Забавы Огонёк. Карлитта

— …нанс магических сил одной природы, — тихий старческий голос. — И чем ей это грозит? — бархатистый баритон. — Если не будет сталкиваться с этими силами в такой концентрации, то ничем. — Лекарства нужны? — Нет, только отлежаться и восстановиться. — Отлично, можете отправляться на праздник. — Благодарю. Скрип двери. — Добрый день, леди, — произнёс стоящий на пороге мужчина. Приоткрыв глаза, Изабелла стала его рассматривать. Чёрные волосы слегка задевали плечи, раскосые глаза смотрели с некой долей любопытства, в то время как узкое бледное лицо не выражало ничего, кроме лёгкой насмешки. — Добрый, — хриплым со сна голосом произнесла Изабелла. Мужчина бесшумной походкой направился к кровати с герцогиней и, присев на край, стал пристально разглядывать девушку. Собрав силы, та поднялась на подушках и, выпрямив спину, села. — Кто Вы и где я? — всё ещё хрипловатым голосом, но куда более уверенно спросила Изабелла. — Мы в доме у столичного лекаря, — охотно ответил пока ещё незнакомец. — Меня зовут Константин, — протянув руку, продолжил тот. — Приятно познакомиться, — изящно кивнув, произнесла девушка, — Изабелла. — Очень рад, — хитро ухмыльнувшись, Константин нежно подхватил демонстративно лежащую поверх одеяла руку и поцеловал тонкие пальцы. Резко выдернув руку из мозолистой и узкой ладони Константина, Изабелла спросила: — Сколько я здесь уже нахожусь? — Пару часов назад был полдень второго дня празднования, — всё также охотно отвечал Константин. — Сколько?! — на пару мгновений утратив и так слабое самообладание, воскликнула Изабелла. — Мне повторить? — ехидно улыбаясь, спросил мужчина. — Не стоит, в любом случае, мне надо вернуться к семье, — стараясь сохранять достойное её положения выражение лица, Изабелла продумывала пути отступления. — Можете не переживать, они Вас не ищут, — пожав плечами, произнёс Константин. — Что значит… Погодите, а откуда Вам известно, с кем я здесь?! — Изабелла была напугана, этот странный мужчина смущал и напрягал её своим поведением и повышенным вниманием. — Ваша Светлость, когда идёте на праздник, скрывая личность, родовой перстень стоит оставлять дома, — с покровительственной улыбкой выдал тот. Изабелла молча открывала и закрывала рот, не в силах вымолвить ни слова. — Вы так удивлены, неужели не предполагали подобного? — склонив набок голову, спросил Константин. — Хотите, чтобы Вам не было так обидно, я дам Вам рассмотреть моё родовое кольцо? — Хочу! — произнесла Изабелла в порыве, а потом поняла, что это прозвучало как каприз маленькой девочки. Из-за чего герцогиня пускай и слегка, но покраснела. Что не укрылось от внимательно наблюдавшего за её лицом Константина. Умилительно улыбнувшись, тот снял с левой руки поразительно неприметный, для родового, перстень и протянул Изабелле. Когда она брала кольцо, их с Константином пальцы соприкоснулись. Между ними будто разряд пробежал. Только вот, подобное она чувствовала и от соприкосновения с божественной книгой. Но, тем не менее, стала рассматривать кольцо. Тёмное, лаконичное, оно легко могло затеряться среди других украшений, но при этом кольцо не выглядело дёшево, выполненное с филигранной точностью, в нём можно было рассмотреть каждую деталь герба. Первое, что бросилось в глаза, корона с пятнадцатью зубцами, два из которых отломаны. Этот род опустился на одну ступеньку в иерархии. Судя по количеству, из королей в герцоги. Меч — военные заслуги на Шероне. В Тарире — гладиолусы. Вокруг меча обвивался питон, раскрывший пасть. Покровитель — Богиня Тьмы. И тут Изабелла вспомнила. Ричарда с полуневменяемым взглядом, растрёпаными волосами и прокушеной губой. — У меня есть информация по человеку, что