Убежать от реальности

      Снова я оказалась здесь, в кромешной темноте и напрягающей тишине, совсем не понимая, что это за место. Нервно оглядывалась по сторонам, осторожно отступая назад и крутясь вокруг себя. Это пространство было знакомым и одновременно казалось другим, отличающимся от того, что было в прошлый раз.       Ужас окутывал разум, паника прокралась в мою душу, парализуя, заставляя чувствовать животный страх. Тело пробивала легкая дрожь. Даже противный голос в голове затих, совсем не подавая признаков существования. Что, чёрт возьми, здесь происходит?..       Я обняла себя руками, пытаясь успокоиться, но страх только усиливался, постепенно переходя в легкую паническую атаку. Легкие будто сковало цепью, заставляя делать каждый вдох через силу. Мне нужно выбраться отсюда как можно скорее.       Я опустила глаза под ноги и негромко вскрикнула. Вся моя одежда и кроссовки были пропитаны в нескольких местах чьей-то кровью. От одного этого вида кружилась голова, а горло совсем пересохло.       Нужно идти. Нужно выбраться. Нельзя оставаться.       На полу появлялись кровавые следы, ведущие меня вперёд. Они были в точности, как подошва на моих кроссовках, но думать об этом совсем не хотелось. Не найдя лучшего выхода, я направилась вперед по следам.       В моей голове крутилось все больше вопросов с каждой минутой, на который я не хотела находить ответ. Действительно ли это кровь? Где я нахожусь? Почему вокруг кромешная темнота? Но я не хочу знать ответ. С каждым шагом паническая атака усиливается, сердце до боли стучит в груди, прямо по ребрам, заставляя каждые несколько метров хвататься за грудь и сгибаться пополам. Как же больно…       Я не имела даже малейшего представления, сколько я брела в этой кромешной тьме, пытаясь выбраться отсюда. Казалось, что эти чертовы следы вели меня в никуда, в пустоту, ужасную бесконечность, из которой мне никогда не выйти. От одной только мысли об этом по коже бежала стая мурашек, покрывая все мое тело. Идти все тяжелее, дышать тоже, но сдаваться нельзя.       Внутри все сжималось от этих склизких ощущений тревоги и страха, заставляя желудок сворачиваться в трубочку. Ломящая боль в теле только усиливалась, принуждая еле сдерживать слезы и болезненные крики. Но я молчала, будто мой язык онемел.       Вдалеке показался знакомый силуэт, но из-за заплывавших слезами глаз было сложно разобрать, кому он принадлежал. Подходя все ближе, я смогла различить его. Мужчина. Высокий, среднего телосложения. Он напоминает мне кого-то, но затуманенный болью разум не может понять, кто же стоит там.       Мужчина стоял спиной ко мне, и я хотела увидеть его черты лица, но одновременно боялась, что этот человек может быть опасен. Когда я подошла к нему совсем близко, а расстояние между нами сократилось до нескольких метров, он наконец повернулся.       Родные черты показались моему взору. Глубокие карие глаза с маленькими морщинками от постоянной улыбки, короткие каштановые волосы, совсем короткая бородка и манящая к себе добрая улыбка. — Папа?.. — удивленно смотрю на него я и не могу поверить своим глазам.       Он приглашающе раскрыл свои руки для объятий, ладонями призывая подойти. Без капли сомнений я бросилась к нему, утыкаясь в его плечо и глотая горячие слезы. В его теплых объятиях я рыдала так сильно, как не делала этого уже долгое время, постоянно сдерживая себя. — Зачем же ты уехал тогда? Мне не нужны никакие деньги, пап, мне нужен ты. Не оставляй меня, я больше не могу так! Прошу тебя… Мы безумно скучаем по тебе, пап… — в голос рыдала я, умоляя его остаться, сжимая его рубашку в своих руках. Он ласково гладил меня по спине, положив свой подбородок на мою макушку. — Я знаю, милая. Скоро ты все поймешь, пока не пришло время. Я люблю тебя. Прости меня, лисёнок, — нежно прошептал папа, начиная растворяться прямо в моих руках.       