Замёрзшие

      Гермиона обессилено откинулась на подушки, а Драко поднялся с кровати и заклинанием очистил её живот от спермы, сразу после этого оставив влажный поцелуй в этом месте.       — Тебе понравилось? — промурлыкал он, скользя носом вверх к её шее.       — Очень… — все ещё тяжело дыша, ответила девушка. Драко усмехнулся, и, достав из под неё одеяло, лег рядом, накрыв обоих. Он развернул Гермиону на бок, и прижавшись к её спине, поцеловал её между лопаток. Его рука крепко обхватывала её талию, а все ещё стоящий колом член упирался в поясницу. — А тебе? — шепотом спросила она, положив ладонь на его руку. Ей действительно понравилось, но теперь она чувствовала себя просто ужасно, ведь разрушила его семью окончательно. Его жена где-то сидит и ждёт, пока он придет к ней, чтобы просто посидеть и поговорить ни о чем, а он развлекается с главной старостой девочек.       — Угу… — промычал он, покрывая её шею поцелуями, плотно прижимаясь своей грудью к её спине. Гермиона прикусила его мочку уха и провела по месту укуса языком, парень на мгновение замер, но губы расплылись в заговорческой улыбке. — Кто-то оказался ненасытным? — резко развернул её на себя, и она увидела, как вновь вспыхнул огонь в его глазах. Девушка засмеялась, но немного напряглась, проследив за его хищным взглядом устремленным на её грудь. Молодой человек, усмехнувшись, лег рядом. Она боялась, что он заметит множество изъянов её тела, например то, что её правая грудь чуть больше левой или бело-фиолетовые растяжки на бедрах, а про шрамы на руках она вообще молчит. Гермиона запуталась. Правильно ли она поступила, решив отдаться своему давнему врагу? Разве так можно делать? Она ведь не передала своих друзей, верно? А кто они друг другу с Драко? Просто знакомые, сокурсники занимающие должности старост, друзья, приятели, пара или все ещё те, кто не имеют права дышать одним воздухом — истинный аристократ и грязнокровка? Она бы приняла любой вариант кроме последнего, но конечно же хотела верить, что её первый раз прошел по любви… Взаимной… Ей хотелось касаться его, целовать, обнимать, разговаривать… И если раньше она из-за боязни быть отвергнутой к нему не приближалась, то сегодня поняла, что плевать хотела на это, именно поэтому бесцеремонно, так грязно и неправильно целовалась с ним, а после переспала. В конце концов она может умереть в любую секунду из-за сумасшедшего приспешника. Нужно попробовать всё. И возможно её размышления являлись слишком легкомысленными и неправильными для неё самой, но и прежние беззаботные времена прошли. Она повзрослела. Изменилась. Она имеет право творить со своей жизнью что угодно. И пусть она будет жалеть об этом дне, но сейчас ей хорошо и тепло рядом с тем, кто оказывался рядом с ней целый месяц, замечая и помогая со всеми её проблемами. Именно он взялся за её защиту и не дал уехать, переживая. И Гермиона надеется, что не безразлична ему, ведь хочет невероятную историю любви, как в детских сказках с концами фразой «…и жили они долго и счастливо.»       — Грейнджер, ты ведь останешься здесь? — она повернулась к нему спиной вместо ответа, так как не хотела возвращаться к этой теме, он, цокнув, продолжил. — Тебе опасно быть одной, ты это понимаешь? Это все не шутки. Приспешники сбежали из Азкабана точно не просто так. Грядет опасность. А ты хочешь просто-напросто свалить. Они тебя найдут, если захотят, и никто не поможет, но остававшись здесь, ты обеспечиваешь себе защиту, — он сел на кровати и заглянул в её лицо, подняв брови.       — Здесь я подвергаю людей опасности. Где гарантия, что он не сможет сделать что-то другим? Его ведь никто не видит! Он просто… Появляется там где я… И… — она нахмурилась и приподнялась, поджав ноги. Рука провела по шраму на ноге, и она взглянула на Драко, который, прикусив губу, рассматривал её тело. — Он сказал, что жива его душа и это благодаря мне… Я ведь не помогла ему с…       — Созданием крестража? — предположил конец её мысли парень, и в ответ получил кивок. — Как ты могла ему помочь? Ты его видела ранее?       — Да… — натянув на грудь одеяло, начала девушка. — Не раз натыкалась на него во время наших странствий в поиске крестражей… Он вместе с егерями обсуждал каких-то пленников… Но вряд ли он мог меня заметить тогда, ведь я находилась под защитным заклинанием…       — Он мог их рушить невербально, был сильным магом. Но если бы он так поступил, то от вас бы ничего не осталось через секунду, — Драко сел рядом с ней, откинувшись на спинку кровати.       — Я… — она развернулась к нему лицом, все ещё придерживая рукой одеяло, слизеринец же вовсе не стеснялся своей наготы, впрочем, она и не смотрела никуда ниже его сложенных на груди рук. — Тоже так подумала, но… Что если он преследовал какую то цель ещё тогда, а сейчас лишь пытается воплотить задуманное…?       — Помучить тебя? — скривился Драко. — Прикончить? Что?       — Нет… Я… Наверное это бред, забудь… — нахмурившись, мотнула головой Гермиона.       — Говори, — сухо произнес он, все же прикрывшись концом одеяла.       — Они могут вернуть его? — спросила девушка.       — Волан-де-морта? — поднял брови вверх Малфой, в ответ кивок. — Бред. Он убит шрамоголовым. И вы уничтожили все части его души.       — А что если есть ещё? — предположила гриффиндорка.       — Тогда бы сбежали все разом, — он замолчал, обдумывая что-то, но после произнес. — Я на самом деле думал также, как ты сейчас, но… — они встретились взглядами, он отвернулся. — Если придет ответ на письмо, то я тебе все расскажу.       Молодые люди погрузились в тишину. Гермиона, колеблясь, все же прилегла рядом с ним, положив голову на плечо, и протянула руку к его груди, начиная выводить узоры цветочков подушечками пальцев, нежно проводя по его еле заметным шрамам от заклинаний. Он не имел ничего против, даже наоборот положил ладонь на её волосы. И возможно со стороны сейчас они выглядели как настоящая пара, но по крайней мере так ей хотелось думать. Драко положил её левую ногу на себя и провел пальчиками от коленки до растяжек на бедрах, нежно повторяя изгибы полосочек, от чего Гермиона напряглась, пытаясь отстраниться.       — Нет, дай мне рассмотреть… — шепотом попросил он, удерживая бедро на месте. И девушка пристыженно спрятала голову в его плече, закрыв лицо волосами. — Ты что стесняешься своего тела, Грейнджер? — усмехнулся блондин, но чувствуя, что она ещё сильнее скрылась за пышными кудрями, отпустил ногу. Гриффиндорка с головой нырнула под одеяло, пылая от стыда, и услышала, как он засмеялся, от чего ей стало очень неприятно. Видимо она дала ему повод для насмешек своим поступком… Драко стянул с неё теплую ткань и навис сверху. — По-моему, ты очень даже ничего…       — Я уже говорила тебе, что ты кретин? — возмутилась Грейнджер, явно не желая становиться мишенью его игр.       — А как же «Драко, ещё…» — протянул он, спародировав её тон.       — Какой же ты придурок… — повернув голову в сторону, чтобы не пересекаться с ним глазами, обижено произнесла девушка.       — А ты обладательница самого красивого тела, — пожал плечами Малфой, перекатившись на край кровати.       — Что?! — резко поднялась гриффиндорка, уставившись на него распахнутыми глазами. Он ведь несерьезно это говорит? Игры?       — Надо было попросить Мадам Помфри, пока ты находилась в больничном крыле, проверить тебе слух… — пропел Драко, уже натянув на себя белье, и поднял с пола штаны.       — Я не глухая! — запульнула в него подушку Гермиона, но он успел поймать её.       — Ого… — протянул парень, усмехнувшись. — Тебе бы в команде играть… Как насчёт того, чтобы стать загонщиком Слизерина? — он положил подушку обратно на кровать.       — Не шути, у тебя не выходит, — огрызнулась гриффиндорка.       — А это и не шутки, Грейнджер. Ты хорошая наездница? — серьезным тоном поинтересовался парень, но огонек в глазах буквально кричал о том, что его вопрос двусмыслен.       — Причём здесь это? — обречено простонала Грейнджер.       — А как иначе я – капитан команды – приму тебя новым игроком? — девушка закатила глаза и легла обратно на кровать, Драко, застегнув рубашку, сообщил. — Я по делам. Постарайся за то время, пока я отсутствую не свалить домой и не откопать себе приключения на свою красивую задницу.       — Ты меня теперь попрекать этим всю жизнь будешь? — бесцветно спросила Гермиона.       — А ты уже представила, что мы проведем её вместе? — он усмехнулся, но взгляд его был вновь невероятно теплым. — Я польщён… И прибралась бы ты здесь… Такой беспорядок развела… — наигранно возмутился Драко, но видя, что девушка вновь собралась чем-нибудь запульнуть в него, рассмеявшись, выскочил за дверь.       Гриффиндорка, отбросив в сторону одеяло, направилась в душ. Вода стекала по лицу, но она не закрывала глаз. Смыв пену с головы, девушка принялась намыливать кожу. Начала она с шеи и плавно скользнула с плеч к животу, проведя по месту, куда он её целовал. Да. Ей было хорошо. И она бы повторила это ещё миллиард раз, потому что хотела этого с ним. И что её могло привлечь в заносчивом слизеринце? Он был рядом. Этого никогда не ожидаешь от малознакомых людей, а в её случае врагов. Но Драко ей помогал. Он спас её от смерти в первый день учебного года после войны. Ведь её могло бы сейчас не быть, она бы лежала под землей где-то в маггловской части Англии из-за проломленного черепа, полученного в результате падения с лестницы. Это пугало. И возможно её чувство вовсе нельзя было назвать влюбленностью, которую она себе надумала, а просто благодарностью и восхвалением его персоны. Девушка вышла из душа и взглянула на себя в зеркало. Она привлекательна? Он действительно считает её тело красивым или это была шутка? Ей было важно его мнение, ведь она доверилась ему, позволив лишить себя девственности. И она всегда хотела сделать это лишь тогда, когда почувствует себя любимой. Почувствовала. Гермиона, натянув на себя все ту же одежду, принялась собирать вещи с пола. И сейчас в её голове