На войне все средства хороши

Сердца мужчин сварены вкрутую.

Козенигата Хейджи, «Gintama»

Окита и Хиджиката зашли в комнату, где их поджидал веселый Кондо. Остальных не было – рабочий день уже закончился. Сого хотел объявить, что задание выполнено, но его остановил взгляд командующего – он был какой-то совсем уж ошалевший. - Кондо-сан, что случилось? – осторожно поинтересовался он. - Это… - Исао вытер невидимые слезы, оглядывая вошедших. – Это так мило! Я так за вас рад! - Чего? – хором спросили оба, одновременно посмотрели вниз и заметили, что все еще держатся за руки. - Твою мать! – тоже было сказано хором, и их буквально откинуло друг от друга. Хиджиката несколько раз плюнул на свою ладонь, а Окита старательно вытер ее сначала о пиджак, потом о штаны, а потом о рубашку. - Кондо-сан, у Вас есть антисептик?.. - Ой, да ладно тебе, Сого! – Кондо весь светился изнутри. – Меня нечего стесняться! Я никому не скажу, правда! «Кроме всех десяти отрядов Шинсенгуми». - Да нет же! Ты не так понял! – замахал руками Тоширо. – Мы просто этого не заметили! - Да, Кондо-сан, правда не заметили, - Сого несколько раз очень серьезно кивнул. - Как можно было всю дорогу держаться за руки и не заметить? – полюбопытствовал Исао, и по нему было видно, что он им не поверил. Жертвы обстоятельств лишь вздохнули: похоже, на этот раз командующего было не переубедить. - Послушайте, если Вы так хотите нас све… - начал было Окита, но командир стремительно кинулся к нему и зажал ему рот, неестественно смеясь. - Ты о чем? Я совсем не могу понять, что ты говоришь, это так странно, ха-ха. - Пофому фто фы зафали мне фот, - пояснил капитан, дыша ему в ладонь. Командующий отпустил его, виновато улыбнулся, сделал вид, что над чем-то задумался и попросил Окиту отнести валяющийся на полу рупор туда, откуда его взял, а Хиджикату тем временем позвал к себе. Капитан пожал плечами и поплелся в гараж, но тот оказался закрыт. Это было достаточно странно, так как обычно он работал двадцать четыре часа в сутки – мало ли, когда понадобится помощь полиции. Но почуял неладное Окита только тогда, когда выяснилось, что и склад, на котором, по идее, можно было оставить громкоговоритель, тоже был заперт. Это наводило на нехорошие мысли. Например, что Кондо специально заставил его уйти и отсутствовать подольше, чтобы поговорить с Хиджикатой один на один. Но если это правда, то почему он так и не сказал? Почему бы просто не попросить оставить наедине, если есть какое-то важное дело? И, стоп, с каких пор у командующего есть секреты от капитана первого отряда? В сердце Сого закралось нехорошее предчувствие. Он ведь так и не успел предупредить заместителя, что Кондо хочет их свести! А значит, если сейчас тот начнет плести про него не пойми что, Хиджиката поверит? Капитан бросил рупор на пол и со скоростью света рванул обратно. Мало ли, что одурманенный идеей командир может наговорить! Ну уж нет, второй раз разругаться с заместителем он себе не позволит. Окита взлетел вверх по лестнице, подбежал к двери и, по закону жанра, столкнулся нос к носу с Хиджикатой, как раз оттуда выходившим. Тот вздрогнул, увидев капитана, и бочком по стеночке обошел его, напоминая краба, недавно выплюнутого Кагурой. Он выглядел каким-то странным, помятым, немного растерянным. Нервно дернул уголками губ, поднял руку, чтобы помахать Сого в знак то ли приветствия, то ли прощания, но остановил ее в воздухе и быстро спрятал за спину. Окита удивленно наблюдал за его манипуляциями, внешне ничем не выдавая своего беспокойства, но внутренне весь сжавшись. Ну и что такого ему наговорил Кондо, что он теперь так шугается? Лицо Кондо, которое виднелось в проеме двери, было и вовсе испуганным и виноватым. Словно он не хотел их встречи, словно, затаив дыхание, ожидал, что же будет дальше. - Всего… доброго. Я имел в виду… хорошего и… А, плевать, до скорого. В смысле пока, то есть… - речь Тоширо была сбивчивой и не очень понятной, и Сого вопрошающее взглянул на него, но заместитель уже смылся, оставив того обдумывать все наедине с самим собой. - Кондо-сан, - Окита зашел в комнату и скептически осмотрел командующего, сидящего на полу с чашкой чая, - можно войти? - Зачем спрашиваешь? – приподнял брови тот. – Заходи, конечно, я всегда рад тебя видеть. Тем более что я сам собирался позвать тебя. - У меня вопрос, - Сого закрыл дверь и так и остался стоять у порога. – Что Вы наговорили Хиджикате-сану, что он теперь меня боится? Вы ведь специально послали меня отнести рупор, чтобы с ним поговорить? Кондо вздохнул и сделал скорбное выражение лица. - У меня есть чудесный зеленый чай. Не составишь мне компанию?