Умоляющий остаться крик разрывал горло изнутри, руки сжимали покрепче его рубашку, пытаясь удержаться за него и не дать раствориться в кромешной темноте. Но процесс уже было невозможно остановить. Он улетал в пустоту, как песчинки на ветру.       Рухнув на колени и рыдая в голос, я склонила голову к земле и закричала, разрывая горло еще больше. Кричала до тех пор, пока голос совсем не осип, переходя в еле слышимый шёпот. Паническая атака накатила на меня с новой силой, все тело пронизывала адская боль, будто каждую кость в нем ломали на мелкие кусочки снова и снова. Хотелось исчезнуть и больше не чувствовать ничего, но от самой себя не уйдешь.       Нужно выбираться отсюда. Скорее. Просто найти выход.       Собрав последние силы в своем организме, я кое-как поднялась с земли и побрела вперед. Пыталась разглядеть хоть что-то во мраке, но все безуспешно. Ещё через несколько минут вдалеке показалось два мужских силуэта. — Ребята, — еле прошептала я севшим голосом, подходя к ним все ближе.       Они не смотрели в мою сторону, не повернулись, когда я подошла совсем близко. Только я протянула к ним руку, как они начали растворяться подобно моему отцу. Не выдержав больше этого, я свалилась на пол и закрыла лицо руками. По щекам продолжали скатываться ручьями слезы.       Почему все исчезают? Почему это все происходит? Зачем я здесь? Что, блядь, происходит, в конце концов?..       На душе было так противно и больно, что хотелось исчезнуть еще больше. Уйти. Раствориться. Умереть. Я не могу больше так. Я не хочу это видеть. Мне надоело терпеть.       Убрав ладони от лица и посмотрев на них, я ужаснулась. Мой рот раскрылся в немом шоке. Руки затряслись. Теперь они тоже были в крови. — Это всё твоя вина! — громом пронесся крик по всему пространству, будто отскакивая от невидимых стен и заставляя слушать это из раза в раз. Прекрати. Пожалуйста, прекрати… — Только твоя вина! — истошно кричал второй голос, от которого все больше раздирало барабанные перепонки. — Перестаньте! Я ни в чем не виновата! — шёпотом кричала я, все сильнее жмурясь и прижимая ладони к ушам. Когда же это уже закончится?! — Твоя, твоя, твоя… — шёпотом повторяло вокруг меня множество голосов, смешиваясь в единую кашу и путаясь друг с другом.       Внезапно все шёпотки вокруг меня стихли, а комната озарилась ярким теплым светом. Боль во всем теле отступила, наконец принося долгожданное облегчение для меня. Открыв глаза, я свалилась на спину и раскинула руки в стороны. Даже паническая атака оставила мою душу, признав свое поражение и покинув меня спустя мучительные часы.       Вдохнув полной грудью, я нашла в себе силы и поднялась со своего места, с осторожностью осматриваясь. Это место было полной противоположностью предыдущего, и это меня успокаивало. Оно представляло из себя светлое пространство с парящим в бесконечности полом.       Тут лучше, чем там. Даже… Нет. Тут все ещё не может быть безопасно. Я чувствую это. Нельзя расслабляться, пока я окончательно не выберусь.       Подняв голову к «небу», я заметила одну огромную помеху, очень похожую на голову… Джима. Но я не была в этом уверена. Чёрт, в очередной раз. Что. Здесь. Происходит? — Ты… з… в безопасности, — удалось мне разобрать из его слов с огромными помехами. — Кто вы? — растерянно и настороженно спросила я, отступая на пару шагов назад от него. — Джим… т… Знаешь… м… Б… осторожна. — О чем вы? Почему я должна быть осторожна? Что происходит? — непонимающе спрашивала я его, пытаясь понять хоть что-то.       