На войне все средства хороши

- Неважно, что случится, я буду лучшим, я обещал боссу! - Об этом не волнуйся, ты лучший в мире идиот. Кондо Исао и Ямазаки Сагару, «Gintama»

Окита пришел домой и устало опустился на футон. Он так часто за последнюю неделю не ночевал у себя дома, что собственная квартира показалась ему пустой, унылой и словно чужой. Дома у Хиджикаты по-любому было бы приятнее и оживленнее - возможно, потому что там Сого был бы не один, а сейчас он слышал лишь звенящую пустоту вокруг. Он очень хотел вернуться жить обратно в комнаты штаба – там всегда было шумно и весело – но из-за большого, по словам Мацудайры, наплыва новичков, которые на свою скудную зарплату не могли позволить себе снимать квартиру, жить отдельно пришлось именно им троим – Кондо, Хиджикате и Оките. И сейчас Сого как никогда ощущал свое одиночество и желал вернуться обратно. Заняться было нечем. И, между прочим, он так и не придумал, что подарить заместителю. Сого лениво пошел в ванную, рассмотрел себя в зеркале, провел рукой по шее и выдохнул. Он вспомнил покрытую засосами шею Хиджикаты, и в ушах зазвенели слова Кондо – его недавняя задумка. Подарить себя? Какая глупость. Забавно будет, если Хиджиката и правда сам этого ждет. Что тогда нужно сделать, чтобы… Идея пришла мгновенно – ведь в прошлый раз он искал подсказку в интернете. Правда, ни к чему хорошему она не привела, но все равно, как можно было об этом забыть? Капитан зашел в комнату, включил ноутбук, набрал в поисковике: «Что подарить на день рождения» и остановился в нерешительности. На день рождения кому? Он подумал и ввел: «Заместителю командующего». Словно издеваясь над ним, поисковик выдал кучу ссылок с рекламой майонеза, какой-то странный цветной сайт, посвященный майонезу, клуб анонимных любителей майонеза… Окита стер «заместителю командующего» и написал: «Парню». Он имел в виду, не своему. Просто человеку мужского пола. Но, похоже, поисковые сайты были в сговоре с Йорозуей, а потому выдали кучу чатов, где девушки делились советами, что дарить на день рождения своей второй половинке. Закрывая уже пятый бесполезный чат, Сого подумал, что никогда не найдет ничего стоящего, но тут наткнулся на какую-то статью. Не то чтобы статьи на тему подарков означали путь к успеху, но в них хотя бы был мало-мальский смысл, в отличие от женского флуда. Статья рассказывала об отношениях мужчины и женщины, причем она была явно написана пафосным филологом, неровно дышавшим к возвышенной лексике. Поэтому Сого благополучно пропустил большую часть статьи. В самом низу было написано имя автора и вывод, который подводил итог вышесказанному. Окита пробежал глазами по строчкам и скептически изогнул бровь. «Не знаете, что подарить парню на день рождения? Подарите ему себя», - гласил вывод статьи. «Они издеваются? - подумал Сого. - У меня что, есть всего два варианта - либо себя, либо майонез?» Сого потер виски – похоже, по мнению великих советчиков, его судьба уже давно была предрешена. Он нахмурился, задумавшись. А если все-таки допустить, что это возможно? Ну, придет он к Хиджикате и скажет, что… Капитан замотал головой. Нет-нет-нет, так нельзя. Хиджиката наверняка его осмеет, а потом будет припоминать эту нелепую ситуацию еще несколько ближайших лет. Но ведь это все-таки день рождения… И, как говорил Кондо, он ведь и правда раз в году, может, можно и перетерпеть? Плюнуть на принцип, завернуть себя в подарочную бумагу, перевязать бантиком и подарить. Окита зажмурился, пытаясь представить, во что это выльется. Но фантазия услужливо подсовывала ему самые идиотские варианты развития событий – от прихода Кондо с фотоаппаратом в самый ответственный момент до сломанных по абсолютной случайности конечностей. Так не пойдет. Хотя то, что происходило между ним и заместителем, можно было с натяжкой назвать «мутками» (от слова «мутно»), Сого не готов был поступиться гордостью даже ради него. Даже на его день рождения. Или готов? Всего один раз, в честь праздника. Как же бесит! Сого встал и начал мерить шагами комнату. Из-за этого придурка все пошло наперекосяк. Если бы ему сказали неделю назад, что он будет сидеть дома и уговаривать себя лечь под заместителя командующего на его день