Принц Гримм

A/N: Озма POV в семидесяти девяти главах, lmao.

-x-X-x-

      У Озмы бывали дни и получше. Откровенно говоря, у него были лучшие десятилетия. Сидя за столом в своем кабинете на самой высокой точке Бикона, Бессмертный Реинкарнатор оказался в спирали неопределенности. Его план по использованию Адама Тауруса и Белого Клыка в качестве нового врага для объединения враждующих Человеческих Королевств зашел в тупик.       Адам перестал выходить на связь, а учитывая все, на что был способен Озма, это, скорее всего, означало, что Бычий Фавн мертв, а не просто отказался взять свой свиток. К тому же в последние дни Джеймс стал странно замкнут. Их общение стало обрывистым, коротким и односложным, и было очевидно, что между ними возникла дистанция.       Это было проблемой, потому что у Озмы было мало союзников, а Джеймс был одним из последних, на кого он мог по-настоящему рассчитывать из этого поколения. Потеряв Глинду, Озма был вынужден приложить все усилия, чтобы раз и навсегда разобраться с Салем. Насколько Озма мог судить, их с Айронвудом план сработал, но точно сказать было трудно.       А вот что было не так уж сложно определить наверняка, так это то, что Тайянг и Кроу не хотели иметь с ним ничего общего после известия о гибели Руби и Янг на «учениях». Ему удалось убедить скорбящих людей, что это был ужасный несчастный случай, иначе Кроу, вероятно, уже попытался бы убить его, к черту реинкарнацию. Однако для них обоих это все равно было слишком тяжело, и в конце концов они полностью оставили Вейл и перестали общаться.       Озма не знал, где они сейчас находятся, да его это и не волновало. Потерять оперативника такого уровня, как Кроу, конечно, было нелегко, но оно того стоило… если все шло по плану.       Даже сейчас Озма не был до конца уверен, что Салем исчезла. Кто бы мог подумать, что его бывшая жена и древний враг, просто… отозвав своих Гримм и уйдя на долгие годы в забытье, создаст столько головной боли? Конечно, он догадывался, что на самом деле она не образумилась. Потеря Глинды это подтвердила.       Но неужели то, что он сделал с бедной юной Руби Роуз, действительно сработало? Была причина, по которой Озма никогда не пробовал этого раньше. Он знал, что у него есть только одна попытка, и в дальнейшем Салем всегда будет начеку. К тому же он веками мучился мыслью о том, как убить ее, пока в конце концов Сереброглазые Воины практически не вымерли.       Мог ли он дождаться, пока Руби вырастет, и затащить ее в постель с порядочным мужчиной, чтобы она смогла родить еще детей со своей отличительной генетической особенностью — Борьбой с Гримм? Наверное, мог. Еще полдесятка лет назад именно так и планировалось поступить после смерти Саммер.       Но потом Салем стала действовать особенно изощренно. Отозвать Гримм было гениальным решением с ее стороны, особенно если учесть, что это вызвало междоусобицу между Королевствами. Озма до сих пор не знал, был ли это ее план — увидеть, как Человеческие Королевства начнут воевать друг с другом, а потом прийти и стереть остатки после того, как они сделают все за нее.       Или же она хотела позволить им расшириться, чтобы собрать больший урожай человечества и убаюкать их ложным чувством безопасности перед тем, как в конце концов снова начать вырубку. И это было бы ложью. В этом Озма был уверен. Они…       Его глаза расширились, и он нырнул в сторону, когда массивный молот врезался в то место, где он только что находился, в одно мгновение разрушив и стул, и стол. Он мгновенно встает на ноги, а Длинная Память выныривает, чтобы отразить метательную звезду, которая в противном случае могла бы вонзиться ему в шею.       Вокруг него мелькают нападавшие… в масках Белого Клыка. Глаза Озмы на мгновение расширяются, и он успевает уклониться в сторону, когда один из них поднимает винтовку и начинает стрелять в его сторону. Это было… это было возмездие? Неужели Адама не только поймали, но и раскрыли его связи с Озмой?       