Я – Учиха

На кухне у Шисуи было уютно. Запах сливочного теста и сладких ягод вплетался в воздух, перемешиваясь с тихим смехом. Хитоми стояла у стола, засучив рукава, и в очередной раз пыталась аккуратно разложить ягоды по форме. — Нет-нет, Хито, не так, — в голосе Шисуи прозвучала нарочитая строгость, как будто он был мастером кулинарных искусств. — Нужно по спирали, начиная от центра, как чакру раскручиваешь! — О, великий учитель теста и ягод, — протянула она, нарочито низким тоном, пародируя его. — Ваши наставления проникли прямо в моё сердце! — Да, да, я чувствую твою духовную связь с вишнями, — подыграл он, изображая медитирующего монаха. — И теперь, ты обретаешь форму духовного кондитера. Оба не выдержали и прыснули от смеха. — А теперь, — с притворной серьёзностью сказала Хитоми, — мой черёд! Она напрягла голос, сделав его нарочито глубоким: — «Хитоми, ты хоть раз можешь не болтать, пока я готовлю? Сосредоточь чакру на тесте, не на языках!» — Эй! — Шисуи фыркнул, кидая в неё полотенцем. — Так не честно, я не настолько суровый! — Да-да, особенно когда ты пытаешься отстоять честь сюрикена перед ложкой, — засмеялась она, а потом покосилась на тесто. — Ладно, давай так, ассоциации. Ты первый! — Хорошо. Коноха. — Дом, — ответила она быстро. — Огонь. — Жизнь. — Учиха. Хитоми ухмыльнулась, не отрывая взгляда от миски. — Упрямство. — Эй! — возмутился Шисуи. — А если я скажу «Хитоми»? — Тогда… хаос, — не моргнув, ответила она, и он засмеялся, качая головой. Но смех оборвался внезапно. Шисуи, уже собиравшийся что-то сказать, замер, глядя в окно. Его взгляд стал острым, сосредоточенным. — Что? — тихо спросила Хитоми, чувствуя, как атмосфера изменилась. На подоконнике сидела птица, а именно ястреб с повязкой на лапке. Пергамент был привязан тугой кожаной нитью. Шисуи подошёл, отворил окно, и птица, вспорхнув, исчезла в небе. Он развернул письмо, пробежал глазами короткие строки и тяжело выдохнул, протирая лоб. — Что-то случилось? — спросила Хитоми, уже чувствуя, что ответ ей не понравится. Шисуи опустил взгляд на неё и коротко ответил: — Идёт Чо. Хитоми моргнула, не сразу понимая. — Который… Чо? Он вздохнул, глядя в сторону. — Тот, который Акими. На лице Хитоми мгновенно промелькнула смесь раздражения и недоверия. — Акими?.. Этот Чо Акими? — Мм, — только кивнул Шисуи, снова бросив взгляд на письмо. Хитоми фыркнула, подперев бедро рукой. — С каких это пор он вообще тут появляется? Шисуи не ответил сразу. Он сложил письмо, спрятал его за пояс и задумчиво посмотрел на неё. — Пишет, что возвращается из командировки. Сказал есть разговор. — Разговор, ага, — скептически протянула она. — Слушай, ты же знаешь, я не против людей, но этот тип… он даже в академии не мог держать взгляд выше пояса! Шисуи усмехнулся, но глаза оставались серьёзными. — Да помню я. Ты тогда чуть не влепила ему кунаем. — И не жалею, — буркнула Хитоми, скрестив руки. — Если он сунется с тем же, я ему напомню, где границы приличия. Пару секунд тишины. Потом Шисуи не выдержал и тихо рассмеялся. — Только ты можешь обсуждать убийственные методы, держа в руке деревянную ложку. — Главное настрой, — ответила она, вернувшись к пирогу и постукивая по тесту. — Ложка — это тоже оружие, если уметь. Шисуи, откинувшись на стену, наблюдал, как она с сосредоточенным лицом месит тесто. Потом покачал головой, улыбаясь. — Только попробуй использовать её на нём. Хитоми не обернулась. — Без обещаний, — произнесла она мягко, и в её голосе прозвучала та едкая, но добрая насмешка, которую Шисуи всегда любил.