промелькнула мысль о том, что возможно Драко решил, переспав с ней, оставить её в школе. Хитрый он однако жук…       Следующие полтора часа Грейнджер провела за уборкой вещей обратно в шкаф, не то чтобы она разучилась пользоваться магией, просто хотела отвлечь себя от лишних мыслей, а обычные дела как раз справлялись с этой задачей. До ужина оставалось чуть больше получаса, поэтому Гермиона спустилась в гостиную и, сев за стол, принялась читать учебник. Она хорошо знала все темы, которые пропустила, находясь в больнице, поэтому вновь влиться в учебный процесс ей будет не трудно. Параграф, который им задали по темным искусствам, был настолько скучным и давно изученным, что у девушки слипались глаза при прочтении. Строчки плыли, а буквы перемешивались между собой из-за чего уловить суть становилось невозможной задачей. В дверь постучали, заставив её встать. Кого там принесло?       — Здравствуй, Драко здесь? — раздался бархатный голосок довольно красивой девушки.       — Привет, нет… Он ушел… — немного растерялась гриффиндорка, осматривая с ног до головы неземную красавицу.       — И давно? — не теряя энтузиазма, поинтересовалась шестикурсница.       — После обеда, сказал, что по делам, — поджав губы, кивнула Гермиона.       — А куда именно не сказал? — взглянула она на неё своими выразительными медовыми глазами. Гриффиндорка узнала её — та самая девушка, которую она видела вместе с Драко в кабинете около двух недель назад и тогда, признаться честно, приревновала его к этой особе.       — Нет… А что случилось? Может быть ему что-то передать? — предложила Грейнджер.       — Нет-нет, я сама. Спасибо за помощь, — кивнула слизеринка, и развернувшись, зашагала прочь. Зачем ей нужен был Драко? Он с ней общается? Вероятно да, раз она знает дорогу до башни. Да к тому же вечером… У них была встреча, на которую он не явился? Взглянув на часы, девушка поняла, что ужин уже начался, поэтому вышла в коридор. Гермиона сидела в Большом Зале, делая вид, что ест. Она бросила взгляд на слизеринский стол и увидела, что Малфой погружен в свои мысли, пялясь в одну точку уже довольно долгое время. Интересно о чем он думает… Может быть о ней… Бред. Вероятно о своей жене… Придумывает, как сказать ей, что самая правильная Гермиона Грейнджер полезла к нему с поцелуями… Мерлин… Неужели она действительно разрушила его семью…? Она отвела взгляд, чтобы её друзья ничего не заподозрили, но они и не собирались замечать, слишком заинтересованы были в споре о лучшем игроке команды.       — Да конечно! — развел руками Рональд. — Ты ещё Маклагена сюда приплети! Ничего не стоит этот ваш Нотт из-за травмы!       — Зато он красавчик… — обхватив руками локти, облокотившись на стол, произнес Дин. — Да и травму получил как раз таки на поле, считай настоящий боец…       — Не смеши меня… — нахмурилась Джинни. — Лучший игрок Блейз…       — Что?! — возмутился Симус. — Этот бабник – пьяница?! Да он на ногах устоять не мог, а был лишь обед! А сейчас вон, посмотрите… — он выглянул в промежуток между Роном и Джинни. — Вовсе не пришел, отсыпается где-нибудь…       — Тогда Малфой, — не сдавалась девушка. — Знаешь ли он хоть и обладатель северного характера, но всё же играет великолепно!       — Ты ведь несерьезно? Какой ещё Малфой? Эти слизеринские уроды вовсе не умеют играть! — убеждал друзей рыжий.       — Рон, квиддич это в первую очередь игра, а значит побеждает сильнейший, — начал Гарри. — Конечно, они играют не по правилам, но всё же, если бы я не гонялся за снитчем, побеждали.       — Они? — выпалил Уизли. — Победят? Бред полнейший!       — А почему ты считаешь, что они не способны на это? — подала голос Грейнджер.       — Что прости Миона? Ты на стороне этих оборванцев? — удивился Рон.       — Они сильные… И если ваша команда лишится Гарри, то у вас не будет шансов на победу… — бесцветно произнесла она.       — А давайте посмотрим! — подхватил Дин. — Гарри, ты не ловишь снитч, а они получают шанс выиграть?       — Ты предлагаешь отказаться от победы для подтверждения слов? — поднял брови Поттер.       — Да! — оживился Томас. — Мы ничего не потеряем, в любом случае дадим им фору, и они, увидев, что ты не гоняешься за снитчем, а играешь, будут более расслаблены. Именно тогда мы их и в…       — Мы поняли что с ними будет, — прервала его Джинни. — Давай без подробностей.       — Ну что, вы за? Матч уже во вторник… — нахмурившись от замечания девушки, продолжил Дин.       — Я согласен, только остальным как это объяснить?       — За это я возьмусь, — заверил однокурсников мулат. — Как нога, Гермиона?       — Неплохо, — поджав губы, кивнула девушка. Она вновь перевела взгляд на слизеринский стол и увидела ту самую красивую девушку, сидящую возле Драко. Она о чем-то активно ему рассказывала, а он внимательно слушал. Гермиона повернулась к своей подруге. — Джин, а это кто с ним?       — Кто, с кем, когда? — повернув на неё голову поинтересовалась рыжая, но, проследив за её взглядом, усмехнулась. — А ты про Малфоя? Так это же Буш рядом, не узнала?       — Нет… А они что вместе? — неуверенно уточнила староста.       — Я слышала, что они вдвоем уезжали на свадьбу, но колец я у них не вижу, да и странный он рядом с ней, словно терпеть не может. Конечно возможно, когда они наедине, он души в ней не чает, но… Что-то слабо мне в это верится. А ты с какой целью интересуешься? — рассказав, как могло показаться на первый взгляд, всю информацию Уизли устремила на неё свой изучающий взгляд.       — Интересна жизнь моего соседа… — пожала плечами девушка.       — Я полагаю, он влюбился в кого-то по уши, ведь половина девчонкам жалуется, что он не обращает на них никакого внимания. Да и не будет он со всякими ошиваться… В общем он либо занят Циарой, либо гей, — закинув в рот кусочек сыра легко улыбнулась рыжая.       — То есть вариант одержимости кем-то другим ты отмела в сторону? — нахмурилась Гермиона.       — Преобразовала в вариант номер два, — поправила её Джинни.       — Ладно, спасибо, — кивнула девушка, продолжая делать вид, что ужинает. Циара влюбленно смотрела на Драко, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто не подслушивает их разговор. Парень же вполуха слушал её, попивая сок из кубка. Изредка бросал на неё взгляд, будто бы пытался убедиться в достоверности её слов, но у него не было заинтересованности в ней. Буш осторожно дотронулась до его предплечья, от чего он слишком резко дернулся, и заглянула в глаза. Парень что-то грубо рявкнул и отвернулся от неё в сторону своих друзей, которые сидели отстранённо. Гермиона могла предположить, что причиной их подавленного настроения был побег родителей из тюрьмы. Ей стало интересно в каких они остались отношениях со своими отцами. Они любили их? Пытались защитить? Ждали с нетерпением их возвращение домой, так как это делали родители Гермионы, которые теперь живут под другими именами в Австрии, понятия не имея о том, что у них когда-то была единственная и обожаемая дочь?       — Ребят, я пойду, завтра увидимся… — оповестила друзей гриффиндорка.       — Может быть посидишь с нами? — предложил Рон с детской обидой в голосе, словно его обделили невероятно вкусной конфетой.       — Да, мы могли бы поиграть или просто поболтать…? — присоединился Поттер.       — Я немного устала… Увидимся завтра, — неловко улыбнулась она. Это было так странно, её разговоры с друзьями. Теперь золотое трио состоит из Гарри, Рона и Джинни вместо Гермионы, ведь её вычеркнули оттуда ещё в мае, когда отправили девушку в больницу, благополучно забыв о её существовании. И хоть она говорила им, что не обижается, но это не являлось правдой. Как такое можно забыть? Это ведь предательство…       Грейнджер очень устала поэтому как только переступила порог гостиной, мгновенно свалилась на диван, подложив под голову подушку. Она ждала Драко, чтобы попытаться поговорить с ним на не дающую ей покоя тему. И он пришел, но не обратив на неё никакого внимания, проследовал к лестнице.       — Драко… — позвала она его, приподнявшись. — Я хотела кое-что спросить…       — Что? — остановившись на середине, спросил блондин.       — Может быть ты подойдёшь…? — нахмурившись предложила девушка, он, сделав глубокий вдох, подошёл к спинке дивана, встав рядом с ней.       — Что хотела? — устало повторил свой вопрос слизеринец.       — Я… — она замялась, не решаясь спросить его напрямую, и начала теребить пальцами край подушки.       — Ты? — вздохнул он, поторапливая её с мыслями.       — Нет, ничего… — мотнула головой Гермиона.       — О-хо-хо… — он обошел диван и, сев рядом, положив руку на спинку, выжидающе взглянул на неё. — Нет, теперь уж договаривай…       Она пересеклась с ним взглядом, и сердце пропустило удар. Мерлин, так всегда будет? Гриффиндорка шумно сглотнула и выпалила, зажмурив глаза: — У тебя есть девушка?       Но никакого ответа не последовало, поэтому она открыла глаза и увидела, как он с умилением разглядывает её, подперев рукой голову. Вытянутое бледное лицо с узким подбородок, достаточно ярко выраженными скулами, тонкими губами, темными бровями на которые спадали передние платиновые пряди прямых волос приобрело резкие черты, тем самым сделав его более взрослым. Крепкое телосложение благодаря тренировкам, худощавые руки и длинные пальцы. Он действительно возмужал, став настоящим красавчиком. Драко изогнул бровь и, закусив губу, скользнул пальчиками правой руки по её щиколотке вверх.       — А ты как думаешь, Грейнджер? — понизив голос, поинтересовался молодой человек.       — Думаю да… — смутившись, ответила гриффиндорка.       — И кто же она? По твоему мнению…? — все таким же тоном спросил он, скользнув к коленке.       — Ц-циара? — предположила Гермиона, пытаясь не забыться от его прикосновений. Что же он делает? Разве это правильно?       — С чего ты взяла? — придвинувшись ближе и перекинув её ноги через свои колени, уточнил слизеринец.       — Ты… — она напряглась, пристально наблюдая за движениями его пальцев сквозь ткань джинс на своем бедре. — Часто видишься с ней…       — Я и с тобой часто вижусь… — усмехнулся. — Какие-нибудь ещё критерии будут?       — Ну она красива, умна и… — она шумно сглотнула, когда он скользнул на внутреннюю часть бедра. — Подходит тебе…       — Так не только про неё можно сказать, — продвинув руку чуть дальше, прошептал он. И вероятнее всего паре начинал какую-то игру, проверяя её самоконтроль.       — А про кого ещё…? — она почувствовала тепло внизу живота и приподнялась на руках, пытаясь сбежать от его достаточно интимных касаний, хоть и совершённых через ткань.       — Нет, она не в моем вкусе… — Малфой покачал головой, а его губы расплылись в самодовольной ухмылке. У него получилось смутить её.       — А кто в… — спросила она, ведь не могла унять свое любопытство.       — Останется тайной, — откинувшись на спинку дивана, оборвал её Драко. И она нахмурившись, облокотилась на подлокотник, согнув ноги в коленях, чтобы не нарушать личное пространство парня. Они разговаривают, сидят вместе рядом, помогают, ведут себя как… пара?       — Думаю, так тебе будет удобнее, — схватив за щиколотки, положил её ноги на свои, прижав ближе к своему телу её колени. Гермиона ахнула, рассматривая его невозмутимый профиль, но решила не спорить. Это было отличной возможностью быть ближе к тому, кто ей очень симпатизирует. Теперь же ей казалось, что она ему тоже не безразлична, ведь как иначе объяснить его действия? — Грейнджер… — позвал он её через несколько минут, проведенных в тишине.       — Да? — отозвалась девушка.       — Что там насчёт крестражей? — крепче сжал её ноги и посмотрел прямо в глаза. — Ты так и не объяснила, а я просто обязан узнать ответ.       — Ну… Ты знаешь, что это деление души на части с помощью магии? — начала она, чуть приподнявшись, в ответ кивок. — И для того, чтобы создать крестраж, волшебник должен расколоть свою душу надвое, совершив убийство человека. При помощи некого тёмного заклинания одну часть можно будет извлечь из тела без ущерба для жизни и заключить в специально подготовленный предмет, который и является будущим крестражем. После этого часть души будет сохранена до тех пор, пока остаётся целым сам крестраж. Как только крестраж как предмет будет уничтожен или хотя бы повреждён, часть души, доверенная ему, будет также уничтожена. Но не все так просто…       — Ты откапала в библиотеке информацию? — предположил парень. Огонь отбрасывал теплые тени на его лицо, от чего взгляд становился невероятно теплым, к тому же он говорил спокойным, совсем не свойственным ему тоном без колкостей и усмешек. Он выглядел как мечта. Заветная, непостижимая.       — Пока это у меня в планах, но есть догадки, — кивнула она.       — Не томи, — отозвался парень.       — Том Реддл убил Миртл, и она стала призраком, но у неё осталась душа, которая как раз таки и живёт в туалете, а значит возможно, что… — она вздохнула, пытаясь собрать в мыслях наиболее понятное предложение.       — Крестраж можно сотворить не убивая, нужно лишь забрать силы жертвы, что с тобой как раз таки и сделали, — закончил за неё Малфой.       — Да… — немного растеряно кивнула Гермиона. — Именно это я и имела в виду.       — Подожди, — он нахмурился. —Когда ты начала его видеть?       — В свой день рождение, — прикусила край губы и опустила взгляд. Не очень-то хорошие воспоминания у неё были в этот светлый день. — Мне приснился кошмар, не то чтобы в первый раз, но… У меня остался шрам на руке, который ты тогда увидел и… Перед собранием я увидела его в коридоре, где ты оказался…       — Тогда был совершен первый побег? — несдержанно спросил он. — В ту ночь?       — Да… — гриффиндорке очень хотелось узнать, что происходит в его голове в данный момент, чтобы понять почему у него такая реакция на её слова, но навыками оклюменции она не обладала. — Он говорил, что ему кто-то помогает, но… Я не думаю, что в этом замешаны приспешники…       Драко напрягся и встал, убрав её ноги с себя. Гермиона, опустив их на пол, следила за тем, как он пару раз прошёлся от камина к дивану, после чего резко поменяв траекторию, рванул к портрету, скрывшись за дверным проёмом раньше, чем она смогла это осознать.       — Ку… — пискнула она, — …да ты… — не успела договорить до того, как он ушел, поэтому тяжело вздохнув, отбросила подушку на кресло и поковыляла к себе. Она очень уставала ходить, ведь нога все ещё болела, да и хромать ей совсем не нравилось. Хотя кому в здравом уме это может понравиться? Она переодевшись в пижаму легла на кровать и, как только закрыла глаза, отдалась размышлениям. Почему Драко с ней другой? Почему вообще он рядом, когда никто другой не замечает ничего странного? Издевается или действительно что-то чувствует? Кто бы дал нормальный ответ… Она так устала от недосказанности. Девушка вспомнила как нежно и чувственно он целовал её, как обнимал… И ей захотелось, чтобы он оказался рядом с ней прямо сейчас. Помог избавиться от всех проблем и успокоил.

