Снежное зерно

С огромным трудом усталые и мокрые жеребята выбрались из бурного потока, следуя зову Лайта и свету его рога. Взбивая копытами холодную грязь, продрогшие Полар и Ауора лишь отойдя на пару шагов от реки сразу же повалились и тяжело задышали от усталости. Сноу засуетился возле них, стащил сумки и снял со спутников промокшую насквозь одежду. Ауора с трудом встала на подрагивающие тонкие ноги и усмехнулась: — Я, конечно, по реке сплавлялась, но в лодке, а не своим ходом. А ещё мы профукали палатку. Полар помотал головой, лёжа на спине, и ответил: — Дискорд с ней, с палаткой. Живы — уже хорошо. — Это точно, — согласился Сноу. — Да, — кивнула оленица, — Ты прав. Вот только что здесь делал абас? Они не очень любят воду, да и шумели мы не сильно. Лайт нахмурился. — Помнишь, ты говорила, что ими может кто-то управлять? — проводница кивнула. — Да, а что? У тебя есть кто-то на примете? — Да не то чтобы, — медленно произнёс Лайт, — Просто в воде мне на секунду показалось, что я видел… Что-то. Я не уверен, что это было. Но существо выглядело разумным, и вроде как пыталось нас утопить. — Существо? — Полар изумлённо посмотрел на воду. — Да… Я даже не знаю. Там так крутило… — Предлагаю не выяснять, что это за тварь, которой под водой веселее, чем на суше, — заметила Ауора. — Давайте пойдём отсюда? — Ага, — Сноу Лайт снова оглянулся на реку. Нет, он точно что-то видел! Но проверять своё предположение не хотелось, они и так чудом выбрались из этой холодной воды! И жеребчик уже собирался подойти к сумкам, как резкая боль пронзила его ногу, заставив его вскрикнуть. Пони только сейчас, когда схлынул адреналин, понял, что всё это время стоял на трёх, а четвёртая, передняя левая, тупо побаливала. Ауора и Полар резко вскочили, услышав вскрик Гонца. Оленица обеспокоенно нахмурилась, осмотрев его ногу. — Этого ещё не хватало! — проговорила она. Полар мягко опустил Лайта на землю, подложив сумку ему под голову, и повернулся к проводнице. — Ты о чём? Что с ним? — Вытащи-ка ту книжку, что написал мистер Пэнтс, — громко приказала Ауора, перекрывая стон Сноу. — По-моему, его задел абас. — Как его не расшибило! — Меня задело совсем немного, я от страха сначала даже не понял… — сквозь зубы прошипел Лайт, тяжело дыша. — Селестия, надеюсь, я ничем не заражусь. Ауора, не обращая внимания на стенания, сняла герметичную походную аптечку и начала внимательнее осматривать бабку, на которую пришёлся удар. Это был не перелом и не вывих, что очень обрадовало всех троих, однако Лайта сильно ушибло. Затем Ауора поднесла копыто поближе к глазам и стала присматриваться к местам, где была сдёрнута шкура. — Чего ты там ищешь? — поинтересовался Полар. — Абасы покрыты крошечными металлическими шипиками, которые часто остаются в жертве после удара, и пока мы их все не вытащим, перевязку делать не следует. Лайт застонал и откинул голову назад, побившись затылком об землю. — Ему совсем плохо… — поёжился тяжеловоз. — Чем тебе помочь? Оленица ни слова не говоря полезла в собственную сумку. — К счастью, все пони, живущие вне городов, давно знают, что неприятные колючки-дрючки легче всего выхватить щипцами. Где-то у меня здесь был наборик… — ласково успокоила их Ауора. Найдя в аптечке пинцет, Бореалис принялась за дело. Работала она аккуратно и с умом, вертела копыто так и сяк, а Полару, чтобы не мешался просто так, поручила прижимать к местам, где только что были колючки, ватку с йодом. Процедура была довольно болезненная, так что Лайт то и дело морщился, дёргал шкурой и хныкал. Каждый раз, когда он так делал, Ауора и сама нервно дёргалась, боясь, что ещё больше повредила пациенту, от этого колючки двигались в шкуре, причиняя больше боли. Где-то к двадцатой колючке он так достал этим Ауору, что она