Идеальные отношения

      Выкладываю после долгого перерыва, могут быть ошибки, повторы и нестыковки. Отшлифую постепенно. *** Переполох, который поднялся наутро, когда служанка обнаружила пустую комнату и ни следа обеих леди, трудно описать словами. Капитан Миль едва сдерживал ругательства, леди Роберте рыдала, заранее прощаясь с приязнью племянника и обеспеченной жизнью, девицы Драйден обсуждали произошедшее и заносили на бумагу всё, что им показалось странным и подозрительным в последнее время. Аллен сначала спустился вниз и попросил прислать ему слугу под предлогом необходимой помощи, а когда тот пришёл, ненавязчиво выспросил, кто мог открыть двери постоялого двора в неурочное время. Тут ему на помощь пришёл капитан, пославший своих солдат найти этого человека и допросить. Аллен не стал дожидаться результатов и пригласил всех дам, включая обеих компаньонок, дабы обсудить печальное событие.       — Ах, я не знаю, что теперь делать? — заламывала руки леди Розамунда.       — Мне думается, нам следует скрыть произошедшее ото всех, пока капитан Миль ищет следы похищенных леди, — проговорил Аллен.       — Вы считаете, что их увели силой? — спросила Роза.       — Да, пока у меня не будет иных сведений.       — Что Вы предлагаете? Как именно это сделать?       — Молодых леди заметили, любая из вас привлекала слишком много внимания, — ответил Аллен. — Следует позаботиться о том, чтобы никто не догадался, что путешественниц стало на две меньше.       — Почему? — спросила Эстер и тут же уточнила: — Почему Вы считаете, что нас запомнили? Мы всего лишь скромные девицы из хорошего рода.       — Именно поэтому в этом постоялом дворе вы оказались в центре внимания. Герцогиня и леди Элен слишком знатны для того, чтобы постояльцы осмелились их пристально рассматривать. Можно сказать, что в глазах этих простых людей обе леди сродни Богине. Вы же, как вы правильно сказали, обычные молодые девицы. Ваши наряды, поведение, манера держать себя могут стать эталоном для местных девушек. И потому вы не подходите для замены.       — Какой замены? — вскинулась леди Розамунда.       — Нам следует сделать вид, что ничего необычного не произошло, думаю, что так будет правильно. Мой супруг не одобрит скандала, и я считаю, что следует прибыть к Его Светлости как можно скорее.       — Что Вы предлагаете, лорд Аллен? — леди Роберте отняла платочек от лица и выпрямилась в кресле.       — Я предлагаю, во-первых, одеть мисс Лавинию Борн в платье леди Элен, а мисс Тереза Паркли пусть изображает леди Далиду.       — О! Но они же старые, — вырвалось у леди Лилии.       — Не настолько, чтобы это нельзя было исправить. Думаю, что горничные приложат все усилия, чтобы обе мисс сошли за наших милых леди, — согласилась леди Роберте. — Но как мы скроем исчезновение двух компаньонок?       — Никак. Кто такие компаньонки при знатных дамах? — спросил Аллен, и сам же ответил: — Безликое существо в платье пыльных оттенков, незаметное и скучное. А слугам прикажем как можно чаще подниматься и спускаться, чтобы замаскировать недостаток в числе постояльцев.       Таким образом, всецело поддержанный капитаном и леди Розамундой, Аллен развил бурную деятельность по сокрытию досадного происшествия. К этому времени один из солдат, ветеран егерского полка, доложил, что за углом постоялого двора стояла карета, куда сели трое: двое мужчин и женщина, которая шла спокойно, не сопротивляясь. Один из мужчин нёс что-то тяжелое, это было заметно по его следам. Приходилось принимать версию, что одна из леди ушла добровольно, а вторую похитили, и Аллен был почти уверен, что это сестра его супруга.       Отбытие прошло так, как задумано. Обе компаньонки, хоть и смущались из-за непривычного наряда, всё же были довольно убедительны в своей роли. Оказалось, что мисс Лавиния очень мила, если платье и причёска ей к лицу. Мисс Терезе, дабы скрыть почтенный возраст, а дама уже миновала сорокалетний рубеж, пришлось закрыть лицо легкой вуалью, но даже в таком виде она выглядела знатной леди. Всё же хорошее воспитание давало о себе знать, не зря компаньонок брали из приличных семей.       