Снежное зерно

Несколько секунд Лайт всматривался в мордашку Метелицы, ещё не до конца осознавая, какая ответственность легла на его спину. Затем жеребёнок заставил себя оторваться от непочтительно долгого взгляда и перевёл его на Зерно — ослепительно-белое, по форме оно было похоже на семя подсолнуха, покрытое сеткой из голубоватых снежинок. Трудно было поверить, что такая маленькая вещица могла принести непоправимую беду или предотвратить катастрофу. — Я… — Лайт повернулся к правительнице, спящей крепким сном. — Я всё сделаю. Клянусь. Постояв так ещё пару секунд и сделав пару глубоких вдохов, он, наконец, высоко поднял голову, и, бросив, последний взгляд на Метелицу, повернулся к выходу. Хотя, выходом это было назвать довольно сложно — за спиной у Лайта оказалась ослепительно-белая стена, излучающая сияние. Зажмурившись, он шагнул в неё, и в тот же миг оказался в том самом переулке, который так неожиданно оставил. Под копытами у него похрустывали осколки неудавшегося колдовства, благодаря которому он и попал к Метелице. — Обалдеть… — внезапно раздавшийся голос заставил единорога вспомнить об оставшемся в переулке тяжеловозе, который вставал с земли, потряхивая лобастой головой. — Ещё как… — пробормотал Лайт себе под нос, смотря, тем не менее, вверх. Зерно сверкало в свете его рога. — Ух ты! — воскликнул Сноу Полар всё таким же удивлённым голосом, и вскочил как ни в чём не бывало, будто не об его голову разбилась ледяная глыба. — Это что у тебя за штуковина? Дай посмотреть, а? И он протянул копыто. — Нет! — Лайт резко отпрыгнул, ударившись крупом об несчастную стену, и чуть не уронил Зерно, лишь чудом поймав его у самой земли. Жеребчик выдохнул сквозь зубы. — Это очень важная штука. Дыхнёшь на неё — и мы все умрём, — как можно более серьёзным голосом ответил Лайт. С важным видом повернувшись к Полару, он вдруг обнаружил, что тот заинтересован уже не столько Зерном, сколько самим единорогом. — Чего ты на меня пялишься? — недоуменно пробормотал жеребчик. — А ты сам на себя взгляни! Лайт опустил голову, и глаза его расширились от удивления: на тёмно-серых ранее копытах теперь были голубоватого оттенка морозные узоры, переходящие на щётки, и доходящие до колен. В изумлении он осмотрел себя и понял, что помимо резного узора на передних ногах, ледяное украшение появилось так же и на задних, ремень, проходивший по позвоночнику жеребёнка, также приобрёл заострённые разнообразные очертания. Прежде полностью светло-синий хвост теперь ближе к концу переходил во всё тот же снежно-белый. Жеребёнок поспешно прекратил это осмотр, опасаясь того, что он ещё может обнаружить, и радуясь, что не может увидеть ни гривы, ни морду. — Что со мной сделали?! — возмущённо воскликнул он. — Это что, навсегда останется? — Ты вообще куда провалился? — продолжал удивляться Полар. — Пропал на целых пять минут, я думал, ты уже помер, и пытался догадаться, как! — Знаешь, я тоже считал, что помер, — искренне и весомо ответил Лайт. — Но-о-о… Он тяжело вздохнул, приготовившись, что сейчас его обзовут психом. — Духи реальны, Фенум помирает, и я должен остановить Апокалипсис, — на одной ноте протараторил жеребчик. — А-а-а, понимаю, — протянул Полар с лицом, на котором ясно читалось непонимание. Лайт вздохнул ещё раз, потряс головой и попытался объяснить всё более доходчиво: — Меня призвала Метелица, потому что кто-то останавливает приход Зимы. И если ему это удастся, то нам всем трындец. И Метелице в первую очередь. — Угу, — кивнул Полар, в упор глядя на жеребёнка и пытаясь показать, что на этот раз он действительно что-то понял, и ждёт продолжения. Единорог задумался. Миссия была поручена ему, стоит ли рассказывать о предназначении Зерна этому… Шалопаю? Не то, чтобы Сноу Лайт боялся, что Полар начнёт всем и каждому выкрикивать о том, что у них есть Снежное Зерно, но ведь Метелица не разрешала никому о Зерне говорить! А с другой стороны, и не запрещала тоже… Хотя на самом деле Лайта тянуло сейчас найти кого-нибудь взрослого, полицейского пони или пожарника, того, кто умеет