Глубоко в моем сердце я скрываю

      У Артура перехватило дыхание, и он почувствовал, как у него вырвался низкий стон, когда Мерлин дернул бедрами, принимая его глубже, изысканная теснота окутала его. Он наблюдал, как голубые глаза потемнели, а пухлая нижняя губа зажалась между зубами, действуя невыносимо возбуждающе на Артура.       Его руки прошлись по телу Мерлина, его пальцы ласкали красивую кожу, танцуя по ребрам мужчины и заставляя Мерлина прерывисто дышать. Он медленно опустил их вниз по спине Мерлина, чувствуя, как мышцы двигаются под его ладонями, и схватился за дерзкие ягодицы Мерлина, страстно сжимая их.       Он позволил Мерлину взять контроль, и этот чертов паршивец делал все возможное, чтобы свести Артура с ума. Он дразнил его целую вечность, держа его на грани и не позволяя ему перейти через край, выражение его лица заставляло Артура сделать что-то грязно-сексуальное. С каждой долей секунды Артур был все ближе и ближе к этому.       Руки Мерлина скользнули в волосы Артура, крепко сжимая правую сторону, когда он слегка наклонился вперед, меняя угол наклона и заставляя Артура чувствовать, что он вот-вот сойдет с ума. Он почувствовал, как Мерлин сжался вокруг него, даже когда тот продолжал двигаться мучительно медленно, он еще крепче сжал зад Мерлина.       «Ты сдерживаешь себя, мой господин?» — Прошептал Мерлин с дьявольским выражением лица, двигаясь вверх и вниз, принимая Артура так глубоко, что у него закружилась голова.       «Нет», — сказал Артур сквозь стиснутые зубы.       «Нет?» — Эхом отозвался Мерлин, дергая Артура за волосы, чтобы оттянуть его голову назад. Он поцеловал дорожку вдоль его челюсти, а затем до уха, нежно прикусив мочку уха, и прошептал: «Ты уверен? Потому что мне кажется, что ты делаешь все возможное, чтобы не сбить меня с ног и не трахнуть до бесчувствия».       Сдержанность Артура длилась всего полсекунды, прежде чем он обхватил руками ноги Мерлина и перевернул его на спину, оставаясь внутри него. Он прижал запястья Мерлина к кровати и был ошеломлен силой возбуждения, которое затопило глаза Мерлина при этом действии.       «Вот так, да?» — спросил он с самодовольной улыбкой.       «Заткнись», — сказал Мерлин, задыхаясь, и Артур немного сильнее прижал мужчину к матрасу, убедившись, что он крепко держит запястья Мерлина над его головой. Он сильно и глубоко вошел в мужчину, и спина Мерлина выгнулась от хватки Артура.       «Этого ты хочешь, да?» шептал он рядом с ухом Мерлина, снова и снова входя в него, чувствуя, как ноги Мерлина обхватывают его талию, и поощрял его входить так глубоко, как только мог. «Ты хочешь, чтобы я прижал тебя и трахнул?»       «Артур», — дрожащим голосом простонал Мерлин, его тело двигалось навстречу Артуру, толчок за толчком.       «Скажи это», — пробормотал Артур, чувствуя, как его тело дрожит от необходимости отпустить и войти в своего возлюбленного. «Скажи мне, чего ты хочешь».       «Я хочу тебя», — прошептал Мерлин, его глаза встретились с глазами Артура, радужки потемнели от вожделения.       Артур не смог бы сдержаться в тот момент, даже если бы от этого зависела его жизнь. Он прижался к Мерлину и сильно, быстро и глубоко вошел в него, Мерлин кричал от удовольствия и подталкивал его вперед.       Он зависел от звуков, которые издавал Мерлин, звуков, за которые он сам был ответственен. Он любил хриплые вздохи, глубокие стоны, изысканные вдохи, граничащие с криком. Он так много раз представлял, как вырывает эти звуки из этого человека, они были предметом многих ночных фантазий, но реальность была намного лучше, и каждый звук сводил его с ума.       Он чувствовал, как Мерлин приближается к краю, чувствовал, как он сжимается вокруг него и втягивает его так глубоко, как только может. Глаза мужчины закрылись, и Артур сильно толкнулся, прошептав:       «Открой глаза, дорогой. Я хочу видеть твой взгляд».       Глаза Мерлина распахнулись, и Артур, совершенно очарованный, наблюдал, как голова Мерлина откинулась назад, а его глаза вспыхнули чистым золотом, когда он задыхаясь кончил. Артур почувствовал, как магия Мерлина пронеслась через него, ошеломленный ею и чувствующий, как будто она требовала его он сильно кончил, изливаясь глубоко внутри Мерлина и чувствуя, как его дыхание вырывается в спешке.       Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы успокоиться, прежде чем, наконец, отпустить запястья Мерлина. Мерлин улыбнулся, протянул руку, обвил шею Артура и притянул его к себе в удивительно глубоком поцелуе. Артур уткнулся носом в край челюсти Мерлина и почувствовал, как рука Мерлина ласкает его шею, когда он осторожно вышел из тела мужчины. Он отодвинулся в сторону и лег рядом с ним, чувствуя себя довольным.       «Тебе нравится моя магия».       Он наклонил голову, когда Мерлин приподнялся на локте и посмотрел на него сверху вниз. Он улыбнулся и протянул руку, чтобы провести большим пальцем по высокому изгибу скулы Мерлина, наслаждаясь застенчивым, немного нерешительным выражением лица мужчины и чувствуя, как его грудь раздувается от того, насколько это было мило.       «Это часть тебя, конечно, мне это нравится», — тихо сказал он, и выражение лица Мерлина боролось между надеждой и скептицизмом.       «После всего, что тебе говорили о магии, хотя… "       «Все это не имеет значения, Мерлин. Это такая фундаментальная часть тебя, и я чувствую себя частью твоей силы».       «Я всегда надеялся, что ты примешь это, но я никогда не мечтал, что тебе это… понравится», — сказал Мерлин, протягивая руку, беря Артура за руку.       «Мне нравится каждая частичка тебя», — сказал Артур, чувствуя, как его пульс участился от признания. Он хотел сказать больше; это так часто вертелось у него на кончике языка, особенно после того, как он был близок с Мерлином, но он еще не нашел в себе смелости сказать, что «нравится» было слишком слабым словом для того, что он действительно чувствовал.       Мерлин поднес руку Артура к губам и нежно поцеловал каждый сустав, выражение его лица было таким нежным, что у Артура все сжалось в груди.       «Это все было для того, чтобы отвлечь меня, не думай, что я этого не знаю», — сказал он, положив голову на кулак и переплетя пальцы своей свободной руки с пальцами Артура.       «Ну, ты не собирался спать, расхаживая вот так по комнате. Мне показалось, что нужно немного отвлечься».       Мерлин вздохнул и посмотрел на стол, на котором были разложены стопки пергаментов, кульминация их работы по снятию запрета на магию, который они должны были представить совету всего через несколько часов.       «Я просто хотел бы знать, как они это воспримут», — сказал Мерлин, его большой палец нежно коснулся руки Артура.       «Знание ничего не изменит», — разумно сказал Артур. «Мы знаем, что нам предстоит нелёгкое дело, и мы готовы к нему. Мы встретим это вместе».       «Это просто так — "       Артур повернулся и перевернул Мерлина на спину, накрыв его своим телом и спросив с улыбкой:       «Мне снова тебя отвлекать?»       «Ты чересчур самоуверен», — сказал Мерлин, фыркнув, и Артур возмущенно ущипнул его за бок.       Мерлин скривился от смеха и поднял руки, чтобы обнять шею Артура, когда их тела приятно прижались друг к другу.       «Ты не представляешь, сколько раз я представлял это», — сказал Мерлин, одна рука скользнула вверх, чтобы запутаться в волосах Артура. «Я хотел тебя так сильно, что становилось больно на душе. Все то время, что мы были вместе в этих комнатах, все время, когда мы были так близко, я хотел попробовать тебя на вкус».       Артур опустил голову и прижался губами к горлу Мерлина, целуя нежную дорожку вдоль нежной кожи и бормоча:       «Думаю, я понимаю, что ты чувствовал. Я так старался держать себя в руках, но в конце концов я просто ничего не мог с собой поделать. Я искал все возможные способы прикоснуться к тебе. Я никогда не чувствовал себя полноценным, пока не почувствовал твою кожу рядом со своей».       Дыхание Мерлина сбилось, когда Артур подразнил чувствительное место чуть ниже его уха, и он почувствовал, как рука в его волосах напряглась, когда их обнаженные тела мягко прижались друг к другу. Они оба были истощены, и ни у одного из них не было сил, чтобы продолжать эту игру, но было восхитительно просто наслаждаться их близостью, потакать всем желаниям, которые у них были и которые они никогда не могли осуществить раньше.       Они периодически дремали, но оба были слишком на взводе, чтобы нормально выспаться. Они лежали бок о бок в постели Артура и тихо разговаривали, нежно исследуя руками и губами прекрасную наготу друг друга. Артур не мог отрицать, что его влечение к Мерлину иногда было ошеломляющим, и ничто не могло сравниться с занятием с ним любовью, но он был влюблен в эти тихие моменты близости, которые давали им их отношения.       «Итак», — сказал Артур позже, когда они вылезли из кровати, пытаясь подготовиться к предстоящему дню. «Эта штука с запястьями», — сказал он, пытаясь бороться с усмешкой.       «Да?» — Спросил Мерлин, приподняв бровь.       Артур почувствовал, как его бровь изогнулась, когда он подошел ближе и положил руку на талию Мерлина.       «Тебе понравилось», — сказал он низким голосом.       «И что?» — Спросил Мерлин, вздернув подбородок и вызывающе встретившись глазами с Артуром.       «И мне понравилось», — сказал Артур шепотом, наслаждаясь благодарной вспышкой возбуждения в глазах Мерлина.       