Вопросов было больше, чем ответов. Чего мне нужно бояться? Для чего эта осторожность? От бесконечного количества вопросов начинает гудеть голова. — Б… Е… И…       Чего? Я абсолютно ничего не понимаю! Ни того, что здесь происходит, ни того, что он говорит. Пожалуйста, просто оставьте меня в покое все. Я положила руку на лоб и прикрыла глаза. — Беги! — прокричал он мне и исчез, оставляя вид на пустоту.       Обернувшись назад, я ужаснулась. Со стремительной скоростью ко мне приближалось существо, но разглядывать мне его не хотелось. Собрав все силы, я побежала в противоположную от него сторону, стараясь не споткнуться.       Сердце стучало по рёбрам из-за снова вернувшегося страха, возвращая прежнюю боль на место. И это было слишком невовремя, но я не останавливалась. Бежала в пустоту что есть силы. Адреналин поднимался в крови, заставляя бежать все быстрее. Нужно уйти. Не дать себя поймать.       Лёгкие кололо от настолько быстрого бега. Я делала болезненный вздох через раз, пока существо позади истошно кричало и заставляло все вокруг трястись от его массивного тела. Именно в этот момент я была благодарна, что не прогуливала уроки физкультуры.       Казалось, ещё чуть-чуть, и я выберусь отсюда. Дверь, единственное спасение из этого места, была уже в нескольких метрах, но существо практически на таком же расстоянии от меня заставило трястись парящий пол и потерять равновесие. С криком я свалилась на пол, сразу же пытаясь подорваться с места, но было уже слишком поздно.       Существо издало истошный рык, склоняясь ко мне и впиваясь острыми клыками в тонкую кожу. Все вокруг погрузилось в тьму вместе с накатившей невыносимой болью от рвущейся плоти. — Нет! — закричала я, подрываясь со своего места на кровати.       Я моментально осмотрелась, рвано дыша и чувствуя, как по коже стекает холодный пот. Сердце бешено стучало после пятого за неделю кошмара. Щёки, всё ещё мокрые от слез, обдувало прохладным ветерком с окна, успокаивая мой разум.       Это была моя комната. Всё те же нежно-синие обои, всё та же старенькая акустическая гитара возле шкафа, всё те же постеры на стенах комнаты. Я облегченно выдохнула. Теперь я в безопасности.       Одним движением сорвав с себя одеяло, я стянула с прикроватной тумбы пачку сигарет с зажигалкой и побрела по комнате, всё ещё пытаясь осознать, что это все был обычный ночной кошмар. Сунула сигарету в рот и распахнула окно, смотря в затянутое тучами ночное небо.       Кожу обдало приятной ночной прохладой, заставляя прикрыть глаза и слегка поёжиться. Мысли возвращались в привычное русло, помогая разуму проясниться после шокового состояния. Облокотившись на подоконник, я несколько раз чиркнула зажигалкой и подожгла сигарету. Затянулась. Выдохнула. Повторила. — Эти Апартаменты сведут меня с ума, — горько усмехнулась я себе под нос, зажав между пальцами сигарету.       Быстрее, чем ты думаешь.       Голос в голове больше не сводит меня с ума, не вызывает вопросов откуда он или что забыл в моей голове. Скорее, наоборот, стал чем-то привычным. Чем-то, что помогает мне чувствовать, что я теперь в реальности. Я не там.       Прошла неделя с того момента, как ребята ввели меня в курс дела всего происходящего в этом доме. Чертова неделя кошмаров после знакомства с Меган и нежелание засыпать. Каждый раз, закрывая глаза и лёжа под одеялом, я надеюсь, что больше не увижу очередной кошмар. Но он возвращается снова и снова.       Все эти дни я сплю всего по несколько часов, и это выматывает мой организм. Я не могу никому рассказать о своём состоянии, потому что у друзей и своих проблем хватает. Но мне все больше кажется, что это начинает сводить меня с ума. Я снова почти закрылась от всех, как в тот самый день от матери. Хотя я и рассказала один раз об этом брату во время ночёвки у него, больше открыться я не сумела.       Очередная ночь, когда я не сомкну больше глаза.

