его сон. Кроме того, он был накрыт лёгким покрывалом из спальни, которое Непризнанная заприметила, видимо, когда в прошлый раз провела вынужденной сиделкой подле постели почти целую ночь. Взгляд демона наткнулся на пузырёк с лекарством, стоящий на небольшом столике перед диваном, подтверждающим тот факт, что она действительно вернулась, когда он отключился, да и больше никто, кроме подопечной, не смог бы беспрепятственно выйти отсюда без неприятных последствий. Наёмник тяжело вздохнул и покачал головой, запрещая себе думать о девушке, протянул руку и взял маленькую бутылочку. Неспешно приняв сидячее положение, опустошил половину содержимого, решив оставить вторую часть на вечер, и посмотрел в направлении оконного проёма. По расположению дневного светила на небосводе стало понятно, что время следующих суток перевалило за полдень, так что обед скорее всего безнадёжно пропущен, но силы нужно непременно восстанавливать, а до ужина вкупе с праздничным Балом слишком далеко. На самом деле, мужчина думал, что проспит до вечера, но энергия восстановилась заметно раньше, чем следовало по приобретённому ранее многочисленному и многовековому опыту. Вернее от того, что настоящее умиротворённое забытье без кошмаров и череды резких подъёмов посреди ночи восполняет утраченное гораздо быстрее. Тёмный встал с дивана и расправил затёкшие исполинские крылья, чувствуя болезненную отдачу в спине и лопатках от неудобного положения, недовольно поморщился и направился в ванную, на ходу потирая онемевшую шею. Возле зеркала снял бинты и критичным взором оглядел шесть пулевых ранений, включая то, что было в плече. Рука сносно слушалась и сгибалась, рваные края отверстий порозовели, начали стягиваться и выглядели так, будто его подстрелили не вчера, а неделю назад. Еда, новая порция мази и порошка, как и недолгий сон перед самым торжественным мероприятием, окончательно приведут в норму. На деревянном обрамлении тускло подсвечивалось несколько символов из ряда вкруг массивной рамы. Значит, Ребекка безрезультатно пыталась связаться с ним пару раз, следовательно, можно ожидать скорого гневного послания. Стоит лишь понадеяться, что хотя бы в ближайшее время извечно занятой женщине будет не до того, а пока нужно будет дать Тибериусу необходимые указания. Желания вести беседу лично не было абсолютно, но, конечно же, не потому, что опрометчиво позволил себе поцеловать дочь Серафима. Отбросив невесёлые мысли о набирающей темп снежного кома проблеме, Геральд тщательно принял контрастный бодрящий душ, нанёс свежую мазь и сносно справился с перевязкой. Переодевшись в чёрные джинсы и такую же трикотажную кофту с длинным рукавом, которые поддёрнул до локтя, чтобы полностью скрыть хотя бы плечи и не пришлось надевать мантию, а лишнего из арсенала впервые не взяв вовсе, покинул комнату и направился в сторону обеденной залы, точнее, помещения кухни. Разумеется, отчасти оружие всегда было при нём, ведь на случай непредвиденной ситуации вполне можно обойтись и тычковым стилетом в высоком ботинке или коротким лезвием в пряжке ремня. Наёмник прошёл свой маршрут почти никем не замеченный. В разгар выходного дня коридоры школы пустовали: ученики предпочитали проводить время на улице или суетливо готовиться к предстоящему Балу, впрочем, учителя занимались сегодня тем же самым. Немногочисленные Бессмертные, что иногда попадались на пути, все до единого, будь то ангелы, демоны или Непризнанные, предупредительно здоровались: одни вежливо и охотно, другие с настороженным интересом или опаской, однако каждый предельно уважительно по тем или иным причинам, слухам, обстоятельствам или эмоциям, что вызывал грозный мужчина. Когда Тёмный зашёл на необъятно просторных размеров кухню, то ему показалось, что сюда перебралось население Цитадели, а может, Небес и Ада в придачу, такой стоял грохот и звон посуды, царил гвалт перекрикивания и ругани, парил столбом до потолка чад и дым, как никогда прежде. Повара были так заняты приготовлением праздничного ужина, насколько выглядели взмокшими, замученными и в буквальном смысле ошалелыми, бегая между жаровнями, духовками и разделочными столами, что в упор не заметили его появления. Окинув беспросветно унылым взором творящийся вокруг беспредел, он собрался покинуть помещение, чтобы вернуться обратно в комнату и хотя бы заново погрузиться в лечебный сон до позднего вечера. Но не успел развернуться в направлении выхода, как к нему с многочисленными извинениями подскочил главный повар и настоятельно отвёл в безопасный угол в глубине кухни, клятвенно пообещав организовать вкуснейший обед с собой, нужно только чуточку обождать. Любезно усадил демона на стул у дальней стены и суетливо ринулся в эпицентр бури, на ходу выкрикивая указания и раздавая тычки нерасторопному младшему персоналу. Геральду ничего не оставалось, как откинуться на спинку стула и попытаться расслабиться среди гомона этого безумия, скучающим взглядом наблюдая за происходящим в терпеливом ожидании, потому что не хотелось обидеть искренние старания уже ставшего хорошо знакомым белокрылого начальника кухни, профессионально командующего собственной крошечной армией. Он, задумчиво оглядев помещение, повернул голову влево и внезапно заметил в противоположном углу знакомые серо-чёрные крылья с торчащей над ними рыжей макушкой. Тут же поднявшись с места, наёмник приблизился к парню со спины и остановился рядом по левую руку от него. — Ты что здесь забыл? — мужчина, нахмурившись, с недоумением взирал на кухонный нож в ладони ученика и лежащую на металлической поверхности мясницкого стола ощипанную выпотрошенную тушку из разновидности небесной дичи. Ади коротко вздрогнул от нежданного звучания низкого глубокого тембра подле себя, правда, лезвие из пальцев не выронил, только удивлённо обернулся в сторону Тёмного, но сразу засветился задорной лихой улыбкой и небрежно махнул левой рукой на довольно крупное подобие курицы: — Да вот, Фенцио наказал за несделанное задание и якобы отвратительное поведение на уроке, отправив в помощники на кухню, теперь представляю, что это он разлёгся, раскинув цыплячьи крылышки. — Вполне похоже, — усмехнулся Геральд, привалился боком к столу и скрестил руки на груди. — Может быть, это и к лучшему? Разомнёшься с зубочисткой перед реальной тренировкой. — Кстати, отец как раз сегодня должен передать мне настоящие демонические клинки, — бодро сообщил парень, ухватился за рукоять шеф-ножа покрепче и, взявшись пальцами второй руки за нижнюю косточку птичьей ножки, принялся делить окорочок на две части. — Когда сможем приступить? — Да хоть завтра утром, — болезненно, будто был на месте несчастной жертвы, поморщился наёмник, следя за тем, как он безрезультатно пилит лезвием между голенью и бедром, попав прямиком в суставной хрящ. — Кажется, нож затупился, невозможно работать, — пожаловался юноша, попробовал переключиться на основание окорочка и отделить ногу бедной курицы от тушки целиком, но и вовсе упёрся в кость. — Блять! Как можно разделать этого дурацкого птеродактиля, если он целиком состоит из одних мослов! — вконец психанул Ади, выдернул из растерзанного мяса орудие пыток и со злостью отбросил на столешницу, что неприятно задребезжала сталью о сталь. — Дай сюда! — не выдержал-таки издевательства над многострадальной птицей Тёмный, взял разделочный нож и отодвинул парня в сторону. — На самом деле, строением она практически ничем не отличается от тебя, — несколькими