Замёрзшие

      Камин давно потух, возможно час назад, может два, но молодые люди не разжигали его вновь. Они сами друг друга грели. Гермиона сидела на диване, положив голову на плечо блондина. Его рука покоилась на девичьей талии, а вторая выводила пальцами узоры на бедре сквозь ткань джинс. И все это так неправильно, но так необходимо. Она чувствует себя с ним окрылённой, нужной, да в принципе самой настоящей девушкой. Она подняла голову и взглянула в его глаза, полные обеспокоенности.       — Что случилось? — спросил блондин, чуть сжав её бедро.       — Нет, нет, ничего… Я просто… — сейчас или никогда. Нужно расставить все точки над и. — Можно очень глупый вопрос? — он изогнул бровь, ожидая продолжения. — Ты и я… Мы кто друг другу?       И она замерла в ожидании ответа. Что он сделает? Оттолкнёт, рассмеётся, унизит, скажет, что игрался, и она обычная наивная дурочка, которой просто необходимо внимание?       — Я полагаю, ты хочешь услышать что-то большее, чем просто знакомые, верно? — он говорил безэмоционально, от чего Гермионе стало не по себе. — А как ты считаешь, кто мы?       — Я думаю, что просто знакомые не спят и не целуются, — гриффиндорка опустила взгляд на свои ногти, начиная ковырять ими кожу вокруг них.       — Но тебе нравится это? — нотки насмешки, максимально расслабленная поза и приподнятые брови.       — Почему ты помогаешь мне? — с каждым вопросом ей становилось все хуже. Зачем вообще она всё это продолжает? Он играет. Смеётся. Развлекается, а она… Пытается серьёзно поговорить.       — Захотелось, — ответил слизеринец, легко пожав плечами, устремив свой взор на камин.       — Это странно, — она вновь подняла на него взгляд, но лишь на мгновение. — Всё это. Я… Не хочу играть в игры, но ты меня вынуждаешь именно этим и заниматься. И это все нужно прекратить. Я слишком долго была марионеткой в руках других, я не хочу вновь таковой становится. Просто это всё не так…       — Хочешь отношений? — резко и сухо оборвал он её на полуслове. — Спать, обниматься, сюсюкаться, разговаривать, вместе гулять и делать задания по твоим долбанным урокам, которые к чертям собачьим не упали никому после всего, что мы пережили в прошлом году?       — Не знаю, — зачем брюнетка продолжает играть по его правилам? Он издевается. — Возможно. Да или… Нет…? Это все так неправильно. Я… Не должна была…       — Так, стоп! — оборвал её парень, наконец убрав руку с её ноги. — Чего ты хочешь? Цветы? Свидания? Прогулки? Ухаживания? Внимание? Что? — он серьёзно…? Где-то внутри зародилась надежда, которая покинула её тело ещё год назад, когда она отправилась на поиски крестражей.       — Тепла, — позориться так до конца. Пусть он её высмеет. Лучше обжечься. Кому она вообще это говорит? Зачем? На что надеется? Думает, что Драко её в свои жёны запишет после поцелуев и секса? Для него ведь это ничего не значит, он со многими спал, она никакое не исключение. Она ему отдалась, доверилась, открылась...       — Тепла, — повторил за ней, усмехнувшись.       Гриффиндорка ждала продолжение его реплики, но он молчал. Глумился, не иначе. Целых три минуты он не говорил ни слова. Из звуков в гостиной был лишь завывающий ветер, тиканье часов и шум дождя, бьющего по подоконнику. Глаза уже запекло от скопившихся слов, ведь всё это так унизительно. Девушка самой себе, глядя на своё окружение, обещала никогда не вступать в подобного рода "отношения", чтобы не становиться мишенью, уязвимой куклой, которой распоряжаются как угодно, ведь всё позволено.        — Я… — начал он после паузы, взъерошив свои волосы. — Постараюсь, ладно? — виновато взглянул на неё.       Вместо радости облегчения в груди появилась тревога. Тревога. Почему она зародилась в груди, если сказаны обычные слова, простое обещание от человека, который небезразличен. Что-то не так.       — Стараться… — повторила она вслух, устремляя свой взор на окно. Знакомые слова. В голове всплыл приспешник, война и… её друзья.

*

Второе мая тысяча девятьсот девяносто восьмого года. Гермиона бежит по мосту, пытаясь отбиться от заклятий, летящих в её сторону. Ещё чуть-чуть. Ещё немного и она сможет оторваться от приспешников. Не больше километра. Самую малость. Она ускоряется, вновь использовав заклинание Протего, но спотыкается об камень, не замечая его на своем пути ранее, и падает. Палочка выскользнула из рук и закатилась куда-то в сторону. Ладони содраны в кровь и боль не даёт собраться с мыслями. Она пытается подняться на локтях, чтобы побеждать дальше, но её настигают пожиратели. Один грубо хватает её за плечо, прижимая к земле, но не рассчитав свою силу, валит её прямо на булыжник. В глазах темнеет от удара. Сопротивляться бесполезно.       — Осторожнее! Она нужна живой! — возмутился второй.       — Знаю я, не указывай что делать, помоги лучше. Подержи её руки, чтобы не дергалась.       — Вот, держи бумажку. Произнеси слово в слово. У тебя один шанс, не облажайся.       — Я постараюсь, ладно? Не нужно давить на меня. Она запомнила их лица, но имен не знала. Они что-то делали с ней. Что именно она не понимала, ведь сильный удар о камень не давал ей соображать. Она чувствовала как по её лицу стекают слёзы, мешаясь с кровью и пыталась сдержать рвотный приступ. Грудь саднило от порезов, которых не было на её теле в реальности.       — Эй, ублюдки! Отойдите от неё! — крикнул кто-то, судя по голосу, мужского пола через какое-то время, не больше чем через полчаса.       — Быстрее! — зашипел приспешник.       — Знаю! — огрызнулся на него второй и отпустил её руки, поднимаясь с земли.       — Авада Кедавра! — кто-то выстрелил непростительным и бездыханное тело одного из приспешников упало рядом с ней.       — Кто там? — донёсся женский голос со стороны школы.       — Гермиона? Там Гермиона? Гарри, ты знаешь где она? — что-то похожее на голос Симуса. К ней кто-то подбежал и пытался привести в чувство. Дальше всё как в тумане.

