Снежное зерно

Лайт и Полар не церемонились с вещами — они знали, что путь им предстоит неблизкий, а вычитанные ими книги о приключениях сослужили хорошую службу — во всяком случае, они понимали приблизительно, что нужно брать с собой. Старый компас, две бутылки с обычной водой и одну — с газировкой, бутербродов (хлеб-салат-помидорки) на дорогу, яблоки, несколько шоколадок, непромокаемые плащи-дождевики, а в них обернули попону для Полара. Лайт надел шарф и шапку, затем из чулана извлекли складную палатку, которая хранилась в семье Лайта, потому что выбросить её было жалко. Её Полар скатал и нацепил на спину, а Лайт подвесил к боку котелок, и добавил к своей ноше ещё и книгу Квиббл Пэнтса. Сидя перед сложенной сумкой, Лайт тревожно теребил копытами застёжку, думая, что всё-таки не стоит никому говорить о Зерне. Полар в сомнении покачал головой. - Ты же знаешь этих взрослых. У них вечно на одно простое действие миллион споров и обсуждений! Вот зачем, например, скажи мне, ради свадьбы полгода что-то планировать? Если они даже поставить закорючку и обменяться кольцами не могут без такой подготовки, то пока они думают про Зерно, нас всех уже древесные волки сожрут! Лайт вспомнил все эти бесконечно долгие и нудные вечера, когда к его отцу приходили друзья и часами курили какую-то вонючую гадость, перекидываясь в карты и обсуждая одну и ту же непонятную чепуху. - Да уж, если толпа взрослых пони за несколько лет не смогла договориться до того, где лучше рыбачить, то полагаться на них не стоит. Последним приготовлением послужила лаконичная записка, оставленная на случай, если родители вернутся быстрее, чем завершится квест: «Ушёл спасать мир, когда-нибудь вернусь. Если нет, то мы направились на север. Постскриптум: Сноу Полара ищите там же». Оставив письмо на видном месте, жеребята вышли на улицу. - И куда теперь? - с нетерпением спросил Полар. - На север. Там будет поле, потом деревенька Хувсхилл. От неё пойдём дальше в лес, а там сообразим. - Ладно. А идти долго? - Долго, - вздохнул Лайт. - Может, нам стоило взять побольше тёплых вещей? - спросил Полар, пытаясь одновременно понять, не забыл ли ещё чего-нибудь. На пути как раз был его дом, и слишком уж аккуратно и тихо он старался ступать для того, у кого родители в отъезде. - Хватит и того, что есть, - возразил единорог и поправил мешочек с Зерном. - Мне-то вообще тёплые вещи не нужны, я и так весь из шерсти состою. Заметив то, что тяжеловоз по сути крадётся, хотя при его габаритах это и получалось плохо, Лайт остановился и спросил максимально серьёзно: - Ты точно уверен, что хочешь следовать за мной? Полар глубоко вдохнул и затряс головой. - Да, ты знаешь, я не из того разряда детей, которыми сильно гордятся. А мама сейчас в том положении, в котором нервировать её не стоит. Так что если я пропаду на какое-то время, то, наверное, будет даже лучше. Тем более, волноваться обо мне станут не сразу, я ведь и раньше иногда пропадал… Лайт вяло вспомнил, как пару месяцев назад на рынке видел мать Полара, которая выглядела куда круглее чем обычно. В одной приключенческой книжке герой-жеребчик сбежал из дома, потому что у его отца и мачехи родился новый жеребёнок, и старый больше стал не нужен. Может быть, Полар боится какого-то такого же исхода, потому и следует за ним в путешествие? В любом случае, это не его, Лайта, дело. Потому он резко закрыл тему. - Ладно, энтузиаст, пошли. Чем быстрее мы всё сделаем — тем лучше. - Да, ты прав, - даже с какой-то долей серьёзности согласился Полар, что для него было редкостью, обычно он и серьёзные вещи произносил бодрым тоном. - Скорее в путь! Выйти за пределы городка не составило труда. А вот дальше начались проблемы: за чертой города дорога была сплошь покрыта холодной, мерзкой, полузастывшей грязью. Она липла к копытам, забивалась под стрелки, пачкала шерсть