Замаскированная под герцогиню мисс Паркли погрузилась в карету, рядом уселась одна из горничных, остальные тоже разместились в привычном порядке, и, наконец, кавалькада отбыла в сторону столицы. В противоположном направлении резвые кони несли другой экипаж, всё увеличивая расстояние между беглянкой и ненавистным супругом.       Леди Далида была переполнена торжеством: она не только бежала от супружеских уз, но и нанесла мужу смертельное оскорбление — разве мог Великий Инквизитор быть более унижен, чем добровольное оставление его супругой? О, да! Далида постарается донести до каждого в Альбигоне, насколько глуп и смешон герцог Кестельри. Члены его клана быстро поймут, что он недостоин быть главой, и сместят его с этого поста. И тогда… о, тогда она, герцогиня Далида Кестельри, мать наследника, заявит о своих правах. Именно она станет Главой! Ведь основала же свой Род бывшая леди Шакк, а чем хуже она, Далида?       Муж… отправится прозябать куда-нибудь в провинцию, а она займёт место, принадлежащее ей по праву. Все злопыхатели, которые ещё недавно насмехались над ней, с почтением склонят голову перед герцогиней. А муж… что ж, она сохранит ему жизнь, но только лишь для того, чтобы он сполна испил чашу позора! И отец, продавший её герцогу, поймёт, что для дочери стоило подобрать другую партию.       Далида мечтала, что проведёт остаток жизни в роскоши, наслаждаясь властью и всеобщим поклонением, меняя фаворитов, как перчатки, и не замечала насмешливого презрения, с каким смотрел на неё Лже-Эррон.       — Нам ещё долго? — капризно спросила Далида.       — Достаточно, — холодно ответил Лже-Эррон.       — Не бойся, дамочка, мимо не провезут, — гыкнул бандит.       — Мужлан! Как ты смеешь со мной так разговаривать?       — Как заслужила!       — Милый, прикажи своему слуге быть почтительнее со мной, — леди Далида растерялась: с ней никто ещё так не разговаривал.       — Леонардо, не оскорбляй… даму, — лениво проговорил риадец.       Далида обиженно поджала губы и отвернулась к окну. Смутное сомнение, что происходящее как-то отличается от надуманной мечты, шевельнулось в её душе, но додумать она не успела. Карета повернула в лес и, не снижая скорости, понеслась вглубь. Ветки хлестали по бокам, обдирали дорогой лак, экипаж немилосердно трясло, и Далиде пришлось ухватиться за петлю, чтобы не упасть со скамьи. Леди Элен даже скатилась на пол, и Леонардо, довольный, что так произошло, поставил на девушку ноги.       — Отличная подставка, верно, дамочка?       — Что? — взвизгнула Далида.       — Говорю, что эта девка заняла своё настоящее место, — ухмыльнулся Леонардо.       — Тише, приятель, не пугай… даму.       — Я и не собираюсь. Место шлюхи у ног её господина.       — Я не шлюха! Я знатная леди, герцогиня Кестельри, я дочь барона Неспир, наконец! Мистер Эррон, я требую, чтобы этот человек относился ко мне с почтением!       — К тебе, дамочка? А кто ты такая? Шлюха, сбежавшая от муженька. Ты нужна только для одного — раздвинуть перед нами ноги.       — Заткнись, Лео! — рявкнул Лже-Эррон, досадуя, что его неумный спутник слишком рано раскрыл карты.       — А? Мистер…       Сильный удар заставил замолчать Далиду, и женщина прижала к опухающей щеке ладонь, некрасиво раскрыв рот.       — Действительно, тебе стоит немного помолчать, л-л-леди.       Глаза Далиды наполнились слезами, губы задрожали, но рыдать она не стала — испугалась ледяного взгляда любимого мужчины. Любимого? Ох…       Между тем карета остановилась и снаружи послышались голоса нескольких человек, проверять Далида не рискнула, впервые задумавшись, что, возможно, совершила ошибку.       — Приехали, дамочка, — бандит поднялся и, распахнув дверку, гаркнул: — здорово, молодцы! Заждались?       — А то! Мы тут уже мозоли натёрли, ожидаючи. Привёз? — ответил грубый голос.       — Конечно, чтобы я да не привёз? Я вас обманывал, а?       — Дык, всякое бывало, — крикнул кто-то.       — Не сейчас. Я вам таких курочек привёз!       — Бла-а-а-ародных ледей поди? — глумливо проговорил худой мужчина с неприятным лицом.       — Не для тебя ягодки, — отрезал Леонардо, вперив в него бешеный взгляд.       — Дык это же пока, — понятливо усмехнулся тот, — а как наиграисси, так и наша очередь придёт. А мы не брезгливые, подберём, верно, братья?       Его поддержали согласным гулом, заверив, что они готовы на всё, даже покараулить похищенных девиц.       Далида с ужасом слушала этот разговор, вцепившись в скамейку так, будто от этого зависела её жизнь. А, глянув на милого друга, поняла, что это действительно так, что она в шаге уже не только от бесчестья, но и от смерти. Именно здесь и сейчас женщина поняла, что была слепой исполнительницей чужой воли, а чувства Эррона совершенно иные, чем казалось ранее.       — Вставайте, леди, — холодно проговорил риадец, — не заставляйте вести Вас силой.       Далида безропотно поднялась и, выйдя, оказалась перед разбойниками. Похотливые, липкие, насмешливые взгляды этих грубых людей заставили её в панике отшатнуться, но сзади женщину подтолкнул Леонардо, жестко и сильно ухватив за локоть.       — Туда, дамочка, — направил он Далиду. — Дальше мы поплывём.       На реке покачивалась плоскодонка, куда уже перенесли леди Элен, так и не пришедшую в себя. Далида отстранённо подумала, что такой долгий обморок подозрителен, но тут же заметила, что с лица золовки соскользнула влажная повязка, пропитанная чем-то зеленовато-жёлтым. Стало понятно, почему девушка до сих пор в забытьи — навеянный сон в совокупности с отваром специальных трав. Это позволило похитителям не беспокоиться о том, что пленница не вовремя закричит, привлекая внимание. Леди Элен без особой нежности положили на лежанку, даже не позаботившись убрать засаленное одеяло, а Далиду толкнули в угол, велев усесться там.       — Мистер Эррон… — нерешительно прошептала женщина и отшатнулась, когда встретила его равнодушный взгляд.       — Прошу прощения, леди, — издевательски проговорил риадец, — у меня нет времени выслушивать Ваши претензии. Вам следует молча сносить все тяготы пути, потому что в конце Вас ждёт то, что Вы заслужили: любовь многих мужчин.       — Вы не посмеете, — Далида прижала руки ко рту, сдерживая рыдания.       — Уже посмел. Или Вы ждёте, что Ваш сиятельный супруг примчится на верном скакуне вызволять свою герцогиню? Вы же постарались сделать всё, чтобы этого не произошло.       — Но зачем? За что? Что я сделала, чтобы заслужить такую участь?       — Всё, что было возможно, Далида. И Вы сейчас даже не заложница, как я планировал ранее.       — Заложница?       — А Вы думали, что Вас приглашают на романтическую поездку из большой любви? Вас? Супругу Великого Инквизитора? Вы ничего не представляете из себя, Вы пустышка, миледи. Но кое-что Вы всё же сделали.       — Что? — пролепетала Далида.       — Принесли мне настоящий ценный приз, леди Элен Кестельри. Вот за неё герцог будет биться… так что примите мою глубокую и искреннюю благодарность, герцогиня, — лже-Эррон изобразил шутовской поклон. — Предлагаю Вам отдохнуть, пока мы не прибыли на место. Потом Вам будет некогда, там сколько голодных мужчин, которые ждут, не дождутся, когда получат доступ к Вашему телу, миледи.       Риадец вышел, плотно закрывая за собой двери, сквозь тонкие стены было слышно, как он приказывает поставить к ним охрану, не допуская никого. А Далида осталась наедине со спящей колдовским сном золовкой, окончательно понимая, что попала в беду. Уже не было никаких сомнений в том, что спасенья нет и не будет. И женщина разрыдалась, жалея себя и проклиная собственную глупость. О том, что ожидает леди Элен, герцогиня даже не думала — себя бы уберечь…       Лже-Эррон ошибался: Кестельри готов был на всё, чтобы вернуть не только сестру, но и супругу. И не из большой любви к последней или из-за возможного скандала, но только ради того, чтобы никто не посмел диктовать ему свои условия. О том, что его супруга и сестра похищены, герцогу доложили Аллен и капитан Миль. И Кестельри сразу отправился во дворец, чтобы поставить в известность Его Величество. Что бы ни вытворяла герцогиня, сейчас дело уже не в ней и даже не в леди Элен, а в государственной важности Кестельри. После короткого разговора Глава Внутренней Безопасности Альбигона получил позволение действовать так, как считал нужным.       И первым делом вызвал к себе начальника Сыскарского отдела.