быстрыми точными движениями он без усилий разделил тушку на части по суставам и отделил филе грудки, ни разу не задев хряща или кости, затем вернул длинный узкий клинок, — Может, я поторопился взять тебя в ученики? — и иронично вздёрнув бровь, посмотрел на демона. — Я исправлюсь, — ворчливо буркнул он, потянулся к лежащему на краю стола следующему подопытному экземпляру. — Вы будете присутствовать на сегодняшней вечеринке? — и торопливо перевёл на другую интересующую тему из опасения, что его обучение вот-вот сорвётся. — Придётся, — неохотно признал мужчина, вытирая руки о бумажное полотенце, и скорбно вздохнул, прекрасно памятуя о том, что подопечная, когда выпьет лишнего, может выкинуть абсолютно любой опрометчивый фортель и действительно умудриться банально не дожить до Посвящения. — Тогда вам, наверное, стоит надеть рубашку, — как бы между прочим посоветовал парень и небрежно пожал плечами, будто не подразумевая никакого скрытого смысла. — Это ещё зачем? — недоумённо нахмурился Геральд и подозрительно на него покосился. — Ну-у…даже не знаю, мало ли что… — протянул Ади, старательно делая вид, что весьма поглощён своим занятием и сосредоточенно примеряется к новой курице. — Может, помимо, попробуете снять ошейник, чтобы не сковывал неким символичным и незримым обязательством, например. — Ты на что-то намекаешь или мне показалось? — прямолинейно уточнил наёмник, снова скрестив руки на груди и продолжая с прищуром голубых глаз пристально изучать мимику веснушчатого лица. — Нет, вовсе нет, просто торжественное событие, томный вечер, красивые наряды, надо ведь соответствовать случаю, чтобы сильно не выделяться из толпы, — помахивая кончиком ножа в воздухе, задумчиво перечислял он с важным видом, словно они только что поменялись ролями наставника и ученика. — Опять же, много алкоголя и музыки. Вдруг захотите потанцевать с кем-нибудь. — Я всё равно неизбежно выделяюсь и не собираюсь ни с кем танцевать, — Тёмный посмотрел на него таким красноречивым взглядом, как если бы услышал несусветную ересь, — да и не для того буду присутствовать. — Ну, я бы тоже никогда не подумал, что стану моногамным любителем ангелочков-парней, но теперь вполне доволен и ничего не хочу менять, — негромко пробормотал демон и слегка покачал головой. — Иногда нужно уметь расслабляться. — Вот так расслабишься, а потом не заметишь, как станешь третьим, — привычно предпочёл свести к сарказму он. — Звучит, как необходимый минимум для пропуска в ваш маленький и дружный мужской коллектив. Ади обречённо закатил глаза на его непробиваемое упрямство и хотел добавить пару контрольных аргументов, но окрик главного повара, зовущего наёмника и машущего ладонью, заставил торопливо выпалить в удаляющиеся зазубренные крылья: — Просто хотя бы подумайте над моими словами! В ответ на эту реплику Геральд обернулся и бросил через плечо: — Удачи с цыпочками, — с усмешкой подмигнул, взял из рук услужливого начальника кухни небольшой закрытый поднос и, сдержанно поблагодарив, удалился. Yo soy la tierra de tus raíces: El talismán de tu piel lo dice. Yo soy la tierra de tus raíces: Lo dice el corazón y el fuego de tu piel. A ver qué dices tú…Я — земля твоих корней, Аромат твоей кожи сказал об этом. Я — почва для твоих корней, Говорит сердце и огонь твоей кожи. Посмотрим, что скажешь ты…
— О, Вики, оно невероятно охрененное, будто создано специально для тебя! Сидит идеально! — восторженно восклицала Мими, с неподдельным восхищением и горящими глазами наблюдая за подругой, крутящейся возле высокого напольного зеркала. — Ещё и от моего любимого бренда! Я завидую белой завистью! Вернувшись вчера в комнату поздним вечером, Непризнанная приятно удивилась, обнаружив знакомый бумажный пакет подле кровати, но сил после пережитых событий не было настолько, что наспех приняв душ, упала в постель и вырубилась, даже не заглянув внутрь. Она просидела на диване возле телохранителя до самого ужина, борясь с искушением прилечь рядом и забыться в объятиях сна вместе с мужчиной, но, естественно, не решилась на подобную вольность, а потом пришло время уходить, пока не стало чревато последствиями и пропажи не хватились заботливые, но чрезмерно любопытные друзья. Сегодня же они с соседкой проспали почти до обеда, на который наёмник ожидаемо не явился, отчего девушке стоило огромных трудов пересилить себя и не вернуться в преподавательское крыло, чтобы проверить всё ли у него хорошо. Однако теперь было опрометчивым и опасным шагом, из-за которого, с большой долей вероятности, можно попасться с поличным учителям прямо на месте преступления, да и вряд ли сам демон одобрил бы такой недальновидный поступок. Вот почему ученица с нетерпением ожидала начала Бала, потому как знала, что он в который раз сдержит данное слово и придёт, в каком бы состоянии ни находился, а ещё интуитивно была уверена, что непременно захочет увидеть, как смотрится выбранный им наряд, а может, и убедиться, надела ли платье именно для него. Неужели она и правда прихорашивается лишь для собственного охранника? — С кем ты идёшь? — отвлечённо поинтересовалась Вики, не спуская глаз со своего отражения в зеркале и продевая в уши изящные серебряные цепочки серёжек с маленькими колечками на концах, отрегулировав их положение немного на разную длину. — Меня пригласили парочка демонов и отчаянный Непризнанный. Выбрала самого симпатичного на мой вкус для продолжения вечера, — деловито цокнула языком соседка, поправляя чёрное мини-платье, украшенное золотистыми цепями, по одной скрепляющими края глубокого декольте, открытого выреза спины и вызывающих разрезов по бокам бёдер. — Что насчёт тебя? Где твоя многочисленная армия поклонников? Действительно, совсем недавно у дочери Серафима отбоя бы не было от предложений сопроводить на выпускной и стать кавалером хотя бы на один праздничный вечер, но на данную минуту не поступило ни одного приглашения, что было само по себе крайне подозрительно и необычно. — Я не знаю, не думала об этом, — безразлично пожала плечами девушка, застёгивая на хрупком запястье утончённый браслет из белого металла, потому что цвет платья и фасон требовали лаконичности, не потерпели бы яркого золота, как и вычурной причёски или неестественного кричащего макияжа. Только невесомая вуаль светлой пудры, лёгкие румяна, тушь и розовая матовая помада холодного оттенка дополняли образ, как и идеально прямые распущенные волосы, передние пряди которых были забраны назад и удерживались серебристым кольцом заколки, горизонтально пронзённой насквозь через пучок длинной и заострённой стальной палочкой на манер иглы или шила, напоминая изысканную брошь. — Зато я догадываюсь. Всех распугал твой громила, а ты даже и не сопротивляешься, как раньше, — возмущённо фыркнула демоница, обувая чёрные бархатные босоножки на высоком устойчивом каблуке и с переплетением из двух мягких ремешков, в итоге завязывающихся вокруг лодыжки. — Я думала, что уж Энди, который с ума по тебе сходит, отважится пригласить и точно собирался, но в последний момент вдруг передумал и позвал Лору. — Энди мне никогда особо не нравился. Дино наверняка идёт с Лилу, да он бы и не подступился, хоть мы и успели подружиться в самом начале, пока не вмешались наши родители. Остальным интересно скорее моё престижное положение, да и Люцифера привлекала, как спортивный трофей альфа-самца школы, — стараясь выглядеть равнодушной, но с нотками едва уловимой печали перечисляла Вики, последним