На войне все средства хороши

- Хиджиката-сан, - протянул Сого, заходя в комнату к заместителю и аккуратно прикрывая за собой дверь, - я люблю Вас. Хиджиката оторвался от отчета, снял очки и поднял на него глаза. Сложно сказать, какие эмоции Дьявольский зам испытывал в данную минуту, но радостным он точно не выглядел. Скорее – настороженным. Он молча смотрел на Окиту, словно ожидал, что тот скажет в следующую минуту. - Я люблю Вас, - повторил Окита, подходя ближе. – Я пришел Вам это сказать. Тоширо устало потер глаза, убрал очки в чехол и закрыл папку с бумагами. - Ну и что ты опять натворил? – спросил он, доставая пачку с сигаретами из кармана. – Если расскажешь прямо сейчас, возможно, я смогу отмазать тебя перед Мацудайрой. Сого подошел и медленно сел рядом. - Ничего, - честно сказал он, - просто я подумал, что никогда раньше не признавался Вам в любви, вот и... - Вообще-то признавался, - усмехнулся Хиджиката, закуривая и расслабленно отклоняясь назад. – Первый раз это было, когда я валялся в больнице с сотрясением мозга после твоего выстрела из базуки, второй – когда через пять минут после этого моя зажигалка взорвалась у меня в кармане, третий – когда ты подсыпал мне в еду какой-то отравы, и меня всю ночь рвало под присмотром скорой… Мне продолжать? Капитан вздохнул и помотал головой. - Я понимаю, - почти виновато сказал он, - но на этот раз это искренне. - В те разы тоже было искренне, - кивнул Тоширо, выпуская изо рта струйку дыма. – Я понимаю, что у тебя так выглядят проявления заботы, поэтому спрашиваю сразу, что случилось, чтобы было время это исправить. И чтобы тебе не пришлось потом оплакивать мой хладный труп – ради тебя же стараюсь, между прочим. Что-то случилось, пока ты патрулировал город? Сого потупился и начал разглядывать свои ладони. - Я поалсонуна… - нечленораздельно пробурчал он, отворачиваясь. Хиджиката услышал в этом непонятном сгустке гласных что-то, чего не хотел слышать. - Повтори, пожалуйста, - излишне спокойным голосом попросил он, и сигарета у него в пальцах дрогнула. - Я… попал в сегуна, - смущенно расшифровал Окита. – И он сейчас лежит без сознания. В вашем шкафу. - Какого хуя?! – раненым зверем взвыл Хиджиката, вскочил на ноги и рванул в свою комнату. Сого картинно вздохнул и поплелся за ним следом.