доставил перстень Габриэлле, покровитель его рода — Карлитта. Пятилетнюю Габриэллу, что хвасталась своим золотым украшением. — А мне мальчик кольцо подарил! Такой красивый! Глаза чернючие, а лицо белое-белое! Обрывки разговора у ювелира, что ей удалось услышать сквозь щебет продавщицы. — … проезжал аристократ… да парень всё-таки родился… негоже лорду северного края… — ТЫ!!! — воскликнула вскочившая на кровати Изабелла. — Ты отдал моей сестре это проклятое кольцо!!! — Почему сразу «проклятое»? Между прочем, там божественная частица, — легко улыбаясь, произнёс Константин. Его совершенно не пугали последствия подкатывающейся истерики Изабеллы, ему просто нравилось на неё смотреть и провоцировать на сильные эмоции. Тогда Изабелла снимала маску чопорности и становилась такой живой. — Что ты знаешь об этом кольце?! — продолжая повышать голос, спрашивала юная герцогиня. От гнева у неё раскраснелись щёки, из-за чего Константин слишком увлёкся её разглядыванием и не сразу понял вопрос. — А что мне за это будет? — уперев локоть в колено и положив подбородок на кулак, ответил вопросом на вопрос Константин. — Что ты хочешь? — скрипнув зубами, Изабелла поняла, что ей нужны ответы, а потому она не могла просто уйти, гордо вскинув голову. — Для начала — твой поцелуй, а потом и до руки с сердцем дойдём, — продолжая с умилением улыбаться, ответил Константин. — Не бывать этому! — Изабелла была готова на многое, но подобное просто не предполагалось, а потому и ответа давать она не собиралась. — Жаль, но я упорный, — тяжело вздохнув и, посмотрев Изабелле в глаза с выражением лица как у побитой собаки, Константин всё-таки поднялся с постели. Изабелла же пристально за ним наблюдала. — А про своё состояние услышать не хочешь? — молчание Константина не продолжилось долго. — Опять поцелуй потребуешь? — сощурившись, спросила Изабелла, думая о том, когда они успели перейти на «ты». — Я требую плату лишь за те вопросы, ответы на которые могу дать тебе только я, — усмехнувшись, ответил Константин. — Тогда, что это было? — Изабелла решила, что, возможно, Ричарду удалось достать нужную информацию, а потому ей стоит узнать про другое. — Ты, конечно, услышала немного, — задумчиво начал Константин, а Изабелла вздрогнула, — но основное — твои способности имеют ту же природу, что и Храм Богини Тьмы, и когда вы оказались слишком близко друг к другу, силы стали взаимодействовать, из-за чего тебе и стало плохо. Хотя, этого могло не произойти, если бы в Храме не было бы такой огромной концентрации этой силы. Он просто тебя подавил. — То есть, мои способности появились из-за Хаоса?! — удивлённо спросила Изабелла, она и подумать не могла, что её видения — это последствия магии Богини Смерти. — Тьмы, не Хаоса, — поправил её Константин. — Но, как?! — А вот за ответ на этот вопрос нужно платить, — опустив голову как скромный и стеснительный мальчик, произнёс Константин. Раздосадованно поджав губы, Изабелла повернулась к окну. «Этаж второй, вряд ли больше», — прикинула герцогиня, сравнивая вид из окна со своими воспоминаниями. И тут внизу раздался грохот. Будто кто-то с невероятной силой закрыл дверь так, что она слетела. Хотя, почему будто? Изабелла заметила промелькнувшую досаду на лице Константина, прежде чем он отправился к выходу из комнаты. Не успев толком среагировать, герцогиня оказалась запертой на ключ. Что не помешало ей подбежать к двери и прислушаться к разговору. Благо, и стены, и пол были чуть ли не картонные и два этажа абсолютно не мешали. — Батюшка! Как я рад тебя видеть! А что ты здесь делаешь? — раздался поразительно радостный голос Константина. — У меня тот же вопрос к тебе, сын, — раздался леденящий душу голос. — Да