***

Ситуация повторялась. Сого опять сидел, выпивая чашку за чашкой, и непрерывно смотрел на командира, который словно специально избегал его взгляда. - Вы будете говорить, или как? – решил первым задать вопрос он. - Или Ваш гениальный план состоит в том, чтобы заставить умереть меня от разрыва мочевого пузыря? - Да-да, сейчас, соберусь с мыслями, - Кондо выглядел взволнованным, потирал ладони, кусал губы, непрерывно улыбался, постоянно сглатывал. - В общем, - он шумно выдохнул и вперил в капитана взгляд, - у меня с Тоши только что был серьезный разговор. - Я догадался, - кивнул тот, ставя чашку на место, - и что Вы ему наговорили про меня? Исао вытер пот с лица и аккуратно начал, пристально следя за его реакцией: - Не я, это он говорил про тебя. Я лишь спросил, в чем дело. Окита склонил голову на бок, ожидая продолжения. - В общем… - командующий начал жестикулировать, вздыхать и запинаться. – Он в тебя влюблен. Сого продолжал безэмоционально смотреть на него некоторое время, а затем вернул голову в нормальное состояние, моргнул, приблизился к нему и спросил тихо: - Что? - Да, я знаю, это кажется невероятным, - Кондо встал и начал ходить по комнате, - я и сам, когда собирался вас свести, понятия не имел, что уже на полпути к победе. - Хватит так шутить, мне это не нравится, - капитан старался выглядеть уверенным, но в душе почему-то начинал немного верить тому, что сказал Кондо. – Придумайте наконец другую тему для шуток, эта стала слишком избитой. - Да не шутка это, понимаешь? – воскликнул тот, останавливаясь и сжимая кулаки. – Я не хотел, чтобы все так вышло, и теперь не знаю, что делать. Он был таким испуганным, увидев тебя, потому что подумал, что ты мог подслушать его признание! - И Вы хотите, чтобы я бросился ему на шею и сказал, что тоже от него без ума? – спросил Сого. – Ну уж нет. Раз уж он в меня влюблен, я использую эту информацию по полной. Например, попрошу готовить мне еду каждый день. И приносить в постель. - Только попробуй! – тон Исао стал угрожающим. – Я выдал тебе тайну, которую он доверил мне, так что не смей извлекать из этого выгоду! Я лишь хотел предложить тебе подумать. - Я основательно подумаю над тем, что можно из него вытрясти, - клятвенно пообещал Окита. - Да нет же! – командир щелкнул его по лбу. – Подумать, испытываешь ли ты ответные чувства. - Я уже сказал, что это перестало быть смешным, - оборвал его капитан. – Если так хотите, я его не трону, но и признаваться в любви, чтобы не обидеть его, не собираюсь, извините. Разрешите идти. - Если тебе станет одиноко, приходи ко мне, - сказал Кондо, открывая перед ним дверь, - и подумай, пожалуйста, над тем, что я сказал. - До свидания, Кондо-сан. Как только Окита вышел, Кондо привалился спиной к стене. «Надеюсь, я не сделал только хуже».

