Замёрзшие

      Это так странно — обнимать девушку в которую влюблен, но не иметь права забрать её себе. Как с этим справляться? Что делать в таких случаях? Почему его этому не научили? Зачем ему знать какими погаными словечками нужно обозвать всех окружающих, но так и не научиться общаться с прекрасными созданиями.       Драко просто ушел к себе, оставив Гермиону одну в гостиной под какую-то маггловскую брехню. В его голове уже несколько дней всплывал тот самый вечер, она пела песню дрожащим голосом, который мог показаться ужасным, если принадлежал кому-либо другому, но не у неё. Она обняла его. Сама. И он почувствовал, что что-то в его сердце дрогнуло, волнами посылая по всему телу тепло. Угораздило же его обратить внимание на это кудрявое недоразумение. Такую правильную и вечно контролирующую все и всех вокруг себя, лучезарную и заражающую, способную одним только прищуром своих манящих карих глаз заткнуть любого. Но сейчас она такой не была. Осталась лишь жалкая обложка никчемной копии искусно выполненной настоящими профессионалами. В ней он узнавал себя на шестом курсе, когда отказывался от помощи и закрылся в себе, надеясь, что хоть кто-то удосужится обратить внимание на его персону, предложив помощь. И Гермиона в отличие от него эту помощь получила, правда от человека, который причинял ей боль всю жизнь. Драко поклялся сам себе, что никогда не допустит такого состояния у окружающих. Он знал насколько это больно — не ощущать поддержки и тепла. Поэтому, пересмотрел все свои жизненные принципы начал с малого — заключил перемирие с золотым трио, вернее дуэтом, после суда. Второе июня 1998. Просторный кабинет с бежевыми стенами и мебелью из темного дерева. Драко сидит в кресле с видом абсолютного умиротворения снаружи, но ураганом внутри. Дверь открылась, и внутрь комнаты проскользнули два молодых человека с одной девушкой. Брюнет с очками круглой оправы, рыжий с россыпью веснушек на лице и девушка с огненными волосами и пустыми глазами. Парни в костюмах, а представительница прекрасного пола в черном свободном платье с длинными рукавами. Все потрёпанные и опустошенные. Драко встал с места и подошёл к Поттеру, тут же начиная свою речь.       — Пожалуйста… — начал он слишком жалобно. — Прошу тебя, спаси их… Они ведь не дали тебе сдохнуть. Она соврала Лорду, так отплати ей жизнью. А он… Он ведь тоже вам помог. Он дал вам шанс спастись, не призывая Лорда… Это ведь дело одной секунды, а он… Он этого не сделал.       — Успокойся, — спокойно отозвался парень.       — Пожалуйста, Поттер, — он дотронулся до его плеч, взглянув в глаза. — Проси взамен что хочешь, только дай им жизнь. Хоть меня посади за решетку на пожизненное заключение или… Отдай дементору прямо сейчас. Хочешь убей меня своим Экспеллиармусом… Что угодно…       — Хватит, Малфой, — брюнет убрал его руки от себя. — Успокойся. Решать их судьбу не мне.       — Так помоги сделать судьям правильный выбор. Посодействуй. Скажи правду. Скажи, что они спасли тебя. Молю, Поттер…       — Проходите, — заглянув в кабинет, позвала невысокая старушка с красными волосами и очками полумесяцами. Уизли сразу вышли, Гарри последовал их примеру. Драко мгновение смотрел на закрытую дверь, но всё же удалился из кабинета. В зале суда было множество репортёров и обычных зевак, решивших позлорадствовать приговору, расположившихся на рядах справа и слева от кресла судьи. В центре в клетке стояли его родители в свободных серых сорочках, больше схожих на одежду эльфов. Нарцисса была бледна как ночь и Люциус с потухшим взглядом, но надменной ухмылкой. Истинный придурок, раз решил показать свое нутро в этот момент. Члены суда Визенгамота в полном составе расположились на сидениях напротив обвиняемых в бордовых мантиях с золотой буквой «В» на левой стороне груди. Драко сглотнул ком в горле и сел на место, встретившись взглядом с мамой. Его лучиком света в прогнившем мире.       — Начинаем слушание по делу Люциуса и Нарциссы Малфой. У вас есть право не соглашаться с выдвигаемыми обвинениями и принести доказательства вашего непричастия, — начал судья. Драко смотрел на свою маму, что тепло ему улыбалась, вовсе не слушая ход заседания. Она впустила его в свой разум, и он увидел, как она крепко его обнимает и говорит, что любит его. Они гуляют по саду мэнора и просто ведут разговор ни о чем и обо всем сразу. Конечно же такого не могло происходить в реальности, это были лишь её желания, но они были слишком болезненными для восприятия. Её могут приговорить к смерти.       — Гарри Джеймс Поттер, верно?       — Да, ваша честь, — кивнул парень, встав у трибунала. — Я являюсь членом Ордена Феникса, храбро сражавшихся со злом. Сейчас же я хочу кое-что прояснить перед вынесением вердикта.       — Внимательно вас слушаем.       — Я клянусь говорить правду и только правду, ничего кроме правды, — начал Гарри, а внутри у Драко все перевернулось. — Я хочу сообщить о важном содействии семьи Малфой в победе Ордена. Люциус Малфой спас жизнь мне и моим друзьям в Малфой-мэноре, задержав вызов Лорда, чтобы дать нам спасение.       — Задержал? — переспросил кто-то из присутствующих.       — Верно. Насколько мне известно вызов Лорда по метке с помощью заклинания занимает не больше пары секунд, а мистер Малфой минуты две возился с одеждой, открывая предплечье, пытаясь отсрочить появление Волан-де-морта.       — Что ж… Вы хотите высказаться только в защиту Люциуса Малфоя?       — Нет. Нарцисса Малфой тоже помогала, соврала Лорду, сообщив о моей смерти после непростительного заклятия. Он убил бы меня, если не содействие этой женщины. Благодаря им сейчас мы все живём, не боясь за свои жизни. И если это возможно, а я надеюсь, что вы прислушаетесь к герою войны, то сохраните жизнь этим людям. Они все же поняли, что встали на неверный путь и исправили некоторые свои ошибки. Мне больше нечего добавить, но надеюсь, что я сказал достаточно для принятия вами решения.       — Объявляется перерыв на час, судебная коллегия удаляется для вынесения решения. Люди поднялись со своих мест и суетливо направились к выходу, стараясь поймать Малфоя-младшего, чтобы задать едкие вопросики для своих жалких статеек. Но он уже вышел в коридор, скрывшись в кабинете перед залом суда, который являлся некой комнатой ожидания. Он хотел бы не замечать как идёт время, но вместо часа прожил, казалось, век, истязая себя сомнениями. Из-за двери выглянула старушка, позвав парня обратно в зал суда для прослушивания приговора. И вот он с натянутой маской безразличия садится на место, смотря в никуда.       — Люциус и Нарцисса Малфой являющиеся верными приспешниками Волан-де-морта в связи с выяснившимися обстоятельствами приговариваются к пожизненному… — Драко зажмурил глаза, крепко сжав кулаки, пытаясь сглотнуть ком в горле, — Ограничению магии, но сохранению жизни. Вы будете находиться под пристальным контролем министерства, и при малейшей ошибки приговор будет пересмотрен. Кто-то в толпе ахнул. Кто-то похлопал. А он почувствовал соленый вкус на губах от слёз. Вспышки камер вероятно бы его ослепили, будь он с открытыми глазами. Блондин вылетел из зала и закрыл рот кулаком, дабы не пропустить ни единого всхлипа со своих уст. Они живы. Они будут жить. Все получилось. Теперь мама сможет обнять его и прогуляться по саду. Все плохое позади. Они снова будут вместе, как настоящая семья. Парень слонялся по коридору у двери и пытался вспомнить как дышать, пока не почувствовал похлопывание по плечу и взглянул на брюнета, стоявшего рядом с робкой улыбкой на губах. Они ничего не говорили, просто молча буравили друг друга взглядом. Малфой протянул ему руку, которую Гарри крепко пожал. Ни единого слова. Они договорились глазами забыть о прежних обидах и начать новую жизнь. Они спасли друг друга. И хоть Уизли были этому не очень то и рады, но свое недовольство не показывали. Теперь началась новая жизнь. Мир во всем мире.       Драко Малфой изменился, по крайней мере попытался. Он хочет жить обычной жизнью с любимой девушкой и в дружной семье, на подобии семеек магглов. И он хочет добиться своей любви, чтобы вечерами в старости вспоминать это чудное время. Слизеринец избегал Гермиону по одной простой причине — боялся. Он ненавидел себя за то субботнее происшествие, когда он воспользовался ей. Да, именно воспользовался. Не то чтобы он не планировал в дальнейшем с ней контактировать, просто не должен был раздевать её и выбивать стоны из невероятно красивого, манящего, податливого тела. Нет, это было неправильно. Нужно было бегать за ней года два, а может три, возможно четыре, ведь Гермиона правильная девочка, с характером. Никогда не допускает ничего лишнего в отношениях с кем-либо, а он… Грязно целовал её на столе в открытом кабинете. Чертов ублюдок. Нужно будет найти ответ в библиотеке в какой-нибудь книге на вопрос «как врезать самому себе, да побольнее, чтобы мозги на место встали?».       Драко сидел на совмещённой паре зельеварения с Когтевраном и постоянно ловил на себе взгляды Кейт. Чего ей нужно? Профессор Слизнорт объяснил задание и сказал разбиться на пары между факультетами. Сговорились что ли? Слизеринцы недовольно фыркнул и разошлись по рабочим местам, ожидая пока их будущая парочка соизволит подойти к ним.       — Не против? — подлетела к нему Ален с мягкой улыбкой.       — Ну уж лучше ты, нежели какой-нибудь имбицил, — огрызнулся он, открывая книгу на нужной странице.       — Какой ты чёрствый… Я за ингредиентами, — она собиралась развернуться, но увидела, как парень заклинанием призвал все необходимое, не желая толпиться в тесной коморке.       — Это называется магия, вряд ли тебе известно о её существовании, — пояснил он, увидев её поднятые вверх в немом вопросе брови. Кейт усмехнулась и принялась вычитывать рецепт зелья, в то время как Драко уже зарезал листья мирта для приготовления Усыпляющего зелья. Странно, что по программе его поставили именно на седьмой курс, хотя с другой стороны, если дать этот рецепт в руки какому-нибудь третьекурснику, то половина школы будет спать как младенец. Девушка закатила глаза и тоже приступила к работе.       — Ты говорил, что у тебя есть девушка… Хотела узнать это Гермиона или твоя жена…? — начала когтевранка, когда Драко уже обрадовался тишине.       — Помешивай молча, — прервал он её, сделав глубокий вдох.       — Тогда о чем таком вы с Гермионой разговаривали в субботу в кабинете, что уронили все бумаги на стол, а на одежде появились заломы…? — девушка добавила в котел пару капель сока шиповника.       — По-моему, я попросил тебя заткнуться и следить за зельем, — Малфой говорил шепотом в отличие от неё, ведь пару слизеринцев обернулись на них в недоумении, услышав отличные материалы для сплетен.       — Так ты женат или нет?       — Ален… — прошипел он сквозь зубы.       — Ааа… Я поняла… — она кивнула, взглянув на его профиль. — Это секрет… То есть вы с Гермионой уже поженились…       — Мы не женаты, — выпалил он. —Больше тебе скажу, я тоже не женат. И она не замужем.       — Ну смотри, раз она не замужем то можно и поспешить… — с намеком пропела семикурсница.       — Как думаешь, если я тебя сейчас убью, а труп закопаю где-нибудь на опушке леса, о тебе скоро спохватятся? — как бы невзначай спросил блондин, сжав в руке нож.       — А ты ей между прочим нравишься… — в этой брюнетке вероятно был нескончаемый запас бесстрашия.       — Я просил работать в тишине, — вновь прошипел слизеринец.       — Она так теряется рядом с тобой… — Кейт вовсе не воспринимала его угрозы, а ему стало интересно, что ещё она там заметила, поэтому парень просто молча уставился на неё. — И ты на неё так смотришь… Я даже завидую ей… Не то чтобы я хотела, чтобы ты на меня так смотрел, ну, то есть вообще смотрел, но… Вы очень красиво смотритесь вместе. Ты такой брутальный, а она такая… Умная, сдержанная и сильная… Не в физическом плане, а в моральном… И детки у вас будут красивые…       — Ален… — прервал её Драко. — Может быть ты еще правнуков наших представила? Ересь не неси!       — Зря ты так. Прислушайся к моим словам и не упусти своё счастье… Она между прочим от тебя шагов ждёт… — девушка мягко улыбнулась и продолжила в тишине готовить зелье.       Малфой принялся помешивать содержимое котла, обдумывая только что услышанное им. Он часто слышал от Пэнси о том, что девушки обладают способностью понимать все по глазам и обычным действиям, но столкнуться с таким умением в реальной жизни от по сути первого встречного, так как они раннее с Кейт не общались, казалось каким-то сверхъестественным. Неужели Грейнджер действительно ждёт шагов? Ей не все равно? Она… Слишком много мыслей о ней в его голове. Когда это он решил, что думать о ней и их отношениях абсолютно нормально? Почему так легко принял свою влюбленность? Откуда вообще эта влюбленность? Что за бред?!       Как только кончился урок, Драко вылетел в коридор, направляясь в гостиную Слизерина, где стал в последнюю неделю постоянным гостем. Он столкнулся с Асторией в дверях и, буркнув себе под нос о слишком частых столкновениях с её персоной в коридорах, прошел дальше. Ему нужно было проверить зелье, которое он варил для Грейнджер в своей бывшей спальне и просто прийти в себя. Даже здесь она. Засела же, чертовка, в голове! Парень добавил сушёную траву в варево и стянул с себя галстук, подлетая к окну, чтобы вдохнуть воздуха. Ему нужно было дышать чем-то кроме воспоминаний о ней. Так нельзя. Это безумие. Гребенная одержимость. Ветер пустил мурашки по коже и взъерошил его волосы, укладкой которых он в последнее время совсем перестал заниматься. Стук в дверь, а через мгновение в комнате уже был слышен стук каблуков. Как ни странно, но Драко знал кто пришел, даже не оборачиваясь.       — Что? — сухо спросил он.       — Я… Обещала рассказать тебе если что узнаю… — раздался бархатный голосок. — Они… Находятся в поместье семьи Буш. Мама прислала письмо мне о просьбе не писать ей, ведь почту могут проследить. Расположились приспешники на верхних этажах. Дом защищён, поэтому их вряд ли смогут найти — слишком мощные древние чары. Я… Пока это все, что я знаю.       — Есть письмо? — сухо поинтересовался Малфой и боковым зрением увидел, как аккуратная женская рука подвинула к нему пергамент. — Можешь быть свободна, — кивнул он, все ещё не смотря в её сторону.       — У тебя все в порядке? — осторожно спросила девушка. — Может быть ты хочешь поговорить?       — Я тебе в ораторы нанимался, или с чего ты вдруг решила, что я буду перед тобой распинаться? — выпалил блондин.       — Ты груб, — тихо отозвалась слизеринка. — Я решила поинтересоваться твоим самочувствием, потому что мне не все равно на тебя. Ты ведь не просто так уже практически неделю здесь ночуешь, имея свою собственную комнату в башне старост.       — Ты очень наблюдательна, но не достаточно, раз не поняла в моих словах намек на твое скорейшее исчезновение из этой комнаты, — оторвавшись от подоконника, прошипел Малфой. Их взгляды пересеклись. Она не боялась, гордо стояла в двух шагах от него, умудрившись изогнуть бровь, выбесив при этом парня. Он закатил глаза, и захватив сумку, обогнул её, направляясь к двери. Борясь с желанием хорошенько огреть её чем-нибудь, да посильнее. Нервная система полетела окончательно, пора лечиться, так и до психушки недалеко.       — Ты не прав, Драко, — донеслось до него на лестнице, от чего он развернулся к шестикурснице. Она спустилась на пару ступеней, теперь их разделяли две, и продолжила. — Я тоже человек. Ты не можешь распоряжаться всеми, рассчитывая на их беспрекословное подчинение. Ты ни вождь, ни царь, ни министр — обычный человек, хоть и истинного аристократичного происхождения, — она говорила ровно, даже самоуверенно, вовсе не в своей привычной манере речи. — И будь добр, не сметь со мной разговаривать в таком не пренебрежительном тоне. Я тебе ни кукла, ни игрушка, ни развлечение на пару ночей — человек!       — А то что, Циара? — насмешливо скривился. — Побежишь к папочке просить защиты? — знал, что она его боится, поэтому решил поставить на место. — А может к мамочке?       — Мне хотя бы есть к кому бежать, Драко, — задела ножом самое сердце, вот тварь. — Дома меня всегда ждут и любят… — она ядовито улыбнувшись, прошла мимо, не проронив больше ни слова.       — Поганая дрянь! — прошипел он ей в след, девушка, повернувшись к нему через плечо, подарила мягкую улыбку. Играет по его правилам. Ну-ну… Посмотрим ещё кто кого.