так, помог одной милой леди, потерявшей сознание, — всё ещё радостно ответил Константин. Изабелле казалось, что он даже подпрыгивает от переполнявших его эмоций. — И с каких пор ты страдаешь благотворительностью? — с уже знакомыми язвительными нотками в голосе, произнёс старший герцог. — Никогда не поздно начинать что-то новое, — философски ответил Константин. — Ну-ну, нам уже пора, идём. — А как же попрощаться? — обиженно поинтересовался Константин. — С кем? С обморочной леди? — спросил отец и, через некоторое время продолжил: — У тебя две минуты, я жду в карете. Дверь закрывали с такой же «осторожностью». Щелчок замка. Изабелла отскочила от двери. — Подслушивала? Ай-яй-яй, — укоризненно покачал головой вошедший Константин. — Надеюсь на скорую встречу, моя принцесса. — И не мечтайте! — воскликнула Изабелла. — Только этим и буду заниматься, — ехидно скалясь, произнёс герцог. — Я оставляю двери открытыми и не рекомендую идти в Храм Богини Тьмы, если не хочешь снова слечь на сутки. Сказав всё это, Константин кинул непонятный взгляд на напряжённую Изабеллу и ушёл. Как только раздался очередной хлопок двери, герцогиня стала осторожно спускаться, по пути затягивая расслабленные ленты на платье. Изабелла решила прислушаться к словам Константина. Мотивы его поступков были ей непонятны и явно не несли мировое благополучие, но зла конкретно Белле он не желал. Она точно это знала, но откуда? *** — Ворон! Ты как обычно! — расставив руки в стороны, словно собирался обнять весь мир, Константин с широкой улыбкой двигался навстречу застывшему жрецу. Только вот последний явно не получал никакого удовольствия от лицезрения северных лордов, а потому развернулся и быстрым шагом направился вглубь Храма. Спрятав руки за спину и продолжая демонстрировать все зубы в улыбке, Константин лёгкой походкой следовал за жрецом. Закатив глаза на очередную выходку сына, Максимилиан де Литтера отправился следом. К Главному залу. — Приветствуем даровавшую своё покровительство! — герцоги де Литтера склонились перед Богиней Тьмы. — Не будьте такими скучными, можно подумать, последний раз мы действительно виделись пять лет назад, — урчаще произнесла восседающая на троне Карлитта, закинув ногу на ногу. Из-за чего взгляд Максимилиана остановился в одной точке и смещаться явно не планировал. «А ведь он её любит… Никогда этого не понимал», — думал Константин. Для него Карлитта была идолом, тем, кого надо восхвалять и почитать, но точно не женщиной, что вызывала такие яркие эмоции у его отца и стоящего в стороне Ворона. — Я ведь читаю твои мысли, мой дорогой, не стоит забывать об этом, — произнесла стоящая напротив Константина Карлитта. Тот сразу же склонился ещё глубже. Рассмеявшись, Богиня Тьмы мизинцем, украшенным железным когтем, подняла подбородок младшего герцога. — В твоём сердце уже нет места для других женщин, в нём царит любовь, — глядя ему в глаза, произнесла Карлитта с затаённой тоской и печалью былых лет. Константин не знал, что сказать в ответ. А его отец бледнел всё сильнее. Изящно повернув коронованную голову, при этом освободив подбородок Константина, и оставляя на нём кровавые полосы, словив и так несопротивляющийся взгляд Максимилиана, Карлитта сказала: — Вашим планам это не помешает, возможно, даже поможет. — Тогда Вы навсегда останетесь в моей душе! — пафосно изрёк Константин. Бархатисто рассмеявшись, Карлитта изрекла: — Льстец! — и, снова повернувшись к старшему герцогу, добавила. — Учись, ты в его возрасте был куда скучнее. Грациозно дойдя до трона, Богиня Тьмы внимательно рассмотрела лица обоих герцогов, улыбнулась и произнесла: — Итак, давайте поговорим о том, зачем вы здесь. На этот раз. Одновременно Карлитта