***

      Пасмурное небо и сильный ветер — самая настоящая октябрьская погода. Гермиона очень любила осень, ведь именно в это время она могла беззаботно гулять по тропинкам, шурша листьями под ногами. И она искренне не понимала, почему многие находятся в угнетённом состоянии в это время года. От одного только вида на разноцветные деревья у неё поднималось настроение. Это ведь так прекрасно — природа без магии творит чудеса. Но находясь на улице уже добрых двадцать минут, она наконец признала правоту ненавистников столь чудной поры. Решив, что не замёрзнет, если наденет лёгкую мантию и шарф, девушка отправилась на поле, а теперь пожалела об этом решение. Конечно можно было использовать согревающие чары, но их приходилось бы часто обновлять, отвлекаясь от игры.       Толпы учеников, шумно переговариваясь между собой, сидели на трибунах. С минуты на минуту должен был начаться матч между Гриффиндором и Слизерином. Гермиона сидела одна в первом ряду и ждала появление игроков на поле. Больше всего она хотела увидеть Драко, который начал избегать её после вечера субботы. Он совсем не появлялся в башне, ночевал вероятно в слизеринском общежитии, а за вещами забегал незаметно, пока гриффиндорка была занята. И она страдала от этого, ведь хотела поговорить с ним и прикоснуться. Да в конце концов он же не выполняет своих прихотей. Говорил не отходить от него ни на шаг, а сам бегает от неё по всей школе, словно был беззащитным кроликом в лесу полном охотников. В воскресенье он не вышел провожать учеников в Хогсмид, поэтому это пришлось делать самой девушке. И целый день она провела с друзьями, которые таскали её по кафешкам и магазинам. Понедельник прошел в библиотеке, где она пыталась найти информацию о крестражах и темной магии в уцелевших после войны книгах. Все поиски безрезультатны. И сегодня она планировала сразу после матча ускользнуть от друзей в свое любимое тихое место, чтобы не участвовать в вечеринке в честь победы или не выслушивать причитания из-за проигрыша. Раздался громкий протяжный звук трубы, и толпа затихла, устремив взор вниз. С двух сторон вышли две команды в цветной форме. Уверенные и расслабленные серебристо-зеленые и готовые порвать красно-золотые. Они сошлись на середине на расстоянии, и вперёд шагнули капитаны. Малфой горделиво подошёл к Поттеру, и чуть склонившись над ним из-за разницы в росте, что-то произнес, от чего Гарри сжал кулаки. Слизеринец оседлал метлу, и по свистку игроки взлетели ввысь.       — Давай, Гарри! Уделай их! — кричали из толпы, надеясь на победу Гриффиндора, не зная, какой план задумала команда. Гермиона же внимательно следила за ловцами, взмывшими вверх на добрых двадцать километров от земли, а то может быть и больше. Драко буркнул что-то Блейзу, пролетавшему мимо, и принялся за поиски золотого мяча. Гарри внимательно следил за ходом игры, вовсе не прилагая никаких усилий.       — Эй, Поттер! — кричали из толпы, пытаясь привлечь его внимание.       — Снитч там! — третьекурсники указывали в сторону кольца противника.       — Лови скорее! — выкрикнула Эдит, чуть склонившись над перилами.       Рон пытался сосредоточиться на защите колец. Джинни устроила состязание с нападающим своей же команды.       — Забини удалось забросить мяч в кольцо соперника! — оповестил судья. — Десять очков Слизерину!       Слизеринцы и некоторые пуффендуйцы восторженно воскликнули, а когтевранцы и гриффиндорцы завыли. Драко метался по всему полю в попытках поймать мяч, пролетая мимо трибун красно-золотых множество раз. Гермиона отметила его физическую форму, она и раньше обращала на это внимание, но сейчас к его персоне у него возник больший интерес. Метла полностью подчинялась любым прихотям хозяина, совершая резкие повороты и взлеты. Девушка не видела его выражение лица, но была уверена, что он сейчас крайне сосредоточен, а передние непослушные прядки спадают ему на лицо.       — Кто пустил Поттера на поле?! — выкрикнул какой-то парень в толпе.       — Он совсем ослеп, ему лечиться нужно! — поддержал возмущения пятикурсник.       — Очки не справляются с задачей?! — в этот раз возмутилась девушка.       — Почему он не ловит снитч? Хочет отдать выигрыш змеенышам? — вслух высказывалась Эдит, явно не понимая что происходит.       — Семьдесят сорок в пользу Слизерина! — прокомментировал судья после очередного удачного броска мулата. — Кто же одержит победу?       Гермиона бросила взгляд на своих друзей, играющих на поле, и оглянулась назад, чтобы увидеть лица учащихся. Многие с неприязнью смотрели куда-то сквозь неё, заставив проследить за их взглядом. Перед ней на метле сидел Малфой, высматривая снитч глазами. Девушка внимательно его оглядела. К телу прилипала зелёная форма, а передние пряди намокли от пота. Ледяной взгляд и напряжённое тело. Впервые в жизни она заметила, что он сутулится, от чего она тихо хмыкнула. Драко не обратил на неё внимание и рванул ввысь, вероятно наконец найдя свою цель.       — Восемьдесят сорок в пользу Слизерина! — восторженно воскликнул судья.       Рон подлетел к Гарри и что-то сказал, размахивая руками, определённо выражая свое негодование, после чего взлетел ввысь за Малфоем. Поттер метнулся к ним, но обернувшись на незащищённые ворота, остановился у них. Джинни вновь устроила состязание, но на этот раз с Блейзом, пытаясь не подпускать его к своей части поля, но её окружили двое слизеринцев, помогая мулату подлететь к кольцам.       — Девяносто сорок в пользу Слизерина! Забини вновь удалось принести очки команде! — объявил судья. Обстановка накалялась с каждой секундой. Гриффиндорцы явно проигрывали. Ученики разделились на два лагеря одни поддерживали серебристо-зеленых, вторые красно-золотых. С разных концов поля доносились кричалки двух факультетов, но с неразличимыми словами, ведь все звуки смешались воедино. Малфой и Уизли показались на середине поля и пролетели мимо трибун Когтеврана. Рон пытался сбить Драко с метлы, но тот лишь усмехался, выворачивая в воздухе многочисленные пируэты. Блондин выбился вперёд и вытянул руку, резко повернув преградив путь рыжему, который, дернув метлу, полетел вниз. Слизеринец широко улыбнулся и поднял руку сжатую в кулак вверх. Все ученики замолчали, внимательно наблюдая за его действиями, пытаясь осознать происходящее, пока судья не объявил. — Плюс сто пятьдесят очков Слизерину! Драко Малфой поймал снитч!       Протяжный звук трубы оглушил всех присутствующих. Грейнджер непроизвольно улыбнулась, а все вокруг завыли. Все кроме болельщиков серебристо-зеленых. Игроки спустились на землю, и на Драко тут же налетели его сокомандники, заключая в крепкие объятия. Гарри сразу же направился в раздевалку, а Рон понесся за ним, активно размахивая руками. Болельщики спускались с трибун, желая поскорее пройти к своим кумирам. Малфой направился к раздевалкам, на его пути выстроились девушки, желая поздравить его с победой, но он, не обращая на них никакого внимания, прошел мимо. Гермиона решила отправиться в башню, ведь изрядно устала, да и замёрзла не на шутку. Она шла одна и постоянно обгонялась небольшими компашками учеников, которые ходили намного быстрее из-за отсутствия травм.