спасать жизни, и передать эту работу ему. Ведь его вызвали только потому, что со снежным единорогом легче связаться, правда? Поняв, что молчание затянулось, Лайт открыл рот для продолжения, но так ничего и не сказал. Он решил не выпутываться из этой неловкой ситуации, и просто молча прошёл мимо тяжеловоза к выходу из переулка. Тот проводил его непонимающим взглядом, подождал немного, и побрёл следом. Вместе они дошли до дома Лайта, и Полар даже протиснулся в дверной проём вслед за маленьким единорогом. Не будь жеребёнок столь погружён в свои мысли, он бы обязательно недовольно фыркнул. Уже жалея о том, что поклялся предположительному трупу Метелицы исполнить поручение, Лайт остановился посреди комнаты, затем огляделся и принялся торопливо запирать двери, закрывать ставни, занавесив перед этим окна, и даже перекрыл трубу дымохода. Обойдя три раза всё жилище и обезопасив его так, словно он готовился к зомби-апокалипсису, Лайт сел на диван и опять погрузился в размышления, а Полар, смущённый странным поведением жеребчика, присел на пол рядом и принялся терпеливо ждать. Тишину нарушали приглушённые звуки улицы за окном, тиканье часов и копыта тяжеловоза, изредка перебиравшие по половицам. Наконец, Сноу Лайт заговорил: — Слушай, это очень важно, так что никому об этом не рассказывай, ладно? Поклянись клятвой Пинки! — Клянусь! — Полар не колебался ни мгновения. Лайт вдохнул поглубже и стал рассказывать о том, что с ним приключилось, попытавшись не упустить ни одной подробности, заодно устаканивая эти события для самого себя. — …И теперь я думаю, что должен передать это дело кому-то более подходящему на роль приемника Шестёрки, — закончил своё повествование Лайт. — Ничего себе… — поморщился Полар. — Иди туда, не знаю куда, да ещё и с бомбой замедленного действия… — Ага, — осторожно покачал Зерном Лайт. — Может, найти погодника постарше? Всё же это их поколение экологию запустило. — Только я не думаю, что тебе это удастся, — с необычайной для себя осторожностью произнёс Полар. — Если я всё правильно понял, то звание Гонца не просто так. Да и все эти узоры… К тому же эта штука угробит любого, кроме тебя, если к ней прикоснутся! Я бы даже левитировать эту дрянь не рискнул! — А что, если для него подобрать какой-нибудь… Ну, не знаю, футляр? Или заклинанием что-нибудь сделать? — Не думаю, что это поможет, — покачал головой пони. — Во-первых, если оно заморозит любого, кто к нему прикоснётся, то может заморозить и футляр. А во-вторых, вдруг его магия распространяется и от непрямого контакта? — Ну, это может быть, — согласился Лайт, раздумывая, о том, как же ему спихнуть на кого-нибудь другого это поручение. В свой успех он попросту не верил. — Подожди, я, кажется, придумал! — вдруг воскликнул Лайт, рванувшись к своей комнате. Спустя пару минут он вернулся на кухню, левитируя за собой не только Зерно, но и какой-то небольшой мешочек на длинном шнуре. — Смотри, это мешок, сделанный из шкуры волшебного животного. Достать из него что-то может только хозяин, а хозяин теперь — это я. Мне его папа подарил на десятилетие, — гордо сообщил жеребчик, — Наконец-то он мне пригодится, а то два года без дела валялся. — Это чья же шкура? — удивился Полар. — Не знаю, но, может, это сработает? — единорог осторожно ослабил шнур и опустил Зерно в мешочек. Готовый в любой момент вытащить его обратно, если мешок начнёт замерзать, он дотронулся до стенок Зерном, но мешок никак не изменился! — Фу-у-ух, отлично! — искренне сказал жеребчик. — Уже легче! — Ага, если не считать того, что мы не знаем, куда его нести, а без этого настанет Апокалипсис, — хмуро парировал Полар. — Ну да, ты прав, — снова нахмурился единорог, — Давай пойдём в библиотеку, Метелица же сказала искать какую-то книгу! Должно же там что-то быть, город ведь очень старый, а книги ещё старше, может, и эта «времёнгодская» есть. — Ну, возможно, только у нас город вокруг станции строился, так что там скорее какая-нибудь механика будет, а не мифология. — А с чего ты взял, что нам именно мифология нужна? — удивлённо