***

День выдался редкостно тёплым и тихим. Воздух был пропитан запахом свежей травы и солнца, а ветер мягко колыхал флаги на здании Резиденции Хокаге. Хоширо и Аи неспешно шли по мощёной дорожке, обсуждая недавнюю миссию. — Если бы Юсай не вмешался, — говорил Хоширо, сунув руки в карманы, — тот парень с Кири точно бы нас выдал. Ты слишком доверяешь людям, Аи. — А ты, наоборот, никому не доверяешь, — с улыбкой ответила она. — Иногда стоит видеть в людях не только угрозу. Хоширо уже собирался что-то ответить, как вдруг громкий, энергичный голос разрезал воздух: — Хоширо! Сестрица Аи! Аи едва не подпрыгнула, а Хоширо выдохнул и закатил глаза. — Только не говори, что это... — ...Наруто, — с улыбкой закончила она, поворачиваясь к шумной компании. К ним уже бежали дети из Академии: Наруто впереди, за ним Шикамару, Ино, Саске и чуть позади запыхавшаяся Сакура, держащая его за плечо. — Хоширо-нии, Аи! — радостно выкрикнул Наруто, махая рукой. — Вы чего тут делаете? Хоширо остановился, выдохнул и, несмотря на видимое раздражение, слегка улыбнулся: — Гуляем, Наруто. Иногда и шиноби нужно отдыхать. — Эй, не будь букой! — поддразнила его Ино, мгновенно обняв Аи. — Мы уже думали, что вы опять на миссии. Аи рассмеялась, обняв девочку в ответ. — Вот же вы выросли! Ино, ты как всегда, как солнечный лучик! — Ну да, а кто же ещё, — гордо ответила Ино, поправляя волосы. Наруто уже во всю размахивал руками, возбуждённо рассказывая: — А я сегодня занял третье место в соревновании по поеданию пирогов! Представляете? Против двух Акимичи! — Против двух? — переспросил Хоширо, приподняв бровь. — И ты выжил? — Едва! — с гордостью сказал Наруто. — Но я почти победил! Если бы не Киба и его подлянка с ложкой… — Это была не подлянка, это была техника, — лениво добавил Шикамару, подойдя ближе. — Очень стратегическая. Все рассмеялись, даже Хоширо сдержанно улыбнулся. Аи сложила руки на груди, придавая голосу торжественный тон: — Ну, Наруто, ты герой! Но вот я как-то раз… Хоширо прищурился. — Только не начинай, Аи. — Нет, нет, слушай! — перебила она, уже улыбаясь. — Мы с Хитоми как-то делали тренировочный проект. И короче, собирали катапульту из старой ракетки! Хотели проверить дальность броска. — И? — спросил Саске. Аи хитро прищурилась. — И наша тыква, как настоящая миссия с элементом неожиданности, залетела... прямо в кабинет Хокаге. Наруто округлил глаза. — В кабинет отца?! — Ага, — кивнула она, прикрывая рот ладонью, чтобы сдержать смех. — И, как ты понимаешь, потом мы отмывали не только кабинет, но и всю прилегающую территорию. — И ещё помогали Минато-саме с бумагами, — добавил Хоширо, тяжело вздохнув. — Потому что Хитоми решила, что у неё «врождённое чувство порядка». Ино прыснула со смеху, а Наруто, уже визжа от восторга, хлопал в ладоши: — Вот это да! Вот это я понимаю миссия! — Согласен, — лениво добавил Шикамару, — но, если подумать, отмывать кабинет Хокаге... это чересчур. Даже для вас. — Зато весело! — сказала Аи, блеснув глазами. — Главное ведь опыт! Хоширо закатил глаза, но в уголках губ всё же мелькнула тёплая улыбка. Саске молча наблюдал за ними, потом вдруг тихо сказал: — Вы как настоящая команда. — Потому что мы и есть команда, — с мягкой гордостью ответила Аи, глядя на него. — А ты, Саске, обязательно найдёшь свою. Наруто тут же задрал нос: — Да я уже знаю, с кем! Со мной! — И со мной! — добавил Шикамару. — Если, конечно, не будет слишком скучно. Все рассмеялись. Аи покачала головой, глядя на них. Таких юных, шумных, живых. — Знаешь, Хоширо, — прошептала она, — они напоминают нас, только меньше и громче. — И, возможно, чуть безрассуднее, — с лёгкой улыбкой ответил он. И когда ребята уже начали убегать обратно к Академии, Наруто ещё раз обернулся, громко крикнув: — Аи! В следующий раз я тоже хочу кидать тыквы в кабинет отца! — Не вздумай! — в унисон выкрикнули Хоширо и Аи, и оба не удержались от смеха.