украшением позволив тончайшую короткую цепочку с крошечной, но сверкающей и прозрачной, слезой кристалла, улёгшейся в ямку под горлом. — Может, так оно и правильнее? Никакого скрытого лицемерия. — Хочешь, я пойду с тобой? — с горечью искреннего сочувствия прошептала Мими, поднялась с кровати и, остановившись позади, аккуратно, чтобы не помять платья и крылья, тепло обняла за плечи, привлекая к себе. — Ты такая красотка, а имя того демона я и не вспомню, пускай и постараюсь. — Нет, всё в порядке, честно, — она слабо улыбнулась их отражению и положила ладони на руки подруги, без лишних слов благодаря за поддержку и думая о том, что так или иначе не сможет быть в этот вечер рядом с тем, с кем на самом деле хочет и боится признать даже в мыслях. — Мне лучше пойти одной, а ты развлекись, как следует, за нас обеих, — и лукаво подмигнула демонице в зеркале. — Может, когда выпьем побольше алкоголя, то и тебе найдём пару для горячей бессонной ночи? — соседка положила подбородок ей на плечо и слегка склонила голову, прижавшись виском к виску девушки. — Чем дольше ты без секса, тем сильнее становишься похожей на свою стервозную мать, — ласковым тоном пошутила она, стремясь рассеять налёт грусти. — Повела бы меня на вечеринку, чтобы трахнуть? — игриво улыбнулась в ответ Непризнанная и коротко чмокнула в щёку, оценив старания и подыграв подруге. — Стоило бы, чтобы не ходила такой хмурой, — кокетливо хихикнула Мими, ткнув её кулачком в бок. — Я определённо подумаю над этим. Они переглянулись и одновременно рассмеялись, возвращая атмосферу хорошего настроения, но неожиданный энергичный стук в дверь прервал веселье на самой высокой ноте, тем не менее, лишь задавая новую приподнятую окраску. — Это, наверное, Ади и Сэми, я открою, — спохватилась Вики, торопливо влезая в любимые остроносые лодочки из гладкой бежевой кожи на тонкой шпильке, что зрительно делали длинные ноги ещё более бесконечными, и бросилась к двери. — Уже иду, мальчики! — Ви-ик! — но обеспокоенный вкрадчивый оклик подруги остановил девушку на половине пути и заставил обернуться. — Ты ведь сказала бы мне, если тебя нужно было спасать? — Конечно, детка, конечно, — тихо ответила ученица и отвернулась, прикусив губу от волнения, потому что спасать стоило давно, вот только хотела ли она быть спасённой. El talismán de tu piel me ha chivado Que ando descalza de esquina a esquina Por cada calle que hay en tus sueños, Que soy el mar de todos tus puertos, El talismán de tu piel me cuenta Que tu destino caerá a mi puerta…Аромат твоей кожи сообщил мне, Что я хожу босиком из конца в конец По каждой улице твоих сновидений, Что я — море всех твоих портов. Запах твоей кожи говорит мне, Что судьба приведет тебя к моей двери.
Сначала по заведённой в школе традиции, соответствующей праздничному случаю, ученики выслушали долгую напутственную и помпезную речь директора Кроули, заодно не поленившегося торжественно зачитать список отличившихся Бессмертных, перешедших на старший курс, под конец приторно пожелав дальнейших успехов и прекрасного вечера. Затем слово взял каждый из учителей, пожурив или похвалив заслуги отдельных учащихся и кураторов, также отметив важность произошедшего события и трудность предстоящего этапа обучения перед главным Посвящением. Всё это действо активно сопровождалось бурными рукоплесканиями, восторженными одобрительными криками толпы и неподдельной радостью сдавших экзамен счастливцев. Когда вынужденный церемониал и расшаркивания были соблюдены по всем правилам, тогда пригласили проходить парами из центрального холла по красной ковровой дорожке в украшенную обеденную залу к обильному шведскому столу, бессчётным напиткам в виде слабоалкогольного пунша и разбавленного содовой глифта, пространным беседам на отвлечённые темы и чинным бальным танцам под звуки небольшого уютного оркестра. Мими сразу же бросилась в самую гущу, орудуя острыми локтями и распихивая толпу плечами в поисках предполагаемого спутника. Она быстро скрылась из виду среди многочисленного разноцветного оперения, напоследок бросив друзьям, чтобы не смели оставить подругу и сопроводили в общий зал к месту главных событий. Однако Ади и Сэми без подсказки дочери Мамона не бросили бы Вики, наоборот, подхватили под руки с обеих сторон и с гордо поднятыми головами повели вслед за остальными парочками, давая понять тайным воздыхателям девушки, что сегодня она не была в одиночестве, просто предпочла ухажёрам своих близких друзей. Ангел и демон выглядели потрясающе в классических брюках, но стильных узких рубашках навыпуск с подвёрнутыми до локтя рукавами и специально безалаберно ослабленными узлами тонких галстуков поверх расстёгнутых на воротниках пуговицах, бессовестно объединяя официальность и бунтарский дух. Наряд Ади был полностью чёрным, лишь галстук на контрасте белым, Сэми же оделся с точностью до наоборот, вместе же, символизируя две неразлучные половинки одного целого, подобно известным символам Инь и Ян. Оживлённая шумная обстановка походила на церемонию вручения престижной премии, так все вокруг были ослепительно прекрасны и нарядны, подобно кинозвёздам, что не хватало пронырливых репортёров, ярких вспышек фотокамер и палящего света софитов. Непризнанная чувствовала себя вполне комфортно, благодаря заботе парней, мило улыбалась, принимала поздравления и комплименты, здоровалась бессчётное количество раз со знакомыми Бессмертными, но мысленно была далеко отсюда, неосознанно выискивая взглядом в хаосе толпы приметную фигуру. Вот только наёмника нигде не было видно, отчего она ощутила постепенно растущее знакомое чувство беспокойства вперемешку с разочарованием и огорчением, заставляющее испуганно думать о том, как внезапно ему стало настолько плохо, что он не смог до сих пор проснуться или встать с постели. Девушка осторожно озиралась по сторонам, безоговорочно приняв решение в случае, если мужчина не появится до конца вечера, то найдёт способ и любую возможность, чтобы тайком улизнуть незамеченной, пока все учителя находятся здесь, и убедиться, что он в состоянии, если не прийти на вечеринку, то хотя бы в сознание. Погрузившись целиком в одолевающие невесёлые раздумья, впрочем, оставаясь привычно непроницаемой на публику, Вики очнулась лишь тогда, когда они оказались внутри помещения просторной обеденной залы, остановившись подле одного из длинных фуршетных столов, заставленного угощениями на любой взыскательный вкус. Жаль, что лучших друзей было не обмануть деланным безразличием, особенно Сэми, который всегда чутко различал нюансы эмоциональной составляющей ауры, хорошо истолковал причину совсем иначе, чем та, что существовала в реальности и сейчас, возможно, преспокойно дрыхла в своей комнате. — Не переживай так, Вики, ты самая обворожительная, — скромно улыбнулся ангел, вежливо подавая подруге полный фужер глифта. — Платье чудесное, сразу видно, что не Мими выбирала. — Вон, кстати, и она идёт, так что тихо, — предупредил демон, отпивая из стакана и посматривая поверх его края на окружающих. — Где же твой кавалер? — поинтересовалась девушка у подошедшей демоницы, небрежно помахивающую почти опустевшим бокалом. — Спровадила до танцев или до момента, когда захочу развлечься, — она невозмутимо пожала плечами и взяла очередную порцию алкоголя, напрочь игнорируя изобилие аппетитных закусок. — Он, конечно, смазливый, но немного зануда, с вами явно повеселее будет. Непризнанная улыбнулась на эту реплику и