Я – Учиха

Они прошли мимо огромного дерева, ствол которого был изрезан древними метками, будто кто-то когда-то отмечал здесь путь. Воздух был влажным и прохладным, ведь лес впитывал в себя каждое дыхание, и даже шаги казались громкими. Хоширо услышал шум воды, должно быть, поблизости есть ручей. На тропинке то там, то здесь виднелись пятна крови. —Ты впорядке Аи? — взволнованно прошептал Хоширо — Не переживай, мы скоро должны хоть что-то отыскать. А там уж... Он не успел договорить, мгновенно схватил девушку и спрятался за дерево сжимая ее рот и показывая указательным пальцем, что стоит помолчать. Они затаились, стараясь даже не дышать. Из-за густых кустов впереди послышался тяжёлый шаг. Он был неторопливый, словно кто-то брёл, волоча за собой ноги. Ветер принес запах дыма и мокрой земли. Хоширо чуть повернул голову, пытаясь рассмотреть силуэт, и, наконец, между деревьями мелькнул авысокая тень. Фигура сгорбленная, закутанная в длинный плащ. Шаги были размеренные, без суеты. Не похоже на нападающего. Хоширо медленно убрал руку от лица Аи, и та кивнула, показывая, что поняла. Они осторожно выглянули из-за ствола. Старик. Седые волосы, лицо в морщинах, глаза усталые, но внимательные. На спине связка хвороста, за плечом потёртая лампа. — Кто здесь? — хрипловато спросил он, не оборачиваясь, но явно зная, что за ним следят. Хоширо и Аи обменялись взглядами. Девушка кивнула, и они вышли из-за дерева, держа руки наготове, но без враждебности. — Мы из Конохи, — первым заговорил Хоширо. — Выполняем задание. Простите, если напугали. Старик повернулся, всматриваясь в них. Несколько мгновений он молчал, а потом усмехнулся уголком губ: — Коноха, значит. Редко теперь кто из вас сюда добирается. Лес нынче дурной, сам видел следы. — Он взглянул на Аи, чьё лицо было напряжено, и добавил: — Вам лучше не бродить ночью. Пойдёмте. У меня хижина неподалёку. Переночуете, обсушитесь. Хоширо чуть помедлил, но Аи тихо сказала: — Доверимся. Мы всё равно не сможем идти дальше в темноте. Они пошли за стариком, ступая по влажной земле. Через несколько минут тропа вывела их к небольшой деревянной, но крепкой хижине, с каменным очагом у входа. В воздухе пахло дымом, травами и чем-то сладковато-горьким, возможно, сушёными грибами. — Сюда, — старик отодвинул полог, пропуская их внутрь. — Я редко вижу гостей, но кровать и тёплый чай могу предложить. Аи облегчённо вздохнула, когда вошла внутрь, чувствуя, как усталость наваливается, а напряжение наконец отпускает. Хоширо не сводил взгляда со старика, замечая, как тот ловко раздувает огонь, подкидывая щепки. — Спасибо вам, — сказал он. — Мы не хотим доставлять хлопот. — Хлопоты… — повторил старик тихо, словно самому себе. — Сейчас каждому, кто ещё живёт в этом лесу, есть что скрывать или о чём молчать. Но вы молодые держите свет в глазах. Это редко. Хитоми и Юсай нашли их уже ближе к полуночи, ориентируясь по следам и вспышкам чакры Аи. Увидев, что напарники в безопасности, они присоединились к ним у очага. Старик поставил на огонь чайник, и в хижине быстро стало тепло и спокойно. Все вместе сидели у стола, попивая чай и греясь у камина. Дым от огня слегка щекотал ноздри, смешиваясь с запахом травяного настоя. За окном тьма леса казалась ещё гуще, а лунный свет пробивался сквозь кроны деревьев, отражаясь серебристыми бликами на полах и стенах избушки. — Что-то плохое тут бродит, — тихо пробормотал Юсай, но его глаза сканировали темные углы комнаты. — Ох, да забыл совсем. Можете называть меня… Такэо, — добавил старик с лёгкой улыбкой, слегка кланяясь. — Я Юсай. А это Хито, Аи и Хоширо, — представил всех Юсай, явно не желая раскрывать их кланы. Старик прищурился, словно оценивая их по глазам. — Вот как. Шиноби, значит. И много знаете? — Достаточно, — чуть резче, чем следовало, ответила Хитоми, выпрямив спину, но тут же получила мягкий пинок от Аи. — Да, мы стараемся, Такэо-сан, — добавила Аи, сдержанно улыбающаяся. — Это уже хорошо, — вздохнул старик, потягиваясь, и позволил себе лёгкую улыбку. — Сегодня луна особенно яркая… Хоширо, держа кружку, взглянул на Юсая. — Она почти освещает весь лес. Если наши догадки верны, этот свет может помочь заметить то, что скрыто в тени. — Может, — тихо кивнула Хитоми, — но иногда тьма кажется глубже под луной. Старик покачал головой, его глаза блестели в полумраке. — В этом лесу давно водятся не только звери. Те, кто нарушает порядок, исчезают прежде, чем кто-то успеет заметить. Будьте осторожны, дети. Аи сжала ладони на кружке и посмотрела на Хитоми.