и очень усложняла путь, как физически, так и морально. - Ну и дорога! - пожаловался Полар. - Лучше по ней и вообще не ходить, всё равно одна грязь! - Зато не собьёмся с пути, - возразил Лайт, вытаскивая карту и поглядывая на неё. - Пока что мы идём верно, так что давай воспользуемся… Он обернулся на тяжеловоза и так и замер: судя по всему Полар пытался пролевитировать себя над дорогой, но ему это не очень-то удавалось. Решив игнорировать эти жалкие попытки, Лайт вернулся к карте. - Что по дороге, что по обочине, разницы никакой! - оправдался Сноу Полар. - Надо было не плащи брать, а болотные накопытники… - Не ной. Если я не ошибаюсь, дальше по пути будет аллея Сурт. Её особенность - переплетающиеся корни, выходящие на поверхность земли. Там в смысле устойчивости хуже, но хоть грязи нет. Так что потерпи! - Ладно, - Полар улыбнулся во всю ширь, - А знаешь что? Ты абсолютно прав! Хватит киснуть! Такими темпами мы Зерно только до замка Уныния донесём! Ай-да за мной! И весело задрав хвост, тяжеловоз бодро запрыгал по грязи на всех четырёх ногах, громко распевая какую-то считалочку или жеребячью песенку. Лайт снова фыркнул и закатил глаза, одновременно уворачиваясь от расплескавшийся грязи. Если их путешествие и дальше будет продолжаться таким образом, то он уже через час случайно выплюнет лёгкие, слишком уж часто ему приходилось тяжело вздыхать. Ну, по крайней мере теперь Поларовое «повеселиться напоследок» действительно выглядело как веселье, а не сдерживание истерики. Перспектива оказаться посреди ничего со спятившим громилой сейчас пугала Лайта посильнее, чем тем же древесные волки. - Если у меня будет гипервентиляция, то откачивать меня будешь ты, - пробормотал единорог, ни к кому толком не обращаясь, потому как спутник давно ускакал вперёд. * * * Они шли целый день, заночевав на опушке леса. Других пони им за всё время так и не встретилось, разве что свежие следы копыт. И хорошо, а то удивились бы прохожие, с какой-такой стати двое жеребят-подростков решили устроить пикник в это промозглое время? Следующий день также прошёл без осложнений, а ближе к полудню оба Сноу подошли к самой Аллее, указанной в книге Квиббла как «Место, в котором копыта отдыхают!» И правда, отдыхали там не только копыта. Разноцветные листья закрывали яркое, но холодное зимнее солнце, создавая приятный полумрак, а тонкие полупрозрачные листочки то и дело бросали на землю цветные блики, просвеченные насквозь в тех местах, где была не такая густая крона. Вся дорога между толстыми медово-золотистыми стволами была увита корнями, переплетающимися, как нити в копытоделии какой-нибудь молоденькой кобылки. Воздух был напитан приятным лёгким запахом, напоминающим мяту, а кора деревьев на ощупь оказалась гладкой и тёплой, будто подогреваемой изнутри. И вот в этом-то чудесном месте им неожиданно и встретилась пони. Или не совсем пони. На первый взгляд, кобылка лилового окраса развлекалась тем, что кружилась в солнечных лучах, подбрасывая в воздух палые листья и, по-видимому, неплохо проводя время даже в одиночку. Но, когда жеребята остановились, притаившись за корнями вывороченного когда-то дерева, и присмотрелись к ней повнимательней, происходящее стало больше напоминать тренировку. В прыжках и кульбитах кобылицы прослеживалась чёткая отработанность, дыхание явно контролировалось, не было ни одного лишнего движения. Она в пару длинных прыжков достигала очередного дерева, отталкивалась от его ствола всеми четырьмя копытами, кувыркалась в этих перелётах, стремительно забиралась с ветки на ветку, и прыгала вниз с двухметровой высоты, безукоризненно приземляясь на кончики раздвоенных копыт. При этом она всё ещё следила за красиво падающими листьями, пропускающими через себя солнечные лучи, широко улыбалась и иногда посмеивалась. Не столько акробатические упражнения кобылки, сколько