покачала головой, иногда даже завидуя такому налёту лёгкой непосредственности, пока неожиданно не наткнулась взглядом на хитрое и самодовольное выражение лица Ади, увлечённо смотрящего в другой конец зала поверх её плеч и крыльев, а когда парень с ехидной усмешкой на губах приветственно отсалютовал бокалом и победно подмигнул Сэми, то не выдержала, резко обернувшись в том же направлении. Едва Вики повернулась, как тотчас накрыла с головой и выбила весь воздух из лёгких непередаваемая смесь ощущений от облегчения и радости, до волнения и сладостного трепета, бросившая в жар и заставившая подогнуться коленки, вспотеть ладони и задрожать пальцы, вцепившиеся в спасительный бокал, подобно отчаявшемуся смертному, рискованно идущему по кромке осыпающегося обрыва. Периферийное зрение мгновенно отключилось, превращаясь в туннельное, звуки стихли до минимума, и перестала существовать галдящая веселящаяся толпа, как только они скрестили пронзающие клинки взглядов и без усилий, скорее с затаённым наслаждением, сконцентрировались на увлечённом созерцании друг друга. Девушке показалось, что она может простоять вот так вечность. Просто стоять, не двигаться и смотреть, упиваясь открывшимся перед ней видом, превратившись в безмолвную статую дозорного, а может, маниакального фетишиста, отныне имеющего индивидуальный, вполне определённый, объект для поклонения. Почему она упрямо и глупо не замечала раньше, насколько непозволительно красив, до остановки дыхания, именно этот мужчина? Возможно потому, что, как и остальные, подмечала необычность внешности, отдельные уникальные детали, бросающиеся в глаза, но не совокупность впечатляющего образа. А может, подсознательно всегда видела, но сопротивлялась, боялась рассмотреть по-другому, заранее подозревая, чем неминуемо угрожает разуму и сердцу. Но как же он был порочно и преступно хорош в строгих брюках, чёрной рубашке с длинным рукавом, под плотным материалом которой не скрыть подтянутый рельеф высокой фигуры, как и жилистые мускулы предплечий, а самое главное, без ошейника, впервые открыв беззащитную кожу крепкой шеи, когда из привычного облика остались ремень с тяжёлой пряжкой и массивное оперение. Сейчас она будто увидела демона впервые, единым целым смакуя его облик, но в то же время отчётливо вспоминая каждую отдельную грубую чёрточку бледного лица, к которому всего единожды удалось мимолётно прикоснуться под звёздным покрывалом ночи. Вики не смела и предположить, что на другом конце зала Геральда, смотрящего на подопечную, одолевают почти те же самые недопустимые противоречивые мысли, что он также предельно сосредоточен на зачарованном изучении очертания плавных изгибов под гладью тонкой ткани собственноручно выбранного платья. Струящийся материал приглушённого пастельно-голубого цвета, но с изумительным шелковистым переливом холодной стали, выгодно оттенял светло-серые крылья, теплоту и яркость небесных радужек, медовое золото волос и мерцающую розовато-белую кожу. Силуэт наряда в пол, подобно приталенной греческой тунике, мягко и целомудренно очерчивал линии точёных ног, округлых ягодиц, высокой груди и кончики сосков, но одновременно, при каждом движении, с нарочитой небрежностью мельком показывал в высоком разрезе обнажённую кожу по всей внешней стороне бедра и ниже. Руки были открыты полностью, широкие лямки переходили сразу в вырез на спине, а спереди в лиф без чашечек с глубоким треугольным декольте, под которое не наденешь бюстгальтера, потому что доходило практически до талии и заканчивалось перекрестием ткани немного выше места соединения юбки и бюстье, демонстрируя ложбинку между грудей и самый край упругих окружностей. В результате казалось, что удивительное платье обнимает и кутает в обтекающие потоки прохладного горного ручья, неуловимо сочетая в себе нюансы возвышенной невинности и соблазнительной греховности, как нельзя точно отображая сущность Непризнанной, находящейся на размытой грани, разделяющей Свет и Тьму. Как же по итогу странно, стоять вот так и просто смотреть, изводить себя жаждущими взглядами, мучительно рваться навстречу душами, при этом не имея физической возможности подойти ближе. Всего один полувзгляд, неважно рядом или на расстоянии, едва касаются или только хотят дотронуться, но словно между ними давно закончилась прелюдия, и происходит постоянный бесконтактный неконтролируемый секс. Поэтому Вики с трудом удержалась, чтобы импульсивно не ринуться в зовущий омут гипнотических голубых глаз, приковывающих и тянущих железными цепями с противоположного конца огромного помещения. Вот почему она торопливо вернулась к беседе с друзьями, иначе, сделав единственный машинальный шаг, не сможет дальше остановиться, наплевав на взгляды окружающих и катастрофичные последствия для обоих. Как и Геральд, моментально считав неосознанный порыв девушки и чуть не сорвавшись в ответ, с потаённым сожалением поспешил отвернуться в сторону приближающегося к нему с двумя бокалами в руках Тибериуса. Пришлось из вежливости принять стакан с алкоголем, ведь в его случае, гораздо проще выпить, чем объяснить, почему зачастую предпочитаешь воздержаться от употребления спиртного, тем более от двери к ним уже направлялись лучезарная Мисселина и угрюмый Фенцио. Так они и стояли, вроде порознь, но мысленно и взглядами украдкой вместе, хоть каждый и в своей компании, на протяжении долгих и томительных, но неуловимо быстро пролетевших двух часов. Постепенно свет в зале померк и превратился в интимный, разговоры вокруг стали приглушёнными и более личными, оркестр заиграл медленнее и лиричнее, а первые смелые парочки, достигнув необходимого уровня алкоголя в крови, потянулись на танцпол. Сначала за своим воздыхателем ускользнула в том же направлении Мими, следом не выдержали Ади и Сэми, невольно оставляя подругу совсем одну возле фуршетного стола. Вики осушила бокал с тёплым пуншем почти залпом и тоскливым ищущим взглядом огляделась по сторонам. Вот грустные и сочувствующие добрые глаза Дино, ведущего под руку Лилу, извиняющийся и заискивающий серый взор Энди, обнимающего за талию Лору, насмехающиеся красные радужки Люцифера в компании сразу трёх демониц, кроме того, отчего-то нерешительные и досадные выражения лиц других Бессмертных. Но самое главное, сверкающие колючей изморозью из глубины полумрака голубые глаза телохранителя, одним категоричным пронзительным взором пресекающие не только попытки, но даже зарождение мысли в головах остальных парней, теряющихся и трусящих под прессингом этого льда, попробовать пригласить дочь Серафима на танец. Они смотрели сначала на девушку, но не успевали шелохнуться, как чувствовали на себе тяжёлый прищуренный взгляд мужчины, пригвождающий к полу, затем напарывались на острое лезвие аномально холодных радужек, бросающих вызов посмевшему, и разом замирали, в конечном итоге, так и не сдвинувшись с места. Осознав причины происходящего и поперхнувшись воздухом от возмущения, застрявшего в районе горла, Непризнанная ощутила стремительно охвативший прилив гнева, подстёгиваемый алкоголем в крови, жаром углей прожигающий грудную клетку и застилающий глаза ослепляющей пеленой. Последней каплей в сосуде несправедливости, вишенкой на десерте негодования, стал нелепый взгляд Мисселины, исподтишка брошенный на наёмника, будто в робкой надежде, что соизволит пригласить на танец. Как по секундному щелчку спущенной тетивы, Вики с глухим стуком отставила новый полупустой бокал на