пальчиком поманила к себе Ворона. Тот подошёл к Максимилиану и протянул ему кроваво-алую склянку. — Одна капля в бокал, раз в месяц, и род де Тилель продолжит своё вымирание, — покачивая ножкой в узком платье, обтягивающим бёдра, с нежной улыбкой произнесла Карлитта, чтобы тут же резко продолжить со стальными нотками в голосе: — А если снова «случайно», — это слово она выделила особенно, — ты перепутаешь дозы, то в скором времени мы сможем наблюдать за твоей мучительной смертью в агонии. На этот раз — от концентрированного яда. Уже позеленевший Максимилиан судорожно кивнул. Снова милейше улыбаясь, Карлитта обратилась к застывшему Константину: — Твоя задача — остаться здесь, во дворце, под любым предлогом. Не зря же вы смутьянам Дирайских шахт платили, — лукаво улыбаясь и легонько упираясь мизинцем в губу, произнесла Карлитта. — Да, моя госпожа, — вновь согнулся в поклоне Константин. — И ещё кое-что, — задумавшись, начала Богиня Смерти. — Будь осторожен с Виктором, графом Кирским, одним из советников кронпринца. — Он может доставить проблемы? — окончательно сменив шутливый тон на равнодушную прагматичность, спросил Константин. — Вам — вполне, но его не интересует благополучие Тарира, Вик там, где ему интересно, — насмешливо улыбаясь, произнесла Литта. — А потому, если он станет вашим союзником, то будет очень даже полезен. — Если? — Константин, за всё время общения с Богиней Интриг, успел понять — важно каждое её слово. — На ваше усмотрение, — равнодушно махнула рукой Карлитта. — На вашей стороне он будет полезен, в ином случае — человеческие тела такие хрупкие, — произнесла Богиня, задумчиво рассматривая железные когти. — А хотите к своему наряду редкую маску? — вновь резко меняя выражение лица и голос, воскликнула Карлитта. Взгляды герцогов невольно обратились к всё ещё стоящему в стороне Ворону. Богиня Хаоса уже была около него, легко протягивая руку к маске. Сняв, она протянула её герцогам. Вот только те не хотели её брать. «Хотите стать моими жрецами? Да пожалуйста! Только тогда вы станете для меня бесполезными». Крутились у них в мыслях пренебрежительные слова Карлитты в тот день, когда они впервые увидели её вживую. Понимающе улыбаясь, Богиня Тьмы повернулась к Ворону. Таков был псевдоним жесточайшего убийцы позапрошлого тысячелетия. Он убивал сотнями, сжигая деревни. На его жертв-одиночек не могли смотреть даже опытные законники. Ворон вошёл в историю как один из самых кровавых преступников и тем самым смог привлечь внимание Карлитты, а та, взяв его жрецом, подарила тому вечную жизнь. Здесь много таких. Преступников, чьи грязные души заинтересовали Богиню Хаоса. Её жрецы были единственными, кому доставались такие подарки. У других богов жрецами были обычные люди или маги, что вскоре умирали, а на их место приходили новые. Но и герцоги де Литтера не жаловались. Благодаря Карлитте, у них были невероятно обострены все чувства и реакции, поразительно крепкое здоровье и довольно долгая насыщенная жизнь. — Вы такие забавные, не хотите надевать одну маску, но носите другую, — Богиня Тьмы по-прежнему смотрела на того, чьё имя было давно забыто, но обращалась ко всем троим. — Всю свою короткую жизнь вы носите различные маски, а потом оказывается, что стремясь сделать так много, вы не делаете ничего. Вам дан такой короткий срок и даже его вы не в состояние прожить так, как хотите вы, — в её словах была покровительственная насмешка того, кто прожил слишком много, а глаза кричали о том, что эти слова нужны ей так же, как и жалким смертным, что не умеют жить. — Вы, — прямой взгляд на застывших герцогов, — сейчас живёте для исполнения амбиций рода и моих приказов. Не находите здесь насмешку судьбы?