*

      — Что случилось, Грейнджер? Ты не хочешь? — дотронулся до её предплечья Малфой, обращая на себя её взор.       Но мысли были заняты совершенно другим. Гарри и Рон. Они говорили, что сегодня будут в Трёх Метлах. Ей срочно нужно туда. Она практически подорвавшись с места, рванула к дверному проёму. Через мгновение лестница позади. Она сворачивает направо, выбирая самый короткий путь к выходу.       — Грейнджер! Что случилось? Куда ты? Грейнджер, мать твою! Да стой же! Эй! — откуда-то сзади голос слизеринца.       Но она его не слышит. Гарри и Рон. Они врали. Они знали что случилось и врали. Стерли память? Что они сделали? Почему она вспомнила это только сейчас?! Что происходит? Она чувствует, что что-то сильное и быстрое бьёт ей по плечам и макушке и оглядывается по сторонам. Она уже на улице, на заднем дворе школы. Кругом лужи и грязь. За ледяной стеной дождя практически все предметы находящиеся в радиусе дальше пяти метров исчезают из виду. Она сглотнув, ступает на тропинку, продолжая свой путь. Ей нужно в Хогсмид. Прямо сейчас.       — Грейнджер! — вновь окликнул её Драко, наконец сумев поравняться с ней. — Ты умалишённая? — развернул к себе, схватив за плечи. — Куда ты бежишь?       — Мне нужно в Три Метлы, — отрезала девушка, поворачивая голову в сторону деревушки, пытаясь вырваться из крепкой хватки.       — Выпить захотелось? — он усмехнулся, но вмиг его голос вновь стал ледяным. — Здесь ливень. Ты заболеешь! Ты вообще как додумалась только выйти на улицу лишь в свитере?       Она прошла мимо, наконец сумев освободиться. Гарри и Рон. Рон и Гарри. Ей нужно к ним. Прямо сейчас. Всё прояснить и обсудить. Девушка не помнит, как дошла до кафе и как оказалась внутри, но разум чуть прояснился, только при виде её друзей. Чей-то хохот, схожий на хрюканье, скрипучий пол, звон бокалов — все эти звуки впивались в уши. Стены из тёмного дерева и небольшое освещение от пары свечей резали глаза.       — Гермиона? — удивилась Джинни, поправив красный свитер. — А этот что здесь забыл? — она перевела взгляд на Малфоя, чуть нахмурившись.       — Что было второго мая? — начала сразу девушка, уперевшись руками на край стола. — Как я попала в больницу?       — Что? — нервно усмехнулся рыжий, растеряно переглянувшись с друзьями.       — Мы тебе уже рассказывали это, — кивнув друзьям, начал Гарри. — Тебе без сознания из Большого Зала мы забрали…       — По дороге из Хогвартса ты имел в виду? — уточнила Гермиона, приподняв брови. Он забыл откуда меня забрали…? Недоговаривают. Сердце сжалось, а может быть и вовсе остановилось.       — Да, точно, именно от туда, — кивнул он. Отлично. Они врут. А почему так больно? Почему не хватает кислорода в лёгких, а глаза печёт от слёз, которые приходится смаргивать, не показывая своей слабости.       — Что случилось? — требовательно повторила она в своей манере, стараясь держаться ровно. — Что они со мной сделали?       — Кто, Миона? — растерянно спросила рыжая бестия.       — Вы знаете кто, — ледяным тоном произнесла Грейнджер, про себя отметив, что в эту секунду вероятно звучала как Малфой. — Вы знаете почему я попала в больницу, но не хотите чтобы это узнала я.       — Восстановление сил, мы же говорили тебе, — Уизли потёр нос и отставил от себя стакан сливочного пива.       — Рональд, если бы мне просто восстанавливали силы, то не держали бы под тотальным контролем в больнице два с половиной месяца! — получилось слишком громко, взгляды зевак были прикованы к ним. — Не поили бы тысячами зелий в сутки и уж тем более бы удосужились разместить не в одиночной палате! — чуть тише продолжила она. — Повторю вопрос. Что тогда случилось? — ледяной взгляд прожигал её друзей.       — Тогда ты… — начал Гарри, бросив беглый взгляд на Малфоя, стоящего позади его подруги, пытаясь сообразить обязательно ли ему об этом знать. — Два пожирателя сделали с тобой какой-то обряд тёмной магии и… Одного убили, а второй смог сбежать, но… Он был пойман позже и размещён в Азкабане. Мы испугались и немедленно перенесли тебя в больницу Святого Мунго для обследования. Никто не знал что именно с тобой сделали, но были предположения, что попытались забрать твои силы. Тебе давали зелья, чтобы контролировать это. Ты не должна была этого помнить. Как ты вообще узнала о чем-то, если нет никаких признаков? Ты ведь говорила, что хорошо себя чувствуешь.       — Вы мне врали, — гриффиндорка сама не знала что подразумевалось вопрос или утверждение, но получилось как-то глухо и… обречённо?       — Не договаривали, — поправил её очкастый. — Это разные вещи.       — Что ж… — натянутая улыбка, — приятно знать, что мы все друг другу что-то не договариваем, — она кивнула и отступила назад. Предатели. Как они могли?       — Миона? Стой! Что это значит? — Джинни собиралась пойти за ней.       — Не трогайте её, — подал голос Малфой, загородив её собой, загородив по бокам руками.       — Что?! — вскипел Уизли. — Какое тебе дело? Это наша подруга! А ты ей никто!       — Все же многое вы друг другу не договариваете, — слизеринец погано усмехнулся и вышел вслед за гриффиндоркой, которая помчалась к двери.       Обида разъедала её изнутри, как едкая кислота. Воздух. Ей нужен был воздух. Почему она вспомнила это только сейчас, спустя полгода? Почему ей ничего не говорили? Зачем скрывать это от неё? Что ж, она все же узнала правду. Она крестраж — это ещё раз подтвердили слова Гарри. Теперь осталось придумать план действий, чтобы не дать случиться продуманному восстанию. Только вот с чего начать?       Дождь уже кончился, оставив за собой грязь и лужи, но солнце все никак не появлялось из-за туч, словно закрылось за ставнями, обидевшись на жалобы людей о слишком тёплой погоде. Ученики постепенно выбирались из убежищ, пытаясь вернуться в замок, чтобы наконец оказаться в теплом местечке.       Ей нужно отвлечься. Девушка резко повернулась к Малфою, но не рассчитав расстояние врезалась прямо в его грудь, еле сумев удержаться на ногах. Он удивлённо поднял брови и оглядел её с головы до ног, но как-то обеспокоенно, по родному… Его передние пряди промокших волос прилипали к его лбу, а насквозь промокшая белая рубашка просвечивала все его мышцы, не давая оторваться. Ей хотелось прикоснуться к нему — бредовая, конечно, идея. Но в голову пришла ещё одна похуже, которую гриффиндорка и озвучила прежде, чем успела обдумать всё получше:       — Погуляем?       — Погуляем, Грейнджер? — он сомнительно прищурился. — Ты серьёзно?       — Да, — кивнула она, закапывая себя ещё глубже. Зачем продолжать? Он сейчас высмеет и бросит. — По-моему замечательная погода, — ну да, только что прошедший дождь, что может быть лучше? — Ну так что?       Он недоверчиво рассматривал её выражение лица, пытаясь распознать шутку в её словах, но всё же через некоторое время сдался:       — Чертовка… — покачал головой, усмехнувшись. — Веди.       Гермиона рассмеялась от комичности всей ситуации и зашагала к озеру. Ведут себя как друзья, и это после долгих лет оскорблений и ненависти… Гулять она собралась с ним вдвоём… Что же, здравый рассудок явно покинул её. Девушка распустила свои волосы, вытащив из них свою волшебную палочку, разрешая мокрым прядям спадать на плечи, закрытые тканью серой кофты. Она шла, совсем не следя за дорогой под ногами, летая в своих мыслях и наступая в мелкие лужицы и грязь. Предательство — это, пожалуй, самое подлое из всего, что может сделать человек, особенно друг, друзья, которым ты доверял свою жизнь и тайны. Её предали те, с кем она провела семь лет своей жизни. Те, кто знал тебя наизусть, те с кем надеялась на бесконечную крепкую дружбу. В какой момент всё это разрушилось? Когда они начали отдаляться? Где была точка невозврата? Кто виноват в этом? Ведь не она, верно? Где найти ответ…? Крепкие руки подхватили за талию и прижали к себе спиной, вырывая из размышлений.       — Грейнджер, мать твою! — прошипел блондин, обходя огромную лужу. — Поросята почище будут. Ты ослепла или что? Дорогу-то выбирай!       — Отпусти меня, — захныкала гриффиндорка, вовсе не желая этого на самом деле. Ей нравилось быть в его руках. Так она чувствовала себя в безопасности. Это так… противоречиво?       — Не-а, — она почувствовала, как он крепче обхватил её, не сбавляя шага. — Пока не пообещаешь ходить нормально, на землю не ступишь.       — Да брось! — девушка закатила глаза, вцепившись в его руку, прикрывая глаза. — Какая разница?       — Ты сумасшедшая, — слизеринец усмехнулся. — Куда только отлучился мой мозг, решив с тобой связаться…       — Эй! — Гермиона попыталась повернуть голову, чтобы посмотреть в его глаза, но не получилось, волосы мешали. — Что не так? Чем я тебя не устраиваю? Где хочу там и хожу!       — Конечно, конечно, — крепче обхватив её, отозвался парень. — Как скажешь.       — Пусти… Вдруг кто увидит, — и действительно, она совсем забыла про то, что их могут увидеть. Спасибо сознанию за уничтожение чудного момента.       — Плевать. Нас уже поженили многие, а это мы, заметь, просто ходили пару раз вместе прилюдно. Боюсь представить что было бы если они узнали, что происходит между нами на самом деле… — он усмехнулся, всё же опустив её на землю, а она невольно улыбнулась. Между ними действительно что-то есть, раз это заметили окружающие. И он… Не против слухов…? — Куда хочешь, Грейнджер?       — Пойдем к озеру, — предложила девушка, обернувшись на него через плечо. Мягкая улыбка и невероятно тёплый взгляд — перед ней точно Драко Малфой? Может быть он и вправду изменился. Может действительно стоит довериться ему полностью? Да, нужно попробовать, чтобы потом не жалеть. Даже неудачный опыт является опытом. Да, это будет правильным решением.       Они молча дошли до озера, где были пару недель назад. Правда уже многое поменялось… Драко высушил свою одежду и волосы заклинанием, поступив также с лавочкой, на которую сел. Гермиона последовала его примеру и приземлилась рядом. Ветер оставлял рябь на зеркальной поверхности воды, приятно охлаждая кожу, не скрытую за одеждой. В небе пронеслась стая птиц, что-то кричащих на своем языке. Сквозь тучи пробирались неуверенные блеклые лучики солнечного света. Деревья уже полностью скинули свои листья, предоставляя их разным небольшим существам, обитающих у берегов. Девушка упёрлась локтями в колени и положила подбородок на ладонь, наслаждаясь природой. Но недолго длилось её умиротворение, ведь до неё донесся табачный дым. Повернув голову, она уставилась на Драко, делавшего очередную затяжку с абсолютно невозмутимым лицом. Признаться честно, он выглядел очень сексуально в этот момент. Одна рука лежала на спинке лавочки, вторая держала сигарету, ноги широко расставлены, чуть скрещены в щиколотках. Властный и статный — одним словом идеал. В голове промелькнула одна сумасшедшая мысль, которую девушка собиралась реализовать против своей же воли. Она выпрямилась и, прикусив губу, взглянула прямо в его серебряные глаза. Слизеринец, изогнув бровь, смахнул истлевший пепел на землю и выдохнул дым в сторону от неё.       — Что такое? Мне прекратить? — он вновь сделал затяжку, прожигая взглядом с серьёзным лицом.       — Дай попробовать, — выпалила она, смотря прямо в его глаза. Малфой от неожиданности закашлялся, подняв брови, вновь смахнул пепел и пугливо усмехнулся.       — Хорошая шутка, но больше не шути, — кивнул он.       — Я серьёзно, — уверила его девушка. — Я хочу попробовать, — хотела ли она? Разум говорил об обратном, но кому важно его мнение? Сейчас верх берёт любопытство.       — Нет! — покачал головой. — Ты сумасшедшая что ли? Это вредно. Ты не будешь пробовать. Я не позволю.       — Ну пожалуйста, Драко, — подняла брови вверх и выставила надутые губки вперёд. Так её учила делать Джинни, когда что-то очень нужно заполучить. Дешёвый трюк, на который купились бы многие парни. — Дай мне, — она добьётся своего.       — Нет, — покачал головой, отведя сигарету в сторону. — Не-а, — она все ещё выжидающе смотрела на него. — Нет, — склонила голову в бок для большего эффекта. — Ты не отстанешь, верно? — устало вздохнул Малфой, в ответ кивок. Он сдался и, тяжело вздохнув, протянул ей сигарету. Девушка, прикусив губу, приняла палочку и поднесла ко рту, как делал он, вдыхая дым, но тут же закашлялась. В горло как будто засыпали песка. Он забрал сигарету из её руку и дотронулся до плеча, обеспокоенно вглядываясь в её лицо, правда с долей усмешки.       — Дай ещё, — разогнувшись, попросила она.       — Что? — его брови взлетели до небес. — Ну уж нет, Грейнджер! Больше от меня ты сигарету в руки не получишь.       — Тебе жалко что ли? Я ещё хочу, — не распробовала до конца, обычный интерес, ничего более — уверяла сама себя гриффиндорка, пытаясь унять бушующий разум.       — Я на тебя пагубно влияю. Ты не будешь больше курить.       — Пожалуйста, Драко. Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста… — это уже дело принципа, она его уломает.       — Это манипуляция. Ты же знаешь, что я не смогу отказать, — она жалобно на него посмотрела, и он, вдохнув воздуха, выдал: — Последний раз, Грейнджер. Последний! Больше не проси!       