просто заткнула ему рот трензелем. На вопрос Полара, откуда у неё трензель, заданный с таким лицом, что с него можно было писать портреты, оленица скромно ответила, что хороший путник готов ко всему. К чему ей могли пригодиться такие инструменты — Полар решил не думать. Лайт же и вовсе не мог думать, лишь сердито пофыркивал, кусая удила и чувствуя, как уши сами прижимаются к голове. Ну и видок у него сейчас! По счастью, Ауора работала споро, ловко держа пинцет во рту. Неприятная процедура вскоре закончилась, и она начала накладывать эластичный бинт на бабку путника. Всей этой процедурой заработав немалое уважение спутников — жеребчики были поражены мастерством недавней знакомой, видно было, что такое ей не впервой. Закрепив повязку оленица ткнула пострадавшего в плечо и бодро заявила: — Ничего, жить будешь! Лайт только поморщился, решив, что она нарочно заткнула ему рот, чтобы безнаказанно поиздеваться над страдальцем. — По-моему ты туговато затянула. — Не-не, так и надо, снежинка. Сноу оставалось только кивнуть, после чего Ауора наконец-то избавила его от трензеля. — Что нам теперь делать? — спросил Полар, руша воцарившееся было молчание. — Самому ему ведь идти не стоит? — Придётся, если ничего другого не придумаем, — Ауора огляделась по сторонам. — Палатку мы потеряли, плед его выдержит, но носилки нести будет неудобно. Слишком большая разница в размерах. — Я его на спине потащу и куда хочешь отнесу! — ответил Полар с такой готовностью в голосе, что сомневаться в его словах не приходилось. Ауора окинула Полара оценивающим взглядом. Жеребчик был значительно выше её, а если учитывать его широкую грудь и мощные ноги, оленица на фоне единорога выглядела как-то совсем мелко и хрупко. Что касается Лайта, то он был достаточно крепко сложён, но уступал в росте своим сверстникам, из-за густой пушистой шерсти напоминая сердитый помпон. — Я же говорила, что на тебе пахать надо. У тебя спина такая широкая, что там пикник устроить можно. Приняв эти слова за одобрение, Полар, как можно сильнее сфокусировавшись, слевитировал Гонца к себе и осторожно опустил на спину. Тяжеловоз подумал, что друг совсем лёгкий и тяжесть была не столь обременительна, сколько приятна. Полар всегда считал, что в его габаритах были значительные плюсы. Ему гораздо легче давалась тяжёлая физическая работа, из-за чего он знал, что всегда будет нужен. Но, помимо этого, его сильно умиляли маленькие вещи и существа. Одним из его любимых занятий было как раз-таки помогать таким существам, левитируя котят с деревьев, и осторожно перекатывая ёжиков с дороги. Лайт, конечно, не был ёжиком (пусть и походил на него иногда своим фырчанием и колючестью), но он тоже вполне попадал в категорию маленького существа, которому требовалась помощь. Правда, мир не всегда работал так, как хотелось бы Полару. Маленькие милые котята порой не хотели быть поднятыми в копыта, маленькие деревца иногда ломались от попыток их подвязать, а живая и крепкая Ауора явно прекрасно справлялась и без его помощи. — Только куда нам идти? — спросил он, следя за тем, чтобы Сноу не съехал. — Карта Квиббл Пэнтса что-либо говорит? — Для начала нужно найти место, где мы сможем передохнуть, — назидательно сказала Ауора. — И, желательно, развести костёр, чтобы хорошенько обсохнуть и подкрепиться. — Я ничуть не устал! — демонстративно выпятил грудь единорог. — Это ты только так думаешь, — ответила оленица. — Это пока у тебя адреналин работает. Сейчас шок немного пройдёт, и ты будешь готов потерять сознание, поверь мне. Пройдя чуть вперёд, путники, несмотря на протесты Полара, остановились для привала. Когда шёрстка пони высохла и приобрела прежнюю мягкость, когда были съедены припасы, Ауора расстелила перед собой карту и стала продумывать