***

Сого шел домой, опустив голову, и пытался не думать о том, что только что узнал. Но сознание услужливо подсовывало ему только одну фразу. «Он в тебя влюблен». Тогда Сого решил честно поразмышлять, разобраться в своих ощущениях, разложить все по полочкам и сделать вывод, но, как ни старался, ничего не выходило. Вместо этого перед глазами вставало виноватое лицо Кондо, плюющий на ладонь Хиджиката и их сцепленные руки. Все произошло слишком быстро и сумбурно, чтобы было время разобраться в себе. Первое, что пришло в голову после этого прекрасного известия, это действительно выжать из сложившейся ситуации как можно больше выгоды для себя любимого. Окита тут же представил, как можно будет управлять Хиджикатой, если лишь немного ему подыграть. Он может приближать его к себе, а потом удалять, играть с ним и заставлять делать все что угодно. Представив себе стоящего перед ним на коленях заместителя, целующего его ноги, Сого едва не истек слюнями. Ради такого случая можно было бы даже поступиться своей ориентацией. Не прилюдно, конечно. Но неизвестно откуда взявшаяся совесть вдруг начала качать права, и садист из садистов понял, что просто не может так поступить. С кем-нибудь другим – сколько угодно. Извалять в грязи и ударить мордой об стол. Но не с Хиджикатой. Потому что то самое зерно чего-то светлого и теплого по отношению к нему уже дало ростки и незримо развивалось с каждой минутой. Окита ощутил резкий укол жалости к заместителю и снова почувствовал себя виноватым. Оказывается, Тоширо был влюблен в него все это время, а он так над ним измывался? «Будешь гореть в аду, Сого». Он остановился около парка и присел на скамейку, подперев рукой щеку. Может, когда сидишь, думается лучше? Он не видел выхода из сложившейся ситуации. Он не хотел обижать Хиджикату, но и не чувствовал ничего в ответ. Ну, как – ничего? Что-то чувствовал. Но недостаточно. Кроме того, та странная нежность, возникшая недавно, только усилилась после неожиданного известия. И если Окита и до этого не хотел терять его расположения, то теперь и вовсе был готов расшибиться в лепешку, чтобы не попасть снова в черный список. - Извините, - Окиту кто-то окликнул, и он поднял голову, - Вы уронили. Капитан удивленно посмотрел на стоящую перед ним девушку, протягивающую ему удостоверение. Кажется, он опять умудрился выронить его. И девочка была та же самая, что и в прошлый раз. - Спасибо, - он невесело усмехнулся. – Работаешь моим пажом? - Сочту за честь, - лучезарно улыбнулась девочка. – Постарайтесь больше ничего не терять. - Хорошо, - кивнул Окита и поднялся на ноги. У него не было никакого желания продолжать разговор. - Но, подождите, - новоиспеченная служанка покраснела и опустила глаза, и у Сого это почему-то вызвало рвотный рефлекс. – Я хотела узнать Ваше имя. Я часто видела Вас и… - Окита, - быстро ответил Сого и резко обернулся. Ему показалось, что за ним кто-то наблюдает. Похоже, от последних событий он начинал сходить с ума. - А я… - девушка хотела назвать свое имя, но Окита уже махнул ей рукой и убежал. С учетом его удачливости, шанс встретить здесь Хиджикату был велик. А если в такое время заместитель увидит его с девушкой… О нет, только не сейчас. Когда угодно раньше, но не после того, что капитан узнал. Он хотел сохранить более-менее прочные узы как можно дольше и не позволил бы мимо проходившей девчонке так просто их разрушить. Кроме того, видеть сейчас заместителя в принципе не хотелось. Нужно было все обдумать и что-то решить. Сого представил себе, что бы было, встреть он его сейчас, и понял, что растеряется и абсолютно не будет знать, что сказать. Что-то подсказывало ему, что вести себя, как будто ничего не произошло, у него не получится. «Если тебе станет одиноко, приходи ко мне». Кондо как знал, что Оките понадобится помощь. Ну что ж, раз предложение еще в силе, то почему бы не зайти к командующему и не сделать ночевку у него славной традицией? Сого позвонил ему, предупредил, что скоро придет, и, кардинально поменяв траекторию направления, отправился к Кондо. Он не заметил, что, видимо, уже по привычке, прошел мимо дома Хиджикаты. Не заметил, что Хиджиката смотрит на него из окна. Не заметил он и того, что известие о необычайной влюбленности заместителя пробудило в нем какое-то новое, большое, не совсем понятное ему самому чувство.