рождения, он бы не оценил шутки. А теперь все словно перевернулось с ног на голову, и все прошлые принципы, все рамки приличия, вся прошлая жизнь стиралась, заменяясь чем-то абсолютно новым и незнакомым. Разве могло ему раньше прийти в голову, что он откажется от компании симпатичной мазохистки из-за того, что у нее, видите ли, не такой, как у Хиджикаты, взгляд? Разве мог он представить себе, что может потерять контроль – и из-за кого? – снова из-за Хиджикаты! Разве мог он подумать о том, что вообще когда-нибудь сможет нормально к нему относиться? И если все и так уже хуже некуда, то почему бы не переступить через гордость? А если что-то пойдет не так, можно будет просто перерезать Хиджикате горло. Внутри что-то скребло и не давало покоя. Гордость брыкалась, вырывалась и царапалась, а вместе с ней так же терзало новое чувство. Сого прислушался – ему было... страшно. Правда страшно. Вот так прийти и оказаться практически беззащитным? Какое там перерезать горло? Он наверняка и вякнуть не успеет. А еще ему опять снесет крышу, и это не есть хорошо. Теперь, реально прикинув в мозгах перспективы, Окита встал перед новой проблемой – ему было страшно. Это будут уже не просто новые ощущения, это будут не всем доступные новые ощущения, а значит, велик шанс, что что-то может пойти не так. «И с каких пор я стал таким паникером?» Сого не в бункере родился, и он прекрасно понимал, каким образом между мужчинами происходит секс, но стоило ему это представить, и он поморщился. Быть «снизу»? Значит, позволить себя... выражаясь по-французски, отыметь? О боги, как он дошел до жизни такой? Мало того что это стыдно, но и наверняка не очень приятно. А точнее – совсем неприятно. И, конечно же, капитану так вовремя вспомнились слова неугомонного командующего. «Это не больно». Ну да, конечно, быть оттраханым в задницу – что может быть приятнее? И откуда он вообще знает? Это была не поддержка, это издевательство! К тому же, Сого понятия не имеет, что делать. Хотя как раз вот это было меньшей из проблем. Капитан сел за стол, сделал глубокий вдох, ввел в поиск: «Гей-порно» в разделе видео и начал смотреть первое попавшееся, ткнув наугад и даже не прочитав названия. Его хватило на первые пять минут, половину из которых занимали титры, а потом он несколько раз промотал видео, поморгал на особо эротичных моментах, быстро закрыл ноутбук, помотал головой и пошел искать таблетку от тошноты. Представившаяся его непрофессиональному взору картина показалась неприятной. И все эти охи-вздохи, и слишком откровенная съемка – все было как-то тошнотворно. Но зато порно-актеры выглядели настолько довольными, будто никогда в своей жизни не испытывали ничего лучше, и Окита задумался – возможно, и ему тоже может быть так хорошо? Чисто в теории. Так хорошо, как было вчера. Если упустить из внимания смущение. Сого откинулся на спинку стула и еще раз попытался представить себе то, на что так и не решился. Ну, вот, допустим, он все-таки припрется к Хиджикате, и, допустим, тот вдруг скажет, что это отличная идея и что он вообще ждал этого всю жизнь. Уже смешно, правда? А что бы ни случилось дальше, это все равно страшно! Даже если отбросить все предрассудки, не брать в расчет тот факт, что они оба мужчины, забыть свой отказ быть снизу, то все равно возникает проблема, и состоит она в том, что стремно, черт возьми! В том числе если брать в расчет не моральную, а физическую сторону. Сого не боялся физической боли, но и мазохистом он не был, а потому добровольно отдавать себя на растерзание не собирался. «Я теперь должен на тебе жениться?» Окита вспомнил эту фразу, сказанную таким серьезным, понимающим тоном, и усмехнулся. Да уж, после такого подарочка Хиджиката точно на нем женится. Воображение также услужливо подкинуло воспоминания о легком поцелуе, теплых объятьях, почти незаметной улыбке, подчиняющем взгляде, и капитану пришло в голову, что, вероятно, если он все-таки послушает Кондо, заместитель будет крайне нежен и осторожен с ним, по-другому и быть не может. И он вовсе не будет потом всю жизнь подстебывать Окиту по этому поводу. Тогда негативных эмоций можно избежать? Сого посмотрел на время, было около четырех часов дня. Что ж, у него есть