Я – Учиха

Юсай первым повернул голову в ту сторону. Его рука уже легла на рукоять меча. — Быстрее. Двигаемся, — коротко сказал он. — До заката лучше быть за перевалом. И они пошли. Тропинка петляла между деревьями, под ногами хрустели ветки, а где-то за спиной, в тумане, едва слышно шелестело что-то чужое. Хитоми напряглась: на уровне интуиции ей показалось, что пространство вокруг словно натянуто тонкой нитью. Сердце стукнуло сильнее: не от страха, а от предчувствия. Она чуть подтянула повязку, ощутив холодок по коже. Юсай поднял силуэт вперёд и в ту же секунду, как будто из-под корней, вспорхнуло клубов тёмного дыма. Он пахнул не дымом костра, а чем-то химическим, горьким и пряным, с лёгким металлическим оттенком. В этом дыму были мелкие, едва уловимые частицы: блёстки, сверкающие при свете луны. Хитоми моргнула, у неё на долю секунды похолодела спина: дым нёс с собой едва различимые привкусы чужой хитрости. Из тумана вырвался низкий, гибкий силуэт. В тёмной одежде, с мешком за плечом, лицевая маска скрывала половину лица. Он двигался плавно, как змея, и в его руках блеснули необычные сюрикены: на лезвиях, у самих сердцевин, были вмонтированы тончайшие капсулы. — Нападение! — коротко крикнул Юсай. Он развернулся, уже хватая меч, но атакующий сдвинулся в сторону так быстро, будто растворился в дыму. Первый залп: сюрикены, которые не просто летели. Они раскрывались в полёте. Из центра одного выпрыгнул маленький сверкающий игольчатый механизм; из другого невидимая, но ощутимая нить, тоньше волоса, что лягнула по щеке Хитоми и шлепнула по её предплечью. Нить была липкая и холодная, и когда Хитоми резко дернулась, она услышала едва слышный щелчок, значит ловушка активирована. — Нити! — крикнул Хоширо, рубя рукой по воздуху и разрывая несколько нитей мечом. Они были полупрозрачны, но крепкие, натянутые, чтобы ограничить движение. Агрессор двигался радиально, его цель разделить их. Он не атаковал напрямую: он хотел, чтобы четверо рассыпались по одиночкам, чтобы появилась возможность для точного, тихого укола. И в то же время взять материал. Юсай сначала оценил: дым, нити, мелкие капсулы, и крошечные инструменты. Это не шаманство, а скорее работа человека, который знает свое дело. Его губы сжались. Он кинулся в сторону, атакуя с дистанции: два быстрых луча чакры, направленных точно по ногам нападавшего, чтобы вывести его из равновесия. Нападавший отскочил, кувырнувшись, и дождался следующей секунды. Он действовал аналитично, как хирург: отвлечь, ввести препарат, забрать образец. В его движениях было что-то механическое и изящное одновременно, будто руки мастера, привыкшего лечить и резать. — Он ловкий, — сдержанно произнес Хоширо, бросая точный кунай-заряд по нити. — Но не безупречен. Хитоми резко кинулась в уклон, её движения были короткими, экономными, каждый рывок экономия силы. Нападавший вмешал в воздух крошечную капсулу, она взорвалась тихим, липким облачком у её плеча. Кожа запеклась от холода, на мгновение потянуло в сторону оцепенения: слабая гендзю-волна, едва ощутимая, но режущая концентрацию. Это была не полноценная иллюзия, скорее, малый рычажок, чтобы на секунду притупить рефлексы. Хитоми прикусила язык, сжав зубы. Она вывернулась, схватившись за ножны, и выпустила ряд кунаев, наложив на них небольшой заряд огненной подачи, но нападавший легко пропустил их, накрывшись узкой, прозрачной заслонкой: тонкая рамка чакры, рассекающая атакующие волны. — Юсай, слева! — крикнула Аи. Она, клан Яманака, рьяно не любила прямые столкновения, но в такой ситуации её умение читать малейшие искажения эмоций и