Замёрзшие

      Драко натянул на себя штаны и открыл дверь своему нетерпеливому итальянскому другу. Мулат оглядел комнату и ухмыльнулся. От него несло табаком и алкоголем — ничего нового.       — Чего тебе? — сухо спросил блондин, придерживая дверь рукой.       — Какой злой… — наигранно надулся Забини. — Видимо твоя девочка на одну ночь не очень хорошо выполняет свою работу.       — Ты нарываешься, придурок, — сквозь зубы прошипел слизеринец.       — Так быстро убегала, что не удосужилась одежду захватить? — усмехнулся Блейз, пролезая под рукой друга.       — Тебе врезать? — резко обернулся, захлопнув дверь.       — Ладно, я не за этим пришел. На, читай, — он протянул ему в руки свёрнутую в рулон газетенку и прислонился к стене.       Драко скептично оглядел его, но всё же развернул и наткнулся на колдографии растерянного министра Магии мистера Форда на первой странице. Молодой мужчина, лет сорока, высокий, худощавый, смазливый — ничего примечательного, однако возле него постоянно вертелись представительницы прекрасного пола. Нет, конечно Малфой не завидовал, это его веселило. Как же слепы бывают люди в своем выборе, особенно если расставляют приоритеты во власти и деньгах. Мистер Форд как раз таки таким и являлся. Его мало заботила ситуация в магическом мире, а вот развлечения… Под фотографией была подпись мелким шрифтом: «Подробности смотреть на четвертой странице». Её блондин и открыл. Жертвы нападений Рита Скитер о главном: Вчера днём было совершено нападение сбежавших приспешников на магов в Косом Переулке. Двое убиты, шестеро отправлены в больницу Святого Мунго для обследования. Чего хотели добиться пожиратели неизвестно, однако из ближайшего магазина со старинным антиквариатом исчезли ценные экспонаты. Министерство отправило свой отряд на место преступления, но никаких следов найти не удалось. Вот как прокомментировал это Министр Магии: «Дорогие граждане, для ваших переживаний нет никаких причин. Отряды авроров отправлены для поиска сбежавших. Вам ничего не грозит.» На вопрос как именно удалось сбежать приспешникам ответ так и не получен. Министр добавил: «Просьба соблюдать бдительность, лишний раз не выходить из домов и сообщить, если вам что-либо известно об их местонахождении.» С ними ли заодно мистер Форд или нет не ясно, но этим расследованием я займусь в ближайшее время. Следите за выпусками свежих новостей.       — Что это? — дочитав статью, спросил блондин.       — Завтрашний утренний выпуск Пророка, — смотря в потолок, ответил мулат.       — Откуда он у тебя? — после сладких сновидений в объятиях с Грейнджер Малфой не мог сложить два плюс два, чтобы понять очевидное.       — Обижаешь, я не последний человек в магической Англии. Связи.       — То есть это произошло сегодня? — уточнил слизеринец.       — Смекаешь, — кивнул усмехнувшись. — Молодец. Да, об этом уже успели напечатать. Всего три газеты было на момент передачи данного экземпляра. Ты же знаешь, что этой змее лишь бы зубы поточить, хотя в её случае скорее прытко пишущее перо.       — Но это я так понимаю не все, из-за одного выпуска газеты, которая была бы в свободном доступе уже завтра с утра, ты бы не пришел, — выжидающе посмотрел на друга, озвучив в слух свои догадки.       — Верно. Прочитай вот это, — протянул, достав из кармана, письма и вновь облокотился на стену. — Все. Внимательно.       Драко получил четыре конверта и пробежался по ним взглядом. Ничего примечательного, никаких отпечатков на потускневшей бумаге, ни единой прописной буковки, лишь вырезки из газет как в дешёвых маггловских фильмах. Малфой был наслышан об этом от Дэниэля, который постоянно обсуждал подобное вместе с Теодором вечерами в спальне. Он открыл, развернул первый конверт с вырезкой из букв: «Для Мисс Паркинсон».

Здравствуй, милая дочка! Твой папа скоро вернётся за тобой, чтобы исполнить обещание, надеюсь, ты о нем не забыла. Бойся, беги, прячься — все это бесполезное занятие. Я все равно тебя найду. Место, где я сейчас нахожусь, тебе все равно не вычислить, но если ты попытаешься кому-то сообщить об этом письме, то твой конец настигнет намного раньше. Я все знаю. Я всегда рядом.

Жутковато. Парень знал, что именно клялся сделать Теренс Паркинсон со своей единственной родной дочкой — прикончить собственными руками, а причиной этой ненависти были разные взгляды на жизнь. Пэнси в отличие от отца не служила Лорду и не придерживалась мнения о никчемности магглорождённых. И сделала она это во время седьмого курса, перед войной, когда вся их дружная компашка отдыхала в Италии.       Он сложил письмо вдвое и открыл следующий конверт с вырезкой: «Для Мистера Нотта».

Здравствуй, милый сынок! Соскучился по отцу? Я скоро приду за тобой, не волнуйся. Тебе не спрятаться от меня, как ты это сделал в прошлый раз. Теперь не выйдет. Я все знаю. За всем слежу. Если ты попытаешься кому-то сообщить об этом письме, то твой конец настигнет тебя быстрее. С нетерпением жду нашей скорой встречи, чтобы исполнить давнюю мечту. Помнишь, о чем я мечтал? Вспоминай.

      Малфой сглотнул подступивший к горлу ком. Кантанкерус был ярым любителем боли и унижений, как и многие другие приспешники, но в отличие от них, он причинял боль родным. Теодор не раз подвергался пыткам круциатусом или других болезненных заклинаний. И он мог догадаться о его заветной мечте — замучить до смерти своего сына.       Следующий конверт с надписью: «Для Мисс Буш» — заставил Драко нахмуриться. Причем здесь Циара? Он открыл письмо и внимательно прочитал содержимое.

Здравствуй, доченька! Ты скучала по папочке? Я вот скучал. Почему ты ничего мне не сказала о своей свадьбе? Мы с Малфоями были друзьями, они неплохие люди, я даю добро. Но, видишь ли, какая незадача, я приду за тобой и тогда твой женишок может попрощаться со всем. Ты ведь никому не сообщишь об этом письме? Надеюсь на твое благородство. Жду встречи, милая. Я все знаю и вижу, всегда рядом с тобой.

      Ярвуд тот ещё ублюдок, но такого от него Драко не ожидал. Зачем ему собственная дочь? Он убьёт её? Замучает?       Парень взял в руки следующие письмо, последнее, с интересной, отличающееся от других надписью: «Мистеру Забини от поклонников».

Здравствуйте, мистер Забини! Мы давние друзья вашей матери. Она вам вероятно про нас не рассказывала, но уже и не расскажет… Об этом позже, наш милый друг, мы ведь можем Вас так называть? Думаю, Вы позволите. Вероятно, читая это письмо Вы задаетесь вопросом о том с какой целью оно было написано. Что ж, пришло время вскрываться. Вы не глупый состоятельный молодой человек, а значит можете быть полезны нашему сообществу. Вы заинтересованы? Полагаю да. Мы собираем армию приспешников, чтобы закончить дело, начатое нашим повелителем — Темным Лордом. Для конфиденциальности мы не будем сообщать всего в данном письме, но если Вы готовы вступить в наши ряды, то приходите на восьмой этаж ровно в полночь двадцать пятого октября. Это будет для нас знаком. Вы никого там не увидите, однако мы увидим вас. Естественно об этом никто не должен узнать, мистер Забини, никто. Для того чтобы облегчить вам принятие решения мы готовы вас обрадовать одной вестью — ваша мать у нас. Не волнуйтесь, она достаточно пострадает, если вы откажитесь. С наилучшими пожеланиями, ваши тайные поклонники.

      — Это… — он ещё раз взглянул на бумажки. — Только вам четверым?       — Я ждал этого вопроса, и у меня есть ответ, — Блейз достал ещё один конверт, в этот раз запечатанный.       Драко буквально вырвал его из рук и внимательно осмотрел. Вся та же бумага, все такие же буквы, но всё же отличия были: «Для Д.Л.М.» — его не назвали по фамилии или имени, а поставили инициалы. Слизеринец отложил все бумажки из своих рук на комод и открыл письмо.

Доброго времени суток, бывший наследник рода Малфоев! Ну же, не злись из-за моего обращения. Твой отец правильно поступил тогда, как раз как мы и договаривались. Молодец, всегда действует по плану, в отличие от тебя. Нарцисса тебе уже обо всем сообщила. Ты смышлен, но не достаточно, я сильнее. И я скоро приду за тобой. Лично. И тогда тем, кто решит не переходить на мою сторону не поздоровится. Ты жалок и ничтожен. Тебя едва хватит, чтобы обычное заклинание использовать, но твоя помощь мне нужна. Знаю, ты меня не подведёшь. Ты ведь никому не скажешь об этом? Знаю, не скажешь, но уточнить стоило. С нетерпением жду нашей встречи, твой давний знакомый В.Ш.