***

Проснулись они ближе к обеду, когда мягкий солнечный свет пробивался сквозь щели в деревянных ставнях. Хитоми потянулась, чувствуя, как мышцы слегка ноют после вчерашнего долгого пути, и сразу ощутила голод. — Кажется, пора подкрепиться, — пробормотала она, слегка усмехаясь и потирая глаза. Аи уже собиралась у стола, аккуратно раскладывая остатки вчерашнего завтрака, а Юсай тихо вытягивался возле окна, прислушиваясь к лесу снаружи. Хоширо, сидя за столом с чашкой горячего чая, наблюдал за ними, держа спину ровно и внимательно. — Сегодня весь день займёмся миссией, — сказал сенсей ровным голосом, — нужно восстановить силы и быть готовыми к любым неожиданностям. Хитоми села напротив, доставая из сумки свои инструменты и проверяя их состояние. — Надо действовать быстро, но аккуратно. Тьма здесь может скрывать не только животных, — сказала, взглядом обводя комнату. Аи добавила: — И все эти странные следы… Нам точно понадобится вся осторожность. Хоширо кивнул, поправляя рукава, и Юсай вздохнул, поставив чашку на стол: — Отлично, тогда после еды двигаемся. Время идти, пока свет позволяет осмотреть окрестности. Лёгкий аромат чая и свежего хлеба наполнял комнату, а тепло от печи постепенно разогревало всех, помогая набраться сил перед долгим днём в лесу. Воздух стал тяжелее, как будто сам лес затаил дыхание. После короткого отдыха у старика команда снова отправилась на поиски. Хитоми шла чуть впереди, активировав Шаринган и ее алые глаза медленно скользили по стволам деревьев, ловя каждое искажение чакры. — Всё ещё тишина, — негромко сказал Юсай, сжимая кунаи. — Кровь здесь старая, но следы свежие. Кто-то недавно прошёл мимо. Хоширо и Аи переглянулись, готовые в любой момент броситься в бой. Тропа постепенно вывела их к скале, поросшей мхом. С первого взгляда обычная, но Хитоми коснулась камня и почувствовала под пальцами лёгкую вибрацию. — Здесь что-то есть, — шепнула она. — Внутри чакра. Старая, но сильная. Юсай провёл пальцами по щели в скале, и та отозвалась глухим звуком. — Это не просто камень. Здесь скрыт вход. С усилием они открыли узкий проход. Запах сырости и ржавчины ударил в нос. Подземелье уходило глубоко вниз, и по мере того как они спускались, становилось всё холоднее. Стены были исписаны символами, похожими на печати. — Что это за место? — шепнула Аи, сжимая плечо Хоширо. — Похоже на старое убежище, — тихо ответил Юсай. — Такие делали во время Третьей мировой. Но чем глубже они шли, тем отчётливее становился запах железа и крови. Хитоми остановилась. — Это не просто убежище. Перед ними открылась большой каменный зал. Вдоль стен стояли металлические клетки, а внутри пустота, но на полу виднелись засохшие бурые пятна. На столах разбросанные бумаги, пробирки, остатки пергаментов с рисунками человеческих тел и отметками чакровых точек. Юсай взял один лист, пробежался глазами и нахмурился. — Почерк похож на Орочимару. — Орочимару? — переспросил Хоширо. — Ты хочешь сказать, что мы стоим в его логове? Ответить никто не успел. С противоположной стороны раздался тихий скрежет, будто что-то металлическое царапало пол. Хитоми резко повернула голову, активируя Шаринган. Из тени медленно вышел человек. У него кожа бледная, глаза пустые, как у куклы. Его чакра была странной. Словно она текла не изнутри, а вокруг него, искажая воздух. — Это явно выживший, — произнёс Юсай, отступая на шаг. — Но его чакра нестабильна. — Помогите... — прохрипел