спросил жеребчик, выходя в коридор. — А где ещё по-твоему мы найдём инфу про мистический Ледяной дворец аликорна, у которой грива — карамелька? — догоняя друга, ответил Полар. — Резонно, — согласился он. — Но на всякий случай нужно посмотреть не только мифологию! — У кого бы ещё спросить насчёт книги… — пропустив Лайта вперёд, тяжеловоз вышел на улицу. * * * От увиденного в библиотеке уши Лайта сразу же поникли. Ну отлично… Большая часть из того, что сразу бросилось в глаза, действительно занимали книги по механике, торговле, да ещё дамские романы. Как в таком месте найти сведения о волшебном дворце? Разве что библиотекаря искать? Эта идея пришла на ум Полару, и жеребята принялись её претворять в жизнь, в конце-концов найдя старого-престарого пони, который сам создавал впечатление чего-то, что может рассыпаться в прах, лишь только прикоснись (а ведь именно такие ощущения вызывало большинство книг). — Сэр, — обратился к почтенному старцу Лайт, — Вы нам не поможете? Пони медленно повернулся к жеребёнку, затряс пышными усами, приоткрыл рот, и, наконец, выдал: — Что вам нужно? Жеребчики переглянулись. Если старик будет так собираться перед каждой репликой, разговор будет долгим. — Книжку о ледяном дворце, реально существовавшем или сказочном, и ещё книгу «Времена года», какую-то очень древнюю, — попросил Лайт, стараясь говорить не слишком быстро, но и не дать старому пони шанса перебить его на полуслове. И ещё стараясь внутренне подготовиться к долгим сетованиям старичка, его воспоминаниям по стилю «А вот я…» или «В мои времена молодые пони искали совсем иные вещи», ну или к другим старческим причудам. — Времена… Дворец… — пони медленно поднял копыто и прижал его к нижней челюсти, видимо, задумываясь. — Ну, сейчас принесу. Повернувшись к одному из многочисленных проходов между стеллажами, библиотекарь двинулся вдоль полок. Сноу Полар с безысходностью взирал на старика. — Слушай, он же её просто не донесёт. Может, лучше сами пока поищем? — Ладно, — Лайт вздохнул и огляделся, — ты помоги ему, а я пойду искать. Если что найдёшь — зови. — Так библиотека ведь, кричать нельзя. — Да всё равно никого нет, — махнул копытом Лайт, — Иди-иди, библиотекарю помогай. Голубой тяжеловоз, понурив голову, поплёлся выполнять просьбу друга. Следующие полчаса прошли для него в мученьях: старик перед каждой фразой выдерживал огромные паузы, бесконечно отвлекался, совал Полару закаменевший пряник и рассказывал о своей молодости. В общем-то, Полар наверняка сошёл бы с ума от скуки, если бы старый пони при всём этом не забывал то и дело протягивать ему книги. К несчастью, пока что Полару не везло. Ему попадались либо сказки для жеребят без описания конкретного места нахождения волшебных замков, либо же «Инструкции по созданию ледяных скульптур», которые уж точно ничем не могли ему помочь. Однако, ничто не вечно под луной, и в тот момент, когда тяжеловоз был готов выброситься в окно, так заманчиво расположенное рядом, его тихонько ткнули в плечо. Обернувшись, Полар обнаружил у себя за крупом библиотекаря с толстой книгой. — Кажется, нашёл, — воодушевлённо произнёс тот, прижимая древний том к груди. Полар принял его как можно осторожнее (и побыстрее, потому что книга стала перевешивать старичка вперёд). — Лайт! — крикнул пони, удостоившись от старичка очень протяжного «Тс-с-с!». Но пока он «тс-с-скал», Лайт уже откликнулся, и Полар помчался на голос друга. — Нашёл? — первым делом спросил тот. — Нашёл! — кивнул Полар, опуская том на столик библиотекаря. На обложке протёртыми буквами старинным шрифтом было выведено название «Времена года». — Так, оглавление… Кристальные замки… Огненные крепости… О! Ледяные замки! Страница сто сорок семь! Лайт магией быстро перелистнул страницы и пони увидели чёрно-белое изображение небольшого дворца над надписью-названием главы. — Так… — начал читать Лайт. — «Для строительства таких сооружений…». Так… Это не то, а ниже… Так-так… Вот! «Единственный известный ледяной дворец находится…» Полар ткнул его головой, сам пытаясь прочесть