      Сердце пропустило удар. А может быть оно вообще остановилось, парень в тот момент этого не понял. В.Ш. — это ведь Вигго Шафик? Да, это он, кто ещё может быть его давним знакомым. Зачем он написал? Он сам это сделал или с помощью кого-то? Точно ли он мертв? Это он вообще? А остальные письма? Кто все это написал? Один человек? Несколько? С какой целью? Запугать? Слишком много вопросов, остающихся без ответов, образовалось в его голове. Драко повернул голову на друга и решился на правду.       — Мне кое-что известно, — начал блондин, смотря куда-то сквозь мулата. — Но рассказать я об этом вам смогу чуть позже.       — Это когда? — усмехнулся, оторвавшись от стены. — Когда все вместе на том свете окажемся? Там, Малфой, ни один воскрешающий камень не поможет.       — Чуть позже! — повысил тон парень. — Мне нужно подумать!       — Когда это ты в великие мыслители записался? — изогнул бровь, вложив руки в карманы.       — Вали отсюда, — качнул головой в сторону двери, от чего в ответ получил недовольную гримасу.       — Vaffanculo, ragazzo! Ti picchierei, ma è un peccato lamentarsi di te! — огрызнулся Забини, направляясь к двери.       — Мне зато не жалко! — прошипел сквозь зубы староста, поняв о чём идёт речь. Нет, конечно в совершенстве он язык не знал, но многие едкие фразочки выучил.       Он довольно быстро собрался и направился в гостиную, где его, как оказалось, ждали друзья. Все вместе они дошли до Большого Зала. У блондина не было настроения от слова совсем, но почувствовав на себе теплый взгляд карих глаз, немного успокоился. Драко принялся за ужин, однако еда вставала поперек горла. А ещё полчаса назад он нежился в кровати с любимой…       Малфой, все же выпив сока, поднялся со своего места. Не прощаясь с друзьями он направился к выходу, будучи уверенным, что за ним пойдет та, которая засела в его мыслях. И он на лестнице услышал её шаги, улыбнувшись. Она поняла. Его девочка. Только вот быстро улыбка стёрлась с его лица, ведь нужно было сообщить ей о письмах и нападении. Чёрт.       Драко сложил руки в карманы идеально выглаженных брюк и медленно развернулся к девушке, которая обеспокоено рассматривала его фигуру. Густые темные брови нахмурены, носик чуть сморщен, а его любимые губки прикусаны идеально ровными белыми зубками. Парень не решался заговорить, а она ждала. Сегодня был такой хороший день, а теперь придется все разрушить. Снова. Он развернулся и зашагал в башню, быстро, практически бегом.       Все мысли путались, мешали здраво соображать. Неужели у него не получится её защитить? Неужели в этот раз они проиграют? Нет, нельзя этого допустить. Они найдут выход. Справятся. Вместе. Что она там хотела? Тепло? А защиту? Она не боится? Думает, что находится в безопасности рядом с ним? Где же твой мозг, Грейнджер? Почему ты решила связаться с пожирателем? Она будет в безопасности. Выживет. Драко готов пожертвовать всем миром, чтобы она могла выжить. Дышать, улыбаться, облизывать свои манящие губы и бережно обнимать его за шею. Он хочет быть с ней. И будет любой ценой. Он найдет выход. Осталось лишь ей об этом сказать. Грейнджер, милая, черт бы тебя побрал, Грейнджер… Лучик света в моём мире… Грейнджер… Твои горящие глаза и нежные руки, твои непослушные кудри и вздёрнутый носик, твои бровки и губки, а эти ноги… Салазар, какие ноги… Кто тебя создал? Такую идеальную, прекрасную во всем? Грейнджер, сладкая всезнайка, что решила впервые покурить сегодня сигарету, вот дуреха… Грейнджер — звучит как мечта. Заветная, безумная, нелепая мечта. Такая правильная, такая настоящая, живая…       — Драко, что случилось? — оторвал его от мыслей любимый голос. — Почему ты такой хмурый?       — Нужно поговорить, — обернулся через плечо. Она стояла со сложенными на груди руками, наклонив голову набок. Давно она стоит с ним в гостиной? А он? Как давно он здесь? Как дошел? Почему не помнит ничего кроме неё? — Со мной пойдешь или здесь подождёшь?       Он был уверен, что она останется на месте, но девушка, помедлив лишь мгновение, сделала робкий шаг к нему, протягивая руку. Хочет поддержать его? Зачем? Пусть лучше одумается и спрячется от него подальше. Он сделает ей больно, так нельзя. Почему она вообще идёт с ним на контакт? Неужели её настолько сломали, что ищет утешение во всех подряд? Что ж, Драко готов бросить к её ногам весь мир, лишь бы с ней все было хорошо, возможно она это понимает, поэтому открывается? Парень взял её руку и притянул ближе к себе, направляясь к лестнице. Уже второй раз за день они поднялись к нему в комнату.       И это так быстро, все это: поцелуи, объятия, близость, у него ведь был план добиваться её пару десятков лет, а тут…       — Грейнджер, я не знаю как начать этот разговор, но прочти завтрашний выпуск Пророка. Откуда у меня он не спрашивай. Просто ознакомься с тем что произошло сегодня, — протянул газету и сел в кресло, внимательно следя за изменениями выражений лица своей принцессы. Сначала в глазах вспыхнул интерес, который позже сменился недоумением и страхом, губы сомкнулись в тонкую полоску, а брови сошлись в переносице.       — Нападение? — рывком закрыла газету и взглянула на парня. — Их до сих пор не поймали?! Куда они смотрят?!       — Тшшш… — шикнул на неё Драко из-за слишком бурной реакции, ведь надеялся на здравую оценку ситуации. —Это ещё не всё. Вот письма, их тоже прочти, внимательно, — протянул конверты, которые Гермиона, подойдя ближе, забрала из его рук.       Недоверчиво осмотрев конверты, она все же открыла их. Лицо побледнело после первой же прочтенной строчки, а страх в глазах лишь набирал могущество. Её губы приоткрылись, а руки задрожали, казалось, начиналась истерика. Прочитав все письма, глаза вновь бегло обеспокоено забегали по строчкам.       — Они действуют?! — истерично воскликнула девушка. — Они… — шумно сглотнула, сведя брови в переносице. — Нападут? — голос дрогнул, а на глазах блеснули слезы.       — Вероятно, — кивнул блондин, чьё сердце сжалось от её состояния. Что угодно, но только не её слезы. Нужно найти способ успокоить принцессу. — Я не понимаю зачем им это, но им что-то нужно. Власть или величество. Я… — поджал губы и поднялся с кресла.       — Давай поговорим позже обо всем этом, сейчас мне нужно все обдумать, — бросив бумажки на кровать, постаралась ровным голосом произнести девушка.       — Останешься у меня? — пытаясь не бросать её одну в таком состоянии, спросил слизеринец.       — Нет, я… — резкий ответ и слишком быстрые движения головой. — Нет, мне действительно нужно побыть одной. Все в… — собиралась сказать «в порядке», но осеклась, ведь оба знали, что это враньё. — Я пойду.       — Грейнджер, я не закончил, — преградил рукой дорогу, не собираясь отпускать её с черт знает какими мыслями.       — А я устала, — прогнувшись под его рукой, отрезала Гермиона. — Спокойной ночи.       — Ох, как же с ней сложно… — закатив глаза, как только дверь закрылась, прорычал парень. — Просто идеальная… Жениться бы на тебе, Грейнджер чертова, да ты не пойдешь…       Всю ночь в его голову лезли тысячи мыслей одновременно: о принцессе, о письмах, о матери, о возможном решении всей этой огромной проблемы — не давая сомкнуть глаз ни на секунду. Он ворочался в поисках удобной позы, чтобы наконец отдаться сновидениям, но безрезультатно. Если бы Грейнджер была рядом, спать было бы намного проще, но она выбрала одиночество. С другой стороны на что он надеялся, предлагая остаться ей у него? Она не проститутка какая-нибудь, а девушка с характером, за которой нужно век бегать, чтобы добиться хотя бы улыбки с её стороны. Удивительно, как ему удалось к ней подобраться, так ещё и заполучить некое доверие… Некое? Она отдала ему свой первый раз и согласилась на второй, после которого нежилась в его объятиях, что-то смутно вериться в то, что она могла так поступить с первым встречным. Нужно будет поговорить с ней не только о приспешниках, но о совместной жизни, ведь он этого хочет. И это глупо — грезить о ней как о своей жене, ведь хера с два она согласится запятнать свою будущую репутацию черной меткой пожирателя. Ох, Грейнджер, чертова прекрасная Грейнджер… При других обстоятельствах он бы начал бегать за ней с самого первого дня пребывания в Хогвартсе: ухаживал, одаривал цветами, комплиментами, стихами, всем тем, что она пожелает, чтобы добиться её расположения — но его трусость и отсутствие знаний в общении с женским полом лишили его изыска.       Драко повернул голову в сторону двери в ванную, за которой послышался плеск воды, и метнул взгляд на окно. Уже утро, а он не спал, отлично, просто изумительно. Он вскочил с кровати и встал в планку на полу, но в чувство его такая нагрузка не привела, поэтому в ход пошли отжимания. Один, три, десять, тридцать, пятьдесят — все равно бедственно клонило в сон. От беспомощности он зарычал и сел на полу, потирая переносицу пальцами.       Думай, думай как взбодриться… Должно же быть решение… Может заклинание, зелье?       — Ауч! — донёсся женский голос по ту сторону двери. — Мммм… — протянула она, подвывая. — Чёрт!       Малфой настороженно посмотрел в ту сторону, обдумывая подойти ли ему и спросить что случилось или сделать вид, что ничего не заметил. Сердце требовало исполнения первого варианта, да и мозг был согласен, поэтому парень поднялся и, сделав глубокий вдох, подошёл к двери.       — Грейнджер, — стук в дверь, — все в порядке? — замер, прожигая взглядом ножки кресла в ожидании ответа.       — Мхм… Прости… — голос звучал как-то не так, будто бы она сдерживала крик боли, который разнёсся бы по всей башне.       — Точно, Грейнджер? — нахмурившись, уточнил слизеринец.       — Я уже скоро освобожу ванную, не переживай, — оповестила девушка, щелкнув чем-то вроде крышки шампуня.       — Вот упертая, ужас какой-то… Салазар, подари мне её, больше ничего в жизни не попрошу… — себе под нос буркнул блондин, проведя рукой по лицу пока подходил к столу, на котором были разбросаны пергаменты и учебники.       