***

      Утром на занятия шла я совсем одна. Так сказать, в гордом одиночестве, попросив парней не ждать меня и идти в школу самим. Сонная и злая, скрыв темные мешки под глазами маминым тональником, выкуривая сигарету за сигаретой, пока не добрела до нужного мне здания. Бессонные ночи оставляли на мне свой отпечаток.       В этом состоянии мне не помогал ни выпитый ненавистный американо, ни на скорую руку купленный в магазине энергетик, ни ледяная вода в душе. Мне совсем ничего не помогало, и это раздражало ещё больше. Так погано я не чувствовала себя уже несколько недель точно.       Войдя в школу, я медленно брела в сторону шкафчиков через бурные толпы старшеклассников. Обращать внимание на них попросту не хотелось и не имело смысла. Скорее всего, все опять обсуждают какие-то новенькие сплетни о популярных учениках или преподавателях.       В этом огромном потоке шума я даже не сразу заметила Ларри, который пробирался ко мне через толпу и пытался докричаться всё это время. Он нагнал меня и похлопал по плечу в знак приветствия, на что я лишь кивнула. Сегодня у меня нет сил для коммуникации с людьми.       Возле шкафчиков нас встретили остальные ребята. Они о чем-то увлеченно общались, но мне не удавалось уловить нить их повествования. Натянуто улыбнувшись в знак приветствие, я вытянула из кармана скрепку и рассмотрела ее, будто бы вижу впервые в своих руках. И зачем я ее достала? Ах да, шкафчик.       Я попыталась вскрыть замок. Первый раз. Второй. Третий. Руки будто не слушались, пока я пыталась подобрать нужный угол, то и дело тряслись и не могли выполнить настолько привычное действие. На четвертый раз скрепка просто выскользнула из моих пальцев, и я протяжно вздохнула. Это начинает меня раздражать.       Ты бездарность, Юнон.       Голос продолжал злобно хихикать в моей голове, от чего мне хотелось просто сесть и разрыдаться.       Сал осторожно поднял мою скрепку с пола и, мягко отодвинув от шкафчика, за пару секунд вскрыл злосчастный замок. Я лишь благодарно кивнула, сдерживая очередной наплыв эмоций и пытаясь успокоиться. — Ты в порядке, сестренка? Выглядишь дерьмово, — заключил Ларри, внимательно осматривая меня с ног до головы. В его глазах читалась обеспокоенность. — Все нормально, — устало соврала я и приняла свою скрепку от Фишера обратно, снова отправляя ее в карман.       Я предполагала, что рано или поздно он задаст мне этот вопрос. Всего лишь за какую-то неделю из разговорчивой девчонки я превратилась в тихого слушателя, который время от времени отвечает короткими фразами и заторможено реагирует на окружающих. — Лиль, с тобой точно все нормально? В последнее время ты какая-то… не такая, — осторожно спросила Эшли и закрутилась вокруг меня, осматривая. Я отвела взгляд в сторону. — Да. Просто не высыпаюсь.       Формально, я не соврала. Не договаривала, скрывала, но ей я не могу врать. Если я начну рассказывать о том, что со мной происходит, это вызовет волну вопросов, переживаний и, возможно, даже советов, но сейчас я так не хочу это все слушать.       Друзья на время отстали от меня и переключились на какую-то другую тему, но я их уже не слушала. Лишь стояла для вида и время от времени кивала, зевая в кулак. Так я простояла с ними еще неизвестное количество времени.       Мне так хотелось спать, но я не могла этого сделать. Каждый раз, когда я ненадолго прикрывала глаза, в памяти всплывали уже знакомые картины. И тогда сон испарялся.       Забрав из шкафчика учебники и захлопнув его, я махнула друзьям и направилась в сторону кабинета. Шум начинал напрягать и вызывать головную боль, так что мне оставалось надеяться, что там никого не будет.       Войдя в кабинет, я сразу же облегченно вздохнула. Никого. Я рада, что почти никто не хочет сидеть на одном месте и находится в тишине, а предпочитает в это время побродить по школе с остальными учениками. Здесь так… спокойно, что ли? Даже не знаю, как описать это чувство.       Я прикрыла за собой дверь и заняла свою привычную парту. Небрежно скинула канцелярию, свалилась на стул и прикрыла глаза, откидываясь на спинку стула. Если так подумать, то тут даже комфортно.       