Миллион-ноль в твою пользу

Никита сошел с ума. Окончательно и бесповоротно. Иначе как объяснить то, что он истратил все жалкие накопления, которые у него были? Абсолютно все. Хотелось и плакать, и смеяться. Двадцать девять роз. Двадцать девять! Вот вычитал на свою голову, что это символ вечной любви! Впрочем, Никита возмущался только для вида. Он был нереально счастлив, что ему удалось купить шикарный букет на собственные деньги. Никита нереально гордился собой. Теперь главным было, чтобы Евгению Андреевичу нравились розы, а то все будет тщетно... Никита сел на кровать и неловко положил шикарный букет рядом с собой. Будет ждать прямо тут. В спальне. Почему именно в спальне, Никита не знал. Просто так казалось правильным. И романтичным, чего греха таить. - Ты чего в темноте сидишь? - Наташа встала в дверях так неожиданно, что Никита чуть не уронил букет цветов на пол. - Ммм... Твоего отца поджидаю, - дал очевидный ответ на вопрос Никита. - Но почему в темноте? - не сдавалась Наташа, - Хотя признаю... Так неожиданнее. И романтичнее. Молодец! Я тогда батю прямо сюда заведу, как придёт. Отлично ты придумал... Больше ничего не добавляя, Наташа скрылась из вида. В квартире стало тихо-тихо. Только Виски изредка шумела на полу, гоняя что-то на паркете. Никита, кажется, задремал, ожидая. Потому что он вздрогнул и чуть не подскочил с кровати, когда услышал голоса. Он не заметил ни как хлопнула дверь, ни приветствий, ни другие звуки... Но пока Никита дремал, явно кто-то пришёл. - Где Никки? - услышал он звонкий голос Наташи, - Был в спальне. Отдыхал. Но что-то там давно тихо. Ой, ты бы проверил... Вдруг он там упал и голову разбил! В коридоре раздались поспешные, слегка нервные шаги. Евгений Андреевич приближался, испугавшись слов дочери. Наташа не подвела. Завела своего отца к Никите мгновенно. Вот только это было слишком быстро! Никита не подготовился! И когда ярко вспыхнул свет в комнате, Никита успел лишь поспешно схватить букет и бестолково вскочить. На костылях он не удержался и просто рухнул. Сразу, как только поднялся. Привыкая к яркому свету, Никита не сразу понял, что Евгений Андреевич просто подхватил его на руки, чтобы он не разбил себе нос. Букет роз застыл в нескольких сантиметрах от лица Евгения Андреевича алым, воздушным облаком. Повисла тишина. От Евгения Андреевича пахло улицей. Свежим, зимним воздухом. И шоколадом. Очень пряным шоколадом. Почти глинтвейном. Согревающим и пьяным. Никита неосознанно начал дышать глубже. - Это что? - с искренним недоумением уточнил у Никиты Евгений Андреевич. Его глаза чуть расширились. Он, не отрываясь, глядел на сочные, яркие бутоны роз. И непонятно было, нравится ему или нет... Никита занервничал. - Это цветы, - не придумал ничего более оригинального Никита, - Для вас. Хотелось добавить - потому что я благодарен. Потому что вы ко мне всегда были очень добры... Потому что вы любите меня. А я - люблю вас. Так что я хочу сделать вам приятное. Чтобы вам понравилось... И вы улыбнулись. Но Никита молчал. Язык будто прилип к небу. Евгений Андреевич в удивлении приподнял брови, продолжая молчать. А потом на его губах действительно расцвела маленькая, но очень мягкая улыбка. Искренняя и нежная. Хрупкая. Словно самый прекрасный цветок. Ему нравилось... Нравилось! Сердце Никиты забилось в груди, как сумасшедшее, захлёбываясь от восторга. Евгений Андреевич наклонил голову так, чтобы кончик его носа прикоснулся к алому бутону. Он наслаждался ароматом роз. Его улыбка стала чуть шире. Ярче и восторженней. Неужели так потрясающе пахнет? Никита и не почувствовал. Захотелось исправить свои ошибки. Никита потянулся к ближайшему бутону. Но на полпути он остановился, словно зачарованный. У Евгения Андреевича были такие длинные, чёрные ресницы... Нежный румянец на щеках, оставшийся с мороза. И губы... Губы! Гораздо ярче и соблазнительнее любых бутонов роз. Плевать на эти цветы. И на их аромат. Вот к чему желал прикоснуться Никита всем своим существом! - Ты гораздо красивее всех роз мира, - вырвалось хриплое и отчаянное у Никиты, - Но если они тебе нравятся, то, когда я встану на ноги, я завалю всю твою квартиру ими. Буду дарить тебе их каждый день! Евгений Андреевич от этих слов вздрогнул всем телом. И почти с шоком посмотрел на Никиту. Его