***

      Девушка еле высидела ужин, ведь просто не могла ощущать на себе и друзьях косые взгляды и перешептывания. Так ещё и перепелка друзей…       — Отличный у вас план… — буркнул Рональд. — Просто замечательный!       — Скажи это вратарю, оставившему кольца без защиты! — огрызнулся Гарри.       — Я бы их не оставил, если бы ты хотя бы попытался поймать снитч! — высказал в свою защиту рыжий.       — Мы это уже обсуждали! У нас были все шансы на выигрыш, если бы не вратарь! — брюнет метнул разочарованный взгляд на друга.       — Чем я виноват?! — возмутился парень.       — Нужно было не на меня смотреть, а за квоффлом следить! Ну знаешь, такой кожаный мячик, который бросают в кольцо противника! Ах, надо же… — притворно улыбнулся, будто бы только что осознал важную вещь. — В этом и заключается задача вратаря!       — А ну заткнитесь оба! — прервала их Джинни строгим тоном. — Надоели! Три часа об одном и том же талдычите! Не устали?       — Не лезь, Джин! — огрызнулся избранный.       — А ты не затыкай её! — выпалил её брат. — Смелый что ли?       — Ну уж поумнее! — скривился Поттер.       — Чего? — отбросив вилку на стол переспросил Рональд.       — Так, а ну хватит! — в этот раз вмешалась Гермиона. — Все виноваты, в том числе те, кто придумал это состязание.       — Ты-то тем более не лезь! — прервал её рыжий.       — Что прости? — переспросила гриффиндорка, подняв брови. Почему это вдруг он так ей отвечает?       — Ты ничего в этом не понимаешь, так что не суди нас! Вам девушкам вообще не место в этой игре! — буркнул он, уткнувшись в тарелку.       — А где нам место по твоему мнению? — нервно рассмеявшись спросила Джинни.       — На кухне и с детьми! — ответил Уизли. — Лезете постоянно куда не надо!       — Ах так? Ну тогда и пиши все контрольные сам! А я посижу с эльфами на кухне и поболтаю с этими прекрасными существами по душам! — Грейнджер поднялась с места и последовала к выходу.       — Я не это имел в виду! Гермиона, стой! Завтра ведь контрольная! — но она не реагировала на его реплики, он уже достаточно произнес за сегодняшний день. Девушка шла в башню будучи находясь в состоянии полного морального опустошения. Её ждал еще один вечер в полном одиночестве — ничего нового. Гостиная встретила уютом и теплой атмосферой. Перед уходом гриффиндорка разожгла камин, поэтому сейчас в комнате было достаточно комфортно. Языки пламени отбрасывали теплые тени, заполняя собой часть пространства. Другого освещения и не требовалось, и так было светло. Грейнджер села за стол и принялась за доклад по темным искусствам, но не обнаружив чернил на столе, полезла за ними в шкаф стоящий рядом. Девушка быстро нашла свою цель и задержалась взглядом на магическом радио. Что если включить его? Все равно одна, а так хотя бы скучно не будет. Она чуть подвинула книги на столе в сторону, освобождая место для радио и включила его. Шипение разнеслось по комнате, но через мгновение заменилось на голос Скитер.       — И что же вы собираетесь сделать? — задала кому-то вопрос, беря интервью Рита. — С момента побега приспешников прошло четыре дня!       — Ох… Ну тебя ещё здесь не хватало! — возмутилась Гермиона, переключая волну. Она надеялась поймать маггловскую станцию, чтобы послушать музыку и отвлечься от проблем. И удача спустя десять минут все же оказалась на её стороне. Из радио доносилась знакомая ей маггловская мелодия, и девушка принялась за доклад. Сильно ли она уставала от учебы? Невыносимо. И она не понимала почему так происходит, ведь всегда во всем была первой и иногда единственной. Сделать реферат? Вот, пожалуйста! Ответить правильно на уроке, когда никто другой не справляется? Легко! Ну, а что насчёт дополнительных материалов? Все знает наизусть. Разбуди её посреди ночи и услышишь отскакивающий от зубов материал, словно она и не спала вовсе, а учила текст, но только с закрытыми глазами. И возможно так было бы и дальше если не война. Да, это затронуло всех. Не одна она проживала год в страхе. Но все живут дальше, а Грейнджер утонула в собственных проблемах. Кончились силы и возможности. Прежняя гриффиндорка мертва, теперь осталась лишь её жалкое подобие, которое доживает последние деньки. Трек: home edith whiskers       До её ушей долетела до боли знакомая мелодия, и она замерла, вглядываясь в пергамент, на котором не было выведено ни слова за последние пять минут. Гермиона отложила перо в сторону и чуть отодвинула стул назад, уставившись на радио. В голове пронеслась вся её жизнь, начиная с первых дней существования, которые она проводила с родителями, заканчивая войной и тяжёлыми последствиями. Родители… Это была их песня… И Гермиона знала это, поэтому слезы подступили к глазам. Она больше никогда не увидит их вместе и счастливыми. Никогда не окажется в их крепких объятиях и не скажет насколько их любит. Она поднялась, шмыгнув носом, и встала оперевшись руками на спинку стула, внимательно прослушивая мелодию. Мамин