Я могу тебе верить?

«Извини за то, что не обнял тебя крепче,

я думал, что увижу тебя снова.»

      — Ты меня не слышишь!       — А ты не слышишь меня!       — Значит, нам не стоит разговаривать… — Воздух впервые сотрясся с такой силой. В квартире Арсения и Антона сломался покой, словно шестеренка в часах, и время застыло моментально. Крики были такими громкими, казалось стекла сейчас вылетят.       — Ты же обещал, Антон, обещал бросить, — Попов держит в руках пластинки от таблеток, купленных зеленоглазым немного ранее. «Придурок, забыл убрать их со стола. Ты обещал. Обещал идти дальше. Обещал справиться.»       — Это было всего пару раз, Арс, ты чего так завелся? — Начиналось все тихо. Антон просто сидел в гостиной, и листал инстаграм, Арсений пришел домой около семи вечера, обнялся, обменялся милостями с Шастуном, и направился в спальню, что бы переодеться. Но не все так просто. Он увидел на столе пластинки от таблеток и… ещё кое-что. Он вышел к студенту, и совершенно спокойно спросил что это, но из этого совершенно случайно вылился большой скандал.       — Да хоть один раз это было, Тош! Дело не в таблетках, а в обещании! Я тебе верил, верил что все хорошо, а ты подтверждал. Ты обещал… Что это? — Со злости голубоглазый бросает скетчбук Шастуна, открытый на одной из страниц, из неё же выпадает лезвие, пустая пачка антидепрессантов и на листах огромный текст, где парень выписал свои проблемы, отсутствие желания делиться ими, ведь он не хочет жалости. Рассказал о том, что его проблемы не отпустили его и рассказал что сомневается в чувствах Арса и в том что ему можно верить… — Я думал, что ты справился, а ты не уверен во мне, и не уверен что можешь мне доверять? Антон, ты черт возьми серьёзно? Мы почти 2 года вместе и ты…       — Я тоже думал, что я справился, — Перебивает шатен, он опустил глаза. Он сам себя не узнает. Почему он резко стал сомневаться в голубоглазом. Почему он снова сам себя напитывает проблемами. Что с ним стало, он в душе не знает, и кажется, что он так устал от всего этого.       — Почему ты не обратил…       — Потому что я знал что так будет! Ты ведь устал от меня, верно? От моих вечных проблем и от моей неуверенности. В университет ли ты ездишь каждый раз? — договорив эту фразу, Антон направился в комнату, схватил рюкзак и начал быстро собирать первую необходимость.       — Что? Антон у тебя все в порядке с головой? Ты думаешь я тебе изменяю? Когда-нибудь я прекращу спасать тебя, но ведь ты не слышишь, — он глазами наблюдает за тем, как парень носится по комнате хватая из разных углов свои вещи, паспорт, зарядку, сигареты. Наблюдает за тем, как он натягивает на себя толстовку и джинсы. — Куда ты собрался? Там холодно, уже поздно, и у тебя учеба!       — Плевать, — парень кричит. — Плевать на всё, слышишь? Ведь так проще. Я устал, — На последней фразе он уже надевал куртку и открывал входную дверь. — И ты устал, Арс, — он хлопнул дверью. Громко. Со злостью.       Попов стоит перед входом. Слышит стук собственного сердца, которое стучит так громко, как только может. Его парень куда-то ушел. Он не верит ему. Но вроде повода не было. Что произошло, никто из них не понял. А у брюнета слезы на глазах. И он ждал что парнишка вернется. Ведь он не все вещи забрал.

***

«Я снова его увидел. Он казался намного лучше. Всё казалось таким реальным.

Казалось что мы вернулись туда, где остановились.

А потом он сказал мне, что позвонит мне позже. Но позже перешло на завтра.

А завтра превратилось в несколько дней,

а дни превратились в никогда. Всё это было ложной надеждой.»

      Он не вернулся в тот вечер, и не вернулся на утро. Он не отвечал на телефон, не явился в университет. Преподаватель тоже не пришел. Он ждал когда повернется дверной замок. Он звонил, но его сбрасывали. Но, он не терял надежд. Он ждал. Он был готов забрать свои слова назад и отправиться спасать этого парня, но, он не знал где его искать и что делать. Он ничего не знал, он ждал.