Руки Мерлина прижались к груди Артура, скользнули на плечи, и он придвинулся ближе.       «Я не могу отрицать, что мне понравилось…позволяю тебе контролировать ситуацию… но не думай ни на секунду, что я позволю тебе сделать это где угодно, кроме как в нашей постели «.       Артур рассмеялся и положил руки на поясницу Мерлина, чрезвычайно довольный тем, что Мерлин называет его кровать их кроватью.       «Должным образом отмечено. Как будто я был бы настолько глуп, чтобы даже пытаться сделать это».       Мерлин улыбнулся и запустил одну руку в волосы Артура, он наклонился вперед и нежно коснулся губами подбородка Артура, прошептав:        «Мне нравится чувствовать, что я твой».       Глаза Артура закрылись, он на мгновение успокоился, его рука сжала ткань рубашки Мерлина, когда губы Мерлина прижались к его коже.       «Ты мой», — ответил он.       Это было идеальной момент признаться, и выражение лица Мерлина было таким прекрасным, что Артуру захотелось запечатлеть его навсегда. Он знал, что хочет сказать этому человеку, он сотни раз прокручивал это в голове, но так и не смог произнести нужных слов. Он уже собрался с духом и попытался рассказать Мерлину о своих чувствах, как стук в дверь отвлек его от размышлений.       Стараясь не показывать своего разочарования, он неохотно отступил от Мерлина и попытался взять себя в руки, коротко бросив: «Войдите».       Моргана вошла в комнату и одарила их обоих таким взглядом, что Артур покраснел, она внимательно посмотрела на Мерлина и сказала:       «Ты не можешь это надеть».       «Почему нет?» Спросил Мерлин, глядя вниз на обычный наряд, который он носил.       Моргана вздохнула, выглядя так, как будто она старалась не закатить глаза, и сказала:       «Мерлин, мы обращаемся к совету, мы просим, возможно, о самых больших изменениях в истории Камелота, и тебе вот-вот предоставят должность, которая безвозвратно изменит твой статус. Ты не можешь выглядеть как слуга «.       «И что ты хочешь, чтобы я надел?» спросил Мерлин с раздражением. «Эту дурацкая шляпа, которую он надел на меня, когда я, черт возьми, выпил яд?» сказал он, бросив взгляд в сторону Артура, что Артур счел самым несправедливым, поскольку он не был тем, кто предлагал Мерлину переодеться.       «Я уверена, мы сможем найти что-нибудь подходящее», — сказала Моргана, открывая гардероб Артура и роясь в нем.       Артур знал, что спорить с ней было бессмысленно, и он предпочел бы иметь дело с гневом Мерлина, а не с ее, и поэтому молча стоял, пока Моргана брала управление в свои руки. Мерлин бросил на него умоляющий взгляд, и Артуру ничего не оставалось, как пожать плечами, зная, что Моргана добьется своего при любых обстоятельствах.       «Вот, нашла», — сказала она, отступая от шкафа с рубашкой в руках, и Артур сдержал смех, когда глаза Мерлина комично расширились.       «Я не могу вальсировать в зал совета в пурпурном!» — запротестовал он. «Ты хоть представляешь, что это значит? Что они прочтут в этом?»       «Я жила при дворе с детства, Мерлин. Я думаю, что у меня есть некоторое представление об этих вещах», — сказала Моргана с уничтожающим взглядом.       «Это вызовет скандал», — запротестовал Мерлин, на его щеках появился румянец, по которому Артуру хотелось провести языком.       «Хорошо. Так и должно быть. А теперь надень это», — сказала Моргана, сунув рубашку в руки Мерлина и отталкивая его за ширму для переодевания. Артур ожидал, что она будет ждать рядом, но вместо этого она тоже исчезла за ним, и в следующее мгновение звук был такой, как будто она пыталась вырвать Мерлина из рубашки, в которую он был одет, что, вероятно она и делала.       «Отпусти меня, ты, сумасшедшая гарпия! Я серьезно, я прокляну тебя так, что ты облысеешь!»       «Не будь таким ребенком. Просто сними эту чертову рубашку!»       «Если ты сделаешь это своими ногтями еще раз, я оторву их все».       «Просто перестань бороться со мной!»       Артур пытался подавить свой смех и радостно слушал, как они продолжали перебранки, ширма зловеще дрожала, прежде чем рубашка Мерлина в конце концов появилась поверх ширмы, сопровождаемая торжествующим смехом Морганы.       «Жаль, что я не позволил тебе сгореть, чокнутая ведьма», — прорычал Мерлин, когда последовал еще один грохот, и в конце концов его вытолкнули из-за ширмы, пурпурная рубашка была на месте.       Моргана тоже вышла и направилась прямо к шейному платку Мерлина, Мерлин не успел остановить ее до того, как она сняла его и бросила на кровать позади себя.        «Артур, принеси мне пояс», — приказала она, и Артур без вопросов сделал, как ему было сказано, выбрав один из своих лучших ремней и протянув его ей.       