ментальных импульсов было ценным. Она сосредоточилась, произнесла мягкое мантра-прощупывание и мгновенно почувствовала, как кто-то пытается прокрасться в их внутренний диалог, как тёмная рыбья тень в мутной воде. Нападавший в этот момент исчез в дыму, а в лесу раздался шорох, так он провёл манёвр, пытаясь заставить кого-то из них отделиться, чтобы уколоть иглой в запястье или плечо. Юсай не дался на провокацию: он послал в воздух щупальце чакры. Тонкий поток, который сканировал ближайшее пространство. Это был его способ просканировать невидимые капсулы. Он обнаружил мельчайший металл — микроконтейнер на шее нападавшего, чуть ниже маски, и понял намерение: не убить, а взять материал. — Он медик, — стиснул зубы Юсай. — Берёт пробы. Осторожнее. Хитоми поняла теперь, что эти капсулы, иголки, шприцы-сюррикены не для убийства, они для добычи. Но в бою добыть материал легче, если цель разделена. Она рванулась вперёд, намереваясь перерезать путь нападающему. Тот, словно почувствовал угрозу, лихорадочно сработал: из складок его одежды выскочили две миниатюрные трубочки, которые выплюнули дым неравномерно, через доли секунды один вкололся в землю. Ловушка, пускающая иллюзорные привидения, шевелящиеся в тумане. Внезапно вокруг вспыхнули призрачные силуэты, издающие стон и Хитоми на долю секунды увидела сцены собственных снов: зверя, смотрящего на неё в кислотном свете. Глазами она ловила фальшь: это не реальность, это отвлечение. Она широко вдохнула, сосредоточившись на шорохах, на запахе металла и на движениях своих товарищей. Её рука, привычно, нашла кинжал и швырнула его по линии дыма и он врезался в землю рядом с нападавшим, разбрызгивая искры. Это был не удар по человеку, но удар по технике. Металлическая обойма одного из «шприцов» заискрила и выпустила в воздух тонкую струйку пара. Нападавший дернулся от ожога, и это дало Хитоми нужный шанс. Она рванула в атаку. Их столкновение было ближним, почти тактильным: руки соприкоснулись, кожа на коже, дыхания смешались. Нападавший попытался ввести крошечную иглу в сгиб её локтя, но Хитоми резкой сменой веса откинула руку, поймала запястье противника и, рывком, скинула с его пояса пробирку, тонкую, с каплей крови внутри, но она успела заметить: пробирка полупустая, и в ней не её кровь. Нападавший хмыкнул, и его рука, как змея, ловко выдернула клинок, в котором был встроен миниатюрный шприц. — Хитоми! — прорвало через дым голос Юсая. — На Аи! В ту же секунду, в стороне, тихий скользящий звук, и Аи, стоявшая у одного из камней, подскочила и сжала плечо: на ней едва видимый колющий наконечник оставил крошечную каплю крови на коже. Это была не смертельная рана, но сканер в индексации Юсая замигал: маленький стержень микроскопического шприца успел взять образец. Агрессор не ожидал такого счёта: он хотел взять материал быстрее и унестись, но Хитоми была рядом. Она крепко взяла его за плечо, почувствовав под пальцами холод гладкого материала: маски. Его маска сдвинулась, открылся подбородок, и Хитоми увидела рот, где улыбка не была человеческой: тонкие зубы, аккуратно подгрызенные от волнений. — Кто ты? — прохрипела она, но нападавший лишь тихо рассмеялся, и смех этот был почти беззвучным, как скрежет стекла. Его движения стали жестче: он понял, что время ушло. Юсай ринулся в атаку, нанося серию ударов, каждый рассчитанный. Его меч звенел, как измеритель, и металлическая тень врезалась в плечо нападавшего. Но тот оказался проворнее: он затянул в рукав тонкую нить, извлекая из рукава микроспицу, подобную капсуле. Нож был кинут Хитоми в сторону, но лезвие зацепило только