еще целых полдня на то, чтобы хорошенько все обдумать. Точнее – даже не обдумать, а понять, принять, устроить себе хорошую взбучку и смириться. Потому что в голове уже созрело окончательное решение. Все-таки это день рождения, а он бывает лишь раз в году. Раз так, то почему бы и нет? Один раз, в качестве исключения. С лихвой отработать все предыдущие дни рождения заместителя, на которые он не получал от Окиты не то что подарков, но и простых поздравлений. Говорят, человек принимает решение в первые семь секунд, а все остальное время тратит на обдумывание своего отношения к этому решению. Значит ли это, что предложение командующего с самого начала запало ему в душу? Значит, он был согласен на это с самого начала, а все это время лишь убеждал себя в обратном? В любом случае, у него в запасе есть еще полдня. И за эти полдня надо будет решить, что делать. И сформировать свое отношение к тому, что он впоследствии сделает. Перестать жалеть себя и винить Хиджикату во всех смертных грехах. Ведь, по сути, это личное решение Сого. Это его собственный выбор. Сого лег обратно на футон и прикрыл глаза. Он ненавидит Хиджикату. И когда-нибудь убьет его. Медленно и мучительно. И чем скорее он это сделает, тем лучше. Но только не сегодня. И не завтра. И не послезавтра. И не… «Прости, сестра. Я ужасный брат».

***

- Ты совсем сдурела?! – орал Гинтоки на сжавшуюся в комок Ханако. – Ты себя в зеркало видела вообще? Не надо было слушаться эту извращенку во всем! Ну зачем, зачем тебе и ошейник, и наручники, и плеть, и цепочка на трусах? - Это не трусы, это шорты… - Да плевать мне, что это – выглядят, как трусы! Нельзя было обойтись чем-нибудь одним? Или хотя бы двумя. Но это перебор, правда! Такое ощущение, что ниндзя-извращенка решила одолжить тебе разом весь свой гардероб, без разбора! А ты уши развесила и слушаешь! - Но этому придурку, похоже, она понравилась, ару, - заметила Кагура, снова что-то жуя. – Он даже пригласил ее к себе, слышал, Гин-сан? - Какое счастье, что ты не пошла! – воскликнул Гинтоки, тыкая в клиентку пальцем. – Ты ведь псевдо-мазохистка, а он реальный садюга! Боюсь, тебе бы не слишком понравились его игры! - Но я готова, чтобы… - начала защищаться Ханако, но было наглым образом перебита: - Тупая влюбленная! Разуй глаза! Вы не пара! Ему даже майонез подходит больше, чем ты! - Гин-сан, не кричи ты так, - пожурил босса Шинпачи, кидая на него гневные взгляды и сочувствующе смотря на девушку. – Не видишь, что ей и так плохо? - Ходячее недоразумение, - Саката сел на диван и закрыл лицо руками. – Я просто говорю, что думаю. - Дорогуша, - обратился он к Ханако, - забудь ты его. Сегодня же признайся ему, что ты не мазохистка, или я сделаю это сам. - Между прочим, это ты предложил сделать из нее не пойми кого, ару, - напомнила Кагура, зевая, - так что расхлебывай теперь последствия. - Давайте без меня, мне пора баиньки, - ответил Гинтоки, свалился с дивана и уткнулся носом в пол, - спокойного вечера. Кагура пнула его - не очень сильно, так что он отделался простым ушибом, - и подошла к девушке. - Не волнуйся, мы тебе поможем, ару! У тебя ведь есть его телефон? Просто позвони ему, и все. - Сама? – захлопала ресницами девушка. – А я не слишком навязчивая? - Судя по тому, что ты пришла к нам, - Гинтоки обвел рукой комнату, - чтобы попросить познакомить с ним, - он скривил лицо, - ты уже и так навязчивее некуда. И тут же получил удар по ребрам, на этот раз от Шинпачи. - Гин-сан, нельзя так говорить! - А избивать меня, значит, можно, да? - В общем, Ханако-сан, если он не позвонит сам дней через… - Шимура задумался, какое бы число назвать. - Восемьдесят девять, - радостно предложила Кагура. - Один, - проигнорировал ее очкарик, - то звоните ему сами. Поверьте, Вы вовсе не навязчивы, и мы искренне хотим Вам помочь. - Правда? – клиентка мило улыбнулась, и он ощутил, как уши начинают гореть. – Спасибо вам огромное! Что бы я без вас всех делала? - Была бы одета нормально, - буркнул Гинтоки и предусмотрительно отполз из зоны досягаемости ног и рук Шинпачи. - Приходи к нам, рассказывай, как все продвигается, ару! – заявила Кагура, ненавязчиво выводя девушку за дверь. – И про оплату не забудь, она у нас почасовая!

