Я – Учиха

"Я сказал уйти! Это бессмыслица оставлять людей в покое, если можно стать бессмертным!" А затем детский голос, такой яркий и решительный, что казалось, он светит в темноте сильнее фонарей: "Ты ничего не понимаешь! Бессмертие не оправдание для того, чтобы ранить людей!" Аи услышала этот голос раньше, чем увидела источник. Она бежала по узкому переулку между двумя домами, под ногами трескала гравийная крошка, а в ушах звенела кровь. Её сердце стучало быстро, и в нём неровная смесь страха и гнева. Она перегнулась через стену и увидела: Наруто, запыхавшийся, стоял лицом к двоим из сбежавших. Те двое, которые восхваляли «путь Орочимару», теперь усмехались, глядя на ребёнка; в руках у них блестели инструменты, похожие на шприцы-сюррикены. Один из нападавших, высокий, с острыми скулами и коротко остриженной тёмно-синей шевелюрой, гнул уголки губ в ехидной улыбке: — Смотри-ка, малыш решил нас поучить. Ты и ничего не понял, Наруто. Ты даже не знаешь, что тебе предлагают. Второй, приземистый и мускулистый, с тёмными глазами, хмыкнул: — Пусть щенок болтает. Он не поймёт. Нам нужна сила, а у них только жалкие эмоции. Наруто не отступал. Он выставил руки, скованы удивительной маленькой уверенностью: — Я не позволю вам навредить людям! Это не ответ! Аи застыла на пороге. Сердце её пронзила паника: двое нападавших в любой момент могли пустить в ход иглы и взять пробу крови или парализовать кого-то. Он, как и все дети, был уязвим. Аи не думала, она рванулась вперёд, схватила Наруто за плечо и отвела его назад, в сторону, за старую каменную скамью. Но при этом, не позволяя себе растеряться, выставила тело между ребёнком и противниками. — Отступите! — сказала она, голос дрожал, но прозвучал твёрдо. — Вы не пройдёте через нас! Один из нападавших рассмеялся и бросил: — Девчонка пытается играть в защитника. Забавно. Аи почувствовала, как внутри всё сжалось от страха. Она видела в воображении, как иглы вонзаются в тонкую кожу, как люди лежат без сознания. Тело предательски начало подкашиваться. Но где-то глубоко, в груди, вспыхнул огонёк: не дать Наруто увидеть, как его друзья падают, это было важнее страха. Она сделала шаг вперёд. Края её ладоней были влажны от пота, колени чуть подрагивали. Первое столкновение прошло не так, как ей бы хотелось: нападавшие были хищными в бою. Быстрые шаги, резкие выпады, ловкость рук. Первый удар пришёлся по предплечью Аи, шрам от укола оставил тёплую полоску боли. Она отшатнулась, чуть не потеряв равновесие. Сердце разбилось в рёбрах, и мир вокруг словно сузился до одного предложения «не сдаваться». — Ты вторгаешься не в то дело, — прохрипел сине-волосый, выставляя в руке сюррикен. Его движения были отточены: в полуоборота он крутил лезвие, точно цирковой ловкач. Аи крикнула, и звук её голоса порвал ночную вязкость: «Наруто, назад!» Ребёнок отпрянул, прятался за её спиной, голос сдавленный от испуга: — Аи! Первое столкновение показало: Аи недостаточно опытна; удары приходили не в линию, ноги проскальзывали на гальке, она не успевала предугадывать движения. Синие тени, выхваченные фонарями, мелькали по асфальту, и когда один удар пробил ей бок, в глазах вспыхнули слёзы, не столько от боли, сколько от понятия: она могла потерпеть, но не потерпит, если пропустит врага к детям. В этот миг событие пронзительно изменилось: из переулка, как вихрь, выскочил человек в темной накидке, это был Обито Учиха. Его лицо было серьёзным. Он подскочил вперёд и с хлыстом движения тела встал между Аи и нападавшими, чьё появление казалось неминуемым. — Ты чего творишь, — коротко сказал Обито, не то упрёк, не то вопрос. Обито не был агрессивным в голосе, скорее, это был голос человека, который видел многое и ничего не желает повторять. Его движения были уверены. Он вступил в схватку мгновенно и профессионально. Учиха выхватил клинок, отразил выпад одного из нападавших и вырвал у него оружие. Движение было расчётливым и стремительным — два шага, резкий бросок, и уже рука нападавшего пустовала. Аи наблюдала за этим, и что-то в ней дрогнуло: «Если Обито может, то и я смогу». Но первые минуты были горькими: один из нападавших сумел нанести ей сильный удар по ногам, и она рухнула на колено, ощущая острую боль в боку. Звук удара показался оглушительным; мир замедлился. Наруто подскочил, лицо искажено испугом, но в его глазах такая искра упорства и веры, которая могла согреть и лечить: — Аи! Не падай! — крикнул он, и в голосе не было страха, была вера. Эти слова действовали на неё, как ледяной укол откровения. Она поняла: ребёнок верит в неё. Не дать ему упасть духом было важнее её собственных страхов. Аи стиснула зубы, поднялась, глотнула воздух и бросилась снова в бой. Её движения уже не были слепыми; она стала собирать воедино то, что знала. Маленькие приёмы, выкладки с