***

      Антон зол, но не своего любимого преподавателя. Он зол на себя, на свои поступки, слова, решения и на все, что он делает сам. Шастун хотел вернуться, но прекрасно понимал что сделать сейчас этого не может. Ему нужно остыть. И Арсу нужно остыть. Единственное, что остается это…       — Алло, Диман… Привет, я, я хотел извиниться, прости, я был не прав… — он стоит на вокзале, поздно ночью, звонит одному из своих лучших друзей извиниться, и закусывает губу в надежде быть услышанным.       — Да ладно, со всеми бывает, мы ведь друзья, все в порядке… Ты почему так поздно звонишь? Что случилось? — Позов сразу понял, что здесь что-то не так.       — Да мы… — он прислонил голову к стенке. — Сильно с Арсом поругались, я из дома свалил, вот, не знаю теперь что делать. Можно к тебе приехать? Пережду пару дней, остыну. И с вами увижусь наконец… Если ты не против конечно, — Парень выдает все и сразу, знает, что врать бессмысленно.       — Из Питера в Москву поедешь ночью?!       — Ну да, вообще-то я уже билет купил, посадка через 20 минут, часа через 4 буду в Москве, — зеленоглазый улыбается, знает что его ждут, купил билет заранее, ведь знал, дома ему не откажут, даже если учесть, что этот дом друзья.

***

      — Вот это ты дураак… — говорит Сережа, потягивая колу и своего стакана. Вот, все как раньше. Они сидят вместе, у Димы дома, на кухне. Золотая троица. Матвиенко все так же с хвостиком, Позов все так же в очках, а у Шастуна, как обычно вагон проблем, которые они решают вместе, за двухлитровой колой и пиццей.       — Я одного понять не могу. Что такого случилось, что ты перестал ему доверять. Перестал верить в то, что у него есть чувства. Что случилось, Тох? — заботливо поглаживая друга по спине, спрашивает Дима.       — Я, не знаю, что на меня нашло. А еще, я не знаю как вернуться… А еще хочу напиться, — он заприметил бутылку виски в шкафу у Позова — О, парни, давайте выпьем. Ну, за встречу что ли…       — Я пас, но посижу с вами, что бы вы не померли тут, тем более что квартира моя, — отказался очкарик, но с кухни все-таки не ушел.       — А я за, мне никуда не нужно!       Телефон в кармане Антона завибрировал, заставил обратить на себя внимание. Антон ушел вчера вечером, значит его нет дома почти сутки, ведь уже шесть. Арс звонит, волнуется.       — Извини, Арс, но я устал, — проговорив это достаточно тихо, парень сбрасывает, но остается услышанным лишь Димой…

***

      — Алло, Паш? Привет, друг… Это Арсений, как ты там? Я вообще по делу звоню, у тебя остался номер Димы Позова, или Сережи Матвиенко? Да? Ты меня выручил. Скинь, пожалуйста, буду должен! — Антон конечно умный парень, но и Арс не промах, так что он не забыл о том, что у Шастунишки есть друзья в другом городе, и он по-любому отправился к ним. Его сутки нет дома и уж слишком сильно он его любит, что б вот так опустить руки и не искать. Номера есть, так что позвонить труда не составит.       Номер Антона по-прежнему недоступен, у Матвиенко та же история, и о чудо, Дима отвечает.       — Парни, я сейчас отойду, ладно? Мама звонит, — Поз отмазывается от полупьяных друзей. — Алло, да, Арсений Сергеевич, это вы?       — Да, Дим, привет, извини что беспокою, но, скажи, пожалуйста, Антон случайно не у тебя? — м после этого гробовая тишина… Тяжелый вздох со стороны Димы, ведь повторяется ситуация из одиннадцатого класса, спасать ли сейчас своего друга, или по его прихоти прикрывать его задницу.       — Да… Да он у меня, приезжайте, забирайте его, он в хлам напился и ему очень тяжело…       — Слава богу, спасибо, я приеду скоро, — не долго думая он двинулся на жд вокзал, и не важно что между ними произошло. Он не оставит его одного. Только не сейчас.

***

      «Спасибо за то, что был моим доверенным лицом.

Ты помогал мне пережить трудные времена, даже не подозревая об этом.

Ты был таким ярким светом в этом мире. Надеюсь ты это знаешь.

Я ценю тебя больше, чем ты когда-либо думаешь.

Как бы это ни закончилось…

Спасибо что был здесь, но все-таки, что с тобой стало?»