***

Чо Акими, пухлый мужчина с отросшей щетиной, сидел напротив. Его простая одежда мешковатая рубашка и потёртые штаны контрастировала с уверенной улыбкой, которая никогда не сходила с лица. Но взгляд, который он бросал на Хитоми, не ускользнул от её внимания: глаза буквально прилипали к её груди, и девушка, слегка покраснев, фыркнула, перекладывая ложку. — Вы знаете, — начал он, пожимая плечами, — последние два года я почти не появлялся в Конохе… Путешествовал по миру. Был даже посудомойщиком. Хитоми хмыкнула, едва скрывая улыбку: — Ого, похоже, мир узнал о твоих великих талантах именно через мытьё тарелок? Чо улыбнулся шире и слегка покраснел, словно ожидал такого насмешливого комментария: — Это было вначале… — сказал он, понижая голос, будто открывая секрет, — а сейчас… сейчас я успешен. — Да ну? — переспросила Хитоми, слегка прищурившись. — Серьёзно, — он выпятил грудь и гордо продолжил, — я открыл огромную компанию в каждой точке мира. Зарабатываю очень много денег. Хитоми и Шисуи одновременно раскрыли рты от удивления. Даже Шисуи, обычно сдержанный и невозмутимый, не смог скрыть лёгкой растерянности. — И всё это благодаря одному человеку, — продолжил Чо, немного понизив тон, — который научил меня свободе и научил слушать это. — Он мягко указал рукой в район сердца. Хитоми нахмурилась и уточнила: — Лёгкие? — Нет, сердце, — улыбнулся Чо. — До сих пор при каждом выборе я спрашиваю себя: а что бы сделал Шисуи Учиха? Шисуи, сидевший рядом, почувствовал странное тепло в груди и улыбнулся, слегка смущённый такой прямолинейностью и неожиданной неловкостью ситуации. Хитоми, со своей стороны, пыталась скрыть улыбку, но в глазах мелькнула лёгкая искорка веселья. — То есть… — тихо проговорила она, обводя взглядом комнату, — это он твой «учитель жизни», так? Чо кивнул, слегка взмахнув рукой, как будто отмахиваясь от недоумевающих взглядов: — Именно. Он показал мне, что свобода, это не просто слово, а то, что нужно чувствовать. И теперь, каждый раз, когда я стою перед выбором… я слушаю себя… и вспоминаю, что бы сделал Шисуи Учиха. Хитоми на мгновение замерла, осознавая странное сочетание неловкости витавшей в комнате. А Шисуи лишь улыбался, чувствуя, как комичность этой ситуации переплетаются в одно ощущение полного, тихого тепла. — Ну… — сказала она наконец, не в силах сдержать смех, — по крайней мере, теперь я понимаю, что у него, похоже, хороший вкус в выборе наставников.