Спустя несколько минут дверь тихо скрипнула, заставив меня невольно вздрогнуть. Приоткрыв глаза, я встретилась со взглядом Фишера и выдохнула. Хорошо, что это именно он.       После той ситуации, возникшей между мной, Салом и Фелпсом, друг больше не боялся оставаться со мной наедине в здании школы. Наверное, смирился, что меня не сильно волнует то, что могут сказать остальные. — Ты не против, если я составлю тебе компанию? В коридорах сегодня особенно шумно, — вздохнул Сал и присел за свою парту. — Присоединяйся. Мне тоже не нравится там находиться, — ответила ему и слабо улыбнулась. — Ты правда себя хорошо чувствуешь? Понимаешь, мы просто переживаем за тебя, в последнюю неделю ты ведешь себя по-другому. Обещаю, что никому не расскажу, если ты поделишься, — тихо сказал Салли, отчего его шея и уши приобрели немного розоватый оттенок. Выглядит довольно мило. — Да. Думаю, что да. Я плохо сплю в последнюю неделю. Наверное, ты сам понимаешь, какого это, когда совсем не хватает сил.       Я пыталась сконцентрировать все свое внимание на нем, но перед глазами лишь продолжало все плыть. Сейчас картина передо мной была похожа на то, когда пытаешься смотреть на окружающих с полными слезами глазами или без очков при плохом зрении. Даже не знаю, что из этих двух сравнений может больше подойти. — Я понимаю. Но ведь для этого недосыпа должны быть свои причины, верно? — Да, но… Я просто не высыпаюсь, поздно ложусь и все такое, — нервно ответила я и отвела взгляд в сторону. Почему-то мне было так стыдно за то, что я пытаюсь обмануть его, когда он так хочет мне помочь. — Я понимаю, что ты не хочешь мне говорить истинную причину, Лиля. Прости, что пытаюсь разузнать все у тебя, — сказал он и поднялся со своего место.       Маленькая глупая девчонка.       От его слов больно кольнуло в груди, заставив вернуться снова те чувства, которые я так упорно пыталась от всех скрывать. От мамы, от Ларри, от Эшли, от него… К горлу подступил ком, а глаза почти сразу же наполнились слезами. Я схватила Сала за запястье и одной рукой прикрыла глаза, опустив голову ближе к парте. — Прости, Салли, я так устала. Я просто… — тихо всхлипнув, я отпустила его запястье и закрыла лицо руками полностью. Все то, что долго копилось внутри, рвалось вырваться наружу.       Он осторожно коснулся моего плеча рукой и нежно сжал, показывая, что сейчас он здесь, рядом, выслушает и поймет. По крайней мере мне хотелось, чтобы этот жест значил это.       Я начала свой рассказ, попутно глотая слезы. Рассказывала про то, что чувствовала при встрече с Меган, как мучилась от кошмаров, как каждый раз просыпалась от них и не могла сомкнуть глаз от страха до утра, мучая свой организм раз за разом, как пыталась пить снотворное, чтобы только не видеть всего этого, но каждый раз становилось только хуже.       Я помнила каждый из кошмаров до мельчайших подробностей, каждые липкие ощущения после пробуждения, каждую сигарету за сигаретой до утра, каждый ненавистный кофе и ледяную воду.       Он слушал меня внимательно. Не перебивал, не пытался успокоить, остановить, только находился рядом и поглощал каждое мое слово, пытался показать, как ему важно все то, что сейчас происходит.       Под конец своего рассказа я наконец смогла успокоиться. Осторожно вытерла слезы, уже не заботясь о тоналке под глазами, которая давным-давно была смыта с моего лица ручьями. Морально становилось легче, но физически все еще было слишком плохо, чтобы отпустить все произошедшее.       На мой рассказ он коротко кивнул, не став ничего говорить в моем состоянии. И от этого было еще легче. Не уверена, что я смогла бы сдержать очередной всплеск эмоций, если бы мы начали это обсуждать. Сал поднялся со своего места и потянулся ко мне, затягивая в теплые объятия. А я лишь прижалась к нему еще сильнее, наконец ощущая, что теперь я не одна.       По стечению отвратительных обстоятельств в это же время в класс вошел Фелпс, бросая на нас взгляд то ли отвращения, то ли раздражения. Молча сел за свою парту и отвернулся к доске, но мне уже было все равно.       Наконец, мы выпустили друг друга из объятий и отступили, возвращаясь по местам. По коридорам раздался звонок, и в класс начали заплывать шумные ученики во главе с Ларри. Следом вошел учитель, закрывая за собой дверь и начиная очередной урок.