***

Сого уже битый час слушал через дверь ванной комнаты шум льющейся воды, снова пил чай, любезно заваренный Кондо, иногда спрашивал хозяина квартиры, не утонул ли он и, получая незыблемый ответ «Я жив!», снова садился на свое место. Его взгляд уткнулся в ноутбук, стоящий на диване, и Окита от нечего делать зашел в интернет, открыл поисковый сайт и тупо уставился на него, раздумывая, какой бы запрос задать. Пока он шел к Кондо, в его голове уже созрело решение поговорить с Хиджикатой по душам и честно высказать все, что думает. Но он даже приблизительно не представлял, с чего такой разговор можно начать. Нужна была какая-то фраза, решившая бы исход разговора, - достаточно милая, чтобы сгладить обстановку, но не слишком пафосная. Капитан, медленно размешивая ложкой сахар в чае, ввел: «Как отшить парня» и удивился, насколько много результатов получил. «Все эти люди прямо жаждут поделиться советами о том, как отшивать парней, - подумал он. – Ладно, чужой опыт часто бывает полезен». Он открыл первую вкладку, в которой как раз оказался перечень фраз. Сого только подумал, что это то, что нужно, и что удача ему улыбнулась, как увидел первую рекомендуемую фразу: «Давай останемся просто друзьями» - и тут же закрыл этот гребаный сайт. Воображение услужливо подкинуло ему картинку: он подходит к заместителю, берет его руки в свои, честно смотрит прямо в глаза и говорит с придыханием: «Хиджиката-сан, давайте останемся просто друзьями». Представив это, он помотал головой и начал лазать дальше. Один из советов от, очевидно, уставшего от популярности человека, показался ему весьма приемлемым и даже забавным: «У каждого есть недостатки, найдите один из недостатков у подопытного и скажите, что ненавидите, когда люди так себя ведут, даже если это неправда». Сначала Сого достаточно долго пытался понять, что, собственно, было написано, а потом начал размышлять, какой недостаток Хиджикаты можно использовать в своих целях. Разве что курение? Воспаленный мозг мгновенно подкинул ему вторую картинку: он подходит к заместителю, берет его руки в свои, честно смотрит прямо в глаза и говорит с придыханием: «Хиджиката-сан, я не люблю курящих». Окита моргнул, прокрутил эту сценку в голове еще раз и флегматично разрезал провод, подсоединенный к компьютеру – чтобы неповадно было показывать всякий бред. Почти все остальные попадавшиеся ему советы (как ни странно) были только от девушек, и Сого уже начинало бесить вечное: «Можно сказать ему, что у вас месячные», которое попадалось на каждом шагу. Воображение быстренько подсказало еще одну картинку – он подходит к заместителю, берет его руки в свои, честно смотрит прямо в глаза и говорит с придыханием: «Хиджиката-сан, у меня месячные». Окита прыснул и решил, что если все обернется совсем уж плохо, то можно будет взять эту фразу на заметку – развеять гнетущую атмосферу. Он пролистывал страницу за страницей, недовольный их содержимым, когда наткнулся на ссылку: «Видео по запросу «как отшить парня». «Серьезно, они записывали на камеру то, как отшивают парней?» Чисто из любопытства Сого открыл предложенный перечень видео и увидел какой-то пятисекундный отрывок из аниме, в описании которого были написаны субтитры – по-видимому, слова главных героев, которые гласили: «Прости, я не могу принять твои чувства». Сого молча закрыл ноутбук. Несмотря на феерический кретинизм ситуация, эта фраза реально могла подойти ему – она была не слишком банальная и… И Окита проста отчаялся найти подходящую. «Простите, я не могу принять Ваши чувства», - несколько раз повторил он про себя и выдохнул. Первая часть была закончена. Осталось лишь поговорить с Хиджикатой, и дело в шляпе. Хотя это будет гораздо сложнее, чем просто найти, что сказать. Капитан на всякий случай удалил историю браузера, чтобы Кондо не закатил истерику, увидев запрос: «Как отшить парня» вместо ожидаемого: «Как согласиться встречаться с Хиджикатой Тоширо», и снова постучал в дверь. - Кондо-сан, Вы там не утонули? - Я жив! Когда командующий вышел наконец из душа, Сого уже спал, свернувшись калачиком. Исао заботливо накрыл его одеялом и, как заправский воришка, на цыпочках побежал к ноутбуку и открыл историю открытых вкладок. Но история была стерта. Остался лишь один запрос, введенный в поисковик, который даже на эту замысловатую фразу умудрился выдать несколько ответов: «Кондо-сан, нечего следить за тем, что я делаю, спокойной ночи». - Вот ведь… - Кондо улыбнулся и посмотрел на спящего Окиту. – Все продумал.