новый маршрут. Местность ей была знакома, и она предложила спутникам два варианта: подняться вверх по течению и продолжить путь, или же проложить новый, по лесу до озера Аква, а оттуда уже до побережья. — Ну уж нет, возвращаться к этим чудовищам! — возразил Полар. — Реку они не перейдут, так что нам бояться нечего, — попробовала успокоить жеребчиков Ауора. — Я же говорила, тут они не водятся. — По лесу идти будет трудно… — Лайт хотел сказать «мне трудно», но сдержался. Даже несмотря на предложенную помощь, просто лежать, пока тебя тащит по твоему квесту кто-то другой, было как-то неправильно. Он надеялся завтра уже идти сам. — Можно пойти вдоль реки, но так будет дольше, — возразила Ауора, — А нам ведь главное — скорость. Да и лес на этой стороне реки реже и приятней. — Ну, тогда попробуем, — Сноу потрогал мешочек с Зерном и поднялся на копыта. Нога отзывалась лёгкой болью, но не такой, какой можно было ожидать от удара монстра. — Только теперь нужно внимательней смотреть по сторонам. — Ага, не торопись, герой. Если твоя нога разболится сильнее, нам же будет хуже. Так что пока тебя повезёт снежинка, он сам вызвался, — тон Ауоры был настолько властным, что единороги не осмелились спорить. — И да, ещё одно, — добавила командирша, — В путь отправимся утром. Сейчас нам всем, я повторяю, всем, — с нажимом проговорила оленица, перекрывая слабые попытки Полара возразить, — необходим отдых. Я подумаю над маршрутом, здоровяк пойдёт за дровами, раз уж он такой неутомимый, а Лайт останется в лагере и даст отдых ноге. И никаких возражений! — Есть, мэм! — воскликнул Полар, вытягиваясь в струнку и направляясь в сторону леса. — Ты топор забыл — тихо произнёс Лайт, сдерживая фырканье. Полар, смущённый командным тоном ранее беззаботной пони и вправду выглядел растерянным. Вернувшись за топором и подняв его своей магией, единорог отправился к лесу. — Набери побольше, но далеко не отходи! — добавила оленица. Но, несмотря на наставление, тяжеловоз всё равно быстро затерялся в сумраке. Лайт, внезапно осознав, что остаётся единственным возможным объектом внимания, постарался сделаться ещё меньше. Но, с облегчением обнаружив, что проводница достаточно увлечена изучением карты, вздохнул свободней. Лайт не мог смириться с мыслью, что один сидит без дела и решил пока что подумать над тем, что он скажет стражам Ледяного дворца, если им вообще понадобится что-то говорить… Однако, Ауора не дала ему особенно много времени на раздумья. — Знаешь, мне кажется, что Квиббл Пэнтс не довёл своё дело до конца, — проговорила она, что-то пожёвывая. — Он описывал многое, особенно о тех местах, где бывал сам, но… Эта карта выглядит очень неполной! — Ну. — Лайт был малость выбит из колеи внезапной репликой оленихи. — А я что могу с этим поделать? — Ты — ничего. Однако из-за этого я не могу точно знать, что нас ждёт. На старые карты вообще опасно полагаться, а эта ещё и не полная. Но, насколько я могу судить, мы выбрали самый лучший путь. Впереди, как я уже упомянула, озеро Аква. Если лёд недостаточно прочен, придётся обходить, но, возможно, там есть мост. А оттуда через холмы выйдем к морю. Как-то так. — О-о-о… — жеребец закатил глаза. Ну и путь! Даже представлять его не охота. — Давай завтра всё это обсудим. — Ага, я просто так посмотрела, — Ауора свернула карту в трубку и убрала в свою сумку. — Ложись и спи спокойно. Лайт мягко улыбнулся и опустил голову на копыта. Через несколько минут вернулся пыхтящий Полар с вязанкой дров. Его уложить оказалось труднее, пришлось даже дать небольшой подзатыльник. Недовольно фыркая, единорог всё же лёг. А через пару минут уже похрапывал, улыбаясь сквозь сон. Ауора только головой покачала «Мальчишки-хвастунишки» — подумала она. И пристроилась рядом с тяжеловозом.