***

      Драко сидел в библиотеке, читая учебник для поиска необходимых ему ингредиентов. Уже целый час молодой человек провел в самом дальнем конце хранилища книг. Здесь его никто не тревожил, здесь вообще никто не проходил. Ему даже удалось частично выкинуть из головы уже ставшую любимой кудрявую макушку, но есть один нюанс. Мазь, для которого он искал ингредиенты, была как раз таки для неё. Он услышал странный ритм шагов, словно кто-то хромал. Кого сюда занесло? Парень повернул голову и замер, явно не веря своим глазам. Девушка вскинула голову вверх, рассматривая корешки книг в поисках нужной.       — Грейнджер…? — подал он голос, от чего гриффиндорка вздрогнула. Она его не заметила, ещё бы нет. Слизеринец сидел в темном уголке, который освещался одной уже прогоревшей на половину свечой. Девушка нахмурилась и чуть склонила голову набок, рассматривая его фигуру. Сидел он как самый настоящий простофиля — задрал ноги, скрестив их, на стол и откинулся на спинку стула.       — Малфой? — она сложила руки за спиной. — Что ты здесь делаешь?       — А чем обычно занимаются в библиотеке? — она медленно облизала губы, чуть смутившись от его резкости, а он внимательно проследил за движениями её языка, отложив книгу. — Что тебя привело в эту секцию?       — Пытаюсь найти хоть что-то о крестражах… — она сделала робкий шаг в его сторону.       — Иди в башню, я скоро приду, — убрав ноги со стола, велел ей блондин.       — Что? В смысле? А как же…? — слишком много вопросов слетело с её уст.       — Ты здесь ничего не найдешь, — он взмахнул палочкой и все бумаги со стола аккуратно сложились в стопку. — Книги были уничтожены для безопасности сама знаешь кого. Этим занимался Снейп на седьмом курсе. И нет, Грейнджер, никто не оставил ни единой строчки. Иди в башню, жди меня.       — Почему мы не можем дойти вместе? Все равно ведь в одной сторону… — она присела на край стола, положив одну ногу на другую.       — Будешь ждать меня? — уточнил слизеринец, пытаясь понять не снится ли ему все это. Гермиона Грейнджер сидит на столе в библиотеке, ожидая пока её давний враг закончит свои дела, чтобы вместе вернуться в башню. Истинное сумасшествие, не иначе.       — В любом случае, так какая разница здесь или там…? — она игриво улыбнулась и дальше продвинулась на столешнице. Чертова ведьма, что же творит? Убрал, называется, её из своей жизни. Драко закрыл книгу и поставил её на полку, также поступил с остальными, уловив пристальный взгляд гриффиндорки на своей руке. Даже в тусклом освещении он заметил, как на её лице проступил румянец. О чем же она подумала?       — Что-то случилось, Грейнджер? — с насмешкой спросил блондин. Она захлопала ресницами и, вздохнув, отвела взгляд. — О чём думала? — задал он скорее риторический вопрос, ведь оба поняли о чем именно, но озвучить не решились.       Драко расставил все книги и, вложив пергаменты в сумку, забросил её на плечо. Гермиона подняла на него робкий взгляд с недоверием рассматривая протянутую им ладонь. Все же помнила, чем именно кончилось прошлое его такое предложение. Девушка сама слезла со стола и пошла вперёд, гордо подняв нос. А вот и прежняя Грейнджер. О да… Такая ему нравилась больше всего. Неприступная, строгая, справедливая. Та самая. Он внимательно следил за её походкой. Прямая спина и относительно ровные шаги для хромого человека. Пышная копна кудрявых каштановых волос в ритм спадала по хрупким плечам, скрытых плотной тканью свитера, некий вечный механизм. Парень пытался погасить в себе зудящее желание приблизиться к ней и прошептать на ухо следующее: «Не могла бы ты не вилять бедрами, это выглядит слишком вызывающе? Тебя буквально поедают взглядами все эти похотливые безумцы!». К слову он был как раз таки одним из них, но вот как здесь возможно оторваться? Ему хотелось врезать всем глазеющим на неё, но он держался, бросая на них полные злостью взгляды, беспомощно сжимая ремешок сумки. Гермиона остановилась посреди коридора и повернулась к нему с застывшим страхом на лице.       — Ты слышал это…? — прошептала она, шумно сглотнув. Драко изогнул бровь в абсолютном непонимании. — Я… Забудь. Ничего. Все в порядке.       И парень ничего не ответил, просто дальше продолжил идти за ней по пустым коридорам Хогвартса. Что она там слышала? Опять этот Вигго? Пивз? Какое-нибудь привидение? Почему испугалась? Нужно спросить у неё об этом… А зачем? Чтобы показать, что ему не все равно на её проблемы? И так достаточно доказал, осталось припасть к ногам и лизать пятки. Что ж… Это было в планах, но… Нет. Так нельзя. Херовая пара — храбрая, рациональная, ответственная, благородная, добрая, искренняя девушка и заносчивый, лицемерный, холодный, эгоистичный парень. Она не заслуживает этого. Ей нужна любовь, тепло, объятия, красивые слова, а он не такой. Не может быть таким. Не пробовал и не собирается. И плевать, что клялся быть рядом с ней другим, чтобы не ранить столь чудное создание своими поступками. Все равно она не достойна такого отребья. Молодые люди тем временем уже дошли до башни. Гермиона расположилась в кресле на его месте, оставив для Драко свое на диване, куда собственно он и сел. Девушка скинула с себя кроссовки и протянула ноги перед собой, шевеля пальцами. Парень проследил за её движениями, изогнув бровь. Что, блять, она делает?! Почему постоянно избавляется от элементов одежды в его присутствии? Почему вообще доверяет своему врагу? Что это? Гриффиндорская смелость или безрассудство? Вероятно все сразу. Ох, Салазар, эти ноги…       — Как прошла твоя неделя? Я тебя совсем не видела… — начала она, подняв голову на его лицо.       — Ты пьёшь зелье? Помогает? Что чувствуешь? — медленно облизнув губы, спросил её блондин.       — Некоторое облегчение… — пожала плечами гриффиндорка. — Ты добавил листья березы, чтобы снизить боль в ноге и посодействовать скорейшему восстановлению?       — Ты разобрала его по ингредиентам или выпила? — с насмешкой уточнил слизеринец. Действительно умная ведьма, не зря её таковой считают. Вероятно даже Снейп не смог бы определить это по столь маленькой дозе.       — Что если все сразу? — она сверкнула глазами и приподняла уголки манящих губ.       Ещё один такой её взгляд и Драко не сможет удержаться от действия, которое диктует ему все его тело: поцеловать её и больше не отпускать и привязать к себе, чтобы никто не смел подойти к ней. Ох как же ему этого хотелось. Девушка стянула резинку с запястья на середину ладони и опустила голову, собирая волосы в хвост. Эти волосы… Такие мягкие… Пушистые… И запах… Ну да, кончить ещё осталось, смотря на это зрелище. Драко встал с места и направился к двери, не сказав ни слова. Ему нужен был воздух. Чертово кудрявое недоразумение со своей ослепительной улыбкой и такими глубокими глазами… Пусть сама в них тонет, а не поглощает других.       Малфой прошелся по этажам, выполняя обязанности старост, проверяя коридоры школы. Никакого шума, кроме как еле слышный скрип подошвы его ботинок. И как же это бесило. Спустился в подземелья, подошёл к портрету и, произнеся, пароль вошёл внутрь. Всё: и громкая музыка, и яркий разноцветный свет, и снующие туда-сюда люди в подобии танцевальных движений, и звон бокалов — свидетельство о начале очередной вечеринки. Парень, закатив глаза, прошел в глубь комнаты, пытаясь найти своих друзей. И долго искать не пришлось, между диванами танцевал Блейз, ритмично мотая головой и совершая неприличные движения тазом, и завывал песню, вовсе не попадая в ноты. Теодор сидел в кресле с завёрнутым косяком какой-то маггловской дури в окружении двух шестикурсниц: блондинки и брюнетки — альфа самец недоделанный. Панси сидела на коленях Даниэля, о чем-то мило общаясь.       — Оооо… так у нас гость… — расплылся в нелепой улыбке Теодор, еле выговаривая слова. — Как тебя сюда занесло, приятель?       — В честь чего это все? — Малфой окинул взглядом двух девиц возле друга, которые, поняв его намек, растворились в толпе.       — А просто так, разве нельзя повеселиться? — чуть склонив корпус вперед, ответил вопросом на вопрос Нотт. Им не нужен повод: захотел — выпил, не захотел — выпил за то, что не хочешь пить, придерживаясь якобы здорового образа жизни. А уже из всего этого и получается коллективная пьянка, ведь веселее когда все вместе.       — Что если профессор Слизнорт решит заглянуть в логово своих обожаемых учеников? Что тогда? — Тео усмехнулся над упрёком друга и подвинулся, приглашая его честь рядом. Меньше секунды колебаний и он сидит, окидывая беглым взглядом окружающих.       — Ты отчитывать нас сюда пришел или что? Расслабься, выпей, отвлекись, а то в последнее время ты сам не свой. Давай, давай, садись, будешь? — он кивнул на закрутку, блондин мотнул головой, но стакан осушил. Их заметила Пэнси и, шатаясь, подошла поближе.       — Привет… — начала она, встав впритык к ногам Драко. Они не ответили. Теодор изучающе осмотрел её тело и похлопал по своему бедру. Девушка сделала шаг к нему, но запуталась в ногах и практически упала, благо Малфой успел поймать её. Спасатель херов. — Ой… Спасибо… Чего такой грустный?       — Я никак не могу понять, чего вы такие веселые, — огрызнулся староста, пока Пэнси забиралась на колени к другу. — Не надоело пить?       — Какой ты душный… — протянула она.       — Вы зато ветреные, — Малфой осушил ещё один бокал и отставил его на столик. — Хватит пить не просыхая. Что вы вообще устроили? Вместо общежития притон организовали. Если сюда профессор зайдет? — он устремил взгляд на двух друзей.       — А вы и правда дополняете друг друга… — задумчиво протянула девушка. О чем она? Или о ком? О ней…? Бред. Хватит везде её видеть.       — Может быть, мы победу Слизерина отмечаем, — вмешался Тео, сделав тягу.       — Вы её во вторник отмечали практически до утра, — блондин забрал из его рук косяк и уничтожил невербальным заклинанием, парень лишь закатил глаза, опустив руку на коленки подруги.       — У вас полчаса, чтобы прекратить это представление. Не закончите — разгоню вас сам. Понятно? — слизеринец поднялся с места, напоследок бросив ледяной взгляд, и направился к своему ещё одному другу, который уже, оказывается, танцевал с какой-то девчонкой в самом дальнем углу гостиной. Драко положил руку ему на плечо и развернул на себя. Девушка пискнула, а мулат широко улыбнулся. — Пошли со мной.       — Куда? У меня тут дела, — он все ещё не отпустил брюнетку, даже наоборот лишь сильнее прижимал к себе за талию.       — Брось эту девку и пошли со мной. Не дури, Забини. Просто пойдем, — кивнул друг, чуть приподняв брови, надеясь на его благорассудство.       И он сдался. Что-то заставило его это сделать. Возможно, то, что его лучший друг просил его уйти, а возможно он просто решил не тратить время на споры, в которых проиграет. Хотя нет, причина была совсем в другом. Они вместе дошли до спальни и зашли внутрь. В комнате было чересчур темно, поэтому первым делом блондин, пройдя на середину, зажёг камин. Отлично, теперь нужно начать разговор. Он оглянулся на друга, который, расслабив плечи, поникши сидел на своей кровати. Что это с ним? Перебрал?       — Малфой, что мне делать? — начал он абсолютно бесцветным голосом. Слизеринец медленно подошёл ближе, ожидая продолжения. — Я устал. Мне нужна Даф. Она не хочет меня слушать. Знаю! — вскрикнул он, словно кто-то ему возразил, но самом деле из звуков в комнате было лишь потрескивание угольков. — Знаю, я сам виноват, не нужно было лезть под юбки всем подряд, но… Я уебок… — возможно подразумевался вопрос, но получилось утверждение. Драко нахмурившись сел рядом. Он не умел разговаривать по душам, его никто этому не учил, ибо не принято рассказывать о своих чувствах в аристократичных семьях.       — А зачем изменял? — спросил блондин, пытаясь развить разговор. Поддерживал ли он его позицию? Нет. Или да. Он никогда не любил взаимно по-настоящему, чтобы судить об этом, но… он бы не изменил любимой. Как можно это сделать, если у тебя есть человек, который всегда рядом, принимает тебя и поддерживает?       — Да кто меня знает… Ощущений острых не хватало видимо мне, балбесу. Я не хотел ничего серьезного с ней. Нет, хотел, но… Да ты не поймёшь, — мулат вытер ладонью слезы и набрал воздуха в лёгкие. — Любишь одну заразу, но не суждено вам сойтись, ведь это не правильно. И мучаешь неопределенностью не только себя, но и её. Эту принцессу. Правильную, аккуратную, умную… Салазар, она идеальна. Но плохо ей со мной будет. Уже боль причинил. Я… Она не хочет меня слушать, — он горько усмехнулся и шумно сглотнул.       Они погрузились в тишину, каждый думал о своем. Драко его понимал, и фраза: «Любишь одну заразу, но не суждено вам сойтись, ведь это не правильно» — идеально описывала его жизнь. И осознал он это лишь сейчас. Гриффиндорская принцесса… Нет. Хватит.       — А знаешь, что самое смешное? — он усмехнулся, уперевшись локтями в колени, скрыв лицо в ладонях. — Я собирался жениться на ней. Да. Знаю, что сам только что тебе сказал, что ничего серьезного с ней не строю, но… Вот всегда это «но» все портит… — он вздохнул и продолжил. — Я выбрал один дом у воды в Финляндии выполненным в её любимых цветах: нежно-голубой и оливковый… И деньги у меня на свадьбу были. И… Я даже список гостей прикидывал. И в белом лёгком платье в пол её представлял. И знаешь, хотел маггловскую церемонию, чтобы она подошла к арке и сказала мне заветное «да». А потом бы у нас родились детки, — его голос чуть дрогнул, он замолк, судорожно выдыхая, но после продолжил. — Нет, не сразу… Годик полтора мы пожили бы для себя, путешествовали, дурачились. А они… Были бы такими красивыми… Шоколадками… И я бы бегал с ними по двору. Счастливый. И мы были бы все вместе настоящей семьёй. Создали бы то чего нас самих лишили. Все было бы так просто если бы я ничего не портил. Девочка и мальчик… Я даже имена придумал им: Эмма и Том. Я… Уебок, — он вытянул воздух через зубы и вновь судорожно выдохнул.       — Я, конечно, не мастер в решении таких проблем, но дай ей время успокоиться. Она ведь собственными глазами это увидела. И… Потом вы с ней спокойно поговорите, — он похлопал мулата по плечу и, склонившись ближе, спросил:  — В твоём списке гостей ведь я числился?       — Я возьму в жены только Даф, — проигнорировал вопрос старосты. — Если она не согласится, то уж лучше сдохну. Кстати, приходите посмотреть на меня все в цветном и не смейте плакать. И так уж и быть оставлю вам координаты моего хранилища огневиски, чтобы не скучали.       — Не шути, у тебя не выходит, — упрекнув его, чуть напрягся из-за темы Драко.       — Координаты все же напишу, — хмыкнул Забини, вставая с кровати. — Я спать, прошу меня не трогать никогда. Спасибо, что послушал моё нытье. Ты отлично справляешься с обязанностями друга. Можешь начислить за это факультету пару тройку очков.