странная форма её копытц заставила Лайта приглядеться к ней получше. Теперь он замечал, что движения незнакомки не только прекрасно отработаны, но ещё и очень походили на олений подскок, на конце мордочки красовалось тёмное треугольное пятнышко, уши её тоже были слишком большими и пушистыми для пони. - Хах, - пробормотал он себе под нос. - Не ожидал, что первое препятствие будет таким! И только решившись спросить своего спутника, что он думает по этому поводу, Лайт вдруг понял, что вместо прежнего пыхтения уставшего тяжеловоза у него над ушами не раздаётся ни звука. Он поднял голову, чтобы заглянуть в морду Полара, и брови его стремительно поползли вверх: ярко-зелёные глаза жеребчика излучали какое-то абсолютно неясное Лайту выражение. Они подсвечивались изнутри каким-то невероятным изумлением и восхищением. - Вау, - выдохнул одними губами Сноу Полар. - Ты что подвис? - одёрнул его Гонец, заставив здоровяка переключить внимание. Если судить по каким-то одуревшим глазам, кажется, что либо салат в их последних бутербродах был несвежим, либо Полар просто запал на эту прыгучую кобылу с первого взгляда. Только этого им и не хватало. О, Селестия, это всем известно, что Полар редкостный болван, но мог он сдерживаться от тупости хотя бы в этой апокалипсической миссии?! Ладно там всякие баллады, где до кобылы ещё нужно было дойти, да ещё и убить по дороге какого-нибудь дракона, там ты заслуживаешь немного потупить. Но единственное, что пока убивает Полар — это терпение своего спутника! Единорог же за всё это время так и не нашёл ответа. - Ну-у-у… Да просто я не понимаю, какого сена мы сюда спрятались. Теперь наш выход будет выглядеть жутко глупо. А я не хочу выглядеть глупо перед ней. - С чего ты взял, что мы вообще будем выходить? - недоумевал Лайт. - А с того, что торчать здесь будет ещё глупее. К тому же она... - Полар выглянул из-за ствола, - Она за нашими спинами, не так ли? Приятели начали испуганно оглядываться в поисках пропавшей незнакомки, когда до них вдруг донёсся звонкий смех. Жеребята дружно задрали головы: прямо над ними, прикрывая копытом мордочку, сидела на ветке та самая кобылка, и хихикала. - Здоровья партизанам! - она ловко соскочила на землю, приземлившись на задние ноги, и ловко развернувшись к ним мордашкой. Пятнышко оказалось влажным оленьим носом, а на правом ухе красовалась зарубка. - А что вы по лесам прячетесь? - Эм... - Полар отошёл на шаг назад и стукнулся крупом о ветви, сломав парочку. - Мы просто путники. - Путешественники! - поправил Лайт. - Путешественники? - оленица перевела взгляд чёрных глаз на большого единорога и заулыбалась. - Ах да, где же мои манеры! Я Ауора Бореалис, можно просто Ауора или просто Эйби, но это только на девяносто девятом уровне дружбы! Полар поклонился ей в ноги, ткнувшись носом в листья, один из которых так и прилип к его морде: - Можете звать меня просто Сноу, миледи. Лайт посмотрел на него как на идиота. Во-первых, голос Полара звучал настолько подобострастно, что на него накатил испанский стыд. Во-вторых, из-за одинаковых имён логичнее было бы представляться сразу как «Полар». - Сноу, - отрезал Гонец. - Меня тоже зовут Сноу. На этот раз настал черёд оленице приподнять брови, она мотнула головой, отбросив чёлку. Её грива выглядела так, как будто когда-то давно её коротко постригли, но с тех пор она отросла и теперь неряшливо лежала как ей вздумается. С одной стороны у неё была заплетена короткая косичка, которая, правда, не удерживала и половины её волос. - Сноу и Сноу? В ваш отряд снеговиков набирают по имени? - Нет, - мотнул головой тяжеловоз. - Так… Совпало. На самом деле, чтобы не путаться, меня обычно зовут Полар, а его — Лайт. - И как много вы путешествуете? Многое повидали? - кажется, с искренним любопытством спросила незнакомка. На этот вопрос оба жеребчика не нашли, что