Но это не имело смысла. Он очень тщательно заметал следы, когда речь шла о его схеме с Адамом. Никто не должен был знать, что он поддерживает Быка Фавна. Даже сам Адам не знал его истинной сущности, в конце концов.       Выпрямившись и сузив глаза, Озма оглядывает их всех… и тут на него, словно тонна кирпичей, обрушивается осознание. Мгновение спустя ему снова приходится уклоняться, но внезапно он понимает, что это такое. — Салем.       Только один из Белого Клыка реагирует на это, напрягаясь, узнавая имя. Остальные, однако, не реагируют, что наводит Озму на мысль, что эта группа… ну, они такие же козлы отпущения, каким был для него Адам. Правда, умелые козлы, если учесть, что они не прекращают давления, атакуя его со всех сторон и продолжая устраивать беспорядок в его офисе.       Но Озма продержался так долго не за счет слабости. Они стараются изо всех сил, и это, безусловно, заслуга их поколения… но он бессмертен. — Я знал, что она не умерла. Я знал, что она так просто не умрет. Это в Менаджери она отправилась зализывать раны? Так она обнаружила Адама Тауруса? Она бы знала… да, она бы знала. И она бы отомстила, если бы я встал у нее на пути. Ахахаха! Теперь все понятно!       Широко улыбаясь, Озма расправляется с потенциальными убийцами, как с детьми, хотя при этом ему приходится разряжать довольно много энергии, накопленной в Длинной Памяти. Не многие знали об истинной природе его оружия. Его способность накапливать кинетическую энергию для последующего использования не зря держалась в секрете. За сотни лет в трости накопилась настоящая сокровищница энергии.       Эти глупцы заставляют его тратить больше, чем все остальные за последние десятилетия, но когда все они наконец оказываются на земле, разбросаны по его кабинету и повержены, Озма понимает, что оно того стоило. Подтверждение того, что Салем все еще жива, того стоит.       Подойдя к единственному Белому Клыку, узнавшему имя «Салем», Озма протягивает руку и срывает с него маску… но тут же застывает в удивлении, его улыбка застывает в шоке, когда на него смотрит лицо Харриет Бри, Атласского Специалиста. — … Нет, это невозможно.       Она вызывающе смотрит на него, и Озма отвечает ей тем же, его мысли разбегаются. Бросив взгляд на остальных, он рычит. — Отзовитесь! Кто вы?! Кто вас послал?!       Те, кто еще в сознании, на мгновение замирают, но Озма живет уже давно. Он знает, как выглядит пауза, когда кто-то делает то, что ему говорят, и как выглядит пауза, когда кто-то набирается смелости, чтобы покончить с жизнью.       Однако прежде чем это произошло, по кабинету пронесся импульс магии, заставивший Озму расширить глаза, когда все потеряли сознание на месте. Он не мог этого сделать. Если бы он мог, то непременно сделал бы это, чтобы как следует задержать их всех и допросить по отдельности, но магия Озмы в эти дни была… сильно ослаблена. Если честно, магия Ремнанта вообще была сильно ослаблена в эти дни.       На самом деле, единственный, кто мог…!       Озма поперхнулся, когда рука внезапно сомкнулась на его горле. Не Бри — темнокожая женщина все еще лежит на земле и смотрит на него. Озма пытается замахнуться тростью, чтобы ударить внезапно появившуюся перед ним фигуру, но та ловит его другой рукой, и когда он пытается отбросить ее, разряжая накопленную кинетическую энергию… ничего не получается. К его ужасу, эффект оказывается прямо противоположным: кажется, что она вливается прямо в фигуру, усиливая ее.       Конечно, этот ужас не сравнится с тем ужасом, который испытывает Озма, когда он смотрит в лицо своему врагу и понимает… что это не Салем. Это не Королева Гримм. Скорее… это мужчина Гримм, чьи красные глаза впиваются в Озму с такой силой, что Бессмертный Реинкарнатор вздрагивает. — Привет, Озма.       