***

      Утренний туман практически рассеялся, открывая взору намоченные дождём растения. Ветер заставлял тело покрываться мурашками, бесцеремонно забираясь под одежду. Небольшие группы учеников сновали туда-сюда по дороге, ведущей в магическую деревушку, что-то активно обсуждая или просто смеясь. Солнечные лучи боролись с грозными тучами, пытаясь выбраться из их плена, но вряд ли данное противостояние можно назвать удачным, ведь жёлтые цепкие, но уже не греющие должным образом ручки выглядывали лишь на мгновение. В целом день постепенно налаживался, только в груди росло желание покурить. Так раньше всегда бывало, когда Драко слишком переживал о чем-то. Клубы ароматного дыма успокаивали его, будто на эту секунду абсолютно всё выветривалось из головы, вслед за полупрозрачными колечками, вылетающими изо рта, создавая абсолютный вакуум. Словно взять пятиминутную передышку от жизни. Но он давал себе обещание не ввязываться в это вновь и добрых пять месяцев его держал. Правда всему приходит конец — это грёбаный парадокс вселенной. Блондин сидел на невысоком каменном заборчике недалеко от какого-то заброшенного паба и наслаждался ощущениями от, казалось бы, обычного действия. Грудь заполнилась кофейным ароматом сигарет, ещё больше загоняя его в могилу. Остался один шаг и взять лопату в руки. Малфой хотел вышвырнуть из своей жизни гриффиндорскую заучку, сделать все возможное для реализации данной задумки, но… На самом деле он лишь усерднее строит возле себя непробиваемую для окружающих стену из вещей напоминающих о ней. Цепляется взглядом за её кудрявую макушку в толпе, выдыхая убедившись что с ней все в порядке. Наблюдает за её выражением лица при записи конспектов на уроках или за обедом в Большом Зале. И он заметил, что она совершенно не обращает на него внимания, от чего его сердце сжималось. И он знал, что сам в этом виноват, ведь игнорирует её с того самого дня из-за своей трусости. У него выработалась привычка пить крепкий кофе напоминающий ему её глаза, а теперь ещё добавились сигареты. Да, так проще представлять её рядом, чувствовать её.       — Долго здесь сидеть будешь? Может быть все же присоединишься к нам, или ты волк одиночка? — где-то за его спиной послышался знакомый баритон.       — Я хочу здесь посидеть, — отозвался блондин.       — Да брось! — взмолился брюнет, подходя ближе, но всё ещё не всплывая в его поле зрении. — Ты и так целую неделю сам не свой! Вчера вообще не вышел из комнаты и между прочим пропустил собрание старост. Что с тобой, парень?       — Здесь спокойнее, — слизеринец лёгким ударом подушечки пальца по сигарете скинул истлевший пепел. — Где Блейз?       — Остался в кровати, — ответил его друг, садясь рядом, и будто бы предугадав последующий вопрос, продолжил. — Паркинсон заскочила в бутик, где шляются остальные понятия не имею.       Они погрузились в тишину, нарушаемую лишь выдохами дыма двух разных ароматов. Теодор тоже закурил, но цитрусовые. Честно признаться такое себе сочетание, но плевать. Драко был благодарен ему за то, что парень не удивился сигарете в его руках. Бегло пробежалась взглядом по его фигуре и отметил, что слишком легко одет для такой погоды: закатанные рукава белой рубашки до локтя, поверх которой неаккуратно накинута мантия, черные брюки и ботинки. И кто знает сколько они просидели так, смотря в горизонт, может две минуты, может десять, но одно оставалось точным — это единственное верное спасение от реальности.       — Я хочу поговорить с тобой о жизни, — начал кудрявый, сбросив пепел. Всегда поражала его черта сообщать о предстоящем диалоге. Чертов идеалист. — Этот год последний, и мы, вероятно, все разъедимся, и распадётся наша дружная компашка, но… Я бы не хотел это заканчивать. Ну знаешь, обычно все клянутся всегда-всегда быть рядом, а на деле линяют при первом же шорохе из-за кустов. И, возможно, то, что я пытаюсь до тебя сейчас донести покажется тебе бессмысленной ересью, но я действительно не знаю чем обернется вся эта ситуация с побегами и… Я просто не хочу вас терять: тебя, Пэнси, Блейза. Знаю, мы с тобой никогда не были очень близки, но… Ты правда дорогая часть моей жизни, как и они, и давай попробуем пообещать друг другу не прекращать жить. Пусть мы забудем друг про друга, но дышать будем всегда. Пусть солнце над нашими головами исчезнет, но улыбка с лица нет. Пусть мы падем в четырехметровую яму, но не сдадимся. Я… Просто прошу вас об этом.       — Ох… Я вас как раз искала! — воскликнул высокий женский голос, обладательница которого оказалась рядом уже через мгновение, так и не дав закончить парню с высказыванием своих переживаний.       — Купила? — спросил Тео, чуть развернувшись к ней корпусом, будто бы и забыв про их разговор.       — Да, могу показать вечером если захочешь, — Драко не видел её, но готов был поспорить, что в зелёных глазах вспыхнул озорной огонек.       — Что делать, если уже очень хочу? — снизил тон парень, чуть прищурившись.       — Терпеть. Идём? — она протянула руку в приглашающем жесте, Нотт, хмыкнув, невербальным заклинанием уничтожил сигарету и спустился на землю.       — Без меня, — подал голос Малфой.       — Серьезно? — обречено простонала девушка. — И что будешь делать? Где тебя искать если что?       — Сам найду вас, если понадобитесь, — оборвал её парень, по-прежнему сидя спиной к ней. Он готов был поспорить, что слизеринка закатила глаза и скорчила гримасу. Шаги постепенно отдалялись, и его вновь окружила тишина. Влажная и гнетущая тишина, захватившая его в свои цепкие трухлявые, как у смерти с косой, лапы. Он уничтожил окурок и вложил руки в карманы длинного черного пальто, поддаваясь своей участи, ожидая смерти в глубинах болота, ведь именно там он находился в последнее время. Прикрыл глаза и выдохнул. Спокойствие, хоть и тревожное, но спокойствие сопровождалось адской пыткой. Он услышал заливистый женский смех и открыл глаза.       — Нет, Гарри, там все было по-другому! — возмутилась Грейнджер.       — Оу, правда? И как же? Почему я запомнил все иначе? — притворно возмутился очкастый. Вновь звонкий смех, который он способен узнать из тысяч.       — Ты не правильно держишь палочку! — заблеял Поттер, пародируя её голос. — Не правильно говоришь! Вот, ну вот же, смотри как надо! — высокая интонация.       — Ребята, сегодня нам задали эссе, поэтому будьте добры прибыть в библиотеку ровно в три часа! — подал голос вислый, видимо тоже пытаясь изобразить девушку.       Её смех. Ей весело с этими недоумками, значит с ней все в порядке. Драко боролся с невыносимым зудящим под кожей желанием обернуться и посмотреть на неё, на её улыбку, но не двигался, не дышал и смог вздохнуть лишь когда отголосок её смеха скрылся за поворотом. Разве она одна такая? Разве невозможно найти замену? Пф, проще простого, справится на раз два. Малфой спрыгнул на землю и, поправив ворот пальто, двинулся в сторону кафешек в поисках схожей девчонки. Он всматривался в лица мимо проходящих, но не мог найти ничего цепляющего. Ладно, не совсем это и просто.