человек, делая шаг вперёд. — Они... наблюдают... всё видят... Аи сделала движение вперёд, но Хоширо удержал её. — Подожди, не подходи! Мужчина внезапно выгнулся, и с его тела сорвались нити чакры, как чёрные жилы, устремившиеся к ним. Хитоми успела отпрыгнуть, а Юсай метнул бумарные тэги. Вспышка света разорвала темноту, озарив зал. Существо зашипело, бросаясь прямо на них. — Назад! — скомандовал Юсай. — Это не человек. Хитоми отскочила, сжимая кунаи. Шаринган вращался, выхватывая каждое движение. Она заметила странный узор на шее существа. Какой-то символ печати. — Сенсей! У него метка на шее, если разрушить он упадёт! Юсай кивнул. — Тогда отвлеки его. Хитоми метнулась вперёд, создавая иллюзию и три её образа окружили противника. Существо ударило кулаком в одного из клонов, но тот рассеялся дымом. В этот момент Юсай оказался за спиной и разрубил печать. Крик боли пронзил подземелье, а затем наступила тишина. Тело человека обмякло, упав на каменный пол. Аи подбежала первой, проверяя пульс. — Он жив... но едва. Хитоми устало опустилась на пол, отдуваясь. — Если это только один из подопытных, значит, где-то здесь есть и другие. Юсай поднял взгляд на тёмный коридор, уходящий дальше. — Мы нашли не убийцу. Мы нашли последствия. Он затушил сигарету об стену, глядя на своих учеников. — Приготовьтесь. Дальше будет хуже.

***

Они прошли дальше, коридор сужался, камни под ногами становились холоднее. Воздух наполнился запахом химии и сухой ржавчины и то, что прежде казалось просто старой лабораторией, теперь выглядело как мастерская животного, который искал не просто силу, а способ её добыть. Юсай поднял факел, и пламя отбрасывало длинные тени на стены, где висели схемы, рисунки человеческих тел с отмеченными точками чакры и листы с аккуратным почерком. Хитоми нагнулась над столом: бутылочки с мутной жидкостью, стерильные иглы, пучки волос и записная книжка, переплетённая кожей. — Смотрите, — тихо сказал Хоширо, указывая на страницу, исписанную схемами глаз и сетчатки. — Здесь ерунда какая‑то про "экстракцию визуальной чакры". Хитоми прочла пару строк, сердце сжалось. В уголке страницы был зарисован знакомый узор, а именно стилизованный глаз, и рядом мелким шрифтом слово, которое она знала хуже всего: "Учиха". Рука её дрогнула. — Они не просто изучают чакру, — шепнула она. — Пытаются выделить и перенести что‑то вроде зрительной чакры Учиха. Юсай скосил глаза. — Значит, цель не простое убийство. Им нужны личности, сосуды, чтоб извлечь и скопить силу. Это не банальные бандиты, а очень даже возможно, что профессионалы с доступом к экспериментам. Едва он произнёс эти слова, с другой стороны коридора послышался приглушённый свист. Кто‑то из тёмных проходов бросил световой заряд, отражённый от факела вызвал вспышку, и пятеро фигур выскочили прямо в залу. Нукенины. Их одежды были серые, без знаков деревни, лица скрыты повязками. Один из них держал в руках тонкую иглу, другой металлический стержень с крюком, третий мешок со склянками. В глазах у всех горело холодное удовлетворение: вот они нашли лабораторию и людей внутри. — На ноги! — скомандовал Юсай ровным голосом, бросая в тёмную щель дымовую шашку. Облако дыма взметнулось по залу, мгновенно отрезая видимость и вынуждая всех двигаться на ощупь. — Ближний прикрывает. Хитоми, ты со мной по правому флангу. Юсай сделал шаг вперёд и его фигура сразу выступила против самого крупного