текст. Прерванный жеребчик потянул книгу на себя и начал с начала: «Единственный известный ледяной дворец находится на поляне острова Утбурд и восседает на его троне Зимний Дух. А охраняется эта поляна денно и нощно амистрами и путь туда лежит далёкий, через владения гиппокампусов. Лишь тот до святыни дойдёт, кто сам Дитя Зимы». — Вляпался же ты… — «утешил» друга Полар, похлопывая его копытом по плечу. — А вы уверены, что именно «Дитя Зимы», да? — с жалкой надеждой проговорил тот, ни к кому конкретно не обращаясь. — А может, моя функция закончилась на контакте с Метелицей? Едва не рассмеявшийся здоровяк быстро повернул друга мордой к себе и прижал копыта к его щекам. — Неужели ещё не догадался? Нет у тебя выбора, и придётся идти, и не факт того, что тебе кто-нибудь из взрослых поверит, — через его голос всё-таки прорывались истеричные хихиканья. — Но не волнуйся, я-то тебя не брошу. Я с тобой до самого гроба пройду! — Чьего? — слабым голосом уточнил Лайт, чувствуя, как его покидают последние силы. Честно говоря, Полар выглядел так, как будто бы сейчас заплачет. — Хватит смеяться, это жутко. — А почему бы не посмеяться? Всё равно скорее всего мы умрём, причём долго и мучительно! Хочу повеселиться напоследок! — Ты выглядишь не очень весёлым… — сомнительно протянул Лайт, на всякий случай отходя на пару шагов назад. Полар, впрочем, на это не ответил и уже ускакал куда-то между полок. Куда — единорожик узнал через полчаса, когда здоровяк вернулся и шлёпнул перед ним на стол какой-то потрёпанный дневник. Он выглядел куда спокойней, но Лайту показалось, что шерсть на его щеках слиплась от не успевшей высохнуть влаги. — Вот! «Путеводитель по особо загадочным местам Эквестрии»! Думаю, здесь будет хоть что-нибудь про дорогу к этому острову Как-Его-Там. Лайт кивнул, посмотрев на эту книжку, и вернулся к обсуждению предстоящей миссии: — Ну, а кто такие гиппокампусы и амистры? — Чейнджлинг их знает, — пожал плечами Полар, — Теперь уж точно мифологию будем искать. Лайт закатил глаза и застонал. Однако, к счастью друзей, на этот раз поиски продлились недолго. Практически сразу, как только они зашли в раздел «Мистика», Лайт наткнулся на книгу «Мистические лошади». — Вот так вот… — открыв оглавление, Полар сглотнул, увидев название одной из глав. — «амистры» здесь! — Дай взглянуть, — попросил Лайт, отбирая книгу, — «Амистр — разновидность волшебных лошадей. Амистры одни из самых необычных мистических созданий. Несмотря на свою устрашающую внешность, эти существа добрые и преданные компаньоны, хотя договориться с ними, а уж тем более найти, не так то просто, встречаются они очень редко и, как правило, в самых неожиданных местах. Амистры — бессмертны, убить их невозможно, так как они, по сути, не представляют из себя полностью живую материю, они сотканы из магии, огня и ночи. Грациозные, черные как сама тень, они смертельно опасны в бою, невероятно быстры, а о их преданности слагают легенды. Шкура этих волшебных коней переливается всеми оттенками черного и багрового, хвост и грива словно сотканы из языков магического пламени, которое не обжигает лишь тех, кому конь доверяет. Глаза амистра горят адским пламенем, дыхание их обжигающе, копыта раскалены до предела, и под их поступью плавятся камни. Многие пытались найти амистров, но пока ни одному смертному из тех, кого я знаю, это не удалось, хотя нередко ходят слухи что в северных районах Эквестрии видели в ночи огненного коня и слышали его душераздирающий рев». — Несколько жутковатые существа, не находишь? — поморщился Полар. — Ещё и копыта камень плавят! Такому брохуф не дашь! — Да уж… — Лайт повернул книгу, чтобы получше рассмотреть картинку амистра. — Судя по всему, они намного больше пони! Глаза единорога внезапно округлились. — Подожди-ка, Ледяной дворец охраняют огненные демоны? — А вот эта строчка тебя не на что не натолкнула? — поморщившись, Лайт ткнул копытом в текст. — «…встречаются они очень редко и, как правило, в самых неожиданных местах…». — Знаешь, наверное в этом весь подвох: лично я не готов к тому, что