Циклотимия

Давно я не ощущал этот сладостный запах свежего вечернего воздуха. Мне удавалось просто прогуляться вот так всего пару раз. И то после моего восемнадцатилетия, когда я решался завязать с самоубийством, но у меня было так мало сил на это, поэтому я начал пить. Немного. Всего по одному стакану пива в день, до прибытия в больницу. Но это привычка пить у меня всё ещё осталась, хоть я и пью те таблетки. Прогуливаясь по улицам города, я заметил издалека яркую неоновую вывеску местного бара и заскочил туда. Сел за первый попавшийся стул у барной стойки и попросил выпивку: - Один стакан пива, пожалуйста. Но бармен развернулся и, посмотрев на молодого меня, весело похохатывая, все так же продолжал протирать стеклянную кружку. - А ты не слишком ли молод, чтобы пить такое, а? Если что, детские кафешки в другой стороне. Хотя, может тебе колы налить? И после своей глупой шутки он залился смехом как и посетители бара сидящие сзади меня за столами. Я понимал то, что я не виноват как выгляжу, но чтобы шуточки в мой адрес пускать. Вот уж извольте. - Вообще то мне уже есть 18. Могу паспорт показать. Да у меня он был, ведь я знаю что оправдываться бесполезно, и просто утвердить это словами не даст мне никакой выгоды. Мне никто не поверит, поэтому я всегда носил его с собой, на всякий случай. А вещи то свои я с собой взял, паспорт был прямо в кармане моей куртки. Но его слова резали меня прямо по моим нервам. - Ну да, ну да, давай. Не смею даже спорить, но он хоть у тебя не нарисованный? А то был тут один такой... Как он меня раздражает. Я достал его из внутреннего кармана своей кожаной куртки и показал ему прямо в лицо в открытом виде. По правде сказать в тот момент я почему то почувствовал себя как полицейский, ведь им постоянно приходиться это делать, но чтобы утвердиться в своей должности, а мне вот приходиться так выкручиваться. Бармен снова обратил на меня и внимание и, посмотрев в мой паспорт изменился в лице. Его ироничное выражение лица, которое меня так сильно бесило изменилось на удивлённое, увидев мой год рождения. Он поставил стакан на стойку и потрепал свои волосы от безысходности. Да уж, в этой схватке интеллектуалов в выигрыше, к сожалению для него, тут именно я. - Ого, чувак. Да ты хорошо сохранился для своих лет. Что ты там просил, в качестве извинения налью чуть больше. - Нет уж, спасибо. Мне только одну кружку хмельного пива. Прошу. И я вальяжно убрал паспорт на место. Ох, как я его. Мне так нравится, когда я ставлю таких как он на место. - Хорошо, сию же минуту, господин 18 лет уже есть. Опять его шуточки. Он налил мне целую кружку пенного и я с удовольствием снова почувствовал его блаженный вкус. Горечь, что оставалась у меня в горле после каждого глотка, тоже отложила в моем сердце радость этой прогулке, как и свежий воздух. Допив все до дна и сохраняя свою непреклонную вежливость, я приветливо попрощался с этим барменом и, оставив ему немного чаевых, ушёл. Да, деньги у меня тоже были. Они как раз тоже лежали в кармане моей куртки вместе с паспортом. Остались после моей последней зарплаты. А ведь я работал так давно, не думал что эти дешёвые бумажки мне когда-нибудь пригодятся. В больницу я вернулся поздно, почти под утро. Я не стал все таки заходить в комнату к Сэму и успел немного поспать на диване в коридоре. Да, Сэма уже отпустили. Как я помню, я видел пару человек, которые тоже попадали в изолятор, но их отпускали через несколько часов. Так случилось и с ним. Так вот, я успел немного поспать на диване в коридоре, но уже через час или даже меньше, как я уснул, пробили подъем. Я не успел толком выспаться, а моя голова никогда ещё так не раскалывалась. Это все мои ночные походы по барам мне долбят по ней. Я с большим недосыпанием встал с дивана и, дойдя до комнаты все таки открыл дверь. В ней было пусто. Видимо Сэм встал пораньше и ушёл уже, пока я спал. Интересно почему так рано. Но для меня это даже к лучшему. Ему наверное стыдно смотреть мне в глаза. Я спокойно прошел в комнату и быстро переоделся, а после выпиваний таблеток и всяких утренних процедур направился в столовую на завтрак.