из нукенинов, огромного мужика в потёртом плаще, чьё дыхание было тяжёлым, а движения добытыми на многих сражениях. Его руки были как кувалды, и он держал в них короткую пику, на конце которой блестел ржавый крюк. — Ты со мной, — отрезал Юсай, и в его голосе не было ни капли шутки. — Я отвлеку его. Держи дистанцию и не лезь на рожон. Хитоми кивнула, пряча кунай за спину. Она увидела, как Юсай шагнул вбок, позволяя монстру размахнуться. В тот же миг он внезапно опустил корпус, сорвав с рук нападавшего хватку, и плавно провёл серию удушающих захватов, заставляя того тратить силу на попытки вырваться. Юсай не пытался сломать противника мгновенно он выжигал в нём дыхание, выводил из ритма. Когда гигант открылся, Хитоми влетела в атаку: легкий прыжок, вращение куная, точный удар в связку сухожилий руки и пика выпала, стукнулась о каменный пол. — У меня есть! — крикнула Хитоми. Юсай метнул короткий бросковый штык, тот вонзился в плечо великана, и тот, наконец, рухнул на колени, тяжело кашляя. Юсай спокойно положил ногу на его спину, не давая шевельнуться. — Большой снят. Параллельно, справа, раздались другие голоса. Аи вышла к невысокому беловолосому нукенину, но со спиной, согнутой в спринте, и глазами, полными звериного азарта. Он был ниже остальных, но в движениях ястребиная резкость. У него в руках сверкнула пара коротких кинжалов. — Аи, прикрой меня! — бросил Хоширо, и его голос стал тихим, но решительным. Он уже позволил теневым лентам расползтись по полу. Ловушки, которые заключали в гипнозную петлю ноги противника. Аи замерла, сосредоточив чакру, и её техника Яманака вспыхнула мягким холодком: она послала в голову беловолосого короткий импульс, чтобы замедлить реакцию. Тот дернулся, засомневался, и в этот момент Хоширо, выпустив собачью цепь тени, рванул вперёд. Его движения были стремительными и прямыми, как прыжок волка: он бросился в прыжке, проскользнул в ноги нукенину, впился в щиколотки цепью и потащил его к земле. Бешеная, но продуманная атака. Хоширо похож на зверя не по случайности: он действует, пока оппонент в замешательстве. — Держи! — рявкнул он, скручивая ноги того в узел тени. Аи, не теряя времени, послала ещё один импульс, но на этот раз более острый, чтобы тот, кто ещё думает атаковать, потерял ощущение равновесия. Белая грива взвилась, и нукенин рухнул, разбившись о пол; Хоширо в один момент заблокировал ему дыхание, громко стукнув в шею боковой частью руки, и связал его прочными узлами теней. Самая напряжённая дуэль оказалась у Хитоми: двое, еще и близнецы. Они мчались в атаку синхронно, зеркально повторяя друг друга: один справа, второй слева. Они действовали как один организм, сокращая расстояние без единой паузы. Их оружие пара длинных клинков с тонкими лезвиями, свистело в воздухе, и каждый выпад мог раз одолеть неподготовленного. Хитоми приготовилась. Она активировала Шаринган на одной доле силы, чтобы видеть мельчайшие напряжения в мышцах близнецов. Их синхронность, их слабость: для достижений идеального совпадения требуется меньше обстоятельств, чем для полной автономии. — Эй, — хрипло произнёс один из близнецов. — Если мы принесём этого Учиха с… с тремя томое, наш босс будет доволен, да? — Ха! — второй добавил с ноткой злорадства. — Он будет рад, что мы сделали это правильно. — Братское движение, — прошептала Хитоми сама себе, — раздели, и ты увидишь двое отдельных кадров. Она бросилась вперёд, не