Шаг.

      Чей-то смех больше схожий на гогот острыми иглами впился в барабанные перепонки.

Шаг.

      Слишком много лиц перед ним. Чужих. Противных. Они бесконечно мелькают, словно он все это время стоит на месте.

Шаг.

      Он посмотрел в право. У этой не те глаза.

Шаг.

      Перевел взгляд на девушку за ней. А у этой нос не такой.

Шаг влево.

      Оооох, что за брови?!

Шаг назад.

      Ужас, волосы как мочалка.

Шаг вперед.

      Ноги кривые.

Вновь шаг вправо.

      Нет, у неё не такая фигура.

Шаг влево.

      Руки не те.

Шаг.

      Чертов круговорот идиотов в мире. Так сложно просто стать на неё похожей?

Шаг.

      Ну же. Хоть кто-то должен быть.

Салазар!

      Он остановился посреди дороги и резко выдохнул. Главное дышать. Все просто. Вдох — выдох, вдох — выдох, вдох — выдох, вдох… Блять. Она везде и нигде одновременно. Что за новый вид наркотика?! Чертова Грейнджер со своей абстиненцией.

Шаг.

      Чувствует тяжёлые ледяные капли падающие с неба на себе.

Шаг.

      Освобождает мысли, восстанавливая дыхание.

Шаг.

      Все воспоминания разлетаются на свои полочки в голове, наконец повинуясь воли их обладателя.

Шаг.

      Октябрьский ливень разошелся ни на шутку в сопровождении с громом и грозой по обе руки от себя.

Шаг.

      Лакированные ботинки уже хлюпают от переизбытка воды в них. Капли стекают по лицу оставляя за собой слишком ощутимые сквозь дождь мокрые следы.

Медленный тяжёлый шаг.

      Он должен взбеситься, озвереть, рвануть в замок, чтобы побыстрее оказаться в тепле или зайти в любое здание, чтобы переждать, но он практически не двигается и сильно выделяется из толпы. Ученики хохоча, пища и накрываясь кофтами, не додумываясь использовать магию разбегаются в разные стороны. Всё движется кроме него.

Смех.

      Его заливистый сначала неуверенный, но уже через мгновение нарастающий, звонкий, нервный хохот. Отлично, свихнуться в восемнадцать, вот о чем он мечтал всю свою жизнь.

***

      Прошло уже две недели с того дня, когда Малфой перебрался в общежитие Слизерина, отдав, если это так можно назвать, башню в полное распоряжение гриффиндорке. Он скучал. Ненавидел себя. Ненавидел её. Всех. Блейз всю неделю пил, практически не просыхая, поэтому его друзья разбавляли бутылки чаем, пытаясь уберечь его. Панси и Теодор постоянно вместе пропадали куда-то на часа два, а может даже и больше, объясняя свое исчезновение важными делами с их приятелями. Драко заподозрил, что что-то между ними есть, но озвучивать свои предложения не стал, поэтому просто кивал при их возвращении. Циара, Астория и Дафна к ним не подходили, пытаясь избегать. И у них возможно это отлично бы получалось, если не совместная спальня девочек вместе с Паркинсон, к которой парни очень любили заходить.       Вновь воскресенье. Вновь настал день, не предвещающий ничего хорошего. Парень стоял в Астрономической башне, облокотившись на перила, и докуривал уже вторую по счету за сегодняшний день сигарету. Погода нелётная, бушующий ветер, грозные тучи, которые скрыли за собой солнце, и моросящий дождь. Если бы не согревающие чары, то парень отморозил бы себе все конечности. Вдали мелькнуло что-то темное, темнее всего непроглядного неба. Драко выпрямился и попыталась понять что на него движется. Черная птица с серыми пёрышками по бокам и с глазами оранжеватого оттенка приземлилась на перила возле хозяина, выжидающе осматривая его, пока тот не забрал письмо из клюва. Фирменная печатка древнего магического рода была мгновенно сорвана, и пергамент сложенный в один раз оказался в его руках. Сердце забилось кажется со скоростью света, вот-вот готовясь выпрыгнуть из парня. Он выдохнул, готовясь открыть содержимое, но отдернул руку из-за укуса осторожно клюва.       — Чертова птица… — сквозь зубы прошипел Малфой, роясь по карманам в поисках лакомство. Удача оказалась на его стороне и, вложив ей в рот кусочек сушёного яблока, он принялся за письмо. Что же она ответила? Она ли вообще ответила? Глубокий вдох и бумага с аккуратно выведенными буковками развёрнута.

Здравствуй. Шафик мертв, но перед смертью оставил послание всем приспешникам о своем воцарении любой ценой. Им нужен крестраж, и судя по тому, что ты интересуешься данной информацией, у них получилось создать его. Приспешники прячутся в поместье Буш, но полагаю, об этом тебе уже известно. Люциус в этом не участвует. По крайней мере обещал. Ты сам знаешь какое у него отношения к своим собственным словам, но сейчас не об этом. Они, насколько я поняла, собирают новую армию приспешников подобных Лорду и собираются заманить всех выживших ранее темных людей и прочих магических существ на свою сторону. Не пиши мне писем, вся почта отслеживается, ты сам это знаешь. Если мне что-то ещё станет известно, то я сама дам тебе об этом сообщу. Бесконечно люблю тебя и скучаю, Все ещё твоя мама Н.М.