губы удивленно приоткрылись. Чуть влажные, манящие... Никита не выдержал. Мозг отключился. Он больше не тянулся к цветам. Даже не делал вид. Никита больше не врал себе. Он признался, что просто хотел заполучить эти губы в свое личное пользование... Евгений Андреевич смотрел на него почти заворожённо. Или испуганно. Никита не мог понять. Зрачки Евгения Андреевича стали такими большими, что слились с радужкой. Два тёмных, прекрасных омута. Никита желал утонуть. И никогда не всплывать. Погрузиться в них бесповоротно и окончательно. И раз Евгений Андреевич не возражал, то Никита имел на это право... Их губы почти встретились. Почти. Потому что Евгений Андреевич в последний момент отстранился, уходя от прикосновения. Но так как Евгений Андреевич продолжал держать Никиту, то он просто завалился назад. Хорошо, что позади него была стена... Но удар все равно оказался сильным. - Моя поясница... - простонал сквозь зубы Евгений Андреевич, и Никита, испугавшись, разжал свои пальцы, которые вцепились в стебли роз. Его руки почти судорожно принялись ощупывать спину Евгения Андреевича. Часть роз грустно полетела на пол... Евгений Андреевич мгновенно заледенел всем телом, а потом совсем тихо произнес: - Когда ты встанешь на ноги, мне будет пятьдесят. А то и больше. Руки Никиты замерли. - И? - сквозь зубы прошипел он, - При чем тут твой возраст? Я не понимаю. Или ты хочешь цветы сейчас? Хорошо, я устроюсь на работу. И буду покупать тебе цветы сейчас. - Все ты понимаешь, - тяжело вздохнул Евгений Андреевич, - Не дури мне голову. - Помнится, вы мне говорили другое. Что вам возраст неважен. И что вы любите молодых... Что слишком эгоистичны. Постоянно принижали себя. Тоже дурили мне голову, выходит? Потому что эгоизма в вас ни капли! - до боли сжал челюсти Никита. Евгений Андреевич отвернулся, нервно кусая губы. А потом едва слышно, ранимо напел: - Oh, I'm looking at you О, я смотрю на тебя Can't control myself Не могу контролировать себя Nothing but pain for me Все в порядке, но боль внутри Wipe your tears from your eyes Вытри слезы Just leave and forget me Просто уходи и забудь меня No need to be hurt anymore Не нужно больше страдать Go away from me now Покинь меня немедленно I don't know what is love? Я не знаю, что такое любовь No need to be hurt anymore Не нужно больше страдать* Кажется, Евгений Андреевич всегда пел, когда чувства разрывали его. Плохие или хорошие. И это было потрясающе мило. Но сейчас Никита не почувствовал ничего, кроме злости. Его почти затрясло от гнева. - Заткнитесь, - резко и холодно оборвал Евгения Андреевича Никита. Тот мгновенно замолчал, не ожидая таких грубых слов от Никиты. - Вы красиво поёте, но сейчас - просто замолчите, - продолжил сердито говорить Никита, - Я все понял про вас. Наташа упоминала, что вы почти никогда не поёте на публику, потому что вроде как делаете это не идеально. Но вы идеально поёте. Знаете, о чем это говорит? О том, что вы принижаете себя. Слишком строги к себе... Я, правда, не знаю, что было в вашем прошлом. Прошлое - это прошлое. Я просто сужу по тому, что вижу. По тому, что чувствует мое сердце. А оно чувствует, что вы любите себя не достаточно сильно... Но ничего. Это поправимо. Я буду любить вас за двоих. И за вас, и за себя... Я обещаю. Евгений Андреевич мгновенно дернулся, смотря на него с негодованием. Это и было нужно Никите. Он сжал руки на пояснице Евгения Андреевича, обнимая его и наваливаясь на него сильнее. Это было несложно. С одной-то ногой... Евгений Андреевич и рта не успел открыть. Никита слишком разозлился. Он был зол и умирал от любви и бессилия. Никита обязан был показать всю силу своего чувства. Чтобы Евгений Андреевич и думать не смел, что не достоин любви. О, он был достоин всего самого лучшего, что есть на этом свете... Оставшиеся в руках цветы упали на пол, и алые розы веером разлетелись по ковру у их ног. Прекрасные, нежные, без шипов... Никита словно бросил свое кровоточащее и захлебывающееся от любви сердце к чужим ногам. А Юпитер в его груди потек чистой лавой и залил, выжигая, все внутренности Никиты. Но ему было плевать. Чужие губы были слишком близко. Ещё секунда - и они соединятся. * X Japan - Unfinished О, я так люблю эту песню... Она наполнена любовью до краев... Как и герои моего рассказа :-)