Уже через двадцать минут он полностью собранный двинулся в Большой Зал. Хорошо ли он выглядел? Вряд ли, раз от него многие встречающиеся на пути шарахались. Ещё бы нет — не спать всю ночь и смотреть на всех ледяным убийственным взглядом.       — Парень, ты выглядишь просто ужасно… — переглянувшись с друзьями, начал Блейз. — Все-таки та девчонка справляется со своими обязанностями?       — За-ва-лись, — по слогам прошипел Малфой, наливая себе кофе.       — Нет, правда, что случилось? — хмыкнув, спросила Паркинсон. — Ты чего такой помятый?       — Неважно, — слишком резко отозвался парень. — Могу в тишине побыть? — крепко сжал челюсти и взглянул на них.       Серебряный квартет в тишине продолжил завтрак, пока в зал не влетели совы с утренней почтой. Ученики расхватали газеты и практически одновременно со всех концов послышался противный голос Скитер. Драко лишь фыркнул, продолжая, как ни в чем не бывало, свою трапезу.       — Это просто возмутительно! — воскликнул кто-то из учеников. — Почему их никак не поймают?       Действительно. Раз такой умный, то сам и лови! — захотелось огрызнуться Малфою.       — Что?! — в этот раз одновременно воскликнули несколько человек. — Убийство?!       Нет, шутки пишут. На самом деле дети родились…       — А что если они вновь попадут в Хогвартс? — вновь кто-то подал голос. — Что тогда? Почему их не могут поймать?       — Как же они меня заебали… — на выдохе произнес блондин, проводя рукой по лицу. В голове беспорядок, а эти умники своими тупыми рассуждениями лишь все усугубляют. Драко встал с места и, не оборачиваясь, не реагируя на зов своих друзей, направился к выходу.       Сегодня первую и последнюю пару поменяли местами, а значит что с Гриффиндорцами возможно будет пересечься лишь перед обедом, что не могло не радовать. Конечно очень хотелось увидеть Грейнджер, ведь на завтраке он её не наблюдал, но лицезреть вислого и шрамоголового не входило в её планы. Целый день глаза слипались, будто умоляя о сне. Профессор продолжал свою речь, но мысли забиты другим. Краем уха Драко словил свою фамилию, и резко втянув носом воздух, вскинул голову.       — Мистер Малфой, с вами всё в порядке? — изогнув бровь, поинтересовался Лоран, на что в ответ получил растерянный кивок. Мужчина вдохнул воздуха, собираясь ещё что-то добавить, но ему не дали этого сделать.       — Профессор, вы можете нам рассказать что-то о крестражах? — спросила девушка.       — Что просите, мисс Грейнджер? — обратил свой взор на гриффиндорку мужчина. — Крестражах?       — Да, профессор, — кивнула Гермиона, искусно игнорируя обращённые на неё взгляды учеников. — Я просто подумала, что это важная информация, ведь не всем об этом что-либо известно. Так… — на секунду замялась сомневаясь в своих действиях. — Вы можете что-то рассказать о них?       — Это темная магия, я туда с подробностями не полезу, — спокойно отозвался Лоран. — Всё что вам нужно знать это то что крестраж является частичкой души человека, которую разделили в результате убийства.       — Но разве лишь убийство может стать основой создания крестража? — взяла в руки перо и мягко улыбнулась, изображая свою любительскую заинтересованность.       — Простите…? — сложил руки на груди, оперевшись на стол профессор.       — Гарри… — чуть смутившись, начала девушка. — Гарри Поттер ведь тоже являлся крестражем, но… Его не убили. Он жив и сидит перед вами, — Драко внимательно следил за ней, сцепив руки в замок, пытаясь понять к чему она клонит. — И плакса Миртл, она… Её душа в стенах этой школы, хоть она и была использована для крестража… Есть… Есть ли ещё какой-то способ для их создания?       — Зачем вам эта информация, мисс Грейнджер? — мужчина сделал шаг к первым партам первого ряда, на котором как раз таки сидела гриффиндорская всезнайка. Не только ему было интересно знать зачем ей это — все ученики в недоумении косились на девушку.       — Для общего развития, профессор, — легко улыбнулась, заставив сердце Драко биться быстрее. Чёрт, как же ей шла улыбка. — Видите ли, все книги с какой-либо информацией были уничтожены во время войны, а я хотела бы узнать больше, — теперь блондин понял, что она затеяла, и тихо хмыкнул себе под нос.       — Вы хотите узнать есть ли заклинание с помощью которого можно извлечь душу человека не убивая его самого? — с неким нетерпением спросил мужчина.       — Да, профессор, именно это я имею в виду, — кивнула и вновь взяла перо в руки, начиная крутить его между пальцев.       — Безусловно такие заклинания могут существовать, но мне о них ничего не известно, ведь повторюсь это темная магия, — ответил Лоран, направляясь в конец класса, проходя мимо неё.       — А что насчёт связи между крестражем и создателем? — спросила Гермиона, не оборачиваясь на его персону.       — Что? — глухо спросил профессор.       — Может ли человек, создавший крестраж, связываться с ним в любое время суток? — переформулировала гриффиндорка, повернув голову.       — Если крестражем является человек, то уверен, что может, — последовал ответ. — Почему вы этим интересуетесь? — встал напротив девушки спиной к Малфою, загораживая ему обзор на его принцессу.       — А что насчёт невербальных заклинаний, сэр? — неожиданно для самого себя спросил Драко. — Можно ли человеку, который создал крестраж, являться к предмету и мучить без палочки?       — К чему вы клоните? — развернулся к нему Лоран, изогнув бровь.       — Интерес не более, — в один голос отозвались молодые люди, мельком переглянувшись между собой. Хмурое небо и крепкий кофе… Идеальное сочетание, особенно если работают в паре.       — Вы хотите затронуть тему колдовства без палочки? — вскинул брови вверх и отступил в сторону доски.       — Именно, профессор, — кивнула девушка.       — Колдунам палочка необходима, — возвращаясь к своему столу, начал мужчина. — Волшебная палочка для мага как костыль для калеки, очки для полуслепого или вода для рыб. Без них человек вряд ли имеет возможность выводить свою энергию наружу.       — Но ведь есть люди, которым это под силу, я прав, сэр? — уточнил слизеринец, заведомо зная ответ, ведь сам обладал данным навыком.       — Вы правы. В древности первые маги использовали для колдовства лишь свои руки, направляя энергию для реализации задуманного. Для этого нужна концентрация и сила. Годы тренировок могут сделать из вас настоящего мастера, — согласился Лоран, садясь за стол.       — Умершей, но оставивший крестраж, может так колдовать или ему помогают? — спросила Гермиона ровным тоном, но Драко почувствовал её волнение.       — У вас есть пример данной ситуации? — мужчина недоверчиво её осмотрел, пытаясь вывести на чистую воду.       — Пронзает ногтем тело, хотя на самом деле стоит в метре от человека? — выдала, ни на секунду не замявшись, девушка. Шрамоголовый и вислый с выпученными глазами уставились на подругу, как в прочем и многие другие ученики, не веря своим ушам.       — Мертвый? — уточнил профессор.       — Верно, — кивнула. — Мертвый, — усмехнулась. — Тот, чью смерть видел собственными глазами, — в глазах вспыхнул огонь, но вовсе не озорной, скорее победный. Какую цель она преследовала? Зачем затронула эту тему? Решила что-то уяснить для себя? Всё же как её не ломай, а Грейнджер она останется. Той Грейнджер, которую хлебом не корми, но дай узнать что-нибудь новое.       — Думаю ему дают силы для этого. И возможно эти силы он получает из самого крестража, — устремив свой взор в бумаги, ответил Лоран. Гермиона едва заметно кивнула, Малфой хмыкнул себе под нос. Добилась своего значит, чертовка…       В оставшееся время пары Драко ничего не внимал к сведению, ведь мысли вновь были забиты другим. Но как только прозвенел звонок, свидетельствующий о конце урока, Малфой мигом собрал вещи и сел обратно за парту, ожидая пока кабинет освободиться от лишних ушей и глаз. Поттер и Уизли окружили Гермиону и стали о чем-то её спрашивать, на что она лишь огрызнулась, сведя брови в переносице. Парень про себя отметил, что она становится похожим на него, именно так делает он, когда не хочет выслушивать претензии. Гриффиндорка сложила вещи в сумку и двинулась к выходу, но Малфой вскочил быстрее и, буквально сбивая всех со своего пути, юркнул за дверь, ожидая её появления. Да, вел он себя как умалишенный. Его друзья не заострили внимание на его поведение, ведь уже привыкли, а вот другие, в особенности гриффиндорцы, очень уж возмущались. И вот в коридоре показалась кудрявая макушка, к которой Драко подошёл со спины.       — Ты идёшь со мной, — осведомил он девушку и, схватив её за локоть, потащил в сторону кабинета старостата, который к счастью находился на этом же этаже.       — Что?! — возмутилась она, пытаясь вырваться. — Пусти меня! Малфой, пусти немедленно! — слишком громко кричала гриффиндорка, заставив обернуться пару зевак.       — Шшшш, не привлекай внимания, я и так полдня ждал, чтобы все обсудить, — шикнул на неё парень и оглядевшись по сторонам, протолкнул её внутрь. Гермиона прорычала и обернулась на него, убивая взглядом, не предвещавшим ничего хорошего.       — Что ты устроил?! — четко процедила каждое слово.       — Нужно поговорить насчёт всей ситуации. Вчера ты отказалась, а сегодня уже не отвяжешься, — блондин сложил руки на груди, окинув её уставшим взглядом.       — Ты идиот! — ткнула пальцем в его сторону. — Нельзя так поступать с людьми!       — Да-да, как скажешь, — тяжело вздохнув, согласился. — Итак, начнём. У тебя есть какие-то вопросы? Может быть предположения?       Помедлив пару минут, недоверчиво прищурившись, она все же начала. — Тебе написал тот, кто мучает меня, я права? В.Ш. это он?       — Да. Вигго Шафик, — пояснил Драко, чуть изменив свой настрой. Теперь он действительно понял всю серьезность ситуации.       — И что ему нужно? — спокойно спросила гриффиндорка. — Ты знаешь?       — Восстание. Силы. Могущество, — предположил блондин.       — И этому невозможно помешать? — положила сумку на стул и сложила руки на груди. Белая рубашка, красно-желтый галстук и черные брюки делали из неё самую настоящую девушку. Взрослую и властную.       — У меня к тебе предложение, — все же решившись озвучить свои мысли, начал слизеринец. — Стань мишенью для них. Попытайся найти вашу связь и позвать поговорить. Нам нужно узнать их план, Грейнджер. Просто необходимо. Тебе он может это рассказать, так как не видит в опасности, — девушка нахмурилась, а он, увидев её замешательство, продолжил. — Грейнджер, с тобой все будет хорошо, просто поверь мне. Конечно, если не хочешь, ты ей не будешь, но ты бы очень помогла.       — Может быть стоит другим сообщить об этом? Это ведь не шутки… — шумно сглотнула. — Министерству или хотя бы профессору Макгонагалл? — поджала губы и забегала взглядом по его лицу в поиске ответа.       — Ты на полном серьёзе хочешь рассказать об этом людям, которые не могут поймать сбежавших? — усмехнулся Малфой. — Я ни за что не поверю в то, что они не оставили ни единого следа для поиска. Ни за что, Грейнджер, я в это не поверю. Аврорам просто лень выполнять свою работу, и им будет плевать на твои заявления. Они все пропустят мимо ушей. А твоя кошка драная, — он напоролся на опасно прищуренные глаза и исправился, — ну, то есть директор тоже ничем не поможет. Конечно, конечно я понимаю, что мы одни не справимся, но мы и не совсем одни, улавливаешь мысль?       — Нет, — усмехнулась и помотала головой.       — Грейнджер, — тяжело вздохнув, сделал шаг в её сторону, но она отступила, заставив его нахмуриться. Парень вложил руки в карманы идеально выглаженных черных брюк и на расстоянии продолжил. — Забини, Нотт, Паркинсон — они… За… Как бы выразиться… За добро, Грейнджер. Они не собираются терпеть все эти выходки приспешников. Нас уже пятеро. Понимаешь? Ты не одна с этой проблемой, — девушка усмехнулась так будто бы сомневалась в его словах. — Есть и ещё одна девушка, ты её знаешь — Циара Буш. Она тоже не хочет терпеть все это, ты понимаешь? Шесть человек с одной проблемой. Ты осознаешь это?       — Нет, — резко отрезала гриффиндорка, мотнув головой. — У вас другие проблемы. Мы не за одно.       — Грейнджер, попробуй связаться с ним, — практически умолял Драко. — Разве не для этого ты представление на паре устроила?       — Какая разница для чего я это узнавала? Я не буду становиться мишенью. Нет, Драко, не буду, — Гермиона выглядела напуганной. Слишком напуганной.       — Почему? Где твой героизм? Тебе так сложно помочь? Хочешь убить всех? Ты ведь тоже в этом будешь виновата, — здравый рассудок покинул его ещё с ночи, оставив место лишь эмоциям. Нельзя было так с ней разговаривать, ведь он хотел её спокойствия, но это чёртова гордость и упрямость не оставляли выхода.       — Не нужно давить на меня, я не согласна, — вскинула вверх подбородок. — Это мой выбор и я говорю нет!       — Грейнджер, ты не можешь сказать нет, — прошипел Малфой. — Ты обязана помочь. Обязана, слышишь? — в голосе слышалось отчаяние. — Это ты их цель. Ты жертва, с помощью которой они добиваются успеха. Никто не спрашивает, хочешь ты этого или нет. Просто сделай.       — Ну уж нет, Малфой. Нет и ещё раз нет! — она захватив сумку, выскользнула из кабинета, Драко, сжав челюсти, за ней.       — Да что с тобой происходит?! — взревел парень. — Что случилось?! Что происходит?!       — Угу, я тебя услышала, — безучастно кинула через плечо.       — Я с тобой разговариваю! Имей совесть повернуться! Грейнджер, ты сделаешь это! — прошипел он сквозь зубы ей в спину.       — Ошибаешься, — развернулась на пятках и сложила руки на груди, хмыкнув совсем как он, чем взбесила его ещё больше.       — Где твой разум, а? — повысил голос блондин, сокращая расстояние между ними. — Где героизм? — шагнул к ней. — Из храбрецов трусихой стала? — шаг. — Ты понимаешь, что на тебе будет лежать вина в смерти людей? — между ними осталось не больше нескольких сантиметров, и он схватил её за плечи. — Эти двое уже на тебе! — чуть встряхнул. — Защити остальных!       — А обо мне ты подумал? — голос дрогнул, но она держалась ровно, вздернув подбородок вверх. — О моей защите ты подумал? — попыталась вырваться.       — С тобой все будет в порядке, я же сказал, — повторил слизеринец, вновь встряхнув её, пытаясь достучаться.       — Ты слишком много говоришь! — повысила тон девушка, наконец высвободившись из его хватки. — Где была твоя защита, когда он меня пытал? — усмехнулась, на глазах блеснули слезы, которые она поспешила сморгнуть, не показывая слабости перед ним. — Где ты был, когда он оставлял шрамы на моем теле? — развела руками, подняв брови вверх. — Что это за защита такая? Одни слова ничего не решают, Малфой!       — А ты мне сказала об этом? — прорычал он от злости. — Ты просила защиту? Ты пряталась! — ткнул пальцем в её плечо, от чего она слегка пошатнулась. — Ты скрылась от всех! Если бы не я, то ты бы и дальше страдала! Чертова дура! — процедил прямо у её лица. — Почему ты просто не можешь помочь?! — схватил за подбородок, встречаясь с её взглядом безумных карих глаз.       — А остальные просят о защите? — испустила истеричный смешок. — Что-то я не слышала об этом. Что если он убьёт меня? — голос дрожал, она ртом хватала воздух, чтобы не утонуть в своем возмущении. — Что тогда, Малфой?       — Не убьёт, — прорычал. — Не убьёт, Грейнджер, — развел руками, отпустив её и усмехнувшись.       — С чего ты это взял? — слишком громко воскликнула девушка. — А? — шумно сглотнула. — С чего ты так решил?! Как ты пришел к этому выводу? — голос сипел, а по щеке предательски скатилась слеза. — Ты думаешь мне не страшно? Мне страшно! — она дрожала.       — Успокойся, — сквозь зубы прошипел Драко.       — Успокойся?! — воскликнула. — Успокойся, Малфой?! Ты серьёзно?! — она засмеялась как сумасшедшая, отведя взгляд на окно, за котором вновь шел дождь. Ужасная осенняя погода никогда не оставляет шансов на лучшее, нагнетая всю обстановку. — Ты не отпустил меня, чтобы меня не убили, а теперь собираешься подтолкнуть на верную смерть! Отличный план! Просто великолепный! — развела руками.       — Это другое, — ответил блондин, глянув по сторонам. Вокруг них столпились зеваки, внимательно следившие за представлением: Блейз, Пэнси, Теодор, Дэн, Шрамоголовый, вислый и Дин с Симусом. Это отрезвило, он немного успокоился, но её было не остановить.       — Другое?! — вновь усмехнулась. — Что?! Почему ты не отпустил меня, а? — она говорила сухо. Истерично, но сухо. — Поиграть решил? — ещё одна слеза скатилась по щеке, а Драко замер от её слов. Удар в самое сердце. Разум наконец до него достучался. Открыл правду. Ещё один удар от самого сознания заставил его мысленно пасть на колени. — Что ты молчишь? Что ты молчишь? — вновь сорвалась на крик, который вонзил нож в его сердце. —Слушай, а может быть ты воспользовался мной? Для своих извращённых целей, у? — подняла брови вверх, наконец взглянув в его глаза.       Дышал ли он? Был ли жив в тот момент? Вряд ли.       — Я права? Не молчи, — просипела девушка, вмиг потеряв весь свой серьезный настрой, который сменился обречённостью. — Я права, Малфой? — повторила свой вопрос, но прозвучало как-то глухо. — Я права, черт возьми?! — вновь воскликнула, смотря в его пустые глаза.       Он молчал. Стоял, прожигая её виноватым взглядом. Не решался ответить, ведь в тот момент, тогда, в тот раз, он действительно собирался таким образом оставить её рядом с собой. Да, боялся в этом признаться даже самому себе, но сказать об этом ей было ещё хуже. Ему хотелось прижать к себе Гермиону, вымаливать прощения. Удар по лицу, заставил парня чуть пошатнуться и, вздохнув, чтобы не потерять сознание, приложить руку к пылающей щеке.       —Мерзавец! — толчок в грудь. — Ублюдок! — ещё один. — Малфой, да как ты посмел?! Я… — небольшая ладошка вновь со всей силы ударила по груди. — Какой же ты урод! — вновь толкнула. — Гори в аду! — опять толкнула, но потом взглянула в его глаза. — Я тебя ненавижу… Скотина! — вновь сорвалась на крик, а из глаз безостановочно текли слезы. Драко терпел её удары, ведь знал, что не имеет право ответить. Получал ведь не просто так. Ведь было за что. Ведь лучше было получить непростительное, нежели видеть её в таком состоянии.       — Ты! — вновь возмутилась девушка. — Ты! Ты знаешь кто ты?! Ты! — она судорожно вздохнула. — Вали к чертям!       — Успокойся, — выдавил он из себя, шумно сглотнув.       — Нет! — отступила назад, но не смогла двинуться дальше, ведь парень схватил её за запястье. — Не смей меня трогать! Убери свои поганые руки!       — Закрой свою пасть, — перехватывая второе запястье, прорычал блондин.       — Не смей со мной говорить! — истерично выдавливала из себя слова. — Не трогай! Отпусти!       — Замолчи, — прозвучало как мольба. — Просто замолчи, ладно?       — Помогите! — просипела девушка. — Не трогай меня! Отпусти я сказала! — он отпустил, она вновь врезала ему по лицу и быстро отступила на несколько шагов назад.       — Гермиона, пойдем, — позвал её Гарри, вытянув руки. — Пойдем с нами, пойдём, все хорошо.       — Нет! — взревела она, ткнув пальцем в его грудь. Рон собирался что-то сказать, но она вновь зашипела. — Заткнитесь! Не смейте подходить ко мне! Вы! С вами я тоже не хочу иметь ничего общего!       — Что? Мы ведь твои друзья, Гермиона! — возмутился Рон.       — Вы… — она глотнула воздуха. — Вы бросили меня, когда я… — вытерла слезы рукавом рубашки. — Вы бросили меня, когда я в вас нуждалась. Вы врали! Вы! Вы игнорировали меня! Забыли! Я вас ненавижу! Вы ничем не лучше! От вас я такого уж точно не ожидала! — она беспомощно размахивала руками.       — Гермиона, мы тебя не бросали! — возразил очкастый.       — Не бросали?! — усмехнулась. — Может быть ещё и не срывались на мне?!       — Что ты несёшь?! — взревел рыжий, разозлившись. Драко сжал кулаки, шагнув к ним, но не прерывая его.       — Этот бросил тебя, — обратилась девушка к Поттеру, тыкая в его друга. — Он ушёл! Он оставил тебя! А я осталась! Я выслушивала твоё нытье каждый день! Я… Я помогала! Готовила! Искала информацию! Обеспечивала защиту! А ты… Ты же просто ходил со своим снитчем в руках! Что ты сделал?! Ничего! Все всегда делала я! Я поддерживала тебя! Я! И на четвертом курсе только я осталась рядом с тобой! Я тебе верила, Поттер, я, а не он! — захлебнулась в своих слезах и, оглянувшись по сторонам, продолжила. — А как вы со мной обращались?! Вы ни во что меня не ставили! Знаете что? Катитесь к чёрту! Я вас ненавижу! Мерзавцы!       — Гермиона! — вислый схватил её за запястье.       — Руки от неё свои убери! — прорычал Драко, все это время молча наблюдавший за ними.       — Не лезь! — огрызнулась на него Гермиона.       — Убери я сказал, хуже будет, — повторил слизеринец, вислый отпустил.       — Не приближайтесь ко мне! — потерла запястье. — Никогда больше не приближайтесь ко мне! Я не хочу вас знать! Не хочу! И я не передумаю! Это не выплеск эмоций! Это мое осознанное решение! Не смейте идти за мной! — она развернулась в другую сторону, в ту, где стоял Драко, и зашагала прямо по коридору, не обращая внимания на столпившийся народ.       — Грейнджер, — преградил рукой дорогу, через секунду вставая перед ней.       — Свали, — попыталась обойти, он преграждал путь. — Дай пройти.       — А я не договорил, — спокойно отозвался парень.       — А я плевать хотела на тебя и твои разговоры, уяснил? — выплюнула гриффиндорка пропитав все вокруг своей ненавистью.       — Отлично, хорошо. Я понял, — он кивнул, и поправив ремешок сумки, кивнул. — Пошли.       — Что?! — возмутилась девушка.       — Пошли, Грейнджер, мы, если ты забыла, в одной башне живём! — теперь он держал эмоции в себе, чтобы не сделать хуже.       — Ублюдок! Не пойду я с тобой никуда! Отвали! — вновь попыталась обойти, он не дал.       — Да-да, я тебя понял. Ты у нас само зло. Все мы боимся и бежим, поджимая хвосты, — сухо произнес блондин.       — Да пошел ты… — всхлипнула девушка, закрывая руками лицо, и двинулась в сторону башни, всё же сумев обогнуть нахала.       — Не смейте идти за ней, придурки, — приказал слизеринец, обратившись к шрамоголовому и вислоухому.       — Какого черта ты идёшь?! — взревел очкастый, сделав шаг к нему.       — Поттер, ты не только слепой, но и недоразвитый? Мы живём в одной башне. Куда ещё, по-твоему, мне идти? — ядовито улыбнувшись, произнес Малфой.       — Ну уж точно не за ней, — выплюнул Рональд.       — А ты вообще не лезь, — огрызнулся блондин и, шагнув назад, хмыкнул. — Грейнджер, — позвал её, развернувшись на пятках. — Стой, Грейнджер.       Она не слушала его, просто неслась по коридорам. А он, догнав, но не останавливая, за ней.       Грейнджер, чертова Грейнджер, прости, просто прости. Как тебе все это объяснить? Как описать словами все что я чувствую? Сказать правду? Начать все объяснения с самого начала? С моего самого первого дня жизни? Грейнджер, Грейнджер, как тебя успокоить? Ты не должна плакать. Никогда не должна плакать. Ни одна слезинка не имеет права скатиться по бархатной коже, выражая твоё огорчение. Ты можешь лишь улыбаться и смеяться. Тебе так идут горящие глаза и приподнятые уголки губ. Грейнджер, почему ты меня околдовала? Как ты смогла без веревок привязать к якорю, тянущему на дно? Грейнджер, милая Грейнджер, я готов клясться в верности, готов вымаливать прощения, готов делать все для твоего счастья. Грейнджер, милая Грейнджер, прости. Прости ещё раз, прости. Грейнджер, ты одурманила. Ты посадила меня на себя. Ты сожгла во мне все кроме воспоминаний о тебе. Ты расколола и собрала моё сердце. Ты. Ты. Ты. Везде одна ты. Только, Грейнджер, ты. Милая, милая принцесса.       Гермиона рухнула на колени, как только они зашли в гостиную. Драко замер, наблюдая за тем, как спина сгибается к полу, трясутся плечи, и слыша плач на грани воя. Раздавлена. Уничтожена. Унижена. Малфой присел рядом.       — Выслушай меня, Грейнджер, — бережно заправил переднюю прядку выбившихся волос за ухо. — Просто послушай, ладно? — он умолял, просил о пощаде. — Я…       — Проваливай! — прошипела гриффиндорка. — Исчезни! — провела трясущимися руками по заплаканному лицу. — Оставь меня в покое!       — Я тебя не оставлю в таком состоянии, — блондин попытался отвести её руки за предплечье, но она не далась. — Нет, Грейнджер, пожалуйста, прекрати плакать.       — Как ты посмел? — просипела девушка. — Как ты вообще додумался до этого? Я… Конечно же ты остался прежним, что я там себе надумала… — всхлипнула, вытерев рукавом слезы. — Тепла просила… — горько усмехнулась, после чего сразу же посмотрела в его глаза. —Да вали ты на все четыре стороны со своим теплом!       — Нет, иди ко мне, иди, сладкая, — слизеринец притянул её к себе за плечи и крепко прижал к груди. — Просто послушай. Послушай, ладно?       — Отпусти! — ударила по груди, но не сильно, ведь не могла замахнуться. — Отпусти, я не хочу иметь с тобой ничего общего! Оставь меня! Не смей касаться! — вопила брыкаясь.       — Грейнджер, я тебя не пущу, пока не успокоишься и не выслушаешь, — одной рукой прижимал её к себе за спину, вторую сместил на её голову, бережно поглаживая растрепавшиеся кудри. — Просто посиди и послушай. Я буду говорить, а ты слушать, ладно?       — Ты не оставляешь мне выбора. А мой выбор это твое исчезновение из моей жизни! — вновь дергалась в попытке выбраться из хватки, но парень оказался сильнее.       — Нет, стой, послушай. Я не использовал тебя, нет, сладкая, нет. Я… — он шумно сглотнул, собираясь с мыслями. Да, сейчас нужно все объяснить. Сейчас решить свою судьбу. Все в его руках. — Понимаешь, ты мне нравишься, — услышал усмешку. — Очень, сладкая моя, ты мне нравишься. Ты засела в моих мыслях. Только ты, — девушка вновь попыталась выбраться из его хватки, он лишь крепче прижал к себе. — Я… Я думал добиваться тебя, понимаешь? У меня были планы бегать за тобой, таскать твои книжки, сидеть смирно в ногах, пока ты уроки учишь, понимаешь? Я… Я не должен был тогда срываться, я… Тогда я просто хотел тебя успокоить. Сладкая, мне правда очень понравилось, я правда хотел бы ещё, ведь это был не банальный секс. Нет, это было большее. Мы с тобой занимались любовью, понимаешь? — она молчала, не двигалась и, казалось, не дышала. — Я ведь тоже тебе не безразличен, ты ведь доверилась не первому встречному, солнце. Я… Потом я избегал тебя потому что боялся. Никогда в своей жизни я с девушками после секса не разговаривал, потому как не любил их. Ни одну. Никого. А ты… Грейнджер, прости, — слова лились из него сами собой, прямо из сердца. — Прости, что вывел на эмоции, я… Я не должен был тогда с тобой спать, правда не должен был, мне нужно было остановиться и уйти, чтобы дальше держаться своего плана. Я боюсь. Я хочу видеть твою улыбку, хочу дарить тебе её, понимаешь? Сладкая, молю прости. Прости, что не возразил тебе в коридоре, я… Действительно думал, что тебя это остановит, но не пользовался, нет конечно. В мыслях не было. Честно. Я… Ты бы уехала и оставила меня одного. Одного со всеми чувствами. Я бы не нашел тебя потом, потому что бы боялся. А тут, тут в школе у меня был шанс. Понимаешь? Шанс на совместное будущее. Мы… — она всхлипнула, Драко продолжил. — Грейнджер, молю прости. Я действительно не хочу тебя расстраивать, но я не могу быть открыт и нежен, как тебе бы хотелось. Но я клянусь, я обещаю, если ты позволишь, пытаться. Ты не пострадаешь, ты останешься жива. Грейнджер, давай нас теперь официально можно будет называть «мы»? Мы, Грейнджер, ты согласна? — отпустил её, но придерживал за плечи, вглядываясь в лицо.       — Проваливай, — сухо и обессиленно произнесла девушка. — Отпусти и проваливай.       — Грейнджер, не говори так, не говори, услышь, — взмолился блондин. Это больно. Больно, когда чувствуешь и видишь, что твой любимый человек тебе не верит и не простит.       — Я не верю ни единому твоему слову, — начала выносить свой смертельный приговор для него. — Ни одному. Ничему и никому я не верю. Как верить если все врут? Где, Малфой, гарантия, что ты говоришь правду? Как я могу верить твоим словам, если слышала оскорбления и пожелания смерти от тебя? Как? Ты… Просто оставь меня. Я уеду. Мне плевать на твои уговоры остаться. Плевать на тебя. На все что ты говоришь и делаешь. Пускай все дохнут. Пусть, мне наплевать.       — Нет, нет, сладкая, это не твои слова. Нет, не говори так, — глаза запекло от слез, но он их сморгнул, решив что не время и не место.       — Я устала! Устала! Отпусти! — а он и не держал, скорее она говорила об эмоциональной привязанности. — Отстань от меня!       — Хорошо, хорошо, я отстану, но только если ты останешься в школе, — согласился парень. — Исключительно при этом условии иначе буду преследовать тебя везде. Всю твою жизнь, — она подняла брови и поджала губы, не веря его словам, а зря. Он как никогда серьёзен. — Каждый год, месяц, неделю, день, час, минуту, секунду, миг ты будешь ощущать меня, слышать, видеть. Ты никуда от меня не денешься, потому как я настроен решительно. А если, Грейнджер, я настроен серьезно, то так оно и будет. Ты поняла меня?       — Ты идиот, — поднялась с колен девушка. — Конченый псих. Я тебя ненавижу.       — Полюбишь, никуда не денешься, — поднялся вслед за ней, всматриваясь в заплаканные, но все такие же прекрасные глаза. — Тебе со мной ещё всю жизнь жить, сладкая.       — Ни за что, — мотнула головой, усмехнувшись. — Никогда. Нет.       — Да, Грейнджер, да. Говорю же никуда не сбежишь, — он протянул к ней руку, но получил лишь презрительный взгляд, заставивший покрыться кожу мурашками.       — Не полюблю и не буду, — ядовито произнесла гриффиндорка. — Уже скоро меня убьют эти недоумки. Хватит строить в своей голове планы.       — Грейнджер, я же говорил, что тебя никто не тронет. Ты будешь жить. Теперь от плана я отступать не собираюсь, — слизеринец улыбнулся, но не увидев никакой реакции, сменил эмоции. — Кстати, ровно на час у нас запланирован поцелуй. Страстный и жаркий, м? Как тебе идея? — попытался развеселить принцессу.       — Не приближайся ко мне, — отшагнула к лестнице, не прерывая зрительного контакта. — Никогда. Я остаюсь, лишь чтобы ты отстал. Не хочу ничего знать о тебе, — горько усмехнулась и поднялась к себе.