***

Окита решительно постучал в дверь дома Хиджикаты. Время было уже к ночи, а потому дальше медлить было нельзя. На стук никто не отозвался. Сого немножко побарабанил в дверь ногами, высек на ней мечом букву «Z», заглянул в окно, но ответа по-прежнему не было, свет был погашен, и вообще квартира не подавала никаких признаков жизни. И куда этот ублюдок мог отправиться? Уже поздно, мог бы и дома посидеть для приличия. Или он решил встретить завтрашний день рождения в каком-нибудь хост-клубе? От этой мысли внутри поднялось что-то настолько горькое, разочарованное и неприятное, что Окита поспешил перевести мысли в другое русло. Заместителя нет дома? Ну и что? Мало ли куда он мог отправиться. Может, пошел подышать свежим воздухом. Или у него в комнате стало настолько накурено, что даже он не смог больше там находиться и пошел покурить на улицу. И вообще, какая Оките разница, чем он собирался заниматься? Хиджиката взрослый мужчина, пусть сам отвечает за свои поступки. И все равно в груди неприятно ныло. Сого обошел чуть ли не все магазины в Эдо в поисках бочки майонеза, столько дум передумал, посмотрел гей-порно, уговорил-таки себя прийти к заместителю, шел к нему с непоколебимой уверенностью и нарастающим волнением – и вот вам, пожалуйста! Именинника нет дома. А мысль о том, что он сейчас может проводить время в компании кого-то другого, вообще сводила с ума. Капитан вспомнил, что Хиджиката часто забывает закрывать входную дверь, и на всякий случай подергал ее в разные стороны. Вот будет забавно – Тоширо вернется домой, а Сого, перевязанный ленточкой, его уже ждет, пьет чай у него на кухне, хозяйствует вовсю, приглашает сесть и чувствовать себя как дома. Но этим планам не суждено было сбыться: на этот раз дверь все же оказалась заперта. Окита вздохнул и сел у двери, чувствуя себя донельзя противно. Хиджикаты нет? Что ж, он подождет, пока тот появится. И лучше ему появиться скорее, пока Окита не передумал. Сейчас он напоминал самому себе собаку, ждущую возвращения хозяина, а потому несколько раз порывался уйти, чтобы окончательно не опуститься в своих глазах, но каждый раз удерживал себя. Раз он все для себя решил, то не отступится. Сого прислонился спиной к двери и обнял руками колени. А если заместитель сейчас шляется непонятно где, выпивает, празднует без него свой завтрашний день рождения и радуется жизни в компании каких-нибудь красоток? «Как показывает практика, меня интересует исключительно семья Окита». Допустим, красоток можно временно исключить. Ну, даже если он решил провести время в одиночестве, то, может быть, вообще не планирует возвращаться до утра. На кой черт тогда тут сидеть? Чтобы утром Хиджиката об него споткнулся, приложился обо что-нибудь головой и свернул шею? Какая замечательная мысль, вот только на подарок как-то не очень смахивает. Скорее, на изощренное убийство. «Досчитаю до десяти и уйду. Ладно, до ста». Окита сбился на третьем миллионе и поежился. Становилось холодно. - Ладно, - сказал он в пустоту, - извините, Хиджиката-сан, сами виноваты. Он уже всерьез собрался уйти, когда увидел недалеко знакомый силуэт. И судя по клубящемуся вокруг него дыму, это точно мог быть только один заядлый курильщик. - Сого? – удивленно спросил Хиджиката, подходя к нему и щурясь. - Ты что здесь делаешь? - Пришел отстирывать диван, - ляпнул тот первое, что пришло в голову. – Пустите меня, пожалуйста, а то я замерз. - Да, хорошо. Тоширо завозился с замком, а капитан подумал, что, посиди он тут еще немного, и конечности бы пришлось ампутировать. Он, наверно, еще никогда в своей жизни не был так рад видеть заместителя. Во-первых, потому что теперь ему не грозило обморожение. А во-вторых, потому что Хиджиката все-таки пришел, а не остался проводить ночь где-нибудь в баре. От этого на душе заметно потеплело, так что Сого немного согрелся еще перед тем, как зашел в квартиру. В нос ударил уже знакомый легкий запах табака. Как ни странно, действительно легкий, хотя зам.