***

      Вернувшись в пустующую квартиру после занятий, я устало сбросила рюкзак у двери и направилась на кухню. В очередной раз пропустив обед в школьной столовой, мне хотелось лишь закинуть что-нибудь в свой желудок и наконец отдохнуть. Школьный день выдался достаточно спокойным, хоть и насыщенным.       Поспешно закинув в себя остатки вчерашнего ужина и сделав обычную рутину, я наконец вернулась в свою комнату. Хотелось лишь лечь на кровать и уснуть хотя бы на сладкие пару часов.       Вернувшись из ванной и скинув с себя полотенце, я вынула из шкафа привычную пижаму, поспешно нацепила и рухнула на кровать. Сил за сегодня почти не осталось, хотя сейчас было всего лишь пять часов вечера.       Устало замотавшись в одеяло, я прикрыла глаза в надежде, что хотя бы в этот раз все обойдется без кошмаров. Хотелось лишь забыть все прошлые ночи и наконец отдохнуть. Моя нервная система больше не выдерживает всего этого давления.       Твоя надежда надолго не задержится.       Голос отдавался глухим эхом внутри, но мне было уже все равно. Постепенно я начала засыпать.

***

      Сегодня в квартире было достаточно шумно относительно других дней. Вечер. Кухня. Рядом со мной, за кухонным столом, сидели Салли, Ларри и Эшли, рассказывая друг другу шутки и задорно смеясь. В груди разливалось приятное тепло.       Последнюю неделю меня не отпускало чувство тревоги и страха, однако в компании близких было настолько спокойно, что это начинало настораживать. Я старалась запрятать эти ощущения глубже внутрь, но у меня мало что получалось.       Смеясь с очередной шутки Сала, я оглядела квартиру. Пустые тарелки на столе после ужина, несколько полупустых бутылок с газировкой перед нами, прохладный ветерок из окна и… мама возле раковины.       Она не смотрела на нас, не реагировала на шумную обстановку, всего лишь… стояла и мыла посуду, тихо напевая себе что-то под нос. Я не слышала эту песню, лишь улавливала неразборчивые звуки с ее стороны.       Поднявшись со своего места, я с улыбкой подошла к ней со спины и обняла. За последнее время мы достаточно мало контактировали, и это дало мне понять, что мне ее очень не хватает. — Спасибо за ужин, мам. Тебе нужна помощь? — с улыбкой спросила я, отпустив ее из объятий и отойдя на пару шагов назад. Одновременно с этим свет от лампочки странно замигал над столом.       Все произошло слишком быстро. Настолько быстро, что осознание произошедшего не успело прийти ко мне.       Уютный шум квартиры сменился гнетущей, звенящей тишиной в ушах и хлюпающим неприятным звуком, будто всего этого не было несколько минут назад. Острая боль в районе середины живота сперла дыхание, заставляя жадно хватать воздух ртом, а глаза забегали по силуэту матери.       Но это была не она. Лишь ее светлый образ, под которым скрывалось что-то темное…       Руки машинально прижались к месту внезапной возникшей боли, наполняясь ощущением чего-то горячего, липкого, подобно животному страху, что окутывал мой мозг снова. Руки судорожно тряслись, и я опустила глаза к этой страшной картине.       Уверенно протянутая рука матери, держащая рукоятку поварского ножа, покрывалась алой кровью. Красные капли медленно стекали по одежде из открытой раны и создавали постепенно увеличивающуюся лужу на полу. — Ты не моя дочь, — спокойно сказало «Существо в ее обличие» и вытащило свое оружие, заливаясь протяжным, страшным смехом.       Металлический привкус во рту вызывал отвращение и тошноту, а в ушах стоял звон вперемешку со звуком сочащейся крови до того момента, пока я не потеряла сознание.       Я подорвалась с кровати, жадно хватая воздух ртом и одним движением сбрасывая с себя одеяло. Остатки здравого рассудка после очередного кошмара, казалось, покинули меня вместе с невыносимой болью от острия ножа. Я задрала футболку и дрожащими руками ощупала себя. Ничего.       