***

- Ну и где он?! – орал заместитель, тряся Окиту за плечи, как тряпичную куклу. – Если он сбежал и сейчас жалуется Мацудайре, то нам нужно срочно валить из страны, а лучше – с планеты! Пакуй чемоданы, вызванивай белобрысого, точи катану и готовься защищаться!!! - Хи-джи-ка-та-сан, - по слогам говорил Сого, прерываясь на каждом слоге от тряски, - я-не-до-го-во-рил… Тоширо отпустил капитана, нервно закурил новую сигарету и принялся ходить взад-вперед по комнате. - Мне кажется, меня скоро уже перестанут удивлять твои выходки. Вот вообще не удивлюсь, если ты сейчас скажешь, что продолжение истории состоит в том, что он лежал у меня в шкафу, пока ты случайно не отнес его в крематорий, а там решили, что это труп, И СОЖГЛИ К ЧЕРТОВОЙ МАТЕРИ!!! - Вы меня недооцениваете, Хиджиката-сан, - обиженно ответил Сого, разминая затекшие от хватки плечи, - Вы зря думаете, что я не смогу Вас удивить. Вообще-то я лишь хотел сказать, что это была шутка. Я не мог попасть в сегуна при патрулировании, потому что сегодня пропустил патрулирование… Потому что проспал… Хиджиката ударил себя по лбу. Он был рассержен, но на его лице явственно читалось облегчение. - Все, что от меня требуется, это подтвердить Кондо-сану, что ты ходил в патруль, а не спал, я правильно понимаю? – уточнил он. – И ничего более? - Вы совершенно правы, - кивнул Окита и застенчиво улыбнулся. – Я знаю, это мелочь, но нам вчера поступила информация, что именно сегодня одна из бандитских группировок готовит вылазку в центр города, и мы должны были караулить их. В результате они не появились, но проспать такое событие… Не очень правильно с точки зрения капитана отряда Шинсенгуми. Хиджиката некоторое время молчал, а потом махнул рукой, кажется, вполне удовлетворенный этими словами. - Рад, что ты хотя бы это понимаешь, - сказал он, улыбнувшись краешками губ. – Ведь все могло закончиться не так радужно. Договорились, я скажу генералу, что ты ходил патрулировать, но больше без фокусов, ладно? – он прокашлялся. – По крайней мере… на этой неделе. - Как хорошо, что сегодня воскресенье… - вполголоса пробормотал Окита, но, к счастью, Хиджиката его не услышал. Хиджиката махнул рукой и развернулся, собираясь идти обратно заканчивать отчет, но Сого внезапно удержал его на пороге, потянув за рукав. - Ну что еще? – спросил Хиджиката, останавливаясь. – Ты не закончил? У истории с просыпанием работы есть продолжение? Или в комнате меня будет ждать проклятый меч? - Нет, - едва слышно ответил Сого, утыкаясь ему в спину. Спина Хиджикаты была широкой и жесткой, от пиджака исходил слабый запах сигарет и какого-то парфюма. Сого вдохнул его в легкие так глубоко, словно у него была астма. - Простите, Хиджиката-сан, - тихо сказал Сого, - простите, что я говорю это… только когда что-нибудь случается. Простите, что я не могу сказать… это… просто так. Он почувствовал, как широкая спина Хиджикаты начала нагреваться – настолько, что от нее почти повалил пар, а шея и уши Дьявольского зама приобрети оттенок цвета спелой малины. - Ты чего это? – спросил он, не оборачиваясь. Окита знал, что Хиджиката не оборачивается, чтобы не показывать тупую улыбку, которая появилась на его лице сама собой. - Все нормально, Сого, - сказал Хиджиката, и, несмотря на его старания, улыбка в голосе все-таки была слышна. – Я же говорил, что понимаю, что у тебя довольно… кхм, специфические способы проявить заботу, поэтому даже не думай переживать об этом. - Хорошо, - ответил капитан и отпустил его рукав, - спасибо. Теперь я смогу просыпать патрулирование со спокойной совестью. - Эй, даже не думай, - усмехнулся Тоширо, повернулся и дал ему легкий щелбан в нос, - мы же договорились: без фокусов на этой неделе.

***

Когда за Хиджикатой закрылась дверь, Сого с каменным лицом подошел к кровати и откинул покрывало. - Что ж, Токугава-сама, - деловито пробормотал он, перекидывая руку слегка поджаренного сегуна себе через плечо, - придется нам справляться самим, без помощи заместителя командующего. Тоже мне, сказал, что его уже нечем удивить… Сегун не отвечал и даже не открывал глаза. - Токугава-сама-а-а, - позвал его Окита и слегка шлепнул по щеке пару раз, - подъем. Если Вы и дальше будете изображать из себя бухого бомжа, мы не сдвинемся с места. Сегун по-прежнему не шевелился. - Так, ладно, сейчас мы что-нибудь придумаем, - сказал Окита сам себе, оглядывая комнату в поисках подручных средств, - о, вот это может подойти! Он надел на запястья Шиге-Шиге наручники, защелкнул их и взялся за цепочку посередине. Теперь он шел, волоча за руки по земле главу государства, чьи кисти выглядели довольно болезненно. Однако Сого не мог не признать, что для него это было куда легче, чем тащить полумертвое тело на своем горбу. Капитан остановился у двери, раздумывая, и почесал подбородок. Вряд ли они смогли бы в таком положении спокойно выйти из штаба, поэтому самым надежным способом было лезть через окно. Окита распахнул ставни, подставляя лицо потоку свежего воздуха. - Слушай, Сого, - Хиджиката с силой распахнул дверь, в спешке заходя в комнату с бумагами в руках и потрясая ими, - а что, если я… Сого повернулся к нему с безумным выражением лица. Хиджиката замер на пороге, во все глаза разглядывая открывшуюся его взору картину. - Слушай, Тоши, - Кондо с силой распахнул дверь, в спешке заходя в комнату с бумагами в руках и потрясая ими, - а что, если я… Сого и Хиджиката повернулись к нему с безумным выражением лица. Кондо замер на пороге, во все глаза разглядывая открывшуюся его взору картину. Окита отпустил наручники и подумал, что в целом все не так уж и плохо. По крайней мере, он еще не потерял способность удивлять Хиджикату.