      Он сам не понял, как оказался через считанные минуты у лестницы ведущей к башне старост. Восстановив дыхание, он поднялся и, произнеся пароль, вошёл внутрь. У окна с книжкой, лежавшей на коленях обложкой вверх, сидела Гермиона, провожая взглядом каждую капельку стекающую по стеклу окна. Джинсы и серый свитер полностью скрывали её стройную фигуру. Волосы были заколоты её волшебной палочкой. Какое безрассудное применение магического древка… Драко подошёл к окну и прочистил горло, пытаясь обратить её внимание на себя. Девушка выпрямилась и чуть повернула голову в сторону. Даже с такого ракурса он понял, что она нахмурилась, а не испугалась.       — Ты видела его? — слишком резко и сухо спросил он, разрушив идеальную тишину. — За все это время хоть раз видела?       — Ни разу, — глухо отозвалась девушка.       — Ты крестраж. Нужно понять как все это работает, чтобы… — от его энтузиазма не осталось ни следа. Он не мог объяснить для чего им это. Ему.       — Тебе прислали ответ на письмо? — предположила гриффиндорка. — Поэтому ты пришел?       — Да. На, вот, прочти, — он протянул ей пергамент и облокотился к стене, чтобы лучше запечатлеть её эмоции. Брови сошлись в переносице, образуя морщинки, которые ему захотелось разгладить. Нижняя губа страдала от укусов её белоснежных ровных зубов. Девушка глубоко вздохнула и выдохнула. Письмо было прочитано пару раз, поэтому сейчас одиноко лежало на краю стола. Малфой увидел как дрогнули её руки, а сама она кажется могла упасть прямо в ту же секунду, хоть и сидела на стуле.       — Они убьют меня? — неуверенно произнесла девушка, смотря в окно. — Я им нужна для этого?       — Не думаю. Просто берут силы.       — Но в конечном итоге смерть, верно? — уголки её губ непроизвольно поднялись вверх. Это пугало. Конечно, она не психопатка, радующаяся смерти, а испуганная волшебница, с которой многие хотели свести счёт, но всё же что-то в этом жесте было странным. Видели ли вы когда-нибудь человека, узнавшего свою участь? Какие у него глаза, голос, движения после этого?       — Я знаю ровно столько, сколько знаешь ты, — шумно сглотнув, ответил парень. Она не умрет. Нет. Только не в этой жизни.       — Я… — она робко улыбнулась и помотала головой, отложив книгу на подоконник. — Мне нечего сказать.       — Ты ведь сама с собой ничего не сделаешь? — уточнил слизеринец.       — Нет, — она поднялась с места и наигранно рассмеялась.       — Грейнджер, — он сделал шаг перед ней, преграждая дорогу к лестнице.       — Все в порядке, — она попыталась обойти его.       — Ты ничего с собой не сделаешь, — схватив её запястье, сухо начал он. — Считай это приказом. Твой мозг сейчас очень нужен, — он всматривался в её лицо. — Пострадаешь, если у них все получится, а они уже успешно начали свой план, не ты одна. Это угроза всему магическому да и не только миру. Мы не можем этого допустить.       Мы? Когда это вдруг они перешли на данное местоимение для обозначения их персон?       — А о моей угрозе ты подумал? — глухо спросила Гермиона.       — С тобой ничего не случится, — отрезал блондин.       — Да с чего ты это взял? — воскликнул неживой голос.       — Обещал, — ответил Драко. — Я слов на ветер не бросаю.       — Не бросаешь? — она нервно рассмеялась. — Где же ты тогда был две недели, раз говорил не отходить от тебя ни на шаг? Может быть мне с тобой в подземельях отсиживаться нужно было? Или что вообще происходит? — она смотрела прямо в его глаза, бесконечно дёргала рукой в попытке освободить запястье и плакала. — Воспользовался мной и ходишь довольный? Трофеи собираешь? Так почему ещё никто об этом не шепчется на каждом углу? Почему я все ещё не высмеяна твоими дружками? Почему не разболтал всей школе о том, как поимел меня самым первым? — она всхлипнула, на мгновение прикрыв веки. — Слишком много слов ты говорил. И называл меня… Сам знаешь как! Оскорблял на протяжении семи лет! Каждый божий день я вставала с мыслью, что вновь буду унижена тобой. Так почему в этом году ты целуешь, обнимаешь, помогаешь, спасаешь меня? Что происходит черт возьми?! Я… — она сглотнула, пробежавшись глазами по его телу, но вновь вернулся к глазам. — Ты решил поиграть? Желал видеть мою реакцию? Так получай! Ты победил, молодец, пожиратель смерти охмурил меня, самую умную ведьму столетия и героиню войны. Отлично! А дальше план имеется? Может…       Она не договорила, ведь Драко заткнул её поцелуем. Она что-то пробурчала ему в губы, пытаясь увернуться, но парень не давал ей сделать этого. Его рука, отпустив наконец её запястье, поместила его на свое плечо, а вторая нежно притянула девушку за талию. Она не открывала губ, чтобы не впускать его внутрь, но Малфой оказался настойчивым. Прикусив её нижнюю губу, он все же открыл себе путь. Его язык сплелся с её, пытаясь вновь запомнить её вкус, отдачу. Стоп, что? Она отвечает? Её руки обхватили шею парня, а её грудь прижималась к его, чтобы быть ближе. Ох, они оба соскучились друг по другу за эти две недели. Обоим чертовски не хватало этих ощущений и прикосновений. Его ладонь аккуратно разместилась на затылке девушки, притягивая ещё ближе к себе, буквально вжимая в свое тело. Страсть, похоть, любопытство, желание — вот что движет ими в данный момент. Но постепенно их тяжёлое дыхание восстанавливалось, а движения становились все более нежными. Он сам не знал в какой момент они уже просто касались друг друга губами, находясь в полуобъятиях.       — Ты курил? — спросила она.       — С чего ты это взяла? — чуть севшим голосом поинтересовался молодой человек.       — От тебя пахнет табаком и ещё чем-то приятным… Да и привкус… — Гермиона нахмурилась, облизывая губы.       — Если тебе не нравится могу бросить, — он прижался своим лбом к её и заглянул в глаза.       — Я не это имела в виду… Просто… — она, смутившись, отвела взгляд, приоткрыв губы. — Что-то знакомое, я не могу понять что…       — Так распробуй… — он носом провел по её щеке и облизнул языком её губы, прикрыв глаза. Его девочка. Одна во всем мире. Единственная и неповторимая. Он легко коснулся её губ своими и заключил в полноценные крепкие объятия. Её аромат в его лёгких, её вкус на кончике собственного языка, что может быть лучше этого? Он ещё не пробовал просыпаться с ней в одной кровати. — Мы справимся. Я сделаю для этого всё возможное. Обещаю. Просто поверь.       Мы. Кто бы мог подумать, что Грейнджер и Малфой после долгих лет ненависти будут просто так стоять в гостиной и обниматься, крепко и нежно, чувственно. Не говоря никаких лишних слов, оскорблений, не двигаясь лишний раз, чтобы не разрушить столь ценный момент, в котором видимо и хранится их смысл жизни.       Мы! Такая глупость — их пара. Добро и зло. Правильная от самых кончиков волос девочка и плохой во всех смыслах парень. Огонь и холод. Благородство и надменность. Чертов Инь и Ян.       Мы? Да, это правильно, обозначать их персоны одним простым словом мы. Таким теплым и родным, которое ощущается как радуга после дождя, как долгожданное появление зелёных листиков на деревьях в середине марта или как ранняя прогулка по морскому побережью.       Гермиона расположила голову на его плече, а Драко крепче обхватил её талию, вдыхая мягкий аромат. Дождь усилился, беспощадно стучал по подоконнику. В камине догорали последние угольки, погружая комнату в темноту. Воск свечи на столе стекал вниз, капая на золотую подставку, а огонь метался в разные стороны от просочившегося через неплотно закрытую створку окна ветер.