столешницу, безжалостно расплескивая половину синей жидкости на белоснежную скатерть. Взялась пальцами за юбку платья, чтобы подол не путался под ногами, и с вполне целеустремлённой грациозностью, громко и раздражённо стуча шпильками, словно вколачивала каблуками гвозди, с гордо поднятой головой двинулась через весь зал в сторону преподавателей. Не обращая внимания, на заинтересованно приподнятую бровь Тёмного, растерянные глаза демона, недоумевающего Светлого и изумлённо хлопающие ресницы ангела, ученица цепко ухватила запястье Геральда, без лишних слов развернулась и бесцеремонно потащила за собой, как на буксировочном тросе, в направлении танцующих пар, прямиком к центру площадки. — Ты что творишь? — недовольным тоном прошипел мужчина ей в спину, тем не менее, не выказывая открытого сопротивления и следуя за подопечной, потому что прекрасно осознавал, как глупо будет дёргаться на публике и привлекать скандалом дополнительных зрителей. — Если мне нельзя ни с кем танцевать, значит, изволь развлекать меня сам, — с едким злорадством произнесла Вики, останавливаясь в середине танцпола, разворачиваясь лицом и неохотно отпуская его руку. Теперь они съедали накалёнными до предела взглядами лишь друг друга, не замечая смолкнувшую музыку, как и перешёптывающиеся расступающиеся перед ними парочки. Внезапно уголки губ демона тронула расслабленная усмешка, но в голубых радужках полыхнул пожаром подозрительный огонь, а в грудном баритоне зазвучала приятная рокочущая вибрация: — Что же ты хочешь станцевать? — спросил и вскинул правую ладонь в направлении музыкантов, завладевая их вниманием и прося подождать. — Что-нибудь парное, известное и классическое, — коварно улыбаясь в ответ, не растерялась девушка на его согласие, будто заранее предвкушая очередной раунд соблазнительной дуэли и предлагая выбрать оружие, которое на этот раз может стать роковой причиной обоюдной гибели. Наёмник без раздумий бросил мимолётный взор в сторону оркестра, отдавая безмолвный приказ, на что дирижёр одобрительно понимающе кивнул и отвернулся к подчинённым, мановением палочки выбивая из музыкальных инструментов вступительные чарующие и чувственные ноты. — О, будь осторожен, в старших классах я была лучшей, — оживилась она, заслышав хорошо знакомую мелодию, и сделала несколько шагов назад, не отрывая взгляда от манящего тающего льда колких глаз. Как только зазвучал тягучий и страстный проигрыш аргентинского танго, ученики сгрудились и сомкнулись вокруг плотной стеной, освобождая площадку и с жадным любопытством ожидая намечающееся представление. Cuando una noche de amor Desesperados сaigamos juntos y enredados, La alfombra y el alrededor Acabarán desordenados.Когда наступит ночь любви Измождённые, упадём сплетённые вместе, И ковер, и всё вокруг Окажется в беспорядке…
Однако Тёмный и Непризнанная по-прежнему не вспоминали про толпу Бессмертных рядом, потому как сейчас существовали лишь он и она, а также плавящееся в зыбком воздухе вожделение, протянувшееся между их телами и взглядами. Под первые переливы аккордов Вики плавно тронулась с места в направлении Геральда, покачивая бёдрами и не забывая тянуть носочек, когда отставляла каждую ногу назад при очередном медленном шаге. Она с вызовом продолжала глядеть ему в глаза, но не встала напротив, а сделал вид, что собирается пройти мимо. Властная мужская рука взмахом преградила путь, останавливая подле, требовательно легла на талию и одним движением соединила боковые линии их тел вместе. Тогда девушка повернула голову к демону, снова лицом к лицу, упиваясь близко жалящими взглядами. Вскинула согнутую в локте руку и нежно провела тыльной стороной ладони по высокой скуле, опустила ниже и огладила пальцами мускулы груди, пока ладонь партнёра, очертила изгиб талии, затем обвила предплечьем поясницу, чтобы порывисто развернуть и прижать спиной к себе. Повинуясь ритму музыки и собственному желанию, подопечная прильнула телом к наёмнику, томно прикрыла веки и запрокинула голову на его плечо, чтобы прижаться вместе пылающими щеками, завела правую руку за крепкую шею и зарылась пальцами в жёсткие волосы на затылке. Вот их кисти встретились и переплелись на её талии, дыхание смешалось на приоткрытых губах, его выдох — её вдох. Но в последующее мгновение, за миг до поцелуя, на пике протяжной высокой ноты, новое порывистое движение, неторопливой лентой раскручивающее Непризнанную вокруг своей оси прочь от партнёра на отдаление вытянутых рук, держащихся друг за друга. Геральд и Вики не разорвали взгляда, протягивая и связывая незримой нитью, когда их ладони и предплечья до локтя соприкоснулись, а пальцы заново соединились, сокращая дистанцию. Отчаянный порыв навстречу, чтобы прижаться грудными клетками, чувствуя саднящий стук сердец в такт мелодии, всё также не размыкая одних рук, чтобы поддержать правой обнажённую девичью спину, а левую положить на мужское плечо. Наконец, сорвавшись с места, текуче заскользили по паркету танцпола, отмеряя ритмом шагов звучащие вязкие аккорды, воспарили над площадкой чёрной и серой птицами, закружились в неторопливом, но пылком вихре. Демон вёл партнёршу твёрдо и уверенно, доминируя безраздельно, но мягко и без нажима, с приятной лёгкостью подчиняя своей грубой силе и завораживая природным животным магнетизмом, заставляющих забыть, что вокруг существует другой мир, помимо обволакивающей в ласковый плен тёмной ауры. Они слышали только зовущую за собой музыку, учащённое дыхание, шум пульса и гудение крови в венах друг друга, видели влекущий мрак расширяющихся зрачков напротив, не различая восторженные вздохи и не замечая пристально следящих взглядов. Пока на замедлившемся проигрыше, не застыли, чтобы чуть отстраниться, чем Вики и воспользовалась. Согнув левое колено и слегка присев, а правую ногу в разрезе платья отведя назад в полушпагате параллельно полу, прочертила носком туфли изящный полукруг в одну сторону и обратно, при этом выгнув спину и продолжая смотреть на мужчину снизу-вверх. Геральд незамедлительно наклонился к девушке глаза в глаза, дразняще едва не соприкоснувшись губами, но всего лишь подхватил под изогнутую поясницу и потянул вверх, удерживая между лицами прежнее незначительное расстояние, распрямляя и возвращая в исходную позицию. В ту же секунду сам подался корпусом назад, выставляя одну ногу вперёд, на мгновение практически укладывая подопечную всем весом стройного тела на своё бедро и торс, превращая их в две прижатые под наклоном прямые. Опять выпрямились и заняли устойчивое положение, демон сразу же привлёк к себе, а она прильнула вздымающейся грудью, высоко взметнула одну ногу вверх, сгибая и заводя за мужское бедро, обнимая поперёк ягодиц, вжалась внутренней поверхностью и повела коленом, призывно потеревшись. В ответ наёмник сделал шаг и запрокинул Непризнанную вниз, склонившись и практически нависнув над ней, но девушка ногу не опустила, наоборот, вжалась бёдрами плотнее и устремилась затылком к самому полу, выгнувшись дугой, отчего кончики светлых волос чиркнули по паркету, а губы Тёмного почти коснулись открытой впадинки пышного бюста, затем пряди каскадом взметнулись обратно, повинуясь притягивающему жесту сильных рук. Их тела самозабвенно сплетались и прикасались, скользили и потирались, быстро чередуя один акробатический элемент танца за другим в такт музыке, на самом деле, будто неутомимо сменяя и пробуя позы в беззастенчивом подобии вертикального занятия любовью, даром, что были в одежде, но легко представить, что без, и наедине не в центре танцплощадки, а на пружинящем матрасе огромной круглой кровати. …Cuando una noche de amor que Yo no dudo La eternidad venga seguro, Tú y yo, el desnudo y el corazón, Seremos uno.Когда настанет ночь любви, Я не сомневаюсь, Вечность обязательно придёт, Ты и я, обнажённые тела и сердца, Мы будем одним целым.