И конечно же, Салем тоже здесь. Он пытается вырваться из хватки ее питомца; вырваться, чтобы встретиться с ними обоими лицом к лицу… но это невозможно. Хватка железная. — Я давно хотела представить вас двоих. Один Король… другому.       Глаза Озмы при этом расширяются. Ее Король? Она называла это… это существо своим Королем? Часть его возмущала мысль о том, что она заменила его после стольких веков… какой-то куклой Гримм. Гримм, по большому счету, не были такими умными, как Салем. Даже если ей удалось создать такую куклу по своему образу и подобию, она должна быть не более чем бездумной машиной для убийства. — Ты… будешь остановлена, Салем. Клянусь… сколько бы времени ни потребовалось, твои планы будут пресечены. — Ты идиот.       Озма моргает, потому что говорит не Салем, а Мужчина-Гримм. Его губы кривятся в совершенно человеческой усмешке, а сам он качает головой в совершенно человеческом отвращении. Эмоции, которые Озма не ожидала увидеть ни от одного Гримм рядом с Салем, промелькнули на лице. — У нас не было никаких планов, пока ты не стал нас донимать. Я заставил свою Королеву отвести свои силы назад много лет назад. Я заставил ее оставить человечество в покое. И что же вы все сделали? Вы начали убивать друг друга. Ты, в частности, не мог оставить это в покое, поэтому ты пытался и не смог не пожертвовать всеми своими фигурами на доске, чтобы остановить Салем. Остановить ее от чего? Ничего не деланья?       Что? Озма моргнул, чувствуя себя немного ошарашенным к этому моменту. Как такое возможно? Кто был этот… этот мужчина? О боже, Салем ведь не создала его по своему образу и подобию? Она взяла человека и превратила его в это. А потом извратила его, развратила и обвела вокруг пальца. Осознав, что, должно быть, сделала Салем, Озма почувствовал лишь жалость к держащему его существу. — Мы здесь из-за твоих планов, Озма. Твоих и Генерала Айронвуда.       А? Озма смотрит в сторону: Мужчина Гримм машет рукой в сторону остальных нападавших и обнаруживает, что с Белого Клыка в какой-то момент сняли маски… и это была не только Специалист Бри. Каждый из них на самом деле был членом Команды Эйс Опс, которая работала непосредственно под началом Генерала Айронвуда. — Когда он узнал о твоих планах относительно Белого Клыка, он решил, что ты должен умереть, Озма. Поэтому он послал всех этих несчастных, чтобы попытаться убить тебя. Но мы не могли позволить этому случиться… поэтому мы отправили одного из наших.       На глазах Озмы Харриет Бри вдруг начала меняться, становиться выше и принимать другую форму… свою прежнюю форму, с ужасом осознает он. Винтер Шни смотрит на него со стороны Короля Гримм пылающими от гнева глазами. Она жива. Значит ли это, что… — Винтер, проверь, как там Саммер. Если они закончили, пусть Рейвен откроет портал между этим и тем местом, пожалуйста. — Да, сэр.       Озма может только наблюдать, как силы покидают его конечности, пока Винтер делает то, что ей говорят, почти как будто она рада подчиниться чудовищному творению Салем. Но эти имена… это невозможно. Это не…       На периферии зрения открывается знакомый портал, и Озма едва успевает повернуть шею, чтобы увидеть, что находится по ту сторону. Там его встречает сцена ужаса. Джеймс Айронвуд сидит за своим столом со знакомым топором в груди, который держит знакомая женщина.       Выдернув его, Саммер Роуз поворачивается к порталу, показывая протезы на месте своих естественных серебряных глаз. Когда эти протезы оказываются на Озме, она рычит и топает через портал. За ней следуют другие. Глинда Гудвич. Боудикка Никос. Уиллоу Шни… и последняя — Рейвен Бранвен.       От присутствия этих пяти женщин у Озмы по спине бегут мурашки, и он понимает, что они выжили. Но Саммер… Саммер — единственная, кто приковывает его внимание.       Она бросается вперед, хватает Озму за белые волосы и с рычанием откидывает его голову назад. — Ты пытался убить моих дочерей, ублюдок! Айронвуд получил по заслугам за помощь тебе, но ты… ты был архитектором этого дерьмового плана.              