ответить. С одной стороны, не хотелось признаваться, что это их первое путешествие, но с другой, они толком не знали, что здесь в окрестностях, чтобы убедительно солгать. - М-м-м, честно говоря, не очень-то много… - Не страшно, все с чего-то начинают, - подбодрила их Ауора. - Ну, грязевую колею от Олд-Гриддиша до Хувсхилла. - А, так вы новички! - она, кажется, не потеряла ни капли энтузиазма. - А куда идёте? - Далеко, - отрезал Лайт. - Далеко? В первый раз? Такие молодые? И совсем без опыта? Кто-нибудь из вас хотя бы состоял в отряде «Следокопытов»? Оба отрицательно помотали головой. - Да, вы не очень-то продумали это всё дело, не правда ли? - Сожалею, но продолжить разговор мы не можем, очень торопимся, - попытался свернуть беседу Лайт, безуспешно потянув здоровяка за копыто. Всё равно, что гору пытаться сдвинуть, обвязав шнурочком. - Тихо-тихо, это я вам не в обиду. Но в местный лес лучше не соваться без подготовки. Сегодня Селестия благосклонна к вам! Ибо я-то как раз очень опытная. И я согласна проводить вас хотя бы до следующего селения. - И с чего это мы должны тебе верить? - сощурился Гонец. - Ну-ка назови, где ты бывала? Оленица перебрала перед ними ногами, ставя их поближе друг к другу, выпрямилась, как на школьной линейке, и с готовностью начала перечислять, с такой уверенностью и скоростью, что её трудно было обвинить в обмане. - Жеребячьи Горы, Бродячий Скалистый Хребет, Клаудсдейл, Лес Разрушенных Надежд, Малиновое Озеро у Верхних равнин… - Ладно, мы поняли! - прервал её Лайт. - А как насчёт твоей семьи? Твои родители тебя отпустят? - Они легко отпускают меня одну, - Ауора повела плечами. - Они вообще не особо следят, куда я деваюсь, и что делаю. Хотя лучше уйти, пока они на рынке. Так проще. Лайт отнёсся к её словам с сомнением, но спорить не стал. Отрицать, что им нужна помощь, было глупо. - Ладно, хорошо, мы согласны, - ответил он за двоих. - Веди. - Ну-ну. Прямо сейчас бежать не надо. Для начала мне нужно знать, куда вы идёте, это во-первых. А во-вторых, хорошо бы посмотреть, что у вас в вещах. К тому же, вы выглядите довольно уставшими, может, я смогу предложить вам отдых в своём доме? - неожиданно предложила оленица. Не успел Лайт выбрать ответ, как Полар затряс головой словно буйнопомешанный, и воскликнул: - Да, да, ДА! Мы очень устали, мы валимся с ног от усталости! Я чувствую себя как столетняя кляча, всю жизнь отработавшая на каменной ферме! Ауора окинула его ехидным взглядом и со странным прищуром, который Лайт не понял, улыбнувшись своим мыслям, и развернулась, направившись к своему дому. - Ну, надеюсь ты дотянешь до нашего коттеджа, Полар? - призывно махнув хвостом, хихикнула она. - Если ты ляжешь посреди улицы, то мы тебя не дотащим. Тяжеловоз с готовностью выпухлил грудку, будто забыл, что он единорог, а не пегас. - Мадам, я понесу себя хоть на край земли, если впереди идёте вы! Лайт почувствовал, что если он всё-таки выплюнет лёгкие, то случится это вот прямо сейчас. Потому что таких тяжёлых, полных отчаяния вздохов, он в своей жизни ещё не делал. * * * После рассказа Лайта о том, откуда они держат путь, Ауора что-то подсчитала в уме, и кивнула: - Знаю такое место. А чего вообще там не сиделось? В родном краю кобылки кончились? - Ауора игриво подмигнула тяжеловозу. - А-а-а… Эм… - Ну понятно. Люблю красноречивых. Чувствуя, что его спутника сейчас морально уничтожат, что ему было совсем не нужно, Лайт попытался исправить ситуацию, хотя он понятия не имел, как. - Прекрасная погода здесь, - невпопад проговорил он. - Правда, снега не хватает. - О, да, - бодро кивнула Ауора, будто совсем не заметила этой неловкой смены темы. - В этом году он что-то долго не падает. - С чего бы это? - пробормотал Полар. - Не знаю, - легкомысленно пожала плечами оленица. На этом они и вошли в дом, и Ауора резко развернулась, дальше