тренировок, дыхание. Она уже не просто пыталась отбить удары, она искала момент, когда противник откроется. И этот момент настал: её соперник, самоуверенный от успеха, сделал лишний шаг, выставил руку, чтобы вколоть иглу. Аи, собрав последние силы, рванула и перехватила руку противника двумя пальцами в том месте, где мышцы шеи тянутся к плечу. Это был не сильный захват, но он был точен. Она эффективно прокрутила корпус, использовала инерцию противника, провела небольшую натирающую атаку локтем в солнечное сплетение и тот издал звук, похожий на щёлк. Противник пошатнулся. Его дыхание прервало глухую ноту. Аи почувствовала, как паника отступает, вместо него уверенность расширилось. Она же, однако, находилась на грани истощения: каждая мышца требовала отдыха, каждое дыхание горело огнём. Наруто с затаённым лицом смотрел на неё, будто наблюдая за игроком на сцене, который вот-вот выиграет. «Не сдавайся», — прошептал мальчик, дрожащим голосом, но с такой убеждённостью, с которой Аи почувствовала нечто тёплое в груди, как будто кто-то зажёг лампу в её потёмневшем сердце. «Ты не одна». Под этими словами Аи выпрямилась окончательно. Она вложила в удар всю свою усталую силу, совершила финальную серию. Ногой вывернула опору у противника, одновременно замкнув его руку в зафиксированном положении и вколотив ему последнюю точку удара, и тот с хрипом осел на землю без сознания. Второй нападавший попытался воспользоваться замешательством, но тут уже Обито и другие джонины, которые подбежали по звуку ранних столкновений, как тёмные тени, выскользнули и окружили его. Обито одним броском клинка обезоружил его, второй джонин провёл резкий приём, связал и скрутил поверженного. Вся операционная сцена длилась секунды, но для Аи каждое мгновение растягивалось в вечность. Когда всё стихло и двое нападавших лежали без сознания, обессиленные, тёплый запах крови смешался с прохладой ночного воздуха. Аи оперлась рукой о колено, тяжело дыша; ноги дрожали и предательски отзывались болью. Наруто бросился к ней, трепетно обнял её за шею, словно маленький рыцарь, благодарный за спасение. Её глаза неожиданно наполнились слезами от усталости и от ощущения, что она не подведёт тех, кого любит. — Спасибо, Аи, — проговорил он, тихо, едва слышно. — Ты крутая. В этот момент к ним подошёл Обито. Он сел на корточки перед Аи, его лицо было спокойно, но в глазах читалась усталость тех, кто слишком много советов получил от жизни. Он оглядел раны, не очень глубокие, но болезненные и достал с собой небольшой свёрток с бинтами и несколькими зелёными капсулами. Руки его были уверены, и он показал, как правильно прижать рану. — Ты молодец, — спокойно сказал он, когда накладывал повязку. — Не каждый сможет встать и дойти до конца. Ты едва не проиграла, но не сдалась. Аи молча смотрела, как Обито бережно обрабатывает раны: он извлек из капсулы чистую смесь, приложил к порезам, трижды провёл чакрой по коже, что помогало ускорить заживление. Его движения были умелыми и это удивило Аи. — Ты учился медицине? — пробормотала Аи, отводя взгляд. Обито кивнул: — Немного. После того, как всё случилось… я понял: сила должна идти с заботой. Я учился у медиков госпиталя. Иногда я и сейчас помогаю там. — Его голос стал мягче: — Главное понять, что спасение не всегда в силе удара. Часто в том, чтобы кто-то встал и не разрешил себе сдаться. Аи чуть улыбнулась, слёзы затуманили взгляд. Она откинула подбородок и позволила себе на секунду утереть лицо. Наруто всё ещё держал её за руку. Живность мальчишеской улыбки смешалась с благодарностью, и это было будто бальзам. Обито закончил перевязку и встал. Он оглядел поверженных, провёл пальцем по одному узелку, проверил дыхание и затем взглянул на Аи: — Отдохнёшь немного в госпитале. Я вызову медика, чтобы проверить тебя получше. Ты заслужила это. Аи попыталась встать, но колени подкосились, и она снова села. В глазах Аи мелькнула мысль: «Я могла бы сделать лучше», но рядом оказался Наруто, его маленькая тёплая рука в её ладони: — Ты всё сделала, — сказал он. — Ты спасла меня и всех. Ты не должна жалеть. Слова ребёнка были просты и чисты; они прижимали к сердцу сильнее любого лечения. Аи кивнула, бессильная улыбка расплылась на лице. Обито позвал джонина, который уже сдерживал второго нападавшего, и те, кто оставался на стороже, связали обоих и закрепили их. Потом Обито помог поднять и унести раненую девушку в ближайший временный медицинский пункт. Пока они шли, Аи ощутила, как по телу проходит усталость, но также и мягкое тепло уверенности: она справилась, несмотря на страх, и это было важнее всего. Ночь снова поглотила улицы, но теперь в ней уже было меньше угрозы: двое поверженных лежали в беспамятстве, службы госпиталя получили известие, а Обито тихо докладывал о ситуации у ближайшего штаба.