Вот на завершающей ноте они прильнули друг к другу, тяжело дыша и не размыкая рук, замерли в обрушившейся зазвеневшей тишине, соприкоснувшись лбами и кончиками носов, опустив взгляды на губы друг друга, что снова зависли в неосмотрительных миллиметрах. Вики прикрыла глаза, чтобы не было соблазна податься вперёд и рухнуть в затягивающую пропасть, с упоением вдыхая полной грудью жаркий аромат прижатых тел, но не удержалась и украдкой потёрлась носом, а пальцами левой руки, сжала надёжное мужское плечо, умоляя не отпускать, но в тоже время спасти от падения в их персональную бездну. Кажется, время остановилось вместе с ними, но вот первые несмелые хлопки из замершей толпы ошеломлённых учеников разбили безмолвие обстановки, словно никто до последнего не решался или не хотел разрушить непередаваемую, будоражащую кровь, волшебную атмосферу, созданную танцующей парой. Всех и каждого с начальных аккордов мелодии навязчиво преследовало ощущение, что тайком подглядывают в замочную скважину спальни за чем-то глубоко интимным, непрошено вторгаясь в чужую личную жизнь. Следом неуверенные рукоплескания громко подхватили Ади и Сэми, задавая старт оглушительным аплодисментам, сопровождающиеся одобрительными выкриками, взорвавшими пространство на осколки, больно царапающие и безжалостно приводящие в сознание девушку и мужчину, что выпали из реальности, напоминая им о многочисленном постороннем присутствии других Бессмертных. Геральд моргнул и нахмурился, отстраняясь от подопечной, но руки не разжал, а галантно склонился и деликатно поцеловал тыльную сторону ладони в благодарность за танец, только тогда отпустил. Бросил исподлобья последний, режущий кромкой льда, укоризненный взгляд голубых глаз, резко выпрямился и поспешно удалился к выходу подальше от алчущих взоров, протискиваясь сквозь галдящую возбуждённую толпу. Непризнанная шумно выдохнула, смотря в крылья наёмнику, заторможено повернулась в противоположную сторону и на подрагивающих от перенапряжения ногах направилась обратно, чувствуя, как рвётся на части и протестует под пыткой разлуки собственное сердце. Правда, не успела подойти к столу, как услышала позади дробный перестук каблуков, но, даже не поворачиваясь, знала, кому они принадлежат и что сейчас услышит. — Вики, что это, чёрт тебя дери, было?! — возмущённый и запыхавшийся голос Мими за спиной не заставил себя долго ждать. — Ты о чём? — стараясь звучать безразлично, ученица упёрлась бедром в стол, взяла полный бокал с разбавленным льдом глифтом и одним махом осушила, так как стало ужасно душно и безумно хотелось пить. — Это было всего лишь танго. — Танго? Это ты называешь «просто танго»?! — всплеснула руками демоница, встала рядом и привалилась ягодицами к краю столешницы, непримиримо скрестив руки на груди. — Да под вами чуть ли танцпол не полыхал! — Ну, это страстный танец, — кротко пожала плечами девушка, пригладила растрепавшуюся прическу, быстро поправила платье и потянулась за следующей порцией слабоалкогольного спиртного. — Ага, только меня не покидала мысль, что ещё немного, и вы трахнетесь прямо на ближайшем столе, наплевав на публику, — саркастично огрызнулась она и недоверчиво покосилась на подругу. — Объяснишь, что происходит? — Неужели, действительно кажется, что между нами есть нечто большее? — оторопело переспросила Непризнанная, как если бы хотела услышать подтверждение со стороны, что стало гораздо хуже и совершенно вышло из-под контроля. Поймав донельзя уверенный кивок соседки по комнате, Вики часто и отрывисто задышала, вцепившись пальцами в кромку столешницы, чтобы не потерять равновесие. Новая доза ярости охватила всё её существо, ядом прожигая внутренности и клокочущей волной адреналина ударяя по оголённым нервам прямиком в одурманенный жаром и спиртным мозг. — Мне необходимо прогуляться, — с плохо скрываемым гневом, выдала девушка, понимая, что отныне не в силах выносить сложившуюся ситуацию, с неё несомненно достаточно. — Здесь закончился воздух. Непризнанная развернулась на шпильках и опрометью кинулась к двери, пока хватало решимости не передумать, так молниеносно, что Мими не успела увязаться за ней и недоумённо прокричала что-то вопросительное, но от шума давления бурлящей в ушах крови, она ничего не расслышала, да и было сейчас абсолютно неважным. Выскочив в отнюдь не пустой коридор от жмущихся по углам парочек и слоняющихся вдоль стен полупьяных компашек, Вики огляделась по сторонам как раз вовремя, чтобы заметить скрывшееся за углом в направлении лестницы знакомое оперение. Не раздумывая и стараясь напрочь отключить голову, чтобы не возникло сомнений, ринулась следом, подхватив подол платья из опасения ненароком зацепиться носком туфель или оступиться на гладком мраморе пола. Она злилась на себя, на него и на них обоих, да так, что сводило скулы и сжимались кулаки, до боли впившись ногтями в тонкую кожу ладоней. Пора перестать ходить вокруг да около, безрезультатно заталкивая и пряча чувства внутри, прекратить убегать друг от друга, как подростки, а просто поговорить и прояснить ситуацию между ними, к какому бы результату ни привело. Лучше разбежаться окончательно и бесповоротно, чем быть подвешенными в невесомости и мучиться неопределённостью. Вики завернула за угол к подножиям ступенек, собираясь подняться в преподавательское крыло, но шлейф тёмной ауры вёл дальше на этаж учебных классов и библиотеки. Сначала она сосредоточенно нахмурилась, недоумевая, зачем мужчина направился туда в такой поздний час, но почти сразу догадалась, что, возможно, он тоже решил подышать свежим воздухом и привести мысли в порядок, а в глубине коридора скрывалась спиральная лестница вверх, ведущая на балкон одной из смотровых башен школы. Злость продолжала подстёгивать девушку, кипятком растекаясь по венам, в стремлении дойти до конца, чего бы это ни стоило, и обратного пути теперь точно не существовало. Дело было даже не в вынужденном навязанном одиночестве в столь важный день, который не смогла провести с любым из поклонников, да и разве хотела, а в том, что причиной был именно тот, с кем желала быть рядом, но также не могла. Непризнанная настигла наёмника между дверями аудиторий, впрочем, он уже почувствовал её присутствие за спиной, раньше, чем услышал гулкий стук шпилек в пустынном сумрачном коридоре, остановился и развернулся навстречу. — Что случилось? — настороженно поинтересовался Геральд, сделав всего шаг вперёд, но не дальше, словно опасался подходить и предпочитал сохранять безопасную дистанцию. — Что случилось?! Серьёзно? Это всё, что ты можешь сказать?! — но Вики без колебаний сама подлетела ближе, перестав держать внутри слепую ярость, безудержным потоком выплёскивая на демона скопившееся негодование, нет не только за сегодняшний вечер, оказывается с момента оборвавшегося у водопада поцелуя. — Надо поговорить! Вот, что случилось! — свистящим от гнева шёпотом выпалила она и без страха пихнула ладонями в широкую грудь, подталкивая к распахнутым дверям одного из кабинетов. — Хочешь поговорить? Хорошо, давай поговорим, — слегка