сад. Родные места. Уютный домик в забытом богом районе Лондона. Небольшая белая лесенка на крыльце и огромные окна по бокам от двери. На первом этаже гостиная и кухня, на втором три комнаты — гостевая, её спальня и спальня родителей. Был и нулевой этаж со стиральной машиной, сушилкой и различным хламом. Там хранился её красный велосипед, на котором она все детство каталась в парке неподалеку от дома под пристальным контролем отца. А потом они возвращались домой, где их ждал приготовленный с любовью ужин. Мама встречала её крепкими объятиями и провожала к столу. Она всегда слушала её истории из парка о том, как они с отцом кормили уток хлебом или собирали цветочки, плетя венки, а потом давала мороженое или другую сладость. Гермиона бежала в гостиную рисовать или читать книги вместе с родителями, которые сидели на диване и смотрели какие-нибудь фильмы. Она всегда чувствовала себя любимой и нужной в семье. Её всегда понимали и поддерживали. И приняли её редкий дар — магию. Мисс и мистер Грейнджер всегда присылали ей подарки и деньги, чтобы их единственная любимая дочка ни в чем себе не отказывала, хоть это и было слишком для их среднестатистической семьи. Родители, работая дантистами, вовсе не получали миллиарды, бывало что еле набиралось двадцать тысяч долларов в месяц. И из своих сбережений они отсылали деньги дочери, заведомо зная, что валюта галеонов от долларов отличается в разы. Все для неё. Все для её счастья. Тихий всхлип слетел с её уст, и она прикрыла рот рукой, отступив на шаг от стула. Девушка знала наизусть слова песни, не раз её слышала в своем собственном доме или на видео записи со свадьбы родителей. И она начала тихо подпевать дрожащим голосом. Слезы лились по щекам, но она из вытерла рукавом, не желая признавать свою слабость. Её голос все же был слышен сквозь радио и звучал бы лучше, если не дрожь.

Oh, home, let me come home Ооо, домой, отвези меня домой. Home is wherever I'm with you Дом там, где я с тобой. Oh, home, let me come home Ооо, домой, отвези меня домой. Home is wherever I'm with you Дом там, где я с тобой.

Она почувствовала чье-то присутствие и повернула голову на дверной проем. Статный высокий парень с платиновой макушкой с чересчур растрёпанными волосами и закатанными рукавами белой рубашки. Он стоял, сложив руки на груди, облокотившись головой на стену и скрестив ноги в щиколотках. Невозможно было определить его настроение, но он явно был в недоумении. Заиграла другая песня, намного веселее прежней по мотивы, но гриффиндорка её не знала.       — Что случилось? — бесцветно спросила девушка. — Почему ты здесь?       — Это не только твоя башня, — оторвавшись от стены произнес блондин.       — Последние четыре дня ты здесь не появлялся, — подметила Грейнджер. — Я начинала думать, что съехал, оставив её в мое распоряжение.       — Скучала по мне? — с ноткой насмешки уточнил слизеринец.       — Поздравляю с победой, — Гермиона внимательно осмотрела его профиль, пока он приближался, огибая диван. Не удалось прочесть ни единой эмоции.       —Не думала пойти в певицы? — вдруг задал вопрос блондин, встав прямо перед ней и сложив руки в карманы брюк. — У тебя хорошо получается.       — Спасибо, — коротко кивнула она, после чего решилась взглянуть в его глаза. На неё никто так раньше не смотрел. Нежность и любовь плескались в его зрачках, окантованных серой радужкой, которая из-за недостатка света казалась слишком темной. Гермиона тонула, ускользала на самое дно от встречи их глаз. Он приподнял её лицо за подбородок и легонько провел большим пальцем по её губе.       — Тебя никто не обижал? — спросил он абсолютно безэмоционально, в ответ девушка мотнула головой. — У меня для тебя кое-что есть… — Малфой достал из кармана пузырек с зелёной жидкостью и, подняв её ладонь, вложил зелье в неё. Грейнджер уставилась на него в недоумении, а он, улыбнувшись, объяснил. — Это должно помочь от видений. Не уверен, что поможет, но попробовать стоит. В любом случае это тебе не навредит.       Он за неё переживает. Она посмотрела на пузырек, потом на него и заключила парня в крепкие объятия, уткнувшись в его плечо. Блондин напрягся, но всё же приобнял её, коснувшись двумя руками спины.       — Спасибо, Драко… — прошептала она, посильнее обхватив его шею.       — Пока не за что, Грейнджер, — сильнее прижимая к себе гриффиндорку, ответил Малфой.       Он единственный, кто видит её в таком состоянии и принимает её. Только он помогает и переживает, хотя не должен. И ей хотелось, чтобы так было всегда. Она чувствовала себя любимой, нужной, настоящей, живой… Ему не нужна была от неё помощь в решении трудной контрольной или доклада, он не просил её списать домашнее задание, не говорил ничего плохого, даже наоборот, был любезен. И все это затуманивало её разум, заставляя быть действительно счастливой. И пусть она ему доверится, обожжется, но получит наконец-то то, в чем нуждалось все это время. Внимание, тепло и ласку.