пойдя задом наперёд, снова меняя тему: - Итак, что в ваших сумках, снеговички? Не поймите неправильно, я довольно опытная путешественница, и вся моя семья не домашние пони. - Пони? - с нажимом произнёс Лайт, решив, что это прекрасная возможность выяснить, чем является их внезапная помощница. - Ну как пони, - Ауора неопределённо покачала головой. - Ну пони, олени, какая разница? Вы что, что-то имеете против? Она остановилась и нахмурилась, поочерёдно заглянув в глаза каждому. - О, нет-нет, - сразу торопливо заверил её Полар. - Олени классные, я обожаю оленей! У меня как-то давно олень по соседству жил, правда, он уже умер, к сожалению. Поняв, что только что сморозил какую-то чушь, он поспешно добавил: - Так ты из Белохвостого леса? - Мой отец оттуда, - снова плечами Ауора, и продолжила путь, забираясь теперь на лестницу, ведущую на второй этаж. - Кстати вы, ребята, тоже как чистокровные пони не выглядите. - У меня мама с Севера, - кивнул Лайт. - А Полар наполовину конь, наполовину пони-тяжеловоз. - Кстати, он не всегда такой пушистый. Это сейчас у него мех к зиме раза в два толще стал. Полар примерился к ступенькам копытом, но не решился ступить после того, как доска жалобно заскрипела под всего лишь половиной его веса. Поэтому он просто сел под ограждением второго этажа, задрав голову. Лайт же легко запрыгал по ступеням, провожаемый завистливым взглядом тяжеловоза. Далее голос двоих собеседников доносился до него приглушённо, так как орать им приходилось из другой комнаты: - Давай сюда и свою сумку, буду проводить ревизию! - велела Ауора. Полар снял телекинезом поклажу и перенёс её на второй этаж, где её принял Лайт. - Зубная щётка? Да ладно! Вижу, вы совсем ничего о путешествиях не знаете. - Ну… - смутился Лайт, - По правде говоря, это наше первое. - Я уже поняла, снеговички. Ладно уж, помогу вам. В принципе у вас тут и толковые вещи есть, но кое-что важное вы забыли, аптечку, например. Так что выгружай весь свой хлам в мою комнату, на обратной дороге заберёте! Недовольно поморщившись, и всё-таки согласившись с предполагаемым опытом оленихи, Лайт подошёл к лилового цвета двери с нарисованной подковкой и надписью «Сияние». Комната Ауоры была небольшой, но вмещала многое: спальный мешок, постеленный там, где у обычных пони стояла кровать, стеллаж, доверху заставленный книгами по ботанике, анатомии, навыках выживания и художественной литературой, розовый рюкзак с узнаваемой символикой Пинки Пай, в котором, вероятно, находилось всё, что нужно для быстрой вечеринки. Под потолком были развешаны сушёные травы, цветочки, и внезапные модели аэропланов. Окинув комнату взглядом ещё раз, Лайт даже с удивлением заметил, что у одной из стен примостилось скалолазное снаряжение и маска для дайвинга. - Мда... - протянул Лайт, оглядывая жилище оленихи. Несмотря на обилие вещей, оно казалось каким-то пустоватым и необжитым, будто склад, а не жилая комната. - Я здесь только сплю, - заметив его взгляд, пояснила Ауора. - Теперь соберём вас по-настоящему. И кстати, ваша палатка дырявая, и ей больше лет, чем моему деду. Сноу Лайт был готов сгореть со стыда, когда хозяйка стала ворошить и перебирать их сумки, и придирчиво раскладывать вещи в две кучки — на то, что могло пригодится в походе, и что было абсолютно лишним. Вторая кучка была намного больше, и единорог пожалел, что Полар остался внизу лестницы и не мог разделить с ним стыд. Чтобы не страдать одному, он подошёл к ограждению, и весомо заявил: - Мы облажались! Взяли с собой один хлам! - Один? А я думал много хлама! Из глубины комнаты послышалось хихиканье Ауоры, и она также подошла к ограждению. - А что это за мешочек у тебя на шее? - спросила она вдруг. - Это? - Лайт приподнял Зерно. Довериться ей или нет? По идее, пони эта гиперактивная, ещё разболтает всем подряд! А с другой стороны, не придёт ли