оскалился демон, нахмурив чёрные брови, тем не менее, отступая назад под неудержимым натиском, удивительным для такой хрупкой на его фоне фигурки, и с издёвкой добавил: — Начинай. — Значит, я всего лишь работа?! — повышая тон, выкрикнула девушка, толкнув с новой силой, взбесившись от того, что посмел злиться в ответ. — Так и есть! — огрызнулся мужчина, блеснув инеем холодных радужек в полумраке коридора. — Ты это хотела услышать?! — Значит, поэтому мы не можем быть вместе?! — повторный тычок в грудь на пределе возможностей и горящая огнём потемневшая лазурь. — Зачем спрашиваешь, если и сама прекрасно понимаешь?! — глухо прорычал наёмник, с трудом сдерживая пробуждающихся внутри монстров, учуявших кровь. — Тогда оставь мою личную жизнь в покое! — продолжала наступать на Тёмного подопечная, сжав кулаки до побелевших костяшек пальцев. — Прекрати всех отпугивать! Я сама разберусь с кем мне быть! — Это была воля твоей матери! — теряя последний запас терпения, приглушённо рявкнул он, застывая монолитной скалой так, что она на полном ходу врезалась прямиком в каменные мускулы мужского тела. — Ах, так это только приказ?! — задохнувшись от обиды, практически выплюнула Вики, отскочила назад и, не помня себя, замахнулась правой рукой, чтобы отвесить демону пощёчину. Однако Геральд определённо не был ангелочком, чтобы подставлять не то что вторую щёку, но даже первую, поэтому перехватил узкое запястье в железную хватку большой ладони, удерживая его на весу. — Именно так, — поддразнивая прошипел он, словно стремился разозлить посильнее, ужалить побольнее, чтобы оттолкнуть раз и навсегда, дать им шанс передумать в своей безотчётной тяге. Но ученица не думала сдаваться, в намерении на сердечные уколы нанести вред хотя бы физически, вовсе не замечая, что они ввалились в кабинет и теперь стоят посреди прохода между партами. Замахнулась свободной левой рукой в очередной попытке удара, не боясь и не задумываясь о последствиях такого спонтанного поступка. Левую кисть Непризнанной ожидаемо постигла та же участь, что и правую, тогда она исступлённо задёргалась в попытке вырваться из захвата, намертво сковавшего обе руки, будто металлом давящих наручников, но безрезультатно. — Отпусти меня и катись ко всем чертям! — чуть ли не плача от возмущения запальчиво бросила она, открыто смотря в прижигающие льдом глаза. — Как успокоишься, так сразу! — пообещал Тёмный, не отрывая взгляда от разъярённой сверкающей бирюзы. — Отлично! Раз я тебе не нужна, так имей мужество прямо сейчас отказаться от меня, чтобы потом отдать другому, — прокричала на одном дыхании девушка, но внезапно затихла и с обречённой горечью добавила: — Не выберу сама, так рано или поздно за меня это сделает мама. Дальше Вики толком не успела разобрать, что неуловимо изменилось во взгляде демона, но голубые радужки разом потухли, словно на них легла ночная тень, и промелькнуло нечто, похожее на неожиданно обрушившееся осознание, а затем, неприязненно поморщившись, Геральд тихо и категорично произнёс: — Нет, — всего одно упрямое собственническое слово, которое кардинально меняло всё сказанное и случившееся только что. I gotta a bullet for you You gotta a bullet for me Nothing can’t save us from truth Nothing can’t save us from tearsУ меня есть пуля для тебя У тебя есть пуля для меня Ничто не может спасти нас от правды Ничто не в силах защитить нас от слёз
Она не успела ничего ответить, как сильные руки наёмника, дёрнули вперёд, впечатывая в мужскую грудь, чтобы позволить себе то, чего не переставая хотелось повторить обоим слишком давно. Касание изумлённо приоткрывшихся пухлых губ, не ожидавших такого порыва, в кратком поверхностном поцелуе. Накрывшим горячим дыханием и на миг увлажнившим, словно заново пробуя на вкус и осмотрительно проверяя реакцию. Гибкое тело девушки откликнулось мгновенно, инстинктивно подаваясь навстречу и вжимаясь в твёрдый рельеф мышц соблазнительными мягкими изгибами. Один взволнованный вздох и не менее жаждущий ответный поцелуй, чтобы сбросить оковы и выпустить на волю разрушительное пожирающее вожделение. Не разрывая зрительного контакта, потянулись одновременно и торопливо прильнули в дразнящем поцелуе, слегка прихватывая губы, наслаждаясь опасным балансированием у края пропасти. Но не утерпели и соприкоснулись опять, чуть дольше, с сочным звуком мимолётно встретившихся языков, выбивая протяжный стон и бархатистое рычание. Интервал между ласками сократился, как и сами касания превратились в более глубокие и жадные, но такие же быстрые и отрывистые. — Сумасшедшая, — с восхищением выдохнул охрипший баритон в чувственные губы, упиваясь возбуждающей отдачей желанного тела. Закинутые на крепкую шею худенькие руки, после сразу выпущенные на свободу из удерживающих в плену грубых ладоней. — Заткнись и целуй меня, — в ответ задыхающийся властный приказ, ждущий полного повиновения, и цепкие пальчики на вороте чёрной рубашки. Толчок в край ближайшей парты, недвусмысленно вжимаясь бёдрами в пах демона, и ощущение моментально налившейся эрекции под замком ширинки. Напряжённый стон от такой выходки, беглое скольжение ладонями с талии на упругие ягодицы подопечной, чтобы трепетно огладить, но тут же до лёгкой боли прихватить пальцами. Резкий шаг вперёд и с жалобным скрипом сдвинутый от внезапного напора тел противоположный стол. Новый танец страсти, но теперь без зрителей и цензуры, по-взрослому. Разлившийся в раскалённом воздухе дурманящий запах похоти и сбившееся учащённое дыхание. Мелькнувшие под полуприкрытыми веками искры зимнего льда и весенней капели перед слиянием в не скрывающий порочных мыслей агрессивный поцелуй. Больше не прерываясь, яростно сминая губы, с обоюдным гортанным стоном погружаясь в сладкий экстаз долгожданного полного сплетения языков. Мужская обжигающая рука, забравшаяся в разрез платья, поглаживающая нежную кожу бедра, неумолимо поднимаясь всё выше, будто исследуя грани дозволенного. Девичьи ладони, опустившиеся на вздымающуюся грудную клетку, резкий толчок инициативы в парту другого ряда и хватка пальцев за края рубашки, а затем уверенный рывок, стирающий любые границы. Рассыпчатый стук маленьких пуговиц, брызнувших и покатившихся по полу, а следом приподнятая бровь и довольная усмешка лишь на мгновение разорвавшая поцелуй для одобрительного укуса в изящную шею. Нетерпеливое прикосновение к рельефу бледной груди, чтобы скорее опуститься к мышцам подтянутого пресса, а оттуда к пряжке ремня. Нерешительно замереть, но после, с сухим щелчком расстегнуть дрожащими от предвкушения пальцами. Демонический рык и взмах могучего крыла, с шелестом и грохотом сметающий с учительского стола письменные принадлежности, широкие ладони, стремительно подхватившие под ягодицы и подсаживающие на край столешницы. Порция донельзя углубившихся поцелуев, словно в попытке сожрать друг друга заживо, кипящая зовущая кровь в венах и зуд нетерпения в кончиках пальцев от жара, томительно разливающегося внизу живота. Стройные ноги обхватившие и прижимающие теснее мужские бёдра к намокшему кружевному белью, кокетливо показавшемуся в задравшемся разрезе платья, с треском рвущегося на бедре. Бесстыдное наслаждение от давления на промежность твёрдого члена под плотной тканью брюк, неосознанное покачивание округлыми бёдрами и трение, вырывающее из горла собственный тихий стон и тёмное громкое рычание возле уха. Запрокинутая в вязком забытье голова и разметавшийся по столу шёлк светлых