Протяжно простонав, я рухнула обратно на подушку и прикрыла лицо руками. Чертов город. Чертовы Апартаменты. Чертова встреча с Меган. Прошла какая-то жалкая неделя, но я не могу больше вынести этого. Порой мне кажется, что проще выпить лошадиную дозу снотворного и покончить с этим раз и навсегда. Но я не могу.       Этой ночью я снова не смогу сомкнуть глаза. К черту. Мне нужно проветриться.       Я поднялась с кровати, ощущая, как ноги обдало обжигающим холодом из окна. Стащила с прикроватной тумбы пачку сигарет и зажигалку, с дверцы шкафа стянула куртку и накинула прямо поверх пижамы, закидывая по карманам свое «успокоительное». Может быть, сегодня крыша станет последним местом для меня…       Давай, сделай наконец это, ты ведь всегда сбегаешь от проблем.       Язвливый голос в голове заставил меня задуматься над этим. Нет, я определенно не хочу заканчивать свою жизнь, но мое моральное состояние и здравый смысл находятся на грани.       Помотав головой, я на цыпочках прокралась до коридора четвертого этажа. Без колебаний вызвала лифт, чтобы добраться до пятого, и принялась его ждать.       Лифт вернулся на этаж с характерным писком, раскрывая свои скрипучие двери передо мной. Из него вышел бодрый Салли, столкнувшись со мной так, что наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.       Смущение накрыло меня с головой, заставив мои щеки неожиданно запылать. Это было… неожиданно, мягко говоря, поэтому мы тут же отошли друг от друга на шаг, отводя глаза по сторонам. — Доброй ночи, Лиля. Ты куда-то собираешься? — смущенно пробормотал парень, окидывая меня взглядом с ног до головы. — Доброй, Салли. Я, эм, просто хотела проветриться немного, — язык заплетался сам собой то ли от смущения, то ли от волнения, сама не понимаю от чего конкретно. И эти ощущения мне были в новинку. — Ты уверена, что идти одной — это хорошая идея? Уже за полночь, в Нокфелле не сильно безопасно бродить девушке в это время. — Я уверена, все будет в порядке. Буду аккуратна, — я слабо улыбнулась другу и, помахав рукой, скрылась за дверьми лифта.       Довольно короткий диалог проносился эхом в голове, заставляя снова чувствовать в теле эти странные ощущения от произошедшего парой минут ранее. В чем-то Сал действительно был прав насчет безопасности, одни только листовки с объявлением пропавших многое говорят. Но Апартаменты, казалось, были не сильно безопасней темных улиц.       Осторожно поднявшись по ветхой лестнице в конце коридора, я толкнула железный люк, ведущий на крышу здания. Ничего. Холодный проржавевший металл под ладонью не поддавался внешнему давлению. Но отступать я уже не хотела.       Толчок. Ничего. Еще толчок. Очередной провал. Не собираясь поддаваться неприятным обстоятельствам, я со всей силы толкнула двумя руками люк. Наконец металл поддался, со звоном ударяясь о бетонную крышу здания и открывая вид на ночное небо.       Я осторожно поднялась на крышу, надеясь, что хруст гнилого дерева под ногами был лишь небольшим предупреждением поторопиться.       Легкий прохладный ветер развевал мои волосы, придавая ощущение спокойствия и умиротворения. Казалось, что здесь, на крыше, вся тьма апартаментов сама отступала, не осмеливаясь предстать перед светом луны и звезд. Спокойствие…       Я осторожно пересекла крышу, усаживаясь у самого края. Привычным движением достала любимую сигарету и подожгла, сжимая ее губами и затягиваясь. Приятная дымка заполнила легкие.       Раньше мне казалось, что сигареты — пустая трата денег, но со временем я поняла, что никотин действительно успокаивает. Сначала я выкуривала по одной сигарете в несколько дней, когда становилось совсем ужасно, затем начала курить все чаще, и это начало помогать справляться со стрессом. Кажется, именно так я и получила зависимость. — Нравится вид ночного города? — тихо спросил голос где-то сбоку, заставляя меня вздрогнуть. — Очень. Не думала, что наблюдать за ночной суетой так приятно. Ты разве не собирался идти к себе? — я улыбнулась, переводя взгляд с проезжающих машин на друга. — Ну, я честно собирался вернуться в свою комнату, но мне не хотелось отпускать тебя одну. И это не только потому, что Ларри и Эшли открутили бы мне голову, если узнали, — Сал тихо усмехнулся, смотря мне прямо в глаза. — Я просто… беспокоился за тебя, поэтому пошел следом.       