ей на ум прямо сейчас сорвать этот мешочек? Как бы её гиперактивность не привела к большой беде! К тому же, кажется, она ответно запала на Полара, а значит, у неё точно с головой не всё в порядке. - Это цель нашего путешествия, - решился-таки ответить единорог. - Да-а-а-а? - протянула Ауора, блестя глазами, и зачарованно глядя на мешочек. - И что это? - Ну... Это очень сильный артефакт, который не должен никого и ничего касаться. Но я тебе его не покажу, потому что это семейная реликвия, вот… - И что он делает? Может, крылья даёт? Или радугой стреляет? Я слышала, есть артефакты, которые стреляют радугой! - Замораживает, - неуверенно ответил Лайт, чувствуя, что оленица продолжает вытягивать из него информацию, и думая, что бы ей соврать в следующий раз поубедительней. Хотя это могла быть и не совсем ложь, ведь если Метелица имеет особую связь с Детьми Зимы, то в какой-то степени они имеют общие корни. Да и не зря же их Детьми называют! - То есть? - захлопала глазами Ауора. - Затормаживает? Или парализует? - Замораживает — значит, замораживает. В ледышку. Оленица просеменила копытцами, не прекращая моргать. - Тогда почему ты носишь его на себе? И не боишься? - Не боюсь потому, что мне он не навредит, а ношу — потому что надо, - Лайт уже успел пожалеть о том, что согласился ответить этой оленьке. - Теперь отстань от меня, мне нельзя просто так тратить нервы, они не восстанавливаются. А я редкий вид в этих краях! - Так я тоже, - парировала Ауора. - Нас попросила одна очень важная тётя, - важно сказал Полар, - А если будешь совать нос куда не надо, она разозлиться и превратит тебя в леденец без сахара! - Странные у вас тёти в городе, гоняют мелких жеребят с опасным оружием чёрт знает куда без присмотра, и даже не следят, что они с собой берут. - Сама ты мелкая! - возмущённо воскликнул Лайт. - Мне двенадцать, а Полару вообще четырнадцать! - О-о-о, - потянула Ауора, и теперь они смогли узреть её лицо истинного шока, когда она, распахнув глаза, смотрела на тяжеловоза внизу. - Я, конечно, люблю большие вещи, но ты самая большая вещь, которую я когда-либо видела! А я ведь в горы карабкалась! Судя по выражению мордашки здоровяка, он не знал, стесняться ему или радоваться. - Да, я очень большой, а ещё очень полезный по хозяйству! И сильный, не то что этот коротышка Лайт! Гонец бросил на него убийственный взгляд, краем сознания подметив для себя, что это действительно первый раз в жизни, когда он смотрит на Полара сверху вниз. Ещё какое-то время оценивающе посмотрев на тяжеловоза, Ауора встрепенулась. - Так, снежинка, а теперь поднял круп и вперёд! Кстати, я тоже не мелкая, мне тоже четырнадцать! А то развели тут детский сад, понимаешь, ещё рогами начните мериться! - Эй! - воскликнули те в один голос. Ауора же забежала в комнату и быстро раскрыла шкафчик, достав из него шарф и свободный свитер, напоминающий кроем попону, прикрывавший всё её тело вплоть до крупа. После этого она подхватила их сумки, при содействии Лайта начинив их всеми недостающими вещами, и выскочила на лестницу. Спустившись на первый этаж, она метнулась на кухню, и через мгновение вернулась к жеребчикам, держа в зубах нечто, напоминающее кобуру, но с топориком вместо пистолета. - Это ещё зачем? - непонимающе уставился на неё тяжеловоз. - В смысле? - вскинула брови Ауора. - Ты чем собираешься рубить бурелом? А дрова на костёр? Я вашей магии не доверяю, ещё сожжёте весь лес к Дискорду! - Вообще, тут она права, - осторожно кивнул Лайт. - Ладно, но почему именно мне? - А кому же ещё? - воскликнула пони. - На этого и подуть страшно, а я - хрупкая девушка, которая и так тащит аптечку. Ну а ты вот какой здоровяк, на тебе пахать надо! И, не слушая никаких возражений, она сунула топор Полару. - Так, ладно, это всё? - поинтересовался Лайт, - Если «да», то пошли уже. Ауора согласно кивнула.