Она вновь приняла сигарету и вдохнула дым, держа его в себе чуть дольше. Лёгкие заполнились кофейным ароматом, и она на мгновение прикрыла глаза, расслабляясь. В горле присутствовала приятная горечь, а тело становилось ватным. Она почувствовала лёгкое головокружение и открыла глаза, тут же встретившись взглядом с Драко, который притянул её к себе ближе и запечатал нежный поцелуй на её губах, перехватывая из рук палочку. Совсем не брезгуя, он продолжил курить, не обращая на её немое возмущение никакого внимания. Ладно, не на ту напал, она заставит его отдать ей эту злосчастную сигарету. Действительно неплохие ощущения.       — Что если в обмен на ещё одну затяжку я выполню любое твое желание? — Гермиона пожалеет об этом позже, но не сейчас. Ей нужны эмоции. Что-то новое, необычное, неправильное, самобытное. Она устала быть идеально прилежной во всех вещах. Она тоже человек, подросток. Нужно научиться отрываться.       — Ты играешь с огнём, Грейнджер, не советую тебе продолжать, — он покачал головой, но в глазах вспыхнул озорной огонёк.       — Отличительная черта гриффиндорцев — смелость и безрассудство, сам так говорил, — легко пожала плечами.       — Любое говоришь…? — растянул он с улыбкой мартовского кота, девушка растерянно кивнула. Вот теперь до неё наконец достучалось сознание. Кому она это предложила? Слизеринцу? Они всегда играют не по правилам! Ох… Что ж… Сказанного не воротишь, придется выполнять. Драко усмехнулся и, сделав ещё одну затяжку, отдал сигарету ей в руки. Встал сам и помог подняться ей, жестом руки приглашая идти первой. Это оказалось так легко? Нет, где-то здесь подвох чует её сердце. Она шла впереди него, изредка затягиваясь дымом, а он сзади, окидывая её хищным взглядом. Гриффиндорка отдала ему сигарету обратно буквально через пару минут, продолжая идти прямо. По дороге обратно в школу им никто не встретился, что с одной стороны пугало, а с другой радовало. Они все также в тишине дошли до башни старост и зашли внутрь. И как только портрет за ними заехал, Драко налетел на неё сзади, крепко прижимая к себе, обхватив под ребрами. Рваный выдох слетел с её губ, а сама она напряглась, скорее от неожиданности.       — Какое желание…? — аккуратно поинтересовалась гриффиндорка, чуть повернув голову в сторону, пытаясь боковым зрением увидеть его выражение лица, чтобы понять настрой.       — Совместный, Грейнджер, душ тебе по душе? — опалил своим дыханием кожу на её шее, разнося по телу волны мурашек.       — Что? — будто не расслышав, переспросила девушка. Это её немного пугало. Она ждала чего угодно, но уж точно не совместных водных процедур.       — Ну же, я играю по правилам, — он провел носом по её шее вниз к краю свитера и вернулся обратно к уху. — Ты сказала, что согласна на любое желание.       — Я… Вместе? Прямо… без одежды? — последнее она прошептала.       — Пошли… — он взял её за руку и потащил к лестнице ведущей в его комнату. Гермиона не могла сопротивляться, ведь обещала любое желание, но данная перспектива ей не очень то симпатизировала. Его спальня была выполнена в тех же цветах, как и её собственная, да и мебель была та же. Но надолго они там не задержались, ведь он потащил её дальше — в их общую ванную. Парень протолкнул её вперёд и запер дверь, на мгновение оперевшись в неё руками. Он медленно развернулся, на губах застыла хищная улыбка, а в глазах огонь. Грейнджер вдохнула воздуха и огляделась по сторонам. Слизеринец также медленно зашагал в её сторону, заставляя её отступать к стене. Чёрт, это возбуждало… Его властная походка и этот взгляд… И вот её лопатки упёрлись в кафель, а он всё ближе. Никуда не сбежать, да и не хочется особо, в этом стыдно признаться даже самой себе. Он расставил свои руки по обе стороны от её головы и, ухмыльнувшись, склонился ближе к её лицу. Она вдохнула воздуха, приоткрыв губы, и была вовлечена в поцелуй влажный и глубокий. Их языки практически сразу переплелись. Её руки зарылись в его волосы, а тело прижалось ближе к нему, скорее инстинктивно. Она почувствовала его улыбку и оторвалась, вглядываясь в серые глаза, что практически полностью закрыл зрачок. — Грейнджер, душ принимают без одежды. Ну это так, к слову…       Вот же нахал. Он не быстро принялся избавляться от своей рубашки и галстука, поочередно расстёгивая каждую пуговицу, не прерывая зрительного контакта. Отшвырнув их куда-то в сторону, парень невинно поднял брови вверх, ожидая её действий. Гриффиндорка, пробежавшись глазами по его телу, чуть задержавшись на шрамах и заметных мышцах, неуверенно потянулась к краю своего свитера, начиная тянуть его вверх. Молодой человек забрал из рук кофту и вновь жадно поцеловал её, ухватив ладонью её шею. Правда продлилось это недолго, он начал осыпать влажными поцелуями место, что чуть покраснело от его руки, постепенно спускаясь к груди, скрытой тонкой тканью белья.       — Стой! — не выдержала она, шумно сглотнув, когда он остановился, обеспокоено посмотрев на неё. — Я… Не могу так… Я… Стесняюсь… — пристыженно спрятала глаза.       — Чего именно? — он пытался уловить её взгляд, но бесполезно.       — Тела… — решила сказать правду девушка. — Я… — она не решалась продолжить, боясь насмешек.       — Что именно тебе не нравится? — требовательно повторил слизеринец. — Руки? Ноги? Что? — она заглянула в его глаза полные нежности и поджала губы, чуть нахмурившись. — Глупость, это такая, Грейнджер, глупость… — он взял её левую руку и принялся целовать её пальчики, постепенно переходя на ладонь, запястье, а потом уже к шраму оставленному его сумасшедшей тётушкой, заставляя шумно втянуть воздух. Что же он делает? Принимает её? Не говорит ничего об изъянах? Но почему…? Драко поднялся нежными поцелуями до её плеч, шеи и прикусил мочку уха. — Ты прекрасна. Я же говорил, что твоё тело красивое… Сладкая… Ты вкусная, сексуальная, желанная… — шептал он, проводя двумя пальцами по её шее к ложбинке между грудью, плавно скользя к её животу. Его прикосновения возбуждали куда больше, чем поцелуи. Дышать становилось всё труднее и труднее. — Конечно, если ты не хочешь, я не буду настаивать, но думаю, что попробовать стоит. Выбор за тобой, Грейнджер, — взглянув в глаза, сказал парень.       