***

Окита шел по пустынным улицам, стараясь не думать о том, что за ним следят. Думать об этом и правда было бессмысленно: он точно знал, что сталкер будет идти за ним, куда бы он ни пошел. Он ускорил шаг, но человек не отставал, следуя за ним бесшумной тенью. Его не было видно, он ничем не выдавал своего присутствия, но Сого чувствовал, что он здесь, рядом. Что он следует за ним по пятам. Не осознавая причины, капитан испытывал жуткое волнение при мысли о встрече с этим маньяком. Он резко перешел на бег. Бежал как можно быстрее до тех пор, пока не закололо в боку и дыхание не стало сбиваться. Тогда он остановился, прислонившись к какому-то дереву, чтобы отдышаться и подождать преследователя. Окита перевел взгляд на дорогу, по которой только что бежал. Вокруг стояли старые, обветшавшие дома с выбитыми стеклами, как будто это не Эдо, а город-призрак из легенд. И, как по заказу, ни одной живой души в округе. А значит, они смогут побыть одни. Именно этого он сейчас и хотел больше всего. Преследователь появился из ниоткуда прямо перед Сого, на расстоянии всего лишь нескольких сантиметров. Это было настолько очевидно, что Сого не удивился. Ведь он ждал его. Перед ним стоял Хиджиката Тоширо собственной персоной. Он медленно, не торопясь, приблизил свое лицо к лицу капитана и провел пальцем ему по подбородку. - Зачем ты от меня убегаешь? - Чтобы ты меня догонял, - ухмыльнулся Окита, обнимая его за шею. – Тут темно и безлюдно, нам никто не помешает. - Ты все продумал, - его голос звучал незнакомо, по-иному, так, как Окита никогда раньше не слышал. – Спасибо, что принял меня. - Это не одолжение, - фыркнул Сого, утыкаясь носом ему в ключицу, выпирающую из-под рубашки. – Я сам этого хотел. Потому что Вы тут не единственный влюбленный. - Что ж, приятно это слышать, - мягко сказал Тоширо, задумчиво смотря на пуговицу его пиджака, которую он вертел в руках. – Тебе не кажется, что это надо снять? - Кажется, - согласился капитан и впился ему в губы. Они целовались долго и исступленно, Хиджиката прижал Окиту к стене, которая выросла из земли, как по заказу - чего только не бывает во снах - и начал лихорадочно расстегивать его жилетку, в конце концов взбесился, так как от волнения у него ничего не вышло, и просто разорвал ее по линии пуговиц. Сого обиженно дернул его за волосы. - Сам будешь зашивать. - Непременно. Тоширо