командующего курил столько, что, по не самым точным расчетам, его жилище должно было провонять сигаретами насквозь. - Так что ты здесь делаешь? – повторил вопрос Хиджиката, закрывая дверь. Сого приподнял брови. Неужели не поверил в историю про диван? Он даже не знал, что ответить, не мог же сказать просто: «У Вас завтра день рождения, а потому я решил подарить Вам себя, пойдемте займемся сексом, но не надейтесь, что я это повторю». К тому же, Кондо посоветовал сделать это сюрпризом. В кои-то веки здравая мысль. Только вот как тогда объяснить свой нежданный приход? - Просто мне… - Окиту чуть не стошнило от своего тона, – стало одиноко, - он проигнорировал скептический взгляд Тоширо и добавил: - Поэтому я решил прийти к Вам. Как бы плохо он ни играл, а Хиджиката, похоже, поверил, поскольку лицо его приобрело заботливое выражение, он подошел к Сого и потрепал его по волосам. - Ну, в таком случае добро пожаловать. - А где Вы были? – решил уточнить Сого, чтобы уж точно успокоить нывшее чувство в груди. - Я пошел погулять в парк и покурить, - ответил заместитель, пожав плечами, но быстро спохватился. – А ты долго ждал? - Не особенно, - Окита решил на всякий случай добавить драматизма. – Всего часа три. - Эй, - несильный щелчок по носу, - я уходил минут двадцать назад. - О, эти двадцать минут показались мне часами! Дьявольский зам фыркнул, мотнул головой и кинул сигарету в мусорку. - Останешься на ночь? Как быстро, однако. Значит, первая проблема, состоявшая в том, что его могут не пустить на порог, решена. - Да, если можно. «Если можно?» Сого сжал зубы. Он вел себя слишком вежливо даже для человека, что-то задумавшего. - Да без проблем, - сказал Хиджиката, садясь на пол. – Кстати, зачем тебя вызывал Кондо-сан? - Э… - Окита не ожидал этого вопроса, поэтому растерялся: может, сказать правду? - Опять доставал со своими идеями? - Нет, - он быстро взял себя в руки, - так, что-то по работе, я уже не помню, что. Ничего секретного и важного не было, видимо, ему просто захотелось загладить вину. - Ну ладно, - Тоширо поверил ему слишком быстро. – А я был уверен, что у него созрел очередной гениальный план. «Вы себе даже не представляете, насколько сейчас правы». - Я слышал, у Вас завтра отгул? – как бы невзначай спросил капитан. - М, в общем, да, - Хиджиката нахмурился, - только не надо сейчас говорить что-то про то, что я халявщик. У меня есть на то веское основание. - Да я знаю, знаю, я и не собирался, - заверил его Окита. Как бы такими темпами не испортить весь сюрприз. Но зато теперь Хиджиката знает, что он не забыл про его день рождения. Во всем нужно искать плюсы. - Ну и что мы будем делать? – поинтересовался Тоширо, садясь на пол. Отличный вопрос! Так и подмывает ответить, что всегда, находясь в его квартире, они занимаются примерно одним и тем же. - Не знаю, - ответил Сого преувеличенно безразличным тоном. – Вы - хозяин, Вы и предлагайте. - Как насчет того, чтобы… - зам.командующего вздохнул. – Отмыть диван? Я серьезно. - Отличная идея, - согласился Окита. – Только, мне кажется, легче будет его выкинуть.