Беги! Беги и не оглядывайся! Он дал возможность, так вперёд! — ревело сознание, беспомощно стуча по стеклянному куполу, пытаясь пронести сквозь него звуки. Однако вслед за прозрачной преградой появились ещё несколько — желание, любопытство и интерес. Гермиона ничего не делала, лишь тупо смотрела на него несколько мгновений. Ей хотелось большего, очень, но её собственные устои не давали этого сделать. Что она там собиралась, рисковать? Совершать странные вещи? Отлично. Прежняя Гермиона этого бы ни за что не одобрила. Она потянулась к нему за поцелуем. Так неуверенно как будто делала это впервые в своей жизни. Её губы накрыли его, и язык робко проскользнул по его нижней. Он, отвечая, переплел их пальцы обеих рук вместе по двум сторонам от их них, от чего всё её тело покрылось мурашками. Он нежен… Их языки сплелись в единой целое, играя друг с другом, доводя до сумасшествия простыми действиями. Он сводит с ума.       — Пожалуйста… Коснись меня, — прошептала она ему в губы, пытаясь унять своё беспокойство. И Драко, не медлив ни секунды, расцепил пальцы, забираясь ими в её волосы, бережно притягивая ещё ближе её лицо. Её рука аккуратно коснулась его груди, и он оторвался, взглянув в глаза. Что-то сделала не так? На лице проступило сомнение, она собиралась убрать руку, но Малфой перехватил её и вернул на место, накрыв своей широкой ладонью. Девушка замерла, в непонимании уставившись на него. Ему нравится? Мерлин, что же она делает? Нужно было уйти, но она решила остаться. Слишком сильное влечение. Невозможное желание. Он положил её вторую руку к себе на живот чуть выше оттопыренной ширинки брюк, прямо на пресс, и, пока она хлопала густыми ресницами, припал губами к её шее. Рваный выдох слетел с её уст, и она откинула голову назад, полностью отдаваясь ему. Нежная кожа покрывалась влажными красными пятнышками, свидетельствующими о его чувствах. Парень постепенно спускался всё ниже, минуя тонкую ткань лифа, к животу, шумно дыша, как и она сама.       Гриффиндорка вовсе забыла как дышать, увидев его перед собой стоящего на коленях. Его тонкие длинные пальцы быстро расправились с застёжкой джинс, после чего синяя ткань была рывком стянута вниз. Он, сняв обувь, поочередно поднял её ступни, чтобы высвободить их из плена лишней по его мнению одежды, и провел языком по кромке белья, сжав руками её бедра. Ощущать его дыхание на своей коже было непосильной задачей, так хотелось большего. Её тело подавалось ему навстречу, а глаза заволокло пеленой желания. Гриффиндорка сама не поняла как осталась полностью обнаженной перед ним, в то время как сам слизеринский мерзавец был всё ещё частично одет — в штанах. Он поцеловал её и упёрся своим лбом в её, усмехаясь.       — Ты любишь игры? — с вызовом в голосе спросил молодой человек. Что он хочет? Какие ещё игры? Гермиона в непонимании подняла брови. — Я кое-что придумал, ты ведь не против? — Ещё что-то?! Тяжёлое дыхание и приятная слабость во всем теле, она уже была на пределе от обычных прикосновений. Малфой поднял с пола свой галстук и за мгновение крепко связал её руки. Она ничего не успела понять. — Начнём, сладкая…? — ещё один рваный выдох слетел с её губ, когда она почувствовала его язык на своей шее, а руку между ног, раздвигающую складочки. — Такая влажная… — сдавлено промычал он. — Я уже начал забывать, что мы собирались принять душ. Не будем терять времени, пойдём, — парень потащил её к душевой кабинке и, поставив её под стойку, включил теплую воду. Гермиона открывала рот, ловя воздух. Вода попала в глаза, и она не могла их открыть, а из-за связанных рук боялась куда-либо ступить, не имея возможности ощупать себе дорогу. Её резко припечатали к кафелю и подняли руки над головой, фиксируя их неподвижность крепкой хваткой. Теперь капли не спадали ей в глаза, и она сумела открыть их. Мужская ладонь скользнула вверх от коленки по её бедру к самому чувствительному месту. Пальцы затанцевали на клиторе, разнося по телу волны удовольствия. Она вскрикнула и зашипела, дернувшись от слишком сильных ощущений. Он неспешно проскользнул пальцами внутри её половых губ, нежно выводя круги вокруг её входа, дразня, упиваясь. Гермиона шевелила бёдрами, пытаясь ощутить его внутри себя, ведь вся изнывала от желания, но он не спешил. — Чего ты хочешь, Грейнджер? Воспитанные девочки всегда говорят словами.       — Пожалуйста… Драко, пожалуйста… — просила девушка, закусывая губу, сама не понимая как может желать этого.       — Что, Грейнджер? — глумился, не иначе. — Чего ты хочешь? — вот гад. Разве не понятно чего она хочет?!       — Тебя! — вскрикнула она, ощутив его большой палец на чувствительном бугорке. — Мерлин, тебя всего!       — Ты хочешь ощутить меня в себе? — в её губы проговорил парень. — Ты соскучилась по ощущениям?       — Да! — простонала она, прикрыв глаза, продолжая двигать бёдрами.       — Ты хочешь, чтобы я входил в тебя во всю длину? — его шепот пустил мурашки по коже.       — Мгм… — простонала она.       — Может быть ты хочешь, чтобы я тебя грубо трахнул, поставив раком? — прорычал, коснувшись возбуждённым членом её бедра. — Хочешь?       — О боги… — взмолилась девушка, прикусив его нижнюю губу, ощущая его вибрации от низкого рычания.       — Член или пальцы? — не понятно как у него выходило говорить абсолютно ровным тоном, если дыхание было тяжёлым. — Что ты хочешь ощутить в себе?       — Пожалуйста… Драко… Я очень хочу… Не издевайся… — девушка жалобно посмотрела в его глаза заволоченные пеленой, как и её собственные.       — Может быть язык? — усмехнулся, все ещё очерчивая пальцем её вход, а другой рукой прижимая его связанные руки к стене. И ей признаться честно это очень нравилось. Нравилось быть полностью предоставленной его власти.       — Драко! Что угодно! Прошу… — откинула голову на стену, извиваясь над его рукой.       — Ну куда так спешить? — он прикусил её сосок, тут же проводя по нему языком в качестве извинений. — У нас полно времени… — скользнул языком в углубление между ключицами. — Может быть всё же примем душ? — невинно поднял брови.       — Пожалуйста… — вновь взмолилась она, прикусив губу, и парень скользнул внутрь неё средним пальцем. — Да! — простонала она, чувствуя, как он вводит второй длинный палец, ублажая её. Шум воды никак не скрывал громких хлюпаний от её влажности и стонов. Да, именно стонов, а не просто вздохов. Малфой же рычал, быстрее двигая пальцами в ней. Ноги задрожали, с губ вылетел очередной протяжный стон, она была на пике, но Драко резко остановился и достал пальцы. Гермиона, рвано выдохнув, захныкала и, посмотрев на этого нахала, нахмурилась. Самодовольная ухмылка запечатлелась на его лице, в глазах не было ничего кроме желания. Его рука неспешно поглаживала головку члена, размазывая смазку по всей длине. Почему он так издевается над ней? Ох, Мерлин, зачем она связалась со слизеринцем? Парень поднял руки к её и развязал галстук, освобождая её запястья. Девушка тут же принялась растирать кожу, на которой уже появились красные следы. Малфой приобнял её за талию и жадно впился в её губы. Что же, видимо он наигрался и теперь настроен серьезно. Давно пора, нечего издеваться над ней.       — Грейнджер, я могу быть груб, — на мгновение оторвавшись от неё, сказал блондин. — Ты чертовски сексуальна, трудно сдерживаться. Если переборщу, сразу говори, ладно?       — Поцелуй меня, — будто не расслышав его, попросила Гермиона. Ей нужно чувствовать его, вкушать. Осознавать реальность происходящего, понять что она не совершает ошибок. Не дождавшись его действий, она сама к нему потянулась, но он увернулся:       — Нет, Грейнджер, — её пронзил ледяной взгляд, а горло схватила ладонь. — Если я перейду черту, немедленно говори. Ты поняла меня?       — Да, — вновь потянулась за поцелуем, но у него были другие планы. Что ж, она сама подписала сделку с дьяволом. Парень резко развернул её к себе спиной и зажал у стены, заставляя чувствовать его до предела возбужденный член у своих ягодиц. Она судорожно сглотнула, находясь в предвкушении. Широкие ладони накрыли её грудь, тут же начиная перекатывать между пальцев уже давно вставшие холмики. Гермиона опиралась в стену руками и развернула голову, пытаясь видеть его боковым зрением. Одна ладонь с груди скользнула вниз к самому чувствительному месту, вновь уже отточенными действиями сводя гриффиндорку с ума. Так её на долго точно не хватит. — Драко, пожалуйста… — знала бы она о чем просит, вероятно подумала бы перед тем как произнести эти слова. Блондин, чуть придвинув к себе её зад, приставил головку ко входу, сразу же начиная двигаться. Уже после первого резкого толчка она застонала, прогнувшись в пояснице. Ох, как же она скучала по этим ощущениям. Он впился пальцами в её бедра крепкой хваткой и принялся насаживать её на себя в быстром жестком темпе, выбивая из неё стоны.       — Да, Грейнджер… — сдавлено простонал Малфой, переплетая пальцы их левых рук. — Молодец… Я хочу тебя слышать…       Щеки залились румянцем от его похвалы, которая лишь подстегивала её для ещё большего. Он чуть нагнул её, меняя угол проникновения, и вошел в неё настолько глубоко, что она жалобно вскрикнула. С каждым толчком они всё ближе подходили к блаженному завершению их игры на выдержку. Она откинула голову ему на плечо, улавливая зрительный контакт. Гриффиндорка приоткрыла рот и закрыла глаза, когда его толчки стали сбивчивыми, но всё же ритмичными.       — Дааааа… Ещё… Мммм… — девушка никогда даже и подумать не могла, что может издавать столь непристойные звуки. Но она будет краснеть из-за этого потом, сейчас ей абсолютно плевать на всё, кроме невероятных ощущений. Тело задрожало, в глазах всё начало плыть. — Драко… — всхлипнула она, чувствуя, как начинают сокращаться мышцы вокруг его члена, отпустив себя, разрешив раствориться в этом моменте. Через пару толчков он кончил вслед за ней. Вероятнее всего Гермиона бы упала, если не мужская рука на её талии, бережно прижимающую обессиленное тело к своей груди.       Она думала, что теперь можно перевести дыхание, но у него были совершенно другие планы. Парень подхватив её бедра, поднял девушку и прижал к стене, заставляя обвить его талию ногами, крепко удерживая её.       — Что ты…? Дай передохнуть… — рвано выдохнула, взглянув в глаза.       — То есть ты сейчас собираешься сказать, что больше не хочешь? — усмехнулся, целуя её в плечо.       — Нет, — мотнула головой, но почувствовав, как он скользнул внутрь неё головкой, застонала. — Ох, чёрт, хочу…       — Да, стони, я хочу тебя слышать, — в её губы прорычал парень, а голос был пропитан хрипотцой.       — Мерлин, — она открыла рот в немом крике, ощущая его медленные движения внутри себя. — Да!       — Ты хочешь, чтобы я ускорился? — спросил парень, ухватив одной рукой её за подбородок.       — Да! — жалобно заскулила, теряясь в нереальных ощущениях.       — Проси, — уткнулся в её шею, прикусывая кожу.       — Ещё, молю тебя, ещё, Драко, — он ускорился, Гермиона закатывала глаза от удовольствия, обхватывая руками его спину, оставляя красные следы от коготков.       — Вот так? — сдавленно промычал, оттягивая её за волосы от себя, чтобы видеть лицо. — Тебе нравится?       — Да! Да, Драко! — заскулила девушка, царапая теперь его плечи.       — Может быть хочешь ещё быстрее? — в её губы, простонал блондин.       — Да! Мерлин, делай со мной что угодно, — она впилась в его губы, сразу же переплетая языки.       — Умоляй, сладкая, умоляй меня о большем, — Малфой схватил её за горло, продолжая двигаться в одном темпе.       — Пожалуйста, быстрее… Драко! — взмолилась гриффиндорка, закатывая глаза. Ей безумно нравилась его животная страсть. И он ускорился, покусывая и целуя её плечи. Шлепки двух разгоряченных влажных тел разносились по всей ванной. Её мышцы вновь стали сокращаться вокруг его члена, вызывая его глухое рычание. Его движения стали более безумными и вовсе не контролируемыми и, отпустив её шею, блондин впился в её губы. Через несколько фрикций они вместе кончили. Парень навалился на неё всем телом, прижимая к стене. Гермиона опустила ноги, но вовсе не могла на них устоять, дрожа всем телом, прижимаясь к его груди.       — Душ все же принять стоит… — в её волосы выдохнул слизеринец, немного придя в себя. Он поднял её лицо за подбородок и оставил нежный, почти невесомый поцелуй на губах. Девушка уткнулась в его плечо, обхватив руками шею. Она никогда в жизни не чувствовала себя лучше, чем сейчас.       Постепенно дыхание восстанавливалось, а разум прояснялся. Драко аккуратно отстранил от себя девушку и потянул за собой под струи воды, которые все это время попадали на плечи парня. Он намылил руки и скользнул ими по её телу от плеч до живота. Грейнджер наслаждалась его прикосновениями и всматривались в серые глаза, которые с особой нежностью и восхищением осматривали её всю. Она усмехнулась и закрыла лицо руками сама не понимая что именно значило это действие то ли желание спрятаться от него, то ли остаться навсегда в этом моменте, пытаться запомнить всё в мельчайших деталях. Малфой перехватил руки за предплечье и, заведя передние пряди волнистых волос за уши, поцеловал её в лоб, приподняв лицо за подбородок. Как он может быть таким нежным и горячим одновременно? Очевидно ответа на этот вопрос ей никогда не получить.       Они вели себя как самая настоящая пара влюбленных: намыливали тела друг друга, смеялись, целовались, обнимались — хотя может быть ей и были?       