***

      Страх. Пожалуй не самое, но сильное чувство. И это на самом деле страшно — найти кого-то кто приносит в твою жалкую жизнь счастье. Этому человеку ты готов отдать всё безвозмездно лишь потому что этот человек заставляет забыть тебя обо всём плохом, что случается в твоей жизни. С этим человеком всегда хочется быть рядом. С этим человеком хочется просыпаться в объятиях и говорить утром, а ночью засыпать под его размеренное дыхание. Вместе. Это звучит невероятно, но если быть честным, то это страшно — подумать о том, что такого человека легко можно потерять, ведь одна маленькая ошибка все может перечеркнуть.       Ошибка? Это заблуждение. Отклонение от правильного действия. А как понять что было правильным? Где проведена грань? Почему в голове никогда нет четкости? Как исправиться? Где найти ответы на свои вопросы если в книгах об этом не пишут? Как? Как решать какой твой поступок верный, а какой порочный?       Почему нет указателей в жизненном пути? Почему создатели не постарались выполнить работу до конца? Что делать, если ты запутался. Не только в себе, нет, это уже обыденно, но и в чувствах.       Боль. Говорят что это неприятные или даже мучительные физические или эмоциональные страдания. Ложь. Это самая настоящая противоположность твоему удовольствию. Душераздирающая. Куда свернуть на жизненном пути, чтобы наконец обрести покой? Почему сердце сжимается? Переливается кровью лишь из-за одного её вида?       Лунный свет сквозь голые ветки могучих деревьев проникал в комнату. Синее звёздное небо виднелось сквозь редкий дым облаков, плывущих по нему словно по течению. Ветер нарушает звонкую тишину осенней ночи, завывая свою глухую песнь. На столе догорает последняя свеча, а в голове усмиряется последняя мысль перед подступившим сном. Впервые за долгое время Малфою удаётся расслабиться и уснуть, но не всё так просто, как в прочем и всегда бывает. Робкий, но звонкий стук в дверь заставляет нехотя подняться с кровати, руша идиллию. Парень открывает дверь и тут же брови сами по себе взлетают вверх, ведь перед ним стоит она. Белая футболка с причудливым рисунком какого-то цветка и шорты с серой каёмкой по швам полностью подчеркивают её стройную фигуру. Волосы водопадом раскинулись на хрупких плечах, руки сложены на животе, взор устремлен под ноги, под её босые ноги.       — Грейнджер…? — протянул он, не веря своим глазам, думая, что всё это бурная фантазия воображения. — Что-то случилось?       — Я… Прости что пришла посреди ночи, но можно ли мне… Я… Прости, конечно меня, я возможно была не права и… Можно, пожалуйста, поспать у тебя? Я хоть в кресле могу, хоть на полу, но можно у тебя? — Малфой молча пялился на неё с выпученными глазами, а девушка ждала его ответа, прикусывая уголок нижней губы, бегло пробежавшись взглядом по его серым пижамным штанам и видневшейся резинке белья. — Да… Да, прости, что потревожила, я пойду…       — Стой, — когда девушка уже развернулась, схватил за запястье блондин, наконец отойдя от шокового состояния. Они не общались три дня, и всё это время она его искусно избегала. — Конечно заходи, — Гермиона облегчённо выдохнула и приподняла уголки губ, проходя за парнем в комнату. Слизеринец сложил руки на груди и ещё раз осмотрел оценивающим девушку взглядом. Напуганная, но прекрасная. За это время она стала ещё краше, как ей это удается? Нужно было спросить что у неё случилось, но он молчал, прожигая взглядом её черты лица, ведь уже начал забывать её. Нет, конечно забыть её невозможно, но мелкие детали такие как густые реснички загнутые вверх или мелкая россыпь родинок на правой щеке стёрлись из его памяти. Признаться смотреть на неё в живую было настоящим блаженством. Он не знает, сколько стоял вот так, наслаждаясь ей, но что-то подсказывает, что прошло куда больше чем несколько мгновений. — Ложись на кровати, я могу на полу, если не хочешь вместе.       — Я… Думала что мы… — смутившись, начала девушка.       — Мы? — прервал её Малфой, переспросив.       — Прости, — мотнула головой, — я и ты…       — Мы, Грейнджер, — усмехнувшись, кивнул парень. — Да, мы.       Мы. Они. Да, вот так правильно… Уголки губ приподнялись, а взгляд потеплел.       — Я подумала, ну у меня так получилось, что было время на это и… — шумно сглотнув, робко начала гриффиндорка. — Наверное мне стоило бы извиниться за те слова, что я произнесла и…       — Это мне нужно извиниться, Грейнджер. Это я виноват. Иди ко мне, — он протянул к ней руки, приглашая в свои объятия и через пару секунд ступора, девушка все же уткнулась в его плечо, прижимаясь к груди.       — Мне страшно, — он понимал. Чувствовал её переживания. Ощущал дрожь в теле. Видел испуганные глазки. Знал, что она сильная, но всего лишь объята страхом. — Они действительно могут пойти на многое и… Я согласна попробовать связаться с ним. Просто потому что не могу допустить их воцарения, понимаешь?       — Да, Грейнджер. Понимаю. Давай спать, завтра вставать рано. Пойдем, ложись.       Драко потянул её за собой на кровать и прижался грудью к её спине, утыкаясь носом в пышные кудри, но кажется у неё были другие планы, потому как девушка вывернулась в его руках и взглянула в глаза.       — А ты… Ты говорил правду тогда? — О чем она? Когда? В понедельник в гостиной? Ох, Грейнджер, конечно правду. Губы растянулись в улыбке и он тихо хмыкнул. Гриффиндорка нахмурилась. — Нет…?       — Правду, Грейнджер, — кивнул, прикусив губу.       — И что, серьезно в очередь на моё внимание готов встать? — небрежно, словно её это совсем не заботило, поинтересовалась Гермиона.       — Там не останется никого кроме меня, — слукавил слизеринец. — Уж я об этом позабочусь, Грейнджер.       — Мхм… — кивнула, поворачиваясь на спину. — Ну удачи…       — Ох, это моё четвертое имя — удача, — усмехнулся блондин.       — Четвёртое? — заинтересовалась Грейнджер. — А предыдущие?       — Драко, секс, идеал мечтаний, ну и после удачи ещё имеются несколько… — легко начал парень, но остановился, услышав звонкий смех. — Что? Разве не так? С чем именно ты не согласна?       — Со всем… — сквозь смех выговорила она. — Ты самодовольный надменный эгоист.       — Да…? — расплылся в улыбке чеширского кота. — То есть тебе не нравится секс со мной или ты не считаешь меня идеалом? — навис сверху, прикусив губу, наблюдая за тем, как расширяются её зрачки. — Может быть ты позабыла ощущения и тебе напомнить? — чуть нагнулся к её лицу.       — Стой! — упёрлась руками в его грудь, обжигая пальчиками кожу. — Нет… Я… — комната вновь наполнилась звонким смехом.       — Сучка… — прорычал блондин, впиваясь в её губы, сгибая руки в локтях. И на его удивление Гермиона сразу ответила, перемещая руки на шею. Её вкус и отдача сводили с ума. Да, Грейнджер, его Грейнджер отвечает. Та самая правильная зануда рядом с ним становится другой — самой лучшей, но не такой как все. Она не прыгала на него, чтобы заполучить хоть капельку внимания, не унижалась, бегая за ним, не возвышала его в божество, как это делали остальные. Да, она отвечала, но не с жадностью и похотью, как остальные, а с нежностью и любовью. Так, как он всегда желал. Отвечала та, что он всегда любил. Ох, Грейнджер, милая Грейнджер, скажи как остаться в этом моменте навсегда? Как остановить время и замереть вот так? Где достать маховик времени, чтобы раз за разом проживать это вновь?       — Может быть всё же ляжем спать? Завтра первым Зельеварение, не хотелось бы опаздывать, — увернувшись, промурлыкала принцесса.       — Я всё же когда-нибудь добьюсь того, что выкину из твоей дурной башки эту учёбу, — разочаровано буркнул блондин, откидываясь на подушки.       — Дурной? — переспросила гриффиндорка.       — Кудрявой, — исправился слизеринец.       — Идиот, — пропела она вполголоса, отворачиваясь к нему спиной. — Спокойной ночи, Драко…       Тихий шёпот оставил на его душе что-то теплое, буквально окутал в объятия, растопил сердце.       Ох, Грейнджер, ты даже не представляешь насколько эта ночь будет спокойной…       Тяжёлые веки все же закрылись и сознание поглотила темнота. Его руки расположились на тонкой талии, и сладкий сон настиг их обоих.