Зиму охраняют огненные кони. С другой стороны, они не замёрзнут… — поёжился Полар. — Как думаешь, сможем ли мы их одолеть, если придётся драться? Я не очень-то помню боевые заклятия… Хотя, судя по тексту, они превратят нас в шашлычок раньше, чем мы их вообще увидим. По крайней мере, смерть от становления кулебякой быстрее, чем от голода! — Хватит постоянно говорить про смерть, и без тебя плохо! Если ты постоянно сигаешь в окна, это не значит, что все вокруг с наклонностями суицидника. Здесь должно быть что-нибудь об их слабостях! — решительно заявил Лайт и вытащил формуляр из книги. — Иди, сходи к библиотекарю и оформи путеводитель, возьмём её с собой, а с той, что про дворцы, я спишу только то, что нам нужно. Полар прижал уши, состроив «щенячьи глазки». — Не отправляй меня к нему! Пару минут они играли в гляделки, но в конце концов Лайт изобразил настолько скептично-строгий взгляд, что Полар мгновенно вспомнил свою самую нелюбимую учительницу, миссис Байкли, и сдался. Повесив голову, тяжеловоз поплёлся к старичку, пробормотав что-то подозрительно похожее на «узурпатор». Мрачно улыбнувшись, Лайт покачал головой и принялся искать информацию. Быстро отыскав нужную страницу, единорог принялся за чтение. Через несколько минут, сообщив Полару, что всё нужное он уже отыскал, Гонец вышел из библиотеки, взмахом хвоста позвав за собой тяжеловоза. — И кто же эти гиппокампусы? — Морские жители, у них передние ноги как у пони, а вместо задних хвосты. Полар так и сел. — Ещё не легче! Ещё и морские пони охраняют Зиму? Как?! Вмурованные по пояс в лёд? Каких только чудес на свете не бывает! — У меня выбора нет, пусть там хоть сам Сомбра сидит, — ответил Лайт. — Ни слова больше! — решительно заявил пони. — Я тебя на растерзание огненным коням не брошу! Пошли прямо сейчас, вместе! Лайт уже было развернулся, чтобы сказать, что никакого «вместе» не будет, но в голове мелькнула мысль, что вообще-то спутник не помешает, тем более такой здоровенный и сильный. Ему до сих пор было страшновато, и он даже подумывал, что стоит ему выйти за городскую границу, как он тут же подожмёт хвост и спрячется в кусты. В присутствии Полара этого не случится хотя бы потому, что будет слишком стыдно. — Хорошо, — торжественным тоном согласился белый единорог. — Я назначаю тебя своим верным спутником и… Оруженосцем. — Но единственное наше оружие — это Зерно, и потащишь его ты, потому что я не хочу умирать, я слишком молод и хорош для этого! — Не порти атмосферу, — махнул копытом Лайт. — Короче, отныне ты мой верный спутник и бла-бла-бла. — По заветам Принцессы Твайлайт? — усмехнулся здоровяк, ткнув отстранившегося Лайта в плечо. — Именно, — кивнул Снежный Гонец, едва не впечатавшись в фонарный столб. Копыто Полара в последний момент сдвинуло его в сторону. — И кстати, гиппокампусы не охраняют Дворец, просто путь к нему проходит через их владения. Насколько я понял, поляна Утбурд находиться на острове неподалёку от развалин Балтимэра. — А поконкретнее? — попросил Полар. — Там хоть карта-то есть? Вместо ответа Лайт телекинезом вытащил книгу и поднёс её к морде Полара. Для этого ему пришлось поднять её на три головы выше своей собственной. — Автор книги путешествовал по всей стране, оставив очень подробные заметки! — А кто он вообще? — неожиданно перебил жеребец, перехватывая книгу своим телекинзом и переворачивая на обложку. — «.Ббл Пэнтс». Баббл Пэнтс? Или… — Квиббл Пэнтс! — догадался Лайт. — Тот самый знаменитый путешественник! — Ну, и что нам это даёт? — удивился реакции друга Полар. — А то, что Квиббл был земным пони! А там, где прошёл земнопони, единорог уж точно сможет пройти! — Здорово! Тогда собираемся в путь! — Эм-м-м, кстати об этом… Мы не подумали, как уйдём из дома. У меня-то ещё родители уехали, а вот твои… — А мои уехали тоже! — жизнерадостно перебил друга Полар, — Об этом не беспокойся. Пропустить пару недель учёбы ради спасения мира — что может быть круче? — Ну-у-у… — Не слова больше! Мы идём паковаться! — бодро перебил тяжеловоз, толкая друга в сторону его дома.