волос, пока горячие губы покрывают влажными поцелуями шею, ключицы и ложбинку между окружностями бюста. Запутавшиеся в густых чёрных прядях пальцы, когда тёплые ладони, отодвинув края декольте, обнажили упругую юную грудь с торчащими от возбуждения сосками. Выгнутая навстречу струной спина и бессвязный умоляющий шёпот от ласк жалящих губ и языка, бережно покусывающих и посасывающих восхитительно мягкие розовые ореолы, в то время, как чуткие умелые пальцы с беззастенчивым нажимом гладят внешнюю гладкую кожу бёдер. Ритмичные затяжные толчки, только имитирующие характерные движения, периодически короткими рывками подтягивающие ближе и прижимающее теснее к пульсирующему в нетерпении органу, безнадёжно сводили с ума и заставляли лихорадочно дрожать неискушённое девичье тело. Ещё немного и кажется, что они достигнут оргазма прямо так, но порывистый останавливающий жест тонких пальцев, дотянувшихся до ширинки строгих брюк, притормозил мучительное неизбежное. Шорох пуговицы и хруст расстёгиваемой молнии, чуть освободили вздыбленную под нижним бельём плоть, вызывая облегчённый хриплый выдох в нагое точёное плечо. Девушка замерла от осознания собственного дерзкого шага и взволнованно облизала пересохшие губы, но любопытная ладонь против воли раздвинула зубцы расстёгнутого замка и осторожно дотронулась до мелко подрагивающего под тканью члена, вынуждая застыть и не дышать уже мужчину. Подушечками очертила вершину и изучающе провела по внушительной длине до самого основания, вырывая из лёгких демона, уткнувшегося кончиком носа в острую ключицу, урчащее басовитое ворчание. Со странной непонятной примесью вожделения и тревоги прихватила ствол пальцами, оценивая толщину далеко не маленького органа, чувствуя, как смелость покидает, оставляя после себя неприятный липкий страх от несвойственной робости. Впрочем, неужели она всерьёз полагала, что у обладателя таких громадных крыльев и огромных ладоней окажется в штанах крохотный член, хотя разве, вообще, можно задуматься и подготовиться, когда просто отчаянно следуешь на поводу ослепляющего желания. What if I break your walls Or should I save my soul Somebody help me please How could I take that riskЧто, если я сломаю твои стены? Или я должен спасти свою душу? Кто-нибудь, помогите мне, пожалуйста! Как я могу пойти на такой риск?
Секундной заминки хватило, чтобы Геральд успел считать в ауре подопечной промелькнувший испуг, вздрогнув, стряхнул тягучую пелену возбуждения и резко отпрянул, когда разом сложилась в голове логическая цепочка, протянувшаяся от беседы у водопада до настоящего момента. В следующее мгновение наёмник отстранился окончательно, взяв жёсткими пальцами за подбородок, и пытливо заглянул в расстроенные от осознания собственной трусости виноватые лазурные глаза: — Когда ты собиралась мне сказать? — низкий голос срывался от тяжёлого дыхания, но в нём ощутимо сквозил налёт раздражения и плохо сдерживаемой злости. — Н-не знаю… Я не подумала, правда, — Вики закусила губу и повела серыми крыльями, пытаясь скрыть недовольство собой от того, что умудрилась всё испортить, ведь была давно не ребёнком и прекрасно знала всю физиологию процесса, так к чему эти глупые несвоевременные страхи. — Разве это имеет такое уж значение? — Я, конечно, сволочь, но не последняя мразь, — поморщился в оскале демон и сокрушённо вздохнул, сразу унимая вспышку бесконтрольно вырвавшегося гнева, но вовсе не на девушку, а скорее за утраченную выдержку и свою неосмотрительность. — Я мог неосознанно причинить тебе сильную боль, источником которой быть не хочу. — Так не причиняй её сейчас, — она потянулась и ласково обхватила ладонями высокие скулы, без промедления ныряя в ледяную прорубь синих в полумраке радужек. — Не отталкивай меня снова. — Ты пока не осознаёшь, но это не должно произойти вот так, точно не здесь… — мужчина сделал паузу, но всё же продолжил: — …и, может быть, даже не со мной, чтобы потом не сожалеть. — Теперь ты меня не хочешь? — Непризнанная дёрнулась, как от оплеухи, опустила руки и подбородок, сжимая кулаки и пряча в глазах горечь вперемешку с обидой. — Не говори чушь, — Тёмный нахмурился, поднял левую ладонь и нежно погладил девичью щёку, затем склонился и тихо прошептал, касаясь кромки правого уха опаляющим дыханием. — Хочу быть первым и последним, хочу убить того, кто им станет… Вики в неверии вскинула голову, непроизвольно воодушевлённо улыбнувшись, и повернула лицо вбок, приблизившись к чётко очерченному рту, но большой палец мужчины, остальными поддерживая подбородок кверху, мягко лёг на её губы, останавливая невесомым прикосновением. — Но ты должна хорошо всё взвесить и подумать об этом, понимаешь? — категорично закончил он, скрывая в на миг оттаявших глазах мрачную затаённую боль, и догадываясь, что сил сопротивляться больше не останется, если девушка опрометчиво сделает выбор в его пользу. Подопечная согласно кивнула, осознавая, что среди вороха непримиримых фактов, есть хотя бы одно важное обстоятельство, с которым давно определено и которое явно не помешает им быть вместе. Думая, каждый о своём, но об одном, они не заметили, как их тела снова потянулись друг к другу, готовые решить в эту минуту, когда кончик пальца медленно провёл по линии сомкнутого рта, который тут же приоткрылся и юркий влажный язык дразняще коснулся подушечки, а потом и вовсе прихватили припухшими от поцелуев губами. Томный взгляд с поволокой из-под полуопущенных густых ресниц, и голубые льдины тронулись в тёплые бирюзовые воды… — Вики! Вики! Ты где? — громкий обеспокоенный крик Мими и раскатистый стук каблучков в коридоре, заставил отпрянуть и одновременно повернуться в направлении распахнутой двери. — Я чувствую присутствие твоей энергии! — Вот чёрт! — успела перепугано охнуть ученица, прежде, чем мощные руки подхватили за талию и сняли с письменного стола. Она пошатнулась, но устояла, а затем в панике бросилась к двери, на ходу поправляя платье и причёску, надеясь успеть выскочить в коридор до того, как подруга заявится на порог кабинета. Но едва успела преодолеть половину расстояния до выхода, как в проёме появился чёрный невысокий силуэт. — О, вот ты где! — заметно пьяненький и бодрый голос, остановил девушку в середине прохода. — А я тебя повсюду ищу! Демоница оглядела помещение поплывшим от алкоголя взглядом и звонко хихикнула, театрально махнув рукой и оперевшись плечом о косяк, чтобы не упасть: — Ты отправилась громить класс Фенцио в отместку за экзамен и не позвала, чтобы разделить с подругой такое веселье?! Вики в ужасе обернулась, но наёмника нигде не было видно, как если бы он попросту испарился в воздухе, зато привыкшие к сумраку аудитории и расширившиеся в шоке зрачки, словно со стороны лицезрели сдвинутые в беспорядке парты и хаос на рабочем столе преподавателя, разбросанные по полу свитки и перья, бумаги и учебники, закатившуюся под скамью разбитую чернильницу и синие блестящие лужицы на паркете. — Ага, мне это было очень нужно, — промямлила она, прикрывая рот ладонью, чтобы не выругаться. — Ну, знаешь, выпустить пар. Я не планировала, просто само так вышло. — Прекрасно понимаю, — фыркнула Мими и беспечно пожала плечами. — Но всё же тебе определённо стоит хорошенько потрахаться. Don’t, don’t, don’t hurt me No, no, no, no, no Don’t, don’t, don’t hurt me No, no, no, no, noНе делай, не делай, не делай мне больно Нет-нет-нет-нет-нет! Не делай, не делай, не делай мне больно Нет-нет-нет-нет-нет…