Я легко улыбнулась, делая очередную затяжку. Приятно знать, что он действительно беспокоиться за меня. Будь я на его месте, поступила бы точно также. — Будешь? — я легким жестом протянула наполовину скуренную сигарету.       На секунду Сал замялся, наблюдая за тлеющей сигаретой между моих пальцев. Затем аккуратно принял ее, одним движением расстегивая нижние фиксаторы протеза и затягиваясь. Клубок густого дыма повис в воздухе, медленно растворяясь в ночном небе.       Казалось, что этот вид был завораживающей любого пейзажа. В голове сразу же возник образ нахального Сала в кресле с распущенными волосами, держащего в руках сигарету с обволакивающей его дымкой. Если бы я только имела навыки как у Эш или Ларри, в моей комнате обязательно появились несколько картин. — Что-то не так? — смущенно спросил парень, нервно выкидывая бычок куда-то вниз. — А, нет, я просто задумалась. Ничего такого, — я помотала головой и смущенно отвела взгляд, выкидывая остатки его образа из головы.       Сладкая парочка.       Голос булькнул где-то внутри, заставляя меня вздрогнуть. Снова говорит какие-то глупости, но по крайней мере я знаю, что это реально. — Скажи честно, тебе снова снился кошмар? У лифта ты выглядела напуганной и уставшей, хотя сейчас по тебе такого не скажешь. — Да… — я тяжело вздохнула, вспоминая те гнетущие ощущения после сна.       Тот липкий страх, не позволяющий осознавать реальность, капли холодного пота, неприятно стекающие по коже, «ее» безумный взгляд с окровавленными руками. Воспоминания заставляли съеживаться снова и снова, и даже холодный ночной ветер не мог вернуть мне былое спокойствие.       Сал нежно приобнял меня за плечи, слегка прижимая к себе и напоминая, что все уже позади. Кошмар закончился, хоть и ненадолго. — В этот раз он был… безумнее, не такой, как обычно. Я видела свою квартиру, видела вас, маму, но я чувствовала, что это была не она… Я уверена в этом. У нее были другие глаза. Не ее. Она смеялась, когда воткнула в меня поварской нож. А потом я просто отключилась.       Неловкое молчание после моего рассказа повисло между нами. Все слова будто затерялись где-то внутри, не позволяя выплеснуться наружу. — Я тоже часто вижу кошмары подобного содержания. Можно сказать, что каждую вторую ночь они преследуют меня. Приходится пить снотворное и успокоительное, но это мало чем помогает, — Сал помотал головой, будто бы сбрасывая набрасывающиеся на него воспоминания. — Я говорил об этом только Ларри за все время, даже родной отец не знает, что я испытываю. После смерти мамы у меня вся жизнь по пизде пошла, много что изменилось, но... я бы предпочел опустить подробности на сегодня. Давай просто насладимся этим видом?       Внезапная откровенность Сала под покровом ночи заставила больно кольнуть сердце где-то внутри, оставляя неприятный осадок от его рассказа. Дело было совсем не в том, что именно он рассказал, а в том, что ему пришлось пережить. И ведь даже после пройденного Сал все равно оставался самым светлым парнем, с которым мне доводилось общаться.       Руки сами собой потянулись к нему, пытаясь затянуть в нужные нам сейчас объятия. Я приподнялась на коленях, пододвигаясь к нему поближе для удобства, но чертова неуклюжесть заставила потерять равновесие, за что мне было немного стыдно.       Нежные руки Салли подхватили меня где-то на лопатках и потянули на себя, не позволяя мне завалиться назад, в опасной близости от края крыши. Парень свалился на спину и крепко прижал меня к себе, заставляя лишь тихо ойкнуть.       Утыкаясь в его теплую шею, я чувствовала, как бешено колотиться его сердце в груди от произошедшего. Мысль о том, что это могли быть мои последние минуты жизни, пугала, но в его объятиях я не чувствовала страха. Я в безопасности.

      Больше мы не сказали ни слова, мягко обнимая друг друга и наслаждаясь моментом.