У него… так много вопросов. Но Озма знает, что сейчас он не получит ответов. Салем выиграла этот раунд. Она выиграла его настолько эффективно, что, как он подозревает, за ним будут охотиться в течение нескольких следующих жизней, и ему придется потратить по меньшей мере столетие или больше на то, чтобы вернуть все на круги своя. Он попытается разобраться, как все это произошло, позже, а пока… — У меня нет оправданий, Саммер. Если тебе нужно убить меня… убей меня.       Наступила короткая пауза, а затем Саммер рассмеялась. Она откидывает голову назад и смеется, а затем отпускает его волосы и отходит. Затем по обе стороны от его головы опускается пара знакомых рук, и Озма застывает. Когда-то пальцы его Королевы перебирали его волосы, когда он лежал, положив голову ей на колени, и это было самым приятным и расслабляющим занятием, которое он мог себе представить. Но здесь, в этом месте, в этой ситуации он чувствует только страх. — Манипулятор до конца, Озма. Но все здесь знают, как сильно ты жаждешь смерти. Именно поэтому мы не дадим тебе ее. Мой Король?       Мужчина Гримм, держащий его и Длинную Память, кивает.              — Он осушен.       Что? Глаза Озмы расширяются, когда до него наконец-то доходит, почему он чувствовал себя таким ошеломленным, таким усталым, таким вялым. Откровения — это одно, но это… это истощение до костей — нечто иное. Создание Салем истощило его, запоздало осознает он. И его, и Длинную Память.       Ухмыльнувшись, Король Гримм наклоняет голову в сторону. — Это мое Проявление, понимаешь. Способность истощать Ауру. И да, это означает, что у меня есть собственная Аура. Это значит, что у меня есть душа. А если она у меня есть…       Нет. Нет, это было невозможно. Но Озма не успевает больше ничего сказать. Внезапно голос Салем обрушивается на него со всей силой ее магии. — Спи.       И тут Озма понимает, что они задумали. Как именно они собираются обойти его реинкарнацию. Они не собираются его убивать. Более того… они вообще не дадут ему умереть.       Он борется, пытается сопротивляться, но даже его врожденная магия была истощена созданием Салем. Он так долго работал на магических парах, но даже они исчезли, а его Аура полностью истощилась, и он совершенно беззащитен перед приказами Салем. Озма погружается в дремоту и в последний раз думает о том, каким будет мир, когда он наконец проснется… если он вообще когда-нибудь проснется.

-x-X-x-

      Пока Озма впадает в магическую кому, Жон наблюдает, как годы уходят вместе с ним. Магия Салем не может вернуть его к детскому возрасту или чему-то подобному, она не настолько могущественна, но она может сбрить добрый десяток лет, отведенных на старение его тела, и это может сыграть решающую роль.       Готово. Жон тяжело вздохнул, глядя на других женщин в комнате, а затем на то место, где когда-то находился портал с изображением мертвого Джеймса Айронвуда. Теперь он закрыт, и Рейвен прошла через него. И все же… оба мужчины мертвы. Все кончено.       И в то же время все только начинается. Ведь теперь Жону нужно принять решение. Он больше не будет позволять людям убивать друг друга. Он достаточно насмотрелся на Ремнант, чтобы понять, что они с Салем должны вмешаться и остановить кровопролитие. Вопрос лишь в том, сделать это тихо или громко?       Свяжется ли он тайно с Советами, даст ли им понять, с чем они имеют дело, и заставит ли их собраться с мыслями? И при этом позволить обычным людям на Ремнанте продолжать жить своей повседневной жизнью, думая, что Гримм все еще нет?       Или он пойдет другим путем? Шок и трепет, армии Гримм, заполонившие Человеческие Королевства, хотя и с приказом делать это несмертельно, поскольку они полностью завоевали мир и дали всем понять, что они главные, отныне и навсегда?       Глядя на коматозное тело Озмы, Жон хмурится… и принимает решение.