Она обернула его вокруг талии Мерлина, и Мерлин бросил на него взгляд, который говорил:       «Посмотрим, позволю ли я тебе когда-нибудь снова прикоснуться ко мне, ты, предатель», — Артур не смог подавить усмешку на это выражение.       Моргана посмотрела на Мерлина оценивающим взглядом, — «Почти готово, но чего-то не хватает … Она отступила к шкафу и, прищурившись, осмотрела вещи, вытащила простую черную куртку и протянула ее Мерлину. Очевидно, усвоив свой урок, Мерлин вздохнул и позволил ей надеть на него вещь, Моргана возилась с ним минуту или две, затем отступила, чтобы полюбоваться делом своих рук.       «Я выгляжу идиотом?» Спросил Мерлин, выглядя так, как будто он хотел бы поджечь и Моргану, и Артура.       «Ты выглядишь очень эффектно», — сказал Артур, глядя на Мерлина. Пурпур красиво сидел на его коже, а черная куртка придавала ему властный вид, подчеркивая его рост и жесткие углы его тела.       «Однако чего-то не хватает», — сказал он, и ему в голову пришла злая идея. «У тебя есть с собой сигил?»       «Конечно, я всегда ношу его с собой», — сказал Мерлин, доставая свою куртку, которую он повесил на спинку стула, и извлекая символ из внутреннего кармана.       «Ты держал его при себе все это время?» Спросил Артур, тронутый этой идеей.       «Это драгоценность», — сказал Мерлин с улыбкой, и если бы Моргана не была с ними в комнате, Артур поцеловал бы на прощание остатки своей сдержанности, бросил мужчину на кровать и сделал бы с ним все, что в его силах.       Он прочистил горло и пообещал себе, что сделает именно это, когда они останутся наедине, и сказал:       «Нам нужно найти способ прикрепить это к твоей одежде».       «Артур» — Мерлин начал протестовать, но Моргана взмахнула рукой, и в мгновение ока знак был приколот к передней части куртки Мерлина.       «Отлично», — сказал Артур с одобрительным кивком.       «Ты уверен, что это хорошая идея?» Спросил Мерлин, относясь скептически ко всему этому.       «Ты что, нам не доверяешь?» — Спросила Моргана с лукавой улыбкой.       «Я не удостою это ответом», — фыркнул Мерлин, и Артур подавил еще одну улыбку, чтобы в эту секунду не оказаться не на том конце этого человека.       В конце концов Мерлина убедили покинуть покои Артура, и они все вместе спустились в зал совета. Они намеренно пришли пораньше, и Артур сел, стал разбирать все свои бумаги и еще раз бегло просмотрел сделанные им заметки. Он нервничал, хотя изо всех сил старался этого не показывать, и старался не думать о том, от каких его слов зависит успех этой встречи.       Моргана сидела рядом с ним, спокойная и уравновешенная, но он мог различить, что она тоже была встревожена. Мерлин расхаживал позади них, его кулаки сжимались и разжимались, а красноречивый румянец полз вверх по его шее.       «Сядь», — сказал Артур, хватая его за руку, когда Мерлин прошел мимо него в сотый раз.       «Артур» —       «Не спорь», — сказал Артур, потянув Мерлина за руку и усадив его на стул рядом с собой. «Это твое место, Мерлин. Твое место здесь «.       «Я очень сомневаюсь, что совет воспримет это именно так», — сказал Мерлин, его пальцы крепко сжали руку Артура.       «Тогда мы заставим их посмотреть на это именно так», — твердо сказал Артур. «Просто постарайся успокоиться, мы сталкивались с гораздо худшим».       «Да… ну… Прямо сейчас я бы предпочел снова встретиться лицом к лицу с бессмертной армией, большое спасибо».       «Имей немного веры в себя, в нас обоих, и мы победим».       Он поднес руку Мерлина к губам и запечатлел поцелуй на костяшках пальцев, не сводя глаз с Мерлина и чувствуя маленькую искорку триумфа, когда увидел, что радужки слегка потемнели. Он наблюдал, как дернулось адамово яблоко Мерлина, когда он с трудом сглотнул и сделал ровный вдох, чтобы удержаться от того, чтобы прижать этого человека спиной к столу и расцеловать до смерти.       Он услышал, как двери со скрипом открылись, и они с Мерлином повернулись на своих местах, Артур расправил плечи, успокаивающе сжимая руку Мерлина, прежде чем отпустить ее и повернуться лицом к членам совета. Он видел удивление на их лицах, когда они увидели Мерлина и Моргану, сидящих рядом с ним, и краткие выражения возмущения у некоторых, хотя это было быстро замаскировано.       Было облегчением увидеть Леона, который с улыбкой занял место рядом с Морганой, и он был благодарен за его и Гаюса присутствие в комнате, нуждаясь во всех союзниках, которых он мог получить. Он подождал, пока все участники рассядутся, гордый тем, что Мерлин держал голову высоко поднятой и смотрел на каждого из них с вызовом, на который, как знал Артур, он более чем способен.       «Джентльмены», — сказал Артур с обезоруживающей улыбкой, и в зале воцарилась тишина. «Я созвал эту встречу, потому что есть очень важный вопрос, который я хотел бы обсудить с вами. Как вы все знаете, Камелот наложил запрет на магию более 20 лет назад. Этот запрет был безжалостно и жестоко применен, стоил бесчисленных жизней и создал королевство, в котором правят страх и несправедливость».       Он сделал паузу и посмотрел на членов совета, видя различные выражения на их лицах и узнавая уже боевые выражения в некоторых. Он глубоко вздохнул и продолжил как можно более четким голосом:       «Я намерен снять этот запрет». Шепот и ропот начались почти в бешеной манере, но он настаивал, говоря: «Магия будет легализована по всему Камелоту, и те, кто практикует ее, больше не будут преследоваться».       Шепот стал более резким, и Артур поднял подбородок и взял себя в руки, спокойно сказав:       «Я понимаю, что у вас должны быть вопросы, так прошу, задавайте их».       «Что побудило к этому, милорд?» — спросил лорд Брэннон, проницательный мужчина лет сорока, чей ум работал быстрее, чем у кого-либо другого в совете, и чьи мотивы Артуру так и не удалось полностью понять.       «Я считаю, что запрет на магию был серьезной ошибкой, и я хотел бы это исправить».       «Ты забыл всех тех, кто угрожал твоей жизни с помощью магии?» — спросил лорд Каван с суровым лицом. Этот человек был наименее любимым членом совета Артура, и он почувствовал, что ощетинился от своего вопроса.       «Нет, не забыл. Я также не забыл многих, кто угрожал моей жизни мечом. Магия по своей сути не является злом».       «Конечно, нет, сир», — сказал лорд Кайл, выражение его лица было гораздо более сдержанным, чем у большинства за столом. Он был всего на несколько лет старше Артура и был мягким и тихим человеком, который редко говорил, не тщательно обдумывая свои слова. «Но ты не можешь отрицать, что магия представляет угрозу в некоторых отношениях».       «Я бы и не стал отрицать это», — ответил Артур. «Снятие запрета не будет означать, что вся магия легальна, и мы, конечно, не были бы настолько наивны, чтобы верить, что у всех волшебников чистые намерения. С этой целью моя сестра, как лидер друидов, займет место в этом совете в качестве посла и…       «Вы бы дали место в этом совете женщине и беглецу?» Спросил лорд Каван, его лицо исказилось от отвращения.       «Это оскорбительное замечание, сэр, и я прошу вас взять его обратно», — сказал Леон, вставая на ноги и глядя на мужчину сверху вниз.       «Не оскорбительно говорить правду», — сказал лорд Каван, тоже вставая и возвращая взгляд. «Вы позволяете ведьме получить место в этом совете и свободу действий, чтобы ее люди могли делать то, что им нравится в этом королевстве».       «Скорее леди Моргана достойна этого, чем ты и твои жадные попытки набить собственные карманы, невзирая на цену для королевства и его народа», — ответил Леон, и Артур был ошеломлен, увидев, что его главный рыцарь так отреагировал.       Зал погрузился в хаос. Все вскочили на ноги и закричали в одно мгновение, одновременно произошло несколько разных споров, было трудно разобрать, о чем на самом деле шла речь. Артур мог слышать, что по крайней мере половина совета, казалось, поддерживала его предложение и громко спорила от его имени, но другая половина яростно сопротивлялась этому.       Артур стоял там, чувствуя себя бессильным, зная, что не может позволить такому поведению продолжаться, но изо всех сил пытаясь понять, как вернуть совет под свой контроль. Он наблюдал, как взрослые мужчины пытались перекричать друг друга, с искаженными от гнева лицами, и хотел бы он исчезнуть подальше, и появиться только в тот момент времени, когда все это будет улажено, и это больше не было бы его проблемой.       Он собирался приказать им всем заткнуться и потенциально пригрозить им изгнанием из королевства навсегда, как вдруг вся комната замолчала. Лорды смотрели друг на друга широко раскрытыми глазами, все открывали рты и выглядели испуганными, обнаружив, что не могут издать ни звука.       «Я хотел сделать это в течение многих лет», — сказал Мерлин, и Артур посмотрел на него и увидел, что он стоит и смотрит на них всех с презрением, от него веяло силой. Он ничего не делал абы как, Артуру пришлось отдать ему должное. Его первое проявление магии, признание того, что он сам был колдуном он использовал, чтобы заставить замолчать комнату, полную людей, которые спорили о его праве на существование. Что ж, вышло весьма эффектно, в предсказуемости Мерлина точно не обвинишь.       «Ваши голоса вернутся к вам, джентльмены, не бойтесь, но сначала вы выслушаете меня», — продолжил Мерлин, его присутствие было настолько властным, что Артур почувствовал, как по нему пробежал трепет.        «Как вы, возможно, уже догадались, я владею магией. Я родился с этим. Я провел большую часть своей жизни, задаваясь вопросом, почему мне был дан этот дар, какова его цель, почему мне было суждено так сильно отличаться от окружающих. Затем я пришел сюда».       Он посмотрел на Артура, и что-то теплое и нежное поселилось в груди Артура, когда Мерлин сказал:       «Я нашел свое предназначение. Я нашел причину своей магии. Я был на стороне короля более пяти лет и служил ему с гордостью и преданностью. Я использовал силу, которую мне дали, чтобы защитить его, помочь ему, и я буду делать это до самой смерти. Я пообещал посвятить себя и свою магию службе королю, и единственные люди, которым нужно бояться этой магии, — это те, кто желает ему зла. Я намерен занять должность в этом совете, и я буду служить этому королевству в качестве его Придворного Чародея. Магия заслуживает места в Камелоте; она древняя и могущественная, к ней не следует относиться как к чему-то порочному и преступному, и те, кто обладает ею, не должны жить в страхе. Я клянусь вам всем, что я проживу свои дни на службе королю и что моя магия будет использована на благо всех в этом королевстве, кто хочет жить в справедливом мире».       Он глубоко вздохнул, и Артур почувствовал, как его переполняет гордость за силу и мужество, проявленные Мерлином. Он наблюдал, как глаза мужчины вспыхнули золотом, и все члены совета, казалось, сделали коллективный вдох, когда к ним вернулись их голоса. В воздухе повисла тишина, все взгляды были устремлены на Мерлина, прежде чем выражение лица лорда Кавана стало выражать отвращение.       «Теперь мы видим настоящую причину этого изменения закона», — сказал он с презрительной усмешкой. «Ты хочешь защитить своего мальчика. Скажите мне, сир, вы действительно считаете, что политично менять законы королевства просто для того, чтобы удовлетворить вашего, как бы это поделикатнее сказать, катамита?»       Леон выхватил свой меч быстрее, чем Артур успел моргнуть, но Моргана была еще быстрее. Лорд Каван обнаружил, что ее магия прижала его к колонне, его глаза расширились от страха, пока она удерживала его, его ноги приподнялись на несколько дюймов от пола.       «Если ты еще когда-нибудь будешь говорить о Мерлине таким образом, я вырву твои глаза и скормлю их воронам», — сказала Моргана, ее голос был ужасающе спокоен. Леон стоял рядом с ней, его меч все еще был обнажен, и он угрожающе смотрел на лорда.       Она отпустила его, он упал на пол, его глаза горели яростью.       «Я ни минуты больше не останусь в месте, где терпят такое позорное поведение. Я приглашаю всех тех, кто выступает против использования магии и осуждает ее практикующих, последовать моему примеру».       Он вышел из зала, и после пары неловких мгновений за ним последовала пара других членов совета, хотя, как отметил Артур, их было гораздо меньше, чем он ожидал. Он использовал момент, чтобы собраться, наблюдая, как Леон вложил свой меч в ножны и подошел ближе к Моргане.       «Джентльмены, — сказал Артур, высоко подняв голову и расправив плечи, — позвольте мне внести ясность — запрет на магию будет снят, с одобрения или без одобрения этого совета. Я не хочу быть деспотичным лидером, но в данном случае мое слово будет законом. Я бы предпочел действовать при вашей поддержке, и я хотел бы работать вместе, чтобы построить будущее этого королевства, но я хочу, чтобы у вас у всех не было сомнений относительно моих намерений».       Он сделал паузу, взглянув на Мерлина, и сказал:       «Я хочу, чтобы вы все соблюдали позицию Мерлина в этом суде, и я ожидаю, что вы окажете ему уважение, которое предоставляется этой позиции. Вы не должны быть равнодушны к той роли, которую он играл в замке на протяжении многих лет, и я надеюсь, что вы все способны принять его за его многочисленные заслуги «. Он оглядел комнату, внезапно почувствовав себя измученным, и коротко сказал: «Совет распущен. Мы встретимся снова через неделю, чтобы продолжить обсуждение этого вопроса».       Члены совета вышли из зала, одновременно завязалось несколько разных разговоров, и группа мужчин вышла из зала среди почти бешеной болтовни. Леон, Моргана, Гаюс и Мерлин остались, все выглядели так, как будто все прошло именно так, как они ожидали.       «Мерлин», — начал Артур, но мужчина покачал головой с усталым вздохом.       «Мне нужно немного побыть наедине», — тихо сказал он. «Я… найду тебя позже».       Он протянул руку и сжал руку Артура, повернулся и вышел из комнаты. Артур смотрел ему вслед и жалел, что он не мог сказать что-нибудь, чтобы исправить ситуацию, но они знали, что это будет нелегкий путь, и он знал, что Мерлин найдет в себе силы и решимость бороться за перемены, на которые они были полны решимости повлиять.       «Я должен… выполнять свои обязанности», — сказал Леон, выглядя более взвинченным, чем Артур видел его за долгое время.       «Спасибо, что выступили от моего имени», — сказала Моргана с улыбкой. «Я оценила это».       Он отвесил ей галантный поклон, на его щеках появился румянец и он ушел с улыбкой, как у Морганы когда она смотрела, как он уходит. Гаюс также откланялся, его беспокойство о Мерлине было очевидным, и Артур поймал себя на том, что жалеет, что у него нет хотя бы части силы Мерлина, чтобы проклясть лорда Кавана и других, которые были такими кровожадными.       «Давай подышим свежим воздухом», — сказала Моргана, взяв его за руку и осторожно выведя из комнаты.       Голова Артура кружилась, когда они вышли на улицу и прошли через двор к окруженным стеной садам, которые располагались вдоль восточной стороны замка. Воздух был теплее, чем за последние недели, и казалось, что весна, наконец, преуспеет в том, чтобы заставить зиму отступить.       «Мы знали, что это будет нелегко», — сказала Моргана, когда они сели на одну из каменных скамеек. «На это нужно время, нам нужно быть терпеливыми».       «Я просто беспокоюсь, что это будет слишком давить на Мерлина».       «Вероятно, так и будет, но, к счастью, у него есть ты, все это стоит того». Она улыбнулась ему и сказала: «Я всегда задавалась вопросом, сможете ли вы двое когда-нибудь наладить отношения. Похоже, ты наконец-то это сделал «.       Артур вернул улыбку, даже когда почувствовал, что его щеки пылают, и сказал: «Еще рано».       «Он любит тебя, и ты любишь его. Это совершенно очевидно».       «Ну…а как насчет тебя и Леона, мм? Я хотел бы знать, что между вами происходит».       К его раздражению, Моргана не покраснела и даже не выглядела слегка смущенной.       «Я любила его с тех пор, как мне было 15», — тихо сказала она. «Он всегда был добрым и нежным, но я никогда не думала, что он чувствует то же самое. По мере того, как мы росли и становились старше было ясно, что между нами что-то есть, но я никогда не смела надеяться. Я всегда предполагала, что Утер выдаст меня замуж ради политической выгоды и что он никогда бы ничего не санкционировал с одним из своих рыцарей. Теперь… Мне хотелось бы думать, что мы могли бы что-то построить».       «Этот человек одурманен тобой, Моргана. Он поднял свой меч на собрата-дворянина за оскорбление тебя! Если вы двое не поженитесь до конца года, я отрекусь от престола».       Они с Морганой провели утро вместе, Артур почти забыл, какое простое удовольствие может быть в обществе его сестры. Они вместе пообедали, а после того, как Артур отправился тренировать своих рыцарей, с удивлением увидели, что Леон вполне оправился.       Он не видел Мерлина целый день и не знал, чем этот человек занимался. Утреннее заседание совета было тревожным, и он не сомневался, что Мерлин боролся с последствиями этого. Он вернулся в свои покои, надеясь, что найдет там Мерлина, но его задержали возле коридора.       Лорд Кайл подошел к нему с вежливым поклоном, со свитком в руке, и Артур собрался с духом, по какой бы причине этот человек к нему ни обращался.       «Сир, пожалуйста, простите меня, что помешал вам», — сказал он, и Артур напомнил себе, что ему нравится лорд Кайл.       «Вовсе нет. Что я могу для тебя сделать?»       «В свете… событий сегодняшнего утра… Я хочу, чтобы вы знали, что не все разделяют взгляды лорда Кавана». Он поднял свиток и сказал: «На нем имена всех тех, кто поддерживает ваш план по снятию запрета на магию, вы обнаружите, что это более двух третей совета. Они подписали свои имена, чтобы заверить в своей поддержке вас… и Мерлина».       Артур взял свиток и сказал: «Я очень благодарен тебе, лорд Кайл. Что побудило к этому? "       Лорд Кайл сделал паузу, его обычная осторожность не позволяла ему говорить без должного обдумывания.        «Моя мать обладала магией», — сказал он в конце концов низким голосом. «Она не была великой волшебницей, у нее были некоторые навыки в исцеляющей магии, но ей приходилось скрывать это всю свою жизнь, и мой отец жил в ужасе, что однажды ее обнаружат, что он потеряет женщину, которую любил. Если бы я мог помешать одной семье чувствовать себя так, если бы я мог помочь одному человеку чувствовать себя менее одиноким и напуганным чем-то, что он не может контролировать, тогда я считаю своим долгом сделать это».       «Я не знаю, что сказать», — тихо сказал Артур, ошеломленный этим тихим и торжественным признанием. «Я глубоко сожалею, что вашей семье пришлось нести такое бремя, и я могу только обещать, что следующим поколениям не придется испытывать тот же страх».       «Вы делаете прекрасное дело, сир, и многие, помимо меня, будут так думать». Он мягко улыбнулся и добавил: «Я также… очень рад услышать о новом статусе Мерлина. Не я один восхищаюсь им, и я счастлив видеть, что его признали».       Тронутый и немало удивленный, Артур протянул руку лорду Кайлу и сказал:        «Я этого не забуду».       «Я тоже, сир», — ответил лорд Кайл, пожимая протянутую руку, поклонился и повернулся, чтобы уйти.       Чувствуя себя немного ошарашенным, Артур сжал свиток в руке и почувствовал больше надежды, чем когда-либо с тех пор, как началось это дело. Он продолжил путь в свои покои и счастливо вздохнул, обнаружив Мерлина, сидящего на подоконнике.       «Я так и думал, что мне придется обыскать замок в поисках тебя», — сказал он, снимая куртку и бросая ее на спинку стула, довольный тем, что Мерлин все еще был в пурпурной рубашке, в которой он был утром.       «Я не прятался», — сказал Мерлин, вставая ему навстречу. «Мне просто нужно было немного времени, чтобы… все обдумать. Что это? " — спросил он, указывая на свиток, который Артур положил на стол.       «Список наших сторонников. Лорд Кайл только что подарил мне его. Очевидно, что с нами больше членов совета, чем против нас».       «Это… обнадеживает. Это все еще не означает, что нам предстоит гладкий путь».       «Нет, — признал Артур, — но все не безнадежно, и это главное».       Мерлин кивнул, хотя он не выглядел особенно убежденным, и Артур обнаружил, что его внимание внезапно сосредоточилось на том, чтобы убрать хмурость из-под бровей. Он протянул руку и нежно взял Мерлина за запястье, притягивая его к себе и проводя рукой по его подбородку, прежде чем притянуть его для поцелуя.       Мерлин пошел без сопротивления, и Артур улыбнулся мужчине в губы, когда их руки начали свой отработанный танец. Все остальное, казалось, всегда исчезало, когда Мерлин был в его объятиях, и весь мир Артура сужался до их тел, до магии, которая кружилась между ними.       Одежда была сброшена, когда они двинулись к кровати, и Артур позволил своим рукам блуждать по телу Мерлина, пока они целовались, наслаждаясь мягкостью губ друг друга. Медленно раскрыл его, прежде чем скользнуть в него, ноги Мерлина обхватили его талию, а бедра приподнялись навстречу толчку за толчком.       Артур был окружен мужчиной, его плотным теплом, его гладкой кожей, его мягкими губами. Он толкнулся глубже и почувствовал, как магия Мерлина просачивается под его кожу, воспламеняя вены. Он чувствовал, будто это принадлежало ему, будто это отсутствовало в его теле все эти годы, и он приветствовал эту силу, когда она прошло через него и завладела им.       Они кончили в нескольких мгновениях друг от друга, их тела были плотно прижаты друг к другу, пот и семя смешивались в прохладном воздухе. Их дыхание было тяжелым и удовлетворенным. В конце концов, они сдвинулись, магия Мерлина очистила их, и они сели.       Артур прислонился к изголовью кровати, а Мерлин устроился у него между ног, прислонившись спиной к груди Артура, когда они лежали обнаженные. Артур провел руками по обнаженной коже Мерлина и вдохнул его, желая всегда быть так близко.       «Я чувствую это, ты знаешь», — тихо сказал он, покрывая нежными поцелуями место за ухом Мерлина.       «Чувствуешь что?» — Спросил Мерлин, томно потягиваясь рядом с ним.       «Твоя магия», — ответил Артур, позволяя своим пальцам ласкать руку Мерлина. «Это похоже на усики, которые ты вызвал из земли; они обвиваются вокруг меня и оседают под моей кожей».       «И это не… не беспокоит тебя?» — Неуверенно спросил Мерлин.       «Конечно нет. Совсем наоборот. Я думаю, твоя магия узнает меня, она знает, что я твой, знает, что я влюблен в тебя.       Мерлин медленно повернул голову, чтобы посмотреть на Артура, выражение его лица было невероятно уязвимым. Артур провел тыльной стороной ладони по челюсти мужчины, когда Мерлин прошептал:        «Правда?»       «Правда», — сказал Артур с улыбкой. «Я думаю, что я был влюблен в тебя в течение многих лет. Мое сердце принадлежит тебе, Мерлин, и оно всегда будет твоим «.       «Артур», — сказал Мерлин шепотом, поворачиваясь, чтобы лучше рассмотреть его. «Я любил тебя так долго, так глубоко. Я держал это так глубоко в себе, никогда не смея надеяться, что ты когда-нибудь почувствуешь то же самое».       «Я знаю, Мерлин. Я всегда буду чувствовать это».       Руки Мерлина обвились вокруг его шеи, и Артур понес его назад к кровати, они встретились в поцелуе. Артур почувствовал, как магия Мерлина затопила его, и он приветствовал её с жаром, чувствуя, что каждый дюйм его самого, его души был востребован человеком, который теперь владел его сердцем.