***

      Какой дурак любит утро? Покажите этого умалишенного. Как можно с радостью выбираться из плена теплого одеяла в мрачную прохладу, опускать ноги на холодный пол и идти в душ, чтобы взбодриться, чтоб потом прожить целый день ради ещё одного пробуждения?       Он всегда не любил утро и вряд ли эта ненависть была связана с обыденной рутиной учебных дней, скорее в проживании дней лишённых какого-либо смысла. Разве хочется просыпаться, когда ты совсем один? Нет, не на самом деле один, а скорее морально. Людям не свойственно понимать и принимать чужие переживания и боль, именно поэтому вставать ему не хотелось. Абсолютно. И это огромная проблема — снежный ком, который настигает тебя каждое мгновение, давит и уничтожает.       Какой дурак любит утро? Теперь такой человек нашёлся и стал им не кто иной как Драко Малфой. Да, тот самый надменный, холодный аристократ, презиравший всё и всех вокруг с самого детства. Почему сейчас он вдруг полюбил эту часть суток? Потому что проснулся в объятиях самой прекрасной девушки на свете — в объятиях Гермионы Грейнджер. Да, той самой всезнайки.       Парень уже несколько минут всматривался в её лицо, запоминая её вот такой — расслабленной и настоящей. Девушка лениво потянулась и сжалась в клубочек, вызывав его тихую ухмылку. Гриффиндорка приоткрыла глаза и нахмурилась, уставившись на него, Драко не знает о чем она подумала, но вероятно оскорбилась, ведь отвернулась от него на другой бок, надув губки.       — Доброе утро, — промурлыкал блондин.       — Мхм… Кто первый в душ?       — Можно вместе, — легко пожал плечами, смотря на балдахин.       — Нет, я на это больше не куплюсь, — запротестовала Гермиона.       — Что такое, тебе не понравилось? По-моему, своим звучанием ты доказывала обратное, — мечтательно произнес Драко, вспоминая воскресенье, и повернул голову на неё, тут же наткнувшись на опасный прищур карих глаз, хотя её лицо залил румянец. Парень расхохотался. — Ладно, ладно, молчу. Можешь идти первой, — с этими словами он поднялся с кровати и на ковре принялся за отжимания.       — Что ты делаешь? — спросила девушка, сев у края постели, в недоумении смотря на него.       — Ты от своего недоумка слепотой заразилась? — огрызнулся блондин, но метнув на неё беглый взгляд всё же ответил. —Отжимаюсь.       — Я поняла, но… — она села поудобнее, поджав под себя ноги. — Ты так начинаешь каждое своё утро?       — Что-то не так? — на выдохе спросил слизеринец, продолжая отжиматься.       — Это выглядит очень с… — она залилась румянцем и теперь была похожа на помидор. — Кхмммм, это выглядит очень… Мужественно, — исправилась гриффиндорка, отвернувшись от него и закусив губу.       — Грейнджер, — выдохнул, сделав уже двадцать отжиманий. — По секрету тебе скажу, что буквы не кусаются. Ты спокойно можешь говорить слово «сексуально», тебе ведь не пять лет, я по крайней мере надеюсь, — вновь выдохнул.       — Да ну тебя… — глухо отозвалась девушка. — Дурак.       С этими словами она захлопнула дверь в ванную, за которой через мгновение послышался плеск воды. Драко победно хмыкнул и сел на пол, прикусив губу, сложив руки на согнутые колени. Зачем он отжимался при ней? Вероятно по той же причине, по которой павлин распускает свой хвост.       Сегодня первым совместная пара Гриффиндора и Слизерина зельеварение, а значит они ещё пересекутся, что является просто великолепным совпадением, чтобы Малфой мог смутить её ещё больше. Ему нравилось заставлять эту святошу краснеть, и он готов был поступать так вечность. Отлично, план продуман, осталось лишь привести его в действие.       В подземельях никогда не было жарко, но сегодня, казалось, температура побила все рекорды — все ученики Гриффиндора пользовались согревающими чарами, сидя в кабинете, а вот слизеринцы чувствовали себя как рыбы в воде. Драко сел за третью парту с левого бока от Грейнджер и достал из сумки всё необходимое. Рядом с ним сидела Паркинсон, которая до начала пары мило общалась с Ноттом, сидящем за ними вместе с Забини. Блондин прожигал взглядом профиль гриффиндорки, которая сидела с Дином и что-то усердно писала. Её волосы были собраны в хвост, открывая вид на её лебединую шею. Томас склонился к принцессе и что-то шепнул ей, от чего девушка тихо хихикнула. Малфою захотелось убить этого смельчака, что решил поговорить с его девочкой, но держался, беспомощно сжимая кулаки, ведь не хотел терять свою должность. Вот только если этот гриффиндорец хоть ещё раз выбросит что-то подобное, то не так уж и сильно будет страдать слизеринец, когда старостой назначат кого-нибудь другого. Гермиона прикусила губу, чтобы сдержать улыбку и легко пихнула соседа локтем. Дышать, главное дышать. Вдох-выдох-вдох-выдох. Чёрт. Разве убийство крайность…?       — Здравствуйте, начнём наше занятие! — подал голос профессор Слизнорт, обратив внимание учеников на себя. — Сегодня у нас будет работа в парах. Вы будете отвечать на мои вопросы и те, кто дадут больше правильных ответов получат автомат в конце семестра, — ученики одобряющие завыли, но профессор прервал их. — Есть лишь одно условие вы работаете в парах между факультетами. Те, кто сидят напротив друг друга должны поменяться соседями.       — А это обязательно, профессор? — спросил Томас. — Может быть мы можем поработать так?       — Да, сэр, — отзывался Дэниэл. — Можно поработать так? Мы боимся отдавать наших девочек этим ободранным львам.       — Нет, это не обсуждается, все меняются парами, — выставил ладонь в останавливающем жесте. — И давайте побыстрее, время у нас не резиновое.       — Проваливай давай отсюда, — буркнул блондин Томасу, встав перед их партой уже через секунду.       — Что? — возмутился гриффиндорец. — Ты сядешь с Гермионой?       — Грейнджер, у вас на факультете все недоразвитые или что? — огрызнулся парень, теряя терпение, прожигая недоумка взглядом.       — Дин, всё в порядке, правда, — кивнула девушка, осторожно касаясь его предплечья.       — Ладно, хорошо, — фыркнул Дин, освобождая место.       — Ну и как это называется, Грейнджер? — показушно отряхнув стул, на котором сидел его "соперник", спросил блондин.       — Что? — подняла брови вверх гриффиндорка.       — Зачем ты с ним разговаривала? — прошипел Малфой, прожигая взглядом этого нахала, который теперь заигрывал с Паркинсон. Интересно через сколько он получит удар в челюсть и от кого? Забини, Нотт или все же сама Пэнс?       — Он мой сокурсник, не понимаю в чём претензия, — нахмурилась Гермиона, крутя в руках перо.       — Твой? — слишком громко возмутился Драко, ведь на него обернулся вислый, окидывая его вовсе не дружелюбным взглядом.       — Сокурсник, — игнорируя обращённые на неё взгляды обоих парней, поправила гриффиндорка.       — Что он тебе говорил, что ты аж в улыбке до ушей расплылась? — в голосе просачивались нетерпение и даже некое раздражение.       — Не скажу.       — Грейнджер.       — Перестань, твоя ревность не уместна, — пихнула его локтем, но вовсе не так как Дина, в этот раз резче, что заставило его сердце сжаться. Чего это вдруг она так их разделяет?       — Ревность и я? — скривился Драко. — Ересь не неси.       — Начнем! Первый вопрос будет лёгким: что такое антидот и его самые распространенные ингредиенты, — Гораций осмотрел класс, и увидев лишь одну вскинутую вверх руку, на выдохе произнес. — Да, мисс Грейнджер, отвечайте.       — Антидоты это вещества, нейтрализующие действие ядов и ядовитых зелий полностью или частично, — ровным тоном начала девушка. — Наиболее распространенными ингредиентами антидотов являются: Альфомра, Крапивница, Кромлевый сок, Мандрагора, Одолень-трава, Противоядие Гринга, Потернус, Савойя липучая, Сиплосфора красная, Цветок папоротника, Элевонская настойка…       — Достаточно, — прервал её мужчина. — Это правильно. Следующий вопрос…       — Грейнджер, ты это наизусть вызубрила? — шепнул ей блондин, склонившись ближе, окидывая недоверчивым взглядом.       — Не завидуй, — шикнула на него брюнетка, по-прежнему игнорируя взгляд.       — Верно, Мистер Поттер, — кивнул Гораций, видимо получив от очкастого ответ на вопрос, который сам парень прослушал. — Следующий вопрос…       Драко и вовсе не вникал в суть урока, ведь любовался профилем его принцессы. Чуть хмурые бровки, вздернутый носик и прикусаные губки. В голове пронеслась одна странная, даже скорее дурная мысль, которую он решил перенести в реальность. Его левая рука, на среднем пальце которой было массивное серебряное кольцо с черным камнем, сместилась в сторону правой руки гриффиндорки, в то время как сам парень внимательно следил за её выражением лица. Длинные белые пальцы коснулись её запястья, нежно проводя по коже до конца рукава мантии. Её растерянный взгляд в миг приковался к их рукам, а рот приоткрылся, выпуская язык для того, чтобы облизать пересохшие губы. Малфой хмыкнул и убрал руку, давая ей возможность вздохнуть, но это был не конец, а лишь самое начало его очередной игры с принцессой.       — Отлично, просто превосходно, — краем уха Драко уловил слова профессора. — Что вы можете рассказать о преобразующих зельях? Да, мисс Грейнджер.       — Преобразующие зелья — зелья, которые имеют эффект к изменению физических или нематериальных характеристик вещей, предметов, явлений, людей. В этот перечень входит множество зелий, которые можно подразделить на: био-преобразующие зелья, преобразующие зелья и природо-преобразующие зелья.       Драко внимательно слушал её, только вот от чего-то в груди зародилась тревога. Почему ему не нравились эти слова, ведь это обычный ответ на вопрос. Нет, что-то здесь не так. Осталось лишь понять что именно.       — Молодец, всё верно, Мисс Грейнджер. Следующий вопрос…       Осознание не приходило, но в голове мелькали мысли о приспешнике и её видениях. Что именно не так. Причем здесь зелья. Чёрт, думай, думай, думай! — он сделал глубокий вдох и на выдохе, прикрыл глаза. Ладно, ладно, нужно отвлечься. Потом, потом само всплывёт в голове, а сейчас… Сейчас нужно продолжить свой план.       Он посмотрел на свою принцессу, которая хмуро уставилась куда-то в начало кабинета, и как бы случайно задел её бедро рукой под партой.       — Что? — оторвалась от своих мыслей девушка, взглянув в его лицо.       — Прости, случайно, — отмахнулся парень, скрыв ухмылку ладонью, потирая нос. Отлично, сейчас я тебе покажу «что»… Гермиона вновь уставилась куда-то, а Драко вернул руку под парту, где расположил ладонь на её коленях. Грейнджер подняла брови в немом вопросе, а Малфой искусно избегал её, поглаживая большим пальцем кожу через ткань.       — Кхмммм… кхмммм… — прочистила горло девушка, пытаясь остановить его, чтобы не привлекать внимания учеников, но парень не прекращал. Его ладонь скользнула вверх по правому бедру, но замерла, почувствовав, как в его предплечье впились коготки. — Прекращай.       — О чем ты? — шепнул Малфой, делая вид, будто бы ничего не происходит.       — Издеваешься? — возмутилась Гермиона, поднимая вверх брови. — Руку убери!       — Гермиона, что-то случилось? — повернулся Рон, услышав слишком громкий звук позади себя.       — Уизел, не смей сюда поворачиваться, иначе она ой-ой как пострадает, — прошипел Драко, желая как можно скорее продолжить свои действия без посторонних ушей и глаз, тем более без ушей и глаз, которые принадлежат рыжему шкафу.       — Чего? — возмутился парень, сжав кулаки. — Ты что возомнил о себе, хорёк?       — Все в порядке, Рональд, правда не нужно вмешиваться, — шикнула на обоих, по большей степени на рыжего, Гермиона. Парень отвернулся, сложив руки на груди и откинулся на спинку стула, в то время как Драко сжал её бедро. — Лапы свои убери, говорю!       — Грейнджер, ты меня так ещё сильнее заводишь… — склонившись ближе к ней, промурлыкал блондин. —Хочешь попробовать прямо здесь при всех?       — Чего?! — она вновь попыталась убрать его руку от себя.       — Я стяну с тебя мантию, расстегну рубашку и отодвину чашечки лифа, чтобы облизать соски, — она залилась румянцем и оглянулась по сторонам, убеждаясь что его реплики никто не слышит, Малфой же продолжил. — Если попросишь, укушу, хотя да, не буду ждать твоих просьб, сам сделаю всё что захочу.       — Прекрати, — шумно сглотнув, прошептала гриффиндорка.       — А потом, когда твои соски будут достаточно влажными от моей слюны, я сниму твои штаны, открывая вид на твои шикарные бедра, — ох черт, он не собирался все это себе представлять, чтобы не возбуждаться, ведь действительно не сможет удержаться, но как чёрт возьми можно было спокойно говорить о том, как раздеваешь прекрасную девушку.       — Остановись, — вновь попросила Гермиона, облизав губы.       — Поднимусь поцелуями от твоих ступней к уже промокшим трусикам и наконец поцелую тебя в губы, — Драко заметил, как участилось её дыхание и вспыхнул огонь в глазах.       — Довольно, — вновь произнесла она, шумно сглотнув.       — Стяну с тебя лифчик и рубашку и посажу на парту, разводя ноги в стороны, — он чуть похлопал второй ладонью по столешнице, показывая куда именно посадит свою принцессу. — Ты закинешь голову назад, наслаждаясь моими прикосновениями, а я встану на колени перед тобой и отодвину трусики в сторону, чтобы посмотреть на твою мокрую киску, жаждущую прикосновений.       — Хватит, — взглянула в глаза Грейнджер, хотя парень был уверен, что она просит об обратном.       — Придвину тебя к краю парту и языком раздвину складочки, наслаждаясь твоим вкусом, — он облизал губы и, сжав бедро, продолжил. — Я уже соскучился по нему… А потом… С твоих губ слетит рваный выдох, который услышат твои дружки, да и остальные. Они все будут видеть, как я тебя вылизываю, сладкая. А я буду это делать — выводить многочисленные узоры вокруг твоего входа. Ты думала, я забыл про клитор? Нет конечно, я проникну в тебя языком, а большим пальцем надавлю на эпицентр наслаждений, заставляя тебя двигать бедрами.       — Нет, стой, хватит, — прикрыв глаза, попросила гриффиндорка.       — А потом буду посасывать сам клитор, пока пальцы будут трахать тебя, — ему захотелось прикоснуться к ней в действительности, но позволить себе унизить принцессу при всех не смел, поэтому просто поглаживал подушечками пальцев через ткань её бедро. — Именно трахать, Грейнджер, потому что это я собираюсь с тобой сделать. Как только ты кончишь, я поставлю тебя раком и заведу руки за спину, входя в тебя резко, сразу во всю длину.       — Перестань. Пожалуйста, остановись, — лишь губами умоляла она.       — Ты будешь стонать, умоляя о большем, а я так и быть соглашусь. Все в этом классе будут ласкать себя при виде столь завораживающей картины, слыша твои великолепные стоны, а я буду двигаться резче и быстрее, пока ты не кончишь вновь, — ткань брюк болезненно давила на вставший член, поэтому он остановился, переводя дыхание.       — Профессор, можно выйти? — подняла руку девушка, шумно дыша, пытаясь сбежать от его слов, воспользовавшись моментом.       — Мисс Грейнджер, с вами всё в порядке? — спросил Гораций, склонив голову в бок. — Вы какая-то красная…       — Всё в порядке, так можно выйти? — вновь спросила она, шумно сглотнув.       — Да конечно, вам может быть отпустить ещё кого-нибудь? Мистера Малфоя например? — предложил Слизнорт, посмотрев на парня, который лишь поднял брови вверх, не понимая, с чего вдруг этот старый пень решил отправить их куда-то вместе.       — Нет, — резко ответила Гермиона, встав из-за стола, чуть покачнувшись, ведь ноги стали ватными. — Я правда в порядке.       Получив кивок, девушка буквально подлетела к двери, за сразу же скрылась, оставив блондина одного со стояком. Вот чёрт, поиграл называется. Нужно будет придумать что-нибудь получше в следующий раз, чтобы самому не мучиться…       Урок тем временем продолжился, хоть он и не вникал в суть, вновь утопая в своих размышлениях. На парту прилетела сложенная из бумаги птичка, которую Драко открыл, чтобы прочитать содержимое:

«Эй, парень, ты чего с этой ходячей энциклопедией сделал?»

      Малфой усмехнулся и, взяв перо, черканул ответ:

«В подробности вдаваться не буду, уж прости. На это у тебя есть своё воображение и кулак».

      И подбросил птичку вверх, возвращая её к отправителю. Буквально через мгновение с задних парт до него долетел негромкий свист, свидетельствующий о слишком бурной реакции Теодора на обычный ответ, не сообщающий ничего лишнего.       — Мистер Нотт, что-то случилось? — спросил профессор, обращая на него свой взор.       — Да, сэр, — восторженно воскликнул брюнет. — Я счастлив проживать этот день, ведь у меня есть руки и фантазия.       Кто-то из слизеринцев прыснул со смеху, а гриффиндорцы нахмурились, не понимая про что он говорит. Малфой прикусил язык, чтобы тоже не засмеяться.       — С вами всё в порядке? — уточнил Гораций, сложив вдвое свой пергамент с вопросами. — Может быть и вам нужен свежий воздух?       — Да нет, сэр. Я бы с удовольствием ответим ещё на парочку вопросов.       Тео расплылся в блаженной улыбке, когда Драко на него посмотрел. Вот же придурок, что он там себе напридумывал… Как раз в это время прозвенел колок, а значит пара закончилась. Обратно в класс скользнула Гермиона, игнорируя косые взгляды учеников, в особенности слизеринцев. Малфой ничего ей не сказал, лишь молча вышел из-за парты, направляясь к своим поющим и смеющимся друзьям.       — Чего? Что вы там себе представили? — скорчившись под весом прыгнувшего на него Тео, спросил блондин.       — Грейнджер вся красная, еле стоя на ногах, сбежала от тебя, и ты спрашиваешь, что мы себе представили? Ты угораешь что ли?! — врезал ему по плечу Блейз.       — Просто хвалил за правильные ответы, — усмехнулся парень, прикусывая губу.       — Видимо очень хорошо хвалил… — ухмыльнулась Паркинсон, сложив руки на груди. — Вы вместе?       Малфой резко втянул воздух через зубы и выдохнул, почесав нос: — Аааа… Мы вместе занимаем должность старост.       — То есть спите? — уточнил кудрявый брюнет, ступая рядом с Драко.       — Это громко сказано, скорее дремлем, — поправил его слизеринец, не желая рассказывать друзьям все подробности своей личной жизни.       — Это из-за неё ты сегодня окрыленный? — спросил мулат, шагающий с другого бока.       — И да, и нет, — пропел блондин, развернувшись лицом к друзьям, шагая на верхние этажи вперёд спиной.       — Ну не такой уж и плохой выбор ты сделал, я думала, что ты себе от безысходности парня заведёшь, — протиснувшись через друзей, подала голос Пэнси.       — Ждите сегодня меня с информацией в гостиной после ужина. Сразу говорю, ведите себя нормально, буду не один. Больше ничего не скажу, — Драко изобразил жестом у своих губ застёгнутую молнию и выкинул ключик, разворачиваясь, чтобы наконец нормально дойти до кабинета Трансфигурации.

***

Парень сидел в гостиной башни старост, ожидая появления гриффиндорки после ужина. Больше совместных пар у них в расписании не было, поэтому молодые люди не пересекались. Дверной проем отъехал в сторону, впуская внутрь девушку.       — Я говорила, что ты идиот? — с порога начала Гермиона.       — Да, сладкая, — кивнул блондин, расплывшись в улыбке. — Сейчас мы пойдем в подземелья, ты готова?       — В подземелья? — подошла к дивану со сложенными на груди руками и нахмуренными бровями. — Зачем?       — Грейнджер, ты вроде бы ночью помогать собиралась, мне приснилось? — невинно похлопал глазками, пытаясь скрыть своё раздражение, положив себе на колени подушку.       — Но почему в подземельях? — она села напротив него в кресло, закинув ноги на подлокотник.       — Ты предлагаешь мне разместить моих друзей вот здесь…? — он окинул взглядом крохотную гостиную и взглянул в её глаза. — Они здесь вряд ли поместятся, а поэтому мы идём в подземелья.       — И что подумают люди, увидев меня с тобой в змеином логове? — повернула на него голову, недоверчиво осмотрев с ног до головы.       — Примерно то же самое, что и сегодня на уроке, — легко пожал плечами Малфой, прикусив губу.       — Ах да, совсем забыла. Что это за выходки ты мне устроил? Совсем из ума выжил? — опасный прищур и строгий тон, ох черт, какая же она горячая…       — Да брось, тебе же понравилось… — сложил руки перед собой, сцепив их в замок, и чуть склонил к ней корпус.       — Мне не могло это понравится! — вскипела девушка, разводя руками. — Что если тебя кто-то услышал? Ты понимаешь что было бы?       — Ты преувеличиваешь, — выдохнул парень, не желая слушать её причитаний, ведь сам уже сто раз пожалел о своей затее.       — Я преуменьшаю! И так на меня косо смотрят из-за понедельника, а тут…       — Ну хочешь я тебя в одеяло замотаю, чтобы никто не догадался кто со мной идёт и чтобы мы точно не притягивали к себе внимание? Подумают, что рядом со мной новое приведение летает и всего-то, — развел руками слизеринец, откидываясь на спинку дивана.       — Придурок, — фыркнула Гермиона, откидывая голову на второй подлокотник. — Обязательно сегодня туда идти?       — Да, Грейнджер. Сегодня. Больше тебе скажу — прямо сейчас.