Драко замотал полотенце на бёдрах и подошёл к Гермионе, которая у зеркала заправляла края полотенца для надёжности, и бережно убрал с шеи её волосы на правую сторону. Их взгляды в зеркале пересеклись: выжидающий карих глаз и озорной серых. Он поцеловал её и выпрямился, обхватывая руками её шею. Она прикрыла веки, наслаждаясь, запоминая его вот таким, ведь не знала повторится ли это ещё когда-то. Всё это было новым, необычным из-за этого неправильным, но таким нужным. Земля ушла из-под ног, заставив распахнуть глаза. Блондин с абсолютно невозмутимым лицом нес её к себе в комнату. Бережно уложил на подушки и навис сверху, прикусив губу, смотря как хищник на добычу. Гермиона отвела взгляд, смутившись. На щеках проступил румянец. Её пугало стремительное развитие их «отношений», ведь ещё месяц назад они практически не контактировали, если не брать во внимание бесценную помощь Драко, а теперь девушка лежит в его постели в одном полотенце после очень даже неплохо секса, да что там неплохого самого лучшего. Глупо называть его именно так, учитывая что это лишь второй половой акт в её жизни, но всё же уверенность что лучше ощущений не будет брать контроль над ситуацией. Малфой подошёл к шкафу и, сбросив полотенце, взялся за поиски нижнего белья. Гриффиндорка наблюдала за ним сквозь растопыренные пальцы ладони, закрывавшей её лицо. Крепкая спина, скульптурная шея, дюжие плечи, аристократические сильные руки, мускулистая грудь, заметный пресс — в целом тело было достаточно подтянутым. Он стянул с вешалки белую рубашку и подошёл к Гермионе.       — Думаю в этом будет поудобнее лежать в моей постели, — кинул на неё вещь, садясь рядом.       — Ты сам меня сюда притащил! — возмутилась девушка.       — Да ты и не сопротивлялась особо, — усмехнулся и положил широкую ладонь на ее ноги, разнося по её телу мурашки.       — Я уж лучше пойду свою одежду возьму, — она собиралась встать и уйти, но у Драко были совершенно другие планы.       — Нет, Грейнджер, — крепче обхватил её ногу, метнув ледяной взгляд. — Ты меня не поняла. Сейчас ты одеваешь эту рубашку и лежишь здесь со мной. Потому что я так хочу.       — А моё мнение не учитывается? — подняв брови вверх и сложив руки на груди, усмехнулась гриффиндорка.       — Ты сама не против этого, но боишься признаться.       Он прав, спорить бесполезно. Да она и не хотела особо доказывать свою правоту, устала быть всегда и везде точной, правильной, прилежной. Рядом с ним можно было забыть про свой идеальный образ трудолюбивой ученицы. Ему не нужно было ничего кроме неё самой, и это заставляло расслабиться. Странным было то, что она чувствовала себя в безопасности рядом с давним врагом и опасность рядом с друзьями. Когда это они успели поменяться ролями?       — Отвернись, — всё же взяв рубашку в руки, хмуро приказала девушка.       — Что я там не видел? — усмехнувшись, спросил блондин, скользя к краю полотенца вверх по её ноге.       — Малфой! — вот нахал. Удар по его проворной руке всё же заставил парня прекратить.       — Ладно, ладно, так и быть, — он не оборачиваясь с наигранно разочарованным лицом направился в ванную.       Девушка, победно хмыкнув, встала с кровати. Выправив край полотенца, она все же дала ему упасть на пол, тем временем беря в руку рубашку. Белоснежная приятная к телу хлопковая ткань окутала в бережные объятия её тело, полностью повторяя все изгибы несмотря на свой внушительный объем. Рукава оказались слишком большими, поэтому гриффиндорка закатала их до середины предплечья. Пара верхних пуговиц осталась не застегнутой, а край чуть прикрывал бёдра. Староста подошла к зеркалу и внимательно взглянула на себя, но не только она любовалась. Из двери выглянула белобрысая макушка, на лице владельца которой запечаталась самодовольная ухмылка.       — Тебе идёт, Грейнджер. Даже больше чем мне, — наконец вышел из дверного проёма со стопкой аккуратно сложенных вещей и положил их в кресло. Она внимательно следила за тем как он подошёл сзади и обнял её за плечи, позволив откинуть на него свою голову. — Не против, если я окно открою?       — Тебе жарко? — гриффиндорка взглянула на него в зеркале, но не поймав взгляда, развернулась в его сторону.       — Я сам по себе чертовски горяч, Грейнджер, — открыл створку, впуская прохладу в спальню. — Нужно соблюдать равновесие вселенной.       — Какой же ты самовлюблённый… — забравшись в кровать, закатила глаза. Малфой сел рядом и, развернув девушку к себе спиной, прижал к груди, откидываясь на изголовье кровати. И Гермиона не протестовала, лишь обхватила его руки своими и прикрыла тяжёлые веки, погружая себя в темноту.       — Что я пропустил на собраниях? — глухо спросил блондин.       — Все детали подготовки к празднику. Осталось меньше двух недель, — лениво ответила гриффиндорка.       — Неужели ты действительно хочешь этим всем заниматься? — поцеловал её в макушку.       — Не-а, но пришлось, ты ведь сбежал в подземелья, — чуть съехала вниз, чтобы находиться в полу-лежачем положении.       — На праздник нужна пара?       — Не обязательно, но желательно. Будет множество медленных танцев, а что? — сон напористо поглощал её сознание.       — Пойдешь со мной? — прошептал у самого уха, будто обращался в никуда.       Он шутит? Нет, не серьёзно же? Отличное чувство юмора. Додумался же так пошутить — аристократ пойдет на бал с грязнокровкой. Да, смешно. Девушка горько усмехнулась и поудобнее расположилась на его плече, так и не ответив. Дыхание выравнивалось — она засыпала, чувствуя нежные поглаживания своих кистей. В кромешной тьме мозг рисовал разноцветные волны, плывущими по течению мыслей. До её ушей долетали чьи-то задорные возгласы с улицы, шелест листвы и щебетание пролетающих мимо птичек. Хоть с окна и тянуло свежестью, но в его объятиях было тепло. То самое, которое он пообещал постараться ей дать.       Всё что происходило между ними: эмоции, слова, прикосновения — она проживала впервые. Никогда рядом с мужским полом не было ощущения защищенности или необходимости. А рядом с ним хотелось прожить всю жизнь, с Драко Малфоем, который всегда казался ей заносчивым, надменным, эгоистичным идиотом. С тем, кто не даст в обиду и проявит заботу, с тем кто помогает в трудную минуту хотя не должен, с тем кто с трепетом обнимает её и целует, словно любил всю жизнь. И осознание того что между ними могут зародиться серьёзные отношения приятно оседало на душе.       Так выглядит идеальный конец сказок? В их истории наверное да.