поднял его руку и медленно провел языком вдоль запястья. - Это что еще за косплей Орочимару, - нервно усмехнулся Окита. - Ты можешь заткнуться? – заместитель приложил его головой об стену, за что капитан мстительно наступил ему на ногу и толкнул на асфальт. - Нечего из меня инвалида делать! - Извини, - Хиджиката встал на колени и поцеловал центр ладони Окиты, заставив того пригнуться, - я просто хотел… Он расстегнул ему молнию на брюках, Сого расширил глаза, сжал зубы и откинул голову назад, но Тоширо поднял на него глаза и провел пальцем по животу. - Не молчи, пожалуйста. Я хочу тебя слышать. Окита сделал глубокий вдох, приготовился и закрыл глаза. И тут из-за кустов выпрыгнул Кондо с фотоаппаратом, остроугольной шляпой на голове и конфети в руках. - Сюрприз! – радостно завопил он, делая снимок со вспышкой, от которой парочка чуть не ослепла. – Я так счастлив за вас! - ТВОЮ МАТЬ!!! Сого широко распахнул бешеные, покрытые красными прожилками глаза и вскочил с кровати, игнорируя стояк. Теперь он больше не пытался вести себя потише, чтобы не разбудить Кондо, а наоборот подскочил к нему и с силой дал оплеуху. - Кондо-сан, что за херню Вы подсыпали мне в чай? – заорал он, тряся командующего. – Какого черта мне снятся эротические сны с участием Хиджикаты? - Сого, Сого, успокойся, - заикаясь, просил Исао, еще не до конца проснувшийся, - ты чего так возбудился? - Не надо говорить «возбудился»! – рявкнул Сого. - Да что происходит? – Кондо с силой оторвал его от себя и, осмотрев, понял, в чем кроется проблема. – Оу, Сого, тебе в моем доме снятся эротические сны? Думаю, это все расстановка мебели по фэн-шую… - С участием Тоши! – Окита резко выдернул руку из захвата и опустил голову. – Это все Ваш галлюциногенный чай! - Ты уже называешь его Тоши? – сладко улыбнулся Кондо. – Что ж, похвально. Но, боюсь, не в чае здесь дело. - Извините, мне надо отлучиться, - мертвым голосом сказал капитан. – Я займу ванну, с Вашего позволения? Он и сам прекрасно понимал, что чай тут ни при чем. Говорят, во сне люди видят свои самые сокровенные желания. «Ну отлично, я так и знал, что мое самое сокровенное желание это секс с Хиджикатой. И чтобы Кондо-сан снимал это на камеру. Лучше и быть не может». Бурча что-то себе под нос, Сого с силой захлопнул дверь ванной, а Кондо, смотря ему вслед, внутренне ликовал.