давая им времени на объединение. В её движении был расчет: первый близнец выполнил широкий выпад по диагонали, Хитоми увернулась в сторону, позволив клинку проскользнуть мимо. Второй в этот момент пытался пробить брешь, но её нога виртуозно встала на путь, и она потянула противника за собой, делая вид, что открывается для удара. Тот попался и в самой уязвимой фазе Хитоми пустила небольшой, но точный разрез по внутренней стороне запястья. Не смертельный, но лишающий хватки. Клинок вылетел из руки, и второй близнец инстинктивно повернулся, чтобы вытянуть оружие. В тот миг первый, у кого хватило буквально полсекунды, обнаружил, что его товарищ не в позиции и эта доля секунды стоила ему открытия в живот. Хитоми похитила возможность, сжала за запястье, выполнила рывок бедром и больно швырнула первого на пол. Второй, лишившись соратника, внезапно растерялся; Хитоми не позволила ему им опомниться: серией точных ударов в суставы она вывела ножную подвижность, затем захватом за ворот втянула туда корень шеи, и по привычке сдерживающего удара. Болезненно, но без смертельного намерения положила второго на пол, где тот заползал, бледно стонуя. — Близнецы нейтрализованы, — коротко отрапортовала Хитоми, дыхание ровное, глаза по-прежнему алые от Шарингана. Его эффект уже таял, но она успела зафиксировать всё необходимое. Юсай при этом мастерски контролировал большого противника; тот, поверженный и запутавшийся в верёвках, зарычал, но железная ладонь Юсая стиснула ему горло, чтобы остановить дыхание на несколько мгновений. Однако бой всё ещё не был закончен: с противоположного выхода коридора показался последний нукенин. Он был худенький, но быстрый, тот самый, что пытался унести мешок с чипом. Он рванул в сторону выхода, надеясь прорваться, но путь ему перегородили Хоширо и Аи, уже закончившие работу. — Финиш, — бросил Юсай, и слаженной командной работой нукенин был обездвижен. Хитоми метнула одноцепочный провод. Захват за запястье и тот рухнул лицом в пыль. Тишина, которая опустилась после боя, была тяжела и металла похожа. В солнечном свете факелов пострадали лица, дыхание было ровным, но тяжелым. На полу валялись пять тел. Поверженные, связанные, оружие у них отобрано. — Чёртово мастерство, — выдохнул Хоширо, оттирая ладонь о штанину. — Они были подготовленные, явно солдаты не первой руки. Аи подобрала разбросанные флаконы, осторожно завёртывая пробирки в тряпицу. — Эти пробирки не просто химия. Здесь есть компоненты для стабилизации чакры. Они пытались удержать извлечённую сущность в жидком виде. Юсай сдвинулся к столу, где лежал дневник. Его пальцы нервно перетрогали страницы, затем он тихо сказал: — Минато должен увидеть это прямо сейчас. Но сначала вызовем носильщиков. Никто из нас не потащит столько улик в одиночку. Хитоми посмотрела на связанного нукенина, который всё ещё пытался ворочаться, и в лице его промелькнуло что-то неуклюжее: страх смешался с упрямством. — Ты слышал, — прошептала она сквозь зубы, — что ты планируешь? Для кого работал? Никенин издевался хриплым голосом, и Хитоми в ответ холодно произнесла: — Для тех, кто купит твою душу. Для тех, кто считает, что можно продавать чужую жизнь. Она вздохнула, глядя на своих товарищей. Победа добыта ценой усилий, но впереди ещё больше вопросов. На столе лежал чип с гравировкой Учиха; в дневнике список имен и адресов. Это была ниточка, которую теперь предстояло тянуть до самых корней.