      — Здравствуйте ещё раз, Арсений Сергеевич, извините что сразу не позвонил, не знал что делать, — на часах около шести утра, Арсений приехал в Москву, домой к своему бывшему ученику, лучше не придумаешь.       — Да это ты меня извини, — сняв верхнюю одежду, Попов прошел вглубь квартиры. — Я вообще не должен был тебе звонить, вроде взрослые люди, но ты знаешь Антона лучше, чем я… Я испугался за него.       — Знаю, поэтому все в порядке, он спит у меня в спальне, кофе будете?       Дима налил кофе обоим и они сели на кухне, ждать, пока проснется виновник торжества.       — Не хочу вмешиваться, но, может вы расскажите свою версию произошедшего? — неловко спрашивает Дима, в надежде услышать не самую горькую правду.       — Я не изменяю ему. Я просто езжу на работу. Задержался несколько раз, не знаю что с ним случилось. Он снова начал пить эти таблетки ужасные. Я лезвие нашел опять… Ещё эта ссора с тобой, смерть матери, учеба. Видимо всё, что у него было, обострилось разом. Просто, я не понимаю, что произошло по отношению ко мне… Неужели все закончилось и он так устал…       — Нет, послушайте. Я знаю Антона, он однолюб, пройдет время и он успокоится, да и немного времени ему нужно. Просто всё, что сейчас происходит в его жизни на него давит, и опускает его все глубже на дно. И когда между вами происходят ссоры, он ждет руку помощи, которую не получает. Поэтому находит решение в том, что бы доставлять себе физическую боль, или пытаться снова изменить себя. Он подумал что вы ему изменяете, потому что с ним что-то не так, потому что вас он не достоит, возможно, ему показалось что он поправился, хотя как по мне он до сих пор мешок с костями, — короткий смешок. — Ему просто хочется сейчас чуть больше внимания возможно, и ваша помощь. Просто он не умеет это показывать иначе, понимаете? Вы все ещё ему нужны, — Попов ничего не может сказать, он лишь кивает и все запоминает. Что он еще сейчас может…       — Что ты здесь делаешь? — из-за спины неожиданно появляется Антон. — Как ты узнал где я?       — Тебя не было дома больше суток, ты думал я брошу все и забью хуй на тебя? Нет уж, я все понимаю, но, мне всё ещё не плевать на тебя, и знаешь что…       — Стой! Пойдём-ка отдельно поговорим, не будем нагружать Диму, — они ушли в спальню, и продолжили орать на всю квартиру. Дима лишь развел руки.       — И знаешь что, я не знаю с чего ты там взял, что я изменяю тебе, но нет, поубивай своих тараканов в голове, если это не могу сделать я!       — Тогда в чем дело… Что случилось, почему ты так завелся на всю эту ситуацию? — спокойный, размеренный тон, не похожий на ссору.       — Да потому что ты мне врешь, убиваешь себя. Не веришь мне, не хочешь доверять, боишься. Я верил тебе, потому что ты обещал! Скажи, ты все еще тот, кого я знал? Я все еще могу тебе верить? Я хочу тебе верить. Я хочу защищать и чувствовать себя защищенным. Скажи, я тебя знаю?       — А я могу тебе доверять? — столько боли в этом голосе, и вся эта боль выливается из всего происходящего вокруг, всё это так сильно давит, силы заканчиваются и он больше не способен сдерживать эти стены. Если он отпустит их, они раздавят его и превратят в кашу — Скажи, что я тебе должен ответить, если нет ничего, что заставляет меня верить. Верить и доверять. Пойми, я сам не знаю что происходит, но я не вижу ничего дальше. Не вижу доверия. Скажи, что я всё еще могу тебе верить…       — Конечно можешь, что за ерунда? Тот факт, что мы любим друг друга, ничего не значит? Ну… Я люблю тебя.       — Я тоже… Но, иногда любви друг к другу просто недостаточно… И, я не знаю, как всё это объяснить… — и снова глаза на мокром месте и снова тремор. И снова хочется броситься к нему в объятия, но, что-то внутри не позволяет сделать этого.       — Так что же ты тогда хочешь? Я не устал от тебя, ты всё еще греешь меня и разжигаешь во мне пламя, и я не устал разжигать его в тебе, но… Если ты устал от этого то, это твоё решение.       — Всё это не значит, что я хочу расстаться. Просто… просто я не вижу ничего дальше, ты не показываешь этого. Ты холодный, острый, будто бы остыл. Покажи мне свои краски. Помоги как раньше. Я всё еще нуждаюсь в тебе. Я просто не уверен, что кто-то способен меня любить, и ты прекрасно это знаешь. Иногда я говорю «я в порядке», я хочу, что бы ты обнял меня и сказал: «я знаю что это не так, и это нормально». Ты стал холодным, ты не обращаешь ни на что внимание. И мне жаль что я позволил своим мыслям взять верх над собой, ты этого не заслужил. Но извини, так вышло. Я чувствую. И я чувствую что не справляюсь и мне нужна помощь.