***

      Настойчивый стук в дверь заставил открыть глаза. Комнату освещали наполовину прогоревшие свечи. С все ещё открытого окна доносились чьи-то глухие голоса. Её талию обвивали мужественные жёсткие ладони, прижимая к широкой груди, что мирно вздымалась при каждом его вдохе. По его от чего-то напряжённым рукам слегка выпирали вены, которые заканчивались у изгиба локтя. Гермиона коснулась их и слегка потрясла, пытаясь разбудить его.       — Ehi, ragazzo! — донёсся громкий голос с другого конца двери.       — Драко, кто там? — обеспокоено спросила его девушка.       — Где, Грейнджер…? — раздражённый своим пробуждением огрызнулся парень, утыкаясь носом в её пышные кудри.       — За дверью! Кто-то стучит! — она попыталась выбраться из его хватки, но он сильнее прижал к себе её хрупкое тело. — Вставай! — вновь потребовала девушка, хоть и хотела остаться именно так. В его объятьях.       — Posso entrare? — поинтересовался кто-то низким голосом.       — Чёрт! — ругнулся слизеринец, отпуская её. — Ага, сейчас! Подожди за дверью! — крикнул он, протирая глаза.       — Тебе есть что скрывать? — усмехнулся кто-то.       — Стой там, я сказал! — огрызнулся на него блондин. Девушка поднялась на кровати, растерянно осматривая то закрытую дверь, то блондина.       — Это срочно! — вновь ударил по дереву. — Non sei solo?       — Да! — поняв о чём именно его спросили, ответил Драко. — Стой там!       — Познакомишь? — усмешка слышалась в голосе парня.       — Знакомы! Завались! Я сам тебя впущу!       — Кто это? — нахмурившись, спросила гриффиндорка.       — Алкоголик, — огрызнулся староста, вставая с кровати. — Иди к себе, чтобы он не видел. Только тихо, ладно?       — А…? — она сама не поняла, что именно хотела спросить.       — Иди, — кивнул в сторону ванны. — Все потом.       — No, beh, questa è già impudenza! Ci sto, smettila di nascondermi le tue puttane!       — Я тебе врежу, придурок, если не заткнешься! — прошипел Малфой, резко разозлившись видимо из-за сказанного. Вероятно говорили они на итальянском, но его Гермиона не знала, чтобы понимать о чём идёт речь. Она послушно выскользнула за дверь в одной рубашке и выдохнула.       Отлично, их только что кто-то практически застукал. И этот кто-то был явно близким другом Драко, раз знал пароль от башни. Девушка зашла к себе в комнату и взглянула на часы.       — Ну вот, скоро начнётся ужин! Мы всё проспали… — она потерла глаза и принялась собираться. Его рубашка спала с её плеч, ведь на замену пришёл объемный голубоватый свитер. Обувь осталась в его спальне, вот чёрт… Придётся идти в других кроссовках.       Буквально через пятнадцать минут она уже спускалась по лестнице в гостиную, напевая себе под нос глухую мелодию из маггловского мультика. Она метнула быстрый взгляд на диван и замерла. На неё смотрели две пары глаз: зелёные и карие — с ехидными улыбочками на лице.       — Грейнджер… — протянул брюнет, властно сидящий на диване.       — Что вы здесь делаете? — спросила Гермиона, спустившись ещё на одну ступень.       — Пришли к другу, — отозвалась слизеринка.       — Вы тоже? — вырвалось у гриффиндорки прежде, чем она успела осознать.       — Тоже…? — изогнул бровь Нотт.       — Ну в смысле к нему часто заходит одна девушка, и я подумала, что вы тоже пришли и… — закапывает себя ещё глубже. — Я пойду пожалуй, — кивнула она, и поджав губы, метнулась к двери.       Отлично, они что-то заподозрили… Поскорее бы вновь вернуться в объятия Драко, там так тепло и безопасно… Но конечно же её больше всего интересовало почему к нему пришли друзья, они ведь обычно к нему не заходят. Об этом она узнает позже, сейчас нужно как ни в чём не бывало прийти на ужин и улыбаться своим «верным друзьям».       В Большом Зале уже многие сидели на своих местах. Гермиона, игнорируя выжидающие взгляды друзей, принялась за пищу. Рональд прочистил горло и отложил вилку, склоняясь ближе к девушке.       — Ну и что сегодня было? — начал он. — Почему ты пришла с этим хорьком?       — Я не считаю, что вам обязательно это знать, — отрезала девушка, насаживая кусочек филе на вилку.       — А почему ты светишься вся? — по-доброму поинтересовалась Джинни.       — Настроение хорошее, — притворно улыбнулась гриффиндорка. — Представляете, сегодня узнала, что мои друзья лгуны.       — Это было для твоей же безопасности, — тяжело вздохнул Поттер.       — Позволите продолжить ужин в тишине? — оборвала его зарождавшуюся лекцию Гермиона. Её вовсе не хотелось выяснять с ними отношения. Все выводы она уже сделала, причем давно, а сейчас лишь убедилась в своей правоте. Ребята её больше не донимали, что неожиданно с одной стороны, но с другой оно даже к лучшему. В зал вошла серебристая четвёрка: впереди горделивой походкой Пэнси, позади властно Драко с Блейзом, а замыкал их воображаемый строй Теодор. На Малфое не было лица, что такого могло случиться? Обязательно нужно будет спросить его об этом, заодно вернув рубашку.       В её голове не укладывались все события сегодняшнего дня: она узнала что является крестражем и о скором восстании, поговорила с Драко по душам, перейдя на новый, если так можно выразиться, этап отношений, первый раз попробовала сигарету, поспала в крепких объятьях после крышесносного секса и потеряла последние нити доверия с друзьями.