***

«Вот и настал судный день». До самого утра Окита так и не заснул, поэтому пришел на работу заспанный и усталый. В отличие от него, Кондо был бодр и весел, и капитан мысленно проклял его несколько раз за его жизнерадостность и пообещал себе больше у него не ночевать: может, в своей квартире сны с участием Хиджикаты больше его не потревожат. Сого весь день был дерганый и нервный, ежеминутно оборачивался на дверь, ожидая, когда же придет заместитель, чтобы с ним поговорить и выяснить все до конца, но тот не появлялся. Похоже, догадался, что Исао все растрепал, и теперь боялся показаться Оките на глаза. За время его отсутствия Сого весь извелся. На самом деле он очень боялся его прихода, так как не хотел выяснения отношений, которых все равно нет, и каждый раз испытывал какое-то болезненное облегчение, когда видел, что в комнату входит не заместитель, а кто-нибудь другой. Дьявольского зама не было полдня, а потом он наконец пришел – сонный и злой. Сого случайно посмотрел на него, ожидая опять увидеть кого-нибудь другого, и тут же отвел взгляд, делая вид, что не заметил его прихода. Сердце заколотилось, а внутренности словно свело судорогой. Да, похоже, этот разговор будет не из легких. Не так-то просто сказать влюбленному в тебя человеку: «Извините, я не могу принять Ваши чувства», особенно, если не хочешь вдрызг с ним разругаться. Кажется, догадавшийся обо всем Хиджиката тоже теперь не горел желанием разговаривать с Сого, так что они не обмолвились ни словом до самого вечера, оба были очень рассеянными и то и дело пропускали мимо ушей то, что им говорили. Капитан иногда посматривал на заместителя и чувствовал подступающую волну веселья, понимая, что выглядят они примерно одинаково паршиво и что у кого-то, похоже, тоже выдалась бессонная ночка. - Все помнят, - громко объявил Кондо по окончании рабочего дня, - что сейчас мы идем праздновать примирение двух чудесных людей? - Да! – дружно закричали Шинсенгуми, с завидным единодушием подняв руки вверх. - Отлично! – обрадовался Исао. – Через десять минут жду всех на выходе. Народ, галдя, повалил из комнаты, а Окита, сверля взглядом стену, встал с пола и на ватных ногах подошел к Хиджикате, который тоже задержался. - Хиджиката-сан, - позвал он, избегая встречаться с ним взглядом. Тот вздрогнул, обернулся и промычал что-то непонятное, а затем прокашлялся и спросил уже более членораздельно: - Ну, чего тебе? Вот и настал момент истины. Сого боялся. Боялся сказать то, что запланировал и повторял до утра, пока не мог заснуть. А если это будет грубо? Тогда всем их взаимоотношениям придет конец? - Просто, понимаете… «Сейчас или никогда. Я должен это сказать». Сого вдохнул, выдохнул, прикрыл глаза, открыл рот, но вместо заготовленной и тщательно выученной фразы выдал: - Хиджиката-сан, у меня месячные! - Что? – распахнул глаза тот, а Окита бросился к ближайшей стене и начал в истерике биться об нее головой. «Твою мать, твою мать, я ненавижу собственную жизнь!» - Эй, аккуратно, ты чего? – Тоширо осторожно оторвал его от стены, правда, с трудом, и от этого маленького проявления заботы Окита ощутил себя еще большим злодеем. – Не порти здесь стены. «Так он волновался за стену?». Хиджиката оттащил его за локоть, и тут Сого сполна окатило волной жара. Смотря теперь на заместителя, он видел исключительно властного человека из сна, не мог воспринимать его иначе и все ожидал, когда тот потянется к его губам или встанет на колени. Чтобы избавиться от наваждения, капитан замотал головой, но картинка не исчезала. Надо было срочно отшить Тоширо, или он сойдет с ума из-за сумасбродных сновидений. - В общем, я хотел поговорить, - неуверенно сказал он, потирая лоб. - Какое совпадение, - ответил зам.командующего, поднося сигарету к губам, - я тоже. «О нет! – забилось у Сого в голове. – Похоже, это признание! Надо срочно что-то делать, если он сейчас скажет, что влюблен в меня, ситуация выйдет из-под контроля!» - Но ты говори первый, - любезно предложил Хиджиката, тем самым давая ему возможность не допустить конфуза. - Нет, Вы первый, - неожиданно для самого себя отказался Окита. «Черт, что я творю?» - Нет, давай ты, я пока покурю. - А Вы бросайте курить и говорите. - Нет, ты говори. Похоже, этот спор грозил стать бесконечным, и Сого решил взять на себя главенствующую роль. Он нервно вцепился в нижнюю пуговицу пиджака, сделал глубокий вдох и, смотря Хиджикате прямо в глаза, честно сказал: - Простите, я не могу принять Ваши чувства.