ткань и в этот момент из его запястья выпрыгнула крохотная стрелка, впивающаяся в землю. Она сработала как миниатюрная минка: в нее был закодирован сигнал считывательный тумблер, но он не успел передать ничего, потому что Юсай уже стоял над ним, давя коленом на грудь. — Человек, — коротко сказал Юсай, тяжело дыша. — И он брал кровь. Нападавший попытался в последний раз: сжатый кулак, резкий бросок назад, и в его руке миниатюрный контейнер, который он рванул вперёд, пытаясь вонзить иглу в плечо Аи. Хитоми вынула кинжал и, в прыжке, успела перехватить руку, развернуть её. Тот стон пронёсся по лесу: игла врезалась в кожу, но контейнер остался в руке нападавшего. Пробирка ускользнула и закатилась в траву. Это был момент: нападавший не успел зафиксировать печать. Он успел взять каплю, но метка не поставлена. Его лицо исказилось в мимолётной злости и разочаровании. Он рванул, выпустил в воздух дымовую капсулу и, как морской уж, скользнул в туман. Дым сменился тихим, механизмным гудением, и идущие следы его движения размылись, будто лес проглотил его. Команда осталась стоять, окружённая колючим запахом дыма и железа. Аи потрогала место на плече. Крошечный след крови блёкло блестел в свете луны. Она выглядела бледной, но держалась. — Ты в порядке? — спросил Юсай, глядя пристально. — Да, — ответила она, голос дрожал, но не от боли. — Похоже, что-то уж очень холодное укололо меня. Я… всё ещё чувствую это в пальцах. Юсай наклонился, разглядывая место, вынул из сумки маленький свёрток с антисептиком и приложил мягко. Хитоми опустилась на корточки, подняла с травы маленькую пробирку, которую возможно нападавший уронил в суматохе. Капля внутри была крошечной, но на свете она блеснула карамелью. Хитоми поднес её к свету и почувствовала внезапный холод по позвоночнику. Это не её кровь. Аи да, но в пробирке чужая капля, с другим оттенком чакры: плотнее, вязче. — Он успел… взять пробу, — прошептала Хитоми, почти сама себе. Юсай хмыкнул негромко, и в нём слышалась горечь. — Это хорошо и плохо. Хорошо, потому что печать значит слежку; плохо потому что у него уже есть материал. Орочимару будет анализировать это. Аи взглянула на свою руку. Нежно провела пальцем там, где была уколота кожа. Теплый ток, едва ощутимый, пробежал по венам, но вскоре ослаб. Она выдохнула. — Значит, теперь он будет знать, где кто-то был, — тихо сказала она. — Или… он уже знает. Хитоми подняла голову, её глаза были холодными и ясными, как сталь. Внутренний зверь сна теперь не был просто образом, он стал предвестником реальной угрозы, которая коснулась их тел и крови. Чужая пробирка в её лапке была доказательством: кто-то изучал их. — Мы выследим следы, — твердо произнёс Юсай. — Но осторожно. Сейчас он ушёл, но вскоре вернётся, или пришлёт других. А если он вернётся… он придёт за Аи. Эти слова прозвучали как удар: все посмотрели на девушку. В её глазах мелькнуло поражение и страх, но она сдержалась, выдохнула и кивнула. — Я справлюсь, — сказала она твёрдо. Хитоми поднялась, поклонясь земле коротко, и бросила взгляд по сторонам: лес казался прежним, но в воздухе витало намерение, как будто сама ночь теперь знала о чужом интересе к их крови. — Мы не позволим ему вернуться к лаборатории с тем, что он собрал, — ответил Хоширо, сжимая рукоять меча. — Пусть попробует и увидит, с кем связался. Юсай кивнул. Он вынул свисток, молча подал им знак: сейчас нужно тихо уйти, не светя и не следя за следами. Время собирать информацию и защищать тех, кого пометили. Они спрятали пробирку в свёрток, перевязали рану Аи и, опираясь друг на друга, двинулись дальше по тропе.