***

Он уже больше получаса сидел с чашкой чая, заботливо закутанный в плед Хиджикатой, и наблюдал за тем, как тот, закатав рукава, стирает с дивана намыленной тряпкой следы их вчерашнего веселья. Он выглядел таким домашним с этими закатанными рукавами, что Сого не мог позволить себе присоединиться и наслаждался этой картиной со стороны. - Не хочешь помочь? – уже пятый раз спросил его заместитель, отряхивая руки. - Я уже сказал – помогу обязательно, как только допью чай, - с достоинством ответил Окита, картинно чавкая водой. - Ты его пьешь уже сорок минут! – возмутился Тоширо. – Одну гребаную чашку! - Что поделать, я не могу быстрее, он горячий, - невозмутимо отозвался Сого. - За сорок минут он уже должен был остыть! – Хиджиката кинул тряпку в ведро. – И вообще, я закончил. - Какое совпадение, - обрадовался капитан, - а я как раз допил чай. Заместитель вернул все предметы для чистки на свои места, вымыл руки и вернулся в комнату, садясь напротив Окиты. - Итак, диван мы отмыли, - сказал он, делая ударение на слове «мы», - что теперь? Капитан моргнул. Наверно, надо было наконец перейти к делу и огласить цель его визита. Только вот как? Уж чего-чего, а выглядеть глупо точно не хотелось. Хотя Хиджиката, наверно, наоборот, даже умилится, если не вывести его из себя. - Давайте спать, я устал, - сказал Сого вместо того, что собирался, и тут же захлопнул рот. Если заместитель согласится, то весь подарок, а значит, и вся подготовка, раздумья и размышления коту под хвост. - Уже? – спросил тот удивленно. – Ну, как хочешь. Где ты будешь спать? Во рту как-то подозрительно пересохло, и капитан облизнул губы. - А Вы? Неизвестно, понял Тоширо, к чему этот вопрос, или нет, но он улыбнулся и ответил: - Как хочешь. - Что значит «как хочешь»? Как хочу я? – уточнил Окита. – Какая мне разница, где Вы спите? - Ну да, действительно, никакой, - ухмыльнулся Хиджиката. – Тогда я постелю тебе футон. Вот черт. Неужели все-таки догадался? Окита скрипнул зубами. И опять этот ублюдок видит гораздо больше, чем хотелось бы. - Нет, я… - он замолчал. «Ну, давай, поздно уже отступать, скажи это». - Я хочу с Вами. Судя по тому, что заместитель не удивился, он явно этого ожидал. - Хорошо, тогда пойду в душ, - сказал он, разворачиваясь. - Это намек? – поинтересовался Сого, сверля его взглядом. - О чем ты? – это было сказано настолько искренне, что он мысленно отрубил себе голову. – Я лишь имел в виду, что нужно смыть запах сигарет, а то он наверняка тебе не понравится. Сказав это, Хиджиката пошел в ванную, а Окита прислонился спиной к стене. Да уж, нелегко будет выполнить просьбу Кондо, даже за обещанный выходной. Он попытался помедитировать немного, несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, поерзал на месте, снял пиджак, надел его обратно и снова снял. Время в ожидании тянулось мучительно медленно. Особенно с учетом того, что, как только Хиджиката вернется, надо будет… Кстати, сходить в душ – это хорошая идея. И почему он не догадался сделать это дома? Через несколько минут вернулся Тоширо, одетый в халат и приглаживающий мокрые после душа волосы. - Надеюсь, ты не против запаха мяты с лимоном? - Это Ваш шампунь? – поинтересовался Окита, задумчиво рассматривая его. - У меня аллергия на цитрусовые. - Как?.. – заместитель вытаращился на него. – Вот черт! Капитан с усмешкой наблюдал за тем, как Хиджиката с бешеной скоростью рванул обратно в ванную, подождал его возвращения, убедился, что теперь он пахнет уже не мятой и лимоном, а ванилью, и добавил, глядя ясным взором прямо на него: - Я пошутил. - Ах ты мелкий засранец! – напустился на него Тоширо, но Сого аккуратно обошел его стороной и направился к ванной. - Я могу воспользоваться Вашим душем? - Чем угодно, - ответил быстро успокоившийся Хиджиката, - можешь даже позаимствовать мой халат, не будешь же ты спать в одежде. «Боюсь, сегодня одежда нам вообще не понадобится. Но об этом позже». - Спасибо. Сого удивлением отметил, что вместо ожидаемой душевой кабинки там оказалась настоящая ванна, причем довольно большая. Он нашел на полках кучу всяких гелей и шампуней, непонятно зачем понадобившихся Дьявольскому заму, и даже собирался полежать немного в теплой воде с пеной, но вовремя вспомнил, что ублюдок Хиджиката может просто взять и заснуть - с него станется все испортить. А потому наскоро принял душ, закутался в халат Хиджикаты, который оказался ему ощутимо велик, и вернулся в комнату. Хиджиката лежал на кровати, уткнувшись носом в подушку, и Окита испугался, что он заснул-таки, но его переубедил приглушенный голос: - Ну, иди сюда. Сердце забилось, как сумасшедшее. Ну, разумеется, он сразу все понял, как можно было не понять? Капитан сглотнул, на всякий случай окинул взглядом комнату в поисках катаны, подошел к заместителю и лег рядом. Сложно сказать, зачем живущему одному Хиджикате нужна была такая большая кровать, но они смогли вполне уютно устроиться на ней вдвоем, абсолютно друг друга не стесняя. Окита, замерев, ждал, что будет, но Тоширо, как это всегда бывает, с лихвой превзошел все его ожидания. Он улыбнулся, провел рукой ему по щеке, сказал: «Ну, спокойной ночи» и отвернулся. Это было настолько нелепо, что Сого чуть не засмеялся в подушку. Он издевается? Нет, серьезно, это он так шутит? Он что, реально собрался спать? Окита приподнялся на локтях и аккуратно заглянул ему в лицо. Глаза заместителя были закрыты, грудь мерно вздымалась. Он еще не спал, но, похоже, действительно был к этому близок. Какого черта? Окита старался, так долго себя уламывал, заставлял, а этот придурок просто взял и завалился спать? Сого тоже повернулся к нему спиной и положил голову на руки. Это было даже не смешно. Выходит, он зря так трясся и волновался? Хиджиката не поприставал к нему даже ради приличия. Почему-то понимание этого отозвалось внутри глухой обидой. Не то чтобы он хотел, чтобы заместитель к нему полез… Хотя все-таки хотел, наверно, иначе не объяснить это начавшее подниматься бешенство. Что ж, если этот заместитель такой… такой заместитель, то придется все делать самому. Впрочем, как обычно. Окита медленно перевернулся на другой бок и уткнулся ему в спину. Если он не сделает этого сейчас, то не сделает никогда. «День рождения, - мысленно твердил он себе, - день рождения». А руки тем временем начинали дрожать. Капитан зажмурился и медленно обнял Тоширо со спины. - Что это с тобой? – послышался сонный голос. – Опять добреешь к ночи? - Да, - почти неслышно выдохнул Сого и сжал руки крепче. Хиджиката повернулся к нему и посмотрел в глаза, обнимая в ответ. - Нравится мне, когда ты добреешь. - А кому это не нравится? Но, похоже, Хиджиката воспринял это не как призыв к действию, а как простое проявление заботы, а потому снова прикрыл глаза, улыбаясь краешками губ. Ладони Окиты вспотели. Он точно сейчас уснет! Поэтому надо срочно что-то делать, иначе зачем он уламывал себя весь день? Но тело словно онемело, конечности не двигались. И было по-прежнему страшно. Он перевернулся на спину и зачарованно уставился в потолок. Он не может, не сможет заставить себя. И оттого, что он не смог себя пересилить, Сого разозлился. И ему опять стало стыдно. Мало того, что согласился лечь под Хиджикату, так теперь еще и не смог, потому что стало страшно. «Чертова тряпка». Но сам Хиджиката, видимо, так не считал. Он притянул его поближе к себе и задышал в шею. По телу, начиная от того места на шее, куда было направлено теплое дыхание заместителя, расходились горячие волны. Окита поежился и стал смотреть куда-то в сторону. В крайнем случае, любой день рождения длится целый